Глава 2. Косой Переулок

      Последняя неделя июля 1971 года ворвалась в дом Поттеров яркими лучами солнца, которые будили жильцов с утра пораньше, несмотря на то, что сегодня никому никуда спешить было не нужно. Вот так всегда: думаешь поспать подольше, а потом ругаешь себя за то, что забыл задвинуть шторы, как раз для того, чтобы тебя ничего не разбудило. Но, конечно, был в этом и приятный момент: когда осознаёшь, что ещё рано, с улыбкой понимаешь, что у тебя будет ещё целый день впереди, который можно потратить на всё, что душе угодно, а не просто проспать почти до обеда. В случае же одиннадцатилетних двойняшек Поттеров это означало какие-то новые совместные забавы, времяпровождение с родителями, а может, даже и какую-нибудь поездку в Лондон, которые Флимонт и Юфимия любили устраивать для всей семьи, а дети с удовольствием каждый раз ездили, ведь уж очень их привлекали интересности мира магглов, некоторые из которых они не понимали до сих пор, но всё равно каждый раз смотрели на какие-то маггловские приблуды с открытыми ртами и горящими глазами, не понимая, как такое может существовать без магии.       Еле открывая глаза, Вивиан медленно водила взглядом по потолку своей комнаты, дабы сфокусироваться хоть на чём-нибудь. В комнате пахло деревом, нагретым за вчерашний день солнцем, и едва уловимыми сладковатыми нотками от цветов, стоящих в большой вазе на подоконнике. Вивиан наконец-то смогла сфокусировать взгляд на потолке, где играли блики от утреннего света, и сонно улыбнулась. Никуда не надо было спешить — это слово казалось сейчас почти ругательством. Можно было просто лежать, слушая, как за окном переговариваются какие-то ранние птахи, и наслаждаться той удивительной тишиной, которая бывает только в самом начале дня, когда весь мир ещё не проснулся до конца.       Найдя в себе силы сесть на кровати, облачённая в белую хлопковую ночнушку с мелким голубым цветочком, она потеряла глаза, потом посмотрела на окно, мгновенно зажмурившись от утреннего света, от которого глаза отдавали чуть зеленоватым цветом, нежели когда в них не светят напрямую. Опустившись на тёплый деревянный пол, она так сладко потянулась, встав на носочки и раскинув руки в стороны, со звуком, больше похожим на писк котёнка. Повернувшись к узорчатой прикроватной тумбочке из тёмного дерева, достала из неё расчёску. Подойдя к зеркалу, начала максимально аккуратно расчёсывать запутавшиеся за ночь тёмные волосы, а когда закончила, заправила прядки за ушки и, вздохнув, чуть качнулась с пятки на носок, рассматривая своё отражение. В итоге решила, что нужно бы спуститься вниз, ибо родители уже, скорее всего, не спали, по крайней мере мама уж точно.       Юфимия, будучи тем ещё жаворонком, вставала рано, успевая к пробуждению семьи приготовить завтрак и даже что-то сделать в саду. Флимонт же тоже в основном вставал рано, будучи человеком вполне себе ответственным, поэтому зачастую в том, кто из супругов проснётся первым, частенько по случайности чередовались с разницей примерно в полчаса, что сами за собой не замечали, само собой как-то выходило, так что это стало уже обыденностью за годы брака.       Выйдя из комнаты и пройдя мимо комнаты Джеймса, в которой тот или ещё спал, или только начал просыпаться — уж не могла сказать наверняка, — она пришла в ванную. Открыв воду, набрала её немного в ладошки, окатила своё лицо. Прохладная вода приятно ободрила, заставив окончательно проснуться. Минуток через пять, когда девочка закончила водные процедуры, она начала спускаться по лестнице в гостиную, в которой уже витал чудный аромат оладий, которые Юфимия готовила на кухне. Пройдя в столовую, увидела родителей. Папа сидел за столом, разговаривая с мамой, которая ловко орудовала у плиты, переворачивая оладушки. — О, доброе утро, принцесса, — повернув голову и заметив дочь, сказал Флимонт. — Доброе утро, родная, — с улыбкой прислонившись, сказала Юфимия, поддевая лопаткой очередной оладушек и кладя его на тарелку. — Джеймс ещё спит? Вивиан пожала плечами: — Не знаю, я не заглядывала к нему. — Ну, в таком случае оставим ему немного оладий, — ответила мама, взяла тарелку с готовым завтраком в руки, развернулась, от чего длинная юбка колыхнулась, и поставила её на стол.       Вивиан села за стол, пододвинув к себе чашку с горячим ароматным чёрным чаем, от которого пахло лесными ягодами. Она сделала маленький глоток, ощутив, как тепло разливается по телу, прогоняя остатки сна, и с удовольствием взяла с тарелки пышный оладушек, щедро политый мёдом из глиняной плошки, которую мама всегда ставила на стол по утрам. Мёд был тягучим, янтарным, с каким-то особенным травяным привкусом — пасечник, у которого Флимонт покупал его, уверял, что пчёлы собирают пыльцу с редких магических растений, растущих только в этой части графства. — Как спалось, дорогая? — поинтересовался Флимонт, отодвигая в сторону пустую чашку из-под кофе и потягиваясь так, что хрустнули плечи. Он был одет в свободную белую рубашку с закатанными до локтей рукавами и тёмно-зелёные брюки — наряд, в котором обычно проводил выходные, возясь в саду или мастерской с зельями. — Хорошо, пап, — улыбнулась Вивиан, откусывая кусочек оладушка. Во рту взорвалась знакомая с детства нежность: мягкое пористое тесто, тающее на языке, и сладость мёда, которая не приторная, а какая-то чистая, летняя.       