"С днём рождения, моя славная девочка!"

— Это же надо! Взрослые люди, а ведёте себя так тупо! Вы ваще что ли не соображаете?! — Кри сердито отцу плечи мазала согревающей мазью с утра пораньше.       Обнаружила обоих утром возле входа в паровую комнату, на каменном полу лежали. Конечно же проснулись с зажимами и болями, проведя всю ночь на твёрдой поверхности. — Это очень безответственно. Нельзя в таком слабом состоянии так безответственно к собственному здоровью относится, — Сын Саторо на лежащей Дивиан стоуны раскладывал. Щупал пальцами мышцы, определяя болевую точку и аккуратно размещал горячий плоский камень, доставая из круглой железной кастрюли. — Ещё и после паралича, мам! Ладно папа не соображает, но ты-то чего? А ты какого хрена на пледе разлёгся? Чуть не задохнулся днём… — Да я в порядке, малышка! Просто размяться… — Сиди, давай! — Кри сердито отца в лопатку ткнула, когда развернуться хотел. На месте замер, и продолжила размазывать вонючий бальзам. — И в кровать потом. Надо же, чтобы согрелся, да? — Мазь сведённые мышцы разогреет, но если в тепле будет, то быстрее. И стоуны бы приложить, — мальчик хмуро кивнул. — И руку бы лучше пиявками… — Не-не, там С Лампочкой наши лекарства привёз, я повязку поменяю… — Да хватит уже выделываться! Как дитё! — Кри с раздражением выдохнула. Руки о плед вытерла и протянула отцу кофту. — Маме пиявки хорошо помогают, я ещё вчера заметила, когда меняли. И тебе быстрее восстановят. Не выёбывайся! И хватит тупить! А если бы во сне в комнату перекатился? Ты головой думаешь или жо… — Почему красный сбор не выпила на ночь? — Сын Саторо грозно полной колбой встряхнул.       Дивиан аккуратно плечами пожала: — Забыла. — Мам, ты серьёзно?! Вы ваще что ли?! Ты почему ей не сказал?! — сердито кулаки сжала, прорычала в бешенстве. — Да что вы оба?.. Ты, — на отца пальцем указала, — в кровать, согреваться. А ты, — к маме подошла и баночку с прозрачной жидкостью подхватила, — выпей! Надо сразу, как проснулась.       Дивиан виновато улыбнулась. Пришлось ей голову придержать, чтобы смогла выпить. — Пошли, повязку поменяем, — Сын Саторо недовольно на Гэвина глянул, забирая рюкзак с медикаментами. — Да не… — Пап!       Макушку почесал и следом пошёл за врачом. — Вы будто оба не хотите быть здоровыми. Идиотство какое, — вздыхая, Кри мать укрыла одеялом. — Мне тут с тобой что ли спать, чтобы контролировать? — Не надо. Мы правда забылись немного, заболтались. Ты как? Выспалась? — Дивиан аккуратно ладонь сдвинула. Кри тут же сжала руку. Приятно было, когда мама так крепко в ответ сжимала. И улыбалась, и говорила. Ещё бы не вела себя так глупо! — Конечно выспалась, не я ж на голом полу всю ночь лежала, а потом вставала с кряхтением. Глупо, мам! — Глупо. Прости.       Вздохнула и по голове Дивиан погладила. — Обещай больше так не делать. — Обещаю. Ты поела? — Все вместе поедим, когда отдохнёте. — Пять минут… — Лежи давай! Отдыхай!       Пальцем матери пригрозила и ко входу отошла, высматривая, не сбежал ли отец от врача и не прячется ли где-то, дожидаясь, пока дочь угомонится. Это, безусловно, было бы верхом идиотизма, но они тут ночь на камнях провели, так что именно идиотами и были… — Гонки. Папа сказал, что там условия… — Забей, — Кри с раздражением плечами повела. — Пошли они на хуй со своими гонками, сраные говнюки. В жопу их спидеры и их условия! Я сразу ушла, как сказал! — На буй, — согласилась Дивиан. Улыбнулась печально. — Прости, что меня рядом не было. Ты такое пережила… — Ты такое пережила! Этот совсем же поехавший! Он сам с собой разговаривал, видела? — Слишком поздно заметила… — Мать вздохнула тяжело. — Расскажи, что было. — Ты расстроишься. Давай потом. — Расстроюсь. Но давай сейчас. Буду больше волноваться и думать.       