Глава 8

- Фух, - помахивая веером в своих покоях, начала Тейя, глядя в окно, - как-то с отъездом Космоса, солнышко стало жарче печь. Интересно к чему бы это? - прикрыв ненадолго глаза, кобылка сместила взгляд с окна на мужа. После ухода первого принца в столице началась самая настоящая жара. Пони такой погоды не наблюдали со времен появлении в Минас-Иа, будущей королевы. А это было около десяти лет тому назад. В замке тут же сопоставили сей случай с прошлым, а также беременностью ее высочества, хоть это и были всего лишь домыслы. - Только солнце и луна знают, - честно ответил он, - наверное, жрецы перестарались и теперь уже, который месяц на дворе стоит жара. - Не думаем, что эти зазнайки на такое способны, - ласково прощебетала она, после чего положила копыта, на начинающий расти, живот. - А вот какой-нибудь единорог, вполне. - Надеемся, что этим самым единорогом будет не наш малыш, - приложив копыто к животу жены, добавил Оуриос. - Мы тоже, надеемся на это, - ответила ему королева, после чего вернула взгляд обратно к окну. - Интересно, как мой маленький Космос там поживает, - с беспокойством закончила Тейя. - Не волнуйся, он жеребенок сильный, справится, - с гордостью проговорил король, но словив взволнованный взгляд супруги, добавил, - как-никак он наш сын, а следовательно не пропадет. - Понимаем, - на выдохе ответила ему кобылка, - но, сердце с каждым днем разлуки беспокоится все сильнее и сильнее. - Не беспокойся, - присев на кровать, начал Оуриос, - с ним Лайт, а он-то с него глаз не спустит, - с приподнятым подбородком закончил монарх. - Нам бы твоей уверенности, - выдохнув, ответила кобылка, - но все же, что там с нашим малышом Космосом? *** - Просыпайся увалень! - после этих слов на мое величество ведро какой-то жидкости. Тут же вскочив на ноги, принялся было готовить заклинания, вот только рог тут же начал неистово болеть, а голову пронзила сильная мигрень. Глядя на мое сморщенное выражение лица, алмазный пес с ведром в руках рассмеялся в голосину. - Ха-ха-ха, какое-же глупое выражение морды у этого глупого пони, - сняв с глаз слезы смеха, пес тут же стал серьезным, - проснись и пой, глупый пони, тебя ждет работа. После этого в угол, где мое величество очутилось, вошли два здоровых алмазных пса. В руках они держали, что-то по типу упряжки, только меньшего размера. Не трудно было понять, для кого этот атрибут предназначался. Посему, я все пятился от них назад, пытаясь зарядить заклинание, вот только ничего не выходило. Прижавшись вплотную к стене, мое величество в последний раз попыталось создать на кончике рога небольшую искру, однако на этот в область шеи получаю сильный удар током. - Ха-ха-ха, - продолжал смеяться тот алмазный пес, - вы только гляньте ребята, этот глупый пони, попытался атаковать нас, но в итоге его же заклинание пошло против него самого, - я, аки кукла, что оборвали нити валялся на каменном полу. Попытки пошевелиться не приводили ни к каким успехам, чем и воспользовались алмазные собаки, одев на мне на плечи упряжку. - Все, глупый пони, теперь можешь приступать к работе. - Мое величество лениво окинуло их взглядом, вот только любые попытки встать на ноги не увенчались успехом. - Я сказал, иди работай, глупый пони, - после этих слов, в мой бок прилетает удар хлыстом, вперемешку с шоковой терапии от некого устройства у меня на шее. Вот только и эта комбинация не помогает. Недовольно рычащий на меня стражник, хватает за горло и выкидывает в сторону телеги, больше смахивающей на вагонетку. Не проходит и пяти минут, как на полечи тут же одевают оставшиеся части упряжки, финальной точкой которой выступает проржавевшая дуга. Придя в себя, я хотел было сбежать, да только тут же ощутил прицеп позади себя, а также ехидные взгляды алмазных псов. - Ну, что, глупый пони, пора работать, - после этих слов, пришедший за мной пес, ударил мое величество плетью по спине. Мгновение, и я заржал, как конь, идя вперед. Как выяснилось позднее, место, куда мою тушу отправили была одна из множества шахт по добыче кристаллов. Узнав про это, я хотел было уже строить коварные планы побега, но писец подкрался не заметно. Данные самоцветы не несли в себе никакой магии, разве, что крупицы. Подавляющее большинство камней здесь годны для украшений, либо еды для драконов. Работало мое величество здесь тягловым животным: переносил телегу, полную камней, из точки А в Б, и по-новой. Помимо меня этим занимались и представители из других племен: земно-пони тащили телеги, пегасы крутили механизм, что приводил в движение ленту с камнями, а единороги часть сортировала, вторая их добывала. Никого из знакомых лиц, мною замечено не было, быть может они работают на других объектах. Работали мы в огромной пещере, своды которой находились так высоко, что кажется, будто проломи их и будет солнечный свет. Вот только это было не так. Источниками света здесь выступали факела, да тусклые самоцветы, что оставили до лучших времен. На отдельных балконах, чуть выше нас, как в тюрьме стояли надзиратели с копьями, только наконечниками у них выступали сине-желтые камни. Для чего они знать не хочу и пока, что испытывать судьбу не собираюсь. Необходимо, аки шпион разведать, все здесь, кто главарь местного ОПГ и либо присоединиться к нему, с последующим захватом власти, либо создание уже своей группы мятежных рабов. Правда выражение лиц у местных было такое, что ни о каком мятеже речи быть не может. Полупустой, стеклянный взгляд, истощенные тела, некоторые, даже продолжали бубнить себе поднос. И резко прекращали, когда на них глядели надзиратели. Остальные же молча выполняли свои задачи. Аналогичное было не только с земно-пони, пегасы, чьи представители были воинственными здесь пугались любой тени, отдаленно похожей на алмазного пса, а единороги… Большинство с порубленными рогами, лишь у единиц, включая меня, остался целый рог, полностью стеклянные глаза, бледная-шерстка, как у мертвецов. И казалось бы, что может быть хуже, может еще как. Как мой зоркий глаз заметил позже, каждый второй пегас или пятый единорог были кастрированы. От такой новости, даже я, ненадолго остановился, дабы проверить свое достоинство, за что получил ударом плетью по спине и шоком от ошейника. Но убедился, что мое достоинство все еще при мне. Также, что еще