День 5-й. Часть 11-я

      Я невольно схватился рукой за голову и сразу же ощутил под пальцами огромную шишку. Это же как надо было долбануться, чтобы сразу получить такую?       Рядом со мной что-то горело и отдавало жаром. Кажется, это тот самый дом с вывеской «Сельпо», в который побежала Лиза. И дернул же черт эту дурочку туда полезть. Как будто мало ей других неприятностей. Сама-то хоть внутри не осталась?       Я подскочил и сразу увидел девушку немного в сторонке от себя. Она держала в руках мой рюкзак и виновато смотрела на меня перепуганными глазенками. Фу-ух… ну, хотя бы невредима.       — Живой? — побеспокоились из-за спины.       Я резко обернулся и уставился на двух своих верных оруженосцев. И Марина и Оля смотрели на меня с какой-то непередаваемой жалостью.       — Как тебя угораздило с Лизкой связаться? — спросила Оля.       Можно подумать, что со мной кто-то по этому поводу советовался?! Поставили перед фактом знакомства и обязали рыцарским званием. Которое, кстати, именно девчонки мне и приписали.       — А вы тут какими судьбами? — удивился я и опять схватился за резко разболевшуюся голову.       Между тем, деревенька вместе с пылающим Сельпо начала постепенно терять свои очертания, пока полностью не исчезла, ничего не оставив после себя. Только слабый запах гари еще витал в воздухе. Но и его развеивал теплый и почти незаметный ветерок.       — Мы же верные оруженосцы, — напомнила Марина. — Отправились тебя в Водный искать, когда сообразили, что прошло уже слишком много времени.       — Вот и нашли, — поддержала Ольга. — Вовремя, кстати. Чуть не сгорел тут без нас.       Кстати...       — А почему начался пожар?       Лиза смутилась и потупила взгляд.       — Ну, это как бы… моя вина, — призналась она. — Тебя когда по голове ударило, я кинулась искать аптечку внутри. А там темно… Ну, я керосинку нашла. Зажгла. А она у меня из рук выпала и, в общем… все загорелось.       — Главное, что сама не сгорела, — подбодрила ее Марина.       А Ольга объяснила мне:       — Мы когда подоспели, она как раз тащила тебя из дома. Ну, то есть пыталась тащить, потому что запуталась в твоем рюкзаке и своих лямках.       — А то, что я еще дважды головой стукнулся? — припомнил я.       Девчонки переглянулись.       — Это уже наша вина, — призналась Оля. — Пламя сильное было и мы боялись, что у тебя волосы полыхнут. Пришлось хватать за ноги и буквально оттаскивать от пожара. Ну, ты пару раз о ступеньки и приложился.       Я снова потрогал шишку. К счастью, всего одну. На месте других ударов просто отдавало болью. Но, в сравнении с альтернативой сгореть, не самая дорогая плата.       А так… что поделаешь?! Просто у меня сегодня выдался ударный денек.       — Все равно спасибо, — поблагодарил я девчонок. — Давайте уже доведем это несчастьечко в лагерь и немного отдохнем.       Идти самому мне поначалу было сложно. Голова кружилась и ноги путались. Прямо, как в том бреду, что привиделся, пока я был без сознания – с Леной в роли любовницы и Светой в роли жены. Действительно бред! Упаси род – такое в реальности случится!       Девчонки подхватили меня под руки и помогали идти, поддерживая с двух сторон. А я обнимал их родные шеи и радовался, что у меня есть такая личная группа поддержки. Однако быстро заметил, что согнутые в локтях руки то и дело цепляют пальцами через рубашки девчоночьи груди. В любой другой день это бы прошло мимо моего сознания. Но сегодня любой лишний жест или взгляд влиял на меня по-особому.       — Я, наверное, все же сам пойду.       Мне действительно немного полегчало. И пусть шаги напоминали походку алкаша после вечернего возлияния, но это позволило полностью сосредоточиться на ходьбе и не отвлекаться на симпатичные ножки девушек.       Девчонки помогли мне взобраться на забор возле вечно закрытых ворот. После чего перелезли сами и приготовились страховать внизу. В этот момент Лиза вспомнила о рюкзаке и подала мне. При этом, сама запуталась в его лямках, потеряла равновесие и отпустила точно тогда, когда я уже тянул на себя.       