На рассвете

      — Сестрёнка, так нельзя! — Игорь наклонился к Кисси чуть ближе и хлопнул в ладоши перед её лицом. Та вздрогнула от неожиданности и подняла глаза на брата. — Посмотри на меня. Ты же понимаешь, что если так и будешь мечтать, то горе никуда не уйдёт?       Кисси молча кивнула. Глаза у неё всё так же были немного опухшими от слёз. Выплакалась она ещё ночью, пока сидела где-то одна. Это под утро её нашёл Игорь и добровольно-принудительно повёл за собой, ибо «родную душу в беде оставлять нельзя». По дороге бог солнца решил, что если и утешать, то точно не одному. Так они дошли до Клубнички. По мнению Игоря (как и, наверное, всего Пантеона), Клубничка была чемпионом по поддержке и утешению. И действительно, богиня плодородия была готова вникать в каждое слово Кисси и при необходимости давать советы из своего жизненного опыта. Игорь был настроен точно так же.       Однако лунная богиня начала говорить далеко не сразу: сначала ей надо было тихо посидеть, успокоиться, чуть-чуть повитать в облаках. И только после этого она смогла рассказать хоть что-то.       Вообще Кисси не любила с кем-то делиться своими переживаниями. Ей куда больше нравилось молча обдумывать что-то про себя и приходить в норму. Лунная богиня прекрасно понимала, что большинство её невзгод становятся невзгодами только в её голове. Иными словами, виноваты не обстоятельства, а ранимость самой Кисси. Это как часть её личности, и ничего ты с этим не сделаешь, как бы кто не хотел. Поэтому богиня и не видела смысла рассказывать о каждом пустяке, что её беспокоит: слишком много тогда пришлось бы рассказывать. Ей куда легче было поплакать в одиночестве. Тогда до неё и доходило в процессе, что беда не такая уж страшная, а может быть, и не беда вовсе. Надо было только пропустить через себя первую волну эмоций. Уже дальше она постепенно рассеивалась.       Но стоит отметить, что после начала дружбы с Имби у Кисси появился ещё один способ справляться с внезапными приступами грусти и обиды. Она могла просто посидеть рядом с подругой, уложив голову ей на плечо, в то время как богиня снов нежно поглаживала её по волосам. Она не спрашивала о том, что с Кисси случилось; не пыталась разузнать что-то до тех пор, пока лунная богиня сама не расскажет. Имби просто была рядом. Она в целом будто бы была олицетворением спокойствия и принятия. Это принятие было настолько всепоглощающим, что оно захлёстывало тебя с головой своими мягкими тёплыми наплывами. Кисси ещё не видела никого более доброго и светлого, чем Имби. Каждого она пыталась понять, каждому действию находила объяснение. Лунную богиню это восхищало. В её глазах у Имбирки было столько внутреннего тепла и нежности, что на весь мир бы хватило. И сколько же тогда нужно стойкости иметь, чтобы быть в силах вот так отдавать тот свет, что принадлежит тебе по праву? Кисси ответ на этот вопрос не знала. Она знала лишь то, что стойкости и силы духа у Имби было достаточно.       — Милая, ты совсем нас не слушаешь, — Клубничка подошла к Кисси сзади и аккуратно положила одну из четырёх рук ей на плечо. Кисси моментально вывелась из транса и отдёрнулась назад. Ей не особо нравилось, когда её трогают. Так могла делать только Имби.       — Хорошо, давайте ещё раз разберём ситуацию, — Игорь с шумом сел на траву напротив девушек. — Вы с Имбиркой сидели возле реки, на звёзды смотрели. Ну, или что там ещё делать можно?       Бог солнца на секунду остановился.       — А правда, что там делать можно? Просто сидеть и всё? Кисси, я тебе так скажу: завязывай с этой водной хандрой. Ты просмотри, какой мир вокруг замечательный! — Игорь вскинул руки в стороны, как бы подтверждая свои слова. Не так уж давно взошло солнце и настало утро. Небо всё ещё отливало розовой дымкой, а в воздухе сгущался запах росы. Наверное, только во владениях Клубнички можно настолько хорошо прочувствовать красоту природы. Трава там была особенно зелёной, ручьи журчали особенно весело, а соловьи вокруг пели особенно дивно. И было бы удивительно, если бы на территории богини плодородия не было бы садов. А они были и были роскошны. Например, в тот момент компания богов сидела недалеко от яблочного сада — места, которое захватывало дух своими масштабами. Невысокие яблони рядами простилались прям до далёких голубых равнин. Оставалось загадкой, как Клубничке удавалось за ними ухаживать. Наверное, на то она и богиня плодородия. А ведь у неё был далеко не один такой сад…       — Игорь, прекрати! — Клубничка сказала это настолько внезапно, что Кисси вздрогнула. — Не навязывай ей свой образ жизни. Она и без тебя знает, как проводить время.       