Она не знает, что у нее есть крылья

Гильдмастер "Охотников" понимал, что ситуация выходит за рамки его возможностей. Святозар Искусных был слишком силён, слишком влиятелен. У него были не только невероятные способности, но и власть, ресурсы, связи, которые делали любую попытку противостоять ему практически невозможной. Мужчина сидел в своём кабинете, глядя на городские огни, которые казались такими далёкими и недосягаемыми. Жестокий генерал держал Сильвию в железной клетке, и попытка вытащить её могла привести к катастрофе. Но оставлять её в таком положении он тоже не мог. На следующий день Чхве решил собрать информацию. Он связался с несколькими доверенными лицами в гильдии и за её пределами. Он знал, что Святозар — человек, который всегда действовал в тени, но у каждого есть слабое место. В поисках совета и поддержки Чхве отправился к председателю Ассоциации охотников Кореи — Го Гунхи. Этот человек был мудрым и опытным, и если кто-то и мог дать ценный совет, то это был он. Когда Чхве вошёл в кабинет Го, председатель уже ждал его. — Чхве Чон Ин. Вы редко приходите ко мне. Что случилось? — спросил Го, жестом приглашая его сесть. — Мне нужна помощь. И совет. Это касается Святозара Искусных и его дочери, - Чон Ин сел напротив, его лицо было мрачным — Святозар? Это опасная тема. Он не просто охотник S-ранга, он целая армия. Что именно тебя беспокоит? - лицо Го Гунхи помрачнело. Чхве рассказал всё — о Сильвии, её страхе, её сломленности и о том, как Святозар держит её под контролем. Он описал, как видел в её глазах настоящие эмоции, как она пыталась вырваться из этой тени, но не знала, как это сделать. Го внимательно слушал, не перебивая. — Вы понимаете, господин Чхве, что вступать в открытую конфронтацию со Святозаром — это самоубийство? Даже если вы соберете лучших охотников, у вас все равно не будет шансов. - констатировал факт председатель. — Я это понимаю. Но я не могу просто сидеть сложа руки. Эта девушка заслуживает лучшей жизни. Она человек, а не оружие, - вздохнув, ответил маг. — Если вы хотите спасти её, вам придётся действовать хитростью. Святозар не терпит открытого неповиновения, но он не всеведущ. Возможно, у него есть слабости. Кто-то из его окружения, кто им недоволен. Или что-то, что он скрывает. Но для этого нужна информация. И время. - призадумавшись продолжил Го Гунхи. — Времени может не быть. Если я не сделаю что-нибудь сейчас, она может исчезнуть навсегда, - сжав кулаки процедил Чон Ин. — Тогда начни с малого. Узнай, кто из его окружения может быть на твоей стороне. Возможно, даже кто-то из его людей хочет, чтобы он потерял контроль. Иногда враги сильнее всего изнутри. Но помни: один неверный шаг — и ты можешь всё потерять, - предостерег Го гильдвастера Чхве. Чхве кивнул, понимая, что это единственный путь. После встречи с Го Чхве решил начать с анализа окружения Святозара. Он вспомнил нескольких охотников, которые работали под его началом. Некоторые из них были жестокими, как и их лидер, но другие казались более сдержанными. Чхве знал, что ему придётся рискнуть, чтобы найти слабое звено. Сильвия и Святозар присутствовали на закрытой встрече охотников S-ранга, организованной гильдией «Белый Тигр». Святозар взял её с собой, чтобы подчеркнуть её силу, а также напомнить остальным, что его «оружие» остаётся под полным контролем. В один из перерывов Святозар отошёл, оставив Сильвию в холле. Она стояла у окна, глядя на вечерний город, когда Пэк Юн Хо заметил её. Он сразу вспомнил их первую встречу, когда Святозар, желая продемонстрировать возможности своей дочери, устроил тренировочный бой между ней и Пэком. Тогда Сильвия, хоть и с трудом, одержала победу. Пэк знал, что она сильна, возможно, даже слишком сильна для своего возраста. Но то, как она сражалась, вызывало у него странное чувство. Её движения были точными, словно запрограммированными, а в глазах не было ни капли азарта или эмоций. Теперь, глядя на её хрупкую фигуру у окна, он решил подойти. — Сильвия, — позвал он, подходя ближе. — Мы встречались раньше. Помнишь наш бой? Девушка медленно повернула голову. Её лицо оставалось бесстрастным, но он заметил лёгкую настороженность в её взгляде. — Помню, — коротко ответила она. — Ты тогда победила, но не выглядела довольной. Почему? - поинтересовался мужчина. — Победа — это всего лишь выполнение задачи. Чувства здесь ни при чём. - Сильвия слегка нахмурилась, но быстро вернула своему лицу привычное кукольное выражение. — Значит, и в бою, и в жизни ты только выполняешь задачи? Разве ты не хочешь чего-то для себя? - Пэк усмехнулся, но в его глазах мелькнуло беспокойство. Её пальцы сжались, но она ничего не ответила. — Ты сильна, это правда. Но сила — это ещё и свобода. Ты не думала об этом? - вздохнув, проговорил мужчина. — Мне не позволено думать о свободе, - Сильвия посмотрела на него, и в её глазах на мгновение промелькнула тень эмоции, но она тут же отвернулась. Прежде чем Пэк успел ответить, в холле появился Святозар. Его взгляд сразу же остановился на Юн Хо. — Господин Пэк, вы, кажется, слишком увлеклись разговорами с моей дочерью, — его голос был холодным, но вкрадчивым. — Просто решил узнать, как у неё дела, — спокойно ответил Пэк, оборачиваясь к Святозару. — Моя дочь не нуждается в постороннем внимании, — Святозар шагнул ближе и положил руку на плечо Сильвии. Она сразу опустила голову, словно пытаясь стать незаметной. — Неужели? А я-то думал, что после нашего боя она заслужила немного уважения. Она сильнее, чем вы думаете. — Пэк пристально посмотрел на генерала, но тот лишь усмехнулся. — Это так, она сильна, но она моя и её сила служит только мне, — в голосе Святозара прозвучала угроза. Позже, оставшись в одиночестве, Пэк долго размышлял о Сильвии. Он вспоминал их бой, её бесстрастное лицо и то, как она как будто всем свои естеством, видом, голосом и взглядом говорила «мне нельзя думать о свободе». Ему было ясно, что за её силой скрывается нечто большее. Это была не просто кукла, как говорил Святозар. Она была человеком, запертым в золотой клетке. В тот же вечер, когда собрание закончилось, Святозар, занятый другими делами, оставил Сильвию в холле. Она снова стояла у окна, глядя на огоньки города. Пэк Юн Хо, задержавшийся по своим делам, заметил её. Что-то в её хрупкой фигуре, в том, как она держалась, привлекло его внимание. Она выглядела как человек, который отчаянно хочет исчезнуть, но не может. Он подошёл ближе, чувствуя странное желание заговорить с ней. — Тяжёлый день? — спросил он, стараясь придать своему голосу непринуждённость. Она обернулась. Её взгляд был по-прежнему пустым, но в нём читалась усталость. — Я не устаю, — ответила она. — Правда? - не веря спросил ее гильдмастер. Она замерла, её глаза на мгновение расширились. Это был редкий момент, когда кто-то видел в ней не инструмент или оружие, а человека. — Мне просто нужно выполнять приказы, — её голос звучал тихо, почти механически. — Приказы, приказы... А что ты хочешь сама? - продолжал задавать вопросы згладоглазый мужчина. — Я не знаю, как это — хотеть чего-то, - ответила сильвиия отведя взгляд. Эти слова задели Пэка. — Ты не должна быть такой, какой тебя хотят видеть. Ты можешь быть собой, - пояснил он. — Я... не знаю, как это сделать, - она посмотрела на него, и в её глазах мелькнула тень удивления. — Начни с малого, — сказал он мягко. — Скажи, что ты чувствуешь прямо сейчас. Сильвия задумалась, её губы чуть дрогнули. — Мне... холодно, — наконец произнесла она. Эти простые слова почему-то ударили Пэка сильнее, чем он ожидал. Он снял с себя пиджак и накинул ей на плечи. — Теперь теплее? - с мягкостью в голосе спросил Юн Хо. Она кивнула, слегка сжимая ткань пальцами. — Спасибо, — тихо сказала она. Позже, вернувшись в свой кабинет, Пэк долго сидел в тишине, вспоминая их разговор. Он никогда раньше не задумывался о Сильвии как о человеке. Для него она была лишь «дочерью Святозара», сильным бойцом, безэмоциональным оружием. Но теперь он видел её иначе. Она была как птица в клетке, которая даже не знала, что у неё есть крылья. Эти мысли не давали ему покоя. Он понимал, что, возможно, не сможет изменить её судьбу, но теперь он не мог просто отвернуться. Утро в гильдии было наполнено шумом подготовительных работ — бойцы и оружейники проводили последние приготовления перед совместной тренировкой с гильдией «Чистое Небо». Пэк Юн Хо, глава «Белого тигра», стоял на небольшом возвышении, наблюдая за тем, как его бойцы готовятся к тренировке. Он был спокоен, но в его глазах читалось напряжение. Он знал, что сегодняшний день будет особенным, потому что на тренировку приехала не просто очередная группа из «Чистого неба». Среди них была Сильвия — девушка, которая представляла собой загадку для Пэка. Он знал, что она была дочерью Святозара, но, несмотря на это, его волнение было вызвано скорее её личностью, а не принадлежностью к гильдии. Святозар прислал ее сюда не для тренировки. Это была простая формальность — запугать его людей или показать свою власть. Сильвия стояла в стороне, чуть поодаль от основной группы. Как и всегда, она не проявляла эмоций, но каждый её взгляд или движение были слегка неловкими, как будто она пыталась понять, что с ней происходит и чего ожидать от этих людей. Девушка наблюдала за происходящим, не вмешиваясь. Сегодня ей предстояло участвовать в тренировке, но не как лидеру группы или демонстрационному бойцу, а как инструменту. Это понимание сильно тревожило её. Она давно перестала воспринимать свою роль как самостоятельную, а сейчас ей даже трудно было осознавать себя в роли «дочери» или «воительницы». Единственное, что она чувствовала, — это пустоту и непонимание собственных желаний. Анна и мечник, два других члена гильдии Святозара, были рядом. Анна заметила, что Сильвия держится на расстоянии и не вступает в разговор. Эта женщина всегда испытывала некоторую слабость по отношению к Сильвии, но страх перед своим гильдмастером не позволял ей открыто проявлять свои чувства. Она знала, что Сильвия была пленницей своего отца, и это было тяжело наблюдать. В отличие от жестокости Святозара, она искала в девушке не только пустоту, но и что-то человеческое, что скрывалось за её безразличием. Мечник по имени Алексей стоял в стороне и наблюдал. Он знал силу дочери своего гильдмастера, видел её способности в бою и чувствовал её холод, как личность, лишённую всех эмоций. Его беспокоило только одно — с каждым днём она становилась всё более отстранённой, как кукла, запрограммированная на выполнение приказов. Алексей видел, как она сдерживает себя, и это казалось ему странным. Это была не просто жестокость её отца. Это была какая-то извращённая психология, на которую никто не обращал внимания. Он чувствовал, что когда-то в Сильвии был огонь, но его потушили. С каждым днём она становилась всё менее человеком и всё больше чем-то совершенно другим, чем он привык видеть в окружающих его людях. Пэк Юн Хо подошёл к Сильвии, чувствуя, как её взгляд следит за каждым его движением, но не выказывает ни интереса, ни страха. Он понимал, что она сдерживает свои эмоции, и это было одновременно интригующе и тревожно. — Ты готова? — спросил он, его голос был мягким, но решительным. Сильвия промолчала, лишь слегка кивнув. Её тело напряглось, когда Пэк предложил ей сразиться с ним. Это был не боевой поединок, а скорее возможность проверить её способности и попытаться понять, что скрывается за её пустыми глазами. Он наблюдал за тем, как она двигается, как её тело словно скользит по воздуху, уклоняясь от атак, но никогда не нападая. Это была удивительная техника, продуманная до мелочей, но лишённая эмоций, как у большинства бойцов. Пэк видел, что её действия были реакцией на команды, на требования её отца. После нескольких ударов и парирований Пэк решил завершить тренировку не так, как обычно. Он осторожно подошёл к ней, не давая ей времени среагировать, и положил руку ей на плечо. — Тебе не нужно постоянно сдерживаться. — Его голос был почти нежным. — Ты можешь быть собой. Сильвия посмотрела ему в глаза, как будто эта фраза была чем-то из другого мира для неё. Она даже не знала, что ответить. Всё, что она знала, — это то, что её всегда учили быть чем-то меньшим, чем человеком и чем-то большим, чем инструментом. А теперь, возможно, впервые, кто-то не использует её как оружие. Анна заметила этот момент. Она тихо вздохнула. В её сердце появилась маленькая искорка надежды. Надежды на то, что, возможно, однажды эта пустота в Сильвии исчезнет. Сильвия стояла на арене, окружённая вниманием как своих "товарищей", так и охотников из "Белого тигра" . Её фигура была воплощением элегантности и силы, балансируя на тонкой грани между холодной расчётливостью и грацией. На ней была военная форма — белая блузка с чёрным галстуком, чёрная юбка с высокой талией и пуговицами, высокие чулки и чёрные туфли на каблуке, которые подчёркивали её фигуру, делая её не только смертоносной, но и невероятно привлекательной. Но даже её наряд был не просто костюмом — он был частью её сражения, частью её личной истории, подобно тому, как оружие является продолжением её безволия и силы. У нее не было боевого веера, с которым она привыкла сражаться. Сегодня её оружие было необычным, но не менее смертоносным — два небольших кинжала, соединённых цепью. Эта цепь, которая поначалу казалась тяжёлой и неудобной, теперь была неотъемлемой частью её боевого стиля, такой же искусной и изящной, как и сама Сильвия. Кинжалы были маленькими, но идеально сбалансированными, с утончёнными рукоятками, украшенными золотыми деталями. Цепь, соединяющая их, была длинной и тяжёлой, но в руках Сильвии она казалась не просто инструментом, а частью её тела, как и её собственные руки. Поначалу было трудно представить, что девушка её роста и телосложения сможет использовать такое оружие, но каждый её жест, каждое движение свидетельствовали о мастерстве и опыте. Цепь не была для неё ограничением. Наоборот, она открывала перед ней новые возможности. Она могла метать кинжалы с потрясающей точностью, при этом легко управляя цепью, связывая врага, парализуя его движения и при необходимости даже обездвиживая его за мгновение. Казалось, что каждый её шаг был продуман до мелочей, а движения напоминали танец, в котором красота и смертоносность сливались воедино. Её действия были мгновенными, и каждый удар наносился в идеально рассчитанный момент. Сильвия опустилась на колено и поправила форму, её чёрные чулки немного сползли по ноге, обнажив белоснежную кожу. Вторым её противником стал боец А-ранга из гильдии «Белый тигр». Он был опытным, уверенным в себе и мог бы составить конкуренцию большинству, но он не знал, с кем столкнулся. Сильвия была молниеносна. Она не давала себе шанса на ошибку, и её атаки с каждым мгновением становились всё быстрее. Боец попытался перехватить её кинжалы, но цепь мгновенно обвила его руку, вытягивая её вверх, словно змея, сковывая его движения. Следующий кинжал мгновенно оказался у его шеи, не оставляя ни единого шанса нанести ответный удар. Он даже не успел заметить, как оказался полностью обездвижен. Сильвия сделала шаг назад и снова сжала рукоятки кинжалов. В её глазах не было никакого волнения, только пустота. Она выполнила свою задачу и не ждала ничего взамен. Но для Пэка Юн Хо, наблюдавшего за этим боем, её действия стали гораздо более интересными. Он видел, как она использует оружие — грациозно и легко, словно танцует, и каждое её движение кажется продуманным до мелочей. Было очевидно, что она не просто боец. Она была кем-то большим. Мастерство, которое она демонстрировала, было в некотором роде величественным, несмотря на всю её сдержанность и холодность. Он не мог не заметить, что её движения стали более плавными, что она использует свою технику с удивительной лёгкостью, что она ни на секунду не теряет контроль. Пэк не мог не думать, что это не только боевое мастерство, но и некая часть её самой, её внутреннего мира. После того как бой закончился, Сильвия не проявила никаких эмоций. Она убрала оружие и тихо вернулась на своё место, наблюдая за остальными тренировками, как будто всё это было частью её повседневной жизни. Она снова была тем же холодным, отстранённым существом, которое не проявляло ни радости, ни сожаления. Анна, стоявшая рядом, вздохнула. Она знала, что Сильвия не такая, как все остальные. В её глазах была тень, её тело и разум были превращены в идеальную машину для убийств, но в её душе было что-то, чего она не могла понять. Анна испытывала жалость и беспокойство. Она была как сломанная игрушка, которой не дали выбрать собственную судьбу. Сильвия стояла в стороне, не видя причин для радости или сожаления. Она ничего не чувствовала, кроме того, что было снаружи.