В дверях столовой показался Джеймс. Его волосы торчали во все стороны, а один глаз был прищурен больше другого из-за солнца, нещадно светившего прямо ему в лицо из окна. На нём была длинная серая ночная рубашка, которая задралась на боку, открывая коленку. — Доброе утро, мой хороший, — мягко сказала Юфимия, протягивая к нему руку. — Доброе, — буркнул Джеймс, шмыгая носом и делая шаг к столу, после чего, не дожидаясь приглашения, плюхнулся на стул напротив Вивиан, свесив руки вдоль тела и уставившись сонным взглядом на тарелку с оладьями, которую Юфимия тут же поставила перед ним. Он сидел и моргал, словно не до конца понимая, где находится и как здесь оказался.       Вивиан, прихлёбывая чай из своей чашки, с лёгкой усмешкой наблюдала за братом. Его вечно непослушные кудри сегодня превзошли сами себя — они торчали в таком хаосе, что, казалось, в них можно было спрятать несколько мелких предметов, и никто бы их не нашёл. Джеймс, заметив её взгляд, недовольно нахмурился, отчего сонная гримаса на его лице стала ещё более комичной. — Чего уставилась? — проворчал он, хватая первый попавшийся оладушек и отправляя его в рот целиком. — Ты бы причесался, Джеймс, — заметила Вивиан, отпивая чай. — На тебя смотреть страшно. — А на тебя смотреть — радость? — фыркнул Джеймс. Его щёки раздулись, и выглядело это до того нелепо, что даже Юфимия, пытавшаяся сохранить серьёзное выражение лица, не выдержала и улыбнулась. — Дети, не ссорьтесь с утра пораньше, — примирительно сказала она, подходя к столу с чайником и доливая Вивиан горячего чая.       Джеймс и Вивиан переглянулись. Взгляд у брата был всё ещё обиженно-надутым, но Вивиан, знавшая его как облупленного, понимала, что долго он дуться не сможет. Так и вышло: не прошло и минуты, как Джеймс с аппетитом принялся за второй оладушек, запивая его молоком и стараясь теперь быть предельно аккуратным.       За окном столовой разгорался новый день. Солнце поднялось уже достаточно высоко, и его лучи заливали сад, заставляя капли утренней росы на листьях ирисов сверкать словно россыпи мелких бриллиантов.       Джеймс открыл было рот, чтобы сказать что-то ещё, но тут на кухню, тихо пискнув, зашёл Стабби. — Хозяин Флимонт, хозяйка Юфимия, — пропищал эльф, низко кланяясь, так что его длинные уши коснулись пола. — Стабби закончил уборку в гостиной и на первом этаже. Что ещё Стабби может сделать? — Спасибо, Стабби, — тепло улыбнулась Юфимия. — Можешь идти отдыхать. Если понадобишься, мы позовём.       Эльф снова поклонился, бросил короткий, полный обожания взгляд на двойняшек, которые ответили ему дружелюбными улыбками, и с тихим хлопком исчез.       Как только это случилось, семья услышала, как в окно кто-то или что-то настойчиво стучит. Повернувшись, они увидели двух серых сов, нетерпеливо метавшихся из стороны в сторону с характерным уханьем. В клювах у них были два небольших пожелтевших конверта. Флимонт подошёл к окну, открыл его. Совы ещё больше переполошились, быстро махая крыльями, но, отдав письма прямо в руки Флимонту, довольно ухнули и улетели. — Что там, пап? — спросила Вивиан, подходя с братом к отцу, на что тот взглянул на детей с улыбкой. — О-о-о, держите, это для вас, уверен, вы обрадуетесь, — с хитринкой прозвучали слова Флимонта, что только разожгло интерес внутри двойняшек, которые явно не понимали, о чём он говорит.       Когда же Флимонт протянул им конверты, их глазки пробегали по строчкам на конверте.       Мисс Вивиан Изабель Поттер Годрикова Впадина, дом 7, Уэст-Кантри, Англия       Вивиан прочитала эти строчки на конверте, хлопая глазками. Она развернула его в руках передней стороной, на которой красовалась красная печать из сургуча, которой он и был запечатан. Не с первой попытки — из-за немного трясущихся от волнения рук, но всё же открыла его, достав из него такой же пожелтевший, как и конверт, аккуратно сложенный лист пергамента.       ШКОЛА ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА «ХОГВАРТС» Директор: Альбус Дамблдор (Кавалер ордена Мерлина I степени, Великий волшебник, Верховный чародей, Президент Международной конфедерации магов) Дорогой мисс Поттер! Мы рады проинформировать Вас, что Вам предоставлено место в Школе чародейства и волшебства «Хогвартс». Пожалуйста, ознакомьтесь с приложенным к данному письму списком необходимых книг и предметов. Занятия начинаются 1 сентября. Ждём вашу сову не позднее 31 июля. Искренне Ваша, Минерва МакГонагалл, заместитель директора.       