Глава 2. Последнее испытание

«Сейчас начнётся игра по-крупному», — Реин с неким нетерпением посмотрела на Лорда. Тот застыл в величественной позе, со своей сумасшедшей ухмылкой и снисходительно-презрительным взглядом, вызывая животный ужас одним видом. Спустя несколько минут после прекращения последней атаки, когда люди только начали расслабляться, терпение Лорда закончилось. Земля задрожала, с потолка посыпались камни. Реин, непрерывно наблюдающая за статуей, заметила, как руки на подлокотниках сжались, кроша твёрдую породу в пыль. «Бог» — Дьявол в его худшем проявлении — медленно поднимался с жестокой нечеловеческой усмешкой на каменном лице. От каждого шага Лорда земля сотрясалась вновь, гасли и заново вспыхивали огни, трещали и натужно ныли стены. Он направлялся прямо к Охотникам, ступая медленно, будто растягивая удовольствие. Кровожадный блеск в светящихся алым глазах пугал до нервной дрожи в коленках. — Джин Ву, — парень повернул голову к Реин, позвавшей его. Тихий голос раздался ближе, чем ожидалось — он сам не заметил, как отступил назад. — У этого подземелья свои правила, верно? — Охотник отрывисто кивнул, продолжая следить за Лордом. Отводить взгляд было равным самоубийству. — Тогда, второе… — …«восхваляйте Бога своего», — Сун кивнул своим мыслям, будто подтверждая что-то, а потом обратился к Охотникам, что, крича, бросались в разные стороны. Аналогия с тараканами на кухне, разбежавшимися после включения света, навевала больше раздражения, чем веселья, отчего Джин Ву досадливо цокнул языком. — Второе правило, восхваляйте Бога. Это должна быть разгадка! Статуя, тем временем, подходила всё ближе и ближе. Огромная тень упала на Охотников, отчего те побледнели и затряслись, будто листы на ветру, снова попытавшись убежать. Вот только с одной стороны путь был заблокирован исполинской движущейся статуей, а с другой — каменными воинами, готовыми по своей прихоти обнажить оружие. Безвыходная ситуация. — Я-я попробую! — вперёд вышел мужчина с длинными черными волосами. На шее у него висел золотой крест. — Я был членом церковного хора, так что знаю нужные молитвы, — трясясь от страха, мужчина сделал пару шагов вперёд, крепко зажмурил глаза и схватился обеими руками за крест, как за единственный спасательный круг. По помещению раздалась тихая песня, иногда переходящая во всхлипывающий шёпот, но всё ещё по-своему красивая. — К Тебе, Господь, взываю я в этот час. Услышь мольбу мою, не уходи от нас… С каждым словом молитвы, статуя двигалась всё медленнее, пока в один момент не застыла на месте. — О мой Бог, прошу Тебя: ты услышь меня, без Тебя здесь на земле трудно мне… — Это реально работает… — раздался облегчённый шёпот Охотников, вновь обрётших робкую надежду. Возможно, они всё-таки смогут выбраться живыми. — Нет… Ты молишься не тому… — с трудом выдавленные тихие слова Реин были заглушены громким ударом каменной ноги о пол. С мерзким чавкающим звуком тело священнослужителя в мгновение ока превратилось в кровавое месиво, растекаясь по бетонному полу кривым багровым пятном. Снова раздались панические крики. Некоторые Охотники, парализованные ужасом, оседали на пол, где спустя считанные секунды были раздавлены Лордом. Самые быстрые успели вырваться вперёд и, толкая других, пытались убежать подальше. Пока что им это позволялось удавалось. «Чёрт, должно же быть какое-то решение! — Реин прикусила губу, стараясь придумать хоть что-то. Лихорадочный взгляд метался по окружающему, пытаясь зацепиться за что угодно, что могло спасти их жизни. — «Восхваляйте Бога своего», «Восхваляйте Бога своего»… Он замер, когда начали петь, значит это было отчасти верное решение, — Ан оглянулась, в глаза ей попалась статуя женщины с арфой в руке. Внезапно пришло озарение. — Они не атакуют музыкальными инструментами!» — Все! Бегите к статуям с инструментами! — Джин Ву закричал секундой позже, придя к тому же выводу. Он бросился куда-то в сторону, утягивая за собой Ан, но бежать вместе было опаснее, чем поодиночке. Прежде чем разделиться, Сун на мгновение сжал пальцы на её запястье, одним жестом передавая немую просьбу — выжить… Реин ухмыльнулась, черкнула пальцами по тыльной стороне ладони в ответ и побежала, не оборачиваясь. …во чтобы то ни стало. Охотники, не думая, разбежались в стороны, будто послушные командам собачонки. Исполняют приказ мальчишки, которого сами же раньше презирали, лишь бы спасти свои шкуры. Внутренне Реин брезгливо поморщилась, подбегая к очередной статуе. От каменной скрипки полилась нежная мелодия, и Ан на секунду прикрыла глаза, переводя дух. — Эй, Пак, стой! — и тут же открыла, услышав смутно знакомый прокуренный голос. Кричал Ким Санг Сик. Стоя возле статуи с арфой, он смотрел куда-то в сторону выхода, безнадёжно протягивая вперёд руку. На лице мужчины читался явный страх и ожидание чего-то ужасного. Реин проследила за направлением его взгляда — прямо возле всё ещё закрытого выхода, чуть в стороне от Охотника, умершего самым первым, стоял другой. Взрослый