Исход

Наши поиски ни к чему не привели. Мы проверили старую церковь и лесопилку, первая из которых была снесена, а вторая оказалась совершенно пустой. Мы вернулись в дом Карлайла в полночь, оба расстроенные и покрытые слоем пыли и грязи. Я приняла душ, а затем отправила сообщение Анджеле, чтобы успокоить её и сказать, что я всё ещё жива. Как только она подтвердила, что тоже жива, я достала из сумки ноутбук и спустилась вниз, устроившись на диване. Карлайл, который, по-видимому, принимал душ в ванной на первом этаже, вышел, моргая, и посмотрел на меня. — Что ты делаешь? — Пишу, — ответила я, отворачивая от него экран. Он нахмурился. — Сейчас? Уже поздно. — И я отстаю. Если я не буду продвигаться вперёд, то потеряю сюжет. Я просто поработаю час. Он снова нахмурился, но оставил меня наедине, исчезнув в своем кабинете. Я подождала немного, просматривая свои записи и пытаясь вспомнить, на чем остановилась. Казалось, что незнакомец написал последнюю главу, которую я начала до сердечного приступа Чарли. Тем не менее, я заставила себя снова найти историю, попасть в сюжет и вскоре нашла свой ритм. Я смутно осознавала, что устала, но старалась не обращать внимания на жжение в глазах. Спустя, как мне показалось, всего несколько минут я подняла взгляд и увидела, что надо мной стоит Карлайл. Я вскрикнула, прижимая ноутбук к груди. — Уже два часа ночи, — сказал он, возвышаясь надо мной. — Ты меня напугал, — сказала я, снова начиная печатать. Через мгновение я подняла взгляд. Он всё ещё стоял надо мной, скрестив руки на груди. — Ты так и уснёшь. — Мне просто нужно закончить эту сцену, иначе я потеряю темп. Я скоро пойду спать. Я не подняла глаза, чтобы посмотреть, ушёл ли он. В конце концов, я поняла, что он был прав — мои веки начали закрываться сами собой. В гостиной было тепло, и Карлайл выключил весь свет, кроме одной лампы позади меня. Я даже не слышала, как он это сделал. Я зевнула, затем покачала головой, пытаясь прогнать усталость. Некоторое время спустя я почувствовала, как кто-то осторожно трясёт меня за плечо, пытаясь разбудить. Я моргнула. Я заснула, прижав ноутбук к груди. Карлайл вернулся. — Я же тебе говорил, — сказал он, забирая у меня ноутбук и аккуратно закрывая его. Я сердито посмотрела на него. — Тебе повезло, что у меня есть автосохранение. Он закатил глаза. — Ты зависима. Иди спать. Я подчинилась и понесла ноутбук вверх по лестнице. Через мгновение я высунула голову из спальни, перегнувшись через перила. — Карлайл? — Да? — Нам нужно спланировать завтрашний день. Ты работаешь? Он внезапно оказался рядом со мной, и я подпрыгнула. — Перестань так делать. — Прости. Нет, я не работаю. Я отменил все свои смены на следующую неделю. Я подумал, что… — он сделал паузу. — Я подумал, что не могу оставить тебя одну. Я вздохнула. Я не возражала против того, чтобы быть с ним, но мне уже надоело, что ему приходится менять свою жизнь, чтобы каждую минуту быть со мной. — Я уверена, что всё в порядке, — сказала я, входя в ванную, где завязала волосы в хвост и наклонилась, чтобы умыться. Карлайл задержался у двери спальни, наблюдая за мной, и я заговорила с ним, перекрикивая шум воды. — Твой дом защищён, верно? Святая вода на пороге, кресты, бла-бла-бла? — Да, — сказал он, стоя у двери. — Но всё это зависит от того, насколько я готов рискнуть. Учитывая всё, в данный момент риск очень мал. По крайней мере, в ближайшие несколько дней. Я снова вздохнула, вытирая лицо. Я подошла к нему, села на кровать и развернула карту, которую взяла в машине. — Ладно, значит, завтра ты не работаешь. Я хочу навестить Чарли, а потом мы снова начнём искать. Может, днём нам повезёт больше, — я подняла взгляд и заметила, что он всё ещё стоит у двери, словно не желая подходить ближе. — Что ты делаешь? Иди сюда. Он сделал шаг ко мне, и я закатила глаза, подвинувшись, чтобы освободить ему место. — Просто сядь. Это твоя кровать. На секунду показалось, что он собирается возразить, но затем он присоединился ко мне, едва