За победу!

Четыре танца с ней танцуют демоны

Но этот пятый танец мой

Уже за облако зашла луна

Игра окончена

Текила-любовь — Валерий Меладзе.

      После того, как Ника ушла, Дженд ещё некоторое время сидела на веранде с опущенной головой. В ушах всё ещё звенело, а руки всё ещё подрагивали. Дженд пыталась прийти в себя, успокоиться. И когда злость всё же отступила, она не оставила после себя ничего. Богиня чувствовала себя опустошённой. Будто бы от неё отделили какую-то важную часть. Будто бы вырвали из груди булыжник, который всё это время давил на сердце. Неужели ненависть к Нике — это настолько огромный груз? Неужели ненавидеть кого-то — это труд? Дженд не знала. Она о таком ни разу в жизни не задумывалась, а в тот момент тем более. После таких длинных гневных речей ей было сложно сразу начать думать о чём-то. В голове была такая же пустота, как и под рёбрами.       Но потом пустота рассеялась, и на её место пришли мысли о том, правильно ли Дженд поступила. Правильно ли то, что она сказала Нике? Оправданы ли вообще все эти мысли и чувства по отношению к ней? Не слишком ли всё это? И насколько же Дженд гнилая изнутри, что ненависть к кому-то стала отдельным органом в её организме? Но с другой стороны… Почему Нику нельзя ненавидеть? Никто не просил её брать на себя роль главной богини. И никто не виноват в том, что она с этой ролью не справлялась. Ника — самое древнее существо в мире, так почему на неё нельзя возлагать большие надежды? Она же буквально главная богиня. Так что пусть в полной мере осознаёт всю лежащую на её плечах ответственность. Однако… Только из-за ненависти к Нике нужно было предлагать помощь убийце богов в уничтожении Пантеона? Оно точно того стоило? Ответ на ум пришёл сразу. Стоило, ещё как стоило. Пантеону пришёл конец бы в любом случае. Всему рано или поздно приходит конец, с этим остаётся только смириться. Даже если бы Сошедшего поймали и убили, то это всё равно бы мало что изменило. Боги вряд ли бы воскресли от такого. А какой толк от полуразрушенного мира? Почему Дженд вообще сомневается в таком? Почему она думает о своих решениях тогда, когда менять что-то поздно? Смерть же неизбежна.       Смерть неизбежна…       Точно! Смерть неизбежна! Зачем задумываться о чём-то, если Дженд в любом случае умрёт? От таких мыслей на лице богини расцвела улыбка. Ну разумеется! Какая ещё ответственность за свои действия? Дженд слишком поздно о ней задумалась. Теперь остаётся только умереть с чистой душой. Какое же это облегчение. Наконец-то в жизни богини любви произойдёт что-то по-настоящему правильное. Для чего Дженд вообще жила всё это время? Для того, чтобы убивать людей по своей прихоти? Для того, чтобы чахнуть в своём мире? А божеством любви мог бы быть кто-нибудь другой. Необязательно кто-то настолько чёрствый. Дженд на секунду прикрыла глаза. Не так много времени осталось до того момента, как она попадёт туда, где не будет ничего. Где не будет ни добра, ни зла. Где не будет Ники…       В этот момент на веранду вбежал Сошедший. Чем-то явно взволнованный Сошедший. Об этом говорили его бегающий взгляд и учащённое дыхание. Дополнял эту картину алый след на щеке. И откуда он такой красивый вернулся?       — Ты что с ней сделала?.. — Спросило существо с порога, как только чуть-чуть отдышалось.       — С кем? — Не поняла Дженд.       — С любовницей своей! С главной богиней вот этой! Как мне ещё её назвать?!       — Ты про Нику? А что с ней?       — Без понятия! Лучше посмотри, что со мной! — Сошедший указал на след на щеке. — Она меня чуть не убила! Напала на меня из-за угла! Как прижала к стене и сказала: «пощады не жди! Ты за всё у меня ответишь! Трепещи передо мной, ничтожество! Я тебя съем!»       — Прямо так и сказала?       — Ну, я дословно не помню. Но суть ты должна понять, — Сошедший скрестил руки на груди. — Но я никогда её ещё такой не видел! Вот теперь я верю в то, что она кого-то избивать может. Нет, я и до этого в этом не сомневался, но теперь на себе убедился! И кто такую неуравновешенную к власти допустил?       — Неуравновешенную? — Переспросила Дженд.       — Ещё какую неуравновешенную! Она зверюга самая настоящая! Кто ещё с ничего на прохожих бросается? До дома уже не дойдёшь нормально! Везде эти неадекватные.       Так значит разговор с Никой не прошёл просто так и для главной богини? У этой глыбы льда и равнодушия есть какие-то эмоции? Вот это да… Может быть, она даже задумалась о чём-то?.. Нет, не может быть. Установка о своей абсолютной правоте не может вот так за один раз исчезнуть. Если Ника ничего не понимала до этого, то от одной встречи явно ничего не изменится. Не хватает только предположить, что богине справедливости не всё равно на кого-то, кроме самой себя. Вот это точно невероятно. Но то, что Ника способна ударить кого-то за просто так…       Богиня любви грустно улыбнулась своим мыслям, подперев голову руками. Увидев это, Сошедший озадаченно выгнул бровь.       — А ты чего такая загадочная? Это Ника так на тебя повлияла? — Существо сделало пару шагов в сторону Дженд. — Чем вы с ней занимались? Никак понять не могу.       — Да так, ничем особым, — отмахнулась Дженд. — Самая обычная встреча. Я просто рассказала ей всё про тебя. И про себя заодно.       Сошедший фыркнул. — Так и знал, что это произойдёт. Странно, что ты не сделала этого раньше.       — Она всё равно не поверит, — ответила богиня, смотря в пол. — А даже если и поверит… Уже слишком поздно. Она ничего не сделает. Ты сильнее.       — Я знаю, что я сильнее, — Сошедший немного наклонился к Дженд. — А грустишь ты почему? Нику жалко? Или себя?       — Никого, — сухо ответило божество. — Мне не грустно. Я, наоборот, очень рада, что всё скоро закончится. Мне ещё никогда не было так хорошо.       — Да? — С недоверием уточнило существо. — Но ты в любом случае не грусти. Грустить плохо, — Сошедший аккуратно похлопал богиню по плечу. — Если будешь грустить, то станешь женщиной.       Дженд хмыкнула. — А так я кто?       — Монстр с вагиной между ног. Вот ты кто.       — Это комплимент такой? — Богиня любви подняла взгляд на существо. — Спасибо, мне приятно.       Сошедший повёл носом, но руку с чужого плеча не убрал. — Что только не скажешь, чтобы ты не плакала.       — Знаешь, я очень счастлива, что мы с тобой встретились, — вдруг заговорила Дженд после небольшой паузы. Почему-то присутствие Сошедшего рядом ощущалось как никогда приятно. Богиня ещё никогда не была ему рада так сильно. — Спасибо за то, что однажды заявился в мой сад и остался со мной. Я не знаю, что бы делала без тебя.       Существо напряглось. — Это ты к чему сейчас?       — К тому, что мы победили! Посмотри вокруг. Видишь завядший сад под серым небом? Даже и не скажешь, что когда-то тут росли розы. И это только один мой мир. А теперь представь, что творится во всём Пантеоне? А у людей? И это всё твоя работа. Это твоих рук дело. Ты тот, кто уничтожил этот мир. Я… Просто горжусь тобой. Ты мой свет.       Сошедший на такую внезапную похвалу лишь молча прищурил глаза. Дженд показалось это забавным.       — Не хочешь выпить за нашу победу? — Предложила она. — Могу что-нибудь поискать.       — Я бы твоей крови выпил. Больше меня ничего не интересует.       — Точно, ты же не пьёшь… Может быть, тогда потанцуем?       — Это ещё зачем? — Не понял Сошедший.       — Просто хочу отпраздновать с тобой такой момент. Что в этом такого?       — Как-то быстро у тебя настроение переменилось, не находишь?       — Тебя это так сильно настораживает? Мне казалось, что тебе хотелось меня чем-то порадовать.       — Но не танцем же!.. — Существо отвернуло голову. Казалось, что оно о чём-то задумалось.       — Жаль. Мне бы хотелось с тобой станцевать.       — Я не умею, — ответил Сошедший после недолгого молчания.       — Ничего страшного. Я тебя научу.