мужчина, который, судя по одежде, был собеседником Ким Санг Сика за чашкой кофе сегодняшним — уже забытым — утром, и его же другом. «Был», потому что сейчас представлял собой лишь безмолвный труп. Обезображенное тело, разрезанное пополам от макушки до паха каменным мечом и неслышно упавшее на землю. Реин нахмурилась и отвернулась, отчего-то весьма отчётливо слыша отчаянный крик Ким Санг Сика. Она с силой надавила пальцами на веки, пытаясь игнорировать происходящее и сконцентрироваться на собственных мыслях. Возникло ощущение, будто Ан упускает нечто очень важное, а громкий гул, в который слился шум падавших стен, движения статуй, крики Охотников и мелодия, издаваемая каменными инструментами, казалось, отдалял едва возникшую мысль. — Джин Ву! — услышав отчаянный крик Джу Хи, Реин внутренне напряглась и поспешно огляделась. В нескольких метрах от неё упал, сбитый падающей плитой, Джин Ву, который спешил к свободной статуе. Карие глаза расширились, а сердце ухнуло вниз, когда она увидела, как заносит ногу Лорд. Не контролируя свои же действия, она подбежала к Суну, сшибая его с ног, а затем, хорошо приложившись плечом и головой, покатилась по земле. В кожу тут же впилось множество острых камней, оставляя ссадины и синяки, но это было во много раз лучше, чем попасться статуе. Что делать дальше? Джин Ву сдавленно замычал, до скрежета стиснув зубы, и попытался встать на ноги. Ан краем глаза заметила алое пятно на штанине и разорванную ткань. Дальше колена торчал обрубок ноги с обломанной костью, Сун умрёт от кровотечения через пару минут. Им не убежать. Дерьмо. Поджав губы и отогнав подальше пронзивший ледяными иглами ужас, Реин закинула его руку себе на плечо и потащила полубессознательное тело в сторону «своей» статуи. В спину ей ударялись камни самого различного размера, удушающий запах крови, пыли и затхлого подземелья забивал нос, а сознание прогибалось от тяжести давления со стороны Лорда и страха за жизнь Джин Ву. Реин аккуратно уложила напарника возле статуи, успокоенная осознанным блеском в полузакрытых от боли и усталости глазах, и тут же убежала оттуда. Сквозь писк и шум крови в ушах пробилась мелодия скрипки. От облегчения ноги подкосились, но Ан даже не заметила падения. Нельзя останавливаться. Замедлишься — умрёшь. Лорд, кровожадно сверкнув жёлтыми глазами, следовал за ней. Он был явно разозлён, что его облюбованную жертву так нагло утащили из-под носа. И уж точно не хотел сдерживать собственную ярость, обрушившуюся на сознание монолитной плитой. «Ну же… Должна быть ещё одна блядская статуя!» — задыхаясь, устало думала Охотница. Только чудом она увиливала от особо больших кусков породы, падавших со стен и потолка, и ударов самоназванного божка. Тело понемногу замедлялось и наливалось тяжестью — Реин уже выдыхалась и продолжала бежать только из собственного упрямства. Уже отчаявшись, она заметила в каком-то десятке метров от себя статую с флейтой. Не обращая внимание на оглушающую музыку и приглушённые крики Охотников за спиной, что сейчас наводили пугающе сильное сходство с реквиемом, Реин целенаправленно побежала в сторону своего спасения. Боль от перенапряжения и многочисленных ран удачно заглушалась адреналином, но его действие медленно сходило на нет. Ан ускорилась, сцепив зубы, желая добежать до желанной цели раньше, чем получит откат. — …Сзади, Реин! — прерывистый крик Джин Ву заставил её на мгновение замереть и отвлечься. Всего секунда, один миг, который почти стоил ей жизни. Едва повернув голову в сторону, она поймала на себе отчаянный взгляд широко раскрытых от испуга серых глаз и безнадёжно протянутую вперёд ладонь. Следующим был удар в спину ужасающей силы. Ан отбросило вперёд, на острые камни и неизвестно откуда взявшиеся штыри. Хрупкое тело безвольно прокатилось по земле несколько раз, прежде чем остановиться с глухим грохотом, ударившись об остатки стены. Чувствуя, как с каждым вдохом хрустят кости, как изо рта мелким ручейком вытекает кровь, а рука, на которую она упала, превратилась в месиво из раздробленных костей и мяса, Реин помутившимися глазами смотрела вперёд. Один шаг. До статуи с флейтой остался один чёртов шаг. «Я не могу умереть сейчас!» — она мысленно застонала, с трудом поднимая голову. Горячая кровь, стекавшая с разбитого лба, жгла глаз, а тело, присыпанное мелкой каменной крошкой, ныло, не желая подчиняться приказам мозга. Крики подавлялись ещё в груди, обещая незабываемую агонию треснувших рёбер. Лорд, будто издеваясь над беспомощной жертвой, подходил медленно, наслаждаясь чужими страданиями, как гурман смакуя каждый хриплый вздох. Реин чувствовала, как от его взгляда ходят мурашки по затылку. Изо рта и носа хлынула кровь, но Ан только сильнее сжала зубы и вцепилась целой ладонью в землю. Она не может проиграть вот так. Не сейчас. Упираясь здоровой рукой и ногами в землю, Ан покачнулась и поднялась. С трудом удерживая равновесие, она ступила вперёд и тут же рухнула наземь. Реин видела, как возле неё расползалась