*Глава 12*

***

Небольшая септа в Росби подходила для наших планов идеально. Лорд Джайлз Росби был почти не удивлен, когда неподалеку от замка опустились два дракона и к нему в гости без предупреждения пожаловали принц и принцесса Таргариены, — все же его владения находились не так уж далеко от Королевской гавани, и драконы летали над этими землями регулярно. Но когда мы озвучили причину визита и попросили его свидетельствовать, у него буквально брови на лоб полезли. — Тайная свадьба? — Не тайная. Просто непубличная. Я не старшая дочь и не наследница, а Эймонд — второй сын, поэтому было принято решение не проводить специального торжества. Моя натянутая улыбка его не обманула. — У короны настолько плохи дела, что нет денег на достойное празднование? Не поверю, ваши милости. Или вы женитесь, чтобы прикрыть грех? Эймонд зарычал, показывая зубы, и непроизвольно положил руку на гарду меча: — Как вы смеете? Моя невеста чиста! — Это так, — заверила я. — Вы с супругой, служители веры и мейстер можете присутствовать и засвидетельствовать… гм! Первую кровь. Эймонд продолжал фонтанировать гневом, но худосочный лорд Росби оказался крепким дядькой. — И у вас есть специальное разрешение? — Есть, — подтвердила я, демонстрируя свиток со свежей печатью, сделанной кольцом. — Принцесса, может вы все же объясните мне тогда, в чем загвоздка? — в полном замешательстве спросил меня лорд Джайлз, старательно игнорируя вспыльчивого принца. — Я не отказываюсь свидетельствовать и помню о доктрине, которая разрешает Таргариенам жениться на братьях и сестрах… Но для чего вам заключать брак именно здесь и так поспешно? — Политические разногласия, — быстро выдала я подготовленную версию. — Члены малого совета голосовали за другого жениха, десница колебался, а король дал разрешение после длительных уговоров. Пока его не переубедили, мы собираемся пожениться сперва перед лицом Семерых, а потом по валирийской традиции. — И если вы не хотите, чтобы разозленная Вхагар устроила тут пожар, вы сделаете все, чтобы удовлетворить желания моей невесты, — добавил Эймонд. Это было лишним, но не повредило. Лорд Росби очень быстро переговорил с септоном и предоставил нам чудесные гостевые покои. Церемонию в септе я почти не запомнила. Септон был не так силен духом, как лорд Джайлз, так что под взглядом Эймонда трясся и путал слова, выдавая речь торопливым речитативом, и все закончилось настолько быстро, что казалось почти неприличным. Но формальности были соблюдены, — и это главное. Моя расшитая бисером раздвоенная юбка для верховой езды и цветы в волосах выглядели весьма экстравагантно, но вполне сошли за свадебный наряд, Эймонд был в привычной черной коже, от пира мы отказались. Лорд Росби замешкался ненадолго, когда мы вернулись в замок, и придержал мою руку: — Принцесса, я приношу искренние извинения, но все должно быть по правилам. — Безусловно! — оскалилась я. — Только дайте нам немного времени наедине, я должна буду объяснить это… своему супругу. Он облегченно вздохнул. А вот я испытала некоторые трудности, донося до теперь уже своей ящерки элементарные, казалось бы, вещи. — Мы — кровь драконов. Я не позволю каким-то ничтожным андалам присутствовать при консумации! — чуть не взбесился Эймонд, когда до него дошло, чего требует хозяин замка. — Хэл, неужели ты разрешишь им караулить под дверью?! — Для таких случаев существуют строгие правила. Ты же ярый поборник веры в Семерых, неужели забыл? — сыронизировала я. — Или ты допустишь, чтобы в моей добродетели сомневались? Уже одно то, как именно мы женимся, наведет людей на крамольные мысли. Но если еще и пренебречь традициями, то меня заклеймят шлюхой. Ты этого хочешь? — Нет, конечно! Но Таргариены выше пустых сплетен! Мы ближе к богам, так что ты не обязана… — Рейнира тоже так считала! — перебила я. — Вот только как бы ни грозился Визерис отрезать языки всем болтунам, как бы ни бесчинствовал Деймон, защищая ее честь, а люди все равно знают… А я не хочу быть похожей на нашу сестру. Ни за что на свете! Так что мы оставим открытой дверь, поставим свидетелей у порога и дадим им все, чего они хотят! Лицо Эймонда исказилось, словно от боли. — Чувствую себя совершенно раздавленным, — почти беззвучно признался он. — Я даже не могу защитить свою жену. — Мы не будем при них раздеваться. Я останусь в нижней сорочке. — От этого не легче — Тебе — может быть, а мне — легче. Одна ночь, а потом мы улетим. Где ты запланировал проводить валирийскую церемонию? — На Драконьем Камне. — Что?! Нет!!! Он накрыл мои губы своими, успокаивая. — Не переживай. Это по другую сторону от замка. Рейнира и Деймон даже не поймут, что мы поженились прямо у них под носом. Я уже отправил ворона. Нас будут ждать. — Ты безумен, — я покачала головой. Потом подумала и хихикнула: — Когда Визерис, Отто и Алисента узнают, они обвинят Рейниру. Решат, что она нам помогала. Эймонд ухмыльнулся краем рта. Он считал это отличной шуткой. Но, рассматривая ситуацию объективно, в чем-то он был прав. Именно на Драконьем Камне и в Дрифтмарке сохранились древние валирийские храмы, где можно было провести валирийскую свадьбу правильно. А после сегодняшнего фарса я очень хотела красивый и правильный свадебный обряд. Лорд Росби, его жена, двое церковных крыс и седой сутулый мейстер неловко топтались за порогом. Я разулась и скинула верхнюю одежду, оставшись в сорочке. Эймонд снял камзол и резко рванул ворот рубахи. — Тщщщщ, — зашипела я и помогла ему стянуть ее через голову. Потом провела ладошкой по напряженным мышцам его пресса и с любовью посмотрела на застывшее маской лицо. — Я не смогу так, — прошептал он мне одними губами. — Сможешь, — так же беззвучно ответила я и потянула за усеянный заклепками ремень с тяжелой пряжкой. Эймонд развернулся к нашим невольным зрителям полубоком. Скинул сапоги, спустил бриджи. Очень быстро, словно ныряя в ледяную прорубь, избавился от панталон. — Ты похож на бога, — просто сказала я и легла спиной на аккуратную чистенькую гостевую постель. Эймонд покраснел и, приподняв подол тонкой сорочки, накрыл меня своим телом. — Я их так сильно ненавижу, — признался он. — Всех. При случае спалю без сомнений и сожалений. Вместе с септой и замком. — Лорд Росби не виноват в том, что твоя почитаемая вера установила такие порядки, — шепнула я. — Он просто набожный и религиозный человек. — Тогда я отрекаюсь от такой религии, — решительно заявил Эймонд. — Больше никаких Семерых, только боги Валирии! По моим губам скользнула довольная улыбка. Хоть какая-то польза от этого идиотского шоу! В дверях кашлянули, словно поторапливая. Хозяева замка не были вуайеристами, испытывая такое же смущение, как и Эймонд. Член у моего дракончика все еще оставался полутвердым, ему сложно было возбудиться в таких обстоятельствах. — Выдохни и расслабься, — подсказала я. — Сказывается отсутствие опыта походов в бордель. Деймон наверняка мог оприходовать трех шлюх подряд на виду у полусотни свидетелей. Да и Эйгон справился бы на раз. Эймонд оскалился и зарычал. — Ну же, не затягивай этот позор надолго, мой дракон! Ты… Договорить я не успела. Он поцеловал меня максимально властно и агрессивно и одновременно плавно двинул бедрами вперед. Я вскрикнула от короткой резкой боли и тут же обхватила его ногами, насаживаясь сильней. Сжимая стенки влагалища и буквально выдаивая его член собой. Эймонду для завершения этого кошмара хватило нескольких движений. Надеюсь, позже его не окрестят скорострелом? Лорд вроде показался мне порядочным мужиком, он не станет распространяться о подробностях. Эймонд поднялся очень грациозно, одернул на мне сорочку и подал руку. Я встала чуть менее быстро и ловко, морщась от дискомфорта и чувствуя, как по внутренней стороне моих бедер течет что-то густое и теплое. Семя и кровь. Подол сорочки окрасился красным. Я обернулась. На простыне тоже было пятно. Эймонд быстро содрал ее с кровати, скомкал в грубый неопрятный ком и, умудрившись пересечь комнату за шесть широких шагов, швырнул в бледного септона. — Вы удовлетворены? — ледяным тоном спросил он. Леди Росби, которая в этот момент очень добро и сочувственно мне улыбалась, вздрогнула. — Я пришлю вина и фруктов, — пробормотала она. — Об этом стоило побеспокоиться раньше! — рявкнул Эймонд. — Нам хватит воды! — и захлопнул дверь перед перепуганными свидетелями. — Завтра после валирийской церемонии ты будешь ублажать меня всеми доступными способами, — предупредила я. — Так, как я только захочу. Он поцеловал меня о всей возможной нежностью. — Не только завтра. Всегда. Я склонила голову на бок и внезапно поняла, что он верит в то, о чем говорит. Наша непостижимая загадочная связь наконец-то заработала в обе стороны. Я действительно могла чувствовать его безграничную любовь, заботу, его теплоту… Это было невероятно!

