Рейчел узнаёт о своей беременности

Вечер был спокойным, но Рейчел чувствовала себя странно. Её тело подавало сигналы, которые она не могла игнорировать: лёгкая тошнота, внезапная усталость, необычная тяжесть внизу живота. Эти ощущения были до боли знакомы, хотя на этот раз они не казались такими мучительными, как во время её первой беременности с Джеймсом младшим. Она сидела на краю кровати, держась за живот, и в голове проносились мысли. "Это невозможно," — думала она, но её разум упорно возвращал её к истине. "Я беременна. Эти симптомы ни с чем не спутаешь. Я уже проходила через это дважды." Её сердце колотилось, и по телу прошла дрожь. "Но как? Это был всего один день назад с Джеймсом... Или ... он может быть от Томаса???....нет-нет он не может быть от Томаса , я в это не верю...После стольких месяцев разлуки... Это не могло произойти так быстро. Или могло?" Она подняла взгляд, увидев, как Джеймс входит в комнату. Его лицо было уставшим, но спокойным. Он снял треуголку , даже не взглянув на неё. — Джеймс, — её голос прозвучал тихо, но твёрдо. Он обернулся, заметив, как она сжимает руками живот. — Что-то случилось? — спросил он, сохраняя видимость спокойствия. Рейчел вдохнула глубоко, стараясь успокоиться, и наконец произнесла: — Я в положении, Джеймс. В комнате повисла тяжёлая тишина. Джеймс застыл, его лицо не выражало ничего, но в глазах появилась тень тревоги. — Ты уверена? — его голос был ровным, но в нём слышалась неуверенность, даже не подозревая ,что его возлюбленная до него успела завести ещё одного любовника и переспать с ним . — Да, — она кивнула. — Это невозможно спутать. Он ничего не ответил. Его взгляд опустился на пол, затем он просто кивнул и отвернулся уйдя в другую комнату Не проронив не слово... Внутренние мысли Джеймса Гамильтона: Джеймс Гамильтон сидел за столом, устало потирая виски. Только что он узнал, что Рейчел снова беременна. Эта новость звучала в его голове как эхо, заполняя всё вокруг. С одной стороны, он хотел обрадоваться, ведь ещё один ребёнок — это благословение. С другой стороны, внутри росло чувство тяжести и безысходности. "Ребёнок..." — пробормотал он себе под нос. Его взгляд упал на стол. Перед глазами не было ничего, кроме пустого пространства, но в голове уже мелькали образы: ночи без сна, бесконечные хлопоты, крики младенца. Он представил , как было с Джеймсом-младшим тяжело Рейчел . " хоть я и не был рядом с ней при Джеймсе-младшем , но уже представляю как это возможно было тяжело ... зачем такой труд .. ради жизни ... ради жизни которую ты сам решился создать и привести в этот, Гнетущий серый и безжалостный мир, гле все решается через статус и деньги ..." . Тогда ему казалось, что он выдержит всё, но жизнь показала, что он не из тех, кто способен полностью отдаться семье. "Я не плохой человек," — думал Джеймс, — "Я люблю Рейчел, люблю нашего сына. Но теперь... ещё один ребёнок? Это слишком. Я и так едва справляюсь. Я и так с долгами ели как разобрался , а тут еще и налог на дом Рейчел оплачивать ... что тоже копится ... и власть сверху уже грозится нас выселить за долги ... а тут еще одно бремя ... ребенок !... да..." Он пытался убедить себя, что его уход будет правильным решением. "Рейчел сильная, она справится. Она всегда справляется. А я... я только тяну их вниз. Я трус ... и негодяй...от меня толку мало ... Рейчел ... ты заслуживаешь лучшего мужчину рядом чем я ... Джеймсу-младшему и нашему новому чаду лучше видеть меня реже, чем видеть отца, который устал от всего.неудачника меня ..." Но внутри он чувствовал горечь. Он был добрым человеком, искренне хотел, чтобы его семья была счастлива. Гордость подсказывала, что он мог бы быть лучше, мог бы стать примером для детей, опорой для Рейчел. Но его прирождённая лень, желание уйти от трудностей, всегда брали верх. "Я вернусь, когда малыш родится и подрастёт," — подумал он. — "Когда ему будет пять. Ещё немного времени, чтобы они смогли привыкнуть к жизни без меня. А потом, когда ему исполнится десять... я уйду окончательно. Им будет лучше без меня." Эта мысль казалась правильной, хотя сердце внутри ныло. Джеймс не был уверен, что сможет когда-либо простить себя. Но он надеялся, что Рейчел и дети, несмотря на всё, смогут жить лучше, без его постоянного присутствия, которое он сам считал бременем. Уход Джеймса На следующее утро, когда Рейчел проснулась, она сразу заметила, что кровать рядом с ней пуста. Джеймса не было. В доме стояла тишина, нарушаемая лишь лёгким звоном посуды, который издавала служанка на кухне. Рейчел поднялась с кровати, её сердце уже знало то, что разум отказывался принимать. Она прошла в соседнюю комнату и увидела, что вещи Джеймса исчезли. Его одежда, документы, даже мелочи, которые он обычно оставлял на столе, — всё было убрано. "Он ушёл. Он сделал это снова," — подумала она, чувствуя, как комок подступает к горлу. Она спустилась вниз, пытаясь найти хоть какой-то знак того, что он оставил записку или сообщение, но ничего не было.Эфиопская Служанка, увидев её встревоженное лицо, нерешительно произнесла: — Мадам, мистер Джеймс уехать утром. Он сказать, что ему нужно вернуться дом. — Домой? — переспросила Рейчел, её голос дрожал. Служанка кивнула, опустив глаза. — В Шотландию. Эти слова ударили её, как гром. Он действительно ушёл. На этот раз окончательно. Рейчел остаётся одна Она вернулась в свою комнату, села на кровать и обняла свой живот. Слёзы текли по её щекам, но она не пыталась их остановить. "Теперь я совсем одна," — думала она. "Сначала он ушёл, оставив меня с Джеймсом младшим. Теперь он ушёл снова, зная, что я беременна. Почему? Почему он так боится взять на себя ответственность? Или это я? Это я отпугиваю мужчин?" Но в глубине души она знала, что это неважно. Теперь у неё был новый ребёнок, новая жизнь, за которую она должна была бороться. "Я выживу. Я уже это делала. И сделаю снова. Но на этот раз я не позволю больше никому решать за меня. Пусть Джеймс уходит в свою Шотландию. Пусть Томас строит свой бизнес. А я буду строить свою жизнь — для себя и для своих детей." Она вздохнула, утирая слёзы, и посмотрела в окно. Новый день начинался, и она знала, что этот день, как и все последующие, будет только её борьбой.