коснувшись меня плечом. Я протянула ему карту, наклонившись вперёд. — С чего бы ты хотел начать? Он указал на место, и мы начали говорить, обсуждая различные плюсы и минусы того, где и когда можно было бы побывать. Каждое место казалось таким же маловероятным, как и следующее, и я чувствовала, что он начинает расстраиваться. Я не винила его — трудно было не чувствовать себя так, будто мы ищем иголку в стоге сена. Они могли быть где угодно или вообще не быть. В конце концов я покачала головой, наугад выбрав место. — Здесь. Давай проверим здесь. Карлайл кивнул, закрыл карту и положил её на прикроватную тумбочку. — Хорошо. Я больше не могу об этом думать. А теперь иди спать. Уже поздно. Он перегнулся через меня, чтобы выключить лампу, и внезапно мы остались только вдвоем в темноте. Почему-то при выключенном свете я чувствовала себя по-другому, и я внезапно осознала, что он все еще был рядом со мной, его рука касалась моей, когда он отстранился. Я также осознавала, что это будет первая ночь, когда я буду спать одна с тех пор, как на меня напали, первая ночь вне моего собственного дома без Анджелы. Он хотел встать, но я схватила его за рукав, не успев подумать. — Подожди. Останься ненадолго. Я не против компании. На секунду он замолчал, и я уже подумала, что смутила его. Наконец он сказал: — Хорошо. — Хорошо, — повторила я, подкладывая подушку под голову. Я наблюдала, как он соскользнул на пол, развернулся ко мне лицом и положил голову на руки. Я не стала спорить с ним, когда он сел на пол, — теперь я достаточно хорошо его знала, чтобы понимать, что он старается не вторгаться в моё личное пространство, чтобы мне было комфортно. В каком-то смысле это было приятно. Долгое мгновение мы оба молчали. Затем я перевела дыхание. — Спасибо, что пригласил меня сюда. Ты совсем не жаловался. — Мм, — сказал он в темноту. — Я не возражаю. У меня не так много посетителей. — Возможно. Но вы с Анджелой оба старались изо всех сил. Думаю, иначе я был бы мертва. Правда повисла в воздухе, тяжёлая, как груз. Затем я почувствовала, как Карлайл положил руку мне на плечо, его прикосновение было лёгким. Успокаивающим. Он почти машинально убрал мне волосы с лица, и я вздрогнула. — Мы не будем ничего усложнять. Анджела сделает для тебя всё, что угодно. — И всё же. Я не знаю, что бы я сделала. Я… — я замолчала, горло внезапно сдавило, усталость последних нескольких дней навалилась на меня. — Я скучаю по Чарли. Мне кажется неправильным быть дома без него. Я чувствую, что если бы я просто смогла всё ему рассказать, он бы знал, что делать. Я знаю, что, скорее всего, это не так, но он… Я снова замолчала. На этот раз Карлайл закончил за меня: — Он твой отец. — Да, — сказал я. Я обдумывала свои следующие слова, пытаясь набраться смелости и задать вопрос, который весь день крутился у меня в голове, даже когда я пыталась отогнать его, сосредоточиться на нашей задаче. — Как ты думаешь, он справится? Как врач, а не как мой друг. Карлайл снова замолчал, и я почувствовала, как моё сердце забилось быстрее, а в животе зародилось беспокойство. Когда он заговорил, его голос был мягким. — Да, я так думаю. Он молод и до сих пор был здоров. Я не хотел говорить этого раньше, но… — он замолчал. — Первые двадцать четыре часа — самые опасные. Теперь, когда он их пережил, нам остаётся только ждать. Я кивнула, и на глаза снова навернулись слёзы. Я так устала от всего этого — так устала плакать, так устала бояться. Я протянула руку и взяла Карлайла за руку. Я услышала, как он вздохнул, но не остановилась, переплетая наши пальцы. Его ладонь была прохладной, но не холодной. — Спасибо, — сказала я. — Мне стало немного легче. На этот раз он промолчал, но не отпустил мою руку. Вместо этого он сжал её в ответ. Я снова почувствовала, как тяжелеют мои веки, но боролась с этим, пытаясь не уснуть. Я искала тему для разговора, не желая, чтобы он уходил. — У меня есть ещё один вопрос, — сказала я. — Когда мы с Анджелой искали тебя, мы нашли диплом и документы