Глава вторая. Кровавое утро. Дорога. В таверне.

Ранее утро в бвикишском герцогстве Вотелхилл, некое окраинное городище. Бвикишское городище раскинулось между холмов, неподалёку от ручья. Жизнь идёт своим чередом. Между каменных домишек поросших мхом и плющами, снуют разнородные местные жители и домашний скот. Бвикиши носятся с мешками и котомками, другие что-то считают или дают указания слугам, человеческие и уллогские работники, наёмники и рабы возятся с железом и деревом. Бвикиши по младше перегоняют скотину или заняты ерундой. Женщины сплетничают по дороге или в дверных проёмах. Возле других входов в дом, стоят старые бвикиши и пыхтят мундштуками. Возле каждого второго дома раскинулся торговый навес, и бвикиши зазывалы предлагают свой товар. Другие жители ходят настороженные. До Вотелхилла дошли тревожные слухи из Великой Гюльсткой. У ручья собралась целая орава прачек и посудомоек. Мэр городища, Прогсло Крелоби посмотрел на карманные часы. Двое средних уллогов рабов уже приготовили его карету. Крелоби помогли подняться и он дал кучеру знак отправляться. Кучер свистнул плёткой и карета двинулась, сопровождали её полтора десятка пеших телохранителей бвикишей. Прачки и посудомойки бвикишки приветливо махали мэру, а человеческие почтенно кланялись. Когда карета удалилась, они снова вернулись к работе. Одна человеческая прачка закинула белую рубашку в ручей и как следует простирнула. Но вытащив её, прачка замечает, что на белоснежной ткани появились какие-то розовые разводы, а сама вода пахнет железом. Карета удалилась на юг, в соседнее герцогство, и уже через пару часов добралась до леса. Крелоби вальяжно раскинулся на мягких перинах, а кучер заметил, что в лесу что-то не так, но не рискнул тревожить хозяина. Карета углублялась всё дальше. Один из телохранителей подскочил к кучеру и прошептал - «Сэр, у меня дурное предчувствие. Здесь случилось что-то неладное, слишком тихо.» Кучер потормошил хозяина – «Господин мэр, проснитесь. Давайте повернём назад, и поедем другой дорогой. У меня, и не только у меня, дурное предчувствие.» «Вздор! Эта дорога короче, а главное – она бесплатная! А предчувствия свои оставьте при себе. Вы разве жрецы, или быть может тафлийские волшебники? Нет?! Тогда заткнитесь сударь, и езжайте дальше, если не хотите проблем?!» Кучеру ничего не оставалась, как заткнуться и ехать дальше. Крелоби задрых как сурок, карета продолжала углубляться в лес. Кругом темнело. Звуки как будто совсем пропали. Лесные обитатели словно вымерли. Кучер прислушивался и оглядывался по сторонам, тогда как телохранители скучились ближе к карете. Неожиданно один из охранников завопил – «Смотрите!!!» На обочине лежал мёртвый чуплинг, по положению конечностей которого было понятно, что он полз. Из спины несчастного торчал здоровенный костяной дротик. Кучер промокнул вспотевший лоб. От крика проснулся Крелоби. «Ну мало ли что бывает у этих кривоногих?! У них каждый день какие-нибудь проблемы. (Крелоби морщится брезгливо) Варвары. Продолжаем путь.» Но стоило шествию пройти ещё четверть версты, как лошади сами остановились, путь им пригородили шедшие впереди телохранители, остолбеневшие и испуганные, которые тыкали дрожащими дубинками перед собой. Рассерженный Крелоби засучил карман, надел монокль, и побелел от увиденного. В лесу явно случилось сражение, причём весьма кровопролитное. В стволах деревьев торчали дротики и стрелы, а на коре остались отметины от оружия. Кусты и мох испачканы кровью и всячески порублены. На самых низких деревьях были заточены ветки, с нанизанными на них телами убитых чуплингов. За деревьями, на лесной опушке виднелась разбитая деревенька несчастных, а посреди оной нечто тлело. Крелоби присмотрелся и за грудиной похолодело. То была сожжённая и истыканная статуя Петагвы, вокруг которой на пики были насажены головы местных жрецов. «По-в-о-о-ора-а-а-чи-и-ив-а-а-ай! (Возглас Крелоби растянулся на целую вечность) на-а-аз-а-а-а-а». И тут же возле самого его бедра что-то стукнуло в корпус кареты. Это был костяной дротик. В ту же секунду из-за деревьев и кустов показались толпы странных существ. С виду они выглядели как измождённые люди с кирпичной кожей с длинными узкими лицами, одеты были во вретище и вооружённые копьями, заострёнными длинными щитами из меди, и оружием на подобие когтей или шипов которое сложно было описать. Телохранители даже не успели достать дубинки или пращи, как их искололи тучей дротиков. Врагов