Глава 37

Гермиона не могла понять, как это происходит. Каждый раз, что бы ни случалось важного в жизни, она оказывалась в мягком кресле в поместье Забини. А напротив сидела Джинни. Наверное, это и есть дружба, да?.. Тогда нормально ли, когда этого самого друга иногда хочется придушить? Вот и ей хотелось. Однако особое положение обязывало к бережному обращению, особенно если Гермиона все еще собиралась стать крестной. — Что вы сделали?! Ну вот, примерно этой реакции и следовало ожидать. Лицо Джинни раскраснелось, и, схватившись за живот, будто тот мог в любой момент отделиться от тела, она смотрела на Гермиону огромными глазами. — Не мне тебе рассказывать, — с намеком пробормотала Гермиона сквозь ладони, которыми прикрыла стремительно краснеющее лицо. Мерлин, казалось бы, взрослая женщина, а краснела и бледнела как девчонка! Впрочем, опыта у нее не то чтобы было много, так что — простительно. — Обалдеть! — выдала Джинни очередное восклицание. — Не ты ли говорила, что в нашем случае это — дело времени? — задала Гермиона риторический вопрос. — Говорила. Но, тем не менее, это не мешает мне удивляться! Ты бегала от него так долго, что я и не думала, что сдашься так быстро. Грейнджер хмыкнула: — Кто еще сдался… — А вот с этого момента поподробнее! Испытывая просто всеобъемлющее чувство удовлетворения, Гермиона быстро пересказала всю эту дурацкую затею с йогой и Малфоем, которая вылилась в итоге… ну, в то, во что вылилась. Джинни едва ли не подскакивала на месте во время самых интригующих моментов — от ее мельтешения Грейнджер в какой-то момент начало мутить. Перепады настроения у подруги случались часто и иногда настолько стремительно, что сложно было уловить момент этого переключения. Неужели у всех беременных так?.. — Ну даешь… — изумленно выдохнула Джин. — Не думала, что ты настолько мстительная, Гермиона… — Не я это затеяла! — закатила глаза Грейнджер. Однако под выразительным взглядом подруги поспешно добавила: — Не только я… — Выходит… Что теперь между вами? Исходя из твоих слов, Малфой не намерен это прекращать. Гермиона пожала плечами, переведя взгляд на заснеженный сад за окном. Снегопад закончился еще несколько дней назад, однако снег не собирался таять в ближайшее время. Ей и самой хотелось бы знать ответ на этот вопрос. — Не знаю, Джин. К сожалению, все не так просто, и между нами было слишком много проблем и недопониманий. Один секс, пусть и хороший, их не решит. — Вообще-то, он может… — начала та. Но тут же покачала головой: — Но не в вашей ситуации, знаю. В любом случае, то, что вы переспали — уже достижение. Как бы ты ни закрывалась в своей раковине, давно известно, что женщинам для секса нужны хоть какие-то чувства — хотя бы минимальная симпатия. Ну, в большинстве случаев. Тебе так точно. Здесь Гермиона не могла возразить, потому что это правда. Для нее это действительно было важно. И, видимо, мозг пытался до нее донести этот факт — пусть и на таком примитивном, физическом уровне. — Ладно, — Джинни бодро всплеснула руками, — посмотрим, что будет делать Малфой. А что-то мне подсказывает, что он точно будет. Она не хотела признаваться, но в груди все сладко сжималось в предвкушении от одной только мысли. Драко действительно не был похож на человека, который упускает шансы, а то, что случилось этим утром — было им. — Тш-ш-ш!.. — Грейнджер округлила глаза, услышав за дверями гостиной шаги. И это, наверняка, был Блейз — домовики предпочитали перемещаться при помощи магии. Джинни же на ее реакцию лишь усмехнулась. — Не смеши меня, эти трое — включая Нотта — те еще сплетники, так что уже к вечеру и они будут знать о вашем с Малфоем… прогрессе. — Она поиграла бровями. — Край — завтра, если кто-то из них окажется занят и не сможет встретиться. Милостивый Мерлин… Об этом Гермиона не думала. Она не была знакома с Тео и Блейзом слишком уж близко — все только начало меняться после их с Драко брака, а вот Джинни, находясь замужем за Забини, наверняка знала куда больше. — Расслабься! — подруга подалась вперед, толкнув ее в плечо. — Они же лучшие друзья, это нормально — так же, как и у нас. — Ладно, — Грейнджер кивнула, переключаясь на другую тему, — лучше расскажи, как там поживает мой будущий крестник? Ну, или крестница… Джин с легкостью подхватила разговор, принявшись рассказывать о последнем походе к целителю во всех подробностях. Уже вечером, вернувшись домой, Гермиона обнаружила в своей гостиной большой букет из белоснежных камелий. Очевидно, что преподнести их мог только один человек, и она прекрасно понимала, кто это был. Пухлые махровые бутоны выглядели очень нежно; не сдержавшись, Грейнджер провела кончиками пальцев по округлым лепесткам, ощущая, как под ребрами растекается тепло. Она пыталась напрячь память и вспомнить, что именно значили эти цветы — Нарцисса как-то упоминала, что в чистокровном обществе цветы никогда не выбирают просто так. И то, что Малфой этого тоже не делал, Гермиона помнила это еще по тому букету ирисов, что он преподнес ей на их первом фальшивом свидании. Восхищение и благодарность. И она догадывалась, за что именно он ее благодарил.