Так что, ко всему прочему, я еще бухнулся спиной на землю, пополняя коллекцию собранных за день травм. Продышался и, успокоив подскочивших оруженосцев, не успевших меня вовремя словить, попросился пару минут просто полежать.       В этот момент Лиза, естественно, застряла наверху забора и девчонкам пришлось лезть ей на помощь, светя своими привлекательными попками. Конечно же, они меня ни капельки не стеснялись и понятия не имели о той проблеме, что настигла их рыцаря. А он только и думал, что, возможно, не к добру пришел в этот лагерь…       Вдвоем девушки помогли мне дойти до своего домика и уложили на кровать. И впервые за весь день я почувствовал себя хорошо. Пусть и ненадолго. Но все же хорошо.       — Так ты как? — тревожно поинтересовалась Оля.       — Словно после мясорубки, — признался я. — Все болит и состояние в целом хреновое.       О, кажется, это словечко из их репертуара.       — Может быть тебя лучше в медпункт отвести? — предложила она.       — Только не туда!       Рано или поздно я бы все равно рассказал им о своих приключениях. Чисто по-дружески. И даже, наверное, посмеялся бы над этими событиями. Но сейчас они не казались веселыми. Весь рассказ я стыдливо смущался и старался не смотреть на девушек по вполне объективной причине. Но воспоминания все равно умудрились немного завести, и к концу рассказа я уже внимательно прислушивался ко внутренним ощущениям, отслеживая вероятность появления второго «я».       — Повезло им, — вздохнула Марина, когда я рассказал все, кроме своего бреда в горящем Сельпо.       — А мне? Или я теперь не лучше подопытной собаки?       — Ну, я бы пару экспериментов провела, — мечтательно ответила она и подруга горячо это поддержала.       И я первый раз за время нахождения в домике посмотрел на их лица.       — Ну, уж нет, девчонки! Если у нас с вами что-то произойдет, то я хочу при этом быть собой, а не тем приматом.       — Если? — обиженно воскликнула Оля.       — Пусть будет «когда», если вам от этого легче, — успокоил я.       Они дружно закивали.       — А, может быть, от этого есть противоядие?       Говорить или не говорить?       — Есть, — все-таки признался я. — Пока только физическое. И то – на время. Другими словами, умелый удар между ног ненадолго лишает меня чрезмерного возбуждения и неуемного желания.       Марина тихонько заскулила со своего места.       — Жалко, — ответила она. — Так и отбить все можно. А что-нибудь вроде того самого яблока, которое помогло тебе выйти из админздания?       Не знаю, откуда она об этом узнала. Возможно, Полина рассказала после того, как Виола увела меня в медпункт. Но мысль-то дельная. И, что обиднее всего, все эти полдня я протаскался с возможным спасением у себя в рюкзаке. Если, конечно, не раздавил его в кашу.       Девушки послушно кинулись к рюкзаку и очень быстро отыскали мне надкушенное в двух местах, но еще вполне сочное зеленое яблоко. Осторожно положили его на кровать.       Ух ты! А я, оказывается, прилично проголодался за прошедшее время. Еле удержался, чтобы не сгрызть заветный плод целиком.       — Ну как? — Оля присела рядом на краешек кровати и почти по-матерински погладила меня по голове. — Действует.       Действует. Только кажется совсем не яблоко.       Обострившееся обоняние уловило тонкий девичий аромат. Это был очень особенный запах – крепкой половозрелой самки, готовой к долгому и очень активному спариванию.       — Простите, милые!       И, выскочив из домика, пулей рванул к забору. Я понимал, что мне больше нельзя оставаться рядом с ними ни секунды. Примат внутри еще не зашевелился. Но всего его инстинкты обострились и он в любой момент мог подвинуть меня на задворки сознания. А я просто не имел права позволить ему подобной радости.       