В плену

Когда экипаж с Элизабет и Себастьяном покинул поместье, провожавшие своих «актеров» братья Мориарти, Джек и Бонд еще некоторое время смотрели в окно. – Странно, что Диана не вышла провожать Элизабет. Они ведь так близки, – слова Бонда напомнили Льюису об эмоциональной девушке, готовой пойти на предательство Уильяма ради госпожи. Мужчина уже порывался пойти к ней в комнату, чтобы убедиться, что Диана не наделает глупостей, но его остановила крепкая рука брата. – Уверен, у нее были на то свои причины. Нам не стоит лезть в их отношения, чтобы не утратить доверие. Можно лишь осторожно наблюдать и делать выводы, – Льюис догадался, что последние слова относились к нему. Видимо, брат уже прознал про утренний разговор с Дианой. Уильям намекал ему не ходить к Диане? Следующая фраза подсказала Льюису правильный ответ. – И можно ненавязчиво быть рядом, медленно завоевывая доверие. Уильям просто просил брата не слишком давить на девушку и быть осторожным. Элизабет не простит, если с Дианой что-то случится. Не только в физическом смысле, но и моральном. Так что злить или пугать девушку не стоило. Зачем портить с ней отношения, если можно попробовать их наладить. Даже если тебе не очень хочется тратить на это свое время. У Льюиса были и другие дела, но безопасность плана брата была на первом месте. Значит, следовало сначала убедиться, что никто ничего не испортит. Особенно одна маленькая мисс с вздорным характером. Хоть она и обещала ничего не предпринимать, веры ей не было. Кто знает, что Диана могла себе напридумывать, пока ее госпожа собиралась. Вдруг решила, что это слишком опасно, и бросилась за ней следом. Эта мысль заставила Льюиса чуть ли не подбежать к заветной двери и слишком громко постучать. Когда ему сразу не открыли, мужчина схватился за ручку, чтобы войти без спроса, но ровно в этот момент дверь распахнулась, и Льюису пришлось столкнуться с Дианой. Будь девушка чуть повыше, мог бы выйти смущающий инцидент, но так Диана лишь носом уткнулась в грудь мужчины и сразу же отскочила назад. Судя по гневному взгляду, девушка хотела многое сказать возмутителю ее спокойствия, но невероятным усилием воли сдержалась. Она уже поняла, зачем младший Мориарти пришел сюда. Лишний раз показывать свою враждебность тому, кто и так подозревает ее чуть ли ни во всех грехах, было глупо. И хотя очень хотелось высказать наглому мужчине все, что о нем думала, и выставить его за дверь, Диана лишь посторонилась, впуская Льюиса в комнату. Дверь хлопнула громко, выражая все недовольство девушки, которой не хватало хладнокровия госпожи. Не умела Диана подавлять свои эмоции и отгораживаться от собеседника ничего не значащей светской беседой. Или взглядом высказывать все, что она думает о человеке. Девушка могла лишь кричать и ругаться. Причем ругаться так, как не каждый мужчина сможет. На улицах можно много чего услышать, а благодаря большому словарному запасу (спасибо Элизабет) и бесконечной фантазии оскорблять Диана могла долго и разнообразно. И сейчас Льюис был близок к тому, чтобы испытать на себе все богатство ругательств Дианы. Но мужчина благоразумно молчал, чем и спас себя. Глядя на равнодушного гостя, Диана просто не могла накричать на него. Это было равносильно тому, что ругаться со стеной: глупо и бесполезно. Потому девушка лишь зло махнула рукой и отвернулась от младшего Мориарти. Диана не стала строить из себя радушную хозяйку. Зачем притворяться? Лучше искренне на кого-то злиться, чем улыбаться в лицо, ненавидя. Так считала девушка. Но, увы, жизнь высшего общества, с которым ей временами приходилось сталкиваться из-за происхождения госпожи, не позволяла придерживаться этого правила. Сложно быть честным в толпе лицемеров. Приходится носить маску. Но есть страх, что однажды уже не сможешь ее снять. Потому Диана так не любила аристократов. И Мориарти в их числе. В первую очередь не нравился Уильям со своей усмешкой и проницательным взглядом. Теперь же его пытался сместить с пьедестала Льюис, который за этот день успел надоесть девушке. Как же хорошо, что всю неделю они не виделись! Вот бы еще месяц его не видеть. Но до этого надо еще дожить. Дождаться возвращения леди Мадельтон и снова стараться