Глава одиннадцатая. Солнце над Горизонтом.

— Вы должны мне, адмирал Кахоку. И ваш долг может быть погашен сейчас, взамен вы получите так интересующие вас координаты баз Цербера в скоплении Вояджера. Адмирал внутри себя испытывал негодование, но крыть не мог. Проснувшись тридцать минут назад от срочного звонка, мозг был сонным, но адмирал ясно понимал — Серый Посредник заставляет его предать присягу Альянсу. И если бы на адмирала не было компромата, он бы не согласился. Но он был. И файлы с его переговорами с Серыми Посредником могли отправиться в AIS прямо сейчас. Люди, которые сотрудничали с Серым Посредником, посадили бы его за сотрудничество с ним же. — И в чём же заключается ваша просьба? — Объявите учения по отражению атаки в Солнечной Системе. Особенно меня интересует крейсер Токио. Крейсер должен уйти на учения сейчас же. — Они не в моей юрисдикции. Ни Токио, ни Солнечная система. — Действительно, они не в вашей юрисдикции. А вот ваши друзья…вполне имеют власть сделать это. Вы согласны? Адмирал тихо зарычал про себя. Да, он имел связи с другими адмиралами и мог воспользоваться ими. — Да, я согласен. — Я рад, что наше сотрудничество столь плодотворно. Конец связи. *** — Операция прошла успешно — резюмировала голограмма Серого Посредника вместо приветствия — я удовлетворён. Ваше следующее назначение — Горизонт. Тут вы заляжете на дно. У меня к вам вопрос — вы умеете летать на челноке? — Я так понимаю, это риторический вопрос, сэр — Кэтти решила общаться формально, как подчинённый с начальником. Не из искренности, а из желания создать видимость уважения и подчинения. — Вы правы, но это умение вам понадобится. Как и умение использовать кибератаки, ухаживать за оружием и многое, многое другое. Я специально выделил вам нескольких своих инструкторов из числа моей охраны. У вас три месяца на обучение. Потратьте их с умом. Впрочем, я не сомневаюсь, вы так и сделаете. В конце концов, про нахождение ваших ценностей знаю только я — на эту фразу она не отреагировала. — Три месяца? Признаюсь, звучит мало для весьма объёмного курса. Вы, как я понимаю, собираетесь меня использовать для силовых миссий и дальше? — перспектива быть мясом не выглядела привлекательно для неё. Предпочтительнее было осесть и раскинуть свои сети на общество, тонко манипулируя людьми. — Отчасти вы правы. Отчасти. Мне нужен не просто силовик и не просто шпион. Мне нужен универсальный агент, пожарный если выразиться грубо, способный потушить самые сложные проблемы. Вы подходите. Оплата, будьте уверены, соответствующая. Небоскрёб, не буду скрывать, был тестом на ваши способности. Я опознал потенциал, и решил проверить его. В иных условиях, мне не получилось так расправиться с Цербером на Земле. Больше вы, туда не вернётесь. Если конечно, сами не проявите желания. Эти награды и «подарки» явно не были хорошим знаком. На её лице не отобразилась та ярость, которая вырывалась из глубин души. Да, она понимала, что это тест на её способности и раньше, но всё же эту эмоцию подавить не получилось. Гнев вызывала и отдаление перспективы получить свои гримуары. Она их получит, Серый Посредник дураком не был, и ему придётся указать на них, только перед этим он подготовит поводы для её шантажа. Из этого бизнеса выход только один — ногами вперёд. Это Кэтти отлично понимала. Умрёт либо она, либо тот кто скрывается за голограммой. — Могу я вас спросить о последующих планах? Куда я отправлюсь после обучения? — Скорее всего Цитадель. Возможно, мои планы изменятся. Уверяю, больше таких эксцессов не будет. Я хотел бы задать вопрос, как вы себя чувствуете после задания? «Проверка на вшивость» — Я редко…взрываю бомбы в густонаселённых городах. Но с Цербером у меня счёты, и я рада их свести — про потери она решила не спрашивать, поддерживая образ хладнокровия. — Приятно слышать профессионала. А если я вам скажу, что сопутствующие потери составляют двести человек? Включая детей? Внешне её лицо осталось спокойным. Но не сердце. Внутри взорвалась бомба. Не хуже той, что взорвалась в небоскрёбе. — Это…это ужасно. Но будьте уверены, сэр, на мою готовность это не повлияет. — Прекрасно. Мои люди свяжутся с вами через 72 земных часа. Конец связи. Ногти впились в фарфоровую кожу ладони, оставляя царапины. «За это унижение, ты будешь молить меня о смерти» — подумала