В ловушке паука

Me and the Devil,

Was walkin' side by side…

— Что вы задумали? Кон молчал, глядя в её тёмные глаза. Он устало потянул девушку за белую прядь, наматывая локон на палец. Не самый приятный, можно сказать, даже отвратный жест. Но только со стороны Чин Сан. Сейчас ей стало ещё страшнее, намного страшнее. Но она сохраняет нейтрально-презрительное выражение лица. Девушка не решалась прервать молчание. Может, она ему надоест, и Кон отпустит её? Маловероятно. Чин Сан прикрывает глаза и пытается проанализировать ситуацию. Всё это время рекрутер сидел рядом, почти не меняя свою позу, и никуда не спешил уходить. Он не говорил, не объяснял, зачем похитил молодую девушку, и зачем она ему понадобилась. Может, это всё из-за долгов?.. Нет, нет, не может быть. Такие цифры ведь не могут вызвать у кого-то ярость? Нет, он просто псих. Она ведь была самым обычным человеком в стране — а ведь в Южной Корее очень много людей с долгами. Миллионы корейцев сталкиваются с подобной проблемой. А этот человек… просто насмехается, ведь никогда не пробовал на вкус все ужасы жизни. Жизнь в этой стране давалась людям не так легко, как могли бы подумать иностранцы. Неравенство, постоянная давка со стороны общества. Порой люди сами, даже не осознавая этого, уничтожали друг друга с помощью слов. И они же сами потом сталкивались с чувством собственной безысходности. Постоянная конкуренция на работе. Давление со стороны других коллег. Необходимое образование, идеальные оценки, идеальный внешний вид, идеальная жизнь… Но на деле таких вещей нет, и никогда не будет существовать. Квон отвлекается, задумываясь над тем, что будет, если она вернётся домой. Жизнь не станет лучше, ведь так? Всё останется… на своих местах… Но она старается об этом не думать. Ведь «завтра взойдёт солнце». — Поговорите со мной. Квон щурится. Рекрутер продолжает смотреть на неё с ещё большим проникновением, но она молчит. — Пока что я прошу вежливо, но не забывайте, что всегда могу вас заставить, — он улыбается, показывая белый оскал. Девушка сглатывает. Теперь в его голосе звучит неприкрытая угроза. Шутки кончились. — Раз уж вы хотите поговорить, то скажите, зачем я здесь… пожалуйста. Я не понимаю, почему вы не хотите рассказывать. Она старается подобрать нужные слова. В прошлый раз Чин Сан вела себя неаккуратно, возможно, даже глупо. А этот человек точно не в своём уме, от него можно ждать чего угодно. — Скажите, если бы я убил вашу сестру, вы бы смогли пристрелить меня из этого пистолета? — Кон заинтересованно вертит в руках оружие. Чин Сан снова смотрит на него, пытаясь разгадать истинный смысл этих слов. Возможно, он говорит всё, что только придёт в голову и не задумывается ни о чём. Нет… он точно что-то просчитывает. — Знаете, очень хотелось бы, но… — девушка фыркает. — Мне не хватило бы духу. Ну конечно. Кон усмехается. Она со своим сердобольством вряд ли бы выжила в игре, возможно, прошла бы только первый раунд. Интересно, пройдёт ли следующие? — Ну ладно, давайте не отвлекаться, — Ю тянет её за подбородок на себя. — Продолжим… Чин Сан чувствует отвращение, чувствует желание вырваться, но Кон не спешит убирать руку. Однако, пройдясь большим пальцем вдоль её линий, мужчина всё-таки останавливается. И улыбается. Ей было неприятно глядеть на лицо этого человека — самоуверенное, хитрое… Обычно так выглядели все психопаты в фильмах. Только в отличии от кино, пребывание здесь ничём хорошим для девушки не закончится. — Как насчёт игры в пхенги? Обычный волчок. Квон щурится. Да, очередная детская игра… Странно, что он предлагал в основном что-то подобное, а не карты или шахматы. Был ли в этом скрытый смысл? Поведение и слова мужчины не вызывали в ней