Глава пятнадцатая

Комната во втором корпусе, в которую определили Эльвиру отличалась от её прежней меньшими размерами и размещением в ней двух кроватей. Вторую заняла Майя. Этому обстоятельству Эльвира осталась премного довольной, предполагая, что пребывание в одной комнате с кем-то еще прекратит ночные видения. Пожелав друг другу спокойной ночи, Эльвира укрылась одеялом по самый подбородок и услышала как Майя, уткнувшись в подушку, тихо плачет. Эля понимала, что любые слова утешения для Майи сейчас бесполезны. Эту боль нужно было пронести сквозь сердце и перетерпеть. Слова всего лишь пустой звук, ими не передать душевные муки и не воскресить умерших. Под едва слышный плач Майи Эльвира закрыла глаза, вспоминая каждого из погибших парней, и заснула. Сон утягивал Эльвиру за собой, как ловкий рыбак бережно вытаскивает из моря невод, старясь не упустить не единой пойманной рыбёшки. Девушка летела по длинному туннелю, освещенному ярким светом, пока не оказалась на площадке окруженной пустотой. Никого и ничего. Ни звуков, ни запахов. Только мягкая как вата белоснежная поверхность под ногами и тишина. Приглушённый свет наполнял всё пространство вокруг, но его источника не было видно. Казалось, сам воздух в этом необычном месте истончал сияние. Эльвира замерла, наслаждаясь каждым моментом пребывания. Удивительно спокойно и уютно. Все тревоги и печали ушли разом в небытиё. Далеко впереди показалась мужская фигура, неторопливо приближающаяся к ней. Когда между ними оставалось несколько метров, Эльвира узнала в гладковыбритом и одетом в черный костюм с бабочкой мужчине вожатого Игоря. - Привет, - подойдя поближе, необычным мягким голосом произнёс он, - Ты меня вспоминала? - Здравствуй, Игорь, - всматриваясь в лицо наполненное умиротворением, ответила Эльвира, - Перед тем, как уснуть, я думала о тебе. - Спасибо, - слегка поклонившись, поблагодарил парень, - Находясь здесь, всегда приятно, когда вспоминают добрыми словами. - Здесь это где? – уточнила девушка, оглядываясь по сторонам. - Ты сама знаешь ответ на свой вопрос. Место - где рано или поздно оказываемся все мы. - Тебе здесь хорошо? – голосом наполненным сочувствия спросила Эльвира. - Очень, - Игорь прикрыл глаза и вдохнул полной грудью, - Здесь необыкновенно легко и тихо. - Ты помнишь время, когда ты был живым? - Смутно. Как будто это происходило не со мной, - Игорь отвёл взгляд вниз. Его лицо стало задумчивым и чем-то встревоженным, - Вот лишь иногда моё пребывание здесь омрачается мыслью – как много я не успел сделать при жизни. Так много всего хотел сделать и не успел. Мечтал жениться на любимой девушке, вырастить детей, путешествовать, прожить долгую счастливую жизнь. Игорь, будто опомнившись, вздрогнул и продолжил, тягуче выговаривая каждое слово. - Мне сказали, что это фантомные боли, и они постепенно уйдут. Все земные воспоминания растают. Жалко, но может быть это и к лучшему. Зачем идя к новой цели, тянуть за собой груз прошлого. Игорь поднял взор на девушку и, участливо глядя ей в глаза, поинтересовался. - Ты какая-то грустная? У тебя всё хорошо? - Виталий, Антон и Костя погибли, - прошептала Эльвира и слёзы вновь выступили на её лице. - Я знаю, - Игорь обнял девушку и она почувствовала необыкновенно нежное тепло исходящее от него, - Я видел их кончину и мне прискорбно осознавать, что в этом есть моя вина. Если хочешь - я их позову. - Конечно. Я буду очень рада увидеть их снова. Игорь замолчал на мгновение. - Они скоро придут. Ты надеешься спасти остальных ребят? - Я очень этого хотела, но сейчас я не уверена что это мне под силу. - Ни один человек не знает - на что он способен. У тебя всё получиться, не сомневайся. Ты сильная девочка. А вот и ребята. Вдали показались три знакомых силуэта. Справа уверенным шагом шёл Виталий одетый в синие брюки, белую рубашку и красный клубный пиджак с эмблемой ЦСКА. В центре знакомой неуклюжей походкой вышагивал Антон облаченный в белые широкие штаны