избегать хозяев особняка. А пока стоило смириться с присутствием Льюиса. А еще лучше забыть о нем и заняться своими делами. Так Диана и поступила, вновь сев читать книгу. Только уже не художественную литературу, а медицинский справочник. Девушка хмурилась, прикусывая губу, что-то подчеркивала в тексте и медленно-медленно переворачивала страницы. Было видно, что чтение давалось с трудом, но Диана упорно продолжала изучать толстый справочник. Порой она отвлекалась и задумчиво смотрела на свою руку, словно пытаясь в ней найти какую-то подсказку. Затем чему-то кивала и возвращалась к книге. О присутствии Льюиса она и вправду забыла. Все ее мысли занимали сложные медицинские термины и заковыристые пояснения к ним. Автор медицинского справочника явно надеялся на обученного человека, а не любопытную девушку. Но другой литературы по медицине, которую Диана еще не прочитала, не было. Раньше она изучала заметки знахарок, рецепты от простуд и советы по ее лечению. А тут настоящий медицинский справочник, написанный по всем правилам научной литературы. Т.е. написано было все сложным языком, который без должных знаний не разобрать. А еще надо обладать невероятной усидчивостью, чтобы не уснуть за чтением. У Дианы усидчивость заменяло упрямство и желание помочь госпоже. А сегодня еще к этому присоединилась потребность отвлечься от беспокойства за леди Элизабет, и от присутствия назойливого гостя. Хотя называть его назойливым было несправедливо. Льюис с идеально ровной спиной вновь сидел на софе и молча смотрел на Диану. Даже руки сложил на коленях, не желая ничего трогать. Все, лишь бы убедить девушку, что он здесь не для того, чтобы испортить ей жизнь. Мужчина помнил совет Уильяма и старался Диане не надоедать. Так молодые люди и просидели в тишине почти полчаса. Диана читала, Льюис просто сидел и думал, что стоит приготовить на завтрак. Его мысли прервал тихий, но настойчивый стук в дверь. Кто вдруг решил посетить Диану? Жители особняка обычно старались не подходить к покоям девушек, чтобы не мешать им. Это был почти прямой приказ Уильяма, желавшего получить доверие леди Мадельтон. Так кто и почему решил этот приказ нарушить и побеспокоить Диану? Или же сам брат пришел убедиться, что с девушкой все в порядке? Льюис открывал дверь медленно, желая заранее угадать, кто ждет его за ней. Но он никак не ожидал увидеть улыбавшегося Джека с подносом в руках, на котором стояли две чашки чая и тарелка с печеньем. – Я подумал, что у мисс Дианы не будет аппетита, но все же решил, что ей необходимо перекусить. И вам заодно, – Джек давно не обращался к Льюису на вы. Такая перемена в общении удивила младшего Мориарти еще больше, чем принесенный чай. А когда дворецкий еще и подмигнул лукаво, передав поднос, Льюис окончательно убедился, что Джек что-то задумал. И, переведя взгляд на Диану, понял, что хотел ему сказать Джек. Закрыв дверь за дворецким, Льюис молча поставил перед Дианой чашку чая и тарелку печенья. Девушка удивленно подняла голову. Видимо, за чтением она совсем не заметила приход Джека и теперь не понимала, откуда взялся чай. Отказываться от него Диана не стала. Чай же не виноват в излишней подозрительности и надоедливости младшего Мориарти. Первый глоток горячего напитка помог смириться с присутствием Льюиса, а после третьего глотка Диана и вовсе подумала, что младший Мориарти не так плох. Еще и вкусное печенье подняло настроение девушки, и к концу чаепития Диана окончательно подобрела. Это заметил Льюис, все время внимательно наблюдавший за хозяйкой комнаты. Надо будет взять на заметку, что горячий чай с печеньем может ободрить девушки. Это, конечно, не склонит ее к разговору, но она уже не будет сидеть напряженной с желанием что-то запустить в тебя. Льюису даже показалось, что если бы не влияние сдержанной Элизабет, то в него что-то прилетело бы. Например, тот толстый медицинский справочник. – В этот раз ты ни о чем не спрашиваешь, – отставив чашку в сторону, внезапно произнесла Диана и в первый раз за сегодняшний вечер посмотрела в глаза мужчины. Как обычно в его взгляде было лишь спокойствие. Воспитанный, сдержанный, равнодушный к почти всему, что не касалось его брата. Если бы не те опрометчивые слова