День 5-й. Сон

      Сегодня в зале было слишком мало людей. И я снова не мог определиться – нравиться мне это или нет. С одной стороны, позаниматься в тишине и спокойствии всегда приятнее, чем в шумной и чересчур ароматной компании. С другой – я не любил, когда тренажеры простаивали. Это, как гитара, которая висит на стене, предназначенная для прекрасной музыки, но волей случая лишенная своего истинного предназначения. В общем, я считал, что все должно жить и непрерывно служить поставленным целям. И мы – люди – тоже.       Администратор опять с кем-то болтала по телефону. Лично у меня к ней претензий не было: выполняет свою работу в полном объеме и хорошо. Но как можно болтать часами с кем-то, даже не видя собеседника, оставалось для за гранью понимания. Что ей это дает?       — Сауну включила? — на всякий случай уточнил я.       В мужской раздевалке я давно и сам все проверил. Даже немного подстроил регулировку. Но заходить в женскую не мог. А у меня сегодня по расписанию были три женщины, которым очень не мешало бы прогреться после тренировки.       Ярослава на мгновение задумалась, кивнула и снова вернулась к разговору. Я больше не стал мешать и пошел в зал. Личной тренировки сегодня не планировал, но потаскать железо просто так – в удовольствие – это мы завсегда могём.       — Денис!..       За шумом бодрой музыки из колонок, я не сразу уловил, что меня зовут. Дожал штангу, убрал ее на место и только теперь заметил спешащего ко мне администратора.       Яська была из тех девчонок, которым не очень повезло с нижней частью тела. Или наоборот – повезло. Это уже как кому нравится. Но для меня всегда важным в человеке оставались именно пропорции. Причем, касалось это не только внешности, но и интеллигентности. А в случае с Ярославой создавалось впечатление, что нижнюю и верхнюю часть взяли от разных людей и состыковали случайным образом. Причем, верхнюю явно кормили хуже.       — У тебя новенькая, — махнула Яська рукой себе за плечо, повернулась и поманила девушку.       Новенькая уже успела переодеться и подошла к нам в спортивных обтягивающих шортиках яркого неонового желтого цвета и таком же топике. Сама по себе одежда неплохая, но слишком уж яркая, скрывающая рельеф тела. Рыжие волосы собраны в произвольный хвост, желто-карие широкие глаза смотрели с интересом и какой-то едва заметной хитринкой.       — Это Алиса, — представила администраторша. — А это – тренер. Денис Игоревич.       — Можно просто Денис, — разрешил я. Не люблю, когда меня называют по отчеству в неполные тридцать. Но Яська упрямо каждый раз лепила его к имени. — Какие ожидания?       — Похудеть, — ответила девушка. — Привести тело в хорошую форму.       В целом, фигура у нее была неплохая. Немного запущенная, но это решается буквально за месяц, если следовать всем рекомендациям. Грудь великовата. Но это тоже не страшно: подкачается – чуток уменьшится и станет лучше.       — А для чего худеть? — задал я свой обычный вопрос, чтобы докопаться до истинных причин или мотивов.       Яська оставила нас одних и вернулась к любимому телефону.       — Парень сказал, что жирная и целлюлита много, — призналась она.       Бред. Целлюлита как раз почти и не видно. А жир все равно полностью не убрать. Да и не нужно. Что ей – для конкурса сушиться что ли? В общем, больше похоже на очередные манипуляции внутри пары.       — Если будешь делать для парня, то вряд ли получишь результат, — пояснил я. — Это должно быть нужно именно тебе.       — А если не для, а ради парня?       — Только если это будет ради… вать тебя, — усмехнулся в ответ. — В общем, я предупредил, чтобы потом не расстраивалась и не обижалась.       Посмотрим еще на нее на разминке. Скучные и примитивные на первый взгляд движения многих отворачивают от продолжения. Но, если удастся заинтересовать самим процессом, можно сказать, что половина успеха предрешена.       Алиса оказалась трудолюбивой девушкой и послушно выполняла все, что я ей давал, не пытаясь себя жалеть. С нее уже после разминки текло так, что полотенце можно было смело развешивать на просыхание, а после основных нагрузок с него почти текло.       — Две минуты отдыхаешь и идешь на следующий подход, — сообщил я.       — А можно три? — первый раз за всю тренировку попросила она.       — Можно. Тяжело?       — Очень! — Она оперлась на ближний тренажер и тяжело дыша посмотрела на меня. — А вам не надоедает работать с такими, как мы?       Неожиданный вопрос. К работе можно относиться по-разному. Но Алиса явно выделяла конкретный тип людей.       — Мне нравится помогать людям становиться лучше, — осторожно ответил я. — И хочется верить, что им это тоже нравится.       — Разве мы изначально плохие?       Она, случаем, не из журналистской братии? Эти любят позадавать каверзные вопросы. Причем, чем хуже журналист, тем каверзнее его вопросы.       — По-моему, я этого не говорил.       — Я тоже не так хотела сказать, — исправилась Алиса. — Разве тело важнее ума?       Когда-то меня этот вопрос тоже мучил.       — Все. Всегда. Относительно. — Я внимательно смотрел в ее глаза. — Тело усиливает разум и снабжает его необходимыми для правильной работы элементами. Здесь важны не только витамины, микроэлементы или аминокислоты. Гормоны тоже играют немаловажную роль. А уж про зависимость умственной деятельности от кровоснабжения мозга и вообще можно не говорить. Это каждый школьник знает.       — Так уж и каждый? — стрельнула глазками рыженькая и я понял, что возразить ей нечем. — Так может у вас и вышка за плечами имеется?       Ох уж мне этот молодежный жаргон… Коверкают понятия незнамо зачем. А потом ещё и сами начинают в них путаться.       — Если ты про образование, то – да. Экономика, психология… Тебе что интереснее?       Мог бы и не спрашивать. На психологию велись практически все особи женского пола. Для них эта наука была чем-то сродни астрологии, при том, что по-настоящему в науке познания человеческой сущности разбирался мало кто.       — Две вышки в таком молодом возрасте? — не поверила Алиса.       — Мне двадцать восемь, если что. Но отчасти ты права: психология уже шла на КПК.       — Это как? — не поняла она.       — Курсы повышения квалификации. Но, по сути, – второе высшее за два с половиной года обучения.       — И многому научили?       — Фигня, — скривился я. — От реальности отстают лет на тридцать. Пытаются угнаться за модными направлениями, но, как всегда, упускают самое главное.       — А что самое главное?       — Человек, конечно. Глупо подгонять психологию всех людей под теории, сформированные на примере одной группы. Но среди моих коллег часто популярны методы убеждения клиентов в этих теориях, а не попытки разобраться именно в них.       Алиса восхищенно округлила глаза и захлопала ресницами.       — Это так интересно, — ахнула она. — А во мне вы тоже будете разбираться?       — А как же, — подтвердил я. — Попытки манипулировать уже учтены. Самообман тоже замечен. — И объяснил в ответ на непонимающий взгляд: — Ты уже лишние две минуты заговариваешь мне зубы вместо того, чтобы идти на следующий подход.       Девушка скромно опустила глаза и безропотно отправилась на гиперэкстензию, всем видом продолжая отыгрывать подобранную для меня роль. Наивная.       Я погонял ее еще с полчасика и после растяжки отпустил переодеваться, наказав на три минуты зайти в сауну.       — Ну что? Твое мнение – будет ходить? — поинтересовалась Яська, расписывая журнал и планы на следующий месяц.       Я выбрал себе в автомате двойной эспрессо без сахара и задумчиво посмотрел на администраторшу.       — Не уверен. По-моему, она здесь не для этого.       — Здесь большинство девушек не для этого, — хихикнула Яська. — Но ходят же.       Насколько я понимал, Алисе просто нужно было показать своему парню, что она его послушалась. А дальше уже появятся сотни причин, почему не получается ходить дальше. Любовь к своему телу тоже разная бывает. Кто-то ценит его за то, что оно может дать. Как правило, это связано с хорошей или удачной наследственностью. Кто-то ценит тело за выносливость и пичкает его всем подряд, не задумываясь о последствиях. И лишь немногие любят его безоговорочно и разумно, удерживая в рамках полезного развития, устраивая временами критические проверки.       