Кри попыталась оценить состояние не восстановившейся ещё женщины и придумать, как бы ей так рассказать, чтобы сильно не переживала. — Только честно расскажи. Правду. Договор? — опять ладонь раскрыла, подзывая к себе. — Ма? — Девочка, — мама улыбнулась, — расскажи всё.       Кри вздохнула и кивнула. Подошла и села на кровать. Руку пожала: — Ты тоже расскажи. Честно.       Ответное пожатие и мягкое поглаживание по ладони.       Кри рассказала про отбор. Рассказала про звонок на Варгас, про прилёт на базу и про комнату, где искала способ убить урода. Хоть в какой-то части её истории мама улыбнулась. Стиснула руку дочери и прошептала «горжусь». Её рассказ про обман Плохого Мужчины расстраивал и непонятный эксперимент с огоньками тревожил. Но Дивиан никаких последствий не чувствовала: ни видений, ни кошмаров не было. А вот то, что на Гевальт вернулись, ей слегка нереальным казалось. — Когда энергия вернётся, то поймёшь, что реально. Чувствуешь её? — Внутри – нет, а снаружи – да. А ты? — Ещё как! Мне её выпустить охота! Но боюсь, что разнесу тут всё. — Тут не надо, но дальше есть небольшая площадка с естественным барьером. Там можно тренироваться. Сходи с Рей! — Мы с тобой сходим. Как поправишься, — Кри мягко улыбнулась и аккуратно обняла Дивиан. Почувствовала мягкий поцелуй в висок и хихикнула. — Люблю тебя, Кри. С днём рождения! — Я тебя люблю, мам. Но больше не тупи! — как можно строже посмотрела на счастливую женщину. — Не буду. — И за папой следи! — Обязательно. А ты за Рей приглядывай. — Там Коннор её пасёт, — рукой махнула. — Цапаются, как пятилетки. — Флиртуют. — Это не флирт, ма. Вот ты смешная! — Кри засмеялась и головой покачала. Прекрасно уже знала, что такое флирт и комплименты. У тёти с дядей ими даже не пахло — больше раздражения было и недовольных переглядываний. — А что тогда? — Притирки. Оба границы метят, за авторитет бьются. Очевидно же!       Дивиан плечами пожала, не особо веря. Порой была такой наивной. Кри аж в порыве в щёку чмокнула маму. — Отдыхай. Я гляну, как папа, и вернусь быстро.       На ноги вскочила и побежала вниз по лестнице. Хотела узнать, сколько ещё Дивиан с камнями лежать. Внизу на площадке столкнулась с Сыном Саторо. — Как?.. — Священные пиявки поставил. Мазь греет. Сказал, что полежит минут десять. Это максимум, на который он согласился. Очень упрямый, — врач недовольно головой покачал.       Кри вздохнула: — Есть такое. А маме сколько лежать со стоунами? — Как остынут, то можно снимать. И мазь нанести. И лекарства… — Я прослежу! Всего на ночь расслабилась, а они… — Согласен, несерьёзно, — Сын Саторо кивнул и ухмыльнулся. — Ты на них ругалась. Впервые видел, чтобы на старших ругались.       Кри немного стыдно стало. Она не то, чтобы ругалась, просто родители себя так вели глупо, что надо было их на место поставить и донести главную мысль: здоровье было в приоритете, а не болтовня под звёздами. — Я не то, чтобы… Я не всегда ругаюсь на них… — слегка покраснела даже, оправдываясь. — Просто… — Безответственно себя вели. Я понял. Это правильно было, конечно. И…впечатляет, — макушку почесал и в сторону глянул.       Кри ещё больше покраснела. Только уже не от стыда. Будто даже приятно было впечатлить такого серьёзного парня. Руки в карманы засунула и слегка на пятках качнулась. — Ну так, надо присматривать за ними, а то ма может и из паровой выйти, или па, не дай Космос, туда зайдёт… — Могут так? — врач тут же нахмурился. Недовольно губы сжал и назад оглянулся. — Я тогда лучше тоже пока тут побуду. Присмотрю за твоим отцом. Он что-то на вашем говорил, пока я пиявок накладывал. Не смотрел даже. Может снять? — на Кри с беспокойством посмотрел. — Не думаю. Но… — и сама засомневалась. Вроде к маминому лечению отец более серьёзно относился, чем к своему. Мог же и стащить повязку. — Думаю, что тебе лучше остаться. — Да, останусь. — Сын Саторо кивнул, разворачиваясь. — Я тогда пока за мамой присмотрю, — Кри тоже обратно пошла. Вспомнила и громко крикнула в спину врача. — Там еда в деревянном ящике! Мы попозже завтракать будем. Возьми себе тоже, а то у меня дядя не ест! — Почему? Ему надо есть! Не нравится?       