огромная тень, как занёс ногу Лорд. Реин видела всё, даже если не желала этого. Карие глаза изнеможённо закрылись. Заиграла музыка. Нежнейшая мелодия флейты заставила огромную статую замереть. Лицо Лорда вернулось в прежнее безэмоциональное состояние, а каменное тело плавными, но отчего-то неестественными движениями вернулось на прежнее место. — Пошёл ты к чёрту, ублюдок, — не сдержав болезненного стона, Реин открыла глаза и с незабываемым наслаждением показала статуе со щитом, что отбросила её в стену, средний палец. Тело, на котором не осталось живого места, всё ещё дрожа, медленно расслаблялось. Прошёл шок, вернулась боль, но мысль о том, что она выжила, заставляла чувствовать себя лучше. По крайней мере, Охотница хотела так думать. С трудом поднявшись, Ан облокотилась на статую, охлаждая гудящую голову о камень. Не собираясь делать каких-либо лишних телодвижений, она бросила косой взгляд вправо. Повреждённая рука, из которой торчали серые обломки острых костей и свисающие кое-где порванные сухожилия, всё ещё чудом держалась на жалких полосках кожи и мышц. Поморщившись при виде слишком кровавого зрелища и с трудом сглотнув ком в горле, Реин аккуратно уложила ушибленную конечность на колени, чтобы не тревожить её больше нужного, и накрыла сверху остатками некогда любимой ветровки. Нужно перевязать, иначе она вырубится от потери крови, но пальцы единственной руки онемели и не слушаются. Ан зло выдохнула, пропуская воздух сквозь зубы вместе с ругательствами. Блять, она даже рану себе перевязать не может. — Джин Ву! Реин! — крик Джу Хи заставил поморщиться. В ушах всё ещё звучал мотив мелодии, которую она не забудет ещё очень долгое время. Если выживет. — Джу Хи, удели внимание Джин Ву, пожалуйста. Охотник Сонг, не могли бы вы мне помочь? — Ан говорила достаточно тихо, но спокойный голос услышали все. Стало как-то не по себе от той холодной расчётливости, с которой говорила раненная девушка с превратившейся в фарш конечностью. Сама вышеназванная игнорировала многочисленные взгляды, дрожащей рукой невозмутимо стирая кровь с бледного, но бесстрастного лица. Что ей с этих взглядов? Они не помогут остановить кровь или спасти друга. В глазах других Охотников они, низкоранговые инвалиды, уже балласт. Если не надавить морально, пока те шокированы и добровольно подчиняются, их просто бросят умирать. «Придумали бы что-то новое», — Реин устало прикрыла глаза, чувствуя на лице оценивающие взгляды. Повезло, что в этот раз лидер группы попался ответственный. По указу Сонг Чи Юла, Джин Ву как можно аккуратнее перенесли поближе к ней, и Ли Джу Хи незамедлительно начала лечение. Лидер тем временем аккуратно прижигал самые кровоточащие участки на руке Реин и прочно привязывал травмированную конечность к телу остатками куртки. Оба понимали, что даже при высококвалифицированной помощи, использовать руку она больше не сможет, но сейчас не было возможности в полной мере оказать первую помощь, а ампутировать её старик не смог бы. Ему повезло чуть больше — когда его самого придавило камнем, рядом оказался верный клинок. Пришлось плотно сцепить зубы на подоле куртки, терпеть боль, что обжигающей лавой растекалась по венам, отдаваясь электрическим ударом по обнажённым нервам, стараться молчать, дабы и так ничтожный дух «команды» не упал ещё ниже, и смаргивать выступающие на глазах слезы. Получалось так себе. — Спасибо, — с трудом выровняв тяжёлое дыхание, Реин благодарно кивнула Сонг Чи Юлу. Тот, изрядно побледневший, молча кивнул и на негнущихся ногах отошёл подальше, пытаясь вернуть самообладание. Хладнокровность мужчины вызывала уважение — мало кто, не являясь квалифицированным специалистом, осмелился бы не только взглянуть, но и работать с ужасно выглядевшей раной. Да это и раной назвать трудно… Охотница изнеможённо откинула гудящий затылок назад, на холодный камень, с благодарностью принимая помощь Джу Хи. Немного потускневшие глаза цепко осматривали помещение, наблюдая, кажется, за каждой мелочью одновременно. Благодаря вмешательству лекаря, картинка была снова чёткой. — Как ты, Реин? — Джин Ву обессилено сидел на каменном полу рядом, полностью вымотанный. Полуприкрытые глаза застилала мутная пелена усталости и боли, слипшиеся от крови пушистые ресницы дрожали. Несмотря на старания Джу Хи, он выглядел так, будто умрёт прямо сейчас. Что, впрочем, неудивительно, с его-то ранами. Судя по царапинам на лице и ободранных руках, его тоже хорошо поваляли по земле, прежде чем попытаться раздавить. — Выглядишь хреново, — он невесело усмехнулся и протянул ладонь к лицу Ан, осторожно оттирая со лба ещё не засохшую кровь. — Ты не лучше, — она подняла уголки губ в слабой ухмылке и наклонила голову навстречу, позволив себе прикрыть на секунду глаза. Джин Ву хмыкнул, не скрывая насмешки в потеплевшем взгляде, скрыл неуместную радость от доверительного жеста — Охотник не имеет права отвлекаться в подземелье. Закрыть глаза даже на секунду уже невероятно рискованно, но Ан позволила себе нарушить