"Перемен"

Тишина в комнате казалась почти осязаемой. Чонгук и Чимин не сводили с неё глаз, но не осмеливались подойти ближе. Ёджон чувствовала их присутствие, но не могла понять, хорошо это или плохо. Она тихо вздохнула, уткнувшись носом в мягкую ткань пледа, стараясь успокоиться. — Ты… хочешь воды? — осторожно спросил Чонгук. Она отрицательно покачала головой. — Может, что-нибудь поесть? — предложил Чимин. Та же реакция. Парни обменялись быстрыми взглядами, словно пытались без слов решить, что делать дальше. — Ты хоть немного устала? — Чонгук наклонился вперёд, стараясь уловить её взгляд. Ёджон не ответила. Она снова не знала. Ей казалось, что усталость накрывает с головой, но в то же время внутри всё дрожало. — Ты не обязана говорить, если не хочешь, — тише добавил он. Она моргнула, её пальцы сильнее сжали край пледа. — Просто… просто дайте мне время, — наконец прошептала она. Чимин чуть опустил голову, скрывая выражение лица. — Хорошо, — ответил он после паузы. Чонгук кивнул. И снова тишина. Но теперь она была чуть менее давящей. Прошло несколько дней. Ёджон по-прежнему избегала лишних разговоров, но теперь в её взгляде появилось нечто иное. Не такое пустое, не такое сломленное. Она всё ещё осторожно наблюдала за Чонгуком и Чимином, но теперь в её глазах мелькало меньше страха. Чонгук заметил, что она начала есть чуть больше. Чимин — что она уже не вздрагивает, когда кто-то случайно касается её плеча. Но лучше всего об этом говорил маленький момент, произошедший вечером. Чонгук расставлял посуду на столе, когда услышал тихий звук позади. Он обернулся и увидел Ёджон в дверном проёме. — Ты… хочешь поесть с нами? — осторожно спросил он. Она колебалась. Но потом всё же сделала шаг вперёд. Чимин, который как раз наливал чай, замер на мгновение, а потом быстро отвернулся, скрывая довольную улыбку. — Я сделаю тебе что-то особенное, — сказал он, подходя к плите. Ёджон несмело посмотрела на него, а затем на Чонгука. — Я не… Я просто… — она запнулась. — Всё хорошо, — тихо ответил Чонгук. — Ты можешь просто сидеть с нами. Она кивнула и подошла ближе. Её шаги были медленными, а руки всё ещё немного дрожали. Но она всё же сделала этот шаг. За столом царила тишина. Но на этот раз она не была напряжённой, как раньше. Чонгук мельком наблюдал за сестрой, стараясь делать это незаметно. Ёджон всё ещё была осторожной, но её плечи не были такими зажатыми, как в первые дни. Чимин поставил перед ней тарелку с едой. — Попробуй, — сказал он, присаживаясь напротив. Она посмотрела на еду, затем на него. — Спасибо, — прошептала она. Её голос был слабым, но в нём не было той обречённости, что раньше. Чонгук замер. Он не помнил, когда в последний раз слышал её благодарность. Чимин тоже выглядел ошеломлённым. Она взяла ложку, немного поколебалась, а потом всё же начала есть. Чонгук и Чимин переглянулись. Это было небольшим, почти незаметным прогрессом. Но для них обоих это значило многое. Ёджон сделала ещё один шаг. И на этот раз он был чуть увереннее. Когда Ёджон вышла из ванной, Чонгук и Чимин замерли. Она отрезала волосы. Раньше её длинные локоны спадали мягкими волнами, но теперь волосы едва доходили до плеч. Влажные пряди прилипли к её щекам, делая её взгляд ещё более резким. Чонгук моргнул. — Что… что ты сделала? Ёджон спокойно убрала за ухо неровно подстриженные пряди. — Захотела перемен, — просто ответила она. Чонгук провёл рукой по лицу, явно в замешательстве. — Ну, ты могла бы хотя бы сказать! Я бы отвёл тебя в салон, а не… — он посмотрел на ножницы в её руках, осознавая, что она всё сделала сама. Чимин же смотрел иначе. Он не спешил с реакцией, просто наблюдал за ней. — Тебе идёт, — сказал он тихо. Ёджон удивлённо подняла на него взгляд. Чонгук резко повернулся к Чимину. — Ты серьёзно? Она… она же просто… — Она сделала шаг, — твёрдо