Великий кот Мебулус

Такого истощения я давно не ощущал. Двойные тренировки, которые устраивал по своей воле, так сильно не выматывали. Находился в глубоком сне, но прекрасно это осознавал. Меня беспокоило, что хоть я и в теплой одежде, находился в холодном снегу и по всюду могут бегать дикие звери. Учуяв мою кровь подчинителя, вероятно одичают и без лишних сомнений разорвут в клочья. Находясь в глубокой темноте, я увидел два до боли знакомых огонька. Такие видел перед тем, как потерял сознание. - Кто же ты? - Тебе честно или соврать? - Что за глупый вопрос. Конечно честно. - Я тот, кого ты должен был подчинить по вашему старинному семейному обычаю. Сказанному я не был сильно удивлен. Догадывался, что это самый логичный вариант. Кто еще будет обитать в моей голове. - Что произошло? - Ты полностью истощен. Потратил больше, чем обычно. - Я умру? - Не могу ответить на этот вопрос. Когда ты не видишь мир вокруг, я тоже. Но думаю, что шансы выжить есть. - Эти фиолетовые глаза, что я увидел в воде… - Это были мои глаза. - Но ведь я смотрел на себя? Почему ты оказался мной. Или же я тобой? Не знаю, как будет правильно. - Ты сделал, как я тебе сказал. Поэтому не видел причин тебе не помочь. К тому же, твои слова о дружбе со зверем запали мне в душу. - А что я сделал? – искренне недоумевая сказал я. - Послушал свое внутреннее «я» и не противился ему. Пошел против устоев, что были тебе не по нраву, даже не побоялся осуждения отца. Эта фраза заставила вспомнить о том, как покалечил его. Образ потерявшего сознания предка немым укором стоял перед глазами. - Наверное, я плохой сын. - Возможно, но ты есть ты. Не многим хватает воли для того, чтобы делать то, что они действительно хотят. Если бы ты слушал семью и делал вещи, что тебе противны, я бы ни за что не заговорил с тобой. Ты бы остался без всего. Никакая родительская любовь не смогла бы уберечь. В конце концов от тебя бы все отвернулись. Александр заметил что-то, старался тренировать тебя более безжалостно, дабы подтвердить свои догадки. Наверное, думал, что я проявлю сострадание и выйду… Наивный человек. Ни при каких условия я бы не стал помогать, а тем более служить тому, кому наплевать даже на себя. - Почему ты не любишь мечи? – внезапно, как вспышка молнии, в голове поселился этот вопрос. - Не люблю? – в голосе сущности с фиолетовыми глазами чувствовалось отвращение. Я презираю их всеми фибрами души. Древние, вроде меня, разговаривает лишь на языке магии. Все, что ты учил, находясь у себя в комнате – это магия! Элементарная, простецкая, завязанная лишь на использовании внутренней энергии, но магия. Я никогда не опущусь для другого оружия. Ты отверг это, выбрал свой путь, поэтому я пришел на помощь. Возможно, ты все равно умрешь в этом лесу, это очень печально. Но знай, ты умрешь свободным человеком. Это воистину прекрасно! - Вот оно что… А если… если я выживу, ты не оставишь меня одного? Глаза сущности, что говорила со мной стали закрываться и фиолетовый огонь глаз стал гаснуть во тьме. - Мр-кто знает… Ощущения холода не было, как и осознания себя в пространстве. Лежал будто в теплой субстанции, коконе. Таинственное существо в моей голове давно замолчало, оставив меня наедине со своими мыслями. Возможно, все это окажется сном, я проснусь и над моим бренным телом по новой начнет измываться прадед. Да, точно, никак иначе просто не может быть. Лишь во сне я мог бы перечить отцу и выйти против него на бой. О победе и речи быть не могло. Еще какое-то время я пробыл в невесомости, а после, власть над собственным телом начала возвращаться. Конечности покалывали множеством маленьких иголочек. Тот кокон, который казался мне целостным, покрывал не полностью. По всей коже ощущались дуновения теплого воздуха. Наконец попытался пошевелить кончиками пальцев. Это было сложно по нескольким причинам. Во-первых, как только я попытался напрячь мышцы, вся нервная система заскулила от боли. Я мог подавить это собственной силой воли, но второй пункт в виде препятствий со всех флангов, которые упирались в меня, словно мешки с песком, не давали этого