Глава 29

— Не волнуйтесь, мистер Малфой, все будет конфиденциально, как и договаривались. Я лично проконтролирую и дам знать, если что-то понадобится. Целитель пожал ему руку на прощание и удалился в палату, где разворачивались самые важные события — знакомство родителей Грейнджер с прибывшими индонезийцами. Драко не любил раскидываться деньгами, но ради близких мог делать это без зазрения совести — на порт-ключ и одобрение для посетителей в Министерстве ушел всего лишь еще один день. Несмотря на то, что завтра канун Рождества, ему удалось провернуть все без задержек. В Лондоне появилось три человека: Старейшина, та женщина, которая встречала их в племени, и молодой парень, который покинул в свое время деревню, чтобы учиться, но вернулся и знал английский. Все-таки искать кого-то для коммуникации не оставалось времени, и Драко был готов заплатить молодому человеку сверху за работу переводчика. Малфой оплатил гостиницу пока только на неделю вперед, так как неизвестно было, сколько времени понадобится, чтобы оценить состояние Грейнджеров и дать прогноз. Он купил им одежду, ведь одеты индонезийцы оказались не по погоде, и тем самым привлекали к себе лишнее внимание. Встретил и провел их в Мунго Тео, чтобы не поползли ненужные слухи. Теперь, вздохнув свободно, Драко отправился домой. Последний рабочий день перед праздниками выдался насыщенным, потом пара часов в Мунго… Он чувствовал себя окончательно выжатым, хотелось хоть немного расслабиться, но мечте этой суждено было сбыться лишь через пару дней, поскольку завтра всех ожидал масштабный рождественский прием. Поместье встретило его тишиной, свежестью и сиянием — приготовления закончены, и осталось завтра лишь хлынуть гостям и обслуживающему персоналу, нанятому на этот вечер. Его плечи опустились сами собой — дом с детства был крепостью, в которой всегда можно укрыться, и Драко радовался, что после войны все же смог вернуть все на свои места. Он затормозил на полпути к их крылу, когда решил, что стоит действительно отвлечься и переключиться на что-то другое, тут же изменив маршрут и направившись в библиотеку. Хорошая книга была способна подарить ему это ощущение. В последнюю неделю в его голове разверзся настоящий бедлам: мыслей возникало столько, что не счесть — работа, взаимоотношения с Грейнджер, проворачивание всех дел с ее родителями, хаос в поместье из-за подготовки. Еще и Пэнси свалилась на голову со своей проницательностью, которую Драко всегда ненавидел — подруга мастерски считывала эмоции и ложь, залезала под кожу, лишь бы разузнать всю правду. Спустя годы это не изменилось. Он был действительно изумлен, когда Паркинсон заявилась к нему вот так просто и заявила, что не верит во все это и требует правды. Малфою казалось, что времена такой близости давно прошли. Да и что он мог сказать? Да, брак случайный, вынужденный — выбирай любое слово — но в том, что происходило теперь, он и сам разобраться не мог. Иногда Драко хотелось поступить так, как сделала сама Грейнджер после свадьбы — психануть, закрыться и ни с кем не общаться, не выходить в мир. Абстрагироваться и остаться наедине с собой, потому что даже самого себя он не до конца понимал. Вчерашнее утро уже в который раз подтвердило, что физически его влекло к собственной жене — это не являлось какой-то новостью. Но вот желание ей помочь, поддержать, когда это необходимо, сидело куда глубже, и, как будто бы, уже не просто намекало — кричало! — что все куда серьезнее, чем кажется. Мог ли он действительно влюбиться? Пусть не тогда, но сейчас, когда они оказались в одной лодке: делили один дом, общались теснее, чем когда-либо… В целом, если задуматься, это ведь было хорошо? Полюбить не кого-то на стороне, учитывая ситуацию, а того, кто вынужден остаться с ним до конца своих дней… Салазар, как же сложно… Потерявшись в своих мыслях, Драко не заметил, как поднялся