Рабыня

Мы с Карлайлом начали поиски сразу после того, как вышли из больницы. Мы старались провести их как можно тщательнее, методично проверяя каждое место, которое мы отметили на карте. И всё же чувство срочности не покидало меня. Тревога кричала мне, чтобы я двигалась быстрее, не тратила время впустую. Я чувствовала, как утекают часы, а вместе с ними и моё терпение. В четвертом месте, которое мы обыскали, в заброшенном доме недалеко от шоссе, я чуть не забыла взять с собой кол. Карлайл притянул меня обратно к себе, качая головой и засовывая забытый кол в карман моей куртки. Странность того, что мы делали, снова поразила меня, хотя я и пыталась игнорировать прикосновение его пальцев к моей талии. — Перестань торопиться, — сказал он, наклоняясь ближе, чтобы выудить распятие из-под воротника моей рубашки. — Мы не найдем их раньше, если будем мертвы. — Его прикосновение было нежным, и я замерла, внезапно заметив, как близко его лицо было к моему. Вместо того чтобы испугаться, я обнаружила, что еще больше отвлекаюсь, чем раньше. Я попыталась успокоить дыхание, надеясь, что он примет мое внезапно забившееся сердце за нервозность, а не за почти болезненное осознание близости, которое я сейчас испытывала. — Я знаю, что тебя это расстраивает, — сказал он, отстраняясь. Я выдохнула. — Да. Расстраивает. Он бросил на меня взгляд. — Ну же. В доме ничего не нашлось, как и в следующих двух местах, которые мы обыскали. Теперь Карлайл начинал терять терпение, и разочарование волнами накатывало на него при каждой неудачной попытке. Казалось, что мы ищем невидимого врага или что вампиры каким-то образом знают, где мы ищем, и ускользают от нас на каждом шагу. — Это не должно было быть так сложно, — сказал Карлайл, разочарованно выдохнув. — В этом нет никакого смысла. Я наблюдала, как он расхаживает взад-вперёд, не зная, что ответить. Мы были в лесу, только что обыскали крытую эстакаду возле Двух Рек, и день клонился к вечеру. Мы не придумали, что будем делать, если поиски ни к чему не приведут. Я начала теребить крестик на шее, снова и снова думая о вампире, который попробовал мою кровь. Я всё время думала о его глазах, о том, как расширялись и сужались его зрачки, о том, как почти исчезали красные кольца вокруг радужки, когда он вгрызался в меня. Я вспомнила его голос, низкий и шипящий, словно извивающаяся змея в моём сознании. Я резко оборвала эту мысль. — Ты хочешь продолжить поиски? — спросила я Карлайла, мои глаза устремились к линии деревьев. Его взгляд проследил за моим, и он нахмурился. — Нет, — сказал он, наконец. — Нам не следует выходить в сумерках. Пошли. Мы вместе направились к машине, и мои ботинки хрустели из-за листьев под ногами. День был холодным, и я видела, как пар вырывается у меня изо рта. Карлайл взглянул на меня, затем взял за руку и помог перелезть через поваленное дерево, лежавшее на тропинке. Он все еще не отпустил меня, когда я пересекла его, и я увидела, как он снова посмотрел в сторону деревьев, его рот сжался в тонкую линию. Я вздрогнула, чувствуя, как мои руки покрываются мурашками, внезапно осознав, что лес вокруг нас затих. — Карлайл, — сказала я, понизив голос. Он кивнул, крепче сжимая мою руку. — Я тоже это чувствую. Продолжай идти. Я сделала еще один шаг, потом еще, пытаясь сосредоточиться на том, чтобы не споткнуться, даже когда почувствовала, как меня охватывает ужас. Это был тот же самый страх, который я испытывала раньше, и я внезапно почувствовала уверенность, что один из монстров был рядом, что мое тело уловило какой-то безмолвный сигнал, животная часть моего мозга отреагировала инстинктивно. Это то, что мы искали - то, за чем мы пришли, - но сейчас, с едким привкусом страха во рту, мне хотелось убежать. — Дыши, — сказал Карлайл мне на ухо. — Не паникуй. Они могут услышать… Его голос резко оборвался, когда что-то врезалось в него. Я подавила крик, когда мою руку вырвали из его. Я инстинктивно потянулась за колом в кармане, пока Карлайл боролся с напавшим на него существом. Оно напоминало бледное создание, которое я помнила в своем доме, с такими же крыльями, зубами и глазами. Но что-то было не так. Его цвет был неправильным — тело было фиолетовым и пятнистым, налитым цветом. Кровью, с ужасом поняла я. Карлайл в мгновение ока перевернул его на спину, свет отразился от его собственных клыков, когда он зашипел на него, его руки потянулись к колу, который он нес. Теперь он был настоящим животным, гибким и неприкасаемым в своей ярости, но я все равно двинулась вперед, глупо думая помочь ему. Что-то ударило меня. Из моих лёгких вышибло воздух, и я ахнула, глядя в лицо второго монстра. Его когти впились в меня, в мою рубашку, и я почувствовала жгучую боль в уже повреждённой руке, когда потянулась за колом, упавшим всего в нескольких сантиметрах от моей руки. Я подняла кол, действуя инстинктивно, и вонзила его. Не в сердце, а в бок. Мой кол вошёл между рёбрами. Он зашипел от боли и ярости, чёрная кровь хлынула мне в глаза и рот. Я воспользовалась моментом, чтобы выкатиться из-под