Кри даже по началу не нашлась с ответом. То, что Коннор был не совсем человеком местные, видимо, не догадывались. Сам же андроид в силу не знания языка тоже им сообщить не мог. А Кри не считала себя в праве о личном других рассказывать. Да и не уверена была, как местные после такой новости к Коннору отнесутся. На Той Стороне были такие люди, что не очень уважали очнувшихся андроидов. Стоило этот вопрос у мамы уточнить.       Поэтому плечами пожала: — Нет! Он своим питается! С корабля!       Развернулась и к паровой побежала. Не обманула. Правду сказала. Как и планировала на Гевальте.

***

      Гэвин лежал на матрасе, лицом уткнувшись в подушку. Старался не шевелиться, чтобы со спины не сбросить плоские тёплые камни, и не думать о той мерзости, что на предплечье примотал сердитый пацан. Дожил: мало того, что добровольно согласился на подсадку пиявок к ране, так ещё и выслушал с утра пораньше лекции о своём глупом поведении от детей. Кри, конечно, больше на эмоциях отчитывала, а парнишка его авторитетом подприжал: расписал последствия для организма от ночёвки на камне — и скованность мышц, и переохлаждение, и даже эректильную дисфункцию приплёл, как одно из возможных последствий. Рид, конечно, подмёрз к утру — всё ж в горах ночью свежо было — и тело побаливало от сна на твёрдой поверхности. Но очень надеялся, что угроза его члена не коснётся. Вроде как дорожил этим функционалом. Дивиан обещал опять же, когда поправится…       «Ди очнулась», — улыбнулся, вспоминая, как смотрела на него, как дочку обнимала, как «люблю» сказала. Даже не думал, что так не хватало её голоса, её улыбки, разговоров с ней. Простая фраза, горящий взгляд и её «хочу обнять тебя, Гэвин» — даже хихикнул, вспоминая. Таким теплом внутри разливалось, что голову кружило, и губы непроизвольно тянуло. Ни гнева, ни обиды не чувствовал. Лишь большое облегчение и спокойствие внутри.       Ди без энергии себя хорошо чувствовала, нормально двигалась, здраво рассуждала, а, значит, совсем чуток осталось и обнимутся, совсем скоро воссоединятся и опять заживут. Начнут свою новую жизнь. Улетят… — Как плечи? Не сводит уже? — молодой врач вернулся и аккуратно приподнял одеяло, камни свои потрогал. — Да больше паники навели. Я бы размял и… Ох, блядь! — пацан на какую-то точку на пояснице нажал. В шею прострелом пошло. — Массаж будет лучше… — Ну уж нет, обойдусь! — Рид ещё не отошёл от того, что его вчера андроид всего обслюнявил, делая искусственное дыхание. К тому, чтобы крупный мальчишка ему поясницу мять будет, готов не был. — Как моя жена? — Девочка, Рождённая в Двух Мирах, за ней приглядывает. Отдыхает. Сказала, что не ели ещё. Это неправильно — надо режим соблюдать особенно восстанавливающемуся организму… — Да я понял! — Очередную лекцию от пацана слушать не хотелось. Повёл аккуратно плечами, чтобы прочувствовать. Уже не болело, так остро. С должной осторожностью терпимо было. — Так, десять минут прошло… — Восемь с половиной. Лежи, — мальчишка Риду на загривок надавил, аккуратно, но настойчиво. — Достал, — пришлось Гэвину замереть. — И на пледе сидеть перед входом плохая идея, — пацан ворчание проигнорировал. — Желтоглазая не в критичном состоянии, а для мужского организма сидение на каменной поверхности грозит проблемой для деторождения… — Хватит! Это реально уже… Заканчивай про мои яица говорить! — Я не только про них. Я про всю систему… — Я понял! Всё!.. Лучше посмотри в ящике, есть что-то сладкое?       