особого доверия, но, быть может, он пытается на что-то намекнуть? Или это ловушка? Да, это в любом случае ловушка. Но, несмотря на всё, Чин Сан кивает. — Отли-и-ично, — Кон растягивает буквы. — Будем играть до трёх побед. Рекрутер вновь достаёт из тумбы два волчка — неужели готовился?.. В голове у девушки мелькает мысль: «Как долго он её выслеживал? Была ли их встреча случайной?» Кон протягивает ей волчок. Отвлекаться больше нельзя. Дрожь продолжается, но Чин Сан крепко-накрепко сжимает в руках злосчастную игрушку. Наматывает на волчок шнурок, прицеливается, и… успех. Девушка старается лишний раз не показывать эмоций, чтобы не злить похитителя. Но мужчина ободряюще улыбнулся. И всё же она понимала, что он недоволен. — Вы отпустите меня, если я одержу победу? Он молчит. Вербовщик искусно наматывает ещё один шнур — намного быстрее, чем соперница. И вот, одна попытка, и он победил. Мистер Ю с довольным выражением лица протягивает ей волчок, словно говоря: всё верно, всё верно… Даже в детской игре тебе не победить. Никогда. Но Чин Сан только сглотнула. Мужчина подошёл и встал сзади, вдохнув аромат её волос. «Ну точно… ненормальный.» Мисс Квон еле заметно дёргается, однако это ничуть не смущает рекрутера, и тот сжимает её плечо. Но она не позволила себе обернуться, чтобы взглянуть в эти пустые, чёрные, полные насмешки, глаза. «Надо же. В фильме это было бы даже романтично…» В фильме. Но не сейчас. Рывок. Волчок крутится-крутится… Победная улыбка. Кон опускает руки, незаметно улыбаясь и потирая ладони. Азарт, снова азарт! Что странно, сколько лет прошло с тех пор, когда убийства стали частью его жизни… Девушка протягивает ему игрушку, и тот без труда наматывает нить вновь. И снова рывок — волчок предательски закручивается в руках у врага. Но Чин Сан не отчаивалась. Сейчас. Вот сейчас. Это её шанс. Но любая уловка обманчива. В последний момент она почувствовала дыхание мужчины совсем близко. Ну давай, давай же… Квон знала, нет, чувствовала, что он снова улыбается. Руки снова начали дрожать. Дьявол… Она неуверенно кидает волчок. Увы. — Ох, похоже, неудача, — по голосу слышно, что он скрывает зловредный хохот. — Как обидно, правда? Победа была так близко… Она опускает взгляд вниз. Даже не пытается потянуться за злосчастной игрушкой, и вербовщик делает это сам. Но… может, не всё ещё потеряно? Шанс ещё есть. Мужчина делает привычный ритуал, и… удача на его стороне. Внутри словно что-то надломилось. Интересно, что он теперь сделает с ней? Убьёт? Или что-то похуже?.. — Знаете, я понимаю, каково это — потерять абсолютно всё в одно мгновение, — Кон продолжает говорить абсолютно спокойным тоном. — Нет, не понимаете, — холодно отрезала она. Он не стал спорить — уж слишком серьёзной выглядела Чин Сан. Не то чтобы его не забавила подобная ситуация, но всё же Кон предпочёл проглотить насмешку. — Хм, я бы сыграл с вами ещё раз, — мужчина выглянул в окно. — Но, боюсь, темнеет. — Я… могу посмотреть? — Ну, конечно, чувствуйте себя как дома. Только учтите — если осмотритесь, это ничего вам не даст. Чин Сан проскользнула мимо него под взглядом стеклянных глаз. И, не успев даже подышать свежим воздухом, ужаснулась — они были очень высоко. Конечно, в её доме тоже было высоко, но не как здесь… хотя, если подумать, можно и сделать выводы. Самые высокие здания находились, так или иначе, в Сеуле. А, значит, теоретически… — На каком мы этаже? — задумчиво произнесла Квон. — Не скажу. И вновь улыбка — так могли улыбаться только хитрые коты из детских передач. Что же, похоже, он понимает ход мыслей своей жертвы (если это можно было так назвать). Даже это он просчитал. Могло выйти и так, что они в Пусане. Или Инчхоне. Или… а может, они