Глава 6. Часть 1. Испытание человечности

      Слишком поздно.       Кто бы мог подумать, что дядюшка оставит её в таком критическом положении. Временный госпиталь, в который переоборудовали поместье одного из погибших волшебников, кишел людьми. Грядущей ночью сюда прибудут сторонники Гриндевальда, и Морган Бенгель со своей маленькой спутницей должен достать документы прежде, чем это произойдёт, иначе важные бумаги могут ускользнуть из их рук. Гриндевальд опасался, что первым делом при атаке нужные ему сведения уничтожат – не доставайся же ты никому. Записи о поступавших в госпиталь и об их дальнейших перемещениях были крайне ценны – эту мысль дядюшка хорошо донёс до Рейны.       Но теперь Рейна стояла в полном одиночестве, и от выхода её отделял обвалившийся каменный потолок библиотечного крыла. Из-под обломков в её импровизированное укрытие в виде склонённых крепких шкафов проникал дым зарождающегося пожара. В ушах стоял гул – Рейну угораздило попасть под обстрел, только в этот раз она сама согласилась отправиться в гущу событий. И с ней не было тех, перед кем стоило храбриться – соседских малышей. Мамы. Дядюшки.       Никакого душераздирающего зрелища перед ней не возникло, только груда обломков и полутьма в её крошечном закутке. Паника расползалась изнутри, переплетённая с мыслями о том, что Рейна подвела дядюшку, и скоро здесь окажется толпа взрослых волшебников.       Она коснулась ладонью прохладной стены позади и попробовала медленно дышать. Сердце стучало где-то в горле… Как она теперь найдёт эти записи? Теперь все бумаги погребены надёжнее, чем что бы то ни было. Рейна шумно выдохнула, срываясь на стон.       Кто-то хрипло закашлялся совсем рядом, и из-под каменных обломков раздался слабый голос:       – Мисс Ченслер, вы здесь? С вами… всё в порядке? – и опять зашёлся в надрывном кашле.       Это был помощник лекарей, приставленных к госпиталю. Очарованный присутствием девушки, он вызвался провести для неё экскурсию по поместью, пока у них было в запасе время до поступления следующей партии раненых.       Рейна потянулась вперёд, опустила ладони на пол и тут же одёрнула, вытирая их о платье как можно скорее. Из накренённого шкафа струйкой разливалась бесцветная жидкость.       – Тобиас, вы целы? – негромко спросила Рейна, когда тишина затянулась.       – Вроде бы, – ответил голос. – Моя палочка… не могу её найти. Вы можете позвать на помощь?       Она промокнула рукавом лицо и приподнялась, цепляясь за выступы шкафа. Всё внутри дрожало, как от слишком сильного зелья бодрости, выпитого на пустой желудок. Ей очень везло с укрытиями в подобных ситуациях.       Рейна не чувствовала вины – во всяком случае, сейчас. Только тошнотворную тяжесть от понимания, что дела пошли наперекосяк. Не так, как хотел дядя. Не так, как она обещала себе. Он доверился ей, а она даже не смогла отделаться от назойливого студента-лекаря. Тобиас никак не хотел оставлять её, а теперь-то уж точно никуда не двинется с места, придавленный обломками.       – Пожалуйста… если вы ранены, скажите… Я… могу что-нибудь…       Рейна нахмурилась, вслушиваясь в его голос. Он задохнётся от дыма, если его не вызволить. Вместе с тем он сам предлагал помощь – привычка того, кто обычно вытаскивает других из беды.       – Боюсь, что нет, – сказала девушка холодно, будто отказывая в приглашении на танец. Дядюшка учил сперва думать о себе.       Она развернулась к стене, раздумывая, как выбраться отсюда, и пытаясь не обращать внимания на доносившееся до неё бормотание Тобиаса. Под каблуком в образовавшейся луже что-то щёлкнуло. Едва слышно, но магия ударила по воздуху, как электрический разряд. Рейна испуганно вздрогнула, готовясь к неизвестности, и по полу вокруг её ног поползли к каменной стене тонкие, словно выжженные линии. Они подсветились и затихли. Это мог быть защитный механизм, полноценная ловушка. Её сердце ускорило бег. Будет ли приятным прощальный подарок хозяина поместья?       