Глава 36

Гермиона не сразу осознала, что Драко принес ее в свою спальню. Он быстрым шагом миновал гостиную, поставив ее на ноги только возле кровати. Возбуждение струилось по венам, но это не помешало ей вдруг смутиться. Повезло, что Малфой сорвал резинку с волос, и Гермиона тряхнула головой, позволив длинным локонам прикрыть грудь. Драко, в этот момент прикрывавший дверь, обернулся, многозначительно выгнув бровь: — Ты это серьезно? Гермиона опустила взгляд, ощутив, как жар заливает щеки. Ну что за бред? Еще минуту назад она заталкивала свой язык в его рот, сидя сверху и потираясь, как кошка… И тут вдруг застеснялась. Недовольно цокнув, Малфой сбросил уже расстегнутую к этому моменту рубашку, оставшись лишь в пижамных штанах, и подошел ближе. Окинув ее горящим взглядом, подцепил кудрявые пряди и перекинул их за спину, вновь открывая себе лучший вид. Его глаза медленно скользили по изгибам, зрачки с каждой секундой захватывали радужку все больше, превращая их в темные бездны, что притягивали Гермиону и медленно засасывали в себя. — Ты прекрасна, — пробормотал он хрипло, заглянув в ее лицо. — Нечего смущаться. — Вообще-то… Я же занималась, хочется хотя бы в душ и… — Замечательная идея! Схватив ее за руку, Драко уверенно двинулся к одной из дверей, за которой, как она знала, скрывалась огромная ванная комната. Свечи зажглись, стоило им переступить порог. — Прошу. — Он махнул рукой, пропустив ее внутрь и прикрыв за ними очередную дверь. Уходить он, судя по всему, не собирался… Низ живота опалило жаром от одной только мысли о совместном принятии душа. Об этом она даже не думала, но… почему, собственно, нет? Повернувшись к нему спиной, Гермиона быстро избавилась от лосин и нижнего белья, оставшись полностью обнаженной. Она отчетливо слышала шорох одежды позади, поэтому направилась к просторной кабине, не дожидаясь Драко. Впрочем, он не заставил себя долго ждать. Упругие струи теплой воды приятно массировали кожу, мгновенно окутавший их пар лишь добавлял интимности обстановке, в которой они неожиданно оказались. Но в больший шок ее повергли последовавшие за этим действия Малфоя. Потянувшись к мягкой губке, он щедро вылил на нее свой гель для душа — она узнала тот по аромату — и, быстро вспенив, начал аккуратно намыливать ее спину. — Что? — поинтересовался, как ни в чем не бывало, заметив ее удивление. — Ты хотела в душ? Я же… просто оказываю услугу. Это ведь и в моих интересах. О, она это понимала. И потому позволила Драко делать все, что захочется. Наивысшее наслаждение настигло ее в тот момент, когда он перешел к волосам, начав методично массировать кожу головы. В это мгновение ее тело окончательно сдалось, превратившись в желе, рукой Гермиона уперлась в стену, дабы не поскользнуться и удержать равновесие. Из горла вырвался тихий стон, больше походивший на довольное урчание, но ей уже было плевать. В какой-то момент она ощутила легкие поцелуи, которыми Малфой начал покрывать ее плечи и спину, в точности прослеживая позвоночник. Он все еще стоял позади, и это только усиливало накатывающее волнами возбуждение — Гермиона не видела его, только лишь чувствовала. Весь мир сократился до этой душевой: непрерывный шум воды в ушах и окутывающий ее плотным коконом аромат, который прочно ассоциировался у нее с Драко, но ранее до ее обоняния доходил только легкий шлейф. Вскоре к горячим губам присоединились и руки. Широкие ладони скользили по спине и бокам, оглаживали ягодицы и вновь повторяли свой маршрут, пока Гермиона все сильнее плавилась под этими касаниями. Чуть подавшись назад, она откинулась на крепкую грудь, устроив голову на плече Малфоя и довольно прикрыв глаза. Поясницей она ощущала его возбужденный член, и от желания прикоснуться