и цветастую рубаху. Слева торопливо переступал Костя в синих джинсах и ярко-жёлтой зеленой футболке. Подойдя к Эльвире, они долго безмолвно смотрели на неё, будто пытаясь запомнить её образ в своём сердце. Девушка с трудом сдерживала желание расплакаться навзрыд. Тонкие струйки слёз пробежали по её щекам. - Привет, Эля, - первым прервал тишину Антон, улыбнувшись своей фирменной улыбкой чеширского кота, - Ты не представляешь, как мы рады тебя видеть. - Мальчики, я тоже очень рада, - Эльвира бросилась к ребятам и они сомкнулись в объятиях, слёзах и искренней любви. - Эля, прости нас, пожалуйста, - прошептал Костя, прижимаясь лицом полным счастья к плечу девушки, - Я видел, как ты переживала за меня. Прошу не терзай себя. Твоей вины в моей смерти нет, как и в смерти остальных. - Мы натворили ужасные вещи и всё произошедшее с нами кара за содеянное, - вымолвил Виталий, пряча глаза от стыда, - Если бы мы осознавали всю тяжесть наших поступков, никогда, слышишь, никогда не позволили себе так поступить. Эльвире были непонятны ни спокойный тон ребят, ни высокопарные слова произносимые ими. Неужели смерть настолько меняет человека, вернее его душу. Почему лишь она может научить людей вести себя подобающе своему великому предназначению? - Мы все очень виноваты перед тобой, – добавил Антон, прикасаясь тёплыми губами рук девушки, - Если сможешь - прости нас. - Ребята, я честно на вас не сержусь, - проведя рукой по мягким волосам каждого из парней, сказала Эльвира, - Я просто сильно расстроена, что не смогла вас защитить. - Ты бы не смогла этого сделать, - Костя посмотрел печальным взором в глаза девушки, - Евдокия заберёт всех. Она орудие возмездия господа. Не осуждай её. Евдокии самой тяжело от этой ноши, но она согласилась взвалить на себя столь непосильное бремя. - Где предметы из храма, которые были в твоей комнате? – спросила Эльвира, надеясь услышать от Кости желанную новость. - Эти тени, много теней забрали их с собой. Они уже в храме, не беспокойся. - Тебе пора, - промолвил Игорь, - Живым долго здесь находиться нельзя. Можешь впасть в кому или случится клиническая смерть. - Пока, Эльвира. Передай привет всем ребятам, - попрощался Виталий, целуя девушку в щёку, - Только пожалуйста береги себя. Мы будем смотреть и радоваться на твои успехи. - Пока, Элечка, - крепко обнимая, произнес Костя, - Не забывай про нас. Мы не знаем сколько пробудем здесь и куда нас дальше направит Бог. Но в любом случае, когда будешь в храме – поставь свечи за упокой наших душ. - Прощай, Эля, - грустно вымолвил Антон, - Не думаю, что мы снова увидимся. Хочу попросить тебя об одном: если вдруг встретишь моих родителей - скажи им, пожалуйста, что я на них не сержусь и очень их люблю. - Я буду молиться за вас, мальчики, - захлебываясь в слезах, прошептала Эльвира, - Господи, почему ты так жестоко наказал их? Девушку потянуло вверх и перед её глазами вновь промчался ярко освещенный туннель. Вдруг резко движение оборвалось, и она пробудилась. В окно сквозь легкую тюль пробивались лучи яркого солнца, на улице шумела увлечённая играми детвора. Эльвира утёрла выступившие слёзы, присела и увидела, что комната пуста. Постель Майи застелена. Взглянув на смартфон и заметив, что уже половина двенадцатого, девушка поняла – завтрак она благополучно проспала. Ничего страшного. Эльвира была готова пожертвовать всеми завтраками в жизни ради одной такой встречи. Её охватил невероятный душевный подъём, как обычно бывает после разговора с близкими людьми, с которыми не виделся долгое время, но продолжал любить и ежедневно вспоминать. Последний раз такое чувство охватывало её, когда она в прошлом году посетила Свято-Троицкий собор Троице-Сергиевой лавры. Окруженная ликами святых написанных Андреем Рублёвым и Даниилом Чёрным, Эльвира осязала душой божью благодать священного места. Лицо девушки осветила легкая улыбка. Дверь в комнату резко открылась и в неё быстрым шагом вошла Майя. Её укоризненный