От этих строк внутри Вивиан всё встрепенулось; кажется, она даже слышала, как бьётся сердце, готовое, похоже, выпрыгнуть из груди то ли от радости, то ли от волнения, то ли вообще от всего вместе, просто Вивиан сама пока ещё не поняла.       Перевернув пергамент обратной стороной, на нём уже было написано следующее:       ШКОЛА ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА «ХОГВАРТС» Форма Студентам-первокурсникам требуется: Три простых рабочих мантии (чёрных), одна простая остроконечная шляпа (чёрная) на каждый день, одна пара защитных перчаток (из кожи дракона или аналогичного по свойствам материала), один зимний плащ (чёрный, застёжки серебряные). Пожалуйста, не забудьте, что на одежду должны быть нашиты бирки с именем и фамилией студента. Книги Каждому студенту полагается иметь следующие книги: «Курсическая книга заговоров и заклинаний» (первый курс), Миранда Гуссокл; «История магии», Батильда Бэгшот; «Теория магии», Адальберт Уоффлинг; «Пособие по трансфигурации для начинающих», Эмерик Свитч; «Тысяча магических растений и грибов», Филлида Спора; «Магические отвары и зелья», Жиг Мышьякофф; «Фантастические звери: места обитания», Ньют Саламандер; «Тёмные силы: пособие по самозащите», Квентин Тримбл. Также полагается иметь: 1 волшебную палочку, 1 котёл (оловянный, стандартный размер №2), 1 комплект стеклянных или хрустальных флаконов, 1 телескоп, 1 медные весы. Студенты также могут привезти с собой сову, или кошку, или жабу. НАПОМИНАЕМ РОДИТЕЛЯМ, ЧТО ПЕРВОКУРСНИКАМ НЕ ПОЛОЖЕНО ИМЕТЬ СОБСТВЕННЫЕ МЕТЛЫ. — Письма из Хогвартса! — крикнул Джеймс, размахивая своим письмом, которое тоже раскрыл. Весь месяц он знатно так замучил родителей расспросами, когда же они придут. — Мы тоже уже заждались, дети моих знакомых всю прошлую неделю получали свои письма, — произнёс Флимонт, глядя на безумно счастливое лицо сына, подойдя к жене и аккуратно, нежно положив руку на её талию, на что та взглянула на супруга с такой влюблённой искоркой в глазах, которая даже спустя уже годы брака сохранилась. — В таком случае напишем им ответ, а на днях отправимся в Косой Переулок за принадлежностями? А то в августе всё качественное раскупят, один ширпотреб останется, — предложила Юфимия, что семья, конечно, поддержала.       После завтрака Вивиан сидела у себя в комнате на кровати, снова рассматривая своё письмо, которое она успела перечитать ещё раз пять. Внутри металось чувство сладкого предвкушения от скорого начала учебного года. Конечно же, хотелось скорее поехать. Интерес к Хогвартсу ей и Джеймсу, конечно же, подогрели своими бесконечными рассказами о своих учебных годах там родители. Как минимум, если бы не Хогвартс, то и её с Джеймсом бы банально не было: именно это место свело Флимонта и Юфимию. Хотя по тому, насколько супруги Поттеры любили друг друга, казалось, что, даже если бы не учились вместе, всё равно судьба в моменте свела бы, ибо по-другому быть не могло.       В моменте, услышав, как в дверь тихонько постучали и начали медленно открывать, Вивиан увидела маму. — Всё хорошо, родная? — спросила Юфимия, заглядывая в комнату дочери. — Всё хорошо, мамочка, — Вивиан подняла взгляд от пергамента, и её глаза, всё ещё блестевшие от переполнявших эмоций, встретились с тёплыми, понимающими глазами мамы. — Точно не хочешь ничего рассказать? — Юфимия прошла в комнату, сев рядом с дочкой, поправляя длинную юбку, которая всегда так красиво струилась при каждом её движении. — Мам, а тебе не страшно было перед первым курсом? — тихо спросила Вивиан, наконец формулируя то, что крутилось у неё в голове с того самого момента, как она прочитала последнюю строчку письма. — Ну, когда ты только узнала, что поедешь в Хогвартс.       Юфимия мягко улыбнулась, и в её глазах заплясали тёплые искорки воспоминаний чудной молодости. Она взяла Вивиан за руку, слегка сжав её ладошку. — О, дорогая, я так боялась, что у меня внутри всё переворачивалось. Мой отец, твой дедушка, работал тогда в Министерстве, и мы жили в Лондоне.       Она на секунду замолчала, поправляя непослушную прядь волос, выбившуюся из её пучка, и продолжила: — Я помню, как за две недели до отъезда даже думала не поехать, потому что было страшно. А в ту ночь перед отъездом еле уснула. — Юфимия тяжко вздохнула. — Но знаешь, что меня тогда успокоило? — Что? — еле слышно спросила Вивиан, не отрывая взгляда от маминого лица. — Мысль о том, что я буду не одна, — мягко ответила Юфимия, и её пальцы легонько погладили тыльную сторону ладони дочери. — Что там, в Хогвартсе, я встречу таких же детей, как я. Кому тоже страшно, кто тоже волнуется и переживает. И что мама с папой всегда будут рядом. Понимаешь, Вивиан, родительская любовь — она не имеет расстояний. Где бы ты ни была, что бы с тобой ни случилось, мы всегда будем с тобой.       