Часть 2. Бугристая дорога

      Водитель дал по тормозам, и все находившиеся в салоне — особенно стоявшие в задней его части — резко качнулись вперёд.       Автобус тяжело выдохнул и распахнул двери на очередной остановке.       — Простытэ, эта да Мэнтонуа? — на ломаном французском спросил кто-то из вошедших, и, получив утвердительный ответ, радостно полез в салон. Теперь из «стоячих тридцати мест» были честно заняты все шестьдесят.       — Покупалась на море, называется, — буркнула себе под нос Алья, хватаясь обеими руками за поручень над головой.       Просто день не задался с самого начала!       Во-первых, ночью она спала так неспокойно, что под утро запуталась в постельном белье, из-за чего ей приснилась какая-то муть с тентаклями. (Или в обратном порядке — кто ж его знает?)       А когда она с криком села на кровати, её тут же окликнула переполненная энергией и бодростью Ундина, выглядывающая из ванной комнаты.       — Привет соням! Что, тоже после трансфера от аэропорта кошмары снились?       — Ты что, уже купалась? — вместо ответа ахнула Алья, заметив мокрый купальник в руках соседки, обмотавшейся полотенцем.       — Ну да, — пожала та плечами.       — На море?! — вытаращилась блогерша, представляя реакцию собеседницы на упавшую кабинку.       — Нет, конечно! — расхохоталась Ундина. — Так, чисто в бассейне окунулась перед завтраком. От морской соли полоскать сложнее и дольше, чем от хлорки, да и после этой-то успеть бы высушить! — она качнула зажатым во второй руке феном. — А ты, кстати, как в ночи?       — Ох, бли-ин! — подхватилась Алья, судорожно хватаясь за сумку и чуть ли не на пол вытряхивая из неё пакет с мокрым бельём.       — У-упс! — беззлобно хихикнула Ундина. — Ну, видать, очень понравилось, раз вообще обо всём забыла! — она исчезла в ванне и загудела феном.       Хех! «Понравилось»?! О да, когда ты сперва чуть не выбиваешь зубы об доску для сёрфинга, потом тебя в кабинке против воли имеет какой-то неизвестный, а под конец тебя чуть не палит Менделеева — разумеется, «понравилось» прямо обалдеть, какое «подходящее» слово!       Пробормотав под нос что-то неразборчивое и дико покраснев щеками, Алья подхватила купальник и встала в очередь на полоскание.       Увы, темы для смущения на этом не закончились.       — А вот чаевых местным уборщицам мы явно оставлять не будем! — решительно объявила пловчиха, когда уступила раковину соседке, а сама вернулась в комнату.       — М? — недоумённо высунулась Алья, выключая воду, чтобы не шумела.       — Да вон! — Ундина, занятая надеванием на себя верха купальника, («Всё равно после завтрака на пляж») качнула подбородком в сторону кровати блогерши. — Не заметили плавки после прошлых постояльцев. Мужские, кстати, — уточнила девушка, наклонив голову.       И Алья наконец-то поняла, о чём говорила соседка.       — Это мои! — истошно вскрикнула блогерша, бросив купальник в раковине и кинувшись к валявшимся на полу плавкам.       — Чего?! — вытаращилась Ундина.       — Ну, то есть, я для Нино купила. — поправила версию Алья, торопливо отворачиваясь от подруги и пряча плавки под подушку.       — Гы. На плавки Кима похожи! — гоготнула пловчиха, а Сезер словно окаменела.        «ПлавкиКима?!»        «И в ночи он поблагодарил Дину?!» — Сердце пропустило удар… — «Ун-дину!» — И тут же сорвалось в галоп, когда чужая рука вальяжно легла на её плечо.       — А что? — С игривыми нотками поинтересовалась спортсменка. — Неужели кто-то запал на моего мускулистого мужлана, и теперь подтягивает своего паря до недостижимого идеала хотя бы визуально? — И коротко ткнула подругу кулачком в бок.       — Идеала?! — Нервно хохотнула Алья.       — Согласна! — Наигранно вздохнула Ундина, отстраняясь. — Боюсь, помимо идеально натренированного и чертовски сексуального тела достоинств у него немного.       — Ещё скажи, что секс с ним ужасный! — ляпнула Алья и поспешно сжала губы, чуть не выдав себя с потрохами.       — О-о-о! — Многозначительно протянула спортсменка. — Секс с ним действительно шикарный! Безудержный, первобытный! Вот только, — на губах её появилась кривая усмешка, — он и во многом другом столь же первобытно себя ведёт. Ни такта, ни кругозора. Об ужасном чувстве юмора, вроде давнего розыгрыша в бассейне над Маринетт, лучше вообще не вспоминать! Хорошо хоть ничего новенького из той оперы не подкинул.       Повисло короткое молчание.       — Эм… — осторожно заметила Алья. — В качестве описания своего парня звучит не очень-то лестно…       — Потому так и звучит, что он мой парень! — хохотнула Ундина. — И наблюдения из первых рук, и моральное право на мытьё косточек. И вообще! — в её глазах заплясали озорные искорки. — Может, я специально на него наговариваю? А то вон! Кому-то уже и его стиль в спортивной одежде приглянулся! Глядишь, такими темпами ещё отбивать его у меня начнёшь!       Автобус тряхнуло особенно сильно на какой-то колдобине, и девушка вернулась из воспоминаний к реальности.       — Эй! Откройте кто-нибудь форточку! — потребовал один из пассажиров, стоявших в середине салона.       — Ни в коем случае! — тут же возмутились от окна. — А вдруг продует?       — Кондёр и так не справляется!       — Если он работает, то открывать тем более нельзя — сломается!       — Так он же и так едва дует!       — Вот как раз потому и сломался, что всякие неуёмные форточки открывали!       Алья ощутила, как капелька пота скатывается с шеи вниз по позвоночнику, между лопаток, к ложбинке поясницы, и невольно вздрогнула.       Накинутое на плечи парео, удобное, чтобы отгородиться от солнца и лёгкого ветра, сейчас работало скорее как парник, но снять его девушка не решалась — и с узлом возиться неудобно, и упустишь в такой толпе — не найдёшь потом.       В памяти всплыло другое ощущение духоты и жара, но гораздо более приятное — когда она стояла у кромки моря.       Сразу после завтрака — на котором Алья всячески старалась избегать взглядом Кима — вся их группа направилась к пляжу. Сама блогерша, лишённая купальника, заскочила в номер, чтобы переодеться хотя бы в более короткий топик и шортики, да захватила парео — в тот момент даже не столько накрыться, сколько занять им лежак.       Увы, на берегу их ждал коллективный облом — вся прибрежная полоса моря пестрела от розово-сиреневых пятен, на поверку оказавшихся медузами.       — Ни в коем случае не касайтесь их! — вещала Ундина, не пуская народ к воде. — И тем более не берите в руки! Они могут серьёзно ужалить, и вам придётся обращаться к врачу!       — Откуда столь ценные познания, юная мадмуазель? — осведомилась Менделеева, зримо проникшись уважением к подопечной.       — Я уже видела их, когда несколько лет назад ездила на море с родителями. Что-то они мне рассказали, что-то сама потом в интернете посмотрела.       — Похвальная тяга к знаниям. И, что важнее, с практической ценностью!       — А откуда вообще эта дрянь взялась? — спросил, кажется, Иван.       — Судя по данным с метеозондов, — мигом включился в дискуссию Макс, — ночью был сильный ветер с моря, вот медуз и прибило.       — Про ветер мы и так уже поняли. — Усмехнулся тихонько стоявший рядом Нино. — Вон, аж кабинку опрокинуло! Странно, что прибило медуз, а не какую-нибудь русалку! — поддел он локотком свою девушку.       