на второй этаж, однако на повороте к библиотеке замер — он был здесь не один. Гермиона мялась напротив широких дверей, гипнотизировала их взглядом, но отчего-то не решалась войти. Весь ее вид являл собой уют — домашняя одежда, собранные небрежно волосы… Он до сих пор не мог привыкнуть к тому, что она и правда здесь жила. Сделав пару шагов навстречу, Малфой решил заявить о своем присутствии: — Грейнджер? — Он остановился рядом, со смешком осмотрев дверь. — Чего ты тут мнешься? Она вздрогнула, явно не ожидая, что кто-то прервет ее гляделки с дверью, и подняла на него глаза. — Привет, я… Ничего, — она тряхнула головой, — думала почитать что-нибудь, но, пожалуй, уже поздно. Грейнджер казалась настолько сконфуженной, что Драко не сразу понял, что она, вероятно, ни разу за эти месяцы не заходила сюда сама, даже несмотря на то, что теперь являлась полноправным жильцом и частью рода. Она бывала в библиотеке до свадьбы лишь с ним, когда изучала Семейную книгу и искала возможность разрушить узы. — Тебе помочь? Я могу объяснить, как пользоваться поиском, — предложил он. — Я удивлен, как ты еще не поселилась здесь, учитывая, что наша библиотека считается самой обширной и богатой на редкости. Она неуверенно кивнула, поджав губы, и сделала шаг к двери, схватившись за резную ручку. Пожала плечами. — Не знаю, это ведь… не мое. Как-то неудобно было приходить, — совершенно честно, к его удивлению, ответила Гермиона. Он понимал, что она имела ввиду. — Теперь это твое, этот дом — твой, и ты вольна пользоваться здесь всем, чем пожелаешь. Пойдем. Драко был искренен, он верил в свои слова, ведь впустить ее в родовое гнездо оказалось куда легче, чем он предполагал поначалу. И теперь ее нахождение здесь ощущалось как никогда правильным.

***

За все время проживания в поместье Гермиона ни разу не бывала в библиотеке. Поначалу было просто не до того, а потом она занимала все свободное время работой и встречами с друзьями, а если не выходило — пряталась в личных комнатах. Со временем, конечно, отпустило, но как будто всегда находились причины туда не идти. Отчасти она винила воспоминания, ведь единственные несколько раз, когда Грейнджер попадала туда, были связаны с поиском возможности разрыва брачных уз — и всегда сопровождались раздражением и досадой. Теперь же, натыкаясь в архивах или других документах на упоминание семейного хранилища знаний, все внутри нее буквально зудело от любопытства — сколько же всего там было сокрыто! В ее доме!.. Но внутри нее словно образовалась стена — Гермиона отчего-то не могла пересилить себя и пойти туда одна. Да, Малфой упоминал, что она может хоть здесь, куда пожелает, но… Она оказалась перед широкими резными дверьми не в первый раз. И в каждый из них не смогла пересилить себя и войти. Грейнджер до сих пор иногда чувствовала себя неуместно, неуютно, как-то… не так. Она не воспринимала себя как хозяйку этого всего. Будто не имела права. Хотя всего-то — протяни руку и возьми. Переминаясь с ноги на ногу, она уже было решила не мучиться и отправиться в спальню, как со стороны правого коридора послышались шаги и удивленный голос: — Грейнджер? Чего ты тут мнешься? Гермиона вздрогнула от неожиданности, переведя на него взгляд. По коже побежали мурашки, и она нервно сглотнула, почувствовав внезапную неловкость. Нужно было уйти раньше… — Привет, я… Ничего, думала почитать что-нибудь, но, пожалуй, уже поздно. Нормальная причина, верно? Она молилась Мерлину, чтобы Драко ей поверил и дал возможность сбежать в свою нору. Да, по-детски, но ей было плевать. Он являлся хозяином этого места, и она прочувствовала это в полной мере в этот самый момент. Однако он не оставил ей шанса, неожиданно предложив: — Тебе помочь? Я могу объяснить, как пользоваться поиском. Я удивлен, как ты еще не поселилась здесь, учитывая, что наша библиотека считается самой обширной и богатой на