Дианы о ее возможном предательстве, он бы ни за что не пришел сюда. Даже не вспомнил бы о существовании девушки. Но он здесь. Ее надсмотрщик и защитник. Почему-то девушка была уверена, что в случае опасности Льюис не бросил бы ее. Нет, Диана не обманывалась мужским благородством. Она знала, что дело было в приказе Уильяма. Тут ее не должны были обидеть, даже если леди Элизабет не было рядом. Не родной дом, но убежище. Место, где можно немного расслабиться. И Диана расслабилась. Устало положила голову на подоконник и прикрыла глаза, чтобы вскоре задремать. Льюис осторожно подошел, мягко тронул девушку за плечо и, убедившись, что она спит, задумчиво посмотрел на кровать. С одной стороны, не хотелось будить Диану. С другой стороны, оставлять девушку в такой неудобной позе было неправильно. Льюис стоял над Дианой и думал, как ему следует поступить. Не прилетит ли ему потом от девушки за такую вольность? Не будет ли слишком жестоко оставить ее так? Диана же мирно спала. Она и представить не могла, какая борьба происходила внутри мужчины. Но все равно умудрилась помочь ему принять решение, когда стала сползать со стула. Льюис тут же подхватил ее на руки и замер. Диана так и не проснулась. Только тихо пробурчала что-то во сне. – Всегда была бы такой тихой и послушной, – прошептал мужчина, бережно положив девушку на кровать и укрыв ее одеялом. Льюис в последний раз осмотрел комнату, оставил закладку в медицинском справочнике, закрыл его и тихо покинул комнату. Здесь он был больше не нужен.

***

– Добро пожаловать в новую жизнь, леди, – неприятный голос раздался над приклоненной Элизабет. С девушки сорвали повязку, и она смогла рассмотреть говорившего мужчину. Внешность его была под стать голосу. Невысокий, немного пухлый, с жидкими волосами и неказистым лицом. Его несуразные губы изогнулись в мерзкой ухмылке, а близко посаженные глаза алчно заблестели. Он окинул взглядом Элизабет, склонил голову и снова заговорил. – Красивая, не бедная, но такая же глупая, как и все женщины, – мужчина противно вытягивал слова с тихим прихлюпыванием. – И что вам спокойно не сидится дома. Незнакомец попытался коснуться щеки Элизабет, но девушка дернулась в сторону, избегая прикосновения. Было противно даже подумать, что ее кожу может тронуть его рука. И мужчина заметил эту брезгливость, отчего сразу нахмурился. – Какая изнеженная мисс нам попалась, – он усмехнулся и внезапно схватил Элизабет за подбородок, заставив смотреть ему в глаза. – Все вы такие. Ищите лучшее место в этом мире, играя с нами. Ты такая же, как она. Красивая, но невероятно гордая. Поссорилась со своим любимым? Так спокойно от него отказалась? Что ж, у тебя будет время подумать над своей ошибкой в новой жизни. Элизабет усмехнулась про себя. Надо же, все оказалось так банально. Обиженный жизнью мужчина, которого когда-то бросила девушка, решил отомстить и похищать тех, кто посмел спорить с мужчинами. Смешно, глупо и нелепо. Все уперлось в задетую мужскую гордость и раздутое эго. На месте неизвестной девушки Элизабет бы тоже сбежала от подобного человека. И дело было даже не в его непривлекательности, а в характере и мировоззрении, в котором женщина была низшим существом. Этот мужчина, хотя язык не поворачивался так называть его, считал, что женщина во всем должна подчиняться ему. И любое ее слово против воспринималось как оскорбление всего мужского рода. Отказала ему девушка когда-то. Почему не забыть об этом и продолжить жить? Зачем хранить в себе обиду и изливать ее на невиновных? Да, главный похититель не был красив, да и характер его оставлял желать лучшего, но ведь у каждого свои вкусы. Он мог бы встретить другую и даже обеспечить ей неплохую жизнь. Все же мужская одежда была простой, но сделана из качественной и далеко не дешевой ткани. Значит, средства есть. Но мужчина решил потратить свою жизнь на месть. И ему был подписан смертный приговор. Только он пока об этом не знал и продолжал показывать свое превосходство над беспомощной (как он думал) девушкой. – Но бояться не стоит. Вас здесь не обидят. Мы же все джентльмены, – мужчина обвел взглядом стоявших неподалеку подчиненных. Те кивнули, подтверждая слова своего лидера. Возможно, в чем-то