сильнее удивило меня: мои накопытники с плащом остались при мне. Видимо они оказались не такими ценными, либо входили в один комплект со мной, а следовательно без меня никуда не уйдут. Так за катанием тяжеленных телег, я и не заметил, как наступило время обеда. Абсолютно все пони, будь-то шахтеры единороги или тягачи земно-пони направились к балконам, где стояли алмазные псы. Поставив рядом с собой два ведра, набитыми неизвестно чем, они принялись кидать в рабов это самое содержимое. Не прошло и минуты, как здесь за это неизвестное нечто темно-серого цвета, началась самая настоящая драка. Я же стоял поодаль от потасовки, пытаясь понять, что здесь происходит. Из-за молчаливости здешних рабочих, что-либо выяснить мне не удалось, а идти и спрашивать у них в нынешнем состоянии, такое себе. Своя шкура дороже будет. Вдруг, внезапно мне под ноги падает одна из таких вот штук, за которые местные работяги настоящую поножовщину устроили. Подняв, неизвестную ранее, телекинезом еду, с опаской глядел на это. А тут еще живот, предательски заурчал. Так что набравшись храбрости решился на дегустацию здешнего блюда и… Этим неизвестным блюдом оказался черный хлеб. Ну, сказать, что он здесь говно - ничего не сказать. И вот за это местные пони глотки готовы друг другу порвать? Хотя их понять можно, этот хлеб для них, полагаю единственная доступная еда. Устало выдохнув, разворачиваюсь обратно, и иду с четвертой за сегодня тележкой в пункт "Б". А тем временем, довольные алмазные псы, продолжали кидать в рабочих хлебом, наблюдая за их возней. Но, как и все в этом мире, у них закончился хлеб, и те раздосадованные, воскликнули: - Так-с, глупые пони, обед окончен, следующая получка только завтра! Пони спокойно восприняли эту информацию, не было никакого “у-канья” или иных форм проявления недовольства. Что сразу дало мне понять, о запуганности местной рабочей силы. Со временем пони возвращались на свои места, земно-пони надевали упряжки, пегасы вставали на платформу с рычагом, а единороги уходили в шахты или распределить кристаллы. Мое же величество к этому моменту докатило телегу с камнями и с глазами полные любопытства рассматривал рабочих. Те же на меня никак не глядели, будто бы и не существует вовсе. Так, медитативно, получая каждый раз хлыстом по спине, дабы работать быстрее, мое величество прожило свой первый день. Под конец которого, освободился от телеги раньше всех, благо псы в общем потоке меня не заметили. Спрятавшись в уже знакомый темный угол, я наблюдал как остальные уходят в некое подобие отдельного помещения под конвоированием алмазных стражников. Так, когда последний жеребец вошел внутрь, следом в то помещение стали сгонять, ранее не виданных здесь, кобылок и жеребят. Исходящая от них вонь, доходила даже до моего укромного местечка. Лица их были опустошенные и не выражали никаких эмоций, лишь небольшая влажная полоса, идущая от глаза, позволяла понять, что у них было на душе. Цокот копыт перемешивался с хлюпаньем, а все они были в чем-то белом и явно липком. Глядя на них, внутри появилось жалость и отвращение. Стальная дверь захлопнулась, после чего псы направились на балконы, попутно, что-то бубня себе под нос. Устало выдохнув, зарылся мордой в копыта и хотел было уже заснуть, да только к моему “счастью” мой скромный угол оказался под одним таким балконом. Грохот стоял жуткий, будто они, что-то тяжелое несли, хотя просто ступили на него. Задержав, на всякий случай, дыхание принялся ждать, когда они уже уйдут. Вот только они не желали уходить. - Представляешь, - начал один из стражей, - сегодня на арене Лорд Коготь не досчитался одного глупого пони. - Какой ужас, думаешь он сбежал? - Мне так не кажется, - после этих слов послышался скрип от перил, - скорее всего, где-то среди той кучки глупых пони или в другой шахте. - Интересно, что будет, когда лорд его найдет. Вспорет тому брюхо? Кастрирует и отправит к наложницам? - от каждого последующего перечисление мне становилось все хуже и хуже. Бедняга, не завидую ему, если эти псы отыщут его. - Уж лучше пусть на арене развлекает народ, а в наложники к вышестоящим гостям, и так большая часть товара идет, - тут оба стража на какое-то время замолкли. - Кстати, Мордигла, слыхал, что на арену новое чудище привезли. - И откуда? - спросил его визави. - Из самых южных городов. Я тут недавно видел делегацию котов, они просили аудиенции у нашего коменданта, но тот отложил встречу до следующего дня. - И что ты думаешь они будут обсуждать? - А мне почем знать, - тут же после этих слов послышался скрип от перил. - Я этим котам не доверяю, как только наш комендант согласился принять их делегатов? - Товар должен идти, южане в последнее время стали продавать отличных лошадей, а мы им в рабство пони. - Кстати, что думаешь насчет того единорога, что смог одолеть нашего Урсу? - Надеюсь из него получится вкусный суп, - после этих слов алмазный пес, аж губ облизал, - или раб для сексуальных утех, мордочка уж больно смазливая у него вышла. Сказать, что у меня кровь в жилах остыла - ничего не сказать. Слушая их, я одновременно прикрыл хвостом интимные части тела и еще сильнее прижался к стене. Благо долго свои влажные фантазии на мой счет они отбросили быстро, вернувшись к обсуждению рутинной работы. Через какое-то время, покинули сие помещение, оставив меня одного в этой, так называемой, рабочей зоне. Тяжести моего вздоха, кажется, позавидовал бы сам железный Арни. Благо ближайший алмазный пес находился слишком далеко, чтобы обратить на, небрежно брошенный, звук свое внимание. Заснуть мне сегодня так и не удалось, этому способствовало множество факторов, начиная от места моего нахождения, заканчивая услышанным. Из этой дыры нужно, немедля выбираться, но как? Саботировать добычу кристаллов или устроить небольшой обвал? Идеи хорошие, да только за любое использование магии с этим треклятым ошейником влечет удар током. В таком случае необходимо добиться того, чтобы с моего величества его сняли, попутно, не попав под взор, слишком извращенных псов. А это можно сделать как? Добиться того, чтобы меня вернули на ту арену. Быть может и остальных встречу, особенно малышей пегасов и старика. Ох, пусть у них все будет хорошо и со мной, тоже. *** На гладиаторской арене алмазных в данный момент один