Тьма

Карлайл, Анджела и я тщательно все приготовили. Мы спланировали наши действия на тот случай, если нам понадобится найти вампира, который меня укусил. Мы втроём вернулись в дом Чарли, где сделали всё возможное, чтобы убрать разбитое стекло и кровь и починить разбитое окно. Я взяла всё, что мне понадобится в ближайшие несколько недель, в том числе несколько смен одежды, свой ноутбук и все документы Чарли, которые могли мне понадобиться, и спрятала всё это в доме Карлайла, где я собиралась оставаться в обозримом будущем. Я поехал в больницу, встретилась с командой врачей, которые ухаживали за Чарли, и провела там столько времени, сколько могла, держа его за руку и разговаривая с ним, надеясь, что мои слова каким-то образом дойдут до него. На тот момент его состояние не изменилось. Анджела вернулась домой в два часа дня, полная раскаяния, но ей нужно было рассказать Бену обо всём, что произошло. Карлайл дал ей указания защищать их дом, как только можно, — распятия на каждом окне и святая вода, разбрызганная на пороге, не были надёжной защитой, но, очевидно, могли помочь, — и в ответ Анджела, по-видимому, решила, что Карлайл, по крайней мере, достаточно надёжен, чтобы охранять меня самостоятельно. Тем не менее, она бросила на него взгляд, когда шла к своей машине, на которой мы вместе приехали в больницу. — Я жду частых сообщений, — сказала она. — И чтобы моя лучшая подруга была цел и невредима, иначе... Я закатила глаза. Анджела не представляла угрозы для бессмертного вампира, но у Карлайла хватило такта выглядеть хотя бы немного запуганным. Он прижал руку к груди, словно произнося клятву, старомодный жест, который, казалось, не успокоил Анджелу. Она прищурилась, глядя на него, прежде чем уйти. Когда она ушла, я повернулась к Карлайлу. — Мне стоит начать искать какие-то похожие места или ты расскажешь мне, где ты уже был? Он покачал головой. — Пока нет. Сначала мы обсудим самооборону». Я моргнул. — Самооборону? Разве моя стратегия не в том, чтобы держаться рядом с тобой? — А что, если мы разойдёмся или со мной что-нибудь случится? — Хм, — сказала я, обдумывая это. Я выудила свое распятие. — У меня есть это. — Хорошо. Что еще? — Я не знаю. Ничего. Карлайл кивнул. — Именно. Я не подхожу к ним беззащитным, и тебе не стоит. Если мы собираемся это сделать, ты должна знать основы того, как они нападают и как ты можешь защититься от них. Пойдём. Мы вместе доехали до окраины города, где Карлайл припарковал машину и достал из багажника сумку, которую я раньше не видела. Я последовала за ним по дороге к небольшой полянке в лесу, чувствуя лёгкую дрожь от страха. Я не была в лесу с тех пор, как всё началось, и, хотя я была не одна, я не могла не нервничать. Для Форкса это был относительно хороший день: не солнечный, но и не дождливый. И всё же над кромкой леса висел туман, влажный и вездесущий. Карлайл проследил за моим взглядом, устремлённым в сторону леса. — Всё в порядке, — сказал он, оглядывая деревья. — Я прислушиваюсь. Мы можем быстро двигаться, если понадобится, но нам нужно делать такие вещи вдалеке от глаз людей. То, что мы делаем, покажется непосвящённым немного странным. Я кивнула и посмотрела, как Карлайл открывает сумку у своих ног. Он достал что-то и попытался бросить мне. Я даже не попыталась поймать это, а просто смотрела, как оно падает на траву в нескольких метрах от меня. — Ого, — сухо сказал он. — Хорошие рефлексы. Я покраснела и подошла к тому, что он мне бросил. Это был деревянный кол. — Я никогда не была атлетом, — раздражённо сказала я. — Если мы будем полагаться на это, то оба умрём. Карлайл улыбнулся, хотя при этом выглядел мрачным. — Тогда не будем бросать. Просто будем закалывать. Это самая важная часть. Я взяла кол, стараясь не показывать, что встревожена. Он был длиной с моё предплечье, с острым концом. Я задумалась, где Карлайл его взял или же сделал сам. Мысль о том, что он тратит время на то, чтобы заострить палки для кольев, была забавной, если бы то, против чего он их использовал, не было таким пугающим. — Ладно, — сказала я. — Покажи, как надо наносить удар. Карлайл пересёк поляну, затем показал мне, как держать кол и как не дать