правило и ослабить бдительность в его присутствии. Только здесь и сейчас, всего на одно мгновение. — Теперь мне придётся ждать тебя ещё дольше? Реин отстранилась, слабо усмехнулась, хлопнув ладонью по чужому бедру. Джин Ву выживал в основном благодаря уму и быстрым ногам. Он знал, когда стоит отступить, более того, умел это делать лучше некоторых Охотников более высокого ранга, и пользовался быстрыми точными ударами, чтобы покончить с противником за одну атаку. Помогала неплохая выносливость и юркость — преимущества худощавого телосложения — но основную роль играла именно скорость. А ещё он не так уж редко опаздывал. — Придётся собираться очень сильно заранее, — Джин Ву хрипло усмехнулся, качая головой. Рассмеяться мешало давление на лёгкие, наверняка последствия той самой упавшей плиты. Ан тоже могла только фыркнуть в ответ. — И, эй, ты сказала, что только пришла тогда. Реин многозначительно промолчала в ответ, отворачиваясь от взгляда опасно прищуренных глаз. На серой радужке сверкало ребячество, скрывая в тени более… тяжёлые эмоции. Страха за свою жизнь оба не ощущали, Смерть встретит их с распростёртыми объятиями в любой момент, а вот недовольство при виде отсутствия этого страха друг у друга — даже очень. Сумасшедшие идиоты. — Как вы можете так себя вести? Вы же… — Джу Хи тихо бормотала что-то дрожащим голосом. Из глаз у неё капали слезы, а по телу пробегала неконтролируемая дрожь. Ли хотела сказать ещё что-то, как внезапно остановилась. Большие глаза удивлённо расширились, когда из носа потекла тёплая кровь, пачкая и так грязный плащ. Это был её предел. Реин вздохнула, резковатым движением отстраняя от себя руки лекаря. Запас выносливости Джу Хи не так уж велик, и если та истощит себя ещё немного — она точно не сможет бежать больше, если и вовсе не упадёт без сознания. За целителем В-ранга обязательно вернутся, но смогут ли спасти. Охотники, наблюдающие за этим, с жалостью и сочувствием посмотрели на троицу. Из шестерых человек, что сейчас остались в живых, пострадали трое — Джин Ву, потерявший ногу, и Реин с Чи Юлом, лишённые рук. Несмотря на то, что остальные выжили и были почти невредимы, радости или облегчения не испытывал никто. Атмосфера повисла тяжёлая, угнетающая. Адреналин спал, позволяя думать чуть яснее, задаться вопросом, что делать дальше. Воцарившуюся мрачную тишину прервал очередной грохот со стороны статуи Лорда. Охотники с ругательствами и страхом смотрели на то, как тот показательно-медленно взмахнул рукой. Вместе с этим в центре зала, шар за шаром, ввысь поднимался высеченный магический круг. «Докажи веру свою…» — в голове Ан безразличным голосом пронеслись слова. Она слишком устала морально, чтобы испытывать даже банальный страх. — Ч-что это за хрень? — голос Ким Санг Сика был готов сорваться. Он тщетно скрывал нервозные нотки. — Жертвенный алтарь… — тихие слова Суна услышали все. Они тут же побледнели, ни на минуту не сомневаясь в том, что это правда. Казалось, скажи сейчас Джин Ву, что он пошутил, его самого приняли бы за сумасшедшего, но тот молча смотрел вперёд бесстрастным взглядом. Видимо, играть роль недалёкого мальчишки ему надоело. — А как ещё вы хотели показать свою веру древнему «Богу»? — Реин растянула треснувшие губы в кривой ухмылке, с трудом поднимаясь на ноги. Она легонько сжала плечо собирающегося с силами Джин Ву и, пошатываясь, без каких-либо сомнений шагнула прямо к возвышающемуся цилиндру. Услышав, что за ней никто не идёт, она резко повернула голову и, проигнорировав прострелившую виски боль, холодно спросила: — Долго вы ещё собираетесь там стоять? Или у вас есть другие варианты? О, тогда я внимательно слушаю, уважаемые господа… — язвительный тон, хриплый шипящий голос и скептично закатанные глаза не прибавили надежды впавшим в ступор Охотникам. На что, честно говоря, ей было абсолютно поебать. Желание выбраться из проклятого подземелья было сильнее жалости и крох альтруизма. Охотники, вздрогнувшие от высказывания Реин, послушно, пусть и с явной неохотой, ступили за ней. Уже будучи за несколько шагов до алтаря, Ан внезапно снова остановилась. Она обернулась и быстро пробежалась глазами по изрядно поредевшей толпе, зацепившись взглядом за Ким Санг Сика. Чутье её никогда не подводило, и сейчас она явно ощущала исходящую от него опасность. — Вы хотите что-то сказать, Охотник Ким? — низкий голос, спокойный и от того пугающий, взвинтился в уши. Джин Ву напрягся, стреляя в вышеназванного внимательным выжидающим взглядом, хорошо осознавая, что сейчас что-то произойдёт. Реин никогда не станет говорить таким тоном просто так. — Да, — Охотник не дрогнул от колких слов, бешено вращая не совсем здравомыслящими глазами. — Я может и глуп, но это не мешает мне оценить ситуацию, — грубая рука медленно сжалась на рукояти меча, висящего на поясе. Пальцы дрогнули от скрестившихся наблюдательных взглядов. Несмотря на то, что оружие было в его руках, именно Ким почувствовал себя целью. — Господин Сонг, нам ведь нужно принести