На удивление врач с ними спорить не стал, только уточнил, вызван ли такой интерес слабостью и состоянием здоровья. — У дочери день рождения. Обычно сладкое едим.       Обычно они и подарок готовили, собирался бластер с ней вместе выбрать в оружейном, но так получилось, что в этот раз без подарка осталась. Хотя пробуждение матери могло таковым считаться. — Есть мёд, но я могу попросить привезти торт. — Неее, не говори никому, — Рид аж скривился, представляя шумиху, которую местные поднимут, если узнают о празднике. Им же тут только повод дай собраться со своими обнимашками и поздравлениями. Всего Гэвина в полуобморочном состоянии вчера обтискали, радуясь очнувшейся Желтоглазой. — Опять шуметь будут, приедут все. — Скорее всего. А вам покой нужен. — В сумке привезли пирожные с шоколадом, их достань. — Полезные? Из чего они? Вдруг Желтоглазой нельзя… — Не нуди. Десерт, как десерт. Всё, — плечами повёл, приподнимаясь. — Убирай свои камни. Мне к семье надо.       Со вздохом, но и камни убрал, и сладкое сложил Риду на собранный завтрак. Зачем-то напомнил, чтобы Гэвин не трогал повязку на руке и отпустил к паровым комнатам.       Не в традициях Ридов было как-то торжественно дни рождения отмечать. Появление дочери, хоть со временем и стало самым лучшим, что Гэвин за свою долгую жизнь делал, но сам тот день был слишком тяжёлым по воспоминаниям и мутным. Собственная дата рождения вела отсчёт времени, за которым Рид наблюдать не хотел, а Ди так вообще не помнила, какой конкретный день был. Когда-то неопределённо отмахнулась от настойчивого Хэнка, назвав первое число весны, а потом сама же удивлялась, когда подарки притаскивал или звонил, поздравляя.       Поэтому ничего особенного не ожидали и не планировали. Спокойно позавтракали втроём, а потом подошедший Сын Саторо провёл с Ди какие-то упражнения на восстановления энергии. Гэвин даже сам руками помахал и ногами подёргал, стоя при входе и подбадривая своих женщин. После обеда успел перехватить группу местных, направляющихся к паровой комнате. Судя по довольным лицам, Ди планировали проведать и помешать, а он опередил: терпеливо принял все поздравления за Дивиан, ответил на вопросы и согласился сходить к водопаду за водой для кипячения. Проконтролировал, как греют, фильтруют и разливают в баклахи для живущих в святилище, очередной раз поблагодарил за помощь и еду и напомнил ещё раз, чтобы жену с дочкой не беспокоили, убедил, что отдыхают.       А вот в семье Андерсонов к праздникам ответственнее относились: вернувшиеся с корабля Коннор и Рей очередные сумки волокли к паровой, переругиваясь по поводу поездки на животных. — Как ремонт? — прервал андроида, высчитывающего приемлемую скорость, с которой нормальные люди должны на зверях ездить. — Относительно не быстро. Больше времени потратил, объясняя что с Пакса и как снять надо, чем реально полезным занимался, — недовольно на сестрицу Ди покосился. — А я ебу, как на местном эти штуки называются? Можешь нормально говорить, а не шарнирный кран? — тут же взорвалась, пихая Гэвину свою сумку. — Заебал на меня срываться! — Спросить можно, а не говорить им «открутить штуку». Чуть всё горючее в салон не слили! — На хуй иди! — развернулась и сердито потопала к общей комнате. — Какая же!.. Из себя выводит. Невозможно просто, — ворчал Коннор, пока вдвоём сумки несли к паровой. — Я пытаюсь говорить с местными, а она ржёт, нормально не переводит, злится, если переспрашиваю, и… — Ну сука. Я ж те говорил, Пластик, — Рид плечами пожал и тяжёлой сумкой тряхнул. — Это чо? — Планшет с батареей взял, — вздохнул и погрустнел сразу. — Хэнк поздравления Кри записал, на случай если без связи будем. И я подумал… Если малышка захочет…       Гэвин кивнул кратко, и сам не знал, тяжело или нет будет дочери на запись погибшего прадеда смотреть. — А во