Кэтти. Ей пришлось нарушить свои принципы, которые и без Серого Посредника нарушались ею невольно. Это было тотальное унижение, растаптывание всего, что она пыталась в себе сохранить — самоконтроля, чести и человечности. Но чувствам она даст волю потом. Когда достигнет этого пришельца. А прежде, пройдёт эту проверку, получит свои книги и узнает где остальные Сородичи. С сетью Серого Посредника ясности станет больше. Разговор закончился, она вышла из комнаты связи. Внутри её трясло, хотелось убивать. Но её ярость немного ослабла, когда она увидела свои банковские счета выросшие на 500 000 кредитов. Значительная сумма. Но впереди ещё одна небольшая проблема, связанная с большим вопросом. Грузовой корабль уже находился в системе Иера, и до Горизонта оставалось три часа полёта. Рик и пилот душевно общались у шаттла. Нужно было уговорить пилота сесть около терминатора планеты — узкой полосы разделяющей день и ночь. *** Челнок улетел вместе с Риком, доктором Мацудайра, Серыми Ящиками и ампулами со спиномозговой жидкостью. Скафандры пришлось сдать капитану Верблюда. Пилот не могла понять, зачем Кэтти садиться так далеко от колонии, на расстоянии двух дневных переходов пешком, но не устояла перед способностью манипулировать эмоциями и согласилась. Она нашла небольшой холм заросший неизвестными ей деревьями. С возвышенности открывался вид на равнину, вспаханную и засеянную несколькими культурами, в одной из которых узнала кукурузу, а вот вторая явно была инопланетной. Инструментрон показывал, что рассвет настанет через полтора часа. Найдя место под густой кроной дерева, схожего с дубом корой, но с весьма странным строением листьев — узких, но мясистых и немного изгибающихся по спирали, она начала ждать. Звезда здесь восходила с востока, Горизонт крутился вокруг своей оси медленнее, но в том же направлении, что и Земля. Когда звезда поднимется, то ствол дерева заслонит её от лучей, дав время на растворение в почве. Ждать пришлось немного. Первые лучи осветили покрытую росой траву. Капли воды преломлялись, создавая небольшие радуги в растительности. Отражённый свет слепил, но плоть укрытую тенью, пока не жгло. Девушка высунула руку на свет, боли не было. Не уверенная в реальности момента, считая это иллюзией, высунула вторую ладонь. В этот момент она почувствовала жгучую боль. «Почему я не улетела с Земли раньше?». Местное солнце ей абсолютно не вредило, боль вызывала лишь мысль о том, что улететь надо было раньше. Лагерь тех, кто обосновывал вред исключительно Солнца, оказался прав. Тепло приятно разливалось по коже кисти, иногда чувствовалось небольшое покалывание, но не более. Пару раз за несколько столетий, ей пришлось выйти днём на Земле, но она никогда не рассматривала ни себя, ни окружающий мир, стараясь уйти от убивающего Солнца. Сейчас же, она познавала давно забытый мир дневного света. Ладонь оказалась куда белее, чем она себя представляла. Кэтти закатала рукав, предоставляя Иере больше кожи. Через пять минут аккуратно высунулась голова. Лучи ослепили её, но спустя несколько мгновений зрение немного адаптировалось. Свет был сильно ярче, чем она помнила из своей смертной жизни, и очи сжались в узкие щёлочки. Но сейчас она была счастливее, чем за всё время своего пробуждения в этом ином мире, и пожалуй лишь несколько моментов могли поспорить за звание лучшего за всю жизнь. Из глаз потекли слёзы. Кровавые, но счастливые. Сейчас ей было плевать на всё: на свою природу, Серого Посредника, Цербер, Сородичей, Патриархов, чужие глаза. Исполнилась давняя мечта, и мысли ушли, оставив лишь радость момента. Первой улетела на траву куртка, затем майка и штаны, дошла очередь и до нижнего белья. Она собиралась любоваться красотой рассвета нагой. *** Ветер слабо обдувал тело. Приподнявшись на локтях, она осмотрела окружающую обстановку и свою плоть — это не галлюцинация, она не сгорела, но заснула. Сон был прекрасен — ей ничего не снилось. Ни воспоминания диаблеризированого Сира, ни радостные, а от того ещё более печальные, образы как она держит в своих руках новорожденного сына, ныне нашедшего приют в могилке на давно забытом кладбище, ни дни в Шабаше или в Камарилье, которых она предала. Впрочем, насчёт последнего совесть её не мучала. Получив необходимое, она отошла от Джихада в сторону. У Горизонта был спутник, но