Малина

      — А попробуй-ка вот эту вот ягодку, Мила, — заботливым голосом говорил Мапа Пандига, неуклюже разворачиваясь к ласке за своей спиной с огромной ягодой малины в лапе.       Мила зачарованным взглядом смотрела на ягоду и засунув её себе в рот, довольно пробормотала:       — Спасибо, Мапа Пандига, она была очень вкусной!       Всё это выглядело как-то... странно? Никс даже решила, что всё ещё спит, но попросив брата царапнуть себя убедилась, что это не сон. Отойдя в тень дерева, растущего рядом с малинником, Никс увидела приближающихся к себе Лео и Аспида с такими же недоумевающими лицами.       — Теперь-то ты убедилась? — спросил Аспид вполголоса, пока Лео запрыгивал на самую удобную и низкую ветку дерева.       — В чём? — пригрывать всегда так неприятно, а особенно в спорах.       — В нечистых намерениях Мапы Пандига, — уточнил Аспид, заметив, что сестра упрямится.       — Нет, мы вчера хорошо поболтали с ним и разошлись на мирной ноте, — Никс продолжала гнуть своё, но голос уже заметно дрожал. Всё-таки она не умеет врать.       — Всмысле? — в диалог подключился Лео, который до сих пор даже не поздоровался с ней, — мы же видели...       — ...Тебя... — в предложение встрял Аспид, грозно посмотревший на сидящего наверху друга. Лучше не говорить волчице, что они следили за ней. — ...бегущую в страхе по тропе.       — Мало-ли чего я испугалась? — Никс состроила из себя дурочку, развернулась и сделала первый шаг, чтобы уйти от них двоих...       — Но ты ведь испугалась именно его, — настаивал Аспид.       Никс остановилась с поднятой лапой и развернула морду, вглядываясь в глаза брата. Тот махнул носом в сторону Мапы Пандига, который невероятно счастливый сидел на валуне и помогал Тигу отсеивать плохие ягоды малины. Глаза волчицы источали беспомощность. Надо лишь дожать...       — Мы же с тобой семья, — Аспид подошёл к Никс и притёрся мордой к её боку, — Мы же с тобой одна стая. У нас не должно быть секретов друг от друга.       — Пожалуй, да... — на глазах волчицы проступили капельки слёз от воспоминаний о своём страхе, — Вы правильно догадались. Он действительно напугал меня тогда.       Чуть приобняв друг друга, они слегка отошли, и Аспид внезапно требовательно спросил:       — Ничего не хочешь сказать Лео?       — Я... — Никс на долю секунды опешила от непонимания, чего и кому ей надо сказать, но потом повернувшись к леопарду, поняла, чего от неё хотят, — Лео, я...       Проигрывать всегда неприятно. Особенно в спорах. Особенно когда тебе надо публично признать свою вину и извиниться. И Никс, переминаясь с лапы на лапу, подняла взгляд на леопарда, который был так же растерян, как и она. Собравшись с силами, она наконец произнесла:       — Лео... пости меня... за то, что накричала и недоверяла тебе. Ты и впрямь оказался прав.       Как бы извиняться было неприятно, но принимать самые неожиданные извинения, от неожиданного зверя было... пожалуй неловко? Очень неловко.       Спрыгнув с ветки, Лео посмотрел на отведённый взгляд Никс, полный смущения, и с таким же смущением произнёс:       — Я прощаю тебя.       Конечно он простил её буквально через секунду после того, как она убежала. Конечно он не таил на неё зла никогда и не при каких обстоятельствах. Ему не нужны были эти формальности, ввиде извинений. Но говорить это было так нелепо. И так глупо.       Никс подняла на него взгляд и чуть улыбнулась.