очень гордый единорог пытался справиться с голодной мантикорой. Вот только, у недавно пойманного, корма ничего не вышло. Хищник впился в его тело когтями, после чего приступил к трапезе. Наблюдавшие за этим действом комендант с делегатами с бокалами первоклассного южного вина обсуждали всякую мелочь. - Это был на удивление самый скоротечный бой на моей памяти, комендант, - покручивая ус, выдал антропоморфный кот в шляпе с алым пером и темным плащом. В одной лапе он держал бокал с вином, в другой же трость, сделанную из красного дерева, ручка которой напоминала золотую лошадиную голову. - Может лучше выпустить на арену, привезенных нами, гостей? - Смотря кого? - с легкой хитрицой, спросил комендант. - Корм, конечно же, - слегка рассмеявшись, ответил делегат. Алмазный пес специально привел гостей, в заранее подготовленную, губернаторскую ложу, дабы продемонстрировать важность их приезда. Хоть по количеству дорогих элементов декора она сильно уступала своему королевскому аналогу, но все же была красива по своему. Строгий бежевый минимализм с золотыми узорами на стульях и столе, на стенах красовались множественные узоры темно-алых лилий. По бокам от гостей имелись бархатные шторы, аналогичного стульям цвета. - В таком случае, - поставив бокал на стол, комендант повернулся, к стоящему по правую сторону от него к драконоподобному существу. - Коготь. - Да, Владыка, - тут же отозвался он. - Приготовь, к следующему бою одного из привезенных жертв. - Будет исполнено, - поклонившись алмазному псу, Коготь направился прочь ил ложи, лишь напоследок бросил взгляд, на уводящих мантикору в загон, алмазных псов. Спускаясь на нижние этажи, “парнокопытный дракон”, как его когда-то именовали алмазные псы, двигался во внутренние помещения арены. Все встреченные им стражи останавливались и отдавали честь, после чего стремительно уходили. Коготь, как его нарек комендант цельнтральноэквестрийских владений Алмазной империи, впоследствии ему, негласно, был дарован титул лорда арены. Сама метрополия находилась чуть южнее от центральных гор, их можно было бы назвать “добрыми соседями” раздробленных государств бывшей Единорогии, если бы знали об этом соседе. Находящимся в столице псам нет никакого дела до грызущихся между собой рогатых тварей, от которых больше проблем, нежели пользы. Покуда они не мешают, протекающим неподалеку, торговым путям, пусть убивают друг друга. Может быть, когда-нибудь окажутся под когтистой лапой драконов. Но сейчас не об этом. Спустившись во внутренние помещения, Коготь наблюдал, тренирующихся пони, но даже здесь они собрались в группы по расовому принадлежности. Пегасы в окружении других пегасов качали крылья, земно-пони ударами копыт раскалывали камни, а единороги, что смогли сохранить свои рога, используя телекинез, практиковались с оружием. И все это под чутким надзором алмазных псов, которые в случае чего активировали ошейники, что были у каждого присутствующего парнокопытного. - Вы двое, - грозно начал Коготь, обращаясь к стоящим неподалеку стражникам, - готовьте к выходу привезенных лошадей. - Да, лорд Коготь, - тут отрапортовали они, убегая в соседнее помещение. Оставшись один, он наблюдал за лично отобранными им в гладиаторы пони. Правда одного жеребенка он так и не получил. Уже вторые сутки его, в собственных же пещерах, не могут, а если быть точнее, не желают, находить. Если такого кадра правильно воспитать и обучить, то в теории с его помощью можно не просто свергнуть или прогнать псов, но сделать так, чтобы они долго из-под земли не вылезали. Уйдя в собственные размышления Коготь не заметил как сбоку к нему подходит грязно-серый единорог с расколотым рогом, одетый в такой же грязно-белый плащ. Под фиалковыми глазами располагались фиолетовые мешки от недосыпа, на крупе же имелся знак в виде колбочки, от которой вверх исходят зеленые искорки. Постояв так какое-то время молча, он решает завести диалог: - Рад вас приветствовать в нашем хлеву, лорд Костолом, - с язвительной улыбкой на устах, жеребец глядел на занимающихся без устали пони. - Сколько еще будет боев для наших гостей? - Столько, сколько надо, Док, - повернувшись к нему, с холодом произнес Коготь. - Ух как страшно, - безэмоционально констатировал доктор, - аж шерстка на спине встала. Сколько в палате ожидать бойцов? - Не меньше десяти, - тут же ответил лорд. - Эх, земля им пухом, пусть они не вернуться с арены, - сев на круп, Док соединил копыта в молитвенном жесте. - Для того кто должен лечить пони - странные речи, - развернувшись в сторону выхода, Коготь бросил на доктора пренебрежительный взгляд, - пропажу нашли? - Увы, - пожал плечами врач, - никого нового в мои палаты не присылали, - сказав это единорог подпер подбородок копытом, - может его отправили в “казарму утешения”, - услышав сие словосочетание малый из рогов Когтя заискрил, а сам владелец издал громкий “фырк”. - Ну а что? - с непониманием взглянул Док на лорда арены. - Вы описали его, как достаточно миловидного жеребенка, может быть кто-то надоумил одного из стражников отправить его тупа, “по пользоваться”, - поймав на себе очередной недовольный взгляд желтых глаз, единорог замолк, - ладно-ладно, молчу. - Так-то лучше, - грозно выдал Коготь, уходя из внутреннего помещения. Но не успел он покинуть его, как к нему подходят двое из стражи. - Лорд Коготь, очередная жертва… - не успел договорить первый, как второй его поправляет. - Боец, готов, и ждет отворения врат. - Хорошо, в таком случае возвращайтесь к, - не успел он договорить как земля под ногами начала трястись, а со стен падать штукатурка. - Опять кто-то из шахтеров до грунтовых вод дошел, - выдал поднимающийся доктор. - Возвращайтесь к своим обязанностям, - закончил фразу устоявший на ногах Коготь, глядя на развалившихся на полу алмазных стражников. - Будет исполнено, лорд Коготь. - Лежа на земле отрапортовали они, уже уходящему лорду. Вернувшись обратно, Коготь наблюдал смеющихся коменданта с делегатами, которые резко прекратили, когда он вошел. Поймав на себе заинтересованные взгляды присутствующих, новоприбывший тут же понял, что именно их интересует: причина тряски. Сместив взгляд с антропоморфных котов на аналогичного пса, парнокопытный принялся дожидаться утвердительного кивка, дабы поведать им о произошедшем. Комендант