взгляд, брошенный на Эльвиру, сказал больше чем любые произнесённые слова. - Собирайся, пожарные опрашивают всех свидетелей, - сухо промолвила Майя, не сводя ожесточившихся глаз с соседки, - Только ты осталась. - Ты на меня за что-то сердишься? – спросила Эльвира, теряясь в догадках о причине гнева Майи. - Сержусь? – едко заметила Майя, - Ты что, конечно, нет. Я хожу по этому проклятому лагерю и только и жду - когда придёт моя очередь отправиться на тот свет. - Прости, но я тут причём? – недоуменно уточнила Эльвира. - Ты вчера мне обещала, что гибель ребят прекратится. И где твое обещание? – выпалила Майя, подойдя к Эльвире и пристально глядя ей в лицо, - Пойди, объясни Кости, а вернее тому, что от него осталось, почему у тебя всё пошло наперекосяк. Лгунья и хвастливая дура – вот ты кто. Ни единому твоему слову больше не поверю. - У меня нет ни желания, ни времени тебя переубеждать, - встав с кровати, твердо произнесла Эльвира в лицо Майи, - Не надо делать меня виновной в том, что вы по своей глупости и подлости разгромили храм и заслужили эту кару. Еще и втравили в эту гадость. Можешь думать, что тебе заблагорассудиться. Мне на это глубоко наплевать! Придёт время и сама всё поймёшь. Майя, дернувшись с места, выскочила из комнаты как ужаленная, хлопнув на прощание дверью. Первоначальное желание рассказать Майе о встрече с ребятами сменилось диким возмущением на её выходку. Глупая девчонка. Если бы она знала хоть толику правды о происходящем. Совладав с кипящей внутри злостью, Эльвира умылась, достала из сумки футболку и шорты. Переодевшись и решив застелить постель позднее, девушка вышла из корпуса на залитую ярким летним солнцем поляну. Арсений, задумчиво прогуливавшийся по двору в ожидании Эльвиры, увидев её спускающейся с крыльца, подскочил к ней и затараторил. - Представляешь, что за переполох начался, - силясь перебороть волнение, сбивчиво заговорил он, - Кто тут только не понаехал. И МЧС, и полиция, и скорая, еще и начальство с города нагрянуло. Они сейчас в кабинете Николая Михайловича, чихвостят его на чём свет стоит, - отдышавшись после выданной тирады, Арсений продолжил, - А еще под утро приехали родители Антона. Я не мог заснуть и через открытые окна слышал, как его мама истошно кричала на Эбони Мо и Шварца. - Тело Антона нашли? – уточнила Эльвира. - Ты думаешь, он всё-таки утонул? – Арсений хоть и понимал, что за время прошедшее с момента исчезновения Антон мог, оставшись в живых, уже тысячу раз объявиться, но слабая надежда на маловероятный благополучный исход всё-таки теплилась в его душе. Девушка молча кивнула головой. Если бы не перепалка с Майей, она обязательно поделилась с Арсением рассказом о ночном видении, но теперь было не то настроение, чтобы открывать пусть и близкому ей человеку сокровенную тайну. - Пока ищут. Водолазы с утра ушли на речку и пока не возвращались. Если тело далеко не унесло течением, обещали сегодня найти. Короче говоря, весь лагерь бурлит как кипящий котёл. Интересно, чем это всё закончиться. Эльвира осмотрелась по сторонам и увидела стоявшие по всему периметру лагеря машины. Много машин. Огромный красный пожарный ЗИЛ с блестящими на солнце бортами стояла у первого корпуса. За ней уже знакомая скорая помощь, далее пошарканный милицейский УАЗик. У главного корпуса выстроилась кавалькада легковых автомобилей: серо-серебристый джип с мигалками и эмблемой «МЧС» на боках, темно-красная Тойота и чёрные представительские седаны, на которых видимо, прибыло начальство из города. - Куда мне идти? – перебив длинный монолог Кости, спросила Эльвира. - К нам в корпус. Пожарные и полиция в комнате вожатых, - разъяснил Арсений и, наклонившись к уху девушки, тихо добавил, - Я про таблетки не говорил. Никому, даже нашим. - Ты узнал, что произошло у Кости? - Извини, не успел. Меня так трясло, когда я давал объяснения, что мне реально не до этого было. В его комнате какая-то нечисть побывала, не иначе. Все стены и