***

Драконий Камень — не очень большой остров. Но его конфигурация настолько сложна, что на нем могли бы затеряться не два, а два десятка драконов размером с Пламенную Мечту и Вхагар. Конечно, нас могли заметить в воздухе, но поскольку мы подлетали к одной из бухточек со стороны Расколотой Клешни, то без специально выставленного дозора сделать это было невозможно. А насколько мы знали, Деймон и Рейнира пока что не стали такими параноиками, чтобы патрулировать остров по всей территории. Валирийская церемония оказалась прекрасной. Даже более романтичной и таинственной, чем это было показано в сериале. Меня не испугали ни порезанные ладони, ни ранки на губах… С тех пор, как я осознала, что наша с Эймондом связь — не миф и не мистика, она ощущалась совершенно особенно. Как беззвучная и постоянная поддержка кого-то родного и надежного. И обряд по традициям Древней Валирии только укрепил это чувство. Эймонд тоже словно сбросил тяжелый груз с плеч. Даже перестал постоянно держать свою идеальную осанку и позволил себе и искренний смех, и небольшие дурачества. Ниже по склону и на полкилометра левее храма, под нависшей скалой, рядом с расщелиной, где бил родник, стояла хижина, и пожилая служительница храма настоятельно посоветовала нам провести в ней пару ночей. Как она выразилась «для познания себя и друг друга». Конечно, это был так себе отель для медового месяца, но поскольку я даже примерно не представляла, что ждет нас дальше, то с некоторыми колебаниями согласилась. Половину хижины занимало роскошное ложе, покрытое свежим сеном и тонким шерстяным ковром поверх него, а близость родника давала возможность не пренебрегать гигиеной. А что еще нужно двум влюбленным молодоженам? Ночь после церемонии была волшебной. Удовольствие ощущалось вдвойне острей, и мы чувствовали друг друга так тонко, что могли общаться без слов. Насколько зажатый и раздраженный Эймонд был ужасен, настолько же он нравился мне расслабленным и удовлетворенным. Сытый урчащий дракон был открыт для конструктивных диалогов, и впервые за долгое-долгое время я понадеялась на то, что будущее окажется не таким мрачным, каким оно рисовалось мне в Красном Замке. Конечно, Эймонд — не легкий на подъем вариабельный Эйгон, но и его консервативные замашки можно преодолеть с помощью ласки и некоторых компромиссов. Утром мы нашли на пороге корзину с провизией, которой хватило бы на несколько дней, и до вечера чередовали постель, еду, купание и дуракаваляние. Отлично понимая, что нам следовало бы более подробно обсудить дальнейшие планы, я продолжала сознательно оттягивать этот момент. Очень уж не хотелось расставаться с иллюзией беззаботности так скоро. Да и что обсуждать, если у меня в сумках лежала карта с подробнейшим маршрутом через Летнее море к острову Моллуу? Судя по информации от бастардов Корлиса где-то там, в районе Улыбчивого моря и Индигового пролива было замечено больше всего водяных змеев. Ближе к закату Эймонд устроился с книгой на берегу, привалившись спиной к растрескавшемуся бревну, да так и заснул над валирийскими стихами с просветленным и довольным лицом. Я прикрыла его пледом, а сама сходила навестить Пламенную мечту и на обратном пути заметила несколько кораблей, огибающих остров со стороны Клешни. Странным было то, что корабли выглядели боевыми, а не торговыми, и носили незнакомые мне паруса: отчасти похожие на браавоские, но несколько отличающиеся. Проснувшийся Эймонд ждал меня на краю пляжа. — Куда ты пропала? Я волновался! — Все в порядке, просто гуляла. Ты разве не чувствовал по связи? Он кивнул с довольным видом: — Да. Сперва покой, потом присутствие дракона, а потом тебя что-то встревожило. — Ого! Да ты прямо эксперт! — Ты снова разговариваешь странным словами. Он взял меня за руку и завел в хижину, где уже разжег огонь в маленьком очаге. — Смотри! — он повел ладонью над пламенем: — Вообще не обжигает. И связь такая крепкая, потому что мы вместе. Я читал в исторических хрониках, также было у Эйгона Завоевателя и Висеньи. Они становились практически неуязвимы, когда не расставались надолго. — Мы обменялись телесными жидкостями. Секс, кровь, — догадалась я, вспоминая, как пила из