кого-то в жертву, верно? — лязг металла, короткий свист и кончик меча упирается в шею мужчины. — Сонг Чи Юл, сволочь, это ты привёл нас сюда. По твоей вине умерло десять человек, подонок! Не думаешь, что пора отвечать за свои поступки? — злоба и ненависть звенели в голосе Охотника. Он потерял своего лучшего друга в этом рейде, многие хорошие знакомые умерли прямо на глазах, а надежда выбраться отсюда медленно таяла с каждой секундой, так что его можно было понять. Однако это не меняет того, что поступает он весьма необдуманно. — Это уже слишком! — надрывный крик Джу Хи, что первой не выдержала возникшего напряжения, был проигнорирован. Поддавшись панике и страху, она попыталась вступить между конфликтующими сторонами, будто могла бы успокоить агрессивно настроенного Охотника, потерявшего самообладание. Её вовремя удержал Джин Ву, продолжающий молча наблюдать за ситуацией, и готовый вмешаться в любой момент, не обратив внимания на собственную слабость. — Но, Джин Ву… Девушка прикусила губу и дёрнула рукой, пытаясь вырваться из внезапно сильной хватки измотанного и раненного человека, но замерла на месте. В предостерегающем взгляде чудился опасный металлический отблеск. Сама не заметив этого, она замерла, как мелкий зверёк перед хищником, не в силах выдавить и звука. Внутренности скрутились в узел под накатившей волной зловещего трепета, её всю бросало в нервную дрожь, а в горле застыл скользкий ком. Проглотив наворачивающиеся на глаза слезы, Ли Джу Хи понуро опустила голову, отступив на шаг назад. Она боялась бросить даже случайный взгляд на Джин Ву, опасаясь вновь увидеть холодные стальные глаза, ранее всегда смотревшие на неё с теплотой. Разящая перемена… пугала. — Господин Ким, опустите оружие. Возможно, вы забыли, но в голосовании принимали участь все, а значит, ответственность должны нести все, — тихий, слегка хриплый голос Реин оставался таким же ровным, хотя внутри у неё бушевал ураган. Она была благодарна Джин Ву, который вовремя остановил Джу Хи, что могла принести больше неприятностей, но это была не единственная проблема, которую нужно разрешить как можно быстрее. Осталась ещё одна — взрослый мужчина перед ней, который не мог пользоваться заплывшими мозгами, и слетел с катушек при первом же стрессе. Потерять друга или напарника было обыденным делом для Охотника, тем более, для низкорангового. Каждый, проработавший в подземельях дольше месяца, видел смерть своего товарища. И Сонг Чи Юл, и Джин Ву, и Реин, и даже мягкая Джу Хи. Это всё ещё было страшно, но не так и ново — можно сказать, даже привычно в какой-то степени. Охотник должен сохранять самоконтроль до самого конца рейда, дабы не подвергнуть своих товарищей опасности, даже если убитым — никогда не умершим — был их лучший друг. Реин, пережившая это в прошлом, ещё когда была совсем зелёной, прекрасно усвоила этот урок и своих ошибок старалась не повторять. Ким Санг Сик, видимо, в этом стремлении её не поддерживал. — Заткнись, сука! — теперь меч был направлен на Ан, которая, не пошевелившись, продолжала устало смотреть на сумасшествие. Ни одна мышца на лице не дрогнула от явной опасности перед собой, но пугающая темнота в глазах говорила сама за себя. Будь она в состоянии твёрдо стоять на ногах, и этот самый меч был бы направлен в противоположном направлении. Ну или немного выше — раз не умеешь пользоваться мозгом, так хоть язык за зубами держать нужно. Плевать она хотела на разницу в рангах — напуганный Ким Санг Сик был до ужаса предсказуем. Даже далёкая от боя Ли уложила бы его. — Всё в порядке. Я действительно должен взять ответственность, как лидер группы, — Сонг Чи Юл ступил вперёд, аккуратно отстраняя меч от лица Реин, а потом и ступил на алтарь. Ан смотрела на это с раздражением. Она была рассержена на себя за то, что не могла дать отпор, и на других за то, что те не умели быть ответственными. Реин ненавидела, когда кто-то перекладывал проблемы на других, или забывал о своих обязанностях, как, собственно, и поступил Ким Санг Сик. Охотница, сосредоточившись на окружающем, внимательно наблюдала за каждым шагом мужчины, что твёрдо вступил в самый центр магического круга. От этого места можно было ожидать чего угодно, и расслабляться сейчас было категорически нельзя, как и отвлекаться на что-либо. Стоило Сонг Чи Юлу полностью вступить на алтарь, как на внутреннем круге вспыхнуло красное пламя. Оно равномерно горело, почти не двигаясь, заставляя замереть и людей, что поголовно отпрянули назад. «Только одно?» — приглядевшись к внутреннему кругу, Реин заметила шесть секций, из которых горела только одна. Людей за её спиной было четверо. Не обделённая логикой и интуицией Ан медленно взобралась на алтарь, не обратив внимание на недоумение окружающих и внимательный, даже обеспокоенный взгляд, жгущий спину. Как только она полностью ступила внутрь, загорелся ещё один огонь. Реин кивнула своим мыслям, усмехнувшись. — Здесь шесть отделений, значит здесь нужно шесть человек, — Реин помогла подняться