вообще не в Корее? Нет, он, конечно, сумасшедший, но Кон точно не станет бросать работу. А с другой стороны, быть может, он работает и не в Корее? Что тогда? Чин Сан слегка зажмурилась, припоминая английский, который должен ей помочь. Пока её голова была наполнена мучительными предположениями, мистер Ю испарился — именно что «испарился», по-другому это назвать нельзя. Девушка огляделась. Наверное, это даже хорошо, что придурок исчез, можно было подумать о чём-то своём… Впервые за этот день она прошарила карманы. Нет, конечно, нет. Он бы не оставил ей телефон. Квон осмотрела своё тело. Нет, слава Богу, она в своей одежде… Хотя кто знает этого психопата. Так прошло около получаса. Чин Сан осматривала новое временное жилище. По крайней мере, она надеялась, что временное… Однако вскоре он вышел. Из ванной. С мокрыми волосами, в новой, почти домашней одежде. Девушка тихо, но презрительно фыркнула — даже сейчас он выглядел как прилизанный офисный работник. — Хотите в душ? — почти что «мурлыкнул» Кон. — Что же… вы собираетесь со мной делать? — Квон сжала кулаки. — И сколько сейчас времени? — На второй вопрос предпочту не отвечать. А что я собираюсь с вами делать… Уложу спать, если угодно. Она только сейчас поняла, что на стенах нет ни часов, ни телевизора. Возможно, это сделано намеренно. — Хотите лечь спать со мной или… — …Уж лучше на полу, — резко огрызнулась Чин Сан. И он, словно ожидая такого ответа, только пожал плечами. — Что угодно для моей гостьи. Располагайтесь на диване. Он называет её «гостьей»? Ну точно… придурковатый. Пришибленный. Кон выскользнул из коридора, направляясь в сторону спальни. Свет выключился. Квон осела на пол. Теперь, когда она точно одна, можно дать волю эмоциям. Пусть и ненадолго. Чин Сан, словно в припадке, начала спутывать волосы и потирать виски. Очень хотелось плакать, но она не могла выдавить из себя ни слезинки. Может, всё-таки стоило сходить в ванну и очистить мысли?.. Нет, там тоже была бы какая-то уловка. Нельзя ожидать ничего хорошего от ненормальных. В доме было тепло. Почти комфортно, но ключевое слово «почти». Девушка знала что находится не в безопасности. Она взглянула на диван — кажется, гостеприимный хозяин оставил новую одежду. Даже не надейся. Квон устало легла на подушки и взглянула в потолок. Наверное, надо бы попробовать уйти… Хотя стал бы он так глупо оступаться? Дверь наверняка заперта. Но стоит попробовать. Нет. Заперто. По крайней мере, она попыталась. Навязчивые мысли лезли в голову. Как там дедушка и сестра? Наверное, она там уже весь район на уши подняла… Чин Сан прикусила губу почти до крови. Кто будет о них заботиться, если не она? Она должна отсюда выбраться. Просто обязана. Любыми способами. Хотя… Девушка сразу поняла, что не сможет убить своего похитителя. Потому что всё её существо против таких действий. Между жизнью и смертью её подсознание выбрало жизнь. Нужно успокоиться. Сейчас Чин Сан не сможет ничего сделать. Надо очистить мысли и наутро что-то предпринять. Разум гудел, и девушка невольно начала считать числа у себя в голове, чтобы побыстрее забыться и уснуть. Раз… два… три… Квон закрыла глаза. И, наконец, уснула.

С̕п̃ӣ.

Она вздрогнула от неожиданности. И ощутила прерывистое, тёплое дыхание где-то возле своей шеи. Тудум-тудум… сердце начало биться ещё быстрее. Вербовщик стоял совсем близко, слишком близко. — Пожалуйста, отойдите… — она уже не скрывала дрожащий голос. — Зачем вам это? Здесь… здесь наверняка есть камеры… — Вы догадливая, но я предпочитаю слышать и чувствовать абсолютно всё, — его идеальные зубы немного сияют под светом небольшого ночника. — И держать всё под своим контролем.

Me and the Devil

Was walking side by side.