***

      Руки Дженд лежали на плечах Сошедшего. Холодные и шершавые. Существо уже касалось их раньше, но в такой ситуации ощущались они как-то иначе — на ум не приходило никакого нужного слова, чтобы это «иначе» описать. Сам Сошедший же удерживал богиню за талию. Дженд сказала, что научит его самому простому танцу, где нужно всего лишь держаться друг за друга и шагать в такт. Хотя даже так Сошедший не сразу понял, как это делать правильно. Поначалу он даже не поднимал взгляд на свою партнёршу, пытаясь разобраться, куда нужно переставлять ноги. Наверное, так делать не стоило. Но Дженд на такое не ругалась. Она лишь успокаивающе гладила существо и говорила, что не всё у всех получается с первого раза. Сошедшему с ней спорить не хотелось.       Почему он вообще согласился на танец? Когда их с Дженд отношения стали такими, что Сошедший смог позволить обучить себя самому бесполезному навыку в его жизни? Существо же изначально хотело просто использовать богиню в своих целях и не более. Однако в тот момент ему как никогда казалось, что всё это время в своих целях использовали именно его. Сошедший уже хотел было возмутиться, но вдруг задумался о том, плохо ли это. Плохо ли то, что привело его к победе? Плохо ли то, что помогло ему выжить? Наверное, желание жить всё же ценнее, чем гордость. Цель оправдывает любые средства. Сошедший же даже не вспомнит об этих средствах через какое-то время. Настанет день, когда имя богини любви станет для него пустым звуком.       Пара шагов в сторону, поворот.       — Вот мы и сделали ещё один круг, — поспешила сообщить Дженд. — Ты молодец, продолжай в том же духе.       Ещё несколько шагов вперёд.       — Тебе не кажется, что мы занимаемся немного не тем? — Вдруг подало голос существо.       — Ты о чём?       — О танцах, — серьёзно сказал Сошедший. — Ты не думаешь, что это неправильно?       Дженд усмехнулась. — А что неправильного в танцах? Что конкретно тебе не нравится?       Сошедший не смог подобрать нужных слов, чтобы что-то ответить. В голову не приходило никаких логичных доводов по теме. Как объяснить, что танцы — это танцы и что на этом аргументе уже можно было остановиться?        Не получив ответа на свой вопрос, богиня любви вздохнула и мягко сказала: — Лучше обними меня крепче. Не надо бояться прикасаться ко мне.       Сошедший и не боялся. Просто… Он не совсем понимал, как нужно вести себя в таких ситуациях. Что делать, если кто-то подпускает тебя к себе настолько близко? Существо же может без лишних усилий растерзать тело напротив, разломать его на части. Сошедший же сильнее! Если так задуматься, то Дженд всегда казалась ему ужасающей лишь из-за того, что та притворялась такой. И он ей это позволял. Но на деле богиня любви не отличалась особой силой или властью. Она была… Такой хрупкой. И слабой. Особенно в момент их танца, когда Дженд сама попросила дотронуться до неё. Существо же правда может делать с ней то, что захочет. Даже…       У Сошедшего на секунду помутилось в глазах. Он быстро встряхнул головой, чтобы прийти в себя. Так его могло вести только от одной вещи — от голода. Существо тяжело вздохнуло, после чего перевело взгляд на лицо напротив. И в тот момент оно показалось ему таким, каким он его никогда раньше не видел. Сошедший сглотнул, в то время как его руки на чужой талии непроизвольно сжались ещё сильнее. Дженд же действительно очень легко убить. Особенно в такой момент. Сошедший несколько раз быстро моргнул, будто не веря собственным мыслям.       — Знаешь, я бы хотела ещё раз поблагодарить тебя за всё то, что ты для меня сделал, — вдруг врезался в уши голос богини. — И особенно за то, что выполнил то обещание. Для меня это правда ценно.       — Чего? — Не понял Сошедший. — Какое ещё обещание? Когда я тебе что-то обещал?       — Я брала с тебя обещание убить меня позже, чем других. Тогда ты сказал, что подумаешь над этим. Но так как я всё ещё жива, а от Пантеона не осталось почти ничего, можно считать, что обещание ты сдержал.       В глазах существа тут же появилось явное недоумение. — Когда это вообще было? И как я мог что-то сдержать, если я ничего в итоге не обещал? «Я подумаю» не то же самое, что «я сделаю». Глупости говоришь какие-то. Принимаешь желаемое за действительное.       — Однако заметь, я до сих пор стою здесь перед тобой живой и невредимой.       