спокойно допил свой бокал с вином, после чего дал заветный кивок своей правой лапе. - Безмерно извиняюсь перед делегатами, вероятно в одной из шахт, глупый пони, случайно, задел грунтовые воды. - Ох уж эти глупые парнокопытные, - с раздражением выдал кот, отчего у Когтя невольно дернулся глаз, - у нас на рудниках в седельской пустыни частенько лошади все портят, - тут делегат сделал небольшой глоток, после чего продолжил, - а вот ваши пони отлично справляются с шахтерскими работами. - Естественно, - подхватил момент коменданте, - товар ее высочества просто не может быть худого качества. - Ну мы видим, - с ехидной улыбкой кот сместил взгляд с пса на арену, где в этот момент из-за металлических дверей выходил здоровый, с алмазного пса ростом, в барде темного цвета рыжий конь. - О, - протянул кошак, - кажется сейчас начнется представление. - Коготь, как думаешь, - не оборачиваясь, начал алмазный пес, - сколько этот продержится? - пока он это говорил парнокопытный сделал уже круг по арене, пытаясь найти выход. - Хм, - оценивающе прошелся правая лапа по коню. - Доспех его слегка обшарпан, причем по следам недавно, видимо сопротивлялся, чему способствуют алые пятна на броне. На роге, выходящего из шанфрона, имеются запекшиеся алые следы, причем чем ниже от острия, тем темнее. Значит, много кого насаживал на него. - А ваш парнокопытный слуга, знает толк, - с легкой ухмылкой покосился на Когтя делегат. - Перед вами один из лучший бойцов седельской пустыни - Буйная Грива. Этот жеребец отправил на тот свет много наших братьев, поймать его, а уж привезти на вашу арену было той еще задачей. - И при этом выполнимой, -подметил коменданте. - Надеюсь, вы не обидитесь, если наш подарок опустошит ваши клетки, - с широкой улыбкой на морде, кот взглянул на своего собачьего визави. - Главное, чтобы зрелище было, а опустошенные камеры мы быстро заполним, - с такой же улыбкой ответил ему пес. - Да и сейчас против него выйдет мой любимчик. Этот паршивец съел многих глупых пони. Надеюсь он вас не разочарует. Противоположные от коня врата начали отворяться. Этот факт не остался от животного незамеченным, отчего тот уже собирался убегать к ним, вот только от туда к нему на арену выпрыгнул темно-зеленый крокодил с каменными наростами на теле. Удивленный такому положению конь быстро понял, что к чему, как и крагадайл. Стальные врата, позади оппонента, захлопнулись, оставляя двух животных наедине с собой. Болотный хищник и травоядный пустынник, в этом веку они бы никогда не встретились, но арена центральной Эквестрии делает чудеса. Не прошло и минуты как противники начали движение друг к другу. Крокодил переросток был ростом с коня, отчего их битва могла закончится за считанные секунды, да только травоядный, тоже был не прост. Подпустив оппонента достаточно близко, он на последних секундах перед столкновением уходит в сторону. Разивший для атаки, крагадайл, делая рывок вперед, резко закрывает пасть. Вот только конь к этому моменту уже разворачивался на хищника. Осознав, что его только что обдурили, житель болот активно принялся бить хвостом по песчаной поверхности арены. Не прошло и минуты, а песчаная завеса застелила собою всю арену, что вызвало небывалое возмущение у зрителей. Болотный ящер рассчитывал, что это дезориентирует парнокопытного соперника и тот станет легкой целью. Однако из-за того, что родиной травоядного была пустыня, то в оказавшейся завесе, он чувствовал себя, как рыба в воде. Ориентируясь по вибрациям, хищник узнал о стремительном приближении его жертвы. Посему в момент, когда конь будет близко, то удар хвостом должен будет отправить того далеко в полет, а после и повалить. Вот только тот не учел того, что конь может спокойно перепрыгнуть хвост рептилии, что собственно и произошло. Преодолев хвост хищника, травоядный тут же очередным прыжком ушел от атаки челюстями болотного ящера. Оставив оппонента позади, Буйная Грива ударил задними копытами по глазам противника. Совершив свой маневр, пустынник принялся убегать. Недовольный таким поворотом хищник принялся догонять несмышленое животное. И когда долгожданный круп был близок, парнокопытная тварь резко ушла в сторону. Не успевший остановиться, крагадайл ударяется о каменную стену. Не прошло и секунды, как крагадайл начал завывать. После чего ляг на спину, попутно прикрывая лапами нос. И это была его фатальная ошибка. Осознав, что его оппонент выведен, конь гордой походкой подошел к скулящему противнику и легким движением рога с шанфрона, тот делает глубокий разрез в месте грудной клетки хищника, с последующим добивающим в грудь. Болотный ящер, из-за дезориентирующего удара о стену, не смог тому ничего противопоставить. Лишь когда, поднятая им пыль осела, хищник издал последний вздох. Довольный результатом, кошак повернулся к алмазному псу. И с легкой ухмылкой начал: - Что и следовало ожидать от этого буйного жеребца, - покрутив бокалом в лапе, тот продолжил, - надеюсь следующий противник продержится чуть больше пяти минут. - Не беспокойтесь, мой друг, сейчас все будет, - с легкой ноткой раздражительности выдал коменданте. - Коготь, - щелкнув пальцами, лорд арены вышел вперед, после чего выкрикнул: - Выпускайте предыдущего! - удивленные такому приказу алмазные псы, уже собирались выдвигаться и забрать почившего крагадайла, но приказ есть приказ. Не прошло и пяти минут, а очередная клетка распахнулась, из которой на арену к буйному травоядному вышла уже знакомая зрителям мантикора. Обычно на арене не выпускают предыдущую тварь в обход остальных, однако данный момент относился к исключениям. Не насытившаяся в прошлой порцией, она готова была разорвать, стоящего перед ней жеребца, вот только было одно “НО”, которое не учел Коготь - туша крагадайла. Хоть мясо близ его шкуры и было ядовито для остальных хищных созданий, однако это не относилось к животу и иным филейным частям уже мертвого тела. А посему, стоя между выбором: конь от которого несет кровью или бездыханным телом сородича по ареалу, мантикора выбрала второе. Удивленный такому ходу со стороны оппонента конь стоял какое-то время неподвижно, пытаясь осознать появившийся перед ним шанс прикончить хищника легко и просто. - Ударьте ее! - крикнул Коготь, ближайшему алмазному псу. - Эм, - послушалось внизу, - как