И Алье оставалось лишь потупиться, скрывая румянец. Но, потеряв бдительность, девушка разжала пальцы на парео, и лёгкая ткань тут же вырвалась на свободу.       — Ой! Ловите! — Воскликнула девушка, когда короткий порыв ветра понёс накидку к морю.       — Я ловлю, ловлю! — закричал Нино, кидаясь следом за аксессуаром своей девушки. Прямиком в сторону моря.       — Сто-ой! — заорал дурным голосом Ким, щеголявший («Только?!») в красных шортах чуть ниже колена, и бросился наперерез однокласснику.       Дальнейшие события развивались слишком стремительно.       Да, Ким успел добежать до Нино. И даже схватил его за плавки!       А вот Нино погасить инерцию не успел. Да и плавки-шорты оказались ему великоваты.       В общем, вопль парня, отважившегося своим «копьём» пойти войной на морскую живность, слышал весь пляж. (А у фразы про ежа и кое-что голое появился свой прибрежный аналог.)       — Что значит «нет мест»?! Я, между прочим, на работу опаздываю! — громкое возмущение какого-то мужчины вновь вернуло девушку к реальности.       Оказывается, пока она предавалась воспоминаниям, они доехали до следующей остановки, на которой были очередные пешеходы, страждущие стать пассажирами.       — Это что ж у вас за работа такая, раз только после полудня из дома и выходите? — язвительно поинтересовался кто-то из сидящих.       — А вы лучше молча завидуйте! — огрызнулся вновь прибывший, упихиваясь в салон.       Остальная толпа уплотнилась, следуя принципу «в тесноте, да не в обиде».       Одна из небольших вертикальных скоб, торчавших сверху по бокам спинок сидений, настойчиво упёрлась между ягодиц девушки, вызывая весьма специфичные ассоциации.        «Я, конечно, понимаю, что для того их и лепили повсюду, чтобы за них держаться можно было, но вряд ли это предполагалось делать таким способом», — Алья попыталась абстрагироваться от происходящего.       Однако покатая форма скобы невольно наводила на ещё кое-какие воспоминания. О бугре, угадывающемся под тонким пододеяльником.       Получившего весьма специфичную травму Нино быстро доставили к отельному врачу, который на скорую руку вынес вердикт в ключе «Жить будет, но любить радоваться жизни в ближайшее время не сможет».       Парня отправили в номер и настоятельно порекомендовали ему подумать о возвращении домой.       Понятное дело, было обидно завершать отдых, только-только к нему — ха-ха! — прикоснувшись, «но вы сами подумайте, доставит ли вам удовольствие море и компания друзей, если ни тем, ни другим вы нормально воспользоваться не сможете?», как сказал врач.       — В общем, Аль… — несколько натянуто улыбнулся Нино, сидя на кровати с накинутым ниже пояса пододеяльником. — Я совершенно не обижусь, если ты сейчас пойдёшь на море. Мне, конечно, было бы приятно, если бы ты провела этот день рядом со мной, но я боюсь, что одним днём тут может и не ограничится… — он нервно расчёт затылок.       Алья отвела взгляд. У неё не было под рукой рулетки, чтобы оценить размер достоинства парня (и не то, чтобы она делала подобные измерения в обычных обстоятельствах для объективности сравнения), но она и сквозь ткань видела, что член парня серьёзно опух, и наверняка доставлял ему неудобство.       — Может, я могу просто с чем-нибудь помочь? — предложила девушка.       — Знаешь, я бы охотно уронил что-нибудь на пол и посмотрел, как ты в этих мини-шортиках станешь за ним наклоняться, — ухмыльнулся парень. — Но, боюсь, прямо сейчас ощущения выйдут… Скажем так, смешанными, — и нервно хохотнул.       