сделать. Спина была мокрой, но снега под ней не ощущалось и было не холодно. Возможно за время лежки растопил до земли. Нос стал ощущать отдаленный запах собак, но чем-то отличался. Распахнув глаза, я увидел, что все мое тело обложено шерстяными, тяжело дышавшими в мою сторону, волками. Они спали, так же, как и я, но сон хищников более чуткий и как только центр их кучки стал шевелиться быстро проснулись. Я был слаб и дать бой стае клыкастых не смог бы. А нужно ли оно? Если бы хотели мной полакомится не стали бы тереться об меня и согревать. Зачем спасать от холода свой ужин… или завтрак? Да какая разница. Звери явно хотели помочь. Это было странно и противоречило их природе, но факт. Волки не дернулись, не зарычали, а медленно вытягивая туловище встали с места. Глядя в их спокойные зрачки-щелочки, будто услышал фразу: «Отныне мы с тобой одной крови». Нечто подобное я уже слышал. Возможно, мне это показалось, но после этого взгляда, шерстяные бодрой рысью скрылись из поля зрения за покрытыми снегом кустами. Стало холодно. В волчьих объятьях было куда теплее. Оглядевшись по сторонам, не увидел никаких признаков жизни. Похоже, кроме клыкастых никого не заинтересовал. Напрягая все скопленные силы попытался встать. Далось это не просто, слегка шатало, но устоял. Руки, опираясь о снег еще сильнее замерзли. Прислонил их к губам и стал сильно дышать, быстро обтирая их друг о друга. Сейчас на первом месте было согреться. Внезапно заурчал желудок. А это уже на втором. Путь в деревню для меня заказан. Если я правильно помню, что произошло, то сейчас от всей родни стоит держаться подальше. И куда же мне идти? Прочь. Подальше отсюда… Я знал местность довольно-таки неплохо и хорошо ориентировался. После пробуждения силы стали возвращаться куда быстрее. Из-за голода восстановление займет куда больше времени. Время в отключке залатало самые большие энергетические дыры, остальное лишь вопрос времени. Судьба предоставила мне шанс на жизнь. Его нельзя разбазаривать понапрасну. Приблизившись к кустарникам, за которым скрылись волки, отодвинул заснеженные ветви и пошел по сгенерированному маршруту. Иван проснулся у себя в кровати рано утром. Если бы не боль от полученных ран, подумал бы, что все происходившее прошлой ночью лишь сон, просто страшный кошмар. Однако потирая больные места чувствовал не только физическую боль, но и внутреннюю. Услышав тяжелое дыхание мужа в комнату вошла Елена. - Дорогой, ты в порядке? По изрядно увеличившимся мешкам под глазами было видно, что хранительнице очага семейства было трудно смотреть на то, как в очередной раз страдает ее мужская часть. Каждое новое ранение переживала, как свое. - Сначала Максим, теперь ты… Я не нахожу себе места. Хорошо хоть все обходится, и вы возвращаетесь в норму, но я каждый раз боюсь нового инцидента… Кстати о Максиме… Ты случайно не знаешь, где он может быть? Я вошла к нему в комнату, как тебя доставили домой, но там было пусто. Кажется, я его и вчера не видела. Он в последнее время сам не свой. Быть может Александр перебарщивает со своими тренировками? Не хочешь поговорить с ним об этом? Выпалив все, что она так долго вынашивала в своей голове за несколько фраз на нервной почве, не дало уловить едва заметную горькую эмоцию Ивана. Тот же закусил губы и сказал: - Не знаю, но надеюсь, что чудовище, которое на меня напало не навредило ему. Елена приложила ко рту руку и с трудом сдерживала накатывающиеся слезы. Значит еще не все… Ее сын все еще в опасности. - Тебя хотел видеть Александр. - Хорошо, сейчас я приведу себя в порядок и… - К сожалению, мой визит не терпит отлагательств. –послышался из-за двери голос главы клана. Иван закатил глаза: «Чего еще ожидать от старика?» - Войдите. Дверь открылась. Сейчас Александр был куда более собран и бледен, чем раньше. - Хреново выглядишь. – произнес он, впервые увидев внука после происшествия. - Спасибо за поддержку. – скривился Иван. - Давно тебя так не отделывали. Даже не верится. Иван посмотрел на жену. - Дорогая, не оставишь нас? Та кивнула, обошла Александра, бросив на него подозрительный