к нему в ответ кончики пальцев покалывало, однако Грейнджер не торопилась менять положение. Она захлебывалась собственными рваными вздохами, пока одна его рука неторопливо очерчивала грудь, другая дразняще поглаживала низ живота, а губы исследовали шею, иногда перемещаясь выше и посасывая мочку. Поначалу Гермиону не отпускал страх того, что можно легко поскользнуться — именно по этой причине она не являлась ярой сторонницей секса в душе, но под ногами оказался резиновый коврик. Как предусмотрительно. Тело пробила крупная дрожь, когда длинные пальцы сжали сосок и одновременно с этим скользнули между ног, принявшись неторопливо кружить по клитору. Спина выгнулась сама собой в ответ на эти нехитрые действия, и Гермиона до боли прикусила губу. — Ты же знаешь, что нас никто не услышит? — горячий шепот опалил ухо. — Можешь быть громкой. Значит, вот что ему нравилось?.. На самом деле, она действительно привыкла сдерживаться, искусывая губы в кровь и выдавая скорее мычание, нежели что-то еще. Так было всегда. Еще с того момента, когда они встречались с Роном, и она частенько оставалась в Норе. Тот почти всегда забывал наложить Заглушающее, а в процессе уже оказывалось не до того. Но сейчас… Они действительно находились в своем личном крыле, куда Нарцисса заглядывала крайне редко и уж точно не ранним утром. И как она могла еще мыслить связно?.. От каждого движения пальцев Драко низ живота сводило судорогой. Ей безумно хотелось большего — прелюдия как-то затянулась, и хотя Гермиона никогда не была против того, чтобы растянуть удовольствие… Сейчас сдерживаться удавалось с трудом. Они оба были на взводе слишком долго. Чуть сильнее прогнувшись в спине, чтобы потереться о него ягодицами, Грейнджер все же удалось сдавленно попросить: — Пожалуйста… быстрее. В погоне за удовольствием она была готова умолять, если это было необходимо. Однако Малфой понял все с первого раза. Круговые движения стали активнее, а когда он усилил еще и давление, у Гермионы едва искры из глаз не посыпались. Из горла вырвался громкий стон, и Драко это, кажется, пришлось по душе. В качестве поощрения он наконец ввел в нее один палец, но почти сразу следом последовал и второй. Что ж, она была совсем не против угодить ему. Ритмичные, уверенные движения сопровождались все более частыми стонами, вперемешку со всхлипами, больше походящими на мольбу. Он задумал извести ее, не иначе. Гермиона прекрасно понимала, что Малфою самому тяжело держать себя в руках — по тому, как сжималась его рука на ее груди, как он активнее терся о ее поясницу и бедра… Драко словно решил испытать терпение их обоих на прочность. Она уже балансировала на грани того, чтобы снова попросить его, когда ощутила, как ладони легли на ее бедра, притянув к нему ближе и крепко удерживая, а грудь прижалась к ее спине. — Обопрись второй рукой. — Это был почти приказ, которому она охотно повиновалась. — Ноги поставь чуть шире. Гермиона приняла необходимое положение. Так она стояла увереннее, не переживая о балансе, контроль над которым очень скоро потеряет. Мурашки пронеслись вдоль позвоночника, когда она ощутила, как проворные пальцы собирают ее мокрые кудри и наматывают их на кулак, слегка натягивая. Рука на ее бедре сжалась сильнее, но затем исчезла, и Драко медленно толкнулся в нее, растягивая и давая привыкнуть к ощущению наполненности. Из горла Гермионы вырвался шипящий, хриплый звук, и она замерла, зажмурившись. Однако передышка была короткой. Малфой усилил хватку на ее волосах и, качнув тазом, вышел почти полностью, тут же вновь заполнив ее до предела. Он наращивал темп, а ее ноги слабели с каждым толчком. Грейнджер не сдерживала себя. Перенеся вес на руки, она громко стонала, и эти стоны