Глава XXVII

      Гермиона не знала, как долго она там сидела, чувствуя себя несчастной, одинокой и убитой горем, проливая уже несчетное количество слез. Почему? Почему она просто сидит там, рыдает на полу, как будто с ней уже все кончено? Гермиона дала себе эту мысленную встряску и встала, отряхивая брюки и поправляя рубашку. Ничего не кончено. Она была ранена, конечно. Возможно, даже не подлежит восстановлению, но ничего еще не кончено. Гермиона отдала всю себя Фреду, и он не желал возвращать ее. Она сама начала весь этот беспорядок, пытаясь уберечь его от травм, и страшно провалилась в этой роли. Ранила его, выдав ему секрет, хотя до сих пор не понимала, как именно она это сделала. Но он не понимал, и сама Гермиона не понимала, пока не стало слишком поздно, что все это не было ложью. Она действительно полюбила его и пыталась всеми силами уберечь. Гермиона сказала ему правду, умоляя его образумиться. Она сделала все, что могла, отдав все силы. Не оставалось ничего, кроме как двигаться дальше. Просто она не была уверена, что сможет сделать это. Гермиона была совершенно уверена в своих чувствах к Фреду, и ничего не стала бы менять, даже если бы все это в итоге оказалось напрасным. Она пересекла комнату и выпрямилась, глядя на себя в зеркало с нахмуренным лицом. Гермиона больше не собиралась плакать. Она не могла изменить то, что произошло, и не собиралась. Все, что она сделала, было ради благополучия Фреда, и когда-нибудь он поймет это. Он поймет, что она никогда не делала ничего злого умышленно. Когда-нибудь, кто знает, может быть, он простит ее. Пришло время уходить. Да, именно так она и сделает. Она расправила плечи и выдвинула верхний ящик комода. Ее бисерная сумка лежала поверх одежды, и она схватила ее, не задумываясь. Вытащила всю одежду и засунула ее в сумку, едва взглянув. Быстро собралась, и через минуту уже упаковала все то немногое, что считала своим имуществом. Гермиона в последний раз осмотрела комнату, нахмурившись. Куда она пойдет? Ответ ударил ее, как бладжер. Ее родители. Она могла бы найти их и восстановить их память. Это дало бы ей шанс уйти от всех и всего, и это дало бы ей шанс исцелиться. В любом случае, она не могла оставаться здесь. Ей нужно было во всем разобраться, и сделать это вдали от Фреда. Конечно, она любила его, но боль была слишком сильной. Если Гермиона останется в Норе, то, непременно, столкнется с ним здесь, чего нельзя допустить. Нет, сейчас самое время уйти, и, возможно, вернуться в размытом будущем. Она оглядела свою комнату в последний раз, позволив себе легкую улыбку, изучая ее знакомые стены. Она вернется, и все станет лучше. Лучше. – Гермиона? – она вздрогнула, услышав свое имя, и развернулась на месте, глядя на дверь с широко открытыми глазами. Джинни стояла в дверях, неуверенно хмурясь, изучая, несомненно, странно выглядящую Гермиону. – Да? — отозвалась Гермиона робко. – Гарри хочет видеть тебя снаружи. – Гермиона наклонила голову и нахмурилась. – Зачем? — с любопытством спросила она, не имея большого желания объяснять Гарри, что собирается сделать. Не сейчас. – Гарри не сказал. Он у озера с Тедди. Просто сказал, что ему нужно увидеть тебя. – Гермиона втянула воздух при упоминании озера. Сердце сжалось в груди, когда она посмотрела на свою лучшую подругу. Зачем Гарри звал ее к озеру, зная, что это место значило для нее. Гермиона уже открыла рот, чтобы сказать «нет», но привычное «хорошо» вырвалось у нее прежде, чем она успела сдержаться. — Великолепно! — весело сказала Джинни и оставила Гермиону в одиночестве. Чёрт возьми, Гарри Поттер. Она вышла наружу, все время хмурясь и бормоча себе под нос нелестные комментарии в адрес друга. Гермиона почти дошла до цели, и остановилась на полминуты, чтобы немного успокоить нервы, прежде чем шагнуть вперед к озеру. – Гарри Джеймс Поттер, у тебя должна быть веская причина, чтобы заставить меня выйти... – она замерла на месте и открыла рот. Гарри здесь не было. Был Фред. Она не могла придумать, что сказать, глядя на него во все глаза, и все еще держа рот открытым. Фред шагнул к ней первым, и поднял руки в знак мира. – Мне жаль. — вымолвил он робко, с обеспокоенным взглядом. Гермиона ничего не ответила. Просто не могла. Все, что она могла сделать, это стоять там в немом оцепенении, размышляя, правда ли все то, что она видит сейчас. – Мне жаль, — повторил Фред, останавливаясь в полуметре от нее. – Я не хотел... я не должен был. – он вздохнул от разочарования и покачал головой, сжав кулак. – Я был расстроен, потому что, на самом деле, ничего не знал. Я люблю тебя, Гермиона, и люблю уже давно. – он сделал небольшой шаг к ней и опустился на колено, взяв ее руку в свою. – Я знаю, что ты не лгала мне намеренно, что ты сделала это только, чтобы защитить меня. Я знаю, что ты любишь меня, это не нуждается в доказательствах. Ты так много отдала, чтобы помочь мне, а я бросил это тебе обратно. – Все в порядке. — выдавила из себя Гермиона голосом, полным эмоций. – Нет, не в порядке. Я люблю тебя. Я все еще люблю тебя, и я все еще хочу жениться на тебе. – она ахнула, ее глаза широко распахнулись, а сердце забилось в груди. – Что? — спросила девушка, не веря услышанному. – Я же говорил, что буду любить тебя вечно и всегда, Гермиона. – сказал ей Фред, пронзительно смотря прямо ей в глаза. Гермиона едва его слышала. В ту минуту, как он произнес слова «вечно и всегда», она провалилась в воспоминание. Воспоминание о свадьбе Билла и Флер. Гермиона направлялась к Фреду, Джорджу, Гарри и Рону. Она подошла к Фреду сзади, разглядывая его новую черную мантию и небрежную прическу, которая делала его таким особенным для нее. Он был действительно особенным для нее, и Гермиона не могла сдержать улыбку, когда подошла к нему. Ее руки нервно двинулись к талии, разглаживая шелковистую, золотую ткань, в последних попытках исправить несуществующие недостатки. Фред повернулся к ней, смеясь над чем-то, что сказал Джордж, пока его взгляд не остановился на ней. Он замер, смотря на Гермиону в полном изумлении, пытаясь подобрать нужные слова. – Г-гермиона. – он заикался, заставляя ее ухмыляться и краснеть. Она никогда раньше не замечала его заикающимся, и никогда не находила его более очаровательным. – Ты выглядишь блестяще! – Спасибо. – прошептала Гермиона застенчиво, подойдя к нему и обняв. Он удовлетворенно вздохнул и провел носом по ее распущенным волосам. Гермиона закрыла глаза и прижалась к нему щекой, позволяя себе потеряться в безопасности его объятий. – Смотрите! — воскликнул Рон, нарушая мирный, счастливый момент, который нашли эти двое. Он показывал на людей, появляющихся у входа. – Они идут! Видение изменилось, и теперь Гермиона обнаружила себя выходящей на танцпол. Она оглядела переполненный шатер, и ее плечи поникли, когда она не увидела его. Теплые руки обвили ее плечи, и Гермиона ахнула от удивления, когда низкий голос хрипло прошептал ей на ухо. – Такая прекрасная ведьма не должна быть одна. Ты же знаешь, что тебе нужно делать, да? – она наклонилась к нему и кивнула, уткнувшись в его грудь. – Ммм, что, Фред? — тихо спросила она, наслаждаясь его теплыми объятиями. Он притянул к себе, положив свои руки ей на бедра, озорно смотря ей в глаза. – Найди такого же красивого парня и потанцуй с ним. – Ну, я думаю, что этот красавчик уже нашел меня сам. — ответила Гермиона, и в ее глазах заиграло веселье. Фред ухмыльнулся еще шире и наклонился, быстро поцеловав ее губы. Он свободно сжал ее руку в своей и вывел на середину танцпола, прежде чем начать танец. Они сделали первые шаги вместе, и Гермиона издавала счастливый смех каждый раз, когда Фред кружил ее, наслаждаясь его близостью и простым счастьем, которое, казалось, излучало все вокруг. Она знала, что завтра уедет и, скорее всего, может никогда не вернуться, но в этот момент просто позволила себе в полной мере насладиться этой жизнью. Другого шанса у нее уже может не быть. – Я когда-нибудь говорил тебе, как сильно я люблю, как ты танцуешь? — спросил Фред, внезапно притянув ее к себе. Песня была быстрой и ритмичной, но Гермиона позволила ему увести себя в гораздо более медленный, лиричный танец. Его руки сжали ее талию, а голова склонилась к ее уху. Гермиона прижалась к его телу, думая только о том, как сильно она связана с ним, и что она никогда не хотела бы его покидать. – Я не помню, но спасибо. – весело ответила она. Гермиона держалась так близко к нему, как могла, закрыв глаза и запоминая, каждую деталь этого момента: чувства, запахи, звуки. – Извини за такую ​​грубую оплошность. — пробормотал он ей в волосы, снова проводя носом по ее кудрям. – Мы уезжаем завтра. – внезапно выпалила Гермиона, и сама удивилась этому признанию. Фред резко замер, напрягшись всем телом. Он быстро сумел скрыть это и продолжил танцевать, но Гермиона чувствовала его беспокойство. – Дамблдор оставил Гарри задание. Мы должны сделать его в одиночку, и если мы сможем его закончить, он сможет убить Сам-Знаешь-Кого. – Гермионе не хотелось еще больше омрачать обстановку таким злым именем. – Хорошо. — сказал Фред через мгновение, но было ясно, что он не понял. – Я знаю, это внезапно, и я хочу, чтобы ты знал, что я готова к тому, что ты не будешь меня ждать. Я на самом деле не ожидаю, что приду... – он остановил ее, приложив длинный палец к ее губам. Гермиона подняла глаза и обнаружила его тлеющие глаза на себе. Взгляд заставил ее затаить дыхание. – Гермиона, как ты могла даже подумать об этом? — спросил он очень тихо, ей пришлось напрячься, чтобы услышать это. – Я люблю тебя, Гермиона. Ни за что на свете я не позволю тебе уйти от меня. – его рука опустилась с ее бедра на руку, крепко сжав ее в своей и нащупывая кольцо, которое она носила. – Я дал тебе это не из-за какой-то мимолетной прихоти. Я люблю тебя, Гермиона, и я имею в виду, что буду любить тебя вечно и всегда. Больше никого нет, никогда не было и никогда не будет. Я с тобой на всю вечность. – Фред откинул прядь ее волос назад, и его глаза излучали нежность и такую непостижимую любовь. – Ты более чем стоишь любого ожидания. Сразу же после этого произошло нападение, и Гермиона исчезла, даже не успев попрощаться с Фредом. Видение исчезло с той же внезапностью, что и появилось, и Гермиона вернулась к реальности с содрогающимся вздохом. Она в шоке схватилась за Фреда, когда ее ногу пронзила невероятная боль. Гермиона наконец все поняла, и шок от ее нового осознания оставил ее совершенно безмолвной. Фред не был тем, кто бредил. Это была Гермиона. Она крепче схватилась за него, прежде чем прижаться к его губам в отчаянном поцелуе. Боль в ноге заставила все вокруг нее помутнеть. Гермиона не была уверена, что происходит, но она знала одно. Сейчас она не уйдет, как в прошлый раз. Гермиона обхватила его шею, встретившись глазами с его и прошептала всего пять слов. – Я люблю тебя, Фред, прощай. – а затем ее поглотила нависшая тьма.