потолок в отпечатках рук. Еще эти непонятные тени. Страшно до жути. Эльвира недоверчиво хмыкнула. Арсений уязвленный таким отношением к своим словам вскипел. - Ты что мне не веришь? Попробуй - зайди сама в комнату. Посмотрю, как ты выскочишь оттуда. - Прости, - взяв Арсения за руку, прошептала девушка, - Я не хотела тебя обидеть. Подожди меня, пожалуйста. - Конечно, - ответил согласием Арсений и кивнул в сторону беседки, в которой переговаривались Майя и Павел, - Я с ребятами посижу. Запах дыма до сих пор не выветрился из корпуса, пропитав своим едким дыханием всё пространство внутри. Из кабинета вожатых слышались незнакомые мужские голоса. - Ничего не понимаю, первый раз за долгие годы службы сталкиваюсь с такой чертовщиной, - разносился громкий бас по пустому коридору. - Я сразу, как только их увидел после гибели вожатого – понял дело тут нечистое, - вторил ему молодой голос. Войдя в распахнутую дверь, Эльвира увидела сидящих за столом. Высокий мужчина в форме сотрудника МЧС старательно заносил в раскрытый перед ним блокнот показания ребят и результаты своего расследования. Участковый из Макаровки, опрашивающий Эльвиру после гибели Игоря, безучастно смотрел в окно, мечтая быстрее вернуться домой. Ксения Николаевна, преклонив голову на руки, отрешенно глядела на глянцевую поверхность стола. - Привет, проходи, - кивнув головой в сторону свободного стула, сказал Эльвире мужчина, не отрываясь от записи в блокнот, - Подожди минутку. - Ты как? – подняв измученный взгляд на неё, поинтересовалась Ксения Михайловна, - Выспалась? - Спасибо. Нормально. Сегодня первый раз за два дня спокойно уснула. - Хорошо. Я же говорила таблетки помогут. - Так, - отодвинув блокнот в сторону, обратился к Эльвире пожарный, - Расскажи нам, пожалуйста, о том, что ты видела перед пожаром. Может что-то странное, необычное. - Нет, всё было как всегда. Костя после ужина поднялся в свою комнату и больше не выходил на улицу. Я это могу абсолютно точно сказать потому, что я сидела на скамейке у входа в корпус и рисовала. Всех кто входил и выходил я видела. Как прозвучал отбой, мы с Арсением и Майей поднялись в комнаты. - Может ты заметила, как он проносил какие-нибудь огнеопасные вещества? Канистры, баллоны или коробки? - Костя такими вещами вообще не увлекался. У него одни игры на уме были. - Арсений сказал, что вы вчера заходили в эту комнату, - пожарный вгляделся в лицо Эльвиры, пытаясь разобраться насколько правдивы её слова, - Ты не заметила: под кроватью у него что-нибудь находилось? - Нет, точно нет, - Эльвира не отвела взгляд. Пусть пожарный знает - ей скрывать нечего, - Когда мы собрались уходить от Кости, он задвинул свой рюкзак под кровать и мы увидели, что там было пусто. - Рюкзак, - задумчиво пробормотал пожарный, - Знать бы куда он делся. Такое впечатление, что он напалмом или термитной смесью был забит под завязку. - Это неправда! – решительно заявила Эльвира, - Костя при нас складывал свои вещи. Кроме одежды и предметов из храма в нём ничего не могло быть. Он еще с трудом запихал всё в рюкзак и еле застегнул. - Что за предметы? – оживился мужчина, наклонившись к Эльвире. - Ничего особенного, - разочаровала его своим ответом девушка, - Два подсвечника: один большой, другой поменьше, кувшин и кадило. - Где он их раздобыл? – внезапно откликнулся участковый. - В Старой Сычёвке в заброшенном храме забрал. - Ну, всё пиши пропало. Это место гиблое, - молодой представитель полиции поднялся из-за стола и принялся нервно вышагивать по комнате из угла в угол, - Из наших деревенских туда никто не ходит. Сколько вас было в храме? - Десять вместе с вожатым, - без запинки ответила Эльвира, не понимая интереса полицейского к церковным предметам. - А сколько из них сгинуло? Четверо. Ой, ребята, чувствую это еще не конец, - обречённо махнув рукой, предупредил участковый. - Кончай ерунду городить, - одёрнул пожарный, оборвав лихорадочный пассаж участкового, - Взрослый, а всё в