Джин Ву, который вместе с поддержкой Джу Хи доковылял до алтаря, и подала руку лекарю. Загорелось ещё два отсека. — Вы двое тоже должны сюда подняться. За каждого человека вспыхивает один огонёк. Вероятнее всего, когда все огни будут зажжены, либо откроется проход, либо наступит следующая часть испытания, — с неизвестно откуда взявшимся терпением разжевала Охотница, лицом повернувшись к оставшимся. Поколебавшись, Ким Санг Сик вместе с оставшимся незнакомым Охотником, зашли в круг. Тут же вспыхнули все шесть отделов во внутреннем круге. На внешнем круге один за другим начали появляться ровно тридцать шесть голубых огней. В тот же момент, как вспыхнул последний огонёк, массивная дверь в подземелье открылась с громким скрипом. Исписанные неведомыми узорами каменные плиты обнажили чернеющую пасть прохода. Тот самый длинный туннель, по которому они пришли сюда, с крохотным, едва видимым пятном света в самом конце. Маленьким огоньком надежды, что они смогут выбраться и вновь увидеть небо над головой. — Она действительно открылась?! — Что происходит? Взгляды Охотников бегали то на дверь, то на Реин и Джин Ву, стоящих рядом. Будто те могли объяснить, почему без видимой на то причины открылся долгожданный выход. Однако никто не спешил убегать, помня, как закончил тот человек, чей труп до сих пор лежит прямо перед самой дверью. Раздался грохот и механический скрип, будто вновь закрутились старые ржавые шестерёнки. Охотники начали озираться по сторонам, силясь понять, что происходит. — А-а…! — Джу Хи, мертвенно-бледная, осела на пол, выпученными глазами смотря на внезапно ожившие статуи. Все, кто имел оружие, внезапно оказались несколько ближе, чем раньше. — С-сука, чё тут вообще творится, мать вашу?! — кажется, неизвестный Охотник был на грани. Голос мужчины дрожал, а под конец и вовсе сорвался. Тот мог только вертеть головой из стороны в сторону, панически вращая глазами загнанного зверя, и судорожно сжимать кулаки. Видимо, в Охоте он не так уж долго. «Нет, они сами не двигались, — Реин пыталась думать трезво, анализируя происходящее. Боль, засевшая, как ощущалось, в каждой клеточке тела, и плывущая картинка перед глазами мешали, но мозг работал исправно. — Такой звук не издают, когда шагают. Двигались только их подставки, — Ан, задумавшись, по привычке прикрыла глаза на мгновение, и тут же открыла, услышав характерный скрип. Статуя, стоящая перед ней, стала немного ближе. — Что? Неужели только моя? — она быстро оглянулась. Снова раздался скрип, ввинтившийся в уши. Огромные силуэты, находящиеся напротив Джу Хи, что испугано сжимала руками голову, неумолимо двигались прямо на неё, но остановились, как только Реин повернула к ним голову. — Значит… зрительный контакт?» — Смотрите прямо на статуи! Старайтесь не моргать, они двигаются, как только вы перестаёте смотреть на них, — Охотники послушно кивнули, разбредаясь по разным сторонам алтаря, чтобы охватить как можно больше территории. Реин обратила внимание на Джу Хи, что уже некоторое время сидела без движения, сжавшись в комок. — Джу Хи, ты слышишь меня? — нахмурившись, она с трудом пересела чуть ближе к лекарю. — Ли Джу Хи! — Реин потрепала Охотницу по плечу, но та, больше не находя опоры, безвольно рухнула наземь. — Дерьмо. — Что с ней? — взволнованно спросил Сонг Чи Юл. — Без сознания, — облегчённо выдохнула Ан, дотянувшись до запястья Ли. Хотя бы не мертва. Сдвинувшись немного в сторону, дабы окинуть взглядом хотя бы часть стороны Джу Хи, Реин снова уселась на каменный пол, уставившись из-подо лба на статуи. Время снова потекло непозволительно медленно в звенящей тишине, изредка прерываемой жуткими скрипами или тихими разговорами. Последнее испытание было несложным, но оно изрядно выматывало морально. Это было испытание духа и разума, силы собственной воли и самоконтроля. Оно давило на уставшее сознание, изнеможённое пережитым ужасом, и пытало, выставляя на показ желанный выход — запретный плод, манящий сладостью свободы. Осталось ещё немного… Нужно только подождать, потерпеть совсем недолго. — Реин, голубое пламя начало гаснуть. Смотри, нет уже четырёх огоньков, — Сун, не отрываясь от наблюдения за статуями, дёргано кивнул подбородком на угасшие отделы. — Судя по всему, это что-то вроде таймера. Нам нужно подождать ещё где-то полчаса. — Хорошо, всего тридцать минут… Хорошо, — с каплей облегчения выдохнула Реин, поднимая уголок губ в кривой усмешке. Они говорили слишком тихо, чтобы кто-то мог их услышать, но короткий диалог помог обоим успокоиться. Ещё немного. Они выживут. Раньше ведь выживали. Кто-то отвлёкся и снова раздался скрип, который заставил сердце, бьющееся в бешеном ритме от страха, на секунду замереть. Ким Санг Сик, пребывающий в сильнейшем напряжении, громко выругался. Неизвестный Охотник, не выдержав давления, с криком спрыгнул с алтаря и направился в сторону двери. Пока все удивлённо смотрели на то, как тот пробежал к выходу целым и невредимым, Реин с неким отчаянием глянула на гаснущий красный