становилось всё больше, они выскакивали толпами справа и слева. Телохранители впереди отчаянно замахали дубинками, но на каждого из них наскочило по пятеро противников, и бвикишей быстро закололи ужасающими шипами. Крелоби завизжал как резаный поросёнок. Телохранители позади бросились в рассыпную, но были убиты дротиками в спину. Кучер спрыгнул и укатился под карету. Прогсло же беспомощно пытался слезть но в итоге свалился прямо под ноги одному из нападавших. Существо не мешкая шандарахнуло нижним концом щита мера в лицо, от чего тот отлетел на десяток локтей и потерял сознание. Затем существо схватило мэра за ногу и поволокло в неизвестном направлении. «Битва» закончилась не начинаясь. Несчастный кучер лежал под каретой и держал обеими руками свою огромную челюсть, только бы зубы предательски не цокали. Таинственные враги бродили вокруг кареты, и проверяли раненных телохранителей, и тех из них, кто был ещё жив они подхватывали за руки и забирали не известно куда. Люди крайней измождённости после долгих пыток – так можно было описать этих существ. В голове кучера промелькнула мысль, которую бы все, да и он сам сочли бы дерзкой и еретической. В виде нападавших было что-то и тафлийское. Их длинные узкие ноздри, но в отличии от предначертанных величием росли не в скулы, а вертикально от лба и до самого рта. Заметил он и вот ещё что. Загадочных существ становится всё больше. Далеко за деревьями появились десятки таких, а в дали, на дороге шествовали целые полчища кирпичнокожих, им не было конца и края. Существа неизвестной расы, сожжённые капища кумиров, орды вооружённые до зубов, всё это сложилось в голове кучера страшным осознанием! «Это война! Фийнкоуд вывел новых чудовищ, и начал очередное вторжение. Слухи оказались правдой! Надо бежать и скорее предупредить остальных! Но как?» Бвикиш зыркнул по сторонам. Впереди толпа врагов, но вокруг кареты их было поменьше. Кучер снял свой деревянный башмак и бросил его в кусты так, как бросают камень в море. Отряд кирпичнокожих отреагировал и кинулся на шум, бвикиш же покатился в кювет и юркнул в противоположную от них сторону. Безымянный кучер полз как мог более бесшумно, прижимаясь к земле и в то же время уворачиваясь от сухостоя. Проползя пол версты он бросился бежать. Но совсем не в родное городище. Он спешил к главной дороге в столицу Вотелхилла, дабы предупредить герцога и магнатов, а со временем и все свободные народы. День спустя, запад Великой Гюльтской Империи. Уже второй день экспедиционный полк был в пути. Впереди шествовали рыцари и герцог, позади – армия простолюдинов с луками и мотыгами. Вокруг полка гарцевали на своих рысаках кочевники под руководством Кахызы, высматривая потенциальную опасность. Фирбаху и Клюпо же досталось место точно в середине, между конницей и пехотой. Энтузиазм Хочкинца исчез как и не бывало. Долгая, а главное однообразная дорога погрузила в тоску юного бвикиша. Он было хотел повернуть домой, но испугался гнева герцога и не решался даже спросить об этом. «Сейчас полдень. Ах, моя милая тётушка Глёкк небось испекла свой знаменитый алычовый штрудель с селёдкой?» Дабы окончательно не пасть духом, Клюпо стал думать о хорошем, перечислять различные блюда бвикишской кухни. «Надо думать о хорошем, думай о хорошем Хочкинс. Холодные манные клёцки с креветочным бульоном. Фасолевый пудинг. Перловые гренки со спредом. Думай, думай о хорошем Хочкинс. Кексы с курдючным салом. Укропный супчик. Холодный омлет с мятой. Анчоусы в сахаре. О хорошем думай Хочкинс. Гречневая колбаса с конским жиром. Варёная утиная кожа с грибами. Думай Хочкинс о хорошем!» От мечтаний у Клюпо даже набежала слюна. Фиррбак подтолкнул того в бок - «Что это ты бормочешь дружище?» «Ничего. Говорю когда там уже порт, и долго ли нам до него добираться? Ох, и это только начало пути. (голос Клюпо был сдавлен и дрожал. Он чуть не плакал) Боюсь даже представить что там будет в море. Как подумаю, а что же там может быть, на этом несчастном мысе?» «Перестань Клюпо. Думай о богатстве, которое ждёт тебя и всех твоих потомков! Если всё пройдёт удачно, мы станем до такой степени великими что даже. (но тут Фиррбак запнулся) одним словом, мы станем не беднее самого императора, а по величию своему сравнимся с Цвайгюльтсом и Дуэконфдуэ.» «Широко мостишься. Но мне бы поесть чего, уж как минимум.» «Поесть? Ну сам посмотри (Фиррбак показал пальцем вдаль) Тем более нам всё равно доведётся пройтись по тавернам в поисках