они были правы. Обращались с Элизабет неплохо. Лишних прикосновений, не считая главного похитителя, себе не позволяли. Даже руки связали аккуратно, чтобы веревки не натерли кожу. Если бы не сам факт похищения, Элизабет бы согласилась, что все здесь присутствующие мужчины обходительны и не лишены манер. – Потому от вас ушла женщина? Кажется, вы были с ней недостаточно обходительны, – Элизабет не удержалась и уколола язвительной фразой мужчину. Тот дернулся от ее слов, как от пощечины, и оскалился. – Я все делал для нее! А она предпочла никчемного аристократа! – эти слова главарь почти плюнул Элизабет в лицо, будто бы это она соблазнила его, а потом бросила на глазах у всего Лондона, чтобы выйти замуж за другого. – Если она предпочла никчемного, то кем тогда были вы? – наверно, не стоило такого говорить. Лучше было продолжать играть роль напуганной жертвы, но Элизабет больше не могла выносить заносчивое поведение мужчины. Взыграла женская гордость, которая не позволила леди Мадельтон продолжать выслушивать оскорбления в сторону женщин. Хотелось заставить преступника замолчать, унизить его так же, как он только что унижал женщин. И у Элизабет это получилось. Только за дерзость пришлось расплатиться. Названный джентльмен не смог выдержать такого унижения и с размаху залепил девушке пощечину. От такого удара Элизабет дернулась, но не отвела взгляда. Холод и равнодушие в ее голубых глазах увидел только главный похититель. Для всех остальных в комнате Элизабет дрожала и покорно смотрела на мужчину. Щека горела. Наверняка она покраснела, но проверить возможности не было. Хотя какая разница? Боль была не настолько сильной, чтобы не насладиться реакцией мужчины, который рвано дышал, видимо, пытаясь подобрать слова поприличнее. Ведь второй срыв ему не простят. Было заметно, что похитители недовольны поведением своего главаря. Значит, их отношения построены не на уважении и доверии, а заключенном соглашении. И, кажется, говоривший мужчина не был даже их лидером. Люди не ждали его слова, чтобы исполнить приказ. Все было обыденно, привычно, словно они действовали по заранее обговоренной схеме. И ударивший Элизабет мужчина эту договоренность, видимо, нарушил. Чем и заслужил осуждающие взгляды. – Уведите ее в камеру к остальным, – хрипло произнес главный похититель и отвернулся, сжимая кулаки. Все же он взял себя в руки и не стал продолжать некрасивую ссору. Похоже власти у него было не так много. Иначе он бы не сдержался, выплеснул свои эмоции. Элизабет чувствовала, что этот мужчина вспыльчивый, гордый, злопамятный. И чтобы такой человек удержался от соблазна поставить на место унизившую его женщину? Да ни за что! Значит, он боялся потерять чужую поддержку. И это приводит к выводу, что не он здесь всем управляет. Кто-то другой придумал схему, раздал указания и обеспечил всем необходимым. Некто, умеющий управлять людьми. Если бы Уильям просто выследил похитителей, это можно было бы не заметить. А так Элизабет была уверена, что похитителей покрывает кто-то из аристократов. И его надо было вычислить. А для этого предстоит собрать как можно больше информации, играя свою роль. Леди Мадельтон позволила подхватить себя под руки и увести в большую комнату, разделенную надвое толстой решеткой, за которой на полу лежали шесть девушек. На звук шагов они никак не отреагировали. Наверно, боялись. Ведь лежали девушки, свернувшись калачиком, хотя в комнате благодаря камину было тепло. Прежде чем закрыть дверь темницы, Элизабет освободили руки от веревки и поставили у стены еще один кувшин с водой. Всего их девушка насчитала семь. По одному кувшину для каждой. О девушках своеобразно заботились. За решеткой у стены лежали матрасы, одеяла, подушки. И все в расчете на каждую пленницу. Иными словами, ютиться не приходилось. Но живущим здесь девушкам от этого не было легче. Совсем разные, они были объединены страхом, граничившим с отчаянием. Девушки не знали, кто и зачем их похитил. Им было страшно в этой неизвестности, где ты не знаешь, станет ли следующий день для тебя последним. Неважно, кто ты: аристократка в красивом платье или простая горожанка в скромном наряде. Смерть не делает различий. Эта простая истина пришла