Кисси кивнула. Игорь же на пару мгновений нахмурился. Но это выражение лица быстро стало таким же воодушевлённым, каким было до этого.       — Хорошо, что-то меня и правда занесло. Так о чём мы там? Ах да. Вы сидели с Имбиркой у реки. Но тут вмешалась Тулина, обозвала тебя, ты убежала, Имбирка побежала за тобой, и там ты сказала, что тебе нужно время всё обдумать. Правильно?       Кисси снова кивнула.       — Отлично, с этим определились. Копаем дальше. Ты обиделась на Тулину, потому что она тебя обозвала. Верно? И от Имбирки ты сбежала, чтобы обдумать всё это одной, я прав?       Кисси закатила глаза. Ещё одна причина, почему она не любила говорить о своих переживаниях — это факт того, что все свои мысли и обиды приходится объяснять и растолковывать. А это зачастую не так уж и просто делается.       — Нет, ты не прав, — Кисси опустила глаза и тихо вздохнула. — Дело не в этом. До Тулины мне почти нет дела. Да, мне было неприятно; может быть, и правда чуть-чуть обидно, но суть не в этом. Мне больше всего обидно из-за Имби.       Клубничка сзади охнула. Лицо Игоря тоже сделалось озадаченным.       — Что же такого сделала Имби? — Спросила Клубничка. В голосе её было столько трепета, что можно было подумать, будто это она переживает разлад с подругой, а не Кисси.       — В том то и беда, что она ничего не сделала. Она просто сидела и слушала. Прям как и всегда делает, — лунная богиня выдержала небольшую паузу. — Я порой не понимаю её. Почему она заботится о Тулине, если та для неё ничего не делает? Имби как только ради неё не изворачивается, а в ответ получает только оскорбления и недовольства.       И это было абсолютной правдой. У Имби внутри было столько любви и принятия, что хватило бы каждому. Но явно не Тулине. Она требовала больше. Вернее сказать, она сама порой не понимала, что требует (если вообще хоть когда-нибудь понимала). Имби всегда относилась к сестре с пониманием и любовью. Она пыталась исполнить чуть ли не каждую её просьбу, пусть эти «просьбы» зачастую и походили на капризы. Она всегда шла на контакт и всегда спокойно объясняла ей свою позицию. Ещё она иногда извинялась за поведение сестры и придумывала ей разные оправдания от: «у неё было плохое настроение» до: «она хорошая, вы просто её не поняли». А Тулину не понимала даже сама Тулина. Что там говорить про других богов.       За что же именно не любили богиню кошмаров? Поначалу к ней все относились нейтрально. Она просто сидела в отражении сестры и молчала. Тогда Кисси ещё не общалась с Имби, поэтому трудно сказать, какой тогда была её сестра. Лунная богиня только помнила, что было, когда Тулина выбиралась наружу. В первые разы она просто ходила мрачной по Пантеону и никого особо не трогала. Поведением она мало отличалась Имби, разве что вид у неё был более напряжённый. Но потом Тулина резко решила, что раз ей никто в ноги не кланяется, то все боги сволочи, а сама Тулина бедная жертва. Тогда она начала грубить всем подряд. И, конечно же, она начала скандалить. Самый крупный скандал случился возле главной статуи Божеств, когда Тулина при всех высказала своё мнение о богах. Хотя «мнением» этот акт ораторского искусства было назвать сложно: богиня просто оскорбила всех, кого только можно; поныла о своих несчастьях; пожелала всем смерти, а в конце пнула статую и убежала в слезах. Вроде бы после этого был суд. Только не над Тулиной, а над Имби. Потому что их праздник закончился, а богини снов одним целым так и остались. А Нике было всё равно, кому приговор выносить. Она считала, что раз они одно целое, то должны друг за друга отвечать. К слову, Имбирка придерживалась того же мнения. И именно поэтому она не возмущалась по поводу наказаний и гордо принимала каждое из них. Кисси предпочитала об этих наказаниях не знать, потому что смотреть на то, как страдает невиновный, было невыносимо. Особенно когда этот невиновный тебе дорог. И на каждом открытом суде лунная богиня сидела с закрытыми глазами. Она бы и вовсе не приходила на них, но по правилам Ники так делать было нельзя.       