второй? — Украшения и подарки, — тут андроид повеселел сразу. — День Рождения же! Надо отметить! Фрукты для Ди, её любимые, и шоколад. — Ты реально? Так глупо, — а у самого губы тянуло в улыбке. Почему-то сейчас так хотелось чего-то родного и знакомого. На Гевальте, конечно, хорошо было, красиво, но, казалось, что небольшая частичка их повседневной жизни лишь улучшит общее состояние. А от упоминания шоколада даже рот слюной наполнился. — С днём появления, малышка! От нас…подарок, — слегка запнувшись, но всё равно достаточно бодро, Коннор вручил девочке портативный музыкальный проигрыватель последней модели с наушниками, бумажную книгу и маленькую коробочку. — Кон! — с визгом на шее у дяди повисла, в щёку чмокнул посиневшего от удовольствия андроида и принялась подарки рассматривать. — Ты хотела вроде, из последних, — указал на проигрыватель. — Он из сети играет. Тут её нет, конечно, но там Хэнк попросил сохранить свои любимые песни, когда взяли, так что вроде что-то приличное есть. Я и свои сохранил. — Волосы на макушке взъерошил. — А книга — это Хэнк нашёл в своих запасах, когда узнал, что строения спидеров изучаешь. Она старая, многое автоматизировалось, но принципы строения кораблей ещё актуальные, можно глянуть. — Я посмотрю! Интересно!       Села на плед, который с ночи не убрали, и открыла коробочку. Достала оттуда стеклянный шарик: внутри была мини-проекция чёрной дыры. Подсвечивалась по краям фиолетовым неоном, двигалась, имитируя настоящий излом вселенной. — Это мы нашли на развале сектора Кью. Подумали, что так с тобой всегда будет маленькое окно на родину. Ну как бы. На Гевальт то есть… — Запнулся, заметив слезинку, скатившуюся по щеке племянницы. Тут же рядом присел и обнял. — Малышка… — Я так скучаю, Кон… — всхлипнула и уткнулась ему в плечо.       Рид в смятении на Ди обернулся. Стояла у входа и руки перед собой сжимала. Смотрела на плачущую дочку, а у самой глаза блестели. — Детка… — Всё хорошо, Девочка. Он приглядывает. Рядом.       Кри кивнула и глаза протёрла. Андроид беспомощно руки опустил: — Прости, малышка. Я как-то не подумал, что тяжело будет… — Нет, не тяжело, — тут же улыбнулась ему печально. — Просто грустно… И радостно. Странно. Он будто рядом, но его нет. Понимаешь? — Понимаю. Мне тоже.       Опять обнялись. Гэвин дочку по макушке погладил. На Ди, стоявшую в одиночестве, взглянул и руку к груди приложил. Отзеркалила. Со вчерашнего дня такой незамысловатый жест стал для них обоих чем-то большим и значимым. — Наверно, плеер и проекцию в паровую нельзя. Но книгу покажешь маме? — Да, — Кри быстро на ноги вскочила. Как только в комнату вошла, то Дивиан тут же к себе притянула дочку.       Стояли так, пока Коннор показывал Риду, что ещё с корабля привёз. Пушистая пластиковая мишура, звёздочки на леске, лампа с имитацией открытого космоса на солнечной батарейке — всё то добро, что Андерсон на Варгасе развешивал, если удавалось на день появления Кри с ними встретиться. — На исследовательском целые ящики солнечных батарей нашёл, так странно, что не используют. Факелы жгут, — Коннор делился своими находками с парковки. — Продукты и одежду вроде бывшие владельцы раздали местным, а оружие в Столицу сдали, Рей перевела. Горючее ещё нормальное на Хроме и, скорее всего на Кассандре…       Замолчал и нахмурился, заметив, как сестрица Ди через площадку шла с высоким жилистым блондином. — Рей! Ты куда?! — тут же окликнул. Рукой в ответ махнула, ничего не сказала. — Куда они? — с вопросом на Гэвина обернулся.       Пришлось на местном кричать, чтобы блондин ответил. Поднял два контейнера и крикнул, что за ягодами к ужину для семьи Желтоглазой идут. — В рощу, ягод набрать, — Гэвин мишуру и звёздочки дочери передал, чтобы в комнате украсила. Сам же клеил на камень при входе шарики, что в темноте должны были цветными огнями гореть. — Ягоды… Любопытно. Я с ними! — андроид следом помчался, догоняя парочку. Видимо, хотел, как и Гэвин в своё время территорию осмотреть, да местной флорой проникнуться.       