прикажите лорд Коготь, - алмазный страж, держащий копье с кристаллов на конце, направил его на тварь. Мгновение и оттуда вылетает синеватая молния. - Агхр! - встав на дыбы, заревела мантикора, благодаря чему ей удалось заметить бегущего на нее коня. Вернувшись на четвереньки, плот любви льва и скорпиона готовился к удару хвостом. Буйная Грива же не обратил на это внимания, и аки танк, шел вперед напролом с рогом на перевес. Мгновение и они уже находятся вновь в отдалении друг от друга. На морде у мантикоры появился небольшой шрам, тогда как у жеребца на спине в месте сочленении, еще недавно ровных пластин, след от жала. Какое-то время хищник следил за поведением жертвы, которая с каждой секундой ухудшалось. Движение его становились тяжелыми и медлительными, а дыхание тяжелым. Но на его счастье зверь вернулся к поеданию крагадайла, потеряв всякий интерес к парнокопытному. Подобное поведение оппонентов не нравилось Когтю, следовательно, если объекты действия не желают участвовать в нем, тогда нужно заставить. - Хм, - невольно хмыкнул кот, глядя на проскакивающее в желтых глазах Когтя беспокойства, - кажется, поединок пошел не по плану, - после констатации очевидного факта, делегат сделал глоток вина. - Одну секундочку, - после этих слов Коготь растворился в серо-синей вспышке. Мгновение и аналогичное появилось чуть ниже, близ стража, что ударил молнией в мантикору. Отобрав у пса его оружие, лорд арены принялся испытывать на хищнике электростойкость. Однако не успела первая молния достигнуть цели, как земля под ногами, вновь затряслась, а потолка повалились осколки. Подобное заинтересовало не только драконоподобного лорда, но и действующих лиц на арене. Если конь принялся пятиться назад, продолжая тяжело дышать, то мантикора, наоборот, шипела с растопыренными когтями в конкретную точку, что была слегка левее центра площадки. С каждой секундой толчки под ареной усиливались, пока в конечном итоге, близ центра, куда шипела химера, ввысь не поднялся водяной столб. Грунтовая вода фонтаном разбрызгивалась в разные стороны, вот только на площадку к бойцам соизволила явиться не только вода. Через какое-то время из фонтана наружу выпал темно-синий жеребенок в компании двух аналогичных жеребят, а вместе с ними явились и огромные пауки. - Что за?! - выдал назревший у Когтя вопрос, стоящий рядом алмазный пес. *** Следующий рабочий день начался для меня ни с обливания помоев, а ударом всей тушей о телегу. Недовольные алмазные псы пытались понять почему мое величество не в общей или “утешительной” казармах. Однако завидев на мне ремни от упряжки, задались вопросом: “а почему собственно жеребенок таскает телеги, аки земно-пони?”. Ответ алмазные псы не получили, ибо с балкона прокричали их имена, после чего вызвали к себе. Таким образом, как и вчера, мое величество осталось наедине с телегой. Хотел бы убежать, да только удар хлыстом, от стоящего на балконе позади меня, пса, мигом отбросил сию идею. Вот так и начался для меня следующих день пребывания в этой дыре. Кобылок с жеребятами под конвой отправили куда-то наверх, а жеребцов оставили здесь тащить кристаллы. И прошел бы и сие сутки в медитативном рабском труде, однако ближе к обеду случилось неожиданное. Группа шахтеров единорогов нашла большой и богатый магической энергией кристалл. Когда они до него ударили кирками, то исходящая от него, алая волна заставила рога единорогов в обход, сдерживающих ошейников, зажечься. Правда спустя полминуты ток все равно дал о себе знать, отчего я, как и большая часть собратьев по расе, чуть было не пали вниз. Завидевшие эту картину алмазные псы, незамедлительно, принялись бить по нам хлыстами, что не сильно способствовало возврата к работе. Поняв, что их способы вернуть нас в работу не работают, группа из четырех псин отправилась внутрь шахты, где и был найден неизвестный камень, свет от которого был виден, даже не зашедшим внутрь существам. Не знаю, что они такое обсуждали, но выходили эти собаки, словно сметаны объевшись. Через какое-то время единороги, в том числе и я, смогли вернуться к принудительному труду. Правда в моем случае это возвращение сопровождалось несколькими ударами хлыста по моей туше. Однако, как говорили мудрецы: “писец подкрался незаметно и не один”. В попытках достать так приглянувшийся алмазным псам самоцвет, кто-то из шахтеров, вновь задевает камень. Не прошло и минуты, как по шахте с пещерой стали расползаться щели, в которых могла спокойно пролезть моя туша. В одну из таких провалилась моя телега, отчего я висел над землей, пытаясь вернуть себя наземь. Справедливости ради, оная судьба постигла не только меня, но и других земно-пони. Но писцы на этом не заканчивались. Дождавшись прекращении толчков, шахтеры, вернулись к добыче странного самоцвета. Каждый удар кирки о земную кору смешивался с звуками падающих капель. И с каждым ударом все чаще и чаще, пока заветный самоцвет не был добыт, правда со своим нюансом. - ВОДА! - крикнул один из работяг. Мощный поток воды ударил прямо на него, отчего мгновение спустя послышался звук слома шеи. А тем временем, услышав это слово, пони всех рас принялись убегать прочь к стальным дверям, что были выше входа в шахту. Цоканье копыт перемешалось с шипением грунтовых вод, благополучно добравшихся до нас. - Эй, помогите, опустите меня! - пытался привлечь к себе внимание пробегающих мимо работяг. Вот только никто так и не остановился, а те, что останавливались мгновенно же продолжали бежать прочь. Выбирая между желанием помочь или сохранить свою шкуру, они выбирали вторая. Зашуганные твари, в чьих глазах ни осталось ничего святого. Так бы я и остался висеть над землей, если бы мощный поток не сбил телегу со своего места. Правда теперь этот прицеп тянул меня ко дну. Попытки отцепить того от себя не увенчались успехом, сдерживающие меня ремни не желали отсоединяться. Времени совсем не осталось, пещера почти полностью была заполнена водой, а к этому еще прибавлялось то, что долго находятся под водой я не могу. Казалось бы, что хуже быть не может. Может. В очередной попытке отцепить от себя телегу, мне в шею прилетает средних размеров камень, от которого не успеваю увернуться. Последующую секунду я наблюдал за тем, как последние пузырьки воздуха поднимаются вверх. Ситуация