огонь. С искусанных губ сорвались тихие ругательства. — Ч-что? У него получилось? — ошеломлённый Ким Санг Сик указал рукой на выход, смотря на спасительный полусвет широко раскрытыми глазами. — Дверь немного закрылась, но он жив! — Не отвлекайся, чёрт тебя дери! Ещё ничего не закончилось, — командный тон Реин заставил Охотника вздрогнуть и послушно вернуться на своё место прежде, чем тот что-либо сообразил. «Твою мать, неужели они не могут понять настолько простых вещей? Дверь — лишь наживка, фальшивая надежда. «Доказать свою веру» значит остаться тут до самого конца, не поддавшись соблазну, — Реин облизала сухие губы, чувствуя надоевший привкус крови. — Если сейчас все сойдут с алтаря — дверь тут же закроется и начнётся кровавая баня, в которой мы точно не выживем, блять, — карие глаза потемнели и опасно сузились. — Мы с Джин Ву убраться отсюда самостоятельно не сможем. Если уйдёт Ким Санг Сик, Сонг Чи Юлу придётся убраться вслед. Повезёт, если он сможет забрать и Джу Хи». — Нас осталось пятеро, но Джу Хи без сознания. Если уйдёт ещё кто-то — умрут остальные, — Ан говорила тихо, мрачно. Она была явно недовольна трусостью и недалёкостью Охотника, пускай и понимала его. Честно говоря, будь она на его месте, тоже могла бы сбежать, если бы не банальная благодарность за спасённую жизнь и какая-никакая привязанность к людям, с которыми уже пережила многое. — Расскажите больше, Охотница Ан, — Сонг Чи Юл встал у левого края алтаря, внимательно наблюдая за статуями. Ким Санг Сик, не отводя взгляда от соблазняющего света из двери напротив себя, навострил уши. — Голубые огни — таймер, каждый отсчитывает минуту, — вместо Ан говорить начал Джин Ву. Он поморщился от боли, с трудом поднялся, опираясь на алтарь. Слабый голос звучал ровно, спокойно и мягко, отпечатываясь в сознании прописной истиной. — Нам нужно продержаться ещё двадцать шесть минут. Но следить за статуями можем лишь мы четверо, по человеку на каждую сторону. Если кто-то уйдёт — мы умрём. Суть испытания в том, чтобы не поддаться соблазну и остаться здесь до конца, только так мы сможем уйти отсюда все вместе. Джин Ву недовольно скривился, когда собственный голос сорвался на хрип в конце. Видимо, лёгкие повредило сильнее, чем он думал. Воздуха не хватало. Плохо, но не критично — без ноги всё равно далеко не убежишь. — Складно говоришь, господин Сун… — Ким вдруг начал говорить. — Вот только… где доказательства, что дверь не закроется, как только погаснет этот последний огонь? Реин нахмурилась, поджав губы. Ни у неё, ни у Джин Ву доказательств не было. Лишь надежда, да чутье, что каждый раз помогало выжить. Только вот кто в здравом уме, находясь в такой ситуации, будет верить человеку на слово, когда желанный выход прямо перед глазами? Сун, прекрасно осознавая это, мог только молча поджать губы и надеяться на человечность, оставшуюся в Охотнике. Он прищурил светлые глаза, сжав пальцы на грубом камне немного сильнее, и внимательно наблюдал за мельчайшим движением. Что-то внутри подсказывало, что наивная вера в людей в шаге от окончательного разрушения. — Знаете… — спустя долгое мгновение тишины, неуверенно начал Охотник, — несмотря на то, что вы оба были самыми слабыми в команде… только благодаря вам обоим я сейчас жив. Спасибо вам, господин Сун, госпожа Ан, — голос Ким Санг Сика всё же дрогнул. — Спасибо вам обоим, но… у меня тоже есть семья, — мужчина повернулся к ним, позволяя увидеть слезы, градом катившиеся с глаз. Из ослабевших рук выпал меч, звонко ударившись лезвием об исписанный узорами пол. — Простите. — Нет, стой! — Охотник Ким, остановись! «Это конец, — Реин, не сдержавшись, ударила кулаком об алтарь, бессильно сползая вниз. С губ сорвался задушенный хрип. — Из-за тебя, сволочь, мы умрём! Ты станешь причиной наших смертей! Засунь свою благодарность себе в зад, мразь… — Ан горько ухмыльнулась. Хотелось последовать примеру Джу Хи и просто потерять сознание, но она продолжила смотреть пустыми глазами на статуи. Сил на то, чтобы злиться или переживать не осталось. — Чувствую себя преданной». Едкая насмешка над самой собой горчила на растянутых в кривом оскале губах, исчезнувшем уже спустя мгновение. Мрачное спокойствие на лице и лёд в потемневших глазах скрылись за растрёпанными волосами. Мельком брошенный взгляд на Джин Ву оставил внутри неприятное напряжение. Лицо парня, помрачневшее в одно мгновение, с потухшими глазами, потерявшими надежду, вызывало почти ощутимую боль. Кажется, в нём только что сломалось что-то важное. Реин с трудом втянула тяжёлый воздух, заставляя себя собраться с силами, и придвинулась ближе настолько, насколько возможно, дабы одновременно наблюдать за смертоносными скульптурами. Она не имела права оставить его одного, но и предложить могла только молчаливую поддержку и присутствие. Джин Ву, однако, большего не требовалось. Как только ушёл Ким Санг Сик, появилась большая брешь в их «защите». Статуи медленно, но верно подбирались ближе, шурша и скрипя при каждом движении. Реин