из колледжа и старшей школы. Откуда они взялись? Я предполагаю, что каким-то образом пришлось создать фальшивую личность. Он тихо рассмеялся. — Я и не подозревал, что ты так глубоко копаешь. Знаешь, вы с Анжелой можете быть немного пугающими, когда вы вместе. Я почувствовала, что улыбаюсь. —Мы обе очень настойчивы. — По-видимому, так и есть. Диплом колледжа настоящий, как и моя медицинская лицензия, разумеется. Но всё, что было до диплома, — фальшивка. Я научился стирать себя из записей, воссоздавать личность. Это требует определённой компьютерной грамотности, но это возможно. Пока что. Что-то в его словах привлекло моё внимание. — В прошлый раз ты сказал, что это выполнимо пока что. Что ты имел ввиду? Он вздохнул, положив голову на свободную руку, и посмотрел на меня. Мои глаза привыкали к темноте, и я видела, что он выглядит грустным. Уставшим. — На этот раз было сложнее, — признался он наконец. — Труднее замести следы. Системы идентификации становятся всё более чувствительными, и на данный момент всё, что есть в интернете, остаётся там навсегда, по крайней мере, в каком-то виде. Вероятно, это последний раз, когда я могу использовать своё настоящее имя. Я обдумала его слова. По какой-то причине они меня очень расстроили. — Прости, — сказала я. — Твоё имя важно. Твоя личность важна. Я почувствовала, как он пожал плечами. — Всё в порядке. В прошлом я использовал вымышленные имена. Я вздохнула. Я наклонила голову к его руке, крепче сжимая его пальцы. — Мне нравится твоё имя, — тихо сказала я. На этот раз Карлайл не ответил. Он просто снова вздохнул и закрыл глаза. Я слышала его ровное и спокойное дыхание в тишине и чувствовала, как мой собственный ритм дыхания совпадает с его. Мои веки отяжелели, но я не убрала руку, позволяя ему удерживать меня. Внезапно мне показалось, что его прикосновение — единственное, что удерживает меня, единственное настоящее в мире, который с каждой минутой становился всё менее реальным. В конце концов я уснула. Мне снилась тьма, зубы, кровь и имена, которые ускользали, как дым на ветру.

***

Я проснулась одна, завернувшись в одеяла, а в окно просачивался туманный свет рассвета. Я услышала голос внизу — Карлайл разговаривал с кем-то — и я села, потянувшись за своим свитером. Я застала Карлайла и Анджелу сидящими за столом, последняя потягивала кофе из высокой чашки, а рядом с ней стояли вторая чашка и контейнер с едой на вынос. Они оба замолчали, когда я вошла, и Карлайл поднял взгляд, его глаза потемнели в утреннем свете. — Анджела напомнила мне, — сказал он извиняющимся тоном, — Что я забыл тебя покормить. — Я принесла тебе завтрак, — добавила Анджела. — И кофе. Я решила, что тебе нужен кофеин. Хотя я говорила Карлайлу, что ты обычно пьёшь чай. Я присоединилась к ним за столом, внезапно почувствовав тревогу. До моего прихода они разговаривали приглушёнными голосами, но замолчали, как только услышали меня. Я посмотрела на них обоих и впервые заметила, что Анджела нервничает. Она теребила рукав своего свитера — единственный явный признак беспокойства за все десять лет, что я её знала. — Что? — сухо спросила я. Мне в голову пришла внезапная мысль, и я вытащила телефон, внезапно осознав, что пропустила звонок из больницы или что с Чарли что-то случилось. Карлайл наклонился вперёд, правильно прочитав мои мысли. —Это не Чарли. — О, — сказала я, и моё волнение лишь немного ослабло. — Тогда что это? Что случилось? Анджела вздохнула и положила свой телефон на стол. — Пропали ещё два человека. Я хотела почувствовать шок, но вместо этого ощутила лишь тупой, нарастающий страх. Я поняла, что ждала этого. Выражение лица Карлайла отражало мои эмоции. В его глазах я видела мрачную решимость, а под ней — тревогу. — Нам нужно ускорить поиски, — сказал Карлайл. — Мы должны проверить Чарли, но после этого нам нужно идти. Сегодня мы должны осмотреть как можно больше мест. Я кивнула, не дожидаясь ответа. Я встала, прихватив свой завтрак. — Я только переоденусь. Я могу поесть