В комнату со стуком и извинениями вошла целая делегация: смущённый Ким, Ундина, Макс с Марковым. Алья отошла в сторонку, понимая, что сейчас начнётся разговор между парнями.       — Слышь, — пробормотал Ким, явно чувствуя себя неуютно из-за сложившейся ситуации. — Ну ты это… как вообще хоть?       — Да нормально в целом, бро, — Нино хорохорился, но по тому, как он старательно не шевелил ногами, было понятно, что ему некомфортно.       — Слушай, я не хотел! Честно!       — Ой, Ким, да ладно тебе! С кем не бывает!       — Да уж, — услышала вдруг Алья сбоку тихий смешок и, покосившись вбок, увидела подошедшую к ней Ундину. — Не думала, что спортивные плавки окажутся настолько ценным подарком… А ведь отдай ты их ему хотя бы вчера днём…       Блогерша не сразу поняла, о чём речь, а когда до неё дошло — густо покраснела.       — Вчера днём у меня их ещё не было, — промямлила она, и вновь с запозданием поняла, что чуть не выдала себя.       — Ну, сегодня утром, значит, — Ундина явно не заметила чужого чистосердечного. Девушка хотела, но не знала, как поддержать подругу.       Тем временем, у постели больного страсти накалялись.       — Основываясь на статистике аналогичных медицинских случаев, — с умным видом вещал Марков, — я бы рекомендовал Нино обратиться к более профильному специалисту или вернуться в Париж для соответствующей консультации.       — А в Сене что, тоже бывают такие медузы?! — в ужасе вытаращился Ким.       — Нет, конечно! — фыркнул Макс. — Учитывая состав воды, в Сене вообще мало кто водится. Но в столичных клиниках легче найти специалистов самого разного профиля. Опять же, на домашнем лечении проще оставаться в родной квартире, а не в номере отеля.       — И остаться без приключений на море?! — ахнул Ким.       — Думаю, ему уже и так хватило «приключений», — с лёгким нажимом произнесла Ундина, и Ким потупился.       — Думаю, вы мне напишите, если вдруг произойдёт что-нибудь совсем уж неординарное, — поспешил разрядить обстановку Нино, и что-то подсказало Алье, что он уже принял решение. — Ну, или значимое для меня.       — О! Я могу вести онлайн-трансляцию со своих камер! — охотно предложил Марков. — Или настроить авторассылку на почту и в соцсети по всем релевантным тебе темам! Я даже могу масштабировать эту опцию на всю группу!       — Думаю, будет достаточно и коротких отчётов, — хохотнул Нино.       Перебросившись ещё несколькими фразами, все кроме Альи вышли. Девушка напоследок ещё раз предложила остаться, но Нино призвал её «не хоронить себя заживо» и помахал телефоном, мол, ему и так будет, чем заняться.       Стараясь подавить невольное чувство вины, блогерша тоже покинула комнату.       — На самом деле, Нино не так уж и много потеряет, — с некоторым запозданием заметила Ундина, когда дверь закрылась. — Едва ли мы сегодня в море порезвимся из-за этих медуз. Да и завтра под вопросом.       — А вот кое-кто ещё вчера успел немного… порезвиться, — Ким бочком подошёл к Ундине и приобнял её за талию. — Мне очень даже понравилось!       Алья почувствовала, как щёки заливает краской.       — Рада за тебя, — огрызнулась Ундина, вырываясь из чужих рук. — Ори громче, а то ещё не все в курсе, а личный нагоняй от Менделеевой недополучен!       Девушка обиженно сложила руки на груди и отвернулась. Она была явно недовольна тем, как собеседник выпячивает свои «победы и достижения».       — Я бы может, даже хотел повторить сегодня, — Ким явно не понял (или скорее неверно истолковал) чужие намёки и подошёл к собеседнице сзади.       Зато Алья поняла, что гореть начинают даже уши.       — Ты имел ввиду «хотел присоединиться к Нино в лазарете»? — крутанулась на месте Ундина, упершись в голую грудь парня купальником.       — Хм… — тот посмотрел вертикально вниз. — А в одежде они меньше кажу…       — Дурак! — Ундина коротко стукнула парня кулачком в грудь и поспешила прочь. — Это просто ткань такая! Плотная! — донеслось до Кима и остальных.       — Что?! — возмутился он, поймав три осуждающих взгляда.