сейчас он находился в фазе новолуния. Ночь была темна. Для её глаз это не проблема. На часах которые остались ещё с Земли, показывалось дневное время Чикаго. Но в условиях Горизонта, с его сутками в 37.8 земных часа они полностью бесполезны. Перепрограммировать не было ни возможности, ни смысла, но она оставила часы жертвы как напоминание о необходимости самоконтроля. Инструментрон, автоматически обновившийся для работы на планете, твердил — 31:42. Летнее солнцестояние на Горизонте прошло, но орбита находилась вдвое дальше от своей звезды, чем у Земли. Сезоны сменялись долго — два земных года каждый, но планета была в среднем тёплой, и даже зимой жизнь бурлила. Кэтти тщательно изучала каждое место, в которое она собирается отправиться. Одевшись, перед этим внимательно осмотрев одежду на наличие инопланетной фауны — животные боятся вампиров, но у насекомых мало мозгов, и инопланетного клеща подхватывать не хотелось. Кэтти активировала инструментрон. Программа нарисовала два маршрута до колонии, по прямой через поля 50 километров, и по трассе окружавшей город — 63. Крови было достаточно и она относительно неспешно, для существа владеющего Стремительностью, помчалась, иногда делая остановки. Будучи впервые в другом мире, в ней заиграло любопытство. Интересным было всё, даже росточек так не похожий на земной, а потому вызывавший внимание. В растениях она разбиралась, ведь для вампира у неё было необычное хобби — в далёком прошлом у неё была оранжерея с цветами, которые она поливала своим витэ. Растения-гули получались красивыми, пышными, но излишне кровожадными. Розы, даже при отсутствии ветерка, склонялись пытаясь уколоть хозяйку шипами. Под ногами прозвучал хруст. Жёлтовато-коричневое насекомое, размером примерно с локоть, прятавшееся в почве попало под её армейский сапог. Конечно, насекомым в земном смысле слова оно не было, это ближайшая аналогия, для странного и мохнатого гибрида паука и таракана. Из пробитого панциря полилась синяя жидкость, по запаху явно кровь. Животное было ещё живо, но с такой травмой смерть — вопрос времени. Из жалости она закончила страдания насекомого ударом сапога. Раздался хруст, и существо перестало пищать. Кэтти присела, испытывая противоречивые чувства. В гастрономическом плане. Животные с Земли, особенно люди, несомненно питательны. Инопланетяне под вопросом. Скорее всего да, вампир поглощал не гемоглобин или калории, а мистическую суть жизни. Окунув палец в неаппетитную кровь, она аккуратно рассмотрела текстуру жидкости. Ничего подозрительного. Вкус оказался отвратительным, но желудок принял кровь. Впрочем, если других каинитов в поселении она не найдёт, то на три месяца у неё были охотничьи угодья в несколько сотен тысяч человек. Насекомое осталось нетронутым. Колония постепенно приближалась, зрение улавливало отражения света в редких кучевых облаках. Любопытство уступило желанию безопасности. Преждевременного ответа на ещё один вопрос — существования инопланетных паранормальных существ, ей не хотелось. Лучше подождать внутри городских стен колонии, и уже подготовленной пойти на вылазку. Металлические белые стены были высокими, метров шесть в высоту. Вход пришлось искать пешком, если некоторые Дисциплины можно применять без явного нарушения Маскарада, то Стремительность к их числу не относилась. Ворота оказались закрытыми, перед ними стоял молодой постовой из местного ополчения. Без бронежилета, но с дробовиком и укрытый бронелистами своей будки. Увидев ночью молодую девушку он встрепенулся и встал. Он не направлял ствол на неё, но рука поигрывала с рукоятью ружья. — Стоять! Свободный проход закрыт до четырёх часов. Назовитесь и покажите документы! — потребовал он — В случае неповиновения мне приказано стрелять! — Джульет Вестерланд — из кармана куртки она медленным движением, дабы не вызывать агрессию протянула новый ID — Простите, я задержалась будучи на природе. Не успела к закрытию ворот — сказала она вкладывая в свой голос максимальную невинность, осанка переменилась из привычной горделивой, в немного напуганную и уставшую, вызывавшую жалость. Её тореадорская способность передавать нужные эмоции окружающим, подействовала на ополченца, и лицо, суровое и напряжённое, размягчилось. — Вы новоприбывшая с Земли? — это был риторический вопрос. На карточке, которую он