в машине. Поехали. Мы не можем больше терять время. Они оба секунду смотрели на меня, а потом Анджела тоже встала. — Мы пойдём вместе. Я быстро оделась, и мы уже были на полпути к двери, когда у Карлайла зазвонил телефон. Он остановился, кивнув нам с Анджелой, чтобы мы продолжали идти, и мы ждали у машины, наблюдая, как он запирает дом и слушает того, кто ему звонит. Он сделал шаг в нашу сторону, затем замер на верхней ступеньке лестницы, широко раскрыв глаза. — Это невозможно, — сказал он в трубку. — Как такое могло случиться? Анджела, уже наполовину забравшаяся в машину, остановилась. Я почувствовала, как сердце болезненно забилось в груди. После долгой паузы Карлайл сердито выдохнул и направился к нам. — Это неприемлемо, — прошипел он в трубку, всё ещё прижатую к уху. — Его мать специально потребовала провести вскрытие. Когда она узнает, у неё возникнут вопросы. Это окружная коронерская служба, а не какое-то случайное здание, у них есть охрана… Он прислушался на мгновение, и его лицо стало самым сердитым из всех, что я когда-либо видела. — Хорошо, — коротко сказал он. — Пожалуйста, сделайте это. Он повесил трубку и закрыл глаза. Когда он снова их открыл, они были полны ярости, взгляд стал пустым и тёмным, из них исчезло всякое выражение. Он повернулся к нам. — Тело мальчика пропало. Того, которого вы нашли. Вчера должно было состояться вскрытие, но, судя по всему, в окружной коронерской службе не очень хорошая охрана, и кто-то облажался. Они понятия не имеют, куда он делся, и у нас остаётся два варианта: кто-то украл его тело или, что ещё хуже, он ушёл сам. — Ушёл? — резко спросила Анджела. — Это значит то, на что я искренне надеюсь, что это не так? Я встретилась взглядом с Карлайлом. Я вспомнила, что он сказал, когда я спросила его, могут ли вампиры изменять своих жертв. Если они будут питаться долго-долго, до такой степени, что в венах жертвы будет больше яда, чем крови, они могут изменить её. Это должно было быть невозможно, поскольку, насколько мы знали, на мальчика напали только тем утром. Но альтернатива была ещё менее вероятной. Анджела вышла вперёд, и мы втроём уставились друг на друга. Пропавшие люди, а теперь ещё и пропавшее тело. Ситуация определённо ухудшалась.

***

Мы добрались до больницы меньше чем за двадцать минут. Карлайл исчез, чтобы найти врача Чарли, а мы с Анджелой остановились на пороге палаты Чарли. Она посмотрела на меня, склонив голову набок, словно пытаясь прочитать мои мысли. — Я могу пойти с тобой, но могу и оставить тебя наедине с Чарли. Как ты хочешь? Я потянулась и сжала её руку. — Я в порядке. Я скоро тебя найду. Она кивнула, сжимая мою руку в ответ, и исчезла в коридоре. Я сделала глубокий вдох, готовясь навестить Чарли. Я была в его палате всего день назад, но я была измотана, и всё произошло так быстро, что я до сих пор не осознала этого. Теперь, при утреннем свете, я вдруг почувствовала ужас. Когда я вошла, папа был один, он всё ещё спал после того, как ему ввели какое-то лекарство. Я всегда представляла, что в больничной палате должно быть тихо, но из-за звуков аппарата искусственной вентиляции лёгких и писка различных приборов было совсем не тихо. Что-то привлекло моё внимание, и я подняла глаза и увидела, что сквозь туман пробивается слабое утреннее солнце и отражается от распятия, которое я оставила на подоконнике. Я сделала это накануне и окропила порог святой водой. Медсёстры, наверное, подумали, что я какая-то религиозная фанатичка, но мне было всё равно. Это было лучше, чем оставлять Чарли без защиты. Я подошла к отцу, придвинула стул поближе и вложила свою руку в его. Его лицо было бледным, кожа теплее, чем раньше, и я постаралась не повредить провода, которые соединяли его с различными машинами. Мне вдруг захотелось, чтобы Анджела не уходила, чтобы я не была одна, чтобы встретиться лицом к лицу с Чарли и всеми причинами его боли. Через мгновение я услышала шаги в коридоре. Вошёл Карлайл, за ним следовал ещё один врач, и я почувствовала