Что-то звонко затряслось в шкафу. Разбитые склянки? Опасно туда заглядывать, но… Рейна опустилась ближе. Панель снизу приоткрылась – не до конца, достаточно, чтобы почувствовать дуновение сквозняка. Холодного, как из склепа.       Она медленно присела, положив ладонь на нижнюю часть шкафа. Тепло руки заставило гладкий камень отозваться. Щёлк. Панель открылась чуть сильнее.       – Люмос, – шепнула Рейна, освещая волшебной палочкой темное отверстие. Там оказались высокие тонкие ступеньки, по кругу уводящие вниз. Поблёскивают от влаги… Будет скользко. Но это потом.       Мысль о проходе придала уверенности. Рейна бросила взгляд в сторону завала и решила, что теперь у неё есть время на заботу о других.       – Я сейчас помогу вам, Тобиас.       Оставлять его здесь – равносильно приговору. Она засунула руку вовнутрь и убрала тяжёлую каменную дверцу, с трудом поддавшуюся из-за своего веса. Снизу повеяло сыростью подвала, и стало легче дышать. Так у них будет больше времени. Дым тут же начал стелиться ниже, прокрадываясь к открытой выемке в шкафу.       Рейна застыла, ловя слухом каждое движение под обломками. Тобиас дышал тяжело, с паузами. Она с жалостью поняла, как он старается не закашлять – чтобы не испугать её или не пошевелить чего-то лишнего.       Согнувшись, волшебница медленно подошла к завалу, осматривая его. Камни упали так, что создавали опасную арку над грудной клеткой Тобиаса, и любой неверный толчок мог её обрушить.       Она прижалась щекой к шкафу и, заглянув в щель между камнями и балками, увидела молодого мага. Прижатый сверху, тот лежал на животе с закрытыми глазами.       – Я нашла вас, не двигайтесь, – сказала Рейна.       Осторожными движениями она отлевитировала в сторону несколько небольших камней, бывших частью арки, и под углом сдвинула конструкцию вбок.       – Нога свободна, – хрипло произнёс Тобиас, – я могу подтянуться…       – Не надо. Я справлюсь. Осталось плечо, – добавила девушка.       Больше всего Рейна боялась сделать хуже. Ей ещё не приходилось становиться причиной смерти людей… по крайней мере, насколько она знала.       Горло нестерпимо горело, где-то вовсю полыхал пожар, и дым постепенно затягивал укрытие. Закашлявшись, Рейна оторвала подъюбник платья, заклинанием намочила его и повязала на лицо.       Раздался грохот – это свалились в кучу книги, и Рейна увидела, что длинная каменная полка выпала из шкафа, не расколовшись.       – Вингардиум левиоса.       Полка послужит отличной опорой для завала на некоторое время, если Тобиас выберется. Когда Тобиас выберется, поправила себя волшебница. Она осторожно протиснула её вперёд и опустила рядом с его головой. С другой стороны балку крепко держал завал, а вот здесь…       – Я подниму балку с плеча в воздух, а вы цепляйтесь за мою руку и отталкивайтесь ногами от пола. Кивните, если поняли.       – Угу, – отозвался Тобиас.       Рейна перевернула каменную полку и, пытаясь ничего не задеть, плотно засунула её под конец балки, между плечом мага и полом.       – Сейчас, – быстро сказала она и произнесла заклинание, попутно протягивая руку.       Балка приподнялась на считанные дюймы, посыпалась пыль и щепки. Тобиас, сжав зубы, рванул вперёд, опираясь на локоть. Его ладонь нашла руку Рейну, пальцы соскальзывали, но девушка удержала их. Он вытянулся из-под обломков слишком резко – и волшебники повалились на груду книг. Несколько секунд оба молчали, просто дыша.       Тобиас первым нарушил тишину – коротко и хрипло закашлялся, прикрываясь рукавом. Рейна вежливо отвернулась, выжидая, пока он восстановится.       – Простите, мисс, – тихо проговорил молодой лекарь, неверяще глядя в светло-карие глаза Рейны, когда она посмотрела на него.       Та зарделась. Ей было очень неловко. Он нависал над ней слишком близко – и пах дымом, потом и травами. Запах этот, казалось, принадлежал чужому миру, к которому Рейна не хотела бы прикасаться ни за что в жизни.       Нахмурившись, она положила ладонь на его грудь.       – Простите, – повторил Тобиас.       Его смущённый взгляд метнулся в сторону, и он с удивлением заметил уводящий вниз тёмный проём в шкафу.       – Нам туда, пока мы не сгорели. Больше выходов я не нашла, – глухо сказала Рейна. – Вы можете идти?       Тобиас медленно сел, держась рукой за плечо.       – Могу, – кивнул он.       – Нам пора выбираться, – волшебница покосилась на проём. – Ступеньки там мокрые.       – Тогда позвольте мне идти впереди, чтобы я не упал на вас. Снова.       Лестница уводила вниз опасной спиралью. Камень был влажный, поросший мхом – и тонкие линии слабо мерцали, когда на них ступала нога. Символы напоминали какое-то сложное заклинание из дядюшкиного «Сборника сочинений». Рейна старалась держать палочку повыше, чтобы источаемый ею свет показывал дорогу впереди, и получше разглядеть очертания символов у неё не получалось.       Вдруг Тобиас пошатнулся и, не удержавшись, осел на ступени.       – У меня есть рябиновый отвар, – сказала Рейна, сохраняя дистанцию.       – Не стоит, – ответил Тобиас. – Я просто надышался гари. Хорошо хоть, пятки не подпалило. Ботинки я всё равно стянул, иначе не пролез бы… – он снова закашлялся. – Чёрт.       – Вы умираете?       – Нет, – усмехнулся молодой лекарь, – разодрал руку. Посветите палочкой поближе, чтобы я обмотал рану? Пожалуйста.       Рейна подчинилась. Тобиас сел поудобнее, вытаскивая небольшой свёрток бинта из кармана, и раненой рукой задел ступеньку. Похоже, на камень попала кровь, и выжженные линии загорелись ярче, но лишь на доли секунды. Рейна изучающе посмотрела на Тобиаса, который даже не заметил произошедшего, занятый своей рукой. Успокоившись от переполоха наверху, волшебница воспользовалась паузой и стянула с лица повязку.       В конце лестницы их ожидала ничем не примечательная деревянная дверь. Рейна хотела проверить её на наложенные чары, но сомневалась, стоит ли рисковать, когда с ней увязалась такая компания. Тобиас бесстрашно толкнул дверь, вперёд пролетел магический сгусток света, и молодой лекарь вывалился из проёма в большой, залитый водой подвал.       – Зараза, вымочил н-ноги…        Одна из стен была обрушена, из этого пролома вода текла на каменные плиты, превращённые в зыбкое чёрное зеркало, отражающее свет. Рейна произнесла заклинание, способное поглотить воду, и тёмные спирали устремились к её волшебной палочке. Когда всё было кончено, плиты посерели, обнажив сеть трещин... Нет, это тоже оказались символы.       Рейна с опаской шагнула с лестницы. По углам подвала виднелись старые деревянные стеллажи, накренившиеся от времени, с полупустыми мутными банками и хирургическими инструментами, которые после дядюшкиных книг ни с чем не перепутаешь.       Тобиас пошатнулся, ухватился за полотно на стене, но оно тут же сползло на пол. Рейна взяла лекаря под локоть, чтобы помочь стоять, и сказала:       – Не спешите. Тут может быть всё, что угодно.       Он кивнул. Чересчур бледный… От отравления дымом Рейна средств не знала.       Вдоль стены под слоем ткани пряталась ниша. В ней был укрыт стол с медным котелком, множеством колб из-под зелий и тёмным свёртком посередине, напоминавшим очертания человеческого тела. Воздух вдруг стал невыносимо затхлым, будто волшебники потревожили подвал своим присутствием, и теперь тот был недоволен.       Тобиас тихо застонал, прикоснувшись пальцами к виску. Он покачнулся, и Рейна поддержала его.       – Вы должны передохнуть, сэр, – попросила девушка, утягивая его к ближайшему ящику, крепкому на вид.       – Я бы выпил воды, – глухо сказал Тобиас. Едва сев без возражений, он прикрыл глаза и опустил голову перед собой.       – Я поищу чашу, – ответила Рейна, но отправилась к нише.       Ей не терпелось раскрыть тайну тёмного свёртка. Тот лежал аккуратно, недвижимый. Рейна украдкой бросила взгляд наверх, прежде чем трогать его. На стене, прямо в углублении ниши, красовался тёмный магический след, как будто кто-то в спешке избавился от начертанного знака. Контуры округлых линий напоминали ритуальную пентаграмму.       