Чуть позже, когда Рид уже расклеил все свои шарики и установил при входе лампу, в паровую поднялся серьёзный юный врач. Хмуро глянул на украшения, но не прокомментировал. К Ди подошёл со своими сухоцветами для проверки энергии. — Мы немного украсили. Посидим недолго, а потом прослежу, чтобы нормально спать легли. Вот эту всю выпила. Ещё надо? — Нет. Достаточно. Только на ночь и с утра пить. И упражнения.       Молча сыпал на Ди травой и хмурился. Дочка тоже рядом сидела и ждала, а Дивиан от нетерпения ногти ковыряла. Сам Гэвин лампу осматривал вспоминая, как включать. — Пока нет энергии. Надо хорошо выспаться. Не на полу, — врач собрал свои остатки лепестков. Строго посмотрел на пациентку. — И выпить красную перед сном. — Помню, — Ди недовольно остатки мази вытирала. — Я проконтролирую, — пообещала дочь.       Кивнул и, уходя, на звёздочки показал: — Красиво. — Не похожи на настоящие, — Кри фыркнула. — Они вблизи без острых концов, — пояснила, указывая на пятиугольники. — Понятно.       На выходе и Гэвин удостоился строгого напоминания не спать на камнях и не сидеть на пледе долго. Рид аж челюстью скрипнул — парнишка явно чересчур в роль вжился, изображая взрослого доктора, начинал уже раздражать.       Жаркий воздух стелился густым запахом зелени по расщелинам гор. Стекал медленно в долину, оставляя после себя спасительную вечернюю прохладу. Импровизированной аркой тускло мерцали маленькие шарики при входе в паровую, а круглая лампа пока ещё слабо рассеивала на каменной кладке чёрный космос с белыми каплями звёзд. Дивиан сидела на одеяле, предусмотрительно расстеленном поверх пледа с одной стороны, а Гэвин с другой стороны входа. Между ними Кри раскладывала деревянные коробочки с привезённым местными ужином.       По центру опустились две бутылки с бордовой жидкостью, и рядом с Ди плюхнулась её сестрица, выгружая чашки. — Это вино? — Оно самое! Отметим, раз у нас тут уже взрослая девочка? — скалилась довольно, вытаскивая пробку. — А где Кон? — Кри хмуро принюхалась с жидкости в протянутой чашке. — Да со своим новым дружком ягоды намывает. Пофиг. Див? — протянула сестре порцию. — Маме только если чуть-чуть. — Да ладно тебе, Кри! — Не хочу, — Дивиан уже радостно разрезала ножом свои любимые фрукты из запаса Андерсона. — Я тоже не буду. Мне надо присматривать, — Кри чашку тётке вернула. — Да вы гоните?! Совершеннолетие раз в жизни бывает!.. — Я буду! Всё равно оно у них не крепкое, — Гэвин с нетерпением руку протянул. Помнил, что слабое вино тут делали. Вот настойка у аргайки приличная была, но так мало в прошлый раз вышло выпить. — Наш человек! — Рейджа довольно улыбнулась, протягивая порцию. — Тогда не будем тянуть. За твою взрослую дочь! — За нашу малышку!       Вино было на вкус таким же, как и помнил: приторным, слабым, и легко пьющимся. Подошедший с тарелкой ягод Коннор недовольно глянул на бутылки, вздохнул демонстративно и рядом с Ридом уселся. Себе забрал банку с тириумом. — За твою большую и интересную жизнь, Кри! — За нашу малышку! — За Девочку, Рождённую в Двух Мирах! — Ди свой фрукт подняла, чокаясь с сестрой. — Это, кстати, тупое прозвище. И фактически неверное, — фыркнула Кри. — Могло быть и хуже. Мужчина с лампочкой — такая бредятина! — Но ты ж — мужчина. И с лампочкой, — Рей на свой висок указала. — Всё у них по фактам. Хотя Ворчливый Мальчик тут бы больше подошло… — Грубая Девочка тоже отлично подходит, но они чего-то на глазах зациклились, — недовольно прицокнул, когда собеседница очередную чашку наполнила. — А мне нравится — Мужчина, С Той Стороны. Солидно звучит, — разулыбался Рид. — Но Тидеро Бой тебе нравилось больше!       