такой сильный прилив благодарности, что мне стало почти стыдно. — Белла, — сказал Карлайл, когда они подошли. — Ты помнишь Джиану? — Да, — сказала я, вставая и узнавая его подругу с вечеринки, хотя теперь она была в больничной форме, а её тёмные волосы были собраны в хвост. Она кивнула мне, и её взгляд был серьёзным, далёким от той весёлой теплоты, которую я помнила. — Белла, мне жаль, что мы снова видимся при таких обстоятельствах, — сказала она. — Я бы хотела, чтобы мы встретились при более радостных моментах. Но у нас есть кое-какие новости. Всё хорошо. Я затаила дыхание, едва осмеливаясь надеяться, даже когда она начала просматривать последние результаты анализов Чарли. Я изо всех сил старалась следить за ней, ожидая, пока она объяснит более сложную терминологию. Время от времени вмешивался Карлайл, и я снова поймала себя на том, что безмерно благодарна ему за то, что он был там. — Итак, вкратце, — наконец сказала Джиана, — Ситуация улучшается. Скоро мы начнём отлучать его от аппарата ИВЛ и уменьшать дозу седативных препаратов. Я надеюсь, что он придёт в сознание в ближайшие день-два. Я выдохнула. — Это здорово. Джиана кивнула. — Да. У него дела идут лучше, чем мы могли надеяться. Ему ещё предстоит долгий путь, но я сохраняю осторожный оптимизм. Я встала и обняла её. Она напряглась, удивлённая, а потом обняла меня в ответ. Через её плечо я увидела, что Карлайл слегка улыбается. Джиана отстранилась. — Я оставлю вас, ребята, на минутку. Если у вас будут какие-то вопросы, у Карлайла есть мой номер телефона. Я кивнула, у меня внезапно перехватило дыхание. Когда она ушла, я расплакалась. — Ого, — сказал Карлайл, мгновенно оказавшись рядом со мной. Он нерешительно коснулся моего плеча и, когда я не отстранилась, притянул меня к себе, обняв. — Эй, всё в порядке. Это хорошие новости. — Я знаю, — всхлипнула я, уткнувшись ему в грудь. — Но я думала, что он умрёт. Мои слова снова растворились в слезах. Карлайл молчал, но поднял руку, чтобы погладить меня по волосам, позволяя мне выплакаться, не отстраняясь. Это было странно - обнимать его, и мгновение спустя я поняла почему - мое тело инстинктивно заметило отсутствие у него сердцебиения, тепла. Тем не менее, это было приятно, и я позволила ему обнять меня, позволила себе плакать, пока мои рыдания не утихли. Я сделала последний прерывистый вдох, затем отстранилась. — Извини, — сказала я. — Я не ожидала, что так случится. — Не стоит, — сказал он, серьёзно глядя мне в глаза. — До сих пор ты былв слишком спокойна. Это начинало меня пугать. Я резко рассмеялась, и он отпустил меня. — Все хорошо? — спросил он, бросив на меня последний оценивающий взгляд. Я кивнула. — Да. Просто дай мне минутку. Потом мы можем пойти… — Я поморщилась, не желая прерывать этот маленький момент победы. — Потом мы можем пойти искать дальше. Карлайл кивнул, затем, внезапно, притянул меня обратно к себе. Я была прижата к его груди, вдыхая знакомый аромат Карлайла, к которому я привыкла за то время, что мы были вместе. — Я рад, — сказал он, уткнувшись мне в волосы. — Хоть какой-то хорошей новости. Хоть раз. Я сделала ещё один прерывистый вдох, и он снова отпустил меня, заправив прядь волос мне за ухо. Я почувствовала внезапную боль в груди, сердце сжалось, и вдруг задумалась о том, что он думает обо мне, что он чувствует, когда обнимает меня. Эта мысль казалась совершенно неуместной в тот момент, когда я только что рыдала у него на плече в больничной палате отца, и я попыталась отбросить её. И всё же я не могла не задаваться этим вопросом. Последние несколько дней мы были близки, связанные обстоятельствами и страхом, но всё равно это было… приятно. Он одарил меня последней нежной улыбкой и ушёл. Я закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями, подготовиться к тому, что принесёт этот день. Нам нужно было возобновить поиски, в которых теперь участвовало пропавшее тело и карта неизвестных мест. Я была рада, что мне не пришлось сталкиваться с этим в одиночку.