в головы девушек лишь здесь, где единственным светом был огонь камина. Окон в комнате не было. В полумраке можно было мало что разглядеть, но даже так Элизабет заметила дорогие украшения одной из девушек. Она сидела в углу, вдали от других пленниц, с идеально ровной осанкой и пила воду из треснутого стакана так, словно присутствовала на королевском чаепитии. Манеры, дорогая одежда, эффектная внешность – все в ней указывало на то, что она дочь маркиза Эдинтон. Элизабет была впечатлена. Дочь маркиза выглядела еще красивее, чем на фотографии. Изящная, с правильными чертами лица, она была воплощением идеала женской красоты. Белокурые волосы были убраны в высокую сложную прическу и даже не выбились, будто бы девушку только что причесали. И не скажешь, что леди провела в заточении несколько дней. В ней не было ни страха, ни отчаяния, ни робости. Леди вела себя так, словно ее пригласили на званый ужин. А еще она единственная обернулась на скрип решетки и вежливым кивком поприветствовала новую подругу по несчастью. А затем, видимо, что-то увидев, встала со своего матраса и подошла к незнакомке. – Я Маргарет Эдинтон. Не спрашивайте, зачем вас похитили. Сама не знаю, – вежливый светский тон леди заставил Элизабет усмехнуться. Она ожидала слез и дрожи или же раздражения и криков. Но леди Эдинтон хорошо держалась. Видимо, характер она переняла от отца. – Зовите меня просто Элизабет, – представляться полным именем леди Мадельтон не пожелала. Лишнее внимание ей было не нужно, а придумать фальшивое имя банально не успела. Да и это было опасно. С властью маркиза Эдинтон можно было и проверить. Потому Элизабет предпочла назвать только свое имя, хоть это и было неправильно. Но леди Маргарет не обратила внимания на нарушение этикета. – Вы ранены? Ваша щека… – девушка протянула руку к щеке Элизабет и тут же отдернула ее, поняв, что своим прикосновением могла причинить боль. Удивительно чуткая леди. А когда она еще и внезапно отодрала подол своего платья и намочила его водой из кувшина, чтобы приложить к покрасневшей щеке Элизабет, леди Мадельтон и вовсе поразилась. Какая забота о незнакомке, явно ниже ее по положению. Не такой себе представляла Элизабет леди Эдинтон. Зная, как маркиз обожает свою дочь, Элизабет представляла себе надменную избалованную леди, ребенка в теле взрослой. Но леди Маргарет приятно удивила. – Благодарю, – Элизабет придержала холодную ткань у своей щеки. – А вы другая. Они, – леди Эдинтон кивков головы указала в сторону лежавших на матрасах девушек, – боятся. Не помнят себя от страха. Все время лежат, по ночам иногда всхлипывая, да ждут, когда принесут еды. А в вас нет ни капли испуга. Хотя вы единственная, кого они ударили. – Меня только привезли. Может, проведя здесь пару дней, я тоже начну плакать и забуду обо всем. Леди Маргарет усмехнулась и покачала головой, будто бы говоря, что в подобный исход событий не верит. Не верила в него и сама Элизабет, потому развивать тему не стала. Вместо этого леди Мадельтон села на свободный матрас, оказавшийся достаточно удобным, и прислонилась к стене. Заинтригованная дочь маркиза устроилась рядом. Она разглядывала новоприбывшую пленницу, с любопытством отмечая яркие рыжие волосы, скромное, но недешевое платье и холодный взгляд. Элизабет выделялась на фоне остальных, чем приковала к себе внимание леди Эдинтон. Девушки больше ни о чем не говорили, но по негласному договору держались рядом. И спали тоже вместе, повернувшись друг к другу спиной. Элизабет часто спала в подобных условиях. Леди Мадельтон в дороге часто останавливалась в дешевых гостиницах, где делали кровать с Дианой. Но привыкшая к роскоши леди Эдинтон снова удивила. Она не высказала никакого недовольства, когда ложилась рядом с Элизабет. Будто бы леди Маргарет каждый день приходилось так спать. Мысли о необычности леди Эдинтон Элизабет оставила на потом, устав удивляться. Хотелось спать. Леди Маргарет разделяла это желание. Пусть она и не подавала вида, но тоже устала за сегодня. И держалась на одной гордости. Когда Элизабет проснулась, все остальные девушки еще спали. В комнате не было окон, потому леди Мадельтон не могла сказать, было сейчас утро или уже день. Не очень удобно. Не