чаши. — Это нас укрепляет. Мы снова заснули, сплетаясь, словно сиамские близнецы. И только уже окончательно впадая в дрему, я вспомнила про непонятные корабли и поделилась увиденным с Эймондом. Утром я проснулась одна. Потянулась по связи и почувствовала азарт и легкую настороженность. Поохотиться он что ли решил? Или засек Каннибала? Я дошла до родника, умылась ледяной хрустальной водой, вернулась на берег и погрызла грушу. Что-то изменилось. Что-то помимо связи. Я ощущала Пламенную мечту, совсем немного, при должном усилии — эмоции Эймонда, но было и что-то новое. Пульсирующее где-то в глубине моего тела чуть ниже пупка сдвоенным теплым светлячком. Между камней мелькнула ящерица. Любопытная, верткая, с глянцевой зеленой спинкой и светлым брюшком. Она рывком бросилась на крохотного мотылька, заглотила его и обернулась на меня с довольным видом. Ужасно, просто ужасно похожая на Эймонда в его драконьем проявлении. Я аж расхохоталась. Настроение у меня было прекрасным, Пламенная Мечта сегодня удачно поохотилась и жаждала полета, с моря дул легкий прохладный ветерок, и я подумала, что пришло время двигаться дальше. Вот только у Эймонда, как оказалось, были совершенно другие планы. Он сверзился со скалы фирменным прыжком Тарзана, — и как только ноги не переломал? — весь раскрасневшийся и горящий энтузиазмом и легкой тревогой. Вскользь поцеловал меня в губы и зачастил, словно воодушевленный приключением мальчишка: — Хэл, я проверил, это действительно корабли из Браавоса. На таких сейчас плавают наемники. А еще у пристани стоят три галеры из Тироша. И чуть ли не половина флота Велариона видна на горизонте. — Ты отправился на противоположную часть острова? — обмерла я. — Даже не предупредив? — Ну да. Не переживай, мне ничего не угрожало. Зато я выяснил, что Сиракс и Карраксеса на Драконьем Камне нет, а Джейс патрулирует над морем от острова до Глотки. Это подозрительно. — Что именно? — прохладно уточнила я. — Что наша сестрица с дядей решили слетать куда-нибудь на Дрифтмарк? Или что Вермаксу захотелось размять крылья? — Нет, такое скопление кораблей. Но и отсутствие Рейниры тоже. Они что-то задумали! Я сложила руки на груди: — И что? Даже если задумали, какое нам дело? Я полагала, что теперь, когда мы вырвались из-под контроля короны, можно не переживать о подобных интригах. Они нас больше не касаются, Эймонд! Он недоумевающе посмотрел на меня: — Но если Рейнира и Деймон готовят удар? Хотят напасть на Королевскую Гавань? Не просто же так они собирают целую армию! — Ты о чем? Ау! Рейнире не нужно ни с кем воевать, прямо сейчас отец жив, а она является его признанной наследницей! — А если они хотят посягнуть на регенство? — И что? Пускай разбираются между собой. Эймонд нахмурил брови: — Ты что, не понимаешь? Там же отец, Эйгон, мать… А мы забрали самых больших драконов! — Не приплетай, пожалуйста, драконов. Им не придется танцевать. Уверяю тебя, Визерис будет только рад передать Рейнире все свои дела прямо сейчас, а Эйгон вздохнет с облегчением и улетит в Пентос. Матери тоже ничего не грозит, они с сестрой долгое время были близкими подругами, Рейнира ее не обидит. У Эймонда на лице отразилось очень сложное выражение. Он будто боролся сам с собой. Да и по связи я чувствовала одолевающие его сомнения. — Я все же считаю, что мы должны предупредить дедушку, — наконец сказал он. — Давай полетим обратно в Королевскую гавань? Расскажем, что видели, признаемся, что поженились. Дед поймет, что лучше сделать, и с нашим браком все смирятся. Мы сможем снова жить, как раньше. Только вместе. Я ушам своим не поверила. — Ты ищешь повод вернуться? — Я был бы рад, если бы нас приняли, — признался он. — Ты согласна? — Нет! — ответила я без малейших колебаний. — Мой ответ: «нет». Эймонд потянулся ко мне по связи и, видимо, осознал категорическую решительность отказа. — Почему нет? — спросил он тихо. Я помотала головой: — Красный Замок меня погубит. Нас погубит. Я не вернусь. Он вздохнул. — Но мы же не можем ничего не предпринимать? — Еще как можем. Я вообще не вижу никакого риска и угрозы для наших родных. — Но я должен предупредить мать! Я отошла к линии прибоя и села на камень. Не