Часть 242

Прошло около получаса. Мужчины в ресторане уже заметно повеселели. На столе постепенно пустели бутылки с вином, и на смену им пришёл крепкий коньяк. Смех и оживлённые разговоры наполнили зал, и даже официанты, приносившие закуски, улыбались, глядя на разгорячённых гостей. Лекса сидел в кресле, прислонившись к спинке. Его лицо оставалось чуть отстранённым, хотя он уже сделал несколько рюмок подряд, не закусывая. После пятой он вдруг почувствовал, как тяжесть немного отступает. Алкоголь начал снимать напряжение, и на сердце стало легче. Миро, сидевший напротив, постоянно посматривал на друга. Он помнил о его приступах и понимал, что тот пьёт больше обычного и совсем не закусывает. Это его настораживало, но он решил пока не задавать вопросов, чтобы не тревожить остальных. Лачо тоже заметил, что отец словно уходит в себя. Его обычно живой взгляд стал каким-то затуманенным, а движения – медленными. Он тихо обратился к другу. Лачо: ты заметил? Отец как будто сам не свой… И пьёт много. Тот кивнул, стараясь не привлекать внимания. Миро: да… Вижу. Но если спросим прямо, он закроется. Давай пока просто наблюдать. Баро, сидевший рядом, тоже заметил, что Лекса пьёт рюмку за рюмкой. Он уже хотел было сказать что-то, но затем решил не вмешиваться. Мужчины переглянулись, но решили пока не тревожить друга. Лекса, чувствуя на себе взгляды, вдруг усмехнулся, хлопнул сына по плечу и, слегка покачнувшись, провозгласил. Лекса: эй, сынок, давай-ка выпьем и за твою семейную жизнь! Пусть молодые видят, к чему нужно стремится! Чтобы и у вас с Хитаной всё было, как у меня с Амирой – жарко, страстно и на века! Молодой баро с натянутой улыбкой чокнулся с отцом, осторожно отвечая. Лачо: спасибо, отец… Но, может, ты чуть сбавишь обороты? Мужчина прищурился, поднимая рюмку. Лекса: что, боишься, что старик не выдержит? Не боись! Я ещё ого-го! Он рассмеялся, подмигнув будущему зятю. Лекса: а ты завтра как? Готов делать мою дочь счастливой? Молодой мужчина улыбнулся, но слегка смутился. Роман: можешь не сомневаться в этом, Лекса… Он хлопнул его по спине так, что тот чуть не пролил бокал. Лекса: вот и молодец! Женись смело! Ты выбрал мою Лилу – значит, будешь счастлив. Я хочу, чтобы она каждое утро светилась от счастья, ты уж старайся… Молодой цыган, пытаясь сгладить неловкость, тихо проговорил. Миро: Лекса, давай ты хотя бы закусишь немного? Тот махнул рукой. Лекса: да ладно! Настоящий цыган пьёт душой, а не едой! Вот так! Он опрокинул ещё одну рюмку и выдохнул с довольной улыбкой. Капитан Стеклов, заметив, что мужчина хоть немного оживился после очередной рюмки, с облегчением чокнулся с ним и проговорил с улыбкой. Следователь: ну вот, теперь хоть немного развеселились, Лекса Георгиевич. Тот усмехнулся, выдохнул и налил себе ещё рюмку. Вдруг он заметил у входа в зал светловолосую девушку-администратора ресторана. Она что-то записывала в блокнот, но, увидев его взгляд, подошла ближе. Он махнул ей рукой, привлекая внимание. Лекса: о, Алёнка! Подойди на минуту. Мужчина позвал её, и девушка тут же направилась к столу, а затем вежливо спросила, кивнув всем остальным в знак приветствия. Алёна: да, Лекса Георгиевич? Он сделал ещё один глоток коньяка, чувствуя, как алкоголь окончательно расслабляет его. Лекса: завтра праздник. Двойная свадьба моей дочери и свояченицы. Хочу, чтобы в ресторане для всех бесплатно накрыли столы. Пусть люди приходят – и горожане, и пострадавшие от пожара. Пусть придут разделить с нами радость. Мы всех накормим и напоим. Девушка замешкалась на секунду, а потом слегка улыбнулась. Алёна: Лекса Георгиевич, Амира Рамировна уже распорядилась. Она сказала накрыть столы на всех, кто придёт. Мы уже всё подготовили. Мужчина застыл на мгновение, потом широко улыбнулся, несмотря на лёгкое опьянение. Лекса: вот женщина! Настоящая хозяйка! Даже без