Писатель в пути

Стартовые очки, выпавшие на долю Жюля очки, из четырёх и четырёх, дали юному писателю путь на восьмую клетку поля Благородной игры Соединённых штатов — Канзас. Канзас считался пустыней севера, в отличии от лежащих рядом Миссури и Висконсина, полный засушливых прерий, маловодных рек и качающих, вместе со стадами фермерских животных пастбищ. Вечерело. Небо заволокло тёмными, практически чёрными тучами и подул резкий, порывистый ветер. Не прошло и нескольких минут как первые крупные капли, предвещающие ливневый дождь упали на каменную брусчатку перрона. — Ну что ж, пора отправляться, — сказал Жюль, беря Амели за руки. Девушка сжал его ладони и, неотрывно взглянула в глаза, не скрывая тревоги. — Постарайся не потеряться по пути, хорошо? Верн чуть заметно кивнул, подавшись вперёд, и поцеловал Амели. — Хорошо, тогда увидимся на фи… Не успел парень закончить мысль как, француженка прервала его долгим ответным поцелуем, повиснув на шее и крепко обняв. — Ага, только не думай, что попадёшь туда раньше меня, месье великий писатель, — с привычной усмешкой в голосе произнесла Верн и улыбнулась, незаметно проверив, крепко ли держится пряжка на поясе. — Д-договорились, но не стой под дождём! Последнюю часть фразы, Жюль выкрикнув из уже отходящего поезда, давшего свисток, который с успехом перебивал раскаты грома над городом.

***

Путешествие оказалось не таким захватывающим, каким могло бы быть, из-за погоды. Как только поезд покинул границу города, последние лучи солнца скрылись за грозовыми облаками, и наступил тот эффект, что принято называть дождевыми сумерками. Сильный ливень обрушился на штат, капли дождя непрерывно стучали по крыше вагонов, внешняя среда создавала конденсаторный эффект, от чего стёкла быстро покрылись испариной и что называется «запотели». Проводникам пришлось зажечь фонари, не смотря на то, что было только пять часов вечера и подать горячие напитки. В такой, нужно заметить, приятной атмосфере пассажиры экспресса провели оставшийся вечер и всю последовавшую за ним ночь. Так как Канзас находился на удалении всего одного штата от Чикаго, Верн решил не пользоваться самим быстрым и надёжным способом перемещения — паровозом, а запланировал себе более живописный маршрут. Первым пунктом этого пути был город Омаха, располагавшийся на берегу реки Миссури. Ста пятидесяти тысячный город был не только промышленным, но и крупным центром речной торговли. В десять утра состав прибыл на станцию Омаха. К этому времени буря наконец улеглась и на небе вновь засветило солнце. Путешественники, в числе которых был и Жюль, спешно двигались по ещё мокрым улицам, стараясь не наступать в свежие лужи, отражавшие высокие, светлые дома. Добравшись до реки, Верн купил билет на паром, шедший на юг из Омахи в Канзас-Сити. Этот путь должен был занять сто пятьдесят миль, но до искомой точки, оговоренной в условиях пари — форта Рилей, оставалось бы ещё пятьдесят миль непересечённой местности. Хотя сейчас рано было об этом рассуждать, поэтому француз покойно разместился на корме парохода с блокнотом, делая зарисовки для возможной книги, хоть Амели и просила не вставлять эти графические «произведения» в романы (1). Размеренность путешествия по полноводной реке можно сравнить с размеренность воздушного путешествия. Ничто не в силах повлиять стабильную и выверенную систему, коей становится морское или воздушное судно в своей среде, но лишь стоит появиться ветру, этот путь становится опасной и непредсказуемой авантюрой, зачастую грозящей катастрофой пассажирам. Однако, сегодняшнее путешествие не было таковым. Мерное движение лопастей парохода, и стук рессор в двигателе благотворно влиял на всех путешественников. Второй день пути Жюля прошёл без неожиданных происшествий. Ранним утром пароход причалил к пристани Канзас-Сити. Писатель нашёл место для завтрака и после нескольких чашек кофе, направился на транспортный двор. Где к своему удивлению обнаружил, что ни одной повозки или экипажа в пригодном для поездки состоянии не обнаружил. В одном из соседних городов планировался какой-то праздник, куда и направились все свободные извозчики, в надежде неплохо нажиться на спросе на транспорт. Конечно, можно было подождать несколько часов, но спросите себя, стал ли бы это делать Жюль? Ответ был очевиден, поэтому Верн выбрался за черту города, сверяясь с картой, которую успел приобрести ещё в Омахе и, было направился в путь, как был окликнут неизвестным высоким голосом. Обладателем сего являлся парень лет двенадцати, представившийся как Томми. Этот предприимчивый человек, своим цветом кожи указывавший на то, что являлся представителем освобождённых негров, предложил показать наиболее короткую дорогу до форта Рилей через прерию, всего за символические пятьдесят долларов. Не давая внезапному клиенту опомниться, парень сразу же дал скидку и сказал, что его первый, но благородный клиент сможет быть в форте уже к обеду и всего за сорок пять долларов. Не в силах отказаться от подобного, Жюль согласился и проследовал за молодым проводником. Томми действительно знал куда идти, периодически обгоняя Верна на сотню шагов и поторапливая «клиента» приговаривая, что деньги требуют точности. Вне всяких сомнений, этого парня ждало большое будущее в коммерции. К десяти часам солнце начало припекать, и путешественники решили сделать привал, оказавшись на берегу небольшой речки. На десяток миль вокруг не было видно почти ничего, кроме редкого кустарника, нескольких далёких ив и громоздившегося впереди склона. Бывшая земля индейцев, местность представляла собой рассыпанные в произвольном порядке овраги, редкие леса и луга, высохшей, но всё же использующейся для скотоводства травы. Хотя нужно отметить, что большая часть фермерских угодий расположилась на востоке. Уже собираясь в дорогу, Жюль почувствовал странное ощущение, источник которого не мог различить. Но чем дальше они шли, чем сильнее становилось это чувство. Земля под ногами вибрировала! Припав к траве, Жюль вслушался и похолодел — вибрация исходила от топота копыт. Не могло быть сомнения, что сейчас что-то произойдёт и Томми первый заметил это что-то. — Сэр, смотрите! — выкрикнул парень, указывая на волную диких буйволов, которая буквально залила всю линию горизонта, наполовину скрываясь в поднимаемом на бегу облаке пыли. — Бежим! — скомандовал Жюль, в чём в целом, не было необходимости. Томми хотел броситься назад — по ходу движения волны, но Верн успех схватить своего проводника за куртку и оба ринулись к животным, а вернее к одиноко стоящему дереву. Схватив крепче проводника, писатель забросил пряжку на одну из наиболее надёжных на первый взгляд веток и взбежал на вершину по спирали, в несколько секунд оказавшись в безопасности. Как раз во время, ведь спустя мгновение вона буйволов залила всю долину, с диким сопением и топотом, проносясь и вытаптывая всё на пути.

***

Оставшуюся часть путешествия было решено не спешить, поэтому Жюль и Томми оказались у ворот бывшей крепости только под вечер. И каково же было удивление, когда все экипажи Канзас-Сити оказались именно здесь! Слава первого участника матча докатилась до всех жителей Америки, поэтому возницы Канзаса тоже решили попытать счастья в помощи претенденту. Расплатившись и попрощавшись с Томми, Верн с спокойной совестью отправился в постовое бюро и отметил своё прибытие. Третий ход Благородной игры Соединённых штатов был сделан.