Сложнее всего было определиться с направлением, поскольку практически в любом месте можно было наткнуться на девушек. А я в этот момент был настолько не уверен в себе, что мог отреагировать даже на Люду, окажись она на моем пути. Наверняка подобная встреча не понравилась бы обоим. Но мне потом еще пришлось бы оправдываться перед Дрекаваком.       А еще я очень боялся столкнуться с Агк'харной. Девушка явно была хорошей и доброй. И ко мне относилась неплохо, несмотря на странное восприятие внешности. А при встрече… неудобненько выйдет!       До большого лесного озера я добежал за считанные минуты. Вот и прекрасно: как раз то, что мне нужно. Плавание, ныряние и перепады температур вполне могут привести в порядок хотя бы на время. Лишь бы больше никто не появился на берегу в ближайшие полчаса. А я очень надеялся, что после ужина в лес для купания уже никого не потянет.       Скинул всю одежду и нырнул. Причем, сразу ушел на глубину, где попрохладнее и задержался до тех пор, пока хватало воздуха в легких. После этого вынырнул и, не давая себе ни мгновения передышки, совершил несколько заплывов от берега к берегу. И только когда усталость в мышцах возобладала над внутренним приматом, позволил себе выйти на берег.       И мне опять не повезло.       Пока я плавал, то малость запутался и выгреб не туда, где оставил одежду. А на противоположный пляж. И именно там сейчас располагались мои старые добрые подруги.       — О, наш ванька-встанька, — отреагировала на мое появление Марьяна. — Не прошло и полгода!..       Она стояла буквально в двух шагах от меня в своем простеньком купальнике и, к сожалению, выглядела слишком аппетитно, чтобы я хотя бы попытался сбежать.       Ну, почему именно они появились на этом пляже? Что за проклятие? Да еще и почти раздетые…       Я словно со стороны наблюдал, как мое второе «я» хищно и уверенно выбирается наружу. И оно, как никогда, жаждало Марьяну. Причем, не только, как самку. Еще ему хотелось отомстить за все былые унижения и доказать, что я, как мужчина, чего-то стою.       Все тело пришло в готовность, включая нижнюю выдающуюся часть. И как я ни пытался с этим бороться, но получилось лишь крепко сжать кулаки. Примат совсем не собирался реагировать на голос разума. И, как назло, девчонки оказались здесь совершенно одни. Опять же – почему? Где хотя бы тот же Арсений? Что за такое патологическое невезение?       Мое тело сделало шаг в направлении Марьяны и она машинально отступила назад, не понимая, что происходит. Но страх на ее лице был неподдельный. Накаркала или нет, но она теперь на самом деле столкнулась с тем мной, которого не только можно было, но и стоило бояться.       И в этот момент между нами скользнула Фанси. И замерла, прикрывая от меня подругу. Вот глупая: наверное, подумала, что я просто собираюсь побить Марьяшку за ее неуместную фразочку.       Впервые я увидел нашу заядлую читательницу практически без одежды. На ней тоже был раздельный купальник черного цвета. Судя по всему, он был куплен уже не один год назад и немного отстал от пропорций взрослеющей девушки. И мало того, что почти ничего не скрывал, так еще и вызывал жуткий визуальный дискомфорт. И я невольно протянул руку, чтобы содрать его к чертовой матери, а потом насладиться тем, что окажется мне доступно.       И это был еще более худший вариант, чем с Марьяной.       Неожиданно примат замер. Внутри меня происходило нечто странное: наружу мощно и всеподавляюще лезло еще одно «я». Оно было большое, грузное, очень сильное и правильное. И оно знало, что мне ни в коем случае нельзя трогать Фанси, а потому бесцеремонно схватило наглого примата за вздыбившуюся от ужаса холку и легко утащило назад – в бездну подсознания.       Неестественное возбуждение исчезло вместе с ними. И Фанси сразу же заметила перемены в моей мимике и взгляде. Радостно облапила меня и повернулась к Марьяшке.       — Все хорошо! Это снова наш Петенька.       Обычно, меня так не называет никто. Даже мама. Ну, не люблю я этого звучания моего имени. Но Фанси теперь можно: заслужила!       