знаешь, когда придут похитители. Придется прислушиваться, чтобы заранее узнать об их прибытии. Лестница немного скрипела, так что было вполне возможным услышать, как они будут подниматься. Осторожно встав с матраса, Элизабет потянулась, разминая затекшие конечности, и проверила свою шпильку. Та была на месте. Да и кинжал в ножнах приятно холодил кожу бедра. Оружие было на месте, напоминая, что леди не была беззащитна. И даже если что-то случится, и Мориарти не появится вовремя, она сможет защитить себя и дочь маркиза. Ну, в крайнем случае продаст свою жизнь как можно дороже. Ведь никакого оружия у похитителей Элизабет не увидела. Конечно, зачем оружие, если ты похищаешь женщин? Хватит и грубой силы. Мужчины ведь уверены в своем превосходстве. Но, в отличие от Уильяма, они на это права не имели, так как не обладали выдающимся умом (если бы он у них был, то они нашли бы себе занятие более важное, чем похищение девушек по глупой причине), силой или же богатством. Вспомнив о Мориарти, Элизабет задумчиво прислонилась лбом к решетке. Что все же движет этим человеком? Почему он стремится изменить Англию? Зачем ему маркиз Эдинтон? Как давно он подозревал о серии похищений? Если бы не похитили леди Маргарет, сделал бы он что-нибудь? Так много вопросов, но не было ни одного ответа. Элизабет привыкла полагаться на свою интуицию, что всегда помогала ей с легкостью читать других людей, но с Мориарти это не особо получалось. Нет, конечно, она могла представить себе, что он за человек. Но все, что она знала о нем, не могло подсказать девушке его мотивы. Уильям напоминал Элизабет луну. Ты ее вроде видишь, можешь с легкостью себе представить, но дотянуться до нее невозможно. – Вы встали раньше всех. Непривычно, да? Не понять, утро или день. Определить время можно только по приемам пищи, которую нам приносят три раза в день, – раздался голос над ухом Элизабет. – Хотя бы кормят, – Элизабет усмехнулась и отошла от решетки. – Не знаете, для чего всех нас похитили? – Если бы. Но точно не выкуп. Иначе я была бы давно свободна, – тут леди Маргарет была права. Маркиз Эдинтон отдал бы любые деньги за спасение любимой дочери. Но Элизабет и так знала, что дело не в деньгах. Неужели это всего лишь мужская месть? Но зачем тогда такие сложности? И зачем их держать здесь? Элизабет опять задумалась и не услышала вопроса леди Эдинтон, за что получила легкий тычок в плечо от недовольной девушки. – Вы меня слышите? – Что? – Предлагаю держаться вместе. С другими девушками разговаривать бесполезно. Они напуганы и не желают что-либо делать, чтобы не вызвать гнев похитителей. Но мы другие. Мы знаем, нам что почему-то не желают причинить вреда. Значит, мы нужны им живые. Зачем? Вот главный вопрос. Леди Маргарет хотела сказать что-то еще, но с лестницы раздался скрип и звуки шагов. Девушки тут же замолчали и сели обратно на матрас, сделав вид, что ничего не замышляли. Леди Эдинтон даже опустила глаза в пол, чтобы казаться тихой и смиренной. Элизабет заинтересованно взглянула на девушку и тут же отвела взгляд, когда в комнату вошли трое мужчин с подносами в руках, а за ними следом показался щупленький паренек. Он огляделся и бросился к двери решетки, чтобы открыть ее. Если забыть, что девушки находились за решеткой, то выглядела ситуация забавно. Каждый мужчина нес в руке по подносу, который поставил, как официант, перед девушкой. Словно ты и не в плену вовсе, а в ресторане! Только о таком сравнении никто, кроме Элизабет не думал. Разбуженные скрипом решетки девушки поджались и с дрожащими руками принялись за еду под оценивающими взглядами «официантов». Элизабет тоже решила приступить к еде. Хоть готовил ее не Джек или Льюис, но было вполне съедобно. Бекон с яичницей и яблоко на десерт. Просто, но можно наесться. Еще бы чай с булочкой, и вообще можно забыть, что ты в плену. Но такой роскоши не было. Вместо чая вода в кувшине, а о булочке можно было и не мечтать. – Сегодня ужин вас порадует. Ешьте хорошо. Вам предстоит дальняя дорога, – с усмешкой произнес самый широкий в плечах мужчина и забрал поднос у Элизабет, которая последней окончила завтрак. – Думаешь, сегодня вечером нас увезут? – шепотом спросила леди Маргарет, как только