***

Через пару дней, утром, Гермиона обнаружила на своей прикроватной тумбе короткую записку: «Доброе утро, Грейнджер. Предлагаю расслабиться сегодня после длительного рабочего дня. Жду тебя в семь у «Дырявого котла». Что ж, это приглашение подозрительно смахивало на… свидание? Не то чтобы ее это сильно волновало, однако Гермиона решила не выдумывать наперед. Записка ее вовсе не удивила: сначала цветы, теперь это… Как и говорила Джинни, Малфой действительно решил действовать. За завтраком его не оказалось, по словам Нарциссы — важная утренняя встреча. Оставалось гадать — он просто не успел пригласить ее лично или же хотел добавить всему этому… романтики? Сама же миссис Малфой явно выглядела как человек, который что-то знает. Впрочем, слишком сильно переживать и накручивать себя у Гермионы не было времени — ее саму ждал насыщенный рабочий день. Она лично запланировала слишком много дел, и теперь радовалась этому. Встречи сменяли друг друга, отчеты писались и проверялись с привычной скрупулезностью и въедливостью — Гермиона Грейнджер находилась в своей стихии. Она настолько ушла в отрыв, что никто лишний раз не рисковал соваться в кабинет, дабы не вылететь из него с миллионом правок и поручений. Так, к шести часам она представляла собой взбудораженную и растрепанную версию самой себя, чей взгляд маниакально блестел, а пальцы мелко подрагивали от письма пером на протяжении всего дня. Явно видок не для похода куда-либо. Прикинув, что у нее еще целый час до назначенного Малфоем времени, Гермиона решила заскочить в поместье, чтобы привести себя в более презентабельный вид и переодеться. Нарциссы нигде не наблюдалось, поэтому она поднялась прямиком в спальню. Умывшись и заново нанеся легкий макияж, привела в порядок кудри, оставив их объемной копной спадать на плечи. В процессе встал вопрос о том, что надеть, ведь Драко не указал, куда они пойдут. Гермиона предполагала, что «Дырявый» — это всего лишь место встречи, так как там находился один из общественных каминов, благодаря которому легко попасть в самый центр Косого переулка. В итоге она решила оставить офисную юбку, заменив классическую рубашку на шелковую блузу цвета индиго — просто, но при этом подойдет как для паба, так и для ресторана. «Дырявый» встретил ее привычным для этого места шумом и разговорами: за столиками сидели волшебники, не отказывающиеся даже посреди недели пропустить пинту-другую после рабочего дня. Не задерживаясь, Гермиона выскользнула на улицу, посильнее запахнув пальто. Драко обнаружился недалеко от входа: высокий, в идеально скроенном пальто и немного растрепанный. Вероятно, пришедший сразу после работы. Но не факт — ведь его в принципе было сложно обнаружить в чем-то, что не являлось дорогим и сшитым на заказ костюмом. Даже дома он часто ходил в брюках и рубашке, иногда, ради исключения — в тонкой водолазке или джемпере. — Привет. — Он подступил ближе, коротко кивнув. — Привет. Я так понимаю, мы здесь не останемся? — поинтересовалась Гермиона, вскинув брови. Малфой усмехнулся, дернув уголками губ. — Конечно нет. Пойдем, здесь недалеко. Выбрав направление, он предложил ей локоть, за который Грейнджер без промедлений взялась. — Как прошел день? — заговорил Драко почти сразу. — Крайне продуктивно. Я поймала волну и сделала такой объем работы, который выполняю обычно за несколько дней. — О, я наслышан. — С его стороны послышался смешок. — Поттер писал между делом, что сегодня твой кабинет все обходили стороной, каждый раз вспоминая Мерлина. Гермиона раздраженно закатила глаза, зная, что он этого не увидит. — Это преувеличение. Просто люди не любят работать. — Вообще-то, это нормально, Грейнджер, — не хотеть напрягаться лишний раз. Именно поэтому ты всех и пугаешь. Не сдержавшись, она пихнула его локтем в бок в ответ на подтрунивание. Малфой тихо ахнул, но лишь рассмеялся, бросив снисходительный взгляд. Не успела она бросить что-то возмущенное, как он остановился, уточнив: — Мы пришли. Осмотревшись, Гермиона поняла, что они подошли к классическому английскому ресторану, в котором она бывала пару раз — в один из них Луна и Рольф праздновали годовщину свадьбы. Не изменяя своим джентльменским замашкам, Малфой открыл перед ней дверь, а затем помог снять верхнюю одежду, передав ту в гардероб. Их проводили к заранее забронированному столику у окна, предложив меню и оставив на время, чтобы определиться с блюдами. Грейнджер раздумывала недолго, выбрав говядину Веллингтон, которую в этом месте готовили превосходно, и кусочек корнуэльского пирога с яблоками на десерт. Драко же заказал то, что привычно заказывали большинство мужчин, как один, — сочный ростбиф, отказавшись от сладкого вовсе. Также