было сил даже смотреть на этого упрямца! Этого… маменькиного сынка! Я вытравила из него верность вере, но не сумела изолировать от влияния Алисенты. Мой мир рушился. — Хэл! — Эймонд не мог не ощущать глубины моего отчаяния. — Если ты против, я не стану настаивать, — он подошел со спины и положил ладони мне на плечи. — Но бездействовать я не смогу. Я должен полететь домой и предупредить, что Рейнира что-то замышляет. — Да ты шутишь! — вырвалось у меня. — Хэл, милая, пойми, это необходимо! — Не вижу никакой необходимости. — Я обернусь за день, максимум — за два. А потом мы полетим, куда ты захочешь. Обещаю! Я не могла повлиять на его решимость, изменить его мнение. Но я знала — чувствовала! — как сильно он меня любил. Поэтому сделала последнюю попытку. Резко поднялась, развернулась, обхватила его лицо руками и уставилась ему прямо в глаза: — Эймонд, молю, ради всего, что между нами, ради нашего пламени, ради того, что ты ко мне чувствуешь, не бросай меня сейчас! Только не сейчас, не здесь! Ты хочешь помочь матери, я понимаю, но не ценой же нашего совместного благополучия?! Ты мне нужен, я не готова бороться за нас в одиночку! Эйм! Откройся, почувствуй меня… Наша связь только зародилась, мы женаты третий день, и сейчас перед тобой стоит очень простой выбор: я или наша мама. Кто для тебя важней? — Не говори глупостей, — мягко ответил он. — Конечно, ты. Поэтому я вернусь как можно быстрее, возможно уже завтра. Ты же подождешь? Ты будешь тут в безопасности. — Откуда ты знаешь? — резко, с горечью в голосе спросила я. — Ты летишь в Королевскую гавань, чтобы рассказать о возможной… только возможной угрозе, и оставляешь меня тут, в двух шагах от тех, кого считаешь врагами. — Ни Деймона, ни Рейниры на острове сейчас нет. К тому же Рейнира неплохо к тебе относится. Ком в горле никак не желал глотаться. — Я поняла. — Хэл! — теперь он обхватил мое лицо, прижавшись лбом ко лбу. — Обещаю, я вернусь очень быстро, и все будет так, как ты пожелаешь. Два… максимум три дня. Ты же дашь мне три дня? — Я готова была дать тебе вечность, — печально сказала я и побрела к хижине. Эймон догнал меня и ухватил за руку. Сжал ее сразу двумя своими большими теплыми ладонями. — Я договорюсь со служителями, они будут приносить корзину с едой каждый день. Я молча кивнула. — Я люблю тебя, — очень тепло и искренне заверил Эймонд, развернулся и побежал улаживать дела. Час спустя я проводила взглядом взлетевшую Вхагар. Моя с Эймондом связь все натягивалась и натягивалась по мере его отдаления. И когда крохотная точка растворилась в небесной лазури под третьим слоем облаков, она лопнула. Стало очень больно, а потом тепло. Крохотное тепло продолжало пульсировать в глубине моего тела, силясь заполнить пустоту. Я дошла до родника и еще раз умыла лицо, смывая соль с кожи. Откуда у меня на лице соль? Наверное, ветер метнул брызги с моря. Когда я вернулась, у хижины топтался ученик из храма. Совсем мальчишка, лет семи-восьми, не больше. Он принес маленькую корзинку с сыром, яблоками и зеленью. Внизу я углядела краюху хлеба и бутылку простокваши. — Принц Эймонд сказал, что прилетит через три дня, и велел приносить еду по утрам. Госпожа спрашивает, у вас есть какие-то особые пожелания? — Да, — я не удержалась и легонько пригладила смешную вихрастую прядь у него на макушке. — Скажи своей госпоже, что мне ничего не нужно. Драконы обеспечивают себя сами, и единственное, чего они хотят, — это свободы и уединения. Он изумленно приоткрыл рот. Хорошенький лопоухий мальчишка из тех, кто всегда в курсе происходящего. Я оценила любознательную мордашку и наобум спросила: — Не знаешь, скоро вернутся принцесса Рейнира и принц Деймон? — Драконоблюстители готовят баранов, значит до вечера будут здесь, — рассудительно ответил он. Я кивнула. Эймонд сделал свой выбор, и теперь я должна была сделать свой. — Ступай! — сказала я пацану, а сама отправилась в хижину собирать вещи, чтобы покинуть это место немедленно. В седельных сумках Пламенной Мечты лежали три живых драконьих яйца, у меня были деньги, драгоценности, карты и еда. А еще теперь я была свободна. Откуда-то я знала, что ни завтра, ни послезавтра Эймонд не вернется.