мужчины покинули комнату. Элизабет пожала плечами. Факты говорили, что именно так и будет. И это беспокоило девушку. Успеет ли Уильям до того момента, как их увезут? Нет, он не дурак. Наверняка за зданием следит Фред. Он придумает, как задержать отъезд. Или же проследит за конечной точкой назначения. В любом случае, волноваться не о чем. Стоит подумать о том, как успокоить девушек. – Довольно сытный завтрак. Вас всегда так кормят? – Элизабет подсела к сидевшим на матрасе девушкам, которые подняли удивленный взгляд на нарушительницу спокойствия. Вопрос был не к месту, но именно он помог на миг забыть о страхе. – Нет. Вчера были блины, – прошептала на вид самая младшая из девушек. Наверно, странно было обсуждать в комнате с решеткой то, как кормят. Но этот абсурдный разговор заставил пленниц оживиться. Элизабет боялась, что девушки проигнорируют ее или сочтут сумасшедшей, но они втянулись в разговор. Еда, мода, слухи о королевской семье – обсуждали все, что только можно. Девушки уже не боялись каждого шороха, не жались по углам, не тонули в отчаянье. Теперь они стали не жертвами похищения, а просто милыми особами. – Можно попросить об одолжении, – Элизабет отошла в сторону, но разговор продолжился и без нее. – После ужина нас наверняка уведут отсюда и на какое-то время соберут внизу. Возможно, снова свяжут руки. Если вдруг услышишь шум снаружи, то попытайся отвлечь внимание охранников. Леди Маргарет не стала ничего спрашивать. Только кивнула и загадочно хмыкнула.

***

Как Элизабет и предсказала, вечером после ужина всех девушек проводили вниз и, связав их руки за спиной, усадили у стены. Главный похититель важно прохаживался вдоль них, демонстрируя свое превосходство, но внимательная Элизабет заметила, что мужчина нервничал. Видимо, что-то шло не по плану. Даже стоявшие у дверей охранники помрачнели и все время поглядывали в окно. Наверно, ждали кого-то. Или же… Предположить что-то еще Элизабет не успела. С улицы послышался крик, и тут же наступила тишина. Мужчины переглянулись, а затем двое молча вышли. Кажется, появился Уильям. Элизабет довольно усмехнулась и аккуратно плечом толкнула леди Маргарет. Та понимающе кивнула и внезапно жалобно застонала. – Моя рука…ослабьте, пожалуйста, веревки. Мне больно… – у леди Маргарет был такой жалобный голос, что даже Элизабет захотелось броситься девушке на помощь. Вот и мужчина не смог устоять и осторожно наклонился к леди Эдинтон. И кто только учил этих дураков завязывать узлы? Элизабет еще пять минут назад освободила руки и теперь могла с легкостью вытащить из волос шпильку и вонзить ее в шею незадачливого охранника. Брызнула кровь. Девушки в немом шоке отползли ближе к стене и уже там, из безопасного, по их мнению, места, завизжали. Дезориентированные мужчины на миг замялись. Этого времени Элизабет хватило, чтобы отбросить тело в сторону и вытащить кинжал. Конечно, сражаться одной против двоих сложно. Вот только из оружия у противников был только один меч на стене и стул, который тут же схватил главный похититель. Пришлось спешно отступать. Бегать по комнате в платье было неудобно. Хорошо еще, что второй дурак задержался, пытаясь снять со стены меч. Уже второй раз зацепившись подолом платья за стол, Элизабет со злостью разорвала юбку платья, оставив длину чуть выше колена. Обескураженный мужчина даже на миг остановился, глядя на стройные женские ножки. Этого мига хватило девушке, чтобы пнуть наглеца в голень, дернуть стул на себя, заставив похитителя потерять равновесие, и со всей силы ударить рукоятью кинжала в висок. Мужчина осел на пол. И тут же его место занял второй противник, который наконец-то смог достать меч. Только сражаться длинным мечом в узком пространстве не так просто, как он думал. Да еще сказывалось отсутствие опыта. Элизабет не составляло труда уклоняться от неуклюжих размашистых ударов мужчины. Очередной удар. Элизабет поднырнула под рукой и вонзила кинжал под ребра, тут же отскочив в сторону. Мужчина завалился на бок, удивленно рукой пытаясь нащупать рану. Видимо, он не ожидал подобного от пленницы. А Элизабет не ожидала, что главный похититель так быстро очнется и схватит ее за ногу, роняя на пол. – Тварь! – хриплый голос