Часть 9

      Атланты — жители многих подводных королевств, всплывшие, наблюдающие за битвой, молчат, поражённые открывшейся картиной.       Орм Мариус — король Атлантиды, заручившийся поддержкой семи морей, семи королевств, дабы усмирить людской род, укравший дочь короля Нерея, представший ранее перед ними как незнающий пощады тиран таковым…не являлся. София, наследница королевства рыболюдей, взглянула на своего отца — Рика не в силах скрыть улыбку. Её подруга жива. Ещё большим шоком стало то, что Атланна, которую многие стали замечать только сейчас, тоже жива.       — Он… вырывал мою чешую, отрезал плавники, брал мою кровь. — Карри опускает взгляд на изрезанные ногии сердцце сжимается от того, что кто-то посмел тронуть столь беззащитное существо. Артур видел, как напрягается Орм, а взгляд звереет, как вдали ударят в воду молния, и новая буря приближается к ним, следующий за молнией раскат грома кажется оглушительным.       — Я молила его прекратить, но он хотел продать всё, каждую часть меня. Он хотел снять кожу головы, чтобы продать волосы. — Блондин едва заставляет себя выпустить её из объятий, чтобы взглянуть на лицо отстраняющейся от него девушки. Он снова сжимает её щёки ладонями и поднимает взгляд на лоб, где ярко виднелся лёгкий надрез с запкшейся голубой кровью. — Он делал это на камеру, чтобы весь мир видел мою смерть.       Мариус чувствует боль в груди, но не такую сильную, какую он видит в её глазах. Печальнее было то, что огня жизни в её глазах он не видел. Как живая, перед ним предстала картина, полная страданий, от которой он сам рвался на части. Как же она, должно быть кричала, просила о помощи, но он не слышал, не пришёл, не спас.       — Прости меня, — одного этого слова, одной его слезы хватило, чтобы она смогла вздохнуть ощущая облегчение. Лира поднимает ладони касаясь его лица, благоговейно, нежно и стирает с его щеки общигающую слезу раскаяния. Она тянется к нему, обнимая за шею и мужчина повинуется, снова обнимая, прижимая к себе. Так и не начавшаяся новая буря отступает.       — Скорее всего это был чёрный рынок, — произносит Карри, стойко перенося злобный взгляд брата. — Если бы обычные люди увидели это — они бы подняли бунт. Правительство не оставило бы это просто так. Думаешь, никто не боится цунами? Брат, ты три города затопил и уничтожил. Спасибо хоть люди эвакуировались из прибрежных территорий со второго предупреждения.       — Защищаешь этих тварей? — шипит Мариус, сильнее сжимая в руках сокровище.       — Нет, этих тварей я и сам готов тебе отдать. Я невинных людей защищаю, тек, кто не причём.       — Все они виноваты!       — Не все, — поднимает на него взгляд Лира и блондин сразу обращает на неё внимание, слегка хмурясь. Ладони девушки опустаются с шеи на его плечи.       — Но, Лира, посмотри, что они с тобой сделали…       — Я знаю, но у меня появились и друзья, они показали мне много интересного, они пытались меня защитить и они выпустили Топо, чтобы он привёл помощь.       — Топо? — хмурится он и поворачивает голову в торону приближающихся шагов.       — Верно, он нашёл нас, меня, Меру и Карри, а люди, встретившие нас помогли добраться до Лиры.       — Мама, — поражённо выдыхает мужчина слегка дёргаясь, когда женищина присаживается рядом. Ласковая ладонь матери прижимается к его щеке и тепло кончиков е пальцев распространяется по телу мягкими волнами любви. Он думает, что всё сон, что он умер, пронзённый тризубом брата и очутился на том свете, наконец-то встретившись с умершеми, но тепло тела, что он прижимал к себе говорило об обратном. И серде, больно терзавшее рёбра, молило его поверить в явь о которой он мечтал, которую желал и жаждал. — Но как же? Ты же умерла. Отец…       — …сбросил меня в ущелье на растерзание тварям, да, так и было, — согласно кивнула женщина, продолжив за него. — Но мне удалось скрыться в ядрах земли, на скрытом острове, где хранился тризуб Атланта — истинного короля Атлантиды. Артур спас меня. Он и Мера помогли мне выбраться. А после мы встретили Топо и я отправилась с Мерой спасать твою любимую. — Последнее слово смущающе прошлось по сознанию и Лира слегка сжалась в руках Орма, сильнее сжимая пальцами его плечи.       — Где Мера? — задаёт вопрос Карри и Атланна поднимается, переводя взгляд на своего старшего сына.       — Она разбирается с теми людьми. Думаю, что она скоро должна будет уже прибыть. — пока мать разговаривала с Артуром, Мариус обращает внимание на бледность лица бывшей русалки.       — Ты слишком бледная, потеряла много крови. Нужно скорее тебя отнести к лекарям. — С этими словами он поднимается с девушкой на руках.       — Ты тоже ранен. — Хмурится девушка. Касаясь его щеки, где была царапина.       — Не смей её исцелять, — предупреждает он тут же хмурясь, смотря на неё строго, остро. Это веселит. Лира улыбается тихо смеясь, но ему было совершенно не до смеха. — Лира, я серьёзно, только попробуй исцелить её и я сделаю всё что угодно, чтобы ты больше никогда не выплыла за пределы своей комнаты. — Она протяжно стонет, запрокидывая голову, и это настолько живое движение, что он слегка расстабляется. Его принцесса всё-таки здесь.       — Что значит «не смей исцелять»? — Спрашивает, надодящийся рядом Нерей и Лира замирает, уставившись взглядом в пустоту, насторащиваясь всем своим нутром, чувствуя что попала. И царь Ксебелла предупреждающе тянет: — Лира?              — Ну…       — Для начала, вернёмся домой. — прерывает их Орм, понимая, что разговор будет не из лёгких. Он обращает внимание на многих, всплывших на поверхность атлантов и выдыхает, прочищая горло. — Друзья, союзники и, мой народ. Мой старший брат — Артур Карри освободил из нерд земли королеву Атланну, которую все мы считали погибшей. Королева вместе с прицессой Ксебелла — Мерой — нашли принцессу Лиру и освободили из плавников сухопутных. Я благодарен всем вам за вашу помощь, за поддержку и сожалею о потерях. На моих плавниках и на моей совести всё произошедшее. И я смиренно приму ваш приговор, который вынесут старейшины и объединение семи королевств, которое они вынесут через три сухопутных оборота земли. — Эти слова значили, что через три дня Орм Мариус решил предстать перед судом за то, что сделал — за то, что собрал всех воедино, отправился убивать людей, натолкнулся на тёмных тварей которыми руководил Артур и стал виновником нескольких смертей жителей атлантов от рук тёмных тварей и кракена, которого, кстати, тоже привёл Карри.       Возможно, судить стоило не младшего, а старшего, который направил против них жителей ущелья смерти?       — А теперь, вернёмся домой и вылечим тебя. — Мариус касается губам лба Лиры и та прикрывает веки с лёгкой улыбкой. После этого мужчина оборачивается и смотрит на Артура и стоящую рядом с ним мать. — Это касается и вас. Артур, поединок не закончен.       — Как скажешь, братишка, — простодушно пожимает плечами старший усмехаясь, окидывая взглядом пару.       — Мама…?       — Орм, я…не могу, — она качает головой, чувствуя неловкость. Он понимает. Теперь понимает. Атлантида — не то место, в которое хочет вернуться его мать. Пусть он и скучал за ней, но понимает, сколько боли принесло море Атланне. У неё был возлюбленный, который, вроде бы, всё так же верно ждал её. И Мариус действительно понимает, сейчас, держа в руках то, что внезапно потерял и обёл.       — Я понимаю, — улыбается мужчина и женщина выдыхает от облегчения, раслабляясь, не замечая, что до этого была словно натянутая струна. — Всё в порядке. Заглядывай в гости…иногда, ладно? — не дожидаясь ответа он погрузился в воду, лишь на мгновение остановившись, чтобы отдать приказ отправляться обратно, которому не без облегчения последовали все находящиеся.

***

      Это было похоже на одержимость. Лира отказывалась покидать Атлантиду, не смотря на просьбы, угрозы, мольбы матери и отца. Её не волновало то, что именно здесь её похитили, причинили столько боли. Все понимали, что пережитое не забудется и прийти в себя будет сложно, но удивительнее всего, что царь Атлантиды вёл себя точно так же. Он нацепил на неё маячок, сказав это ей прямо в глаза и едва выпускал из поля зрения. Может, король Ксебелла и отступил бы, если бы не невыясненные отношения между этими двумя. Мариус не объявил ничего оффициально, но неизменно проводил все три ночи в покоях, отведённые для Лиры. Да, оставался он там не один, а с лекарем, который следил за состоянием бывшей русалки, заживлениесм её ран, но всё равно — они находились там, близко друг к другу, так как нельзя было находиться. С болью, Нерей закрывал на это глаза, под нескончаемый бубнёж жены, что тоже переживала за дочь, но капала и капала ему на мозги, что детей нужно оставить в покое.       Все эти три дня Орм спорил с Артуром и только чудом не дошло до новой дуэли, что удивительно, так это то, что Мера поддерживала Мариуса, а Лира была против того, чтобы пострадали люди, стоя на стороне Карии. Нерей, вплывший в помещение, чтобы отвести Орма на суд, был поражён все абсурдности ситуации       — Защищаешь тех кто тебя похитил? — цепкий взгляд поднялся на неё и девушка поджала губы, отводя свой. — Готова забыть то, через что прошла? А кошмары что тебе снятся тоже забудешь?       — я не защищаю их, просто не все из них плохие. Были и те кто помог мне, они мне дру…       — Ради собственные выгоды. Эти, как ты их хотела назвать, «друзья» явно были умнее и понимали — океан не прощает и мы их не тронули лишь по этой причине. — мужчина перебил её с трудом сдерживая голос цедя каждое слово сшипением. Мера на его слова подтверждающий кивнула, а вот Карри со вздохом откинул голову назад. Если бы он имел возможность — он уже откинулся бы на стену, подпирая её и ударился бы головой, но увы они были под водой. Находились они все в переговорной, где ждали часа суда, результаты которого уже знал Мариус, как правитель и тот, кого советники предупредили о последствиях.       — Лы не прав.       — Лира! Даже прочувствовала на себе всю жестокость людей ты попрежнему гнёшь своё?       — Не все люди плохие! Да, времени узнать друг друга у нас было мало, но я всё равно буду считать их своими друзьями. Не спорю есть те, кто жаждет смерти и наживы, но…- она замолкает, судорожно вдыхая и смотря на него так, что становится физически больно, словно она хочет заплакать, но вода забирает её печаль. — Я не могу сказать что здесь я в безопасности. Теперь уже не могу.       Орвакс — вздрагивает Орм. Кому, как не ему, знать, что началось всё именно с его отца.       — Прости, — голос его стихает, ведь он понимает что сам приложил руку к происходящему. Если бы он не выделил её, если бы не открыл своё отношение к ней перед Орваксом — ничего не случилось бы. Она судорожно вдыхает и подплывает к блондину, беря его ладонь в свои и сжимает, поднимает взгляд чтобы увидеть боль и бесконечную вину в глубине его тёмных, синих, словно глубины океана, глаз.       — Я хочу сказать, что нет никого кто был бы только хорошим или плохим. Все мы разные и все мы уязвимы. Любой атлант или человек может навредить или наоборот спасти. Дай им шанс искупить свою вину, пусть их правитель ответит за произошедшие. Ты же сделал это — ты ответил за действие своего отца и сейчас будешь представать перед судом, отвечая за свои поступки.       — У людей есть правитель?              — Они называют его президентом, — так же тихо как и спросил Нерей — ответил ему Артур, вздрагивая. Он только сейчас заметил парящего рядом с ним царя Ксебелла, который пришёл чтобы забрать царя Атлантиды на суд.       — чего ты такая? — внезапно спрашивает Мариус, поднимая вторую ладонь, дабы коснуться её щеки, но замирает в считанных сантиметрах, сдерживаясь. Он все еще боится, что едва покажет любовь — она исчезнет, испарится, как морская пена. А ему придётся смотреть на пышные облака и лишь с горечью вспоминать об утрате.       — Какая? Красивая, умная, пречудесная? — тут же веселеет его персональное чудовище, кривляясь, и слишком явно строя глазки. И как так получилось, что его сердце было схвачено и безвозвратно спрятано в этих тонких и нежных руках? Как ей удается цепко удерживать его от опрометчивых решений? Не иначе, как магия.       — Добрая, открытая, наивная, — качает головой мужчина и отворачивается от неё, смотря в проём в стене, заменявшее им окно, с которого открывался вид на весь город. — Хорошо, я отступлю от идеи уничтожения людей. Артур поджимает губы взглянув на Лиру, очень довольную этим ответом. — Но только, если их правитель удовлетворит мои требования. И насчёт моего трона — я всё обсудил с советом. Я отхожу от дел.       — Не понял. А кто будет править? — Артур переводит взгляд на Меру, после на Вулко, что так же находились в помещении. Мариус же обречённо вздохнул, начав разъяснять:       — У нас было два поединка, ни один из которых так и не закончился. А учитыва произошедше, я и совет решили, что несколько лет будешь править ты, и если окажешься достойным правителем — трон останется за тобой. Если же нет — его займу и я. Атлантида не игрушка, чтобы отбивать её в песочнице. Все признаю́т, у тебя великие способности и золотой тризуб, но не стоит забывать, что именно этот тризуб был гибелью нашей расы и великой династии, погибелью нации.       — И когда?       — Как только суд закончится — тебя коронуют. — Карри подплывает быстро и стремительно, стискивая младшего брата в, по-истине медвежьих, объятиях и блондин выдержал их стойко, почти не двигаясь, ведь и вовсе не знал, как реагировать на такое. Прочистив горло, Орм отстранился от брата.       — Невестка, ты чудо! — Тут же он переключился на Лиру, уже раскрывая объятия.              — Она тебе не невестка. — Карри замер, воочию видя, как расширяются глаза атланты, как гаснет улыбка и тухнет искра в глазах. — И никогда ею не станет.