он просмотрел винную карту, выбрав сорт, о котором Гермиона не слышала. Официант быстро удалился, приняв заказ, и повисла неловкая тишина, которую, как она полагала, оба не знали, чем заполнить. Этот выход отличался от тех «свиданий», что у них случались ранее — как минимум тем, что он не являлся вынужденным. В те разы они пытались произвести впечатление на публику и подтвердить легенду, а сейчас сидели здесь по обоюдному желанию, как обычные мужчина и женщина, заинтересованные друг в друге. Именно в этот момент Гермиона осознала со всей кристальной ясностью, что они действительно начали заново. Ее взгляд рассеянно скользил по деревянным панелям и бордовым узорчатым обоям, которые покрывали стены пятьдесят на пятьдесят, и картинам, что висели поверх них. В золотистых канделябрах, стоявших в центре каждого столика, весело плясали огоньки свеч, отбрасывая причудливые тени на белоснежную скатерть. — Так… как вчера прошел поход к Джинни? Как там поживает маленький Забини? — Гермиона вздрогнула, когда Драко неожиданно заговорил. И не на отвлеченную тему, чтобы завести хоть какой-то разговор, а об общих друзьях. Переключив на него внимание, она встретилась с взглядом серых глаз, полных искренней заинтересованности. — О! У них все отлично: Джин чувствует себя прекрасно, как и малыш. Недавно она посещала Мунго — целитель сказал, что все протекает в пределах нормы. — Да, наслышан о Мунго, — он кивнул. — Блейз каждый раз сходит с ума от переживаний. Что-то подсказывает, что он будет куда более тревожным родителем, чем сама Уизлетта. Рассмеявшись, Гермиона активно закивала: — Уверена, так и будет! Джинни скорее посадит его на метлу сразу после того, как он сделает первые шаги! Вскоре разговор потек сам собой: с Джинни и Блейза они переключились на Тео, о котором тоже стоило бы подумать. Нотт до сих пор действовал крайне осторожно в общении с ними обоими — Драко и Гермиона понимали, что это вызвано одним конкретным и крайне неприятным для всех моментом, о котором не стоило вспоминать. Они не винили его, однако самому Тео оказалось сложно в это поверить. — Кстати, — Гермиона вдруг вспомнила об еще одной важной вещи. — Я, если честно, совсем забыла — пару дней назад миссис Уизли прислала письмо… В общем, у мистера Уизли день рождения через три недели, и они прислали приглашение. Для нас обоих. Она подняла неуверенный взгляд на Драко, пытаясь по эмоциям предвосхитить его ответ. В глубине души она хотела бы, чтобы он пошел вместе с ней. Да, с семьей Уизли у Малфоев всегда были сложные отношения, но сейчас все они были на одной стороне. В связи с этим браком Молли и Артур, как и остальные, старались как-то наладить связь, ведь Гермиона оставалась для них частью семьи, как и они для нее. Драко не скрыл удивления, вскинув брови, в серых глазах читались смятение и немой вопрос, который он, слегка помедлив, все же озвучил: — Обоих? То есть, и меня тоже? — Конечно, — она кивнула. — Но зачем? Они ведь не обязаны и… Гермиона оборвала его на полуслове: — Потому что ты мой муж. Послушай, — она вздохнула, — они — семья для меня, как и для Гарри. И они стараются наладить отношения, ведь теперь мы с тобой — тоже семья. Я понимаю, что это будет сложно из-за того, как вел себя твой отец, но… — Для тебя это важно? — теперь перебил он, заглянув в ее лицо со всей серьезностью — его на самом деле волновал ответ. Гермиона коротко кивнула: — Очень. — Тогда я пойду. Можешь отправить наш ответ. А пока расскажи, что он любит и чем увлекается, чтобы мы могли подготовить достойный подарок… Он продолжил что-то говорить, но она уже не слышала. Замерев, Гермиона пыталась осознать произошедшее, пока в глазах предательски щипало. Он ведь и правда был готов на многое для нее — не только на словах, и уже не в первый раз доказывал это действиями. И это значило для нее куда больше, чем симпатия или физическая близость. Создавалось ощущение, что Драко Малфой действительно вознамерился завоевать ее сердце. Когда они вернулись домой, немного прогулявшись перед этим по Косому и подышав холодным, отрезвляющим воздухом, то разошлись каждый в свою спальню. Разделив у ее двери полный какой-то щемящей нежности поцелуй, Драко лишь пожелал доброй ночи и скрылся у себя — и это показалось Гермионе правильным. Они вполне могли снова переспать, но это только все испортило бы, по крайней мере в этот вечер. Ей предстояло столько всего разложить в своей голове. Каждый день рядом с ним становился открытием, отчего мысли и образы путались, а сделанные когда-то выводы претерпевали критические изменения. Все это превращалось в душевный раздрай, который приходилось анализировать, иначе Гермиона просто сошла бы с ума. Окончательно.