Женщины громко засмеялись, а Коннор с непониманием на Гэвина посмотрел. Пришлось объяснять, откуда взялось прозвище «Быстрый Красавчик» и что оно связано именно с поездкой на карте, а не с его другими действиями. Говорили про Гевальт, местные обычаи, природу, людей, о том, что удивляло и беспокоило, о том, что нравилось и нет. Шутили и смеялись. Почти беззаботно. Почти не замечая невидимой границы, разделяющей их. Кри по центру сидела и передавала фрукты, которые разрезала Ди отцу, а от Гэвина матери передавала кусочки мяса, которые Рид специально выковырял из рагу. — Вот бы деда тут был, — дочка вертела в руке шарик с проекцией, который на стороне без энергии теперь хранила. — Ему бы понравилось…       Гэвин тут же её по голове погладил, Ди с другой стороны руку ребёнка сжала. Коннор прокашлялся и сказал, что у него есть запись поздравления от Хэнка. Спросил, хочет ли послушать. Добавил, что ничего страшного, если не хочет — вполне может и потом глянуть. — Я хочу! — Кри уверенно кивнула.       Андроид достал планшет из сумки, нашёл нужное видео и включил. Начиналось оно с огромной ладони Андерсона, перекрывающей экран. Продолжилось его ворчанием: — Так, ну вроде работает, — руку убрал и сам появился. Поправил забранные в жидкий хвостик волосы, пригладил бороду, пробормотал, что надо бы подбрить, а то отросла. Потом прокашлялся и улыбнулся. — Дорогая моя Кри… — начал торжественно, но тут же замолчал. Нахмурился и хмыкнул. — Ага, лучшее начало Хэнк. Молодцом!.. Любимая моя правнучка!.. Да, ёб ты ть, — опять прокашлялся и растерянно в камеру посмотрел. Улыбнулся смущённо. — Хер его знает, чего так разволновался…       Кри громко носом шмыгнула. Гэвин тут же её приобнял. Заметил, как Ди во все глаза на экран смотрит, улыбается. Видел и Коннора с теплотой смотрящего на отца. Видел и Рейджу, неловко покачивающую жидкостью в чашке и ухмыляющуюся. Видел и такого живого и нелепого Хэнка, волнующегося с той стороны экрана. — Ладно, Хэнк, соберись! — Андерсон сам себе команду дал. Вздохнул и расслабился. Слегка вперёд наклонился. — Я что хотел сказать, моя славная и хорошая девочка. Я очень сильно люблю тебя. И горжусь, что ты моя правнучка. Уверен, что тебя ждёт прекрасная и чудесная жизнь. Не могу обещать тебе, что она будет лёгкой или простой, — вздохнул и головой покачал. — Но это будет твоя жизнь, малышка. Я знаю, что ты умная девочка, поэтому уверен, что со всем справишься и всё осилишь. Найдёшь свой путь, своих людей. Лучшее занятие себе выберешь. Устроишься так, как хочешь, и всё будет у тебя хорошо! — кивал сам себе, перечисляя. — А я с Коннором и твои мама с папой — мы тебя всегда поддержим. Любое твоё решение! Подскажем, посоветуем скорее всего своё, но поддержим, что ты там решишь, — задумался и пальцем по колкому краю усов провёл. — Знаю, что, наверно, порой сложно чужие советы слушать и помощь принимать. Может казаться, что никто не понимает, да? Как там? Не прошёл в моих ботинках — не знаешь мой путь, — ухмыльнулся печально. — Просто надо набраться терпения, малышка. Бывает, что трудновато услышать другого… — губы поджал и, показалось, что прямо на Гэвина взглянул. — Но тебя обязательно услышат, Кри, помогут и поддержат. Семья так и остаётся вместе… — нахмурился и пробубнил. — Куда-то я в грустное ушёл… — хмыкнул. — У тебя есть характер, Девочка. И я уже вижу, каким прекрасным и хорошим человеком ты вырастишь! Даже не представляешь, как я спокоен на твой счёт, Кри! Вооот… Ну и это… — покраснел густо. — Если там что-то кто-то в личном, мальчик или девочка, или мальчик-девочка…или девочка-мальчик, да? Так вроде?.. В общем, обидит если твой этот, или эта…или эти, то ты сразу скажи, что дед приедет и по жопе