***

      Оставив голубков решать свои проблемы, Аспид пошёл решать свои. И заметив неподалёку небольшого крольчонка, бегающего меж кустов малины, понял, что он станет решением всех его текущих проблем.       Стараясь не издавать ни звука, Аспид проходил мимо кустов малины вслед за крольчонком. Жертва спокойно прогуливалась вдоль малиновых кустов, не понимая в какую плачевную ситуацию попала.       И вот, Аспид вышел на прямую тропинку, откуда открывалась прямая видимость на крольчонка. До него было всего лишь какие-то 3 метра. Аспид расставил лапы и прижался к земле, оскалив зубы, приготовившись к рывку.       И вот, волк, с лаем погнался за белым комком шерсти. Но тот понял, что что-то нечисто задолго до того, как Аспид его увидел. И поэтому прыгнул в соседний куст малины раньше, чем волк вообще стартанул.       Вслед за крольчонком, Аспид бы точно не пролез, а идти в обход было бессмысленно, так как судя по шорохам в кустах, крольчонок убежал уже достаточно далеко.       Но вдруг шорох стих. Резко. Это было достаточно странно, ведь кролики обычно стараются убежать как можно дальше от хищника, а тут он остановился буквально в шаговой доступности от угрозы.       Пробежав быстрым шагом до примерной остановки кролика, Аспид увидел причину, по которой он больше не слышал звуков. И достаточно сильно удивился этой причине. Неужели не только он предпочитает охоту малине?       Перед ним стояла Яра, жадно разгрызающая мёртвую тушу крольчонка, под которым образовалась небольшая лужа крови. Заметив краем глаза таращегося на неё Аспида, рысь оторвалась от трапезы и довольным голосом промурлыкала:       — Скрытая охота — это не твоё. Мр-р.       — Я понимаю, — ответил Аспид, печально склонивший голову, — но ведь чем больше я умею — тем лучше.       Он медленно подходил к рыси, голодным взглядом смотря на кусочки мяса на обглоданных костях, вываливавшихся из туши. Яра заметно занервничала и прикрыла мясо головой, но подумав пару секунд сказала, указывая на кролика:       — Будешь?       — Не, это твоя добыча.       — Но ведь именно ты загнал его ко мне в лапы.       Справедливо. Аспид молча подкрался, ухватился клыками за бёдра зайца, и в один зажим перекусил их, оставляя в своей пасти его задние лапы. Кролик и впрямь был вкусным. Яра же, довольно посмотрела на него и отодвинув оставшееся мясо, продолжила есть.       — Честно, — мямлил Аспид сквозь зубы, уже успев устроиться рядом с Ярой, — я думал, что один буду пытаться охотиться в малиннике.       — Честно, — также скозь зубы отвечала Яра, — я ни секунды не сомневалась в том, что ты будешь охотиться здесь. Вот и решила помочь.       Помочь? Да неужели? Она хоть раз видела, как он охотиться? Яра всегда казалась Аспиду той, кто в последнюю очередь будет думать на будущее и экономя родительскую еду, пытаться проверить, чего же она стоит на самом деле... и всё такое.       — Я не ожидал от тебя такого, — промолвил Аспид и тут же осёкся, увидев непонимающий взгляд со стороны Яры.       — Что?       — Ну то есть... — глаза волка забегали по окружению, в поисках спасения от Яриных глаз, в которых, кажется, читалось разочарование в нём, — я хотел сказать, что я был худшего о тебе мнения. Ну то есть...       Кажется, он говорит что-то не то. Почему именно сейчас, рядом с ней, он не может нормально сформулировать даже одно предложение? Это всё из-за того, что она просто поделилась с ним пойманным кроликом? Или здесь есть что-то ещё?       — Вобщем... — у Аспида опять не получалось сказать ей что-то однозначное, — большое спасибо, что помогла с охотой. Ты...       А что "ты"? Наверное надо сделать какой-то комплимент. И этот комплимент должен быть к месту, чтобы Яра не подумала ничего лишнего. Что он может про неё сказать? Взглянув на неё: на пятнистую окраску, стройную фигуру и в особенности на большие фиолетовые глаза в голове всплывало только один вариант: "Ты очень красивая"       Яра в этот момент еле сдерживала смех. Она никогда не видела Аспида таким растерянным. Неужели его так подкосила простая поимка Ярой кролика? Но надо брать ситуацию в свои лапы, раз сам Аспид не может. И проигноривав его последнее "ты" Яра перебила его, довольно промурлыкав:       — Всегда пожалуйста! И тебе спасибо за то, что загнал крольчонка прямо ко мне в лапы. Мр-р.       Аспид выдохнул. Слава Духу Тайги, она не дала ему закончить предложение.