смешивались со звонкими шлепками тел и тяжелым, хриплым дыханием Драко. Конечности словно наливались свинцом, каждое движение, каждое касание будто высекали искры, и Гермиона осознавала, что мир вокруг вот-вот разорвется на кусочки. Ритмичные движения Малфоя сменялись более хаотичными, давая ей понять, что он тоже близок к краю, но… внезапно все прекратилось. Когда он покинул ее тело, Гермиона растерянно повернула голову, пытаясь понять, что произошло, но крепкие руки быстро повернули ее и впечатали лопатками в холодную плитку. — Черт возьми, Грейнджер, — пробормотал Драко низким от обуревающего желания голосом, тут же подхватив ее под бедра. Она с ходу поняла, чего он хотел — мягкие губы обрушились на нее мгновенно, язык проник в рот, сплетаясь с ее языком. Обхватив ногами его торс, Гермиона что было сил вцепилась в крепкие плечи, ответив с неменьшим напором. Переместив большую часть ее веса на опору в виде стены, Малфой освободил одну руку, чтобы снова направить член к ее входу. Возобновленное слияние тел пустило горячую волну по влажной коже, каждый толчок выбивал воздух из легких, затрудняя и так сбитое дыхание. Драко спустился поцелуями вниз по шее, слегка прикусывая кожу, провел языком по ключицам и склонился к ноющей груди. Гермиона резко запрокинула голову, ударяясь затылком, и сладко зажмурилась, когда горячие губы обхватили сосок. Язык играл с ним, пока пальцы свободной руки одновременно с этим сжимали и слегка покручивали второй. Она поражалась тому, как легко Малфой обращался с ее телом, насколько хорошо чувствовал его отклик и подстраивался, даря невообразимое наслаждение. Будто делал это далеко не впервые, изучив все вдоль и поперек: каждую реакцию, каждое сокращение напряженных мышц. Он ускорился, когда Гермиона начала ощущать дрожь, что медленно охватывала тело, распространяясь от кончиков пальцев. Внутри словно сжималась невидимая пружина, готовая вот-вот лопнуть. Опустив руку между их телами, Драко начал кружить по клитору, помогая ей и подталкивая к краю. Она резко дернулась, спина выгнулась, а ногти с силой впились в крепкие плечи, когда все вокруг разлетелось на атомы. Гермиона зажмурилась, под веками плясали цветные пятна, в ушах шумело, и на какое-то мгновение она вовсе потерлась во времени и пространстве. Продолжая двигаться в ней, Малфой усилил хватку, не давая ей сползти по стене, а затем ускорился. Пара толчков, и по крепкому телу волной прокатилась судорога. Драко уткнулся лбом в ее плечо, тяжело дыша. Воцарилась тишина, нарушаемая лишь шумом воды и их рваным дыханием. Вскоре он аккуратно поставил ее на ноги, убедившись, что Гермиона стоит на своих двоих, и схватился за лейку. Обмыв разгоряченные тела, Драко выключил воду и отодвинул дверцу. Все помещение окутывал белесый пар. — Ты как? — тихо поинтересовался он, стащив с крючка огромное махровое полотенце и укутав ее в него, словно в кокон. — Нормально, только… ноги не держат, — пробормотала Гермиона, усмехнувшись. Мышцы предательски дрожали. Малфой, взяв еще одно полотенце, повязал то себе на бедра. От Грейнджер не укрылась довольная ухмылка, что растянула его губы после ее слов. Без предупреждения он подхватил ее под коленями, придержав спину, и на руках понес в спальню. Не ожидая такого подвоха, Гермиона вскрикнула, обхватив его шею: на бледной коже проступали красные пятна — ее работа. Впрочем, Драко не собирался оставлять все, как есть. Бросив ее на прохладные простыни, он навис сверху, тем самым отсрочив завтрак еще на час…