Она внезапно сообразила, что обнимает голого парня, засмущалась, покраснела и отступила на шаг. А я быстро сплавал за одеждой и вернулся опять, чтобы объяснить подругам причины неприятного произошедшего момента.       Теперь, когда голова работала ясно, понять и объяснить все оказалось проще. Куда сложнее было рассказать интимные ситуации. Слишком уж неприглядно я в них выглядел.       — Так тогда у озера и в лесу тоже был не ты? — осторожно спросила Марьяшка.       Я еле сдержался, чтобы не фыркнуть.       — Размечталась! Нет, тогда я был собой. И хочу, чтобы ты хорошенько усвоила одну важную вещь: то, что я твой лучший друг, еще не значит, что всегда буду потакать глупым детским манипуляциям и разрешать тебе портить свою жизнь!       — Это еще спорный вопрос – кто кому портит, — снова взялась за свое Марьяна, за что тут же отхватила символический подзатыльник.       — Цыть! Не спорь со старшими! Мала еще. Сиськи не доросли.       Судя по обиженной мордашке, я зацепил ее за больное место. Пришлось спешно давать заднюю.       — Ладно… прости! С последним – это я подло… Беру слова обратно. Но прошу заметить, что в том, что касается старшинства и жизненного опыта, я тебе теперь спуску не дам.       Мы обнялись все втроем. По дружески. И, конечно, их ладони по закону подлости чувствительно хлопнули меня по размокшим царапинам на спине. Я дернулся.       — Это еще что?       Они дружно задрали мне рубашку и озадаченно уставились на следы от ногтей Лизы. Их сложно было спутать с чем-нибудь еще.       — Это не то, что вы подумали! — поспешно возразил я.       Пришлось объяснять и рассказывать о Лизе. За это время я довел подруг до их лагеря и благополучно оставил возле домика. История о невезучей девушке звучала слишком необычно и на лицах подруг то и дело мелькало сомнение. Впрочем, пусть попробуют доказать, что я все сочинил – им тогда откроется еще больше всего необычного и невероятного.       Удивительно, что за пять дней в лагерях эти двое умудрились практически остаться в стороне от основной Игры. Или это я слишком «везучий»?       На столе меня ждал остывший ужин. В этот раз, кажется, была гречка по-купечески, биточки и яблочный сок.       — Мы боялись, что ты сегодня уже не вернешься, — встретила меня на пороге Оля.       Она ринулась обниматься, но вовремя спохватилась и застыла на полпути.       — Уже можно, — улыбнувшись, успокоил я и обнял в ответ. — Только со спиной осторожнее. Там еще раны не позаживали.       Маришка приветственно улыбнулась и подвинула на столе тарелку с едой, чтобы я не забыл оценить их заботу. Между прочим, очень уместная забота! Оказывается активная сексуальная деятельность и попытки ее подавить отнимают уйму сил. А питался я в последнее время не самым лучшим образом.       — И как тебе удалось избавиться от маниакального влечения? — осторожно спросила Оля.       Ух ты! Так я, оказывается, маньяком был все это время?! Пришлось снова рассказывать и объяснять, пытаясь параллельно уничтожать остывший ужин. И снова мне не все было понятно и самому.       — Большое и страшное третье «я»? — уточнила Марина.       — Для основного меня оно совсем не было страшным, но примат его явно боялся.       — Маньяки и уроды всегда большие трусы! — вставила Оля. — Они потому и выискивают жертв послабее.       — И все-таки жалко, что ты лишился этого… запала, — загрустила Марина. — С ним ты бы нам очень помог.       Почему-то это очень обидно прозвучало.       — То есть, вот таким, как сейчас, вы меня не любите? — оскорбился я.       Меня тут же облепили с двух сторон, чуть не выбив из рук вилку, и принялись обильно целовать, утверждая, что мои навеки и любят любым. От подобных нежностей я растаял и заявил, что они лучшее, что случалось в моей жизни.       