взгляд и закрыла за собой дверь. - Чудная у тебя жена, понимающая... - Ты пришел поговорить о чем-то важном или порадоваться за мое семейное благополучие? – решил перейти сразу к делу Иван. - Ну и кто же тебя так? - Ты же и сам догадываешься. - Догадываюсь… - слегка кивнув ответил предок. – Но хотелось бы услышать историю из первых уст. А после мне и самому есть что тебе рассказать. - Это был Максим. – с едва скрываемой горечью сказал он. - Во всяком случае… «это» выглядело как Максим. – добавил Иван. Глава внимательно слушал, опершись о стену. - Я проследил за ним после вашей очередной тренировки. Заметил странное поведение в последние дни. Он постоянно куда-то пропадал и ужинал уже один. Елена не хотела мешать ему разбираться со своими подростковыми проблемами и пока меня не было дома не говорила об этом. Но заметив это несколько раз я почуял неладное. Почти дойдя до дома, подумал, что ошибся, но Максим свернул и я незаметно проследовал за ним. По началу он выкидывал какие-то непонятные фокусы… Махал руками, танцевал среди деревьев, но потом… Я стал замечать некие энергетические сгустки, которые наносили ущерб деревьям, оставляю следы, похожие на следы когтей. - А после стал слабо походить на человека, полагаю? - Ты знаешь, что с ним такое? Александр рывком оттолкнулся от стены и сел рядом с Иваном на кровать. Его голос стал тише. Он буквально перешел на шепот. - В нашей большой семье из поколения в поколение приручают и покоряют зверей. Так было, есть и будет. От самых безобидных, до самых опасных монстров были закованы на вечное заточение нашими руками. Силы порабощенных передаются нашему будущему поколению. Таков наш дар или же проклятие, кому как угодно. Каждый определяет это сам за себя, как хочешь, так и называй. Из всех зверей, что были непокорны и несли угрозу, самым непоколебимым и коварным был – кот Мебулус, зверь погибели и разрушений. Как ты понимаешь, он был необычным котом. Его страстью были реликвии, ценности и древние знания. Магия лилась в нем бурными потоками. Он не проявлял агрессии к миру, а мир не вставал у него на пути. Но проблема была в том, что когда ты начинаешь многим владеть, а сила твоя велика, на пути появляется все больше «препятствий». От нападок дикого кота стали страдать люди. Наш обретающий силу и популярность клан заинтересовал такой зверь… Александр тяжело вздохнул и сжал руку, которая лежала на одеяле. Его тяжелая, вся в венах рука побелела. - Этому нужно было положить конец, но плата оказалась суровой. Великому коту Мебулусу были даны огромные знания, а боевой опыт и звериные инстинкты выше нашего с тобой понимания. Много наших предков постарадали от его лап, но в неравной битве был запечатан. Проткнут пятью великими клинками, после чего те навсегда были уничтожены, рассыпались в пыль. Но даже тогда его желание жить не угасло. Появился еще один стимул – месть. На пороге гибели он пожелал перерождаться в телах ему достойных и истреблять всю нашу охотничью семью. - Впервые слышу о подобном. – Иван нахмурился. - Глава клана передает это знание своему приемнику после смерти. Нашему роду лишние страхи и подозрение к своей семье ни к чему. Этот крест положено нести действующему хранителю тайны. Это бы осталось таковым, если бы не экстренная ситуация. Лучше рассказать тебе все как есть, чем держать в неведении. Однако от остальных пока лучше это обстоятельство скрыть. - И сколько раз он уже передался? Немного задумавшись старик ответил: - Шесть раз. Каждое следующее перерождение было сильнее и умнее предыдущего. - Его можно остановить? - Можно, но тебе это вряд ли понравится. - И как? – спросил Иван, заранее понимая каков будет ответ. - Убить хозяина. Проткнуть пятью священными клинками. Лицо Ивана побледнело. Из всех людей клана, из многочисленных потомков, которые были на этом свете, зверь выбрал именно его сына. - Это теми самыми, которые превратились в пыль? - Именно ими. - И как? - После пленения, остатки пыли, смешанные с кровью жертвы, собирают и переплавляют в новые. Метал так сильно слился с кровью Мебулуса, что стал еще более