ему выскользнуть из рук. Удовлетворившись результатом, он постучал себя по груди прямо над сердцем. — Когда ты это сделаешь, — сказал он, — Нужно будет сильно и быстро толкнуть в область сердца. У тебя будет только один шанс, так что постарайся его использовать. Приложи больше усилий, чем вы думаешь. Я посмотрела на него. — И ты думаешь, что я на это способна? — Да. — Хм, — сказала я, неубеждённо. — А что, если я промахнусь? Или ударю недостаточно сильно? — Не промахнись, — ответил он, наклоняясь, чтобы поправить мою хватку. Я вздрогнула от его прикосновения и немного отстранилась. Он, казалось, не заметил этого, его взгляд был сосредоточенным и деловым. — Если ты допустишь ошибку, — добавил он, — Используй время, которое ты себе выиграла, чтобы увеличить расстояние между собой и вампиром. Отрезав ему крылья, ты тоже выиграешь время. Или, как ты сказала, ты можешь использовать это. Его пальцы нащупали распятие у меня на шее. Я почувствовала, что краснею, совсем немного, но усилием воли прогнала это ощущение, пытаясь сосредоточиться на текущей задаче. — А что, если тебя ранят одним из этих колов? — с любопытством спросила я и подняла кол. — Попробуй, — сказал он, подходя ближе. Я покачала головой. — Ни за что. Он рассмеялся, отступая на шаг. — Мне это не повредит. Меня нельзя заколоть, пронзить колом или убить чесноком. Как мы уже говорили, святая вода на меня не действует. Солнечный свет тоже неэффективен. — А, — я посмотрела на небо. — Здесь его не так много. — Мне вдруг стало любопытно, и я задала ещё один вопрос. Я всё ещё многого о нём не знала. — Значит, солнце тебя не обжигает? — Нет. Оно отражается от моей кожи. Мои клетки твёрдые, они преломляют свет и повреждения. Это основная трансформация, которой мы подвергаемся. А ещё у нас есть яд. Я пристально посмотрела на него. — Яд? Как у змеи? У тебя есть клыки? Он нахмурился. — Нет. Я подошла ближе, взявшись одной рукой за его предплечье и наклонившись, пытаясь получше рассмотреть его лицо. — Без клыков, да? У других есть клыки. Тогда как же ты кусаешься? Он позволил мне оценить его, а затем снова улыбнулся по-волчьи. — У тебя много вопросов. Может, вернёмся к вампирам, которые пытаются тебя убить, а не к тем, которые этого не делают? Я отпустила его и отошла на несколько шагов. — Хорошо. Покажи мне ещё раз.

***

Мы потратили два часа на то, чтобы всё обсудить. Карлайл был неумолим, снова и снова объясняя мне, как они нападают и как мне защищаться, если они нападут. Я надеялась, что до этого не дойдёт, но перестала его перебивать и позволила ему показать мне всё, стараясь внимательно слушать всё, что он говорил. С каждой минутой, пока небо темнело, угроза становилась всё более реальной, с каждой минутой всё более насущной. Мы также понятия не имели, как связь может повлиять на меня, или могу ли я расстаться с Карлайлом по собственной воле, если я стану жертвой влияния другого вампира. Я вспомнила его голос в своей голове, когда он терзал меня, и этой мысли было достаточно, чтобы заставить меня внимательно слушать Карлайла, принимая каждое слово и движение близко к сердцу. В пять часов почти стемнело. Мы побрели по траве обратно к машине, где Карлайл достал карту Форкса. Мы вместе изучили её, сверяясь с картой в моём телефоне и с путеводителем по городу, который я купила на заправке. — Не здесь, — сказал я, качая головой. — Они до сих пор используют мельницу, так что я сомневаюсь, что там для них будет много укрытий. Старая школа тоже не годится. Крыша давно обвалилась, так что днём там не темно. Ты сказал, что они не любят солнечный свет, верно? Карлайл кивнул, задумчиво глядя. — Я должен был обратиться к тебе за помощью давным-давно. Я потратил целую вечность, объезжая все места, которые только мог вспомнить. Я улыбнулась, подтягивая карту поближе. — Тебе нужен был кто-то местный. Мы оба изучали город, обсуждая еще несколько мест. Я не раз теряла концентрацию, когда меня отвлекало давление его плеча на мое и тихие вздохи, когда он читал через мое плечо. Наконец, я смогла взять себя в руки настолько, чтобы составить мнение. Я указала на старый кинотеатр на краю главной улицы. — Кажется, здесь никого не