меня всё учла и успела… Будущий зять, сидевший рядом, кивнул, подтверждая. Роман: да, Лекса. Она ещё вчера утром сказала, чтобы все люди праздновали вместе с нами. Персонал предупреждён. Тот вдруг рассмеялся и, подняв рюмку, громко заявил. Лекса: ну, родные мои! А давайте-ка выпьем за мою Амиру! За ту женщину, которая смогла превратить этот город в настоящий очаг! За ту, кто научила меня любить по-настоящему! Остальные мужчины дружно подхватили, стукнувшись рюмками. Лекса выпил залпом, чувствуя, как тёплая горечь разливается по телу. На лице его появилась честная, тёплая улыбка. Он оглядел собравшихся. Лекса: знаете… Она у меня удивительная. Я всегда знал, что мне с ней повезло, но сейчас ещё больше понимаю – не просто повезло. Бог дал мне настоящий подарок. И я сделаю всё, чтобы она всегда была счастлива. Миро, продолжая наблюдать за другом, чуть заметно нахмурился. Лекса пил слишком много и слишком быстро, хотя обычно держал себя в руках. Лачо, глядя на отца, вздохнул и тихо сказал другу. Лачо: ты видишь, да? Он даже не закусывает… Я такого давно не видел. Тот тихо ответил, не сводя глаз с мужчины. Миро: вижу… Рамир тоже чувствовал, что что-то не так, но не хотел начинать разговор в присутствии остальных. Лекса, хоть и улыбался, всё равно выглядел отрешённым. Вечер продолжался, но в воздухе витала лёгкая тревога, которую мужчины старались скрыть за тостами и смехом. После тёплого и эмоционального предсвадебного праздника дом Саппоро снова наполнился обычной вечерней суетой. Земфира поправляла платок на плечах, проверяя, все ли её дочери собрали свои вещи. Кармелита помогала бабушке завязать на шее красный платок, чтобы тот не слетел по дороге. Люцита с улыбкой поправляла волосы Рады и Азы, которые подбирали рассыпавшиеся ленты с пола. Девочки болтали между собой, обсуждая, как завтра будут помогать невестам и разбрасывать мешочки с монетками. Женщина оглядела свою немаленькую компанию. Земфира: ну что, все готовы? Падчерица кивнула, аккуратно прижимая к себе сложенный платок. Кармелита: да. Завтра с самого утра начнём последние приготовления. Старая шувани улыбнулась, оглядев всех, и обратилась к Амире. Рубина: спасибо тебе, милая, за этот вечер. Девочки довольны, и невесты счастливые. Это самое главное. Молодая цыганка подошла к бабушке и обняла её. Амира: это вам спасибо, что пришли. Завтра будет особенный день. Мы должны быть готовы к празднику. Затем её старшая сестра подошла к ней, улыбаясь. Люцита: спасибо, что так всё организовала. Было действительно как в сказке. Старшая из юных цыганок воскликнула, гордо поправляя на плечах вышитый платок. Рада: и как перед настоящей цыганской свадьбой! Младшая тоже подхватила. Аза: да! Мы с Радой уже готовы помочь! И завтра утром мы первые будем заниматься! Женщина тихо улыбнулась, обняв младших дочерей. Земфира: молодцы, мои девочки. Но сначала выспитесь, ладно? Чтобы с утра не падали от усталости. Старая шувани поддержала. Рубина: да. Завтра – важный день. И нам всем нужно быть бодрыми. Амира с улыбкой подошла к Кармелите и Люците, обняв их обеих. Амира: спасибо, девочки. Я так рада, что у нас такая семья. Вы – лучшие сестры на свете. Молодая цыганка засмеялась, легко приобняв её. Кармелита: ты и сама – лучшая сестра! Земфира кивнула Рубине, и та направила младших девочек к выходу. Все дружно попрощались, пожелав спокойной ночи и пообещав завтра увидеться на свадьбе. Когда двери закрылись, Амира с облегчением выдохнула и присела на диван, пока её падчерица и невестка хлопотали на кухне. Прошло ещё какое-то время, и обстановка в ресторане заметно оживилась. Мужчины уже расслабились, шутки сыпались одна за другой, а тосты всё сменяли друг друга. Лекса, выпив ещё несколько рюмок подряд, почувствовал, как алкоголь окончательно разлился по венам. Его движения стали чуть более развязными, а