Сошедший фыркнул. — Тебя это огорчает? Хочешь умереть?       — Почему бы и нет? — Ответила Дженд. — Меня тут всё равно ничего не держит. Моя жизнь и без этого была долгой. Сейчас я только не понимаю того, почему ты до сих пор меня не убил.       — Понятия не имею, — пожало плечами существо. До этого момента оно о таких вещах не задумывалось. — Кто-то же должен был мне помогать. А кроме тебя, таких дураков не найдётся. Да и… — Сошедший хотел сказать что-то ещё, но вдруг одёрнул себя. — Хватит с меня твоих нелепых вопросов! Кончай с ними!       — А ты кончай давить мне ноги, — ответила Дженд. Существо посмотрело вниз: оно действительно наступило на ногу своей партнёрши и даже не заметило это. Подняв голову наверх, Сошедший бросил на богиню пренебрежительный взгляд, говоря таким образом, что так ей и надо. А Дженд лишь продолжила молча вести его в танце.              Ещё один поворот в сторону. Колени существа дрогнули. Ещё один признак голода. Нужно в скором времени что-то с этим сделать…       — Всё хорошо? — Поинтересовалась Дженд. Неужели состояние существа так заметно со стороны?       — Пойдёт, — сухо ответил Сошедший. — Когда это всё закончится уже?       — Мы же только начали. Ты торопишься куда-то? А как же растягивание удовольствия?       — О каком удовольствии ты говоришь? Как можно получать удовольствие от этого?       — Ну… — Протянула Дженд. — Возможно, для тебя это всё действительно не настолько интересно. Попробуй расслабиться. Я даже могу сдать тебе лидирующую позицию.       Сошедший в недоумении остановился на месте. — Какую такую позицию?       — Ведущую, — уточнила богиня. — Можешь сам решить, как мы будем двигаться. Но если тебя такое не привлекает, то…       Сошедший наклонил голову в бок. Дженд снова говорила такую чушь, от которой легко сбиться с толку. «Но если тебя такое не привлекает, то ты с лёгкостью можешь отказаться» — мысленно продолжило фразу богини существо. Однако никакого права отказаться у него никогда не было. Дженд всегда предлагала нечто такое, на что хотелось и не хотелось соглашаться одновременно. Но Сошедший всегда соглашался. У него не было возможности не согласиться на что-то. Потому что каждый отказ грозил потерей возможностей. А терять такую ценную вещь Сошедший ни в коем случае не хотел. Возможности в его ситуации стоят чересчур дорого.       Взгляд голубых глаз оценивающе прошёлся вдоль фигуры Дженд. В горле на пару секунд пересохло. После короткой заминки Сошедший снова сжал руку богини. Он был не в том состоянии, чтобы долго обдумывать свой выбор. Почему бы просто не дать Дженд то, что она так сильно хочет? Почему бы не дать ей то, на что она нарывается с самого первого дня их знакомства? Пусть поймёт, насколько безрассудны её мечты.       Вскоре танец возобновился. Сначала Сошедший пытался повторить всё то, что он делал со своей партнёршей до этого. Те же самые движения по кругу, повороты, шаги. Разница была лишь в том, что существо делало это быстрее и резче. Дженд, судя по всему, такое нравилось. Об этом говорило её умиротворённое выражение лица. Почему-то в тот момент оно выражало такое удивительное спокойствие, которого раньше на нём никогда не было. Сошедшего такое раздражало. Дженд же прекрасно понимает, что будет дальше. И именно этого она и жаждет. Жаждет того, чего сам Сошедший боится больше всего на свете. И от этой мысли что-то жгучее начинало колоть изнутри. Существо испытывало нечто похожее и раньше, но именно тогда это что-то ощущалось внутри особенно остро. Оно придавало касаниям твёрдости, взору тяжести, а действиям — решимости.       В глазах снова потемнело. Зубы сжались крепче. Сошедший резко притянул Дженд ближе, чтобы потом в одно движение развернуть её к себе спиной. Ещё пара круговых движений. Плавных движений. Сошедший держал богиню за руки, водя её то в лево, то в право. И тут он неожиданно ударил её коленом с такой силой, что чужая спина хрустнула. Дженд болезненно ахнула. Наконец-то…       Далее Сошедший вывернул руки своей партнёрши несколько раз в разные стороны. Ему хотелось видеть, как оттуда некрасиво торчат кости. Ему хотелось разорвать тельце напротив на куски, чтобы Дженд кричала, срывая голос; чтобы поняла, как много стоят её беззаботные годы существования в Пантеоне.       