было весь прошлый год. Ты там был? — Нет. Может, попробуем? Я кивнула, чувствуя, как ускоряется мой пульс. — Время не ждёт. Карлайл, казалось, почувствовал, как участилось моё сердцебиение, и посмотрел на меня. — Прости. Я не имел ввиду прямо сейчас. Если можно этого избежать, то ждать заката не стоит. Ибо они просыпаются после. Я вздрогнула. — Хорошо. Позже? Карлайл выглядел озадаченным. —Я думал, что завтра, днём. Это самое вероятное время, когда они будут там, но в то же время они, скорее всего, будут спать. Ночью рисковать опаснее. Они могут быть вне гнезда, а могут и не быть. И они точно будут бодрствовать. — Я не хочу ждать, — сказала я, хотя мой разум кричал мне, чтобы я сделала именно это. — У нас нет вечности. И я не знаю, что хуже — наткнуться на нескольких бодрствующих ночью или на целую орду днём. — И то, и другое плохо, — сказал Карлайл, скривившись. Секунду мы оба смотрели на карту, потом друг на друга. Глаза Карлайла снова стали полностью черными, в них не осталось янтаря, и я задалась вопросом, когда он ел в последний раз. Я также видела в них неуверенность и знала, что он взвешивает мою безопасность в сравнении с возможностью наконец найти их логово. — Сегодня вечером, — сказала я, принимая решение. — Давай начнём сегодня вечером.

***

Парковка у кинотеатра была пуста, но мы с Карлайлом припарковались несколькими улицами дальше, каждый из нас сунул по колу в карман куртки и вытащил распятия из-под рубашек, убедившись, что они лежат там, где мы можем до них дотянуться. Странности того, что мы делали, было достаточно, чтобы успокоить меня, достаточно, чтобы удержать от полной паники. Тем не менее, мое сердце уже бешено колотилось, когда Карлайл повернулся ко мне. — Готова? Я кивнула, у меня перехватило дыхание. Мы убили несколько часов на дорогу до больницы, Карлайл осматривал своих пациентов, а я навещала Чарли, пытаясь скоротать время до наступления сумерек — пока вампиры не покинут любое гнездо, которое мы могли бы найти. Ожидание было мучительным, а видеть Чарли, который всё ещё был в критическом состоянии, было ещё хуже, и я почти предпочла бы поиски. Почти. — Да, — выдавила я. — Готова. — Эй, — сказал Карлайл, касаясь моего локтя, пытаясь успокоить меня. Его прикосновение произвело противоположный эффект. Мне показалось, что моё сердце забилось быстрее, и он быстро убрал руку. Я была уверена, что он его услышал. — Всё будет хорошо, — сказал он спокойным голосом. — Я должен услышать их, прежде чем мы войдём внутрь, если они вообще там есть. Если мы вообще в нужном месте, что маловероятно. Просто держись рядом и помни всё, о чём мы говорили. Я кивнула, чувствуя кол в кармане, и попыталась не обращать внимания на пульсирующую боль в левой руке. Кол успокаивающе оттягивал карман, и я попыталась заставить своё сердце биться медленнее, а дыхание — оставаться ровным. — Пойдём. Мы шли вместе по улице, приближаясь друг к другу. Мы прошли мимо троих ребят из старшей школы, и я с трудом удержалась от того, чтобы не крикнуть им, чтобы они зашли в дом и не стояли на улице. Но они были не единственными, кто там был: несколько семей направлялись в закусочную дальше по дороге, а пожилая женщина выносила мусорные баки к концу подъездной дорожки. В Форксе никогда не было многолюдно, но даже эти маленькие признаки жизни заставляли моё сердце биться чаще. Это были реальные люди, чьи жизни находились в огромной опасности. Мы с Карлайлом переглянулись, но оба промолчали. Наконец, мы достигли края кинотеатра. Карлайл поднял руку, склонив голову набок, как будто прислушиваясь, а я ждала. Это был старый кинотеатр, единственный, который оставался открытым после открытия более крупного в Порт-Анджелесе, но был закрыт большую часть года. Сейчас это выглядело невыразимо жутко, с заколоченными дверями и облупившимся фасадом. Кто-то бросил камень в одно из окон, и пустое пространство зияло, как выпавший зуб. Через мгновение Карлайл покачал головой и жестом пригласил меня следовать за ним. Мы свернули в сторону, и он остановился. Я увидел, на что он смотрит, — на дверях висел тяжёлый замок. — Ах, — прошептала я, — С этим я могу помочь. — я отодвинула удивлённого