Что же, проверим ее серьезность самым сложным заданием.       Я выглянул из-за угла в коридор, ведущий к раздевалкам и нос к носу столкнулся с Алисой, которая как раз шла на выход. Кажется, девушка не только не смутилась, но даже обрадовалась. Уставилась на меня своими выразительными глазенками и застыла на несколько секунд.       — А вы, смотрю, не медлите с переходом к близости, — наконец улыбнулась она. — Это только со мной или со всеми так?       — Если я берусь кого-то тренить, то на это время мы практически становимся одним целым, — неопределенно ответил я. — Идем. Расскажу тебе, что требуется по питанию.       Возле администраторской стойки с отрешенным видом топтался парень в аляповатой дорогой одежке и с выражением гопника на лице. Господи, хоть бы не к нам! Обломать его, если что, труда не составит. Но вони потом и разборок будет слишком много.       — Малая, тебя долго ждать? — с ходу возмутился он, завидев Алису.       Она подскочила к парню и поцеловала по касательной.       — Две минутки, котик…       Я не стал тянуть и быстро расписал на листке рекомендуемое для нее питание на неделю. Внизу с тремя восклицательными знаками и двойным подчеркиванием написал «дневник питания» и объяснил, что вписывать в него нужно все, что попадает в рот. На этих словах гопник глупо скривился в улыбке, а я постарался ничего не заметить.       — Если возникнут вопросы по еде или сложности с тренировками – лучше перезвони, — проинструктировал я и написал в уголке листа свой номер мобильного.       Парочка вышла на улицу и уже там, за стеклянными дверьми, я увидел, как парень жестко притянул к себе рыженькую за шею, демонстрируя превосходство и ей и всем вокруг, кто мог бы в этом усомниться. Меня передернуло. Даже животные ведут себя человечнее, чем это нечто.       — Я думал, что таких уже не осталось, — повернувшись к Ярославе, заметил я. — Сколько подобных пришлось воспитывать в молодые годы. Даже вспоминать противно.       — Ты просто вращаешься в других кругах, — огорошила меня она. — Правда, их поменьше стало. Но они как тот лох, который никогда не вымрет. Ты его шмотки, кстати, видел? Тут еще и родители виноваты, что вместо своевременной взбучки сыночку деньги давали. Вот он и привык, что важнее и лучше всех.       И не поспоришь.       Дальше день пошел уже по накатанной. Привычные подопечные, спортивные шуточки и обычная тренерская работа. Но рыженькая Алиса из головы почему-то не шла. Я даже пару раз отошел в туалет и в свободные полчаса провел себе короткую тренировку с максимальными нагрузками – не помогло. Хитрая мордашка все равно стояла перед глазами.       Ближе к вечеру на мобилку позвонил Давид – друг детства. Последние пару лет, как он женился, наши встречи стали более редкими, но остались регулярными. Тем более, что жил приятель в большом доме на окраине, любил шумные вечеринки и умел грамотно подобрать состав гостей.       — И как твои экономические показатели в тренерском бизнесе? — с ходу сострил он.       Хорошо так шутить, когда всего добился сам с помощью папиных денежек и знакомств. Впрочем, жадным Давид никогда не слыл и другом тоже был хорошим.       — Взлетают на малом ходу, — успокоил я. — Не боись, не скоро еще тебя догоню.       За это он переживал меньше всего.       — Вечером свободен?       Дома давно стоило сделать мало-мальскую уборку или хотя бы смахнуть залежи пыли с самых видных мест. Да и знакомая одна давно напрашивалась на чай. Тоже больше месяца откладываю. А время-то идет. Но и друга я не видел уже довольно давно.       — Там Тонька обещала подругу привести, — загадочно проговорил Давид. — Из музыкантов. Ты же у нас ценитель творчества. Присмотришься?       Идея точно не его. Последние полтора года именно жена Давида постоянно пыталась найти мне подходящую пару. Из-за чувства вины, что ли?       — Я уже к Тоньке присмотрелся, — напомнил я. — До самой вашей свадьбы.       — Любовь зла… — вздохнул в трубку друг. — Но ты же уже на меня не серчаешь?       Да я и тогда не серчал. Какой смысл был бы в девушке, которой ты не нужен? За Давида, правда, первое время переживал. Но, вроде бы, Тоне он нравился наравне с его благосостоянием. А браки по расчету тоже бывают счастливыми. Если все просчитано верно.       Я должен был догадаться, что если жизнь начинает тебя чем-то грузить, то просто от этого не избавиться. Образ, который целый день стоял у меня перед глазами, самым идеальным образом совпал с лицом юной музыкантши, которую Тоня гордо вытащила из-за шторы дверного проема в их небольшой кинозал. Мы уставились друг на друга уже второй раз за день и застыли, что жена друга восприняла, как очень удачное свое решение и быстренько ретировалась к другим гостям.       — Алиса, — скромно представилась девушка и слегка присела, имитируя книксен.       Сейчас у нее было два коротких хвоста на голове, которые смешно торчали в разные стороны.       — Денис, — принял я правила игры. — Мы с вами нигде не встречались ранее?       — Все возможно, — согласилась рыженькая. — Вселенная такая маленькая.       Она протянула мне руку. И впервые я коснулся ее не как подопечной на тренировке, а как самой настоящей девушки.       — И очень опасная, — поддержал я. — И как это ваш цербер отпустил свое сокровище без присмотра.       Алиса тут же изменилась в лице и снова превратилась из дамы высшего общества в простую девушку, с которой я утром проводил тренировку. Она усмотрела на столике возле стены бокалы и бутылки с вином и тут же налила себе мускат. Выпила его залпом и налила заново. Интересно, вспомнит внести эти порции в дневник питания?       Я ограничился половиной бокала каберне.       — Вау, — обрадовалась она. — Так ты пьешь?       — Чуть-чуть красного сухого даже полезно. — Я любил хорошее вино, а у Давида оно всегда было отменное. — Но что насчет моего вопроса?       Больные моменты нужно прорабатывать сразу, чтобы потом они не застали вас врасплох.       — Он с пацанами в сауну пошел, — ответила Алиса. И, судя по тому, как загуляли скулы, ей это было совсем не по вкусу. — Знаю я их сауну… До утра девок шпилить будут.       Мне понравилось, что она не скатилась до матов, хотя сама ситуация, конечно, была нехорошая.       — Не ревнуешь? — спровоцировал я.       — Жутко! — полыхнула Алиса и вцепилась в бокал так, словно пыталась его сломать.       — А зачем? Что это изменит?       Она непонимающе уставилась на меня.       — Это же ревность. Ею невозможно управлять. Да я убивать готова, когда она на меня накатывает.       Я осторожно взял ее за руку и отвел в кинозал. Усадил в мягкое глубокое кресло и сам сел рядом во второе.       — Мы сегодня как раз об этом говорили, — напомнил ей. — Контроль над телом и контроль над разумом, эмоциями всегда идут рука об руку. И когда ты учишься управлять одним, то и второе начинает тебе подчиняться.       — Это все просто умные слова, — возразила Алиса.       Правда, уже более спокойным голосом. Я взял ее за руку, лежащую на подлокотнике и осторожно прощупал пульс на запястье. Он тоже вернулся к норме и это было хорошо.       — Но почему все так уверены именно в рассудительности? — внезапно спросила она. — А что, если жизнь и будущее наоборот зависят от твоего умения испытывать эмоции? От умения правильно ненавидеть, глубоко восхищаться, верно любить?       — А есть такие примеры? — удивился я.       — Есть. Не могу ими поделиться, но они точно есть.       — Хорошо. — Я не стал настаивать. — Но в чем, например, польза от ненависти? Разве она не деструктивна по своей сути?       Из соседнего кресла прилетел короткий смешок.       — А если тебе нужна эта деструктивность, чтобы сформировать что-то новое? Нельзя построить новый дом, не сломав старого.       — Надеюсь, речь не о моем доме? — беспокойно спросил от входа Давид и довольно рассмеялся. — Честно говоря, я очень боялся помешать вам… но давно не видел лучшего друга и решил рискнуть.       — Одну минутку, — попросил я его и снова переключился на Алису, которая уже выбралась из своего кресла и собиралась незаметно ускользнуть. — Ты говоришь о тех случаях, когда старая любовь мешает новой?       Она замерла и очень странно на меня посмотрела.       — Ты меня удивил, — призналась шепотом. — Может, ты на самом деле знаешь, о чем говоришь…       Озорно подмигнула и просочилась мимо Давида.       — Я точно не помешал? — запоздало испугался он, провожая ее взглядом.       — Все нормально, — успокоил я, поднялся и обнял старого друга. — В конце-концов, я твой гость, а не ее. Хотя, признаться, эта особа сумела меня зацепить.       — У вас еще вся ночь будет впереди, — пообещал он. — И натанцуетесь и наобщаетесь. А, если надо будет, и комнату найдем.       Давид всегда был необычайно практичен. Может, именно поэтому мы и нашли с ним общий язык в детстве, когда никто не хотел общаться с зазнавшимся мальчишкой. Его семья тогда еще ничем не отличалась от остальных. Девяностые вообще были временем непредсказуемых перемен, возможностей и провалов. Кто-то сумел не только выплыть, но и подняться. Кто-то навсегда пропал без вести в пучинах ошибок.       Я лишь засмеялся в ответ на его предположения и увлек к остальным. Вечер действительно только начинался, а я еще ни с кем не успел даже поздороваться.       Как ни странно, мне почти удалось забыть об Алисе на ближайшие пару часов. Компания этого вечера была крайне удачной и со многими я не виделся уже годы. Особенно с теми, кто давно уехал за границу и на родине появлялся лишь короткими набегами. Поэтому, когда начались танцы и среди движущихся фигур опять мелькнули два забавных рыжих хвостика, я невольно вздрогнул и постарался стать так, чтобы видеть девушку издалека.       Вот только она тоже заметила меня и, подскочив, потащила в самую гущу музыки и движений. Не самое удачное решение: после усиленной тренировки я мало чем отличался на танцполе от бегемота. Впрочем, рыженькая от этого только больше веселилась. И, несмотря на все мои попытки выйти из танцев и присесть в стороне, снова и снова находила меня и возвращала обратно.       К началу медленного танца мы «неожиданно» тоже оказались рядом.       — Я понял, — сообщил я, когда пальчики ее левой руки скользнули в мою правую ладонь, а левой мягко легли на плечо. — Это была маленькая месть за прошедшую тренировку.       — А было за что мстить? — удивилась она.       Жар разгоряченного женского тела опалял руку через ткань платья. Легкий запах пота смешивался с феромонами и гормонами, но не был неприятным, хотя парфюмерией девушка явно не злоупотребляла. А, главное, ее дыхание оставалось чистым и немного щекотало кожу лица.       — Я бы придумал за что, — улыбнулся в ответ. — Если бы был женщиной.       Она обняла меня за шею и это позволило перенести на талию вторую руку. Маленькое откровенное белое платье из тонкой ткани позволяло ощутить движение мышц под ним и это приятно заводило. Наверное, даже больше, чем я мог себе позволить в первый день знакомства.       — Мне надо отойти, — предупредил я, когда танец закончился и Алиса понимающе с прищуром улыбнулась.       Стоя перед зеркалом возле умывальника в туалете, подумалось, что было бы неплохо принять душ. А еще я задался вопросом – правильным ли будет увезти Алису после вечеринки к себе, учитывая, что у нее есть парень? Да и вообще: можно ли считать быдловатое нечто человеком, чтобы как-то с ним считаться?       Если последний вопрос казался категорически риторическим, то первый немного смущал.       — Ты специально сбежал повыше?       Я действительно ушел на третий этаж, чтобы максимально дальше оказаться от гостей. Во время шумных вечеринок тишина всегда приятно приводила в чувство.       — А ты специально шла за мной?       Она засмеялась и закрыла мне рот жарким поцелуем. Настолько горячим и настойчивым, что я враз позабыл о всех сомнениях. Но доминировать здесь все равно буду я.       Пришлось перехватить ее поперек талии и развернуться, прижав к соседним дверям. Алиса тоже воспользовалась моментом и обхватила меня ногами, отсекая любые пути к отступлению, вдруг я этого захочу. Но я уже хотел другого.       