дешёвого найма.» Клюпо насупился – «Вы предначертанные смертью, пользуетесь своим высоким ростом, думаете, что и остальные такие же?!». Хмыкнув бвикиш подстегнул свинью и отъехал в сторону, чтобы рыцарские лошади не закрывали вид. Впереди же, в конце дороги виднелся небольшой уездный городок - Капчло. Добрались к раннему вечеру. Простолюдины и кочевники разместились палаточным лагерем на окраине города. Фиррбак и Клюпо отправились за новыми добровольцами. Шабольже и рыцари были с ними. Капчло – был типичный для Великой Гюльтской уездный городок. Одна каменная дорога пролегала только через центр города, по округе сплошная грязь. По закоулкам шатались пьяные простолюдины. Из окон то и дело выбрасывали помои и содержимое ночных горшков. Дома из досок и кизяка покосились вдоль «дорог». По сторонам слышались ругань горожан, собачий лай, и хрюканье свиней. Смотря вокруг Клюпо дышал полной грудью переполняясь гордости за расу бвикишей. Товарищи следовали в наиболее многолюдное заведение во всём Капчло – городскую харчевню. По пути туда, они подбирали пьяниц, нищих, бездомных, а также всех тех прохожих, кто просто был похож на нищего или бездомного. Харчевня была значительного размера, как приличная конюшня, и переполнена народа. Как ни как именно она являлась градообразующем заведением. Дверь в харчевню распахнулась. Ещё на пороге Шабольже гаркнул – «Кто хочет сто монет и готов рискнуть за них жизнью?!» Как максимум лишь десятая часть от посетителей осталась сидеть, остальные же подскочили со своих мест с криками - «Я!» «Хорошо, тогда не толпитесь и идите к выходу. Там вы получите 5 монет сейчас, и остальные 95 каждый получит позже, по монете раз в три дня. А пока господа рыцари проведут вас в наш лагерь.» Кутилы выстроились в очередь и быстро покинули таверну, в которой остались только Клюпо и Фиррбак, Кахыз и Шабольже, которые сами разместились за столиками. Герцог откупорил бочонок кориандрового эля, бесплатно, по праву статуса. И только Кахыз капризничал – «Почему это в таверне не подают айран?!». Не считая спиртного, из еды в харчевне были только чёрствые хлебцы размоченные в воде перед подачей, и жаренная копчёная ветчина, да и то в порциях тапаса. Прошло несколько минут. Вернулись рыцари герцога и тут же закатили попойку, которая быстро переросла в драку. Благо мечи и топхельмы оставили у входа. Шабольже не сильно вмешивался. Смотря на мордоворотов-рыцарей, на Клюпо снова нахлынула грусть, и даже кориандровый эль не лез в горло. «О чём опять кручинишься, друг сердечный? Я и не замечал раньше что ты бываешь такой хмурый. Снова думаешь о предстоящих бедствиях?» «Нет, не о предстоящих. Я смотрю и вижу какая сила пропадает. Вы – предначертанные смертью, собрали целый поход ради какой-то экспедиции на край света. А ведь Великая Гюльтская Империя, за столькие годы могла бы помочь нам выбить этих, этих (лицо Клюпо перекосилось в отвращении) безобразных чуплингов, которые сидят на НАШЕЙ земле! На земле бвикишей! Какие они мерзкие на своих коротких, кривых ногах. Да, наши ноги тоже коротки, но они миниатюрные, а у чуплингов корявые обрубки. А их обвисшие огромные брюхи, не чета нашим пухлым смешным животикам, они обрюзгши! А их головы, даже говорит нечего, меньше чем у вас людей. И к тому же мы бвикиши носим добротную одежду, а эти безобразные – только повязки из соломы и сухостоя! Этот поход, лучше повернуть на запад в Бвикитанию! Так и быстрее и безопаснее. Что взять с этих безобразных дикарей? Смешно да и только. А там, на Гранитном Мысе - нолли и даже бастионщики! И тогда бы, мы всё равно могли вырастить специй ещё больше, на наших новых плодородных землях, и бвикиши стали бы одной страной, а значит и мощью равной для всех Свободных Народов! Но там эти чуплинги, на нашей земле! Что они есть такое, эти безобразные?! Они ошибка природы, у чуплингов нет ни героев-кумиров ни даже предначертания, у них нет чести, нет пива!» - Клюпо кричал и бил кружкой о стол. «Да не в одних только пряностях дело. Успокойся. (Фиррбах похлопал бвикиша по плечу) И не в сокровищах тоже, и даже не в плацдарме в тылу приспешников фийнкоуда! Всё гораздо, гораздо сложнее, невообразимо сложнее! Если от удара айекскамня уцелели драгоценности, то значит уцелело ещё кое что. Уцелело то, что важнее специй и денег, гораздо важнее.» «Нет. (всхлипывает Клюпо) Просто вы люди и ваша империя не любите нас! Ах, не даром мы бвикиши, называем себя самым несчастным народом.»