***

      Алья вдруг почувствовала, что дышать стало свободнее.       Тряхнув головой, она отогнала наваждение и поняла, что автобус стоит на очередной остановке, дверь спереди салона открыта, добрых человек пять выходят наружу. Остальные стоявшие издали дружный вздох облегчения. Ненадолго. Внутрь уже уверенно лезли новые пассажиры. Человек восемь.       Вновь прибывшие тут же начали переругиваться с «давно томящимися в собственном соку», выясняя, кому когда выходить и не хочет ли кто-нибудь поменяться местами.       Где-то впереди мелькнула фиолетовая шевелюра, и Алья подумала, довольна ли теперь Менделеева своим выбором.       Вскоре после того, как они оставили Нино в его комнате, химичка собрала всю группу и посоветовала «впредь думать заранее, прислушиваться к другим и соблюдать распорядок дня». Мол, время купания официально начиналось только через пять минут, и если бы они дождались разрешения или запрета от самой миз Менделеевой…       Алья уже в тот момент кипела от напыщенности и самомнения учительницы, но предпочла промолчать.       Кто-то подал робкий голос, можно ли им будет покупаться вечером, а получив очередной отказ — спросил, чем же тогда им заняться.       Потом было хождение по кругу обсуждение, мол, по распорядку сейчас время на пляже. Но купаться нельзя. А вот охлаждаться — обязательно. И лучше водой. Например, в бассейне. Но к самому бассейну нельзя, потому что «распорядок».       Алья не выдержала и поинтересовалась, не лучше ли тратить время «эффективнее и с большей пользой», на что химичка пожала плечами и «раз уж вы настаиваете» направилась к себе в номер за вариантами контрольной.       Спасла всех Ундина, сообщившая, что «тут недалеко» есть красивый город Ментон. («Нет, Ким, конфетки — это «Ментос»!»)       Менделеева неожиданно загорелась идеей и уже через каких-то полчаса вся группа изнывала от жары на остановке местного автобуса.       И вот на моменте, когда один автобус уехал буквально перед самым носом, а до другого оставалось минут двадцать на пекле, Алья и не выдержала, высказав химичке всё, что о ней думает. В частности, что если бы та ещё вчера прислушалась к предупреждениям о погоде от Макса и Кима, то можно было бы пойти покупаться сразу после ужина, и тогда удовольствие получили бы все!       В этот момент Алья осеклась, понимая, что некоторых удовольствий ей перепало больше, чем кому-либо из группы (по крайней мере, женской его части), и в этот самый момент подъехал автобус. Полупустой ещё.       В итоге, Менделеева рассадила практически всю группу по нормальным сиденьям за исключением троих:       Ундину, как проявившую начитанность и благоразумие утром на пляже и сделавшую полезное предложение по поездке в Ментон, назначили любимой женой старшей помощницей вожатого и усадили рядом с самой учительницей.       А Ким, всю дорогу до стоянки норовивший устроить забег по автотрассе («Спорим, я на следующей остановке быстрее вас окажусь?»), и Алья, как явная бунтовщица, были отправлены в заднюю часть салона — туда, где на специальной площадке располагались стоячие места.        «Чтобы они подумали о своём поведении».       