Вивиан молчала, переваривая мамины слова, после чего придвинулась к ней ближе, да обняв так крепко-крепко. — Я буду скучать, — прошептала Вивиан в ткань маминой блузки. — И я буду скучать, моя хорошая, — Юфимия обняла дочь за плечи, и её ладонь принялась мерно гладить девочку по спине, успокаивая так, как умеют только мамы. — Но мы же не навсегда прощаемся. На Рождество вы приедете домой, на лето тоже. А эти несколько месяцев пролетят быстрее, чем ты успеешь моргнуть. Вот увидишь.       Вивиан посмотрела на маму, и на её лице появилась улыбка: — Спасибо, мамочка, думаю, ты права.       Юфимия лишь чмокнула дочку в лобик: — То-то же. — Ухмыльнулась мама, вставая с кровати Вивиан. — Ладненько, пойду гляну, чем там твой отец и брат занимаются; видела, как выходили во двор.       Вивиан лишь кивнула, а когда мама вышла из комнаты, упала на кровать, раскинув руки. Теперь, после этого разговора, было уже и не так страшно. В конце концов, волшебная школа — это обязательное место, через которое должен пройти каждый маленький волшебник, дабы научиться управлять и давать выход своей магии. В противном случае, как знали в волшебном мире, другой исход не предвещал ничего хорошего. Так что, набравшись более-менее позитивных мыслей, Вивиан уже предвещала более красочный сюжет начала учёбы, от чего зажмурилась, пытаясь хоть на секунду это представить, да ещё под слоем того детского воображения… ох, в тот момент это было особенно приятно. Ну а пока что оставалось только ждать.       Прошло три дня, которые прошли на удивление довольно быстро, хотя казалось, что они будут длиться бесконечно, как часто бывает, когда уж очень сильно чего-то ждёшь и постоянно думаешь об этом.       Утро долгожданного дня выдалось таким же солнечным и безоблачным, как и предыдущие. Вивиан проснулась затемно, ещё до того, как первые лучи солнца коснулись её подоконника. В комнате было тихо, только где-то вдалеке, со стороны сада, доносилась утренняя перекличка птиц, которые, казалось, тоже готовились встретить этот день. Девочка полежала ещё немного, глядя на светлеющий за окном небосвод и прислушиваясь к тому, как за стеной — в комнате Джеймса — раздаётся какая-то возня, топот и приглушённое бормотание. Брат, судя по всему, тоже не спал.       Окончательно проснувшись, Вивиан встала с кровати и подошла к шкафу. Сегодня хотелось выглядеть особенно хорошо, хотя она сама не могла бы объяснить, для кого именно. Выбор пал на простое, но очень милое платье цвета утреннего неба — нежно-голубое, с кружевной отделкой на воротнике и рукавах-фонариках. Юфимия сшила его прошлым летом. После она аккуратно расчесала волосы, заплетя их в две не слишком тугие косы, которые перекинула вперёд через плечи. Кончики кос украсили небольшие белые ленточки, которые девочка достала из заветной шкатулки на туалетном столике — подарок бабушки, которая, увы, покинула этот мир, когда Вивиан было всего пять.       В коридоре раздался шум, и дверь в комнату Вивиан с грохотом распахнулась. На пороге стоял Джеймс, уже полностью одетый в тёмно-синие брюки и белую рубашку с коротким рукавом. — Ты долго ещё? — нетерпеливо спросил он, переминаясь с ноги на ногу. — Мама сказала, что мы выезжаем через час. — Я почти готова, — спокойно ответила Вивиан, хотя внутри у неё тоже всё кипело от нетерпения.       Джеймс, ничего не ответив, развернулся и почти бегом бросился вниз по лестнице, громко топая, так что в прихожей что-то звякнуло.       В столовой уже всё было готово к завтраку. Юфимия, одетая в элегантное летнее платье цвета лаванды с длинной струящейся юбкой, хлопотала у стола, расставляя тарелки и что-то тихо напевая себе под нос. Флимонт, в строгих чёрных брюках и тёмно-зелёной мантии, сидел на своём обычном месте. — Доброе утро, принцесса, — поднял он глаза на вошедшую Вивиан. — Доброе утро, папочка, — Вивиан улыбнулась и села на своё место, рядом с братом, который уже успел схватить булочку и с аппетитом вгрызался в неё, не дожидаясь остальных.       Завтрак прошёл в приятной, хотя и несколько суетливой атмосфере. Все немного нервничали. Наконец, когда все сборы были закончены, семья вышла из дома. Утро было прекрасным. Солнце уже поднялось достаточно высоко, и его лучи золотили крыши соседних домов, заставляя стёкла окон сиять словно драгоценные камни. В саду, который Юфимия так любила, гудели пчёлы, перелетая с цветка на цветок.       Примерно через час семейство Поттеров оказалось перед обшарпанным, покрытым копотью зданием с вывеской, на которой было написано: «Дырявый котёл». — Ну вот мы и на месте, — сказал Флимонт и толкнул массивную деревянную дверь. — Прошу, дамы вперёд.       Юфимия, усмехнувшись такой галантности, переступила через порог заведения, а за ней зашла и Вивиан, а уже после зашли и мужчины семейства.       «Дырявый котёл» был именно таким, каким его описывали родители: тёмным, прокуренным, с низким потолком и запахом старого дерева, воска и чего-то съестного вперемешку с парами лившегося рекой почти каждый вечер алкоголя. Внутри, несмотря на ранний час, уже было несколько посетителей. У стойки бара, протирая стаканы полотенцем, стоял хозяин — пожилой, лысеющий человек с добрым, морщинистым лицом, которое расплылось в широкой улыбке при виде вошедших. — Флимонт Поттер! — воскликнул он, отставляя стакан в сторону и протягивая руку. — Сколько лет, сколько зим! — И тебе не хворать, Том, — усмехнулся Флимонт, пожимая руку хозяину. — Познакомьтесь, это Джеймс и Вивиан. Дети, это Том, хозяин «Дырявого котла». — Очень приятно, очень приятно, — закивал Том, оглядывая двойняшек внимательным взглядом. — Хорошие ребята растут, сразу видно. В Хогвартс, поди, собрались? — Да, сэр, — хором ответили двойняшки, и Том одобрительно хмыкнул. — Отличное заведение, отличное. Сам там учился, между прочим. Правда, это было так давно. — Хозяин вздохнул, устремив взгляд в потолок, предавшись мимолётному воспоминанию о прекрасных школьных годах, которые отпечатались в памяти даже спустя столько лет. — Ладно, не буду вас задерживать, хорошего дня! — Взаимно, Том, — кивнул Флимонт, после чего повёл семью к запасному выходу из заведения, который вывел их прямо к кирпичной стене, окружённой мусорными баками и сухой травой, пробивающейся между булыжниками.       Флимонт подошёл к стене, достав из кармана палочку, и принялся отсчитывать кирпичи. Двойняшки наблюдали за ним как заворожённые. Кирпич, по которому Флимонт постучал своей волшебной палочкой, дрогнул, и на глазах вся стена начала пульсировать, словно живая. Кирпичи задвигались, разъезжаясь в стороны, освобождая проход. Арка расширялась, пока перед ними не открылась оживлённая мостовая, залитая солнечным светом.       Вивиан, замерев, смотрела на открывшуюся картину, а её глаза, казалось, стали в два раза больше. В лицо ударила какофония звуков: где-то неподалёку громко ухал филин, продавцы на всю улицу расхваливали свой товар, звенели монеты в карманах прохожих, где-то вдалеке раздавался детский смех.       Флимонт положил руку на плечо Вивиан, которая всё ещё стояла, раскрыв рот, и слегка подтолкнул её вперёд: — Ну что, добро пожаловать в Косой Переулок, дети.       Джеймс первым шагнул в арку, увлекая за собой сестру. Вивиан, сделав неуверенный шаг, оказалась на булыжной мостовой, и в этот момент арка за их спиной с тихим шелестом сомкнулась: кирпичи снова встали на свои места, скрыв вход в обыденный маггловский мир.       Семейство Поттеров оказалось на узкой кривой улочке, застроенной такими же кривыми, кренящимися друг на друга домами. Магазины теснились рядом, их витрины манили прохожих самыми невероятными товарами. — Держитесь рядом, не потеряйтесь, — строго, но в то же время очень тепло произнесла Юфимия, беря детей за руки. Флимонт шёл чуть впереди, прокладывая путь сквозь начинающую потихоньку заполняться людьми толпу. — Сначала в «Гринготтс». Нужно снять деньги на покупки.       «Гринготтс» возвышался в конце улицы, сияя белоснежными колоннами и полированными бронзовыми дверями. Вивиан, подходя ближе, почувствовала, как сердце от вида внушительных размеров забилось быстрее. Огромные двери распахнулись перед ними с бесшумной лёгкостью, и они вошли внутрь. Высокий мраморный зал с рядами длинных стоек, за которыми восседали гоблины — существа с длинными тонкими пальцами, острыми ушами, не самые привлекательные, но с умными, цепкими глазами.       Флимонт уверенно направился к одной из стоек. — Доброе утро, — обратился он к гоблину с аккуратно расчёсанной чёрной бородкой. — Семья Поттер. Нам нужен доступ к сейфу.       Гоблин, бегло взглянув на перстень на руке Флимонта — фамильную печатку Поттеров, — кивнул и хрипловатым голосом произнёс: — Следуйте за мной, мистер Поттер.       Он провёл их через боковую дверь в узкий каменный коридор, освещённый дрожащими огоньками факелов. Здесь было прохладно и пахло сыростью и металлом. В конце коридора их ждала одна из тех маленьких тележек, на которых, как рассказывал отец, гоблины возят клиентов к их сейфам под землёй. — Прошу садиться, — гоблин указал на тележку.       Джеймс радостно вскрикнул и первым запрыгнул внутрь, чуть не утянув за собой Вивиан. Следом, с лёгкой улыбкой на лицах, сели Флимонт и Юфимия. — Держитесь крепче, — предупредил гоблин и дёрнул рычаг.       Тележка рванула с места с такой скоростью, что у Вивиан перехватило дыхание. Они понеслись вниз по крутым спиралевидным туннелям. Ветер свистел в ушах, мимо проносились подземные озёра с мерцающими в темноте сталактитами, а затем — череды огромных пещер, где громоздились горы золотых монет, серебряных слитков и драгоценных камней.       Через несколько минут тележка, проскрипев колёсами, остановилась перед небольшой дверью в скале. Гоблин спрыгнул на каменный пол и приложил к двери свой длинный палец. Дверь бесшумно отворилась, открывая взгляду небольшую пещеру, где на каменных полках ровными стопками лежали золотые галлеоны, серебряные сикли и бронзовые кнаты. — У вас есть десять минут, — сухо произнёс гоблин и отошёл в сторону.       Флимонт вошёл внутрь и, достав из кармана мантии небольшой кожаный мешочек, принялся наполнять его монетами.       