Очередной резкий выпад. Богиня оказалась прижата к груди Сошедшего. Дыхание её было редким и неглубоким. Приятным. Вслушиваясь в него, существо и не заметило, как его собственная фигура вытянулась, а Дженд стали обнимать длинные чёрные руки. К слову, сжимать тельце богини ему нравилось. Нравилось ощущать теплоту его плоти через платье, нравилось водить пальцами по его запястьям, нравилось упиваться его беспомощностью, нравилось утыкаться носом в его шею и чувствовать его запах. От Дженд пахло кровью. И скоро этот запах станет ещё сильнее.       Вдох и выдох. Сошедший с силой согнул тело перед собой пополам, чтобы окончательно сломать его позвоночник. Крик Дженд ласкал уши.       — Эй, — обратилось существо к богине и еле заметно вздрогнуло. Различать собственный голос в своём истинном обличии было… Непривычно. Очень непривычно. — Слышишь меня там?       Дженд молча кивнула, не оборачиваясь на звук. Сошедший искренне надеялся на то, что она ещё может говорить.       — Хорошо, тогда у меня к тебе один вопрос. Что для тебя есть смерть?       Богиня сдавленно хихикнула. — Ох, котёнок… Молю, не устраивай здесь божественную трагикомедию. Просто убей меня уже.       — Ну ты чего? А как же растягивание удовольствия? — Хмуро сказал Сошедший. — Мы же только начали, не забыла?       С этими словами тело Дженд развернули к себе лицом. Хождение кругами возобновилось. Только теперь ладони Сошедшего обхватывали богиню ещё и для того, чтобы та хоть как-то могла стоять на ногах. И даже тогда у неё был умиротворённый вид. Или скорее уставший… Хотя какая разница? Пусть эта тварь просто помрёт поскорее.       Укус в шею. Дженд болезненно простонала. За первым укусом последовали второй и третий.       — Так вот… А я представляла… — Произнесла богиня слабым голосом.       — Даже не хочу знать, что ты там себе представляла. Однако, скорее всего, придётся, — сказал Сошедший, когда оторвался от плоти. — Замолчи, пожалуйста. Не выводи меня из себя хотя бы сейчас.       Дженд и правда замолчала. А Сошедший в это время принялся обгладывать её руки, начиная с ладоней. Когда-то давно он предполагал, что все мелкие ранки, шрамы и царапины будут приятно щекотать язык и расцветать во рту приятными нотами. Это утверждение ошибочным не оказалось. Приятности к вкусу добавляли и костяшки пальцев, которые с хрустом ломались в зубах, а потом растворялись в желудке. Сладко и сочно. Сошедшего аж трясло от наслаждения.       За первой конечностью пошла вторая. Такая же вкусная. Рвать её на части — одно удовольствие. Такое уж точно хотелось растягивать. Такие танцы Сошедшему были по душе. Ещё больше ему нравилась только сама мысль о том, что нечто угрожающее и неприятное стало для него маленьким и слабым.       Дальше существо с силой повалило свою жертву на стол. Деревянные доски от такого затрещали. Золотая клетка громко рухнула на пол. Сошедший нависал над тушкой богини сверху, закинув её ноги на свои плечи. Голова Дженд болталась на обкусанной шее. Глаза её были закрыты, а выражение лица — отсутствующим. Глядя на это, Сошедший фыркнул и принялся облизывать щёки божества. С щёк его язык перешёл на веки — тонкие слои кожи, под которыми скрывались шарики глазных яблок. Штуки интересные, склизкие. Сошедшему нравилось их как и медленно обсасывать, катая во рту, так и сразу раскусывать. Как же хорошо, что веки легко рвутся от одного касания зубами.       От глаз существо спустилось по лицу ниже до уровня челюсти. Обычно оно оставляло голову на потом, но Дженд была особым случаем. Её лживую физиономию хотелось уничтожить как можно скорее. Выдернуть ей язык, сжевать её губы и проломить ей череп Сошедший хотел давно. А после этого можно доесть шею и перейти к груди. Интересно, какое на вкус сердце Дженд? Наверное, оно настолько приторно-сладкое, что слюна начинает густеть. Или же, наоборот, настолько жгуче-солёное, что в горле вяжет.       Когда будет съеден торс, можно будет и присесть на колени, чтобы было удобнее облизывать и покусывать плоть между женских ног. А после будет удобно съесть каждую конечность по отдельности.       Звук дробящихся костей, мягкий привкус мяса во рту, свежий аромат крови. Что ещё нужно для того, чтобы почувствовать, как насыщение разрядами наполняет тело?       Что ещё нужно для того, чтобы почувствовать себя живым?

***

      Голова после всего ощущалась тяжёлым грузом. Это нормальное состояние сразу после приёма пищи. Особенно если впервые примеряешь на себя новое обличие. Главное, что голод временно исчез. Это Сошедшего радовало. Ещё его радовало то, что Дженд наконец-то сдохла. Слово «умерла» ей не подходило. Она именно сдохла. Как псина, у которой при жизни не было и предположения о том, для чего она живёт. Хотя и слово «жизнь» с Дженд у Сошедшего не ассоциировалось. Этой «невероятной» женской особи подходило только одно понятие — бездарность.       С каждым новым откладывающимся воспоминанием богини любви в голове, возмущение росло внутри существа всё больше и больше. Как можно было думать о каком-то там искуплении, будучи при смерти? Искупление, смирение… Дженд чётко осознавала свою гнилую натуру и считала, что боль сделает её «чище». Но раз она считала себя такой плохой, то почему бы не сделать что-то, чтобы стать лучше? Так нет же! Богиня любви не делала для этого ничего! А все свои качества воспринимала как должное. Вот ведь бедная страдалица. Раз считаешь себя тварью, то оставайся ею до конца. Однако Дженд не смогла даже этого. Чего она вообще от своего существования добивалась? Сошедший при всём желании этого понять не мог. У неё было абсолютно всё для счастливой жизни. Вообще всё. Но Дженд было мало. Видите ли, ей было тоскливо. И успокаивали её только цветочки в саду — единственная ценность. А нет, не единственная. Ещё была Ника. И что в этой глыбе высокомерия такого особенного? Что Дженд так сильно в ней цепляло? За что она её ненавидела? За то, что та делала то же самое, что и богиня любви? Вот так причина! Хорошо хоть то, что Дженд незадолго до смерти задумалась о том, правильные ли выборы делала по жизни. Судя по всему, это был пик её умственного развития. Жалко, что умные мысли стали догонять её чересчур поздно.       Если говорить кратко, то Дженд — дура, которая хотела разрушения своей жизни в первую очередь. И Сошедший с удовольствием ей это дал. Он даже решил дать ей больше — доломать то, что от её «жизни» осталось.       От стен особняка отражался грохот шагов. На пол валились все те вещи, которые Дженд называла частями коллекций. Сошедший хотел разбить их всех вдребезги. И больше не будет тех фарфоровых статуэток, которые смотрели на него из-за угла. Все бессмысленные тряпки разорвутся в клочья. В причудливых стекляшках больше не отразится свет. Ни один ряд не будет стоять пугающе ровно. Больше вообще никаких рядов не будет! Кому они теперь нужны?       Сошедший вкладывал ярость в каждый удар. И от каждого такого удара становилось легче. Он делал то, что хотел сделать очень давно. Двери срывались с петель, столы отбрасывались на другие стороны комнат, стёкла бились, а шторы срывались за одно движение. Пусть теперь хлам будет выглядеть как хлам.       Дыхание сбивалось, кулаки побаливали, а с лба скатывались холодные капли пота. Сердце же колотилось так, что могло вот-вот выскочить наружу. Плевать. Главное не это. Главное то, что Сошедший чувствовал себя сильным. Вот так легко исчезло то, что давно тревожило его душу. И всё из-за рук существа. С такой же лёгкостью он уничтожит и весь остальной Пантеон. Как же это было хорошо. Вот она — свобода — острая и безграничная. Чувство абсолютной власти, ужасающей мощи в собственных руках. Победа, которую можно ощутить на кончике языка.       На негнущихся ногах Сошедший дошёл до очередной комнаты. Голова его была опущена вниз, на лицо спадали длинные рыжие пряди. Глубокий вдох. Стоило существу поднять взгляд, как его глаза тут же расширились. На стене напротив висел тот самый легендарный сексуально-вагинальный меч. Дженд рассказывала, как она сначала изнасиловала юную девушку этим мечом, а потом еле как вымолила его у Ники. Сошедший медленно приблизился к нему, осторожно провёл пальцем по рукояти.       Существо, затаив дыхание, ещё несколько долгих секунд оглядывало меч. Было в этой холодной стали нечто особенное, манящее. Нечто, что хотелось присвоить себе.       Сошедший деликатным движением снял меч со стены, оценивающе покатал его в ладонях. А после с лёгкостью разрубил несколько ваз в углу помещения. Послышался мелодичный звон. Улыбка непроизвольно натянулась на лице Сошедшего. Как же замечательно!       Существо вскинуло руку с мечом над головой, не отрывая от него восхищённого взгляда. Теперь это был его меч. Только его… В груди затрепетало. Комнату на мгновение наполнил тихий смех.       За победу!