сказал Чимин, не отводя взгляда от Ёджон. — И это важно. Ёджон не знала, что сказать. Но в тот момент она почувствовала лёгкость. Может, впервые за долгое время. Чонгук всё ещё не мог отойти от шока. — Это не решение всех проблем! Ты просто взяла ножницы и… — Это моё решение, — спокойно перебила Ёджон, убирая прядь за ухо. Чонгук открыл рот, но не нашёл слов. Она впервые за всё это время сказала что-то настолько уверенно, что он даже не знал, как возразить. Чимин, напротив, смотрел на неё с лёгкой улыбкой. — Ты стала другой, — произнёс он. — Нет, — покачала головой Ёджон. — Я просто возвращаюсь к себе. Это вызвало странное ощущение в груди Чимина. Что-то тёплое, но в то же время колкое. Чонгук вздохнул, сдался и поднял руки вверх. — Ладно. Раз ты так решила. Но если в следующий раз тебе взбредёт в голову отрезать ещё что-то, хотя бы скажи заранее. — Конечно, — с лёгким сарказмом кивнула Ёджон. Чимин усмехнулся, но ничего не сказал. А потом он снова посмотрел на неё. На её короткие волосы, на лёгкую, почти незаметную, но всё же перемену в её взгляде. И почему-то подумал, что этот момент он запомнит надолго. Прошло несколько часов, но Чимин всё ещё не мог оторвать взгляда от Ёджон. Она сидела в гостиной, лениво перелистывая книгу, словно ничего особенного не произошло. Как будто её жизнь не перевернулась с ног на голову. Как будто она не стояла перед зеркалом несколько часов назад, отрезая свои длинные волосы. Чонгук продолжал коситься на неё с подозрением, но ничего не говорил. — Тебе идёт, — наконец произнёс Чимин. Ёджон слегка приподняла бровь, но не оторвала взгляд от страниц. — Спасибо. — Я серьёзно. Ты выглядишь... свободнее. Она замерла. Чонгук тоже бросил на неё быстрый взгляд, но ничего не добавил. Несколько секунд повисала тишина, пока Ёджон не отложила книгу в сторону и не взглянула прямо на Чимина. — Свободнее? — повторила она. В её голосе слышалась лёгкая насмешка. — Звучит так, будто я только что сбежала из тюрьмы. — Разве не так? — тихо спросил он. Её взгляд стал отстранённым. — Если бы всё было так просто… Чонгук нахмурился. — Но ты сделала первый шаг. Ёджон посмотрела на него, потом перевела взгляд на Чимина. — Я не знаю, куда он меня приведёт. — Это неважно, — сказал Чимин, не отводя глаз. — Главное, что ты идёшь. Она вдруг почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. А потом она кивнула. Медленно. Почти незаметно. Но это было достаточно. Чонгук первым нарушил молчание. — Я приготовил ужин, если ты голодна. Ёджон слегка улыбнулась. — Спасибо. Она встала с дивана, и Чимин невольно отметил, как иначе она теперь выглядела. Короче остриженные волосы открывали её лицо, делая черты более мягкими. Казалось, она сбросила с себя часть прошлого, но… лишь часть. Когда она пошла на кухню, Чимин обменялся взглядами с Чонгуком. — Это хороший знак, — пробормотал младший. Чимин кивнул, хотя внутри у него всё ещё оставалось странное ощущение. На кухне Ёджон села за стол, а Чонгук поставил перед ней тарелку с рисом и курицей. — Я помню, ты любила это блюдо, — сказал он, присаживаясь напротив. Она посмотрела на тарелку, потом на него. — Я уже не уверена, что знаю, что я люблю. Чонгук сжал губы, но не стал давить. — Тогда просто попробуй. Она медленно взяла ложку, зачерпнула немного риса и осторожно отправила в рот. Чимин присел рядом, наблюдая за ней. Несколько секунд она просто жевала, а потом вдруг замерла. Чонгук напрягся. — Что-то не так? Ёджон сглотнула, а потом закрыла глаза. — Нет, просто… вкусно. Она открыла глаза, и в них было что-то странное. Тёплое. Чимин почувствовал, как внутри у него что-то сжалось. Это был всего лишь ужин. Всего лишь короткий момент. Но для неё, казалось, это значило гораздо больше. А потом она снова взяла ложку и продолжила есть. Впервые за долгое время — без страха.