раздался где-то сбоку и тут же затих, а хватка на ноге Элизабет ослабла. Недоуменно приподнявшись на локтях, девушка обернулась и столкнулась взглядом с алым взором. И когда только Уильям успел появиться? – Ты в порядке? – Мориарти протянул даме руку, чтобы помочь подняться. Воспользовавшись его помощью, Элизабет встала и убрала любезно поданный Уильямом кинжал в ножны на бедре. – Ты вовремя. Следом за Уильямом появились Льюис и Моран. Последний невольно закашлялся при виде Элизабет в разорванном платье, демонстрировавшим стройные женские ножки. Заметив его заминку, Уильям благородно снял свой плащ и накинул его на плечи Элизабет, чтобы та могла в него укутаться. – Спасибо, – только сейчас Элизабет ощутила, что дрожит то ли от холода, то ли от всего пережитого. Заныла нога, да и усталость навалилась. Какой бы сильной леди Мадельтон ни была, она все же оставалась девушкой. – Знаешь, а рука у тебя тяжелая, – внезапно усмехнулся Моран, потерев рукой щеку. Ответом ему послужил тихий женский смех. Впервые мужчины слышали, как Элизабет Мадельтон смеялась. – Простите, вы спасли нас? – рядом раздался голос леди Маргарет, и все обернулись в ее сторону. Пусть девушка и выглядела немного удивленной, страха в ее взгляде не было. Наоборот! Леди Эдинтон выглядела заинтригованной и бросала заинтересованные взгляды на мужчин вокруг Элизабет. – Кхм. Я и не подозревал, что эти люди похитили кого-то еще. Вы не пострадали? Чем мы можем вам помочь? – галантный заботливый Уильям был Элизабет не знаком, потому она с неприкрытым любопытством смотрела то на Мориарти, то на польщенную леди Эдинтон. – Со мной все в порядке. Меня защитила Элизабет. А вот другие девушки до сих пор напуганы, – все же леди Маргарет удивительна! В первую очередь она беспокоилась о совершенно незнакомых девушках. – Моран, Льюис, помогите дамам. Я пока осмотрюсь. Мужчины кивнули и стали вместе с леди Маргарет развязывать руки пленниц и медленно выводить их на улицу. – Все оказалось невероятно смешным. Человек, которого ты убил, был обозлен на бросившую его девушку. Кто-то решил воспользоваться его слабостью, чтобы организовать похищения. Вот только конечная цель непонятна. Организатор тоже неизвестен, – Элизабет смотрела, как Мориарти проверял заваленный бумагами стол. Наверно, стоило помочь мужчине, но девушка слишком устала. Да и двигаться в плаще было неудобно, так как при любом излишне резком движении он распахивался. Потому леди Мадельтон лишь стояла рядом, прислонившись к стене и сжимала в руках достанную из шеи убитого шпильку. – Времени мало. На шум могут прийти люди, – с этими словами Уильям собрал все листы со стола, перевязал их веревкой и взглянул на усталую девушку. С взлохмаченными волосами, в порванном платье, с кровью на щеке она едва держалась на ногах. Сегодня ей многое пришлось прожить. Пора было бы дать отдохнуть. – Уходим, – Уильям взял Элизабет под руку, позволив ей опереться, и вывел на улицу. – Не ожидала, что будет столько девушек. Надо помочь им добраться до дома… – задумчиво протянула Элизабет, глядя на столпившихся девушек. Да, это было проблемой. В кэбе все не уедут, а вести их ночью по улице было не очень хорошей идеей. – Оставьте это на меня. Здесь неподалеку живет доверенный моего отца. Он приютит нас на ночь, а утром я помогу всем добраться до их дома. Вам сейчас лучше позаботиться об Элизабет. И да. Как ваше имя? Кого мне стоит благодарить? –Уильям Джеймс Мориарти, леди. Я рад, что смог помочь вам. – Я запомнила, – серьезно кивнула леди Маргарет и отправилась к сестрам по несчастью, чтобы спустя пару минут увести их. – Это леди Маргарет? Не ожидал… – Уильям озвучил недавние мысли Элизабет и подтолкнул ее к кэбу. – Все потом. Ты слишком устала. Если я верну тебя в таком виде, мне достанется от Дианы. Главное мы сделали, а об остальном я позабочусь завтра. Гордо заявлять, что в порядке, Элизабет не стала. Она прекрасно понимала, что ее силы на пределе, потому лишь с благодарностью кивнула Уильяму и устроилась на сидении. Девушка уже почти дремала, когда почувствовала осторожное прикосновение. Уильям стер кровь с ее щеки, мимолетно подумав, что при первой встрече был не прав. Волосы Элизабет были цвета крови.