редкости. Слова не содержали в себе ни капли насмешки или подначивания — просто факт, который действительно имел место быть, она и сама это понимала. Неуверенно, но она все же кивнула, сделав шаг к дверям и схватившись за массивную ручку. Ответила предельно честно, пожав плечами: — Не знаю, это ведь… не мое. Как-то неудобно было приходить. Казалось, ее слова совершенно Малфоя не удивили. Он подошел ближе, шире распахнув двери и пропустив ее вперед. — Теперь это твое, этот дом — твой, и ты вольна пользоваться здесь всем, чем пожелаешь. Пойдем. Гермиона, изумленная не самим ответом, а его искренностью, неосознанно двинулась следом. Стоило им переступить порог, как тут и там начали вспыхивать факелы и крупные световые сгустки, осветив все вокруг. — Я… понимаю, — опомнившись, отозвалась она. — Но к этому сложно привыкнуть. — У тебя есть все время мира, Грейнджер. Никто не торопит. Пока она так и замерла, разглядывая тянущиеся к потолку стеллажи, лестницу на второй этаж и камин у противоположной стены, обставленный с двух сторон обитыми бархатом массивными креслами, Малфой уверенно направился к высокому постаменту. Там, раскрытая, лежала старинная толстая книга с пожелтевшими страницами. — Это, — он указал на фолиант, — своего рода архив — книга содержит информацию обо всем, что хранится в библиотеке. Пользоваться ею могут только члены семьи, поэтому достаточно приложить руку и подумать о том, что тебе нужно: жанр, тема, ключевые слова или конкретное название, если ты его знаешь. Нужные сами прилетят к тебе в руки, своеобразное Акцио, вплетенное во все здесь. Попробуй. Драко махнул рукой, отойдя в сторону и выжидающе глядя на нее. А у Гермионы из головы словно исчезли, предательски разбежались все мысли разом — она не представляла, что бы ей хотелось прямо сейчас. Все и сразу, наверное, ведь в своем познании она всегда была ненасытна, однако, как сказал сам Малфой, нужна конкретика. Поднеся ладонь, она коснулась шершавых страниц, что впитали в себя чернила, и подумала лишь об одном, что пришло на ум. Мгновение ничего не происходило, лишь тепло магии лизнуло кончики пальцев, а затем где-то в глубине помещения послышался шорох, и с тихим свистом, от того, с какой скоростью прореза́л воздух, на глаза показался объемный фолиант. Она едва успела подставить руки, как тот опустился в них. Со стороны послышался смешок, пока она жадно вчитывалась в название. Подняв взгляд, Гермиона заметила ухмылку, что расползлась на губах Малфоя. Ее пальцы сжимали плотную, слегка выцветшую от времени обложку «Истории Хогвартса». Вскинув бровь, она поинтересовалась: — Что, предсказуемо? — Немного, — он пожал плечами, — но я не думал, что среди всего многообразия, ты выберешь это. — На самом деле… Глаза разбегаются, я просто не знала, что выбрать. Ты же сам сказал попробовать. Хмыкнув, Малфой отступил на шаг, осмотревшись, словно выбирал направление. — Что ж, развлекайся. А я лучше пройдусь, найду себе книгу самостоятельно. Гермиона оказалась предоставлена сама себе, стоило его высокой фигуре исчезнуть на втором этаже. Мерлин, сколько же здесь книг? Десятки тысяч? Сотни?.. Даже в те разы, когда бывала здесь ранее, она не смогла оценить всего масштаба. Сегодня уже действительно было поздно, но в следующий раз она точно устроит себе экскурсию, прошерстит все уголки, прогуляется вдоль стеллажей… Поиск при помощи магии — это прекрасно, особенно если срочно, однако атмосфера совсем не та. Опустившись в кресло и раскрыв на коленях книгу, Гермиона поймала себя на мысли, что… безумно благодарна Малфою. За то, что вызвался помочь, ведь неизвестно, когда она решилась бы войти сюда одна. Теперь же эта проблема отпала сама собой. Углубившись в чтение и перелистывание знакомых с детства страниц, она пропустила момент, когда он покинул библиотеку. Однако мысленно пообещала себе обязательно его поблагодарить.