***

Наверное, еще никогда тосты не казались ему такими аппетитными. Завтрак в постели оказался отличной идеей — тело ныло, обессиленное после интенсивных, но чертовски приятных нагрузок, и не хотелось шевелить и пальцем. Гермиона сидела по другую сторону подноса, укутанная в его халат, и ела с неменьшим аппетитом. Драко и припомнить не мог, когда в последний раз видел ее настолько расслабленной и… пресытившейся. Больше всего его радовал тот факт, что она не стремилась сбежать — это можно было смело считать добрым знаком. Эльфы, словно чувствуя все наперед, собрали завтрак из самых их любимых блюд. И в большом количестве. Маленькие негодники точно что-то знали. Сделав глоток кофе, Малфой откинулся на подушки и вновь принялся наблюдать за Грейнджер. Она увлеченно читала свежую газету, то и дело отправляя в рот новую порцию яичницы. — Что? — поинтересовалась через какое-то время, даже не отведя глаз от страницы. — Ничего. Любуюсь. Можно? Вскинув голову, Гермиона многозначительно выгнула бровь. Взгляд Драко же резво скользнул в вырез халата, который открывал вид на карту из алеющих засосов на смуглой коже, которую он составлял с особой тщательностью. Да, все же он был собственником. — Знаешь, — протянул он с усмешкой, хитро прищурившись, — если ты так долго изводила меня ради этого, то… Я не прочь снова поиграть в эту игру. Хмыкнув, Гермиона сделала глоток чая. — А тебе не надоело играть в игры? — спросила прямо. — Ты так впечатлился только лишь потому, что у тебя давно не было секса. — Не согласен. Своими утренними представлениями ты сводила меня с ума. Долго. Но, признаться, это стоило того, чтобы ждать. — Так значит тебе хочется каждый раз щекотать себе нервы? От ее слов все внутри перевернулось, неверие распространялось по каждой клеточке тела. Подавшись вперед, он не сдержал многозначительной улыбки: — Каждый раз? — уточнил Драко. — А будут еще? — Будет зависеть от твоего поведения. — Довольно ухмыльнувшись, Гермиона отщипнула кусочек от ароматной слойки и закинула тот в рот. — Кстати… У тебя не найдется случайно Противозачаточного зелья? В моих запасах нет… не думала, что пригодится. Как же, не думала она… Она быстро соскочила с темы, и Малфой великодушно позволил ей это. Подтекста в ее словах было достаточно. Пока что. — А я вот думал. — Привстав, он потянулся за палочкой. — Акцио зелья. Небольшой сундучок выскользнул из ящика стола. Подхватив его, Драко порылся среди множества склянок и вытащил нужную. Гермиона не стала затягивать, опрокинув в себя содержимое флакона тут же. Слегка скривившись, она отставила пустой флакон на поднос. — Ну и дрянь. Лучше уж чары. — Прости, было как-то… не до них. — Драко многозначительно поиграл бровями. — Обязательно учту в следующий раз. Грейнджер поджала губы, но по блеску в карих глазах он понял, что игру слов она оценила. Успевшие подсохнуть кудри торчали в разные стороны, и, к удивлению, это… умиляло. Хотелось протянуть руку и накрутить непокорную пружинку на палец, но Малфой сдержал внезапный порыв. Торопиться не стоило, ведь этим утром он и так получил больше, чем мог мечтать. Драко боялся, что излишняя напористость или… нежность может спугнуть ее. — Так, ладно. — Грейнджер резко выпрямилась, отставив поднос, и спрыгнула с кровати. — Завтрак был прекрасный, но очень скоро он перейдет в обед, на который меня ждет Джинни. А мне еще нужно привести себя в порядок. Она раздраженно оттянула растрепанную прядь, тяжело вздохнув. О, Драко мог представить, сколько времени у нее, должно быть, уходило на укрощение этого маленького стихийного бедствия. — Не скучай, — бросила она напоследок, подхватив с софы те свои преступно обтягивающие штаны и нижнее белье, и скрылась за дверью. Прикрыв глаза, Малфой рухнул обратно на подушки. Он бы не отказался провести вот так лениво весь день. Вместе с ней. Так, сейчас не время раскисать — они на верном пути, и впереди еще сотни таких утр. Драко был в этом уверен.