Увы, не вышло. Пока в салоне было мало народу, думать о поведении не хотелось — от одного взгляда на Кима и воспоминаний о вчерашней ночи, Алья краснела, и потому предпочитала смотреть в окно, или куда-нибудь вперёд салона. Зато когда внутрь набилось народу как сардин в консервную банку, приходилось думать уже о том, как дышать, а не о собственном поведении.        «Ещё и ручка эта!» — мысленно ругнулась Алья, поелозив ягодицами по выступу. — «Кто вообще такую идиотскую конструкцию придумал?! Руки бы ему оторвать!»       — А-гхэам… — неожиданно кашлянули сзади, и девушка чуть не подскочила на месте. — Аль…       Она кое-как повернула голову, и говорившим оказался…       — Не то, чтоб мне было неприятно… — сообщил Ким, несколько натянуто улыбаясь. — Скорее даже наоборот! Просто, ну, как бы, ну, я типа не железный…       О, с этим утверждением девушка бы сейчас поспорила. Или, напротив, согласилась. Потому что только что поняла, что всё это время упиралась бёдрами не в какую-то там эфемерно твёрдую рукоятку, а во вполне себе стальной — нет, даже скорее каменный — стояк парня.       Она резко отвернулась прочь, чтобы не выдать себя полыхающими щеками.       А вот предательски частое дыхание выровнять не удалось.       — Не, ну, я в том смысле, — зачем-то пустился в объяснения Ким. — Что я, вроде как, не стенка, и, если тебе неудобно, то ты скажи, мы как-нибудь, ну… поменяемся местами…       — Это чтоб ты меня к стенке прижал? — ляпнула девушка весьма двусмысленную фразу. Хорошо хоть «опять» не добавила!       — Эм… Ну да, плохой вариант. — «Он что, стушевался?!» –Я тяжелее, случись что, придавлю тебя сильнее, чем ты меня. — «А нет, показалось.»       Близость чужого тела, его дыхание, щекочущее макушку, и огромный вытянутый бугор, упирающийся ей в бёдра, жёстко путали мысли девушки.       — Слушай, ну давай, я тогда хоть за поручень подержусь, чтоб не свалиться, а? — его рука взмыла вверх и оказалась на горизонтальной перекладине рядом с её собственной рукой. — А то ведь качает нехило! — он ухмыльнулся, и даже на слух эта ухмылка звучала дебильной. — Вряд ли ты захочешь, чтоб я на тебя завалился. Не, я-то, конечно, без комплексов, могу и за тебя подержаться, но вряд ли тебе приятно будет.       Алья не ответила. Потому, что один раз ей уже было приятно! И хотелось снова!       Снова ощутить сильные руки на собственном теле. Если не на самой груди — всё-таки, кругом люди, могут и заметить! — то хотя бы поперёк живота… Чтобы они качалась в такт с автобусом, а его руки прижимали её бёдра к его паху, её затылок и плечи к его груди…       — О, прикольно! — Голос из-за спины вырвал девушку из похотливых сожалений о том, что на ней шорты, а не мини-юбка. — А так и правда удобнее!       Она ощутила прикосновение сбоку к своей левой руке, и только сейчас поняла, что держится за поручень уже обеими руками.       А руки Кима как бы охватывают её по бокам.       В памяти всплыли мгновения, когда она столь же отчаянно цеплялась за край пляжной кабинки — правда, тот был ниже, твёрже и из фанеры, а не металла, но…       — Эй, Аль, — она вдруг ощутила прикосновение к плечу, хотя отчаянно хотелось, чтобы чужая ладонь оказалась на другой округлой части её тела.        «Я чёртова извращенка!» — вновь подскочил пульс.       — Аль! — На этот раз тряхнули сильнее, и девушка с явным запозданием расслышала в голосе Кима… беспокойство?!       «Ч-чёрт! А если он сейчас меня где-то невзначай потрогал и понял, кто вчера был в кабинке?!» — вспыхнула в сознании паника.       — Д-да-а? — медленно повернула она голову, удерживая на губах неестественную улыбку.       — Аль, — брови Кима были сдвинуты, голос звучал серьёзнее обычного. — Слушай, я понимаю, что жарко и душно, но ты так себе гипервентиляцию надышишь.       — Чего?! — опешила девушка, невольно моргнув от чужого заявления.       — Ты дышишь слишком сильно и часто.       — П-правда? — она почувствовала, как паника перед раскрытием потихоньку отступает.       — Угу. Плохо может стать, — ещё раз кивнул Ким и тут же ободряюще улыбнулся. — Вот, молодец, уже лучше. Но давай-ка развернись и дыши в такт со мной.       — Чего?       — Развернись, — парень мягко коснулся её виска и чуть надавил, побуждая девушку повернуть голову. — Смотри прямо… Слушай моё дыхание. Вдо-о-ох… — Алья машинально повторила его медленный вдох. — Вы-ыдох… Молодец! Ещё раз вдо-о-ох…       Она безропотно повиновалась чужим указаниям. Не столько из-за природной склонности к выполнению чужих приказов — (в бытность главы ЛедиБлога ей и ЛедиБаг была не указ, и сам Бражник — не брат!) — сколько из-за шока. А что, Ким так может?!       Со второго или третьего захода Ким уже не говорил ничего вслух — лишь медленно и размеренно вдыхал через нос и выдыхал через рот.       Его дыхание путалось в её волнистых локонах, доставая самым краем до кожи шеи, но на этот раз оно не сносило ей крышу, а наоборот, успокаивало!       — Спасибо… — она вдруг ощутила на собственных губах улыбку, только уже не вымученную, а полную искренней благодарности.       — Всегда пожалуйста, — небрежно подмигнул ей Ким. И ни капли высокомерия!       — Не знала, что ты практикуешь дыхательные техники.       — А я и не тренирую, — короткое пожимание плечами. — Вернее, это не какая-то особая техника, а просто одно из упражнений перед погружением без акваланга на глубину. Для лучшей дыхалки.       Алья ещё раз коротко кивнула и вновь развернулась вперёд. Удивительно, но теперь, когда она мыслила более трезво, Ким раскрылся для неё с новой, неожиданной стороны.       Раньше она как-то всегда воспринимала его просто как помешанного на спорте парня, готового ввязываться в любое, даже самое бредовое соревнование. Ан нет! Оказывается, парень действует по уму, по целой системе. Ну, по крайней мере, местами.       Кстати, о трезвом мышлении…       Дождавшись очередной кочки, Алья в нужный момент чуть расслабила пальцы, и в итоге опёрлась о Кима значительно резче и весомее, чем обычно.       Да-да, теперь вместо безудержной страсти ею двигал исключительно спортивный интерес: а насколько вообще Ким может понимать безмолвные намёки?       На первый раз парень просто коротко и глухо ухнул, когда девушка навалилась своей попкой на его член.       На второй — воспринял более сдержанно, почти стоически, но она видела, как напряглись его пальцы, сжимавшие поручень.       Они ехали и ехали, а она, пользуясь тем, что Ким не мог видеть её лицо, закусила губу и беспардонно виляла задом, повторяя все изгибы трассы, акцентируя внимание на каждой случайной колдобине, камушке или стыке мостовых пролётов и чувствуя, как в ответ на её действия меняется диаметр у её личного «поручня».       Ну а уж когда на очередной остановке внутрь зашло ещё пара человек, а машину качнуло на лежачем полицейском…       — Аль! — произнёс Ким неожиданно сиплым голосом. — Давай-ка встанем боком.       — Что? — моргнула девушка от столь странного предложения.       — Боком, — повторил Ким. — Нас качает в основном вперёд-назад, а упереться не во что. Нужно расположить торс боком — как на сноуборде, скейте или сёрфе — и пружинить ногами.       — А…       — Аль, ну у тебя ж уже и так руки устали. Вон, даже за поручень едва держишься.       