***

Спустившись к завтраку в день бала, Гермиона ожидала суеты и волнений, которые обычно присущи финальной подготовке, однако… в поместье царили спокойствие и умиротворение. Эльфы и нанятые на этот вечер работники методично, не торопясь, проверяли крепеж декораций и наложенные тут и там чары, выставляли столы для закусок и напитков, и никто никуда не торопился. Признаться, Грейнджер ожидала другого, ведь на ее личном опыте перед важными событиями вокруг всегда царили шум и суматоха. У миссис Малфой же все складывалось иначе, и Гермиону это восхищало: никаких лишних нервов, все размеренно и постепенно, отчего ее контроль в этот день вообще не потребовался. Проверив готовность кухни, Нарцисса предупредила ее о том, во сколько им с Драко необходимо спуститься вниз, чтобы начать встречать гостей, а также упомянула, к какому времени прибудет ведьма, отвечающая за ее внешний вид этим вечером. Поначалу Гермиона думала, что вполне сможет справиться с макияжем и прической сама, ведь чарами гламура она владела неплохо, однако стоило увидеть собственными глазами заказанное платье, и сомнения отпали… Белая ткань из-за блестящего напыления серебрилась, словно сотканная из лунного света — настолько была прекрасна. Прозрачная накидка позади оказалась настолько длинной, что превращалась в небольшой шлейф: расшитая серебряными нитями, складывающимися в сверкающие звезды и снежинки, она плавно колыхалась от малейшего движения. Грейнджер благодарила Мерлина за то, что они с Нарциссой остановились на силуэтном платье, расширявшемся от колен и не затруднявшем движений. Из-за отсутствия рукавов в комплекте шли длинные перчатки, что должны были скрыть шрам. Не то чтобы она его как-то стеснялась — в конце концов, за годы клеймо стало ее частью, — однако не хотела, чтобы в таком прекрасном облике взгляд цеплялся за побелевшие рубцы. Из-за того, что ее помощь не требовалась, а какие-либо срочные дела отсутствовали, Гермиона пол дня провела за чтением в библиотеке, и только благодаря приставленной к ней эльфийке не опоздала со сборами — Тинки появилась с тихим хлопком, известив, что в ближайшее время прибудет мадам Лаваль, и ей стоит подготовиться. И вот теперь, стоя в наброшенном на плечи после душа халате, она промакивала влажные кудри полотенцем, поглядывая на висящее на вешалке произведение искусства. По совету Нарциссы, она уже заглянула в шкатулки, где хранились фамильные украшения, которые ей доставили сразу после свадьбы, и остановила свой выбор на том самом сапфировом комплекте, в котором давала интервью Скитер. Только к колье и серьгам добавился еще и тонкий, изящный браслет. Когда в дверь постучали, Гермиона уже успела собраться с мыслями и настроиться. В гостиную вошла красивая женщина средних лет в пурпурной шелковой мантии, следом за ней парили несколько крупных расшитых сумок. — Добрый день, — поздоровалась она, придирчиво окинув оценивающим взглядом Гермиону с головы до пят. — Вы готовы, ma chère? (моя дорогая) Сглотнув, Грейнджер кивнула, сделав шаг по направлению к спальне, где стоял туалетный столик и было удобнее всего расположиться. — Здравствуйте, мадам Лаваль. Думаю, что да. Пройдемте? Далее все превратилось в круговорот цвета и ароматов, иногда Гермиона чихала от попадавшей в нос пудры и средств, которые ведьма наносила на волосы — по ее словам, одних заклинаний для того, чтобы быть неотразимой на протяжении всего вечера, недостаточно. Мадам хватило одного взгляда на платье и подобранные украшения, чтобы решить: волосы обязательно нужно убрать. Грейнджер совершенно не участвовала в подборе макияжа и не возражала против тех или иных решений, доверившись профессионалу. Наверняка миссис Малфой проинструктировала ту насчет того, какой эффект необходим. Помощь в том, чтобы аккуратно надеть платье, тоже прилагалась. Через пару часов она глядела на свое отражение и не могла поверить, что это действительно все