Вскоре, наполнив мешочек, Флимонт кивнул гоблину, и обратный путь в тележке показался Вивиан уже не таким страшным. Она даже смогла открыть глаза и рассмотреть огромный подземный зал с драконом, который, свернувшись кольцами, дремал на горе сокровищ. Огромное чешуйчатое чудище даже не пошевелилось, когда тележка промчалась мимо, лишь один жёлтый глаз приоткрылся и тут же закрылся вновь. — Ничего себе! — только и смог выдавить из себя Джеймс, когда они вышли из «Гринготтса» и снова оказались на залитой солнцем улице. — Это только начало, мой хороший, — улыбнулась Юфимия. — Пойдёмте. А то ещё много дел.       Первым делом они направились в магазин мантий мадам Малкин. Вывеска, изображающая элегантную ведьму в чёрной мантии, раскачивалась на ветру, приглашая покупателей внутрь. Магазин оказался просторным, светлым, с большими зеркалами во всю стену и множеством примерочных, отгороженных шторами из тяжёлого бархата. — Добро пожаловать, — приветствовала их пухлая, приятной наружности ведьма с седыми кудряшками, выбивающимися из-под чепца. — Мадам Малкин, к вашим услугам. Для Хогвартса? — Да, для первокурсников, — кивнула Юфимия, подталкивая двойняшек вперёд. — У нас двое. — Та-а-ак, поняла, сейчас всё сделаем! — пропела мадам Малкин, оглядывая Вивиан и Джеймса. — Проходите, встаньте вот сюда, на подиум. Я сейчас вас измерю.       Джеймс, чувствуя себя немного неловко под пристальным взглядом портнихи, взгромоздился на подиум, а следом за ним встала и Вивиан. Мадам Малкин взмахнула своей волшебной палочкой, и вокруг детей закружилась сантиметровая лента, бегая по их рукам, ногам, талии, сверяя размеры. От этого было немного щекотно, и Джеймс, не удержавшись, хихикнул. Вивиан, стараясь сохранять серьёзность, кусала губы, но когда лента коснулась её шеи, она тоже не выдержала, издав короткий смешок. — Будут готовы через час, — объявила мадам Малкин, когда лента, закончив свою работу, свернулась в аккуратный клубок и упала на прилавок. — Заходите, заберёте.       Семья решила времени не терять и направиться за остальными покупками. Зашли в зоомагазин, полный множества животных: сов на огороженном клеткой дереве в дальнем углу магазина, крыс и жаб в стеклянных вольерах и кошек в клетках, а также большого количества принадлежностей для их содержания и ухода. Проходя мимо клеток с кошками, внимание Вивиан привлёк чёрный гладкошёрстный котёнок с яркими жёлтыми глазами, которыми та посмотрела на девочку и не отводила взгляд несколько секунд. — Приглянулась? — спросила Юфимия, положив руку на плечо дочери, на что Вивиан кивнула. В этот момент к ним подошёл продавец. — О, эта кошечка с характером, уже вовсю шипит на остальных котят, да и на людей, но вы, юная леди, похоже, приглянулись ей.       Вивиан, ничего не ответив, продолжала смотреть на кошку, которая буквально залезала в душу большими глазами, и мяукнула, будто подтверждая слова мужчины. — Мам, можно взять её? — спросила девочка, взглянув на маму. — Если она тебе понравилась, то конечно, — Юфимия погладила дочь по голове. — Как назовёшь её? — Персефона, — выдала Вивиан, сама не до конца понимая, почему ей пришло в голову назвать кошку именем богини древнегреческой мифологии, которую увидела в книге из небольшой библиотеки дома Поттеров, как-то решив пролистать для интереса, даже не углубляясь в сами истории мифов — просто имя ей показалось уж больно красивым.       В итоге кошку Вивиан, конечно же, купили, а Джеймсу по его просьбе взяли большую коричневую, чуть взлохмаченную сову, которую он назвал Оззи. Сова, одобрительно ухнув, взгромоздилась на плечо Джеймсу, вцепившись когтями в его рубашку. — Хорошо, что у нас есть где их разместить, — вздохнула Юфимия, расплачиваясь за покупки. — Теперь самое главное. Палочки.       Остановка напоследок была у «Олливандера». Магазин волшебных палочек, самый старый и самый таинственный в Косом Переулке. Вывеска гласила: «Олливандер: создатели лучших волшебных палочек с 382 года до н. э.». Внутри оказалось тихо и сумрачно. — Добрый день, — раздался тихий голос откуда-то из глубины, и перед ними, словно из ниоткуда, появился мистер Олливандер. Он оказался пожилым человеком с бледным лицом и огромными серебристыми глазами. Он стоял в проходе между бесконечными стеллажами, уходящими к самому потолку, и на его губах играла едва заметная, загадочная улыбка. — Здравствуйте, мистер Олливандер, — поздоровался Флимонт, кивнув мужчине. — Хотели бы приобрести две волшебные палочки для юных волшебников.       