магическим, чем был. Сказать, что стал более священным язык не поворачивается… Скорее – оскверненным. Но у этого есть преимущества. - Какие? - Клинки способны выследить беглого животного. Они как магнит будут вести охотника по следам жертвы. - Я сделаю это. - с едва скрываемым комом в горле сказал Иван. - Не глупи. Я не могу представить сколько людей сейчас нужно направить на его поиски, а потом в дальнейшем на пленение, а ты говоришь в одиночку. Ты будущий глава. Твой отец помер раньше меня, а остальные не так хороши. Мебулуса нужно запечатать как можно скорее, пока он не обрел былые силы. - Об этом нельзя было узнать раньше? Пока он был ребенком? - К сожалению, никак. В юном возрасте, как парень, так и животной в нем в зачатом состоянии. Разве что… можно было это заметить чуть раньше по огромной ненависти зверя к клинкам, которое перенимается его хозяином. Весь мир перевернулся с ног на голову. Иван схватился двумя руками за голову и нервно раскачиваясь повторять слова: - Если бы я знал раньше… Если бы я знал раньше… - И ты смог бы убить собственного сына? – холодно спросил Александр. Иван молчал. Идя по тропам, которые использует моя семья для выхода из леса стал замечать чье-то присутствие. С каждым шагом, проделанным из места где очнулся, это ощущение все больше усиливалось. Хруст снега под ногами, звуки сломанных веток по бокам, дуновение воздуха… С непривычки все эти шумы сводили с ума. Голод усугублял положение. Приходилось справляться со всем сразу. В какой-то момент появилось легкое чувство ненависти, которое перерастало в пассивную агрессию. В таком виде как сейчас её никогда не было. Желание получить желаемое и выжить любыми возможными и невозможными способами. Пройдя еще с десяток тяжелых шагов стал чувствовать запах, который доносился откуда-то из леса. Этот аромат обещал исполнить мою прихоть. Странно звучит, правда? Но это действительно было так. Всё моё нутро говорило, что, если я хочу выжить, нужно сменить курс. Дилеммы и торгов не было. Собрал все силы, сошел с тропы и начал протаптывать свой путь. В обувь стал попадать рыхлый снег, который при контакте с ногой растапливался и мочил носки. Запах становился все четче, запах… железа? Стал узнавать, но раньше, чем до меня дошло. Увидел поваленного, мертвого оленя в окружении волков. Не знаю те же, которые отогрели меня или нет, сей факт был неважен. Я продолжал идти к манившему запаху. Олень был порядком обглодан клыкастыми: оторванная нога, распоротый живот, из верха которого торчали ребра и безжизненные глаза. Я любил поглядывать со стороны за этими могучими животными, но этому уже ничем нельзя было помочь. А я… я хочу есть. Упав рядом с мертвой тушей на четвереньки, вцепился зубами в ту часть, где волки уже порвали кожу и было больше мышц и меньше волос. Клыкастые, которые перестали есть, с удивлением смотрели, как человек отрывает от их добычи очередной кусок. Каждый новый проваливался приятнее и легче, чем предыдущий. Голодные волки, которые наблюдали за мной, решили присоединиться, видя, что человек стал отрывать куски все быстрее и быстрее. Как только один из них впился зубами в оленя, внутри меня что-то закричало и этот возглас эхом пронесся по телу и вырвался из окровавленного рта. Волки взвизгнули, как осаженные собаки и отпрыгнули на несколько шагов назад. Не ожидав такого вопля, сразу пришел в себя и челюсть прекратила рефлекторно пережевывать сырое мясо. Голод отступил. Живот был давно полон, но я продолжал есть до момента крика. Волки продолжали стоять, как вкопанные и не двигались с места. Я протер лицо от свежей крови, которая уже начала сворачиваться. Вкус мяса, который продолжал оставаться во рту стал более неприятным, чем несколько минут назад. Не хватало еще болячки подхватить… Не знаю, что на меня нашло. На что только не пойдет человек, что бы выжить… Волки по-прежнему находились в оцепенении. В их глазах уже не читалось: «Мы с тобой одной крови». Страх сковал их тела. Сейчас это больше походило на: «Мы готовы служить». Медленно встав заметил, что за такой короткий промежуток времени