та же Гермиона. Она приосанилась и держалась так, словно уже находилась в зале среди сотен гостей, и это преображение стало для нее настолько незаметным, что Грейнджер не верила своим глазам. Грудь сдавило, настолько смешанными были эмоции. Ведь в последний раз белое платье она надевала на собственную свадьбу, о которой не желала и вспоминать. Теперь же все казалось иначе. Она ощущала уверенность, пусть и зыбкую, и готовность к тому, что ее ожидало. И как будто… именно так должно было быть с самого начала. Мадам Лаваль покинула ее почти незаметно, отправившись на помощь к миссис Малфой, а потому, оставшись в одиночестве и погрузившись в размышления, Гермиона не расслышала стук в дверь. Приглушенный голос донесся из гостиной: — Грейнджер? Ты здесь? Спохватившись, Грейнджер скользнула взглядом по отражению — в сотый раз — и огляделась в поисках палочки, дабы убрать ту в зачарованный карман. — Да-да, я сейчас! Минутку! Отчего-то ее обуяло небывалое волнение. Сердце забилось в груди часто-часто, будто намеревалось пробить ребра и сбежать к дракклам, ноги сделались ватными. Прикрыв глаза, она глубоко вдохнула и тут же с тихим свистом выпустила воздух. Она была готова, черт возьми. Приглушив свет, она толкнула резную створку. Малфой стоял у самых дверей, сцепив руки за спиной, и осматривался. Однако, стоило ему услышать стук ее каблуков, тут же переместил взгляд. Серые глаза скользнули по блестящей ткани, струившейся по ногам и плотно обтягивающей бедра, по рукам, которые она не знала, куда деть, и выше, остановившись на лице. Прочистив горло, Драко будто опомнился и подошел ближе, вытянувшись, как струна. В этот день они не пересеклись даже за завтраком, так как Малфой отсутствовал и решал какие-то дела. — Здравствуй, — он коротко кивнул. — Ты прекрасно выглядишь. Ощутив себя какой-то неуверенной девчонкой под его пристальным взглядом, Гермиона отвела глаза, слабо улыбнувшись. — Спасибо. Ты… тоже. Она видела начищенные до блеска ботинки и белоснежные брюки. Все-таки миссис Малфой добилась своего. Такого же цвета пиджак и жилет, бабочка и платок в нагрудном кармане в тон ее платью, казалось, даже из того же материала. Они сочетались прекрасно. Настоящие хозяин и хозяйка вечера, как Нарцисса того и хотела. Драко протянул ей ладонь, и Гермиона без задней мысли приняла ее, но в следующее мгновение он склонился и коснулся губами ее руки, обтянутой перчаткой. Обручальное кольцо, которое она надела поверх, игриво блеснуло в ярком свете. Мурашки волной побежали по спине, даже несмотря на то, что он не коснулся кожи. Она ощутила, как жар пополз по шее и вверх, и взмолилась всем, кого могла вспомнить, чтобы не покрыться красными пятнами. — Пойдем? — поинтересовался он, как ни в чем небывало, выпрямившись. — Готова? Они покинули ее покои, двинувшись вперед по коридору, к главной лестнице. Вокруг по-прежнему царила тишина, которую нарушали лишь их шаги. — И да, и нет, — призналась Гермиона, неопределенно качнув головой. — Волнительно — не так, как в первые разы, конечно, — но я все же переживаю. — Тебе не о чем волноваться. Как минимум, мы будем там вдвоем. От тебя требуется лишь улыбаться и говорить всем, как ты рада их здесь видеть. — Скользнув по ней взглядом, Малфой вдруг ухмыльнулся, добавив: — Даже если это не так. Из горла вырвался смешок, потому что она прекрасно поняла отсылку к толстосумам и другим неприятным личностям, которых Гермиона терпеть не могла. В этом они были единогласны. Когда они подошли, внизу лестницы мелькнуло бледно-голубое платье Нарциссы, которая, наверняка, намеревалась проинструктировать их и удалиться в зал. Аккуратно подхватив подол и накидку, дабы не запутаться в слоях ткани, Гермиона крепче сжала руку Малфоя, который поддерживал ее сбоку, оберегая от падения. И только почти в самом низу она осознала, что руку он ей не предлагал — он и не отпускал ее всю эту дорогу. А она даже не заметила.