хуже некуда, вторая жизнь начала уже проходить перед глазами, как вдруг, решают на отчаянный шаг - использовать магию. Ремни тут же окутала темно-ультрамариновая аура, а мгновение спустя телега отсоединяется от меня. На последний силах, борясь с сильным грунтовым течением, мне удалось всплыть. Схватившись за угол балкона, я наблюдал за тем, как оставшиеся пони рабочие хватались, за что только могли, кто-то так и вовсе продолжал бить в металлическую дверь, вокруг которой было некое подобие, не пропускающую воду, барьера. Алмазных псов к тому моменту, когда мое величество всплыло уже не было. - А! - кричал один из рабочих, что мгновение спустя, камнем шел ко дну. А вода все продолжала и продолжала подниматься, затопляя оставшиеся островки, за которые можно было держаться. Многие пони просто-напросто не выдерживали и тонули, захлебываясь. Остальные же беспомощно наблюдали за тем, как идут вниз первые. Не прошло и пяти минут, как уровень воды стал вышел балконов, на которых стоят псы. Казалось, что у нас дела обстоят хуже, как вдруг мне послышался детский приглушенный голос: - На помощь, помогите нам! - рыская глазами по водной глади, пытался определить его источник. - Помогите, пожалуйста, - не найдя его обладателя на поверхности, резонно было искать под водой. Выбор, который определит уровень моей глупости: попытаться помочь и умереть или остаться и наблюдать, но выжить. Смещая взгляд с пони, на дно и обратно, я медлил. Пока устало не выдохнул. - Ну, была не была, - после этих слов, я глубоко вдохнул, погружаясь вглубь. Быть похожим, а уж тем более находится в одном ряду с тем, кто меня самого бросил в схожей ситуации, не изъявлял желание. Пускай оно и было сопряжено со многими рисками для собственной шкуры. Погружаясь все ниже, невольно зажег рог, и на этот раз в области шеи почувствовал удары током. А так как вода - отлично проводит электричество, то этим своим действием подставил под удар многих. Продолжая получать удар за ударом из моего рта выходили оставшиеся пузырьки воздуха. Не прошло и минуты такой вот шоковой терапии, как моя туша, вслед за остальными камнем шла вниз. И лишь небольшой темно-ультрамариновых шарик, чудом оставшийся на кончике рога, продолжал расти. Течение не теряло возможности ударить мою тушу о каждый попадавшийся камень. В глазах начинало темнеть и теряться контроль над и так ватными от удара конечностями, а вслед за ними и над формируемым на кончике рога шариком. Не прошло и десяти секунд, как сбоку от меня послышался громкий “бум”. После чего меня начало засасывать в не пойми откуда взявшуюся дыру. Последующие события были, словно в тумане. Катаясь по новообразованным водным горкам, голова продолжала звенеть, а рог отдаваться неприятной болью. Но, как и все в мире, внезапное развлечение подошло к концу. Во время крутого спуска мое тело попало в очень липкую и упругую паутину, настолько упругую, что та, когда меня уносила дальше вниз, тут же выкинула куда-то в сторону. А вместе со мной еще нескольких жеребят прицепом. Пришел я в себя достаточно быстро, благо больной, как фактор быстрого пробуждения - лучший. Встав на ноги, первым делом принялся осматриваться. Было темно, как в попе у негра. Оказалось мое величество в какой-то пещере, где повсюду была паутина, а следовательно тут обитает кто-то кто ее производит. Чувствую, что если я отсюда выберусь, то точно стану арахнофобом. Поняв, куда мое величество занесло, без лишних размышлений направился к трем попавшим вместе со жеребятам. Все трое были кобылками разного возраста, причем все были старше меня и разных рас: две пегаски синего и зеленого цветов, и одна красно-рыжая земно-пони. Проверив сердцебиение каждой, сел недалеко от них. Оно у них было, слабое, но было, а следовательно нужно их как-то привести в чувства. Хотя одни-то способ у меня на примете имеется, правда сработает ли он на пони? Хрен знает, пора проверять! Поочередно подходя к каждой из кобылок, я делал им искусственное дыхание с легким надавливанием на грудь. Знаю, что эта комбинация на человеке не желательно, если у такового нет пульса, но, что у меня еще остается? Лезть к ним под хвост особого желания у меня нет. Проделав такую операцию с каждой, со спокойной душой наблюдал за тем, как они начинают подниматься. Хе-хе, а ведь это первый случай, когда я поцеловал кобылку и чувство было двоякое. Как жеребцу это было нормально, можно назвать приятно, даже почувствовал от них запах, похожий помесь лаванды с стиральным порошком, но как человек, чувствовал жуткое отвращение. Теперь во рту привкус трав не первой свежести, гадость. - Кха-кха-кха, - поднимаясь прокашлялись кобылки. - Что, где это я? - протирая глаза, вопросила земно-пони. - В какой-то из пещер, полной пауков, - неутешительно констатировал я, сидя облокотившись о стену. - Стоп, а как мы здесь оказались? - придя в себя, села на жопу синяя пегаска. - Мы же тонули, а после… - после недолгих попыток вспомнить события десятиминутной давности, закончила она. - Оказались здесь. - Погодите, а разве никого не удивляет, что мы здесь вообще делаем? - после синий в их диалог включилась зеленая. - Возможно, что во время затопления нас выкинула за пределы нашей пещеры на эти уровни, - повернувшись к девочкам начала земно-пони. - Хм, - задумалась зеленая, - это многое объясняет, однако, не нравится мне эта пещера. Шерсть от нее на крыльях встает дыбом. - Эй, Верда, неужели струсила? - с энтузиазмом в голосе, в воздух поднялась синяя. - Нет, Азула, просто я, в отличии от тебя головой думаю, - поднявшись вслед за своей синей подругой, возразила зеленая. - Девочки, давайте будем ссорится не здесь, - вставить свои пять копеек попыталась красная, однако пегаски взглянули на нее, как на умственно отсталую. - Давай без своих нравоучений, Руби, - в унисон ответили ей пегаски, заставив их подругу сесть на жопу с опущенными ушками. Кажется, что в их дружной компании я был лишним элементом. И это недалеко от правды. Устало выдохнув, принялся почесывать свой рог, дабы хоть как-то приглушить, исходящую от него боль. Кобылки продолжали пререкаться между собой, обвиняя другую в том, что они оказались тут. На тот факт, что рядом с ними сидит единорог, что и спас их жопы от смерти, они дружно решили махнуть хвостами. Вот тебе и