Олливандер сделал шаг вперёд, и его глаза внимательно уставились на Вивиан и Джеймса. Двойняшки, чувствуя себя маленькими мышками под взглядом мудрой старой совы, невольно замерли. — Кто из вас старше? — спросил Олливандер, переводя взгляд с одного на другую. — Я, сэр, — ответил Джеймс, выйдя чуть вперёд. — Что ж, мистер Поттер, — Олливандер плавным, почти танцующим движением подошёл к одному из стеллажей и вытащил длинную узкую коробку из потрёпанного бархата. — Начнём с вас. Попробуйте эту. Клён и перо феникса, девять дюймов, довольно хрупкая…       Джеймс, сглотнув накопившуюся от волнения слюну, взял протянутую палочку. Едва он сделал неловкое движение рукой, случайно направив палочку на стеллаж с коробками, те с громким стуком посыпались на пол, разлетевшись в разные стороны. Вивиан, стоявшая рядом, пригнулась, уворачиваясь от одной из коробок, пролетевшей прямо у неё над головой. — М-да… — потёр затылок Олливандер. — Эта явно не подходит, ну ничего, сейчас попробуем другую.       Буквально через минуту, вернувшись с другой палочкой, Олливандер протянул её Джеймсу. — Красное дерево, сердечная жила дракона, 11 дюймов. — Он протянул мальчику палочку, которую тот в этот раз, несмотря на произошедшее, взял увереннее. Тепло пробежало по руке Джеймса, отдаваясь лёгким красивым свечением. — Отлично, мистер Поттер! С вами разобрались. — Олливандер перевёл взгляд на Вивиан. — Теперь посмотрим, что подойдёт вам.       Вивиан почувствовала, как внутри всё сжалось от волнения. Она сделала шаг вперёд. Олливандер снова отошёл к полкам с палочками. Он резко развернулся и, подойдя к самому дальнему стеллажу, сдул с одной из коробок толстый слой пыли. Вернувшись к Вивиан, он протянул ей коробку из тёмного, почти чёрного дерева, инкрустированную тонкими серебряными нитями. — Попробуйте эту, — сказал он. — Дуб и волос из хвоста единорога, десять дюймов, удивительно гибкая.       Вивиан осторожно взяла палочку, и к её собственному удивлению по телу пробежала волна тепла и свечение, которое было заметно при выборе палочки Джеймса. — О-о-о, повезло, мисс Поттер, быстро же вас нашла ваша палочка, — с довольной от проделанной работы улыбкой сказал Олливандер, на что Вивиан, рассматривавшая палочку, подняла на него взгляд и тоже улыбнулась. — Спасибо, мистер Олливандер! — ответила она горящими глазками в предвкушении, как по прибытию в школу через месяц будет вовсю учиться ею пользоваться.       Когда все покупки были закончены, семья ещё какое-то время решила походить по окрестностям Косого Переулка. Двойняшки отпросились у родителей побродить недалеко от лавки, где родители встретили своих знакомых и сейчас приятно беседовали с ними. — Джеймс, подожди! — крикнула Вивиан, но брат, не слыша, уже нырнул в толпу у витрины с мётлами, где толпились несколько мальчишек примерно их возраста, с жадным интересом разглядывавших новую модель. — Вечно ты… — проворчала Вивиан себе под нос, ускоряя шаг.       Её лёгкие туфельки стучали по булыжной мостовой, а косички развевались за ней. Она обогнула высокого мужчину в тёмно-синей мантии, который с важным видом рассматривал что-то в витрине с котлами, и привстала на цыпочки, пытаясь разглядеть брата, но Джеймса нигде не было видно. — Ну и пожалуйста, — фыркнула она, складывая руки на груди и надув губы. — Сам потом ищи дорогу обратно.       Она уже собиралась развернуться и пойти обратно к лавке, где родители, должно быть, всё ещё беседовали со своими знакомыми, как вдруг, сделав шаг в сторону, чтобы пропустить женщину с корзиной, полной каких-то растений, налетела на кого-то. — Ой! — вырвалось у неё.       Связка книг, которую она держала под мышкой — мама настояла взять их с собой, чтобы сразу свериться со списком, — выскользнула из рук и с глухим стуком упала на землю. Вивиан, не удержав равновесия, сделала шаг назад, чтобы не упасть самой, и подняла взгляд.       Перед ней стоял мальчик.       Примерно её возраста. Волосы — чуть волнистые, чёрные, падали на высокий лоб, а глаза… серые, смотрели на неё с лёгким высокомерием, но в то же время с каким-то живым, полным мальчишечьего любопытства. На нём была безупречно сидящая тёмная мантия, под которой виднелся воротник тонкой белой рубашки. И весь его вид говорил о том, что этот мальчик привык к тому, что мир вертится вокруг него. — Смотри, куда прёшь, — произнёс он с насмешкой, которую выдавала в тот момент его ухмылка.       Вивиан, которая от неожиданности и лёгкого испуга уже открыла рот, чтобы извиниться, тут же его захлопнула. Внутри что-то неприятно кольнуло. Она опустилась на корточки и принялась собирать раскатившиеся книги, чувствуя, как её щёки заливает лёгкий румянец — то ли от смущения, то ли от зарождающегося раздражения. — Я не «пру», — Вивиан нахмурила брови.       Он не двинулся с места, даже не попытался помочь, отчего неприятный осадок внутри Вивиан становился ещё больше. «Вот гад же, сам мог бы и помочь», — подумала про себя она. — Ох, извини, просто впервые в меня так влетает незнакомая девчонка. — Мальчик улыбнулся. Улыбка у него была неожиданно открытой. — Жалею теперь, что с ног не сбила, — прошипела сквозь зубы Вивиан.       Мальчик, казалось, только этого и ждал, видя, как та начинает беситься. — Я Сириус, Сириус Блэк, — сказал он, словно делал ей одолжение, поправляя чёлку рукой. — А ты, я так понимаю, тоже готовишься к Хогвартсу?       