сказки веришь. Еще и ребёнка пугаешь. - А тут хоть верь, хоть не верь, - вкрадчиво вымолвил парень, подойдя к столу и опершись на него руками, - Дело скажу прямо полный швах. Прошлым летом в нашу деревню пожаловали строители коровник возводить. Председатель выбирал из строительных контор - какая подешевле будет, вот и довыбирался. Контингент хочу вам сказать еще тот. Одна половина последние забулдыги, вторая сплошные уголовники. Намаялся я с ними за четыре месяца – пока они строили: то в магазине стащат что-нибудь, то с местными подерутся. Но дело не в том. Прознали эти упыри в человеческом обличии о заброшенной деревеньке, находящейся неподалёку. А сколь были они в больших контрах с местными, то предупредить их никто и не соизволил. Когда там были точно не скажу, потому как не знаю да и они путались в датах, но вот что получилось. Лейтенант утёр рукавом, выступивший на лбу от волнения, пот и, опасливо осмотревшись по сторонам, продолжил рассказ. - Из восьми участников набега в Старую Сычёвку через месяц в живых не осталось ни одного. Двое вскоре на речке сгинули. Причём, что примечательно, трезвые были как стёклышко, а в нашей мелкой речушке утопли. Чуть позднее один из этих обормотов умом тронулся и под едущий трактор прям посреди деревни бросился. Все кишки по колёсам размотало. Участкового передернуло от воспоминания ужасного зрелища. - Следующий в сарайке повесился. Толи от горя, толи тоже помешался. Чёрт его знает. Еще одного скрючило так, что он ни встать, ни сесть не мог. Лежал целыми днями, как парализованный, пока через неделю не окочурился. Самой страшной смертью бригадир их погиб. В возрасте он уже был – лет под пятьдесят, из которых половину по тюрьмам отсидел. Строители все уважали бригадира да и мне он особо не докучал. Даже помогал, ежели его архаровцы сильно баловали. Ну, так вот. Возвращался он вечером, как сейчас помню, в субботу после попойки в избу, которую им выделили для ночлега, в крепком подпитии. Шёл не один - в компании своих головорезов. Как они его не углядели одному Богу известно. Видно сами тоже были в тютельку пьяные. Судя по всему, бригадир отстал от своей компашки да и завалился в первый попавшийся двор, чтобы отоспаться на свежем воздухе. Но случилась незадача. Завалился он прямиком в свинарник. Короче утром нашли от бригадира одни обглоданные кости. А последние, оставшиеся в живых, угорели в той самой избе со всем своим хозяйством. Все строители успели выбраться, а эти остолопы сгинули в огне. Только пепел и остался. Короче пропали восемь здоровых мужиков за ломаный грош. Вот вам истинный крест. Участковый торопливо перекрестился и сплюнул через плечо. Майор пожарной службы строго посмотрел на представителя полиции, перевёл взгляд на врача и девушку. Их лица выражали полное доверие сказанному. - Вы что тут с ума все посходили? – взвился пожарный, стукнув для острастки по столу, - Какие к чёрту потусторонние силы? - Интересненько получается, - съехидничал участковый, чувствуя поддержку у женского пола, - А откуда взялись эти отпечатки? Сам угоревший бегал по комнате и хлопал по стенам и потолку? А тени, которые видели очевидцы пожара? - Слушай ты мне голову не морочь, - краснея лицом от распиравшего возмущения, обрубил дискуссию майор, - Моя задача разобраться в причине возгорания. А отпечатки и тени можешь в уголовное дело подшить и своему начальству байки рассказывать. Найди мне рюкзак. Хоть с того света достань. Точно знаю одно: источник воспламенения находился на месте кровати. Исходя из слов девушки, под ней кроме рюкзака ничего больше не было. Да и церковные побрякушки бесследно пропасть не могли. - Снова здорово, - отшутился лейтенант полиции, рассуждая про себя: «мы хоть и деревенские, но нам палец в рот не клади», - В эту проклятую комнату лишний раз боюсь войти. Тем более до прибытия расчета пожарных там были завхоз, начальник лагеря, главный врач и вожатый. И никто из них этого проклятого рюкзака в