надаёт! Сама, кончено, разберёшься, но дедом пригрози! Мы с твоим батей и дядей всех этих засранцев… — засмеялся и на спинку кресла откинулся. Кри захихикала, растирая глаза. А Гэвин с Коннором кивали уверенно, улыбаясь. — В общем, с днём рождения, моя славная девочка! Очень люблю тебя! Я тебе такой подарок нашёл на день рождения — ты обалдеешь! О, и маме твоей фрукты эти нашли. На рудниках та ещё задачка! Папке твоему тоже надо поискать, а то опять ворчать будет… — Рид с вопросом на андроида взглянул, а тот плечами пожал, давая понять, что ворчать может, так как подарка ему нет. — Обнимаю тебя, Кри! И целую! Люблю тебя! — огромная ручища к камере потянулась, а Хэнк голос повысил. — Сынок! Я записал! Порежешь потом красиво, чтобы было, а то я там наговор…       Видео остановилось. Тишина повисла на небольшом площадке у входа в паровую комнату. Гэвину казалось, что сейчас Хэнк поднимется по ступеням наверх и спросит, как им его поздравление. Извинится за то, что опоздал, и опять скажет, что для Рида в подарок только обнимашки протезом… — Я не стал монтировать видео, — Коннор первым тишину нарушил, стиснул планшет и прижал к груди. — Не смог. Наверно стоило, но он тут такой… — Живой, — Ди с щёк вытерла мокрые дорожки. Гэвин бы её обнял, но не мог пока. Свободную руку к груди приложил. Кивнула. — Живой, — дочка на плече у Рида вздохнула, на шарик в ладони посмотрела. — Я обалдела, деда, — прошептала. — А хотите послушать нарезку Рида? — все аж встрепенулись.       Молчавшая до этого Рейджа на Гэвина пальцем ткнула: — Так он же… Тут ещё. Или чо? — Ну мне скучно было как-то, — андроид плечами пожал. — И я сделал видео из его звонков нам. Вот!       Довольный открыл на экране видео. Там шла нарезка со входящими на Варгас видеозвонками, где Гэвин в разное время, в разной одежде и состоянии звонил с Джетски. Нарезка состояла только из одних его приветствий. Чисто из слова «Пластик», которое Гэвин произносил различными интонациями. — Пластик! — рявкнул, ударив по панели. — Пластик! — радостно выкрикнул. — Пластик, — просюсюкал с четырёхлетней Кри на коленях, указывая той на экран. — Пла-астик, — зевнул во всю мощь, почёсывая растрепавшуюся бороду. — Пластик, — прорычал с раздражением. — Плаааастиииик, — пьяно пропел, пританцовывая в кресле. — Пластик!.. Пласт-ИК… Пластинчик… Да ёб, Пластик!.. Хэ.., а, Пластик…       Пять минут смотреть на свою рожу и слышать свой голос в записи было слишком. Ещё на первых секундах Рид прикрикнуть хотел, чтобы выключил, но Кри звонко засмеялась. К ней Ди присоединилась, Рейджа подхватила, Коннор разулыбался. Сидели и смеялись, тыча пальцами в экран.       Даже самому немного смешно стало. Не замечал раньше, что так часто к Коннору обращается привычным ещё до родственных связей прозвищем. Ну смешно даже было. И видеть себя молодым и дурашливым было весело. Вот он с маленькой дочкой. Вот кадр с радостной Ди, прижимающейся с боку. Вот он с фингалом после какой-то драки. Вот бухой и с толстенной золотой цепочкой, которую выиграл в покере… Сидел и улыбался, пока смотрели. Сидел и смеялся, когда после видео все дружно бокалы с вином и водой подняли, прокричав «Пластик!». Смеялся, хлопая довольного андроида по плечу: — Ну ты засранец, пластиковая жопа! — От засранца слышу, кожаная задница! — Иди сюда, бро! — притянул Коннора и похлопал по спине. — Спасибо. — Пожалуйста, бро! — андроид аж светился от радости.       Рейджа, улыбаясь на них смотрела. Моргнула и, покраснев, забрал у Рида пустую чашку. Наполнила: — Давайте за Хэнка? Не довелось узнать, но, судя по всему, охеренный был мужик, раз у него такая охеренная семья! — За Хэнка! Приглядывай за нами, бро! — Рид пальцы сложил, изображая бластер. Вместе с Коннором будто бы три выстрела сделали в память о хорошем курьере и охеренном мужике.