Вивиан моргнула. Блэк? Она слышала эту фамилию. Папа иногда упоминал о старых волшебных родах, и Блэки были одними из самых… именитых. И, если верить слухам, не самыми приятными. — Вивиан, — ответила она коротко, не добавляя фамилию. Пусть думает, что хочет. — И да, я иду в Хогвартс. — О-о-о, — довольно протянул Сириус. — В таком случае будем учиться на одном курсе.       В голове Вивиан уже мысленно проклинала эту встречу. Внутри себя она уже молилась, чтобы не оказаться с ним на одном факультете, ибо уже чувствовала, что спокойно, после такой встречи, он ей жить не даст. Она уже открыла рот, чтобы ответить что-то язвительное, как вдруг раздался голос брата. — Вот ты где!       Из толпы вынырнул Джеймс. Его кудри растрепались ещё сильнее, на щеке красовалась полоска грязи — успел где-то приложиться, — а в руках он сжимал пакет с какой-то сладкой палочкой, надкусанной уже наполовину. — Я думал, ты за мной идёшь! А ты как улитка. — Я? — возмутилась Вивиан. — Это ты убежал!       Джеймс уже хотел что-то ответить, но его взгляд упал на Сириуса, и он замер. Пакет с палочкой повис в опущенной руке. Два мальчика уставились друг на друга. — Твой брат? — спросил он, кивнув в сторону Джеймса, но глядя при этом на Вивиан. — Ага, — хмыкнула она, всё ещё чувствуя себя не в своей тарелке. — Джеймс. Джеймс кивнул: — Джеймс Поттер. — Сириус, Сириус Блэк. — Представившись новому знакомому, Сириус с улыбкой протянул ему руку, которую Джеймс, не раздумывая, пожал в ответ, чему Вивиан, мягко говоря, удивилась, и брат явно заметил её смятение, но даже не знал, как объяснить сестре свои действия, что он жмёт руку наследнику до мозга костей преданных чистоте крови Блэков.       Также её заинтересовало поведение самого Сириуса. Он по любому знал о роде Поттеров, но при этом какой-то ненависти абсолютно не было. За исключением того, что когда она с ним разговаривала, ему явно понравилось бесить её, от чего лицо снова начало краснеть, вспоминая свои эмоции в тот момент. — Ты же тут тоже с родителями? — спросил Джеймс, отпустив руку Сириуса. — Ага, и с младшим братом, — фыркнул Сириус. — Они вон там, — он указал рукой на одну из лавок, где стояли мужчина и женщина в тёмных одеяниях и мальчик чуть ниже и младше примерно на год самого Сириуса.       Их лиц Вивиан не разглядела, ибо стояли спиной, но судя по тому, как они выделялись из толпы других прохожих, было понятно, что это они. — Стало скучно, решил свалить посмотреть в музыкальной лавке отдел с маггловской музыкой. Говорят, недавно был завоз новых классных пластинок, — расслабленно продолжил Сириус с абсолютным спокойствием, будто ему вообще не было дела до того, что ему потом скажут родители. — Серьёзно? Тебе нравится маггловская музыка? — в удивлении вскинул бровь Джеймс, который также питал любовь к музыке обычных людей, как и Вивиан, собственно говоря, и всё благодаря родителям, которые никогда не были против подобного. — Есть такое, — кивнул Сириус, усмехнувшись.       Около десяти минут они провели за разговором об этой теме, в которой Вивиан, если честно, уже считала себя лишней, наблюдая, как брат активно уделяет внимание тому, кто буквально несколько минут назад старательно пытался вывести её из себя. — Сириус Орион Блэк! Где тебя носит, мелкий ты гадёныш?! — противно прозвучал громкий женский голос, который было слышно даже на расстоянии. Сириус зажмурился, когда звук ударил по ушам, а после, не скрывая раздражения на своём лице, вздохнул. — Ладно, мне пора, увидимся в Хогвартсе, Поттеры! — уходя, протараторил Сириус, прежде чем скрыться.       Вивиан смотрела ему вслед, и на мгновение ощущение всего, что происходит вокруг, притупилось. — Эй, Виви, ты чего? — спросил Джеймс, ткнув сестру в плечо. — А? — тряхнула она головой, возвращаясь в реальность, и взглянула на брата. — Я ничего, устала ждать, пока вы наговоритесь, — недовольно процедила она. — Да ладно тебе, сестрёнка, как по мне, он нормальный, — пожал плечами Джеймс, на что Вивиан закатила глаза. — Ой, ладно, пошли к родителям, пока они не хватились нас, — серьёзно сказала Вивиан, высматривая сквозь прохожих место, где были родители.       Джеймс кивнул, после чего они быстрым шагом направились к ним. — Вот вы где, — Юфимия сделала им несколько шагов навстречу, поставив руки в боки. — Мы уже хотели идти искать вас, — недовольно прозвучали от неё эти слова. — Прости, мамочка, — хором виновато ответили двойняшки, от чего взгляд Юфимии потеплел. — Ладно, семейство, давайте возвращаться домой, — вздохнув, сказал Флимонт, после чего все двинулись в путь.       В мыслях Вивиан всё ещё витал осадок от разговора с Сириусом, от чего до смешного хмурила брови, поджимая губы. Мысль, что она снова увидит его в Хогвартсе, а если ещё не дай Мерлин попадёт с ним на один факультет… Уж очень Сириус ей показался высокого о себе мнения, но ей очень не хотелось портить впечатления от предстоящего путешествия, поэтому — будь что будет.