глаза не видел. По-вашему, его корова языком слизала? Ксения Михайловна соглашаясь со сказанным кивнула и, забыв про усталость, увлеченно наблюдала за перепалкой мужчин. Эльвира водила взглядом по лица спорщиков, гадая чьи аргументы в итоге победят. - Может девочку отпустим? – жалобно спросила Ксения Николаевна, обращаясь к мужчинам. - Можно и отпустить, - согласился пожарный, - У меня больше вопросов нет. - Иди девочка гуляй, - махнул рукой участковый, довольный фактом ухода Эльвиры при которой он сдерживался в словах, - Только за собой прикрой. Эльвира послушно поднялась из-за стола и вышла из комнаты, захлопнув дверь. Просьба лейтенанта стала ясна, как только она отошла к лестнице. В комнате началось громкое выяснение отношений с детальным обсуждением мест, в которые мог задеваться рюкзак, включая физиологические отверстия в человеческом теле. Пока они спорят до хрипоты, им будет не до меня – решила Эльвира и направилась к лестнице, намереваясь подняться в комнату Кости и лично убедиться в правдивости слов Арсения. Ступая по залепленному чёрной гарью коридору, Эльвира чувствовала, как с приближением к комнате начинает бешено колотиться сердце и в душе нарастает страх. Тело, подчиняясь инстинкту самосохранения, противилось безумному стремлению своей хозяйки несмотря ни на что добраться до места чуждому человеческой природе. Где смерть и потусторонние силы слились в одну страшную и необъяснимую субстанцию. С трудом переступая ногами, будто налившимися свинцом, девушка медленно приближалась к дверному проёму, через который в тёмный коридор проливались лучи солнечного света. Казалось, расстояние в несколько шагов от лестницы до комнаты растянулось на километры. Чем ближе она подходила к цели - тем яснее ощущала жуткий холод, сквозивший от обожженных стен. Дверной проём, как рубеж между двумя мирами, разделял её и пространство, наполненное гибельной силой. Сделав невероятное усилие над собой и протолкнув тело через него, Эльвира оказалась в отдельном мире, заключенном в четырех закопчённых стенах. Здесь не было места для радости и жизни, здесь властвовали смерть и страдание. Стены и потолок, усыпанные отпечатками рук яростно пульсировали, требуя новую жертву. Всё нутро Эльвиры пронизало мучительным холодом, она застыла на месте, не имея малейшей возможности сопротивляться невидимой силе. Перед глазами девушки явственно промчались события, произошедшие в прошлую ночь. Она увидела, как комната наполнялась мрачными тёмными тенями призванными предметами из храма. Рыская по полу, распахивая дверцы шкафа и жадно втягивая воздух, силуэты взбирались по стенам и потолку. Эльвира каждой клеточкой тела ощущала их холодное дыхание и пронзительные взгляды пустых глазниц. Разъяренные безуспешным поиском тени вспыхнули яркими факелами, осветив своим пламенем всё вокруг. Сжигая в безумном вихре всё находящееся в комнате и наполняя её густым дымом, силуэты взорвали тишину дикими воплями. Костя невозмутимо спящий словно не чувствовал огненной вакханалии. Кровать и постельное белье вспыхнули под ним, а он продолжал неподвижно лежать. - Костя, Костя! – вырвалось из груди Эльвиры, но крик утонул в шуме огненной феерии. Тени, как вампиры жаждущие свежей крови, слетелись к объятому пламенем телу подростка и облепили со всех сторон. Прогоревший остов кровати развалился на горящие куски. Костя повалился на пол. Комната вдруг задрожала. Стёкла дрогнули и рассыпались на осколки. В окно влетела сгорбленная старуха и кинулась к Косте. Разогнав тени руками, она схватила парня за плечи и грозно завопила. - Он мой! Забирайте утварь и сгиньте! Тени, повинуясь приказу, забрали предметы и вылетели в окно. Радуясь новой жертве, старуха зашлась в громком хохоте, и, обернувшись к Эльвире, вперила в неё взгляд полный ненависти. - Никто от меня не уйдет! Всех заберу! Почувствовав, как закружилась голова и пол плавно уходит из-под ног, девушка потеряла сознание и повалилась навзничь.