День 5-й. Часть 1-я

      Перед глазами застыло серое нечто. А на его фоне мне по-прежнему виделось белое платье, по которому медленно расплывалось красное пятно крови.       Бр-р-р… приснится же такое. И девушка… Она действительно очень была похожа на Алису. Только старше лет на пять и, сочнее, что ли... Почему вообще мне это приснилось? Неужели я стал настолько мнительный, что задушевный разговор перед сном так сильно повлиял на подсознание? Или это снова непредсказуемое влияние леса и лагерей?       Несмотря на довольно теплое, хоть и раннее утро, меня бил озноб. И, как назло, ни лучика солнца над горизонтом, чтобы подставиться под него и погреться. Эх! Придется, как всегда, разогреваться прыжками и пробежками.       К моему удивлению, Алисы рядом не оказалось, хотя я точно помнил, что засыпали мы почти в обнимку. Но почти сразу удалось рассмотреть на песке цепочку ее следов, уходящих в сторону Водного Совенка. Они настолько выделялись на фоне остальных, будто девушка специально старалась указать мне направление. И в свете последних событий это уже не могло не настораживать. Кошмар! Что же со мной будет, если я задержусь здесь еще на несколько циклов?       Пройдя через весь пляж, я вышел к устью реки и сразу же увидел рыжую с другой стороны. Почему-то она была совсем без одежды и с томной улыбкой на губах манила меня к себе. Да ладно… Что еще за игры с самого утра?       Я осторожно и внимательно перешел реку, но девушка не стала меня дожидаться и неторопливо ушла в лес, сохраняя такую дистанцию, чтобы видимость не терялась. Сейчас она стояла по колено в густом тумане и не прекращала периодически подзывать меня жестом.       Ох, и странная ты Алиска! Надеюсь, в этот раз обойдемся без одержимостей?       Когда я дошел до первых клубов тумана, рыжей уже наполовину не было видно. Как это было в «Ну, погоди!», когда заяц изображал из себя примадонну. И что мне теперь – подобно волку нырять в туман и незаметно подбираться к ней? А, вдруг, очередная яма забвения подвернется? А второго яблока у меня нет.       Я всмотрелся в туман и внезапно заметил что-то странное. Пришлось отломать ветку от ближайшего куста и немного развеять белесые клочья атмосферного явления. Перед глазами мелькнуло ржавое железнодорожное полотно.       Ну, вот! Я же чувствовал, что тут какая-то ловушка. Еще и «царь», наверное, ненастоящий. Точнее – рыжая царица…       Я пошел по самой кайме стелющейся дымки, обходя то место, где застыла Алиса, по небольшой окружности. Она продолжала следить за мной глазами, поворачиваясь следом и теперь уже непрерывно двигая пальчиками в призывном жесте. Ну, уж нет, деточка, не пройдет со мной этот номер!       Споткнувшись об островок мха, облепивший какую-то старую трухлявую корягу, я воспринял это, как подсказку. Вырвал целый клок и запустил им в девушку. Естественно, он пролетел насквозь. Алискин образ зашатался, пошел волнами и развеялся вместе с частью тумана. А в проявившемся участке показался полуразрушенный вход в тоннель, куда вели уже знакомые железнодорожные пути. И мне даже послышалось внутри недовольное урчание.       Да ну вас всех в задницу! Сколько уже можно издеваться над честным и порядочным пионером? Теперь еще больше обходить придется.       Я почти дошел до вешки указателя, как что-то непонятное и полупрозрачное скользнуло у меня из-под ног, напугав почти до икотки. Кажется, я начинаю понимать, почему большинство игроков предпочитает ночевать в своих домиках: с этим лесом можно сбрендить раньше, чем от нескончаемости циклов.       В стороне взгляд зацепился за неуместное здесь сине-белое пятно. Затем еще за одно. И еще. На земле беспорядочно валялась пионерская форма. Что-то похожее осталось после того, как мы с Агк'харной дали отпор зловредным мистикам. Неужели они снова попытались на нее напасть? Вот же глупые создания! Ничему опыт не учит.       И тут из-под земли полезло что-то странное. С виду эти существа напоминали морские звезды с длинными и гибкими лучами. Но они были больше, шустрее и совсем прозрачные. И не просто выбирались из-под земли, а словно просачивались наверх, как если бы видео впитывания почвой воды прокрутили в обратном порядке.       Существа дружелюбно хватались лучами друг за друга, словно закадычные друзья после долгой разлуки. Обнимались, лезли одно на другое, пока в итоге не превращались в самых обычных парней и девушек. И уже в этом виде проворно натягивали на себя валяющуюся пионерскую форму и без единого слова исчезали среди деревьев.       