него, пытаясь встать на ноги, но он тут же набросился на меня. Затем Карлайл оказался рядом, оттолкнул его от меня и вытащил мой кол из его бока. Он быстро и сильно вонзил кол ему в сердце, как учил меня, и через секунду брызнула кровь, он захрипел и быстро умер. На мгновение Карлайл встретился со мной взглядом, и на долю секунды я увидела в его глазах свой собственный ужас. Затем он снова двинулся вперёд, к двум другим вампирам, появившимся из-за деревьев. Один из них вывернулся из-под его руки, проскользнув под ней, его красные глаза уставились на меня, а безгубый рот растянулся в стороны, обнажив длинные острые зубы. Я одновременно поняла две вещи: во-первых, что он направляется прямо ко мне, а во-вторых, что его плечо было изуродовано, едва зажившая рана. Пулевое ранение. Это был тот самый вампир, который напал на меня в моем доме. Он врезался в меня, и мы покатились по земле, едва почувствовав боль, когда я ударилась спиной о лесной покров. Я отвернула голову, пытаясь уберечь шею от его острых зубов. Теперь у меня не было оружия, кроме распятия на шее, и я потянулась за ним. Вампир, казалось, почувствовал моё движение и зашипел, впившись в меня красными глазами. Я приготовилась к тому, что его голос обрушится на мой разум, к вторжению. На мгновение, едва ли на удар сердца, я услышала шепот, скользящий по стенам моего разума, ищущий вход. Я стиснула зубы, отталкиваясь от него, металлический привкус заполнил мой рот. Затем, так же внезапно, как и появился, голос пропал. Вампир оторвал свое лицо от моего, в замешательстве склонив голову набок. Но его тонкая конечность все еще была прижата к моей шее, душа меня. Мое зрение начало сужаться. С того места, где я сейчас лежала, я могла видеть Карлайла, все еще сражающегося с другим монстром. Его лицо было диким, отчаянным, и я знала, что через мгновение он придет мне на помощь. Тем не менее, я пыталась обрести опору, даже борясь с паникой. Внезапно вампир, придавивший меня, сдвинулся, и я ахнула, когда воздух хлынул в мои лёгкие. Он начал двигаться, напрягая мышцы, расправляя крылья. Я поняла, что произойдёт: он убежит, и у нас не останется ни зацепок, ни следов. Он снова двинулся, затем встал, освобождая меня. Время замедлилось. Я не могла позволить ему уйти. Я тоже встала, ноги у меня дрожали, а в голове кричал голос, что я веду себя невероятно глупо. Я не обращала на него внимания. Я закатала рукав, надавив на руку. Порвав швы. Потекла кровь. Все вампиры на поляне повернулись ко мне, в том числе и Карлайл. Я услышала хруст ломающейся шеи, и через мгновение четвёртый напавший на меня вампир лежал мёртвый под руками Карлайла. Он встал, оставив его скрюченное тело на земле. Другой вампир повернулся, его красные глаза уставились на меня. Он вдохнул, раздув ноздри, и сделал шаг ко мне. Затем, прежде чем он успел сделать ещё один шаг, он захлебнулся собственной кровью. Карлайл стоял позади него, его кол торчал из его груди. В мгновение ока он оказался рядом со мной. — Что за чёрт, — прошипел Карлайл. — О чём ты думала? Его глаза были чёрными — более чёрными, чем я когда-либо видела, — и дикими. В них я увидела ярость и страх, а ещё что-то другое, что-то более глубокое и острое, что-то, от чего меня бросило в жар. — Ты убил его, — сказала я, отталкивая Карлайла от себя. Он последовал за мной, его лицо всё ещё было разъярённым. — Разве не этим мы здесь занимаемся? Убиваем их? — Я развернулась к нему. — Нет, мы должны выслеживать их, я понимаю. Но я не хотела, чтобы он ушёл. Его глаза расширились. — Ты сумасшедшая. Ты использовала себя в качестве приманки? — Кто-то должен был это сделать! — закричала я. — У нас не осталось вариантов, и это был тот, кто напал на меня. Мы могли бы пойти за ним. Ярость в глазах Карлайла внезапно погасла. Он посмотрел на вампира, истекающего кровью на лесной поляне. Внезапно я поняла, что вампир, который напал на меня - вампир, который, как мы боялись, мог сделать меня своей рабыней, - теперь мертв. — Это не ... — начал Карлайл, казалось, почти не находя слов. Он повернулся ко мне, его глаза изучали меня, как будто он никогда раньше меня не видел. — Что-то это не привело тебя в восторг. Ты почувствовала, что он пытается как-то взаимодействовать с тобой? Я медленно кивнула. — Да. На секунду. Я пыталась сопротивляться. Потом это прекратилось. Карлайл потянулся ко мне, и я напряглась, внезапно осознав, что его руки в крови, что я вся в крови. Он нежно взял моё лицо в ладони и приблизил его к своему. На краткий безумный миг мне показалось, что он собирается меня поцеловать, но он просто смотрел на меня, словно пытаясь прочесть мои мысли. — Интересно, — пробормотал он, убирая с моего лица пропитанные кровью волосы. — Я никогда… ха. — Что? — спросила я. — Что такое? Он посмотрел на меня, а затем внезапно улыбнулся. Это была дикая улыбка, скорее звериная, чем человеческая, и я почувствовала, как у меня отвисла челюсть. Когда он заговорил, я услышала в его голосе смех и изумление. — Ты, Изабелла Свон, — медленно произнёс он. — Ты щит.