Но что бы Тулина ни делала, как бы к Имбирке ни относились после её действий, Имби всё равно продолжала пытаться понять её, договориться и хоть как-то улучшить ситуацию. Даже если Имби сердилась, то делала она это по-особенному: она никогда не кричала, не возмущалась, не оскорбляла сестру в ответ. Она лишь поджимала губы и хмурила брови. А Тулина чаще всего показывала ей язык и гнула свою линию дальше.       Вообще, Кисси никогда не интересовали слухи. И она бы знала гораздо меньше о похождениях Тулины, если бы они иногда не обсуждали их вместе с Имби и порой вместе с самой Тулиной. Например, лунная богиня помнила про конфликт с Дженд. А точнее, про то, как об этом рассказывала сама Тулина и обзывала богиню любви как только можно. Кисси так и не поняла толком, что у них случилось. Вроде как Тулина просто пришла к Дженд, высказала той своё «мнение» и убежала. Хотя нет, на Дженд ещё с кулаками набросились. И дальше мог бы следовать очередной суд, но его не было. То ли Ника об этом случае не узнала, то ли не такой уж и конфликт у них был, то ли Дженд сама выступила против суда. А последний вариант был вероятен, потому что: «…И она сказала, что я ей нравлюсь! Солгала мне прямо в лицо, дрянь! Она сказала, что понимает меня!» — Тулина повторяла как скороговорку несколько минут подряд. Этот случай запомнился Кисси как раз таки тем, что после него не было суда. А ещё он показывал то, что никто Тулину не ненавидел. Помнится, что Имбирка ходила к Дженд извиняться за поведение сестры, а богиня любви ответила, что действительно не держит на Тулину зла и что ей даже было приятно с ней общаться. «Никто ещё не называл Тули милой девочкой» — ошарашенно повторяла Имбирка после. Это было правдой, потому что чаще всего Тулину вообще никак не называли.       Ещё было мнение о том, что Тулина в теории могла бы стать новым членом Кровавого Круга. Для Кисси это суждение было спорным. С одной стороны от богини кошмаров и правда можно было ожидать чего угодно: так при каждом контакте с богиней луны, Тулина то сжималась и отворачивалась от одного только её взгляда, то без каких-либо объяснений налетала на неё с поцелуями и объятиями. И любые проявления недовольства и попытки сопротивления вызывали такие всплески эмоций, что Кисси становилось страшно. Один или два раза она даже просила у Ники защиты. Старалась она это сделать так, чтобы и себя обезопасить, и чтобы при этом не досталось Имби. И Ника тогда её поняла. Но ситуация всё равно стала хуже, потому что с тех пор у Тулины в арсенале появился ещё один повод ругаться на Кисси.       Но при этом Тулина явно не походила на того, кто мог бы убить кого-то собственными руками. А именно таким образом в Кровавый Круг и входили.       «Она очень нежная и ранимая девушка» — говорила Имби про свою сестру. «Она просто не умеет проявлять свои чувства. С ней нужно поаккуратнее». И Кисси бы могла согласиться с таким суждением. Вот только что Тулине не говори и как на контакт с ней не иди, та всё равно видит своё. И это раздражало. Богиня кошмаров была безнадёжна. Почему Имби этого не понимает?       — Но она ведь её сестра, — ответила на мысленный вопрос Клубничка. — Мы не выбираем своих родственников.       — Но зачем она дальше потакает каждому её капризу? Тулина сама не знает, чего хочет, — Кисси вздохнула. — Она как маленький ребёнок.       — А я согласен с Кисси! — Внезапно воскликнул Игорь. — Почему из-за одного должны страдать все?       Клубничка покачала головой. — Посмотри на эти яблони. Все они когда-то были мелкими саженцами: маленькими, беззащитными и для кого-то даже уродливыми. Но потом наступает май. В это время яблони начинают цвести. А потом с них можно собирать урожай. И так со всеми растениями. При этом важно учесть, что для каждого растения нужен подход. Кому-то хватает и дождевой воды, а кто-то требует тщательного ухода за собой, — богиня плодородия положила руку на грудь, прикрыв глаза. — И я верю, что Тулина просто ещё не расцвела.       — Ты её только что растением обозвала, что ли? — Игорь повернулся в сторону Клубнички. — А если она мухомор, а не яблоня? Что тогда делать?       — Мухоморы тоже нужны этому миру.       — Она не мухомор, а сорняк скорее, — процедила Кисси себе под нос. А потом чуть громче добавила: — Но ведь от переизбытка воды цветок и умереть может. А Тулине как раз дают слишком много «воды». И мне просто обидно за Имби. Она жертвует собой ради ничего.       — Так ты обижаешься на Имбирку, или тебе её жалко? — Во взгляде Игоря отразилось непонимание.       — И то и другое, — богиня луны нахмурилась, а затем выдала: — Неужели для неё Тулина важнее меня?       Игорь с Клубничкой переглянулись.       — Так ты ревнуешь? — Охнула Клубничка.       — Это было с самого начала очевидно.       — Ничего я не ревную. Просто…       — Просто ревнуешь, — Игорь не дал ей договорить. — Сестрёнка, посмотри на себя! Ты красивая, умная, милая, загадочная. Ты достойна всего самого лучшего! Тебя все любят! Особенно я.       — Ты правда замечательная, — Клубничка ласково улыбнулась. — Я уверена, что Имбирка любит вас одинаково.       — Но я же сказала, что не ревную. Я просто беспокоюсь.       — Вот и замечательно, что не ревнуешь. И не надо, — Клубничка улыбнулась чуть-чуть шире.       Кисси в ответ грустно кивнула. Игорь встряхнул головой. Судя по всему, его все эти разговоры утомили.       — Так что мы в итоге решили? — Спросил он. — Кисси, давай так: ты ещё раз всё обговариваешь с Имбиркой и Тулиной, миришься там и всё такое. Это не дело — вот так по пустякам расстраиваться. Поняла меня?       После кивка сестры, Игорь продолжил: — Замечательно. А сейчас давайте сменим тему. Вам не кажется, что в Пантеоне происходит что-то странное?       Девушки сначала посмотрели друг на друга, а потом с недоумением на Игоря.       — Ты о чём? — Кисси рассеяно заморгала глазками.       — Ой, тебя можно было даже не спрашивать. Ты всё равно кроме подруги своей ничего не видишь, — бог солнца поморщил нос, а затем продолжил: — Вы не замечали, что некоторых богов давно не видно? Да и будто бы атмосфера напряжённая какая-то. А вы слышали про Нику и её статую? Точно что-то не так.       — Я тоже заметила, — призналась Клубничка. — Некоторые лица я вижу всё реже и реже. Вы видели Чая после его праздника?       — Я не видел, — Игорь скрестил руки на груди, нахмурив брови. — А знаете, что ещё странно? Вы замечали, что у вина вкус будто бы изменился? Сколько не пей, а вкус каждый раз всё хуже и хуже. От него даже не пьянеешь!       Клубничка громко прокашлялась, а Кисси закатила глаза. На это Игорь громко хлопнул себя по лбу: — Точно, вы же ничего крепче сока не пьёте. В общем, просто знайте, что что-то не так.       — Как я говорила, я и без тебя это замечала, — богиня плодородия опустила глаза. — Поэтому нужно быть аккуратнее. Не мы первые заметили беду. Я считаю, что в такой ситуации лучше никому не оставаться одному. На всякий случай. Если птицы возвращаются к берегу, значит, грядёт шторм.       — Кстати, интересно, а Ника заметила что-то? Я как её не вижу, так она со статуей возится.       — От неё пока не было никаких объявлений. Может быть, она занята другими вещами?       — Какими? В Пантеоне неспокойно, а она молчит.       — Не стоит так говорить, Игорь. На Нику можно положиться. Пока она с нами, то с Пантеоном всё будет в порядке. Но осторожность всё равно не помешает.       — Ладно, ты права, — нехотя согласился бог. — Может быть, дело правда в статуе? Путеводный Свет ничего не говорила.       — От неё тоже ничего не слышно. Она в целом вялая в последнее время.       — Свет и вялая? А у неё что случилось? Тоже из-за статуи расстроилась?       — Не знаю. Она ничего не говорила.       Кисси слушала их, подперев голову руками. Ей было не особо интересно слушать, что происходит в Пантеоне. Чаще всего слухи так и остаются слухами, так что смысла верить им не было. Только пугаешься зря.       И вот Кисси хотела встать и уйти, как Клубничка придержала её за руку:       — А ты куда? Сказали же, что оставаться одной может быть опасно. Посиди с нами ещё немного.       — Да! Хорошо же сидим, — вклинился между делом Игорь.       — Но мне правда нужно идти, — отмахнулась лунная богиня. — Может быть, я хочу с Имби помириться.       — Помиришься ещё, — настаивала на своём Клубничка. — А сейчас отдохни ещё чуть-чуть.       — Я отдыхаю только в одиночестве. И в слухи ваши я не верю.       — Но мы же волнуемся! — Добавил Игорь.       — А мне правда нужно идти, — Кисси всё же вырвалась из чужой хватки и пошла прочь.       Игорь и Клубничка в один голос вздохнули.