речь – чуть громче и менее чёткой. Он выкрикнул очередной тост, поднимая уже опустевшую рюмку и чуть не уронив её на стол. Лекса: эх, дорогие мои! Ну, за нас! Молодой баро быстро подставил руку, удерживая рюмку, сменив голос на шёпот. Лачо: отец, может, хватит уже? Ты и так хорошо выпил. Тот прищурился, слегка покачнувшись. Лекса: да ладно тебе, сынок! Ты что, боишься, что твой отец не выдержит? Я ещё могу хоть сто человек обнять разом! Он рассмеялся, но смех был немного сдавленным и усталым. Внезапно Лекса накинул своё пальто, которое до этого лежало на спинке стула, и поднялся на ноги, но те не сразу его послушались. Он качнулся, схватился за спинку стула и рассмеялся. Лекса: ого, вот это качка! Будто на корабле! Дэвэл миро… Молодой цыган тут же вскочил, чтобы помочь, но мужчина жестом остановил его. Лекса: спокойно! Я просто на перекур хочу выйти. Но сначала… сначала мужская комната! Выпитое, знаешь ли, своё требует! Он сделал несколько неуверенных шагов, но потом всё же выпрямился и пошёл более ровно. Миро украдкой следил за ним взглядом, и в голове мелькнула тревожная мысль: «Какой-то он странный сегодня… Лишь бы не было приступов…». Когда мужчина проходил мимо стойки, громко выкрикнул. Лекса: эй, гожо чаюри! Сделай мне самый вкусный кофе! Такой, чтобы и усталость, и мысли прогнал! Официантки переглянулись между собой, слегка удивившись такому требованию. А мужчина вдруг махнул рукой и с улыбкой добавил. Лекса: да что там… Всё равно лучший кофе делают моя жена и дочь! Никто их не переплюнет! Девушки за стойкой переглянулись с улыбкой, а затем посмотрели на мужчин за столом, которые были единственными клиентами сегодня на приватном вечере, ведь сам ресторан принадлежал семье Саппоро. Молодой баро вздохнул и тихо проговорил. Лачо: я такого ещё не видел. Отец ведь так не напивался… Я только один раз видел его в таком состоянии… Петро: и я тоже один раз видел… Будущий зять, видя состояние тестя, тоже сжал губы и покачал головой. Роман: даже на праздниках он обычно держал себя в руках… Миро нахмурился, его взгляд не отрывался от двери, через которую вышел Лекса. Он перевёл взгляд на капитана Стеклова и, поддавшись внутреннему беспокойству, решил спросить. Миро: Николай, ты не знаешь, что с ним? Вы же в машине вместе ехали… Что-то же случилось. Тот посмотрел на друзей и тяжело вздохнул. Следователь: да. Я думаю, это всё из-за того письма. Баро слегка удивился. Рамир: какого письма? Капитан тихо ответил. Следователь: письма от Банго. Когда тот покончил с собой, он оставил письмо для Лексы Георгиевича. Я передал его сегодня. Видимо, там было что-то такое, что сильно его задело. Миро задумчиво провёл рукой по подбородку: «Так вот оно что… Чёрт… Значит, всё из-за этого. Но что там могло быть?». Молодой баро нервно постучал пальцами по столу. Лачо: отец так резко переменился. Он до последнего держался, а потом… Я даже не знаю, как его теперь поддержать. Баро задумчиво потёр подбородок. Рамир: зная Лексу, он ни за что не признается, что ему плохо. Скажет, что всё в порядке, и продолжит пить. Его зять только кивнул. Миро: это точно. Но меня больше пугает не его состояние, а его здоровье. Последние слова он сказал так тихо, что никто и не услышал. Сын Лексы немного нахмурился. Лачо: может, пойти проверить? Капитан Стеклов подумал и покачал головой. Следователь: нет. Дайте ему минуту побыть одному. Если поймёт, что его контролируют, только разозлится. Я так думаю. Давайте просто будем начеку. Если вдруг что-то – сразу отреагируем. Мужчины переглянулись, пытаясь скрыть тревогу за рюмками. Миро бросил быстрый взгляд на часы и пообещал себе, что если Лекса не вернётся через пять минут, он пойдёт и проверит сам. Будущий зять Саппоро вздохнул и пробормотал. Роман: неужели письмо было настолько тяжёлым? Будущий зять Зарецких тихо ответил. Следователь: видимо, да. Он всегда выглядел сильным, но сейчас… видно, что его что-то сломало. Молодой баро твёрдо проговорил, но его голос чуть дрогнул. Лачо: отец не сломается. Но то, как он сейчас ведёт себя… Это на него не похоже. Миро тихо пробормотал, отхлебнув из бокала, чтобы немного успокоиться. Миро: лишь бы с ним всё было в порядке. Мужчины молча ждали возвращения Лексы, но тревога уже не отпускала их. Шувани южного табора, чувствуя, что её снова тянет на воздух, тихо вышла на террасу, прикрыв за собой дверь. Вечерний воздух был прохладным и свежим, обволакивая её лёгким холодком. Она вдохнула полной грудью, посмотрела на звёздное небо. Но внезапно перед глазами снова замелькали тени. На мгновение всё вокруг поблекло, и перед её внутренним взором всплыл образ: календарь с датой «2 сентября». Страницы календаря трепетали, будто под порывом ветра, а вокруг расплывался серый туман. Затем вдруг резко пошёл снегопад – крупные хлопья снега закружились в воздухе, будто танцуя в бешеном вальсе. Женщина резко тряхнула головой, но видение не отпускало. Она прижала руки к вискам, пытаясь уловить смысл. Что это за дата? Почему снег?.. Ведь сейчас только середина лета. Внезапно из гостиной вышла Зара, осторожно прикрыв за собой дверь, и видение тут же рассеялось. Зара: Роза, ты здесь? Шувани выдохнула, будто сбросив с себя наваждение, и обернулась к женщине. Роза: да… Просто воздухом решила подышать. Та прищурилась, заметив её взволнованный вид. Зара: что-то не так? Шувани немного помедлила, но потом отрицательно покачала головой. Роза: нет… Просто мысли разные. Праздник завтра, волнительно всё. Женщина подошла ближе, стараясь не тревожить её. Зара: знаешь… Я хотела спросить… Про Амиру… Ты давно знаешь её? Шувани чуть улыбнулась. Роза: она в нашем доме уже больше года. Но такое чувство, что всегда была с нами. Лекса с ней вовсе другим стал. Мягче. Добрей. Она как луч света, который пробился сквозь грозу. Женщина внимательно всматривалась в её лицо. Зара: она красивая. Очень. И такая… сильная. Я всё думаю: как это получилось, что она стала женой Лексы? Он ведь был другим раньше. Страшным человеком. Шувани с улыбкой посмотрела на неё. Роза: любовь… Она чудеса творит. Амира его не просто в порядок привела – она душу его отмыла. Вот так и случилось. Ты бы видела их вместе. Они как два дерева, корнями переплетённые – не разорвать. Та кивнула, задумавшись. Зара: я смотрю на неё и удивляюсь. Столько силы и мудрости в такой молодой девушке. А Лекса… Он так её оберегает. Никогда не думала, что этот человек сможет так любить. Шувани тихо ответила. Роза: я тоже. Но когда видишь их вместе – понимаешь, что они были предназначены друг другу. Как будто весь мир специально свёл их, чтобы они исцелили друг друга. Зара немного вздохнула, прижимая руки к груди. Зара: ты говоришь, как будто предсказание. Но я рада. Если Лекса изменился ради неё – значит, только она и вправду достойна быть его женой. Старшая Саппоро слегка усмехнулась. Роза: она не просто достойна. Она его спасла. И он это знает. Поэтому старается быть для неё лучшим мужчиной на свете. Зара опустила взгляд, понимая, что ещё не осознала до конца, насколько изменился Лекса. Роза почувствовала это и мягко добавила. Роза: не кори себя за прошлое. Ты вернулась. Лила тебя приняла. Всё остальное можно наладить. Та улыбнулась, но в её глазах всё ещё оставалась тень сомнений. Зара: я постараюсь. Ради неё… и ради того, чтобы вернуть хоть каплю её доверия к себе. Шувани протянула руку и коснулась её плеча. Роза: у тебя получится. Главное – не бойся. Лила сильная, как и ты. Лекса научил её прощать. Живи с чистым сердцем – и всё получится. Зара кивнула, почувствовав тёплую поддержку. Роза ещё раз оглядела небо, будто пытаясь уловить что-то неуловимое. Зара стояла рядом, задумчиво глядя на дом, из которого доносились