Дверь неожиданно распахнулась внутрь и мы влетели в маленькое помещение, которое наверное использовалось вместо кладовой и где сейчас по чистой случайности стояло несколько мягких стульев. Как удачно совпало! Я прикрыл за собой дверь и помещение полностью погрузилось в темноту.       — А у тебя оказывается все продумано, — возбужденно прошептала Алиса, хотя я был уверен, что ручку повернула именно она.       — Я просто хороший импровизатор!..       Мы избавлялись от одежды так, словно от этого зависела наша жизнь. Я моментально оказался на стуле, а невидимые рыжие хвостики одновременно защекотали мой живот, пока девичьи руки ноготками скользили по напрягшимся ягодицам. Алиса хорошо понимала, как сделать мужчине приятно, но я больше хотел ощутить ее иначе.       Стул заскрипел от двойной активной нагрузки, но выдержал. А я подивился, какие чудеса способна творить темнота: большая на первый взгляд грудь сейчас казалась почти идеальной и очень приятно касалась меня, пока разгоряченное тело Алисы ритмично приподнималось и опадало. Мы идеально чувствовали друг друга и снаружи, и внутри. А наши губы и языки не желали расставаться ни на мгновение.       Когда все закончилось, у меня вначале перехватило дыхание, как на самолете при заходе на вираж. А последующие ощущения больше напоминали эйфорию от идеальной гармонии, когда казалось, что это мгновение будет длиться вечно.       Алиса, выгнувшись и застонав, тяжело задышала. И, сидя на мне, тоже не спешила разрывать связь. Я молчал. Я знал, что первое слово должно быть за ней. И растерялся, когда, обняв меня за шею, девушка просто расплакалась.       — Салфетки принесешь? — попросила она через время.       Я усадил ее на свое место и попытался на ощупь разыскать вещи. Потом догадался приоткрыть дверь и подобрать свое в проникшем свете. Осторожно выглянул наружу и, убедившись в отсутствии посторонних глаз, быстро скользнул в туалет.       Через пять минут мы уже спускались вниз, где все почему-то затихло. Все смотрели в сторону входа. А там Давид пытался вразумить растрепанную знакомую личность с видом типичного гопника.       — Так вот же она! — заорала личность, показывая рукой в нашу сторону. — Что вы мне…       Следующий поток слов полностью подтверждал его внешность. Нормальные люди изъясняются иначе.       Давиду было сложно самому справляться с необузданной агрессией незваного гостя и я поспешил ему на помощь. Наверное, это все же было ошибкой, поскольку парень сразу признал меня вблизи и нехорошо изменился в лице.       — А-а-а… так это ты, гад!..       Он дернул рукой и мой друг предусмотрительно отскочил в сторону. Нож-бабочка. Опасная вещь в умелых руках.       Я застыл напротив.       — Что?.. — противно оскалился парень. — Кишочки затряслись? Щас мы тебе их…       И снова куча жаргонных и неприличных словечек.       Вот придурок! Его же посадят, если вздумает размахивать этой железкой в доме Давида. И папочка с мамочкой не спасут – не того полета птицы, если сравнивать с отцом моего друга. И все же он в состоянии аффекта. Еще и алкоголем разит, как от проспиртованного алкаша. Вряд ли полностью соображает, что делает.       Он пошел на меня, умело перекидывая нож из руки в руку. Пришлось отступать, выжидая, пока ситуация или какая-нибудь его ошибка позволит выбить опасный предмет из руки. Но не повезло мне. Под ногу попалась не убранная кем-то пробка от шампанского, я потерял равновесие и чуть не упал.       Противник тут же кинулся с ножом перед собой. Он понимал, что я не смогу увернуться, и точно знал куда бить.       Перед носом мелькнули рыжие хвостики. Как некстати. Он же может ее тоже поранить. Я схватил Алису за бока и постарался отодвинуть в сторону, но она почему-то повисла на моих руках и как-то жалобно всхлипнула.       Давид и другие мужчины крутили и оттаскивали от меня оголтелого придурка. А я все не мог понять, почему на белом платье Алиски разливается какое-то красное пятно…