обглодал большую часть мяса с туши. Не удивительно, что желудок грозится лопнуть. Но зато голод ушел на последнее место списка необходимых потребностей. - Идите есть. – сказал я, думая, что они все поймут. Как ни странно, пушистые все поняли и набросились на остатки добычи. Не стал дожидаться конца их трапезы и под чавканье и клацанье зубов, вернулся на тропу. Крик, что я издал, не был ни волчьим, ни человечьим. Честно говоря, и на мяуканье моего внутреннего зверя это было похоже издалека. Разве может такой миниатюрный кот-волшебник так истошно вопить? Больше было похоже на громкое урчание желудка, которые не ел годами и чей голод нельзя утолить. Хм… Может это какое-то очень редкое заклинание? Помогает мне, даже во время сна. Теперь, когда сыт и могу думать трезво и рационально, нужно найти точку, с которой стоит начать. Куда податься и на что жить? Вряд ли волки продолжат приносить мне пропитание. И так слишком сильно переборщил с их гостеприимством. Никогда не мог бы и подумать, что у меня появиться свобода выбора. И вот она появилась, а я в ступоре… Какой позор. Подумав о том, что стал изгоем, в голове пронеслись воспоминания о рассказах отца, о тех, кто решил пойти против устоев семьи и устроить свою жизнь в дали от нее. На сколько понимал, такое далеко не поощрялось и на этот счет есть пункты, которые ничего хорошего «изменникам» не сулили. Некоторых даже убивали с горяча. Не так много из них осталось среди живых. Среди всех выделялся один – Боря. Из современников его не любили больше всех, но уважали, как самого противного и неуловимого. За его голову даже назначена награда от самого Александра, у которого перед уходом он украл какую-то особую реликвию. Замахнуться на его поиски – это верх оптимизма, но других целей не было на горизонте, так почему бы и не попробовать? Идти вперед не зная куда, но зная зачем оказалось куда проще, чем вообще без цели. - Нашли его? Александр нервно бил себя по клинку на поясе. Перед ним стояли двое его сыновей и внук. - Нет, отец. Никаких следов Максима. Утром был сильный снегопад, который замел все следы. К тому же у нас появилась еще одна проблема. Глава клана, который и без того не знал куда выпустить свое напряжение был вышиблен из колеи еще сильнее. - Что там еще?! – не смог сдержать эмоций Александр. - Волки… волки, отец. – виновато сказал средней сын – Федя. – Они словно взбесились. Начали нападать на поисковой патруль. В них не было ни чувства страха, не инстинкта самосохранения. Нападали, чтобы напасть, а не защититься. Даже после того как их проткнули и обездвижили, все равно старались тяпнуть. Успокаивались только испустив дух. - Это еще пол беды. – добавил старший – Гера. – волки не только одичали, но и стали уплотнять ряды, приходя из других мест. Не могу точно ручаться, что лишь клыкастые стали неадекватными. Возможно, еще какие звери пришли в активность. Пока сложно сказать. - Только этого нам еще не хватало! Докладывайте о любых изменениях! Любых! Ясно!? - Так точно! - Свободны! – после небольшой паузы добавил. - Иван, останься. Два брата переглянулись, недовольно глядя на племянника, но поспешили удалиться. Дождавшись пока сыновья покинули кабинет Александр продолжил: - Ты же понимаешь, что это дело рук Максима? - Мебулуса, ты хотел сказать? - Сейчас это одно и то же. – сухо сказал старик. – Лишние эмоции навредят, когда нужно будет принять ответственное решение. - Может стоит сказать им? - Пока что рано. - Пока, да. Но, я боюсь, как бы не стало слишком поздно. Не подумай, я сам этого не хочу, все же это мой сын. Старик понимал, что его не названный приемник прав, но не хотел наводить панику, пока не настал нужный момент. - Мы скажем правду, но не всю. Я подключу к поиску знакомые кланы и некоторых наемных фатуи за хорошую плату. Им не нужно знать деталей. Обычная заявка для обычных искателей приключений, не более того. - Это вызовет подозрение. Обычно это мы берем подобные заказы, а не раздаем их. - Подозрение – это домыслы, а не истина. Пусть думают, что хотят. Иди и дай распоряжение. Мне нужно подготовить реликвии.