задумчиво наблюдала за ними, когда Охотник Сонг начал говорить: — Охотница Ан, вы можете взять Охотницу Ли на себя и уйти… — Нет, — ответ вылетел подозрительно легко и безразлично. —… Простите, Охотник Сун, но нам придётся остаться зде-… Что? — Сонг Чи Юл удивлённо посмотрел на Реин, но, услышав скрип совсем рядом с собой, встрепенулся и отвернулся. — Я не смогу уйти, — Реин со спокойствием буддийского монаха взглянула на опухшую лодыжку, которая при малейшем движении простреливала болью. Скорее всего вывих. Джу Хи уже начинала лечить, но появился алтарь, а потом та и вовсе в обморок упала. Чудо, что Ан вообще доковыляла до алтаря, за что, к слову, нужно поблагодарить лекаря. — Забирайте Ли Джу Хи и уходите. Сонг Чи Юл с надеждой взглянул на Джин Ву, однако тот только пожал плечами со странным смирением и леденящим душу спокойствием. В его глазах не было и проблеска страха. Взрослое, умудрённое тяжёлой жизнью выражение на юношеском лице выглядело бы странно, но сейчас вызывало только ноющую тяжесть в груди и искреннее сожаление. — Пожалуйста, позаботьтесь о ней, — Джин Ву слегка улыбнулся, щурясь. Сонг молча поднялся, обходя алтарь, и уже протянул руку к бессознательному телу, как за спиной раздался голос Реин: — Стойте, — она достала из кармана два небольших кристалла и записку, где было большими буквами выцарапано несколько цифр и символов. На оборванной бумаге, которую та всегда носила с собой, остались кровавые следы, на что Охотница нахмурилась. — Передайте в Ассоциацию, пожалуйста, — Сонг молча забрал предметы, спрятав их во внутренний карман куртки. Он наклонился, рывком поднимая тело Джу Хи. — А теперь уходите. Времени осталось мало. — Спасибо вам, — Сонг Чи Юл медленно, по всем правилам, выказывая высшую степень уважения, поклонился им обоим, а затем, не оборачиваясь, ушёл. В тусклых глазах блеснула горечь и вина пополам с тихой признательностью. Скорее всего, он никогда не простит себе этого, но пронесёт благодарность в сердце до самого конца. Их осталось двое. Синих огней было слишком много, чтобы существовала надежда на то, что они смогут продержаться здесь до конца. Воцарилась тишина, прерываемая уже не режущими перепонки скрипами и грохотом. Было немного странно ощущать последние мгновения перед смертью. Внутри, вместе с тлеющим гневом на предателя, разрасталось горькое смирение и сожаление напополам с виной, стоило вспомнить о покинутых родственниках; цвела лёгкая, едва уловимая радость из-за ощущения присутствия рядом, и жгучая злость из-за него же. Умирать вот так, с человеком, которого ты ценишь больше всего, было самую малость приятно и невероятно тоскливо. Постоянно лезли навязчивые мысли с бесконечным множеством «если», что обязательно заканчивались счастливым финалом для обоих. Наивные мечты, медленно умирающие вместе с ними. — Спасибо… — …что осталась, не бросила, что стерпела его слабость. — Прости… — …за боль, за страдание, за кровоточащие раны и невозможность помочь. Повисла неловкая тишина, прерываемая скрипом каменных тел. Поднявшись из последних сил, Реин подсела рядом с Джин Ву, положив голову ему на плечо. Прижалась ближе, не обращая внимания на жгучую боль, ища необходимое успокоение в бьющейся жилке под ухом, окутанная пряным запахом цитруса, смешанного с кровью и пылью. Сун приобнял её рукой, притянул к истощённому телу, вцепился негнущимися пальцами, словно желая проникнуть под кожу, отдавая необходимое тепло. Единственное оружие, меч, доставшийся от мерзавца-Кима, они держали вместе, переплетая липкие от крови пальцы в стальной хватке. В глазах обоих, уставших, но всё ещё горящих болезненной надеждой, стыло разделённое на двоих тёмное желание забрать хоть одну тварь с собой за Грань. Следующий шаг статуи отдался гулким эхом в ушах вместе со стуком замершего сердца. Погряз в воздухе, будто в застывшей смоле, намертво отпечатываясь в памяти. Клинок предсказуемо отскочил от каменной брони, не оставив ни царапины. Реин до последнего смотрела, как меч воина беспрепятственно пронизывает грудь Джин Ву, попадая прямо в сердце, как её рука тянется к ране, безрезультатно пытаясь остановить хлынувшую кровь, как после клинок врага нацеливается на неё. Время замедлилось до предела. Реин слышала хриплый крик Суна и короткий свист, видела брошенный на неё взгляд, полный неописуемых эмоций, его дрогнувшее в попытке защитить Ан тело, а потом почувствовала, как начинает гореть от боли шея. Как тёплыми струйками вытекает из раны кровь. Как сама Жизнь оставляет её, передавая в костлявые руки. «Я… не хочу умирать». Реин закрыла глаза.

[Секретное задание: Мужество слабых.]

Последнее условие выполнено.

Задание завершено.

«Что произошло? Что это за голос? Почему, чёрт побери, он у меня в голове?..»

[Вы заслужили право стать Игроком. Вы хотите его принять?]

«Какого Дьявола? Кто такой Игрок?»

[Ваше время истекает. Если вы сейчас не примете решение, ваше сердце остановится через 0.02 секунды. Принять?]

«…Принять».

[Добро пожаловать, Игрок.]