И они действительно встали боком, обломав горе-искусительнице весь кайф.       Мало того, что встали они спина к спине, так ещё и Ким из-за своих длинных ног оказался чуть дальше от стенки, так что теперь даже случайно заехать ягодицами по чужой попе у Альи не получалось.       Дорога потянулась совсем уж скучно, но тут выяснилось, что ехать осталось всего-ничего, буквально пару остановок, которые Алья и промаялась от общей жары, духоты и — да, тут Ким угадал — усталости в руках. Хотя, справедливости ради, после их разворота удерживать баланс стало и впрямь проще.       — Ну как вы, ребят? — подскочила у ним Ундина, когда вся группа покинула автобус.       — Да нормуль всё! — мигом выпятил грудь Ким. — Как на виндсёрфе при слабом ветре прокатился.       — Не думаю, что на виндсёрфинге бывает настолько людно, — заметила Алья.       — Это да, — кивнул Ким. — Давили временами прямо плотно! Даже жаль немного, что не приставал никто.       — Ки-и-им! — укоризненно замахнулась на него Ундина, и парень с гоготом отскочил в сторону. — О-ох! — закатила глаза пловчиха. — Надеюсь, вы не очень устали стоять? А то нам тут частично в гору идти. Крутой подъём.       — Так то мы стояли, а теперь идти будем! — заявил неунывающий Ким. — Может, даже бежать!       Ундина покачала головой.       — А вот я ещё немного, и с ума сойду! Ну вот кто меня за язык тянул говорить, что я в детстве несколько раз была в городе, а?! Так мне после этого Менделеева всю дорогу мозги компостировала, что я просто обязана во время нашей прогулки устроить всем что-то типа ретроспективной экскурсии, мол, что где тут раньше работало, как что выглядело. А мне-то откуда это помнить, если родители по всяким закоулкам мотались, у половины из которых я названий даже не запомнила?!       Сзади послышались шаги, и Ундина резко замолчала.       — Ну что, бунтари? — подошедшая Менделеева упёрла кулаки в бока и одарила Кима и Алью чуть насмешливым взглядом. — Постояли? Устали? Поумнели?       — Никак-нет! — дурашливо отсалютовал Ким.       — Заметно, — сумрачно опустились уголки губ.       — Я всё ещё полон сил! — парень словно и не расслышал чужую фразу. — Готов даже на спор сбегать до дальней точки нашей экскурсии и вернуться сюда обратно, пока вы к ней идёте!       — Э… Ким, — подал голос подошедший Макс. — Не обижайся, но у тебя не получится чисто физически.       — Почему это?! Ты думаешь, я недостаточно быстр и вынослив?       — Нет, просто если ты сбегаешь туда и обратно, ты в любом случае окажешься здесь, когда мы будем уже где-то там, — Макс неопределённо махнул рукой куда-то в сторону.       — Ну, значит, я пробегу расстояние трижды, пока вы его проходите, — пожал плечами Ким.       — Отлично! — с неожиданным злорадством хлопнула в ладоши Менделеева. — Потому что направимся мы в-в-вон туда! — и она показала пальцем в крохотный купол, блестевший золотом почти на самой вершине горы.       — На кладбище «Старый замок»?! — ахнула Ундина.       — Ну во-от! А прибеднялась, что города не знает! — с ноткой укоризны пожурила девушку учительница.       Спортсменка невольно сглотнула, представив свою участь на ближайшие часы.       Остальная группа, подошедшая к этому времени к ним, задрала головы и тоже сглотнула, представив себе маршрут.       И один лишь Ким как ни в чём не бывало пожал плечами.       — Ну, тогда я побежал, чтоб не терять время! — он развернулся и действительно потрусил в нужном направлении. — А будете так плестись — я и все четыре раза вниз-вверх сгоняю-у… — донеслось до группы, когда парень отбежал уже метров на сто.       — Ки-им! — простонал Макс. — Нечётное нужно!