Вскоре я опять остался один. Подошел к месту, где только-только происходила непонятная мистика и не увидел на земле ни одного следа. Естественно! Откуда им взяться, если я наверняка сплю?!       На всякий случай я даже поковырялся ногой в хвойном опаде и не нашел там ничего необычного. Все-таки надо получше питаться и побольше спать, не то скоро и черти привидятся.       До стоянки у озера я уже добрался без приключений. Оля и Марина спали, укрыв ноги половиной одеяла. И я тоже тихонько прилег возле них, прижался спиной к теплому девичьему телу и закрыл глаза. Уснуть получилось моментально.       Поднялся я все равно раньше. И даже успел размяться и умыться прежде, чем прозвучал горн, призывающий на завтрак. Ладно. Кажется, придется сегодня мне добывать еду, пока оруженосцы верно дрыхнут у озера.       Возле столовой опять поджидала Мику.       — Что-то еще? — растерялся я.       Но она лишь напомнила свою просьбу о Женьке, смутилась и юркнула в толпу заходящих внутрь мистиков. Кстати, вот как они успевают и лагерь охранять и на прием пищи являться своевременно? Я всмотрелся в абсолютно обычные лица пионеров, стараясь найти хоть какое-то отличие от живых людей, и потерпел фиаско. Тогда во второй раз попытался убедить себя, что увиденное ранним утром было обычным сном. Вроде бы удалось. Но что-то в подсознании продолжало этому противиться.       На завтрак была пережареная яичница с двумя кусочками сала и гренки, что порадовало хотя бы разнообразием. Горячее какао пахло непонятно, но на вкус оказалось приемлемым, пусть и чересчур сладким.       По пути к свободным столикам я снова пересекся с Мику, которая в этот раз не проронила ни слова, но совершенно «случайно» направила меня к библиотекарше, перекрыв другие пути прохода. В итоге, я нехотя сел напротив очкастой вредины и уставился на нее, не зная, с чего начинать разговор.       — Чего надо? — не выдержала она через минуту.       — Вопрос есть, — нашелся я, хватая вилку и протыкая яйцо. — Почему ты не играешь?       Кажется, у кого-то я это уже спрашивал.       — С кем? — Она практически не поднимала головы от тарелки, но умудрялась при этом смотреть мне прямо в глаза. — Ты хотя бы раз задумывался, как вы выглядите со стороны? Я – про парней. Похотливые, наглые, самоуверенные. Как там у Высоцкого — уж лучше быть самой, чем вместе с кем попало?       Кого-то она мне сейчас очень сильно напоминала. И в этом виделось счастливое провидение: если сумею справиться с Женькой, то и Марьяшку удастся перевоспитать.       — Это все эмоции, — покачал я головой. — А пример можешь какой-нибудь привести?       — Да ты сам. — Она даже вилку уронила в тарелку. — Твое отношение к Мику. Даже поговорить боишься…       Значит подруга ничего ей не рассказала. Забавно.       — Ну, это ты врешь! — усмехнулся я. — Мы с ней сразу же поговорили, как только ты лезть перестала.       Ее щеки полыхнули, а руки схватились за столовый прибор, как за спасательный круг. Девушка сделала вид, что всецело поглощена едой и больше никого не замечает.       — Вот видишь, — продолжил дожимать ее я. — Все просто, если позволить людям жить их жизнью, а не вмешиваться в нее третьим лишним.       Кажется, она чуть не откусила кусок вилки.       — Если у тебя все хорошо – чего тогда прицепился ко мне?       — Потому что у тебя все плохо!       — Но это же моя жизнь, — парировала она. — Тебе не кажется, что противоречишь сам себе?       — Ничуть, — не сдавался я. — Если вспомнить, что ты еще ни разу не выигрывала, – значит, и не способна за себя отвечать… Сколько жизней ты уже упустила?       — Понятия не имею. — Она залпом выпила какао вместе с пенкой и встала из-за стола. — Почему ты решил, что это полноценные жизни?       Да если они хоть немного похожи на мой последний сон, то там всего один день полноценнее, чем все существование в лагере бяки Жени.       — А тебе есть с чем сравнивать?       Она стрельнула в меня недовольным взглядом, усиленным линзами очков, и гордо ушла. Ну… я старался. Не уверен, что такой же подход сработает с Марьяной. Кажется, у девушек слишком все индивидуально. Да и здесь сейчас я не был уверен, что все сказал правильно.       Тетя на раздаче сегодня смотрела на меня намного добрее, чем в первые разы. На просьбу собрать еды для девушек среагировала более, чем отзывчиво и передала целый бумажный завернутый сверху кулек, от которого почему-то пахло шашлыком, и два треугольных пакета с молоком.       