читал, местом рождения указан Сингапур. Он протянул удостоверение обратно — Тогда всё понятно, не задерживайтесь. На Горизонт редко нападают, но мы в Терминусе как-никак. Даже на Земле бывает опасно, — речь шла про теракт. На мгновение она стыдливо отвела взгляд — а тут ещё опаснее. Но свободнее. — он подмигнул ей — Проходите. По рации он вызвал второго часового, находившегося с обратной стороны ворот. Огромная дверь раздвинулась и она вошла в город. Уже пустой и спавший. «С учётом длины дня, здесь могут практиковать бифазный сон, возможно даже трёхфазный» — предположение основывалось на том, что при такой длине дня полдень становился невыносимо жарким, и люди работали с утра и вечером, делая перерыв, затем засыпали рано, но просыпались в середине ночи для активности. До индустриальной революции люди в Европе так и спали, в том числе и она. Засыпая с закатом, но просыпаясь к полуночи, дабы заняться своими делами и засыпая к «ведьминому» часу — к трём-четырём часам ночи. Монофазный сон вошёл в культуру с введением нормированного расписания для рабочих. Если её гипотеза была верна, то золотой час, когда активность каинитов и людей совпадает был длинным. А значит и питаться было проще. «Впрочем, может попробовать адаптировать себя под другое расписание?» — каиниты никогда не встречали безвредное солнце, потому даже мысли о активности днём не было. Тем более, в дневные часы их всегда склоняло ко сну. Но может, если попытаться, она преодолеет природное ограничение? Это открывало бы невообразимый простор для действий, и подготовило её к дальнейшим миграциям. На космических станциях обычно нет цикла дня и ночи, а значит контролировать сон надо было учиться уже сейчас. Если инструментрон не врал, то до пункта назначения — заранее арендованного ей дома, было километров шесть. Смысла бежать не было, наоборот, она внимательно осматривала каждый поворот и закоулок, ища соглядатаев Сородичей. Но люди которых на улице было немного, не несли в своей ауре бледных пятен как у гулей. Дома были однотипными, и её дом не исключение — металлическая коробка с панорамными полимерными окнами. Внимательно осмотревшись, прежде чем войти на территорию участка, и не заметив никого, она поднялась к двери по ступенькам. «Как тебя открыть?!» — голографический замок раздвижной двери не поддавался. Иногда на неё нападало полнейшее непонимание современных технологий, несмотря на все попытки адаптироваться к новому времени. Старая шутка о старейшине, для которого телефон Белла и газовое освещение это новинка, уже не казалась смешной. Всё оказалось до глупого просто. Она знала пароль, но в систему нужно было отправить запрос использования помещения арендующим. Этот пункт она нашла случайно, когда осматривала в пятый раз сайт Экстранета с арендой. Поругав себя, за нелепый вид, она вошла в дом. Пустоватое помещение, с минимумом мебели. Но это её не волновало. Ящик с гримуарами отправленный с Земли месяц назад находился здесь. Первым делом она осмотрела его. Опечатанный пластиковый контейнер не вскрывали, но такую ценность нужно обязательно проверить. Вскрыв герметичную упаковку ножом, она достала книги — каждая в герметичном противоударном пакете. Жалкие остатки библиотеки честно ограбленной библиотеки Тремеров. Десять книг, но самые ценные десять книг. Вампир любовно провела пальцем по корешкам древних, обёрнутые в кожу книг. Вопрос в чью — лучше было не задавать. Но самыми ценными она считала не эти книги, а две пожелтевшие от времени тетрадки — без них она бы не смогла научиться ритуалам Тауматургии. Даже сейчас ей иногда нужна помощь в расшифровке того или иного герметического символа. «Всё в порядке» — сделала она вывод, просмотрев детально все страницы книг — «Но где их хранить? Возить с собой постоянно не смогу, нужно создать место, где они будут храниться в безопасности. Эта планета…нужно узнать больше, но мне она нравится. Интересно, у них продаются участки за городом?» — эти дома были перевозимыми на аэрогрузовиках, потому мысль о том, чтобы купить отдалённый участок в горном хребте, который она увидела вдалеке, родилась сама собой. В плане питания город покидать она не станет, но самые ценные вещи будет хранить там — «Даже если я создам скрытое святилище, то мне все равно нужен охранник, ухаживающий за книгами. И человек не подойдёт