звуки смеха и тихие разговоры. Зара: я смотрю на Амиру и не могу понять… Сначала я даже не поверила, когда узнала, что у него родилась маленькая дочь. В таком-то возрасте! А теперь ещё и снова беременна… Я просто в растерянности. Шувани слегка улыбнулась, вспоминая, как сама когда-то не могла принять мысль, что её брат может стать таким нежным отцом. Роза: да… Лейла ещё такая кроха. Но Лекса с ней – словно два родных сердца. Когда мы думали, что Амира погибла, только эта малышка и держала его. А теперь, когда он узнал, что она снова ждёт ребёнка… Ох… Ты бы видела его лицо. Счастье через край. Женщина качнула головой. Зара: и Лила её приняла… Даже не просто приняла, а полюбила. Я это видела. Они как подруги. И Лачо с ней так ладит, и Хитана. Я думала, он будет против, ведь взрослые дети часто ревнуют к новым жёнам отцов. Старшая Саппоро усмехнулась. Роза: Лачо поначалу тоже был удивлён, как и мы все. Но Амира не требовала признания. Она просто любила. И Лачо сам увидел её искренность. Она никогда не пыталась занять место его матери или твоё в жизни Лилы – только поддержать и быть рядом как с детьми человека, которого так любит. Тем более, они почти ровесники. Ни Лачо, ни Лила никому не дадут в обиду ни отца, ни сестру, ни мачеху. Женщина тихо рассмеялась. Зара: как это странно слышать… Лекса с младенцем на руках, рядом его молодая жена, взрослые дети… Это так не похоже на того человека, которого я когда-то знала. Шувани задумчиво посмотрела на неё. Роза: знаешь, Зара, всё это – благодаря Амире. Она показала ему, что значит жить для других. Научила любить не за что-то, а просто так. Сначала он сопротивлялся, конечно. Не знал, как принимать тепло и заботу после всего, что он раньше делал. Но она с ним была. И вот теперь – он нашёл семью. И благодаря ей мы все смогли его простить. Та грустно улыбнулась. Зара: я всегда боялась его. Не могла даже подумать, что он станет таким… мягким. Я помню, как он смотрел на людей, как они дрожали при его приближении. А сейчас… Он даже перед Петро извинился, как будто они на мгновение поменялись ролями. Старшая Саппоро кивнула, не отрывая взгляда от звёзд. Роза: потому что он сам себя тоже простил. Амира помогла ему понять, что не нужно держать прошлое внутри. И что даже сильный человек, который много ошибался и творил зло, имеет право на счастье. Теперь мой брат другой. И это не просто показное. Он действительно стал другим, и мы все это видим. Женщина опустила голову, словно обдумывая услышанное. Зара: тогда, когда я ушла… Я даже не думала, что у Лилы когда-то будет такая семья. Я думала, она будет одна, и о ней будет говорить весь табор, тыкать в неё пальцем… А теперь я понимаю, что если бы я не ушла, может всё было бы по-другому. Может моя дочь не нашла бы утешение в своём отце, а он – в ней. Она так всегда мечтала об этом… Всё сложилось так, как сложилось. Шувани положила руку на плечо Зары. Роза: ты правильно сделала, что вернулась. Лила тебя приняла, и Лекса тоже не отвернулся, а помог тебе помирится с дочерью. Теперь будь с ней, как бы сложно ни было. У моего брата теперь крепкая семья, и в ней всегда есть место для тех, кто готов любить. Зара кивнула, чувствуя, как напряжение постепенно уходит. В голове всё ещё мелькали обрывки воспоминаний, но слова Розы согревали душу. Зара: завтра у Лилы новая жизнь начнётся. И я буду рядом. Даже если не сразу получится вернуться к тому, что было раньше… Я всё равно буду рядом. Старшая Саппоро с лёгкой улыбкой посмотрела на неё. Роза: этого достаточно. Главное – не оставляй её больше. Лила сильная, но любому сильному человеку иногда нужна поддержка. А у неё теперь будет своя семья. И ты можешь стать её частью. Зара глубоко вздохнула, принимая для себя решение. Она знала, что путь к доверию дочери ещё длинный, но теперь у неё была надежда, что всё получится.