благодарность. Встав на ноги, направился, в единственную доступную нам, сторону, через которую не надо перелетать. После чего с зажженным рогом, терпя боль, принялся обследовать пещеру. Если можно описать те чувства, что давал мне больной рог, то это было бы близко к тому, как чувствует себя хрен после неоднократных эякуляций. Замечательные ощущения - нет. - А! - близко прижавшись друг к дружке, в унисон закричали кобылки, отчего мне аж подпрыгнуть пришлось. - А это всего лишь жеребенок, - с облегчением выдала синяя пегаска. - Стоп, а откуда ты здесь малыш? - после этого вопроса взгляды всех троих были направлены на мою персону. - Ну, - продолжая высматривать, что-то похожее на палку, начал я. - Скажем так, я вас троих и привел в чувства, - сказав это, кажется мне удалось, кое-что да найти. - Ух ты, молодец, малец, - тут же подлетела ко мне синяя, попутно взбаламутив мою гриву. - А не расскажешь как ты это сделал? - Ага, сейчас, - сев на жопу, принялся извергать из рога искорку, дабы зажечь, брошенный здесь факел. - Поцелуй любви делает чудеса, - держа факел в копыте, с мечтательными глазами, повернувшись в их сторону, ответил им. И лучше бы я этого не делал. - Что-то не так? - глядя на то, как я, с опущенными ушами, гляжу на них, в унисон спросили кобылки. Глядя в глаза огромному мохнатому пауку, с чьих блестящих жевал стекал темно-зеленая слюна. Не скажу, что раньше страдал арахнофобией, но после встречи с этой херней, она у мне обеспечена. Молча, дрожащим копытцем указываю на тварь позади них. Кобылки сначала не поняли, что могло вызвать у меня такую реакцию, благо ответ стек на голову зеленой пегаски. - А! - закричали мы все в унисон, убегая от этого представителя семейства арахны. Однако не всем нам удалось сбежать, тарантул-переросток вцепился жвалами в тушу несчастной зеленой кобылки. Та успела лишь бросить на тварь непонимающий взгляд, перед тем как оказаться едой для членистоногого. Мы втроем бежали, что есть сил, стараясь не обращать внимания на доносящиеся из разных проходов душераздирающих криков. Не знаю сколько мы пробежали, но расстояние было явно приличное. Правда, когда мое величество остановилось, то тут же упало наземь, тогда как выпавший из копытца факел прокатился чуть дальше, остановившись перед тело жеребца единорога. Встав на ноги, подошел по ближе, и лучше бы этого не делал. Перед нами, облокотившись о стену, лежал бледный единорог с закатанными глазами с алыми прожилками. - Что это с ним? - громко глотнув, спросила красная земно-пони. - Кажется ему не лучше чем нам, - скрывшись за моей персоной, выдала синяя пегаска. - Может быть, он, - тыкнув его концом факела, я хотел было продолжить, однако начавшие выползать из глаз, ушей и рта маленькие паучки, прервали это желание. - Твою медь! - неосознанно рогом взял частичку пламени и направил его на умершего единорога. Небольшая частичка в стрессовой ситуации разразилась большой струей, как из огнемета. На последующие паучьи писки мне было все равно, страх перед этими тварями полностью завладел мной. - Малыш, - выйдя из-за моей спины, начала пегаска, - кажется ты перестарался, - констатировала она, глядя на подпаленный скелет единорога перед собой. - Кажется эти гаденыши еще живы, - громко вздыхая, ответил ей. - Малыш, у тебя какая кличка? - невольно глотнув, глядя на уже бывший труп, из которого выползали пауки, выдала земно-пони. - Кличка? - идя вперед по тоннелю, решил спросить я. - Ну, - начала объяснять мне подлетевшая пегаска, - попав сюда, алмазные псы заставляют нас забыть свои былые имена и дают клички. Моя вот - Азура, - сделав небольшую мертвую петлю, закончила она. - Я же Руби, - вслед за своей подругой представилась земно-пони. - Не, - отрицательно покачал я головой, - у меня пока, что еще имеется имя. - Скажи, малыш, а ты куда пристроен? - Если ты про работу, то еще вчера таскал телеги с алмазами, - прикрыв глаза, ответил им. - А.. - протянула Азура, - значит ты из рабочих. - А они чем-то плохи? - с приподнятой бровью взглянул на них. - Нет, - отрицательно покачала головой Руби, - по сравнению с остальными работами, чуть ли не благодать, это я тебе, как работница “казармы утешения” говорю. - Подтверждаю, - тут же вставила свое слово Азура. - Уж лучше я буду крутить этот ржавый механизм, нежели буду ублажать этих алмазных псин, - выплевывала каждое слово Азура. - Понятно, - остановившись, я повернулся к ним, - Космос, рад с вами двумя познакомится. - Взаимно, - с печальными улыбками на устав в унисон выдали кобылки. - А как еще получают эти ваши “клички”, - сделал акцент на последнее слово. - Ну, - задумалась Руби, - ее тебе может дать твой покровитель. - Покровитель?! А разве они здесь могут быть? - Как ни странно, но да, - утвердительно кивнула Азура, - я лично знаю таких вот пони, которым клички дали их покровители. - Покровители - как твой хозяин в этой дыре, - дополнила подругу Руби. - Значит, помимо общего рабства на просто алмазных псов, некоторые из них могут взять конкретного пони в личное пользование и даровать тому кличку? - Именно, - добро кивнула Азура. - Странно, - устало выдохнув констатировал я. - Ты привыкнешь, - с грустью ответила мне Руби. - Девчат, думаю, приятную беседу следует отложить до момента, когда выберемся отсюда, - сместив взгляд с кобылок на потолок, откуда виднелся блеск нескольких глаз, я поспешил выстрелить в скрывающуюся в тенях тварь. Темно-ультрамариновый луч достигнул цели, правда он ей ничего не сделал, лишь вызвал в нашу сторону противное “шипение”. - Бежим! Тарантул-переросток спрыгнул с потолка, после чего принялся нас преследовать, попутно выстреливая своей паутиной. Так эта мразь периодически перекрыла нам проходы, загоняя в ловушку. Когда же я или девочки пытались пробиться через очень липкую паутину, то членистоногое создание мгновенное запрыгивало в свою же паутину, заставляя нас выбрать иной маршрут. Таким образом преодолев несколько поворотов, мы вышли в большую пещеру с свисающими вниз метровыми сталактитами и аналогичной длинны, возвышающимися сталагмитами. Отсюда в разные стороны имелось шесть проходов, а земля была влажной, словно постоянно здесь проходит поток воды. В центре же пещеры имелось небольшое углубление, где вокруг большого синего кристалла булькали пузырьки. Казалось