Должок. Глава 8

I

Я возвращалась к корпусу, сжимая в одной руке катану, а в другой — тлеющую сигарету. Усталость была такой свинцовой, что я была готова рухнуть прямо на стриженый газон академии. Мысли путались. Почему Грей выбрал меня? Виктор ведь тоже показал отличный результат... — А может, его тоже проверяют, просто я не в курсе... — пробормотала я вслух. — Кого «его»? — раздалось из тени. Там вспыхнул знакомый огонек сигареты. На свет вышел Ниган, всё с тем же невозмутимым лицом. — Ты тут каким чудом? — грубовато спросила я. — Курю, не видно? Так кого еще проверяют, по-твоему? — Виктора, — я выпустила дым в прохладный воздух. — Ты сказал, Грей проверяет меня. А что, если он ведет сразу несколько фигур? Ниган прищурился, затягиваясь. — Может быть. Грей обожает многоходовочки. Иногда он «маринует» нас годами, прежде чем решит, что мы готовы. — Готовы к чему? Он на секунду замер, словно взвешивая, стоит ли открывать карты. — К следующему уровню. Всему сразу. Думаешь, нас готовят гонять мелких теней по подвалам? Нет, Харрис. Нас готовят к большой охоте. Четвертый класс — это не сказки. Реальный мир, азиаточка, — добавил он, и в его голосе проскользнула странная нотка. Усталость? Или предупреждение? — Что ты знаешь, Ниган? Он лишь усмехнулся, туша окурок о подошву. — Больше, чем ты. Отдыхай. Дальше будет только сложнее.

II

Я провалилась в сон, даже не сняв грязную одежду. Утром Бетти снова пыталась меня добудиться, но я лишь что-то невнятно прорычала. — Ты становишься какая-то не такая, Маю... — бросила она напоследок и ушла. Я встала только в час дня. Тело ломило. Тот прыжок в катакомбах... я до сих пор не понимала, как мои мышцы на это пошли. В душе я терла кожу мочалкой до красноты, пытаясь смыть запах пыли и страха, но ощущение «чистоты» не возвращалось. Выйдя в комнату в одном халате с полотенцем на голове, я остолбенела. На кровати Бетти сидел Ниган и бесцеремонно копался в моем телефоне. — Эй! Какого хера?! — я рванула к нему и вырвала гаджет. Там висели десятки сообщений от мамы. Пока я училась убивать тварей, обычная жизнь продолжала стучаться в экран. — Дверь была открыта, — Ниган лениво откинулся на стену. — Я решил зайти. Ты мне должна. — Чего, блять?! — Я свозил тебя в город за черникой. Пора платить по счетам. Я скрестила руки на груди, и только тут до меня дошло, что я стою в одном халате, из-под которого предательски выглядывают голые ноги. — Черт! Выйди вон! Он усмехнулся, медленно скользнув взглядом по моей фигуре, но всё же вышел. Когда я, злая и красная, натянула худи и штаны, он ждал в коридоре. — Обсудим долг? — его ухмылка стала еще ядовитее. — И что ты хочешь? — Тебя, — выдохнул он, и я почувствовала, как лицо вспыхнуло. Но он тут же добавил: — Шучу. Мне нужна твоя голова. Ты ведь шаришь в корейских мифах? — При чем тут мифы? Мы в Америке. — При том, что какое-то чудо призвало в наши леса вашего беса. Грей хочет, чтобы мы его убрали. — Кто это? — я нахмурилась. — Кумихо. Меня будто ледяной водой окатило. Лисица-оборотень. Семь или девять хвостов. Пожирательница сердец и печени. — Есть свидетели, — продолжал Ниган. — Девушка с белыми глазами заманивает парней в лес. Находят только пустые оболочки. Один наш «охотник» уже пополнил список жертв.

III

— Как убить Кумихо? — крикнул Ниган через шлем, когда мы летели по шоссе на его байке. — Либо сжечь в истинном облике, либо рубить хвосты! — проорала я в ответ. — Хвосты — это её батарейки. Лишишь их — лишишь силы. — Ок, ты отвлекаешь, я режу! — Нет! Она охотится на мужчин. Приманкой будешь ты! Мы остановились у кромки густого, почти черного леса. Запах... сладковатый, тошнотворный, как гниющие лилии. — Чувствуешь? — шепнула я, обнажая катану. — Ага. Слишком сладко для этих мест. Мы шли вглубь, пока из тумана не вышла она. Бледная, красивая, с глазами, светящимися мертвенно-белым светом. — Заблудились? — её голос вибрировал магией, пытаясь размягчить волю. Я видела, как за её спиной колышутся хвосты. Семь. Очень сильная тварь. Ниган шагнул вперед, изображая расслабленную жертву. — Может, тебе помочь? — промурлыкала Кумихо, приближаясь к нему. Её когти коснулись его руки, и в этот миг я рванула. Катана рассекла воздух, но Кумихо была быстрее. Удар невидимой силы отбросил меня в сторону. — Думаете, я не чувствую ваши помыслы? — она оскалилась, превращаясь в нечто среднее между зверем и человеком. — И ты, девочка... я чувствую, что ты к нему испытываешь. — Что? — я замерла. Лисица расхохоталась. — Ты боишься за него. А ему плевать. Для него ты просто инструмент. Ничто. Я сжала зубы, подавляя гнев. Она провоцировала. — Заткнись! — Злость делает тебя неосторожной, — хмыкнул Ниган у меня за спиной. — Зря ты это сказала, лиса. Сейчас тебе будет больно. Мы атаковали одновременно. Ниган принял удар её когтей на меч, а я, перекатившись, срезала первый хвост. Вопль Кумихо разорвал тишину леса. Тёмная кровь брызнула на траву. Игра в кошки-мышки продолжалась долго. Она была быстрой, её когти располосовали мне плечо, но мы действовали как единый механизм. Хвост за хвостом. Шесть... пять... четыре... Когда их осталось три, она рухнула на колени, теряя человеческий облик. — Вы победили... — прохрипела она, глядя на меня. — Но послушай... Он холоден, как лед. А в тебе есть тепло, которое он выпьет и не заметит. Ниган не дал ей договорить. Один резкий взмах меча — и всё закончилось. Лисица затихла навсегда.

IV

Дорога обратно прошла в гробовом молчании. В голове крутились её слова. Когда мы припарковались у общежития, я швырнула шлем на сиденье и почти побежала к дверям. — Маю! Погоди! — крикнул Ниган. Я обернулась. — О, запомнил имя. Прогресс. Что еще? — О чем она говорила? Про чувства? — Не важно, — отрезала я, чувствуя, как плечо начинает нестерпимо ныть. — Это был просто бред умирающей твари. Забудь. Я ворвалась в комнату, напугав Бетти. Она вскрикнула, увидев мою куртку, залитую кровью. — Маю?! Что с тобой?! Где аптечка? — Всё нормально... мне просто нужен душ. Я закрылась в ванной, сползая по стенке. Вода смывала кровь, но слова Кумихо — «он выпьет твое тепло» — казались более глубокой раной, чем та, что осталась на плече.