Карлайла в сторону и вытащила заколку из волос, которые, к счастью, были собраны. Карлайл нахмурился, но я не обратила на него внимания и принялась за замок. Через минуту я с победным видом сняла его. — Мило, — прошептал Карлайл, явно впечатлённый. Он, скорее всего, мог бы просто выломать замок, но я всё равно чувствовала себя оправданной. Я научилась взламывать замки, когда занималась исследованиями для книги, и этот навык пригодился мне больше, чем я могла себе представить. Карлайл плечом открыл дверь, снова жестом показав мне подождать. Он отступил назад и наклонился, чтобы прошептать: — Я ничего не слышу. Подожди здесь. Я быстро, но если что-нибудь случится, зови меня. С этими словами он исчез, оставив меня нервно переминаться с ноги на ногу, стараясь не издавать ни звука. Через минуту он появился рядом со мной, словно из ниоткуда. Я вскрикнула. Он прикрыл мне рот рукой, виновато поморщившись. — Прости, прости, — пробормотал он, его дыхание холодило мне ухо. — Забыл, что ты к этому не привыкла. — Ты что-нибудь нашёл? —прошептала я в ответ, как только он отпустил меня. Он покачал головой. — Их здесь нет. Хотя я думаю, что, может быть, когда-то они здесь были. Похоже, что их перемещают, и под лестницей есть пустое пространство. У меня по рукам побежали мурашки. — Серьезно? — Да. Подожди здесь еще минуту. Я просто хочу проверить, не оставили ли они что-нибудь. — Ни за что, — я схватила его за руку. — Я не буду здесь ждать. Я иду с тобой. Карлайл поморщился, но не стал спорить. Он позволил мне пойти за ним, протянув руку, чтобы помочь мне переступить через груду досок сразу за выходом. Внутри было темно, и моим глазам потребовалось несколько секунд, чтобы привыкнуть к освещению. Это было невероятно жутко: экран проектора был порван, а каждая поверхность покрыта пылью. Мне показалось, что я услышала, как где-то рядом пробежала крыса, и я с трудом подавила желание снова схватить Карлайла. — Ты рада, что пришла со мной? — прошептал он через плечо, и я сердито посмотрела на него. Я подождала, пока Карлайл обыщет помещение, — он снова растворился в воздухе, естественно, двигаясь слишком быстро, чтобы я могла следить за ним взглядом. Я подпрыгнула, когда он появился рядом с моим локтем, хотя на этот раз мне удалось не закричать. Он выглядел расстроенным, и я почувствовала, как его прохладные пальцы схватили мои. Он снова провёл меня по доскам, которые в темноте были почти незаметны. Я подумала, что его глаза, должно быть, лучше видят в темноте, чем мои, и это меня раздражало. Я чувствовал себя бесполезной и беспомощной. Как только мы вышли на улицу, он тяжело вздохнул и стряхнул пыль с ботинок. — Ничего, — сказал он низким, расстроенным голосом. — Они были здесь, но несколько месяцев назад. Я побледнела. Из того, что он мне рассказал, я знала, что они были в Форксе несколько месяцев, но мне было ненавистно думать о том, что они так близко к городу, так близко к школе и домам людей. Похоже, они долго выжидали. — Хорошо, — сказала я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно. — Тогда мы попробуем в другом месте. Сегодня вечером. Он посмотрел на меня, и с его лица немного сошло напряжение. — Хорошо. Мы вернулись в машину, где снова достали карту, обводя кружками одни места и зачёркивая другие. Через полчаса у нас было десять обведённых кружками мест и пятнадцать зачёркнутых, плюс два с вопросительными знаками. Я подняла карту. — Это наш путеводитель. На то, чтобы обойти все эти места, не должно уйти больше пяти дней. Карлайл покачал головой. — Это слишком долго. — Я знаю, — сказала я, думая о Чарли, об Анджеле, о Бене и обо всех остальных в городе, кто мог пострадать за это время. — Мы их найдём. Нам просто нужно сохранять спокойствие и действовать методично. Карлайл кивнул, затем взглянул на меня, и свет поглотили его тёмные глаза. — Хорошо. Следующее место. Твой выбор. Я снова посмотрела на карту и ткнула пальцем в обведённое кружком место. — Сюда. Мы посмотрели на это вместе, затем Карлайл повернул ключ в замке зажигания, двигатель с ревом ожил. Я чувствовала это так же отчетливо, как и он, - все ускорилось, теперь все движется быстрее. Наше время уходит.