бы мы были в относительной безопасности, да только это и было ловушкой той твари. - Эм, девчат, у кого-нибудь имеются идеи, как отсюда выбраться, причем не пострадав? - направляясь в сторону центра, спросил я. - Если бы мы сами знали, то ответили бы, - с легким волнением прощебетала Азура. - Знаете, это не лучший для молодых пони, - глядя как в каждом из проходов появляется по паучьей тени, выдала Руби. - А может и не конец, - глядя на булькающие пузырьки, выдал я. Бросив факел в сторону окружающих нас арахнидов, мне в голову пришел очень безумный, но вполне рабочий способ смыться из этих пещер. В прямом смысле. Начав формировать на кончике рога шарик, и не доводя того до громадного состояния направил его на самоцвет. Реакция не заставила себя долго ждать: пузырьков становилось все больше, а из различных щелей начала подниматься вода. - Что ты сделал? - с волнением в голосе, спросила Азура. - В одной очень интересной книжке, вычитал, что если попасть магией в магический кристалл, то это приведет к высвобождению энергии в последнем, - глядя на уже светящийся самоцвет, ответил пегаске. - Азура, срочно уноси нас подальше от центра! - Я вас не утащу! - Попытайся! - глядя на вырывающиеся из-под земли мощные струи воды, кричу ей. - Ладно, - после недолгих метаний с камня на готовящихся прыгнуть на нас пауков, ответила кобылка. - Только держитесь! - обхватив нас копытцами, Азура, оттолкнувшись задними конечностями от земли, пролетела всего метра три, перед тем, как упасть наземь. Но и этого расстояния было достаточно. Кристалл, что еще недавно переливался оттенками синего, выпустил в разные стороны синеватую волну. Не прошло и пяти минут, как на месте, где стоял самоцвет из земли вверх ударил водяной столб, пробивая собой потолок. Вот только реакция на этом не закончилась, вслед за центром пол в пещере начал рушиться под напором вздымающийся ввысь воды. Прижав к себе двух кобылок, мы таким вот дружным шариком поднимались вверх. Быть может я бы мог, что-нибудь сделать такое облегчающие нам подъем, вот только ни сил, ни желание больше подвергать рог нагрузкам у моего величества не было. Так что остается надеется, что поток вытолкнет нас без дополнительных травм. - А! - кричали мы в унисон, вперемешку со вздымающейся водой. Не знаю, сколько мы таким клубком поднимались, но путь, к счастью, оказался расчищенным для нас. Однако, ближе к концу этой горки, мне не удалось удержать своих новых знакомых, так что выходило мое величество в гордом одиночестве. Вытолкнула нашу дружную команду водная стихия на арену, где в этот момент проходило сражение. - Твою-то дивизию, - лежа на земле, вырвалось у меня, когда пришло осознание, где мы оказались и с кем пропутешествовали из глубин. - Девчата, берегитесь! - Попытки встать не увенчались никаким успехами, а посему мордой в песок, я наблюдал как на них напала пара глубинных мохнатых тарантулов-переростков. - А! - кричали они в унисон. Когда же фонтан утих, я наблюдал как к моим спутница присосалась пара тварей и высасывала из них все соки. Кобылки какое-то время побились в агонии, а после их тела размякли, глаза закатились, а по глазным яблокам пошли алые жилки. Глядя на них, не заметил как сбоку ко мне подкрался третий членистоногий, что уже приготовил свои жвала. Однако, к его несчастью позади меня прямо на него налетел настоящий бронированный конь. Встретив того рогом, жеребец благополучно проткнул неудавшегося хищника, который только готовился выпускать паутину. Оставшиеся тарантулы-переростки, проигнорировали факт гибели своего собрата, предпочтя доесть добычу. Чем и воспользовался спасший меня конь, вот только сделав пару другую шагов тот падает, позволяя мне увидеть рану от удара каким-то жалом. Закончив с моими бывшими подругами, пауки, что все это время глядели на нас, параллельно шипя на мантикору, которая взаимно рычала, принялись сокращать дистанцию. Казалось бы, что сейчас я отправлюсь на небеса к своим новоприобретенным друзьям, вот только передо мной появляется серо-синяя вспышка, внутри которой оказывается, держащий костяное копье, драконоподобный алмазного пса. - Что ж, вот ты и нашелся, пропавший раб мой, - схватив меня за гриву, тот поднял мне голову, чтобы наши взгляды пересеклись. - Смотри внимательно, показываю только единожды, что от тебя будет требоваться в дальнейшем. После этих слов, драконоподобный повернулся ко мне спиной, после чего тот телекинезом принялся раскручивать свое оружие вокруг себя. Тарантулы-переростки не были рады появлению нового лица на арене. Однако, бросив друг на друга короткие взгляды, одни паук принялся обходит драконоподобного, тогда как другой пытался того обездвижить паутиной. Вот только тот резко отправляет копье вверх, демонстративно открываясь противникам. Благополучно увернувшись от первого заряда паутины, тот продолжал провоцировать этих тварей на атаку в прыжке, что ему в последствии удалось. Тарантул-переросток, что обходил его выстрелил в него паутиной, попав в боковые конечности, чем незамедлительно воспользовался его напарник, совершив роковой для него прыжок. Находящиеся все это время в воздухе копье, незамедлительно разрезало брюхо горному паучине, а следом направилось в сторону другого. Потроха первой тварины пали, в метре от драконоподобного, отчего тот невольно хмыкнул, смещая взор на отбивающегося от копья тарантула-переростка. Используя когти на передней ноге, он благополучно высвобождается, из сковывающей правую сторону, паутины. - Что же, - флегматично начал он, взирая прямиком на оппонента, - пора заканчивать, - после этих слов, удерживающие жвала паука копье, резко совершило оборот, разрезая, уже ненужные ему части тела. После чего лезвием вперед оно вонзилось в голову твари, аки нож в масло. Паук какое-то время двигался, дергался. Но после того как сделал несколько шагов навстречу драконоподобному, пал замертво. Оставшиеся внутри его головы копье, окутало серо-синяя аура, после чего оружие начала подлетать к своему хозяину, что двигался в мою сторону. - Надеюсь, ты, понял, что от тебя требуется, Шторм, - я хотел ему было возразить, но сил на это уже не осталось, боль в роге отдавалась с новой силой, пока в глазах не начало темнеть. - Запомни одно: отныне ты будешь верен только мне: лорду Когтю.