После ужина Оля предложила поиграть в карты. Не скажу, что я хороший игрок, да и вообще любитель карточных игр, но для разнообразия можно было и сыграть. Тем более, что ради такого случая девушка выудила из своих вещей новую колоду пластиковых (!) карт, о которых мне приходилось только слышать.       — Чур, играем на раздевание! — заявила она.       Я посмотрел на нас и покачал головой.       — Слишком мало одежды. Даже не интересно.       И уже через пять минут оказался с ног до головы одет в самые разнообразные девчоночьи вещи, включая даже бюстгальтер, который, как оказалось, был у каждой в загашнике. Девчонки оделись тоже. Справедливости ради, количество вещей на всех было равное.       Естественно, я проигрывал чаще и совсем скоро остался в той одежде, в которой и пришел. А девушек было еще раздевать и раздевать.       — Совсем сегодня не везет!       Я поднялся на ноги, чтобы немного размяться, и кинул перетасованную колоду на пол. Причем не сразу обратил внимание на удивленный восклик девушек, крутя головой и плечами в разные стороны.       — Ты это как сделал? — дернула меня за шорты Марина.       — О чем это ты, — не понял я, посмотрел вниз и с удивлением заметил застывшие в воздухе карты: король червей, даму треф, валета червей и даму бубен.       А под ними зависли еще три карты: червовая и бубновая шестерки и восьмерка треф.       Карты именно зависли в воздухе, потому что ничем не соприкасались ни с полом, ни с другими предметами, ни даже друг с другом. Причем, в руки давались легко. И никаких воздушных потоков или уплотнений я рядом с ними не заметил.       — Фантастика! — выдохнула Марина, тоже взяла одну из зависших карт и принялась ее изучать. — Олька, это точно не какие-нибудь новые технологии?       — А мы сейчас проверим, — сообразила та.       Собрала все карты в колоду, включая наши, поднялась на ноги и кинула ее на пол. Карты послушно шмякнулись о доски и разлетелись под кровати.       — Ты забыла перетасовать, — подсказала Марина.       Они выгребли все назад, тщательно перетасовали и кинули опять. С тем же результатом. Карты настойчиво отказывались опять повисать в воздухе.       — Да ладно уже вам, — успокоил я. — Либо почудилось, либо случайность. Давайте дальше играть.       — Э-э, нет, — придержала меня Оля. — Дело принципа. Теперь ты опять бросай.       Я несколько раз смешал колоду и кинул ее на пол, стараясь, чтобы она упала плашмя и не сильно разлетелась в стороны. Но колода перевернулась на полпути, разлетелась веером и рассыпалась по доскам, снова оставив в воздухе практически те же карты, что и в первый раз. Только восьмерка треф сменилась на шестерку треф.       Марина тут же замахала руками между картами, но так и не обнаружила невидимых нитей или других секретов. И девушки обе зачарованно уставились на необъяснимое чудо.       — Так как ты это делаешь? — снова спросила Оля.       — Не знаю, — признался я. — Понимаю не больше вашего.       Играть дальше расхотелось. В последнее время любые чудеса уже воспринимались мной не так приятственно, как поначалу. Я уже усвоил урок, что они далеко не всегда несут позитивные последствия, а значит, чем меньше чудес, тем лучше. Но разобраться с картами потом будет не лишне.       — Я могу их взять? — попросил я Олю.       — Конечно! Но помни, что с новым циклом все опять вернется на свои места.       Это, конечно, обидно, но не страшно. Тем более, что я смогу вновь попросить их у хозяйки и экспериментировать дальше. На глаза попался мой засунутый под стол рюкзак и я сунул колоду в боковой кармашек.       За окном уже стемнело и мы решили не зажигать свет. По настоянию обеих девушек постелили нам прямо на полу и улеглись спать.       Ну, как спать… заснуть мне удалось только спустя пару часов, когда обе ненасытные подруги наконец-то в полной мере истребовали со своего рыцаря обещанное внимание и удовлетворенно обняли с двух сторон, по-хозяйски закинув на меня по ножке. Кажется, ни я, ни дружок не подвели, и теперь можно было со спокойной душой отдаться в объятия сна.