По пути назад я заскочил к себе, отметиться у Ниночки и забрать рюкзак. Немного подумав, уложил внутрь покрывало с кровати. Наверняка пригодится. А забирая со стола уже слегка промасленный кулек, снова заметил Женькину перьевую ручку. Вот, что это – знак? И на всякий случай тоже кинул в рюкзак.       Мои оруженосцы уже не спали. Но, сидя на одеяле, сонные и растрепанные выглядели словно две совы, застигнутые врасплох.       — Держите завтрак.       Я выгрузил перед ними молоко и кулек, и с довольным видом плюхнулся рядом. А девчонки засуетились, раздувая костер и выискивая палочки, на которых можно было разогреть холодные кусочки шашлыка.       — Съедобный, хоть? — поинтересовалась Марина, недоверчиво принюхиваясь к мясу.       — Фиг его знает, — пожал я плечами. — Нас горелой яичницей травили и засахаренным какао.       — Везет вам! — сыронизировала Оля и протянула на палочке первый подогретый кусочек.       Мясо оказалось мягким и просто восхитительным. Я благодарно принял угощение и от Марины, после чего настоял, чтобы девчонки сами хорошо поели. С их энергией и вечным энтузиазмом сытная еда просто необходима.       — Слышали, что вы с Машкой собрались докопаться до создателей Игры? — спросила Оля с набитым ртом.       — Не собирались, но думали, — кивнул я. — Пришла в голову мысль, что для чего-то эта Игра нужна. Вряд ли ее придумали просто так…       — Ну, отлично! — согласилась Оля. — Чем не приключение? Давайте поищем.       Чем-то эта ситуация напомнила мне дворовые игры, когда скучный день становился ярким и оживленным после внезапных слов «а давайте поищем клад». Никто и понятия не имел, что именно нужно найти, но сам азарт от поисков и предвкушения раскрытия тайны давал цель как минимум на вторую половину дня.       — Где будем искать? — не стал я спорить.       Все равно понятия не имел, чем заниматься до конца Игры.       — А что у нас недоступно?       — Душевые, спортзал, админздание, склад, — подключилась Марина. — Еще мы понятия не имеем, что творится в общем здании кружков, но вход туда свободный.       Прекрасно. Что тут скажешь. Давно мы по заброшенным зданиям не лазили.       — Вас старый корпус вообще ничему не научил? — поразился я.       — Как это не научил? — удивилась Оля. — Научил: зайти вначале к Виоле.       Медсестра была на своем рабочем месте. Наверное, один из немногих людей в лагере, кого всегда можно было найти там, где он и должен быть. Она внимательно выслушала девчонок, которые сбивчиво твердили о желании облазить закрытые здания, и непонимающе перевела взгляд на меня.       — И что вы там забыли?       — Сам не знаю. — Я действительно терялся с ответом. — Им хочется приключений. Правила Игры этому никак не противоречат. Вот и изощряемся. Им точно никакие прививки больше не нужны?       — Ремня бы им дать! - мечтательно ответила женщина.       — А есть?       Я даже представил, как Виола открывает пакет первой помощи и достает из него новенький стерильный кожаный ремень с небольшой, но очень внушительной пряжкой.       Кажется, девчонкам представилось что-то подобное и они захихикали в ответ на мой вопрос.       — Нету! — сурово заявила медсестра. — И в зданиях этих тоже ничего нету, кроме опасных обрушений и прохудившихся перекрытий. Вам бы не ерундой страдать, а играть дальше, пока возможность есть.       Лично я это понял, как утверждение, что возможности медицины еще не рассматривали указанные объекты, как равные Старому Корпусу. И значит исследовать их стоило на свой страх и риск. И, наверное, поменьше нужно сообщать о подобном старшим.       — А ты почему не играешь? — неожиданно спросила Оля, когда я уже собирался покинуть медпункт.       — Вы!.. — строго поправила ее Виола. — Все-таки я старше тебя в два раза. Имей уважение. А что касается Игры… так моя задача не играть, а беречь вас.       — А интерес какой? — поддержала подругу Марина.       — С чего вы взяли, что какой-то интерес важнее ответственности?       — Странный вопрос, — удивилась Оля. — Ни с того, ни с сего брать на себя ответственность за кучу пионеров… мы же для вас никто. И вы нам тоже ничего не должны.       Виола поднялась со своего стула и посмотрела на нас сверху вниз. Мне сейчас показалось, или она стала немного повыше, чем обычно?       — Это вам так кажется! — спокойно, но тоном, не терпящим возражений, произнесла медсестра. — Я не собираюсь объяснять детям то, что само собой разумеется взрослому. Идите играйте! Повзрослеть всегда успеете.