Резким движением Рейна дёрнула край ткани, и с влажным хлюпаньем содержимое вывалилось на стол. В нос ударила вонь гниющей плоти. Пальцы, волосы… Девушка отпрянула, цепляя тканью медный котелок и всё, что стояло вокруг. Волна ужаса захлестнула её, но звон разбитого стекла вмиг вернул Рейне рассудок.       – Мы должны выбираться отсюда, – одними губами прошептала она.       Тобиас не ответил – ссутулился, безвольно склонил голову. Рейна кинулась прочь, срывая полотна с оставшихся стен в надежде найти другой путь. Ничего. Она отчаянно обернулась к разлому, из которого струилась вода. Кажется, там виднелся проблеск света…       Сделав глубокий вдох, Рейна забралась на камни и, цепляясь за них, начала ползти выше. От воды пальцы заледенели, сапоги утопали в глине. Но воздух становился свежее, шум от возни на поверхности – громче. После обрушенной кладки угадывался тоннель. Не канализация, но и не место, где хозяин избавлялся от неудачных экспериментов.       – Мисс Ченслер, – раздался позади встревоженный голос. Тобиас зашевелился и попытался встать.       – Мы уходим, – решительно сказала Рейна. – Немедленно.       Пока он шёл вдоль стены, тяжело дыша, девушка спустилась и осторожно посмотрела на стол в нише. То, что она приняла за разделённое на части тело человека, не было… полным набором. Как будто хозяин примерялся, какой кусок плоти подойдёт для его целей лучше.       Они выбрались из тоннеля рядом с покосившейся беседкой во внутреннем дворе. Вода медленно вытекала из пруда, развороченного взрывом немецкой бомбы. Предзакатный солнечный свет показался Рейне ослепляюще ярким, а перед лицом мельтешили вспышки рваных и нестабильных заклинаний щитов. Они запоздало укрепляли воздвигнутый над госпиталем купол, который то и дело расползался под ударами снарядов.       Во дворе царила неразбериха. Маги, перепачканные и окровавленные, перекрикивались друг с другом, кто-то тащил носилки. Рядом с обугленным деревом сидела ведьма, отстранённо смотря на свои наспех перемотанные руки.       Тобиас остановился, утирая пот со лба.       – Я обязан приступить к… – он пошатнулся, задевая Рейну, и схватился за голову, – простите. Мне необходимо вернуть вас мистеру Бенгелю и доложиться доктору Уитмору. Пожалуйста, вернёмся в здание, если это возможно.       – Я помогу вам идти, – сказала Рейна, ощущая стыд после увиденной паники вокруг. Невзирая на то, где ей пришлось побывать, её мантия и платье всё ещё выглядели хорошо, а сама она оставалась цела и невредима.       Они прошли по дымящейся кромке двора вокруг поместья, а потом поднялись к главному входу. На крыльце лекарь сосредоточенно направлял палочку, вытягивая осколок из бедра раненого аврора. Аврор провожал их взглядом, и Рейна постаралась с ним не встречаться.       Из глубин коридоров доносились отрывистые команды, хлопки чар, негромкий стон. На втором этаже они столкнулись с одним из волшебников с ящиком в руках, которого Тобиас окликнул:       – Уилл, где доктор Уитмор?       – Эвакуирует кабинет, – сказал тот, сбегая по лестнице. – Подсоби с медикаментами, здесь теперь небезопасно.       – Принято, Уилл, – ответил ему вслед Тобиас и рукой позвал Рейну за собой. – Ранеными занимаются. Идём в хранилище, мисс, там не помешают лишние руки. Могу я доверить вам склянки с зельями? Нет, такое разбить опасно, а вот собрать записи…       – Какие записи? – с тревогой спросила Рейна, не сумев сдержать интерес.       – Реестр поступивших, больничные листы в основном, – отмахнулся Тобиас, явно почувствовавший себя лучше. – Надо было начать экскурсию оттуда, да, мисс Ченслер? – он обернулся к ней с дружелюбной усмешкой, не сбавляя шага.       У Рейны заполыхали щёки, будто её уличили во вранье.       – Ваш дядя должен быть где-то в доме, если на улице мы его не встретили, – сказал он чуть тише, неправильно истолковав её смущение. – Не волнуйтесь, мисс, он обязательно найдётся.       Хранилищем выступала одна из небольших комнат, отведённая под нужды лекарей. Здесь они разместили личные вещи, документы, оборудование, запас мазей и зелий.       – Тут должны были оставить справочник по лечению ожогов, – указал лекарь на нижний ящик. – Пригодится, если поток раненых не утихнет. А этого, увы, не случится.       Тобиас раздавал Рейне мелкие поручения, пока она опустошала ящики и перебирала записи. Он не поднимал глаз – говорил терпеливо, расставив приоритеты, и своя жизнь явно не стояла у него на первом месте, хотя было непонятно, действительно ли он оправился после отравления. В этом было что-то по-настоящему взрослое. Рейна смутилась – она никогда не спасала жизни чужих для неё людей, даже не пыталась. Только безропотно наблюдала, как дядюшка отнимает их. Тобиас, глупец, ты можешь совсем скоро стать одной из его жертв. Ты привёл сюда Рейну, и если она найдёт искомое, тебе несдобровать. Но если она спрячет бумаги как следует…       – Этот дом полон секретных ходов, которые ведут в несуществующие комнаты, – сказал Тобиас как бы между делом, не глядя на девушку. Будто заполнял тишину, изрядно действовавшую ему на нервы.       Рейна подняла взгляд от очередного ящика. Лекарь отвлёк её от важной работы, но… О чём это он?       – Тупики, – пояснил Тобиас, усмехнувшись. – У нас не было возможности исследовать их все. Нам просто требовалось больше комнат для размещения пациентов, тут не до архитектурных загадок.       Он закашлялся в кулак, явно не до конца оправившись, но в его голосе звучало оживление – как у человека, который снова чувствует почву под ногами.       – Как вы, мисс Ченслер? – спросил он после. – Уверен, приключение не самое приятное для юных мисс.       – Лучше, – коротко ответила Рейна.       Она не стала уточнять, что нашла в подвале следы запретного ритуала. Её пальцы перебирали страницы документов, пока взгляд не зацепился за аккуратную обложку без надписи, под которой прятались скреплённые листы, отличавшиеся размером.       Внутри – написанные мелко и разборчиво списки и столбцы. Даты поступления и причины. Имена. Краткие данные и диагноз. Переводы с подтверждающей печатью об отбытии – у многих. Сколько же волшебников помогает маглам выжить в этой войне… Значит, Гриндевальд считает их предателями? Вот в чём заключалось её задание. Их, их задание.       – Спасибо, что спасли меня.       Рейна, вздрогнув, обернулась – лекарь стоял совсем рядом и смотрел на неё со всей серьёзностью.       – Сэр?.. – она сделала шаг назад.       – Вы рисковали собой, хотя уже нашли выход, – сказал Тобиас. – Да, пусть меня и кружило, я всё понял. Спасибо, мисс.       – П-пожалуйста, – робко ответила Рейна. Её руки, державшие чей-то больничный лист, выскользнувший из общей папки, затряслись, и девушка отвернулась.       – Вы учитесь в Хогвартсе, верно? Должно быть, ваш факультет – Гриффиндор, иначе я не могу объяснить такую смелость, – не отставал тот.       Он говорил с таким теплом, что Рейна ощутила укол совести. Её желание помочь ему было продиктовано скорее расчётливостью, которая в итоге дала плоды. Она не звала на помощь, что уже было сомнительно, а когда отыскала ход – можно было бросить лекаря в объятья ловушек или других врагов. Мало ли, что ещё пряталось в тенях подвала. Или всё-таки…       – Вы хороший человек, мисс Ченслер, – произнёс Тобиас, заглядывая через её плечо. – Так, вы всё нашли. Отлично, вы молодец. Война рушит мир, и порой всё, что от нас остаётся, – это имя в заметках. Люди исчезают, мисс Ченслер. И мы совершаем великое дело, сохраняя память о них хотя бы так.       Рейна с благодарной улыбкой посмотрела на него, принимая похвалу, и почти рассмеялась, увидев, какой светлой надежды и радости полны его глаза, как если бы он сам выполнил их с дядюшкой задание или спас всех находившихся в госпитале.       – Если что-то пойдёт не так, – вдруг доверился ей Тобиас, – эти записи… не дайте им пропасть. Вы ведь их сохраните, да? Их обязательно нужно передать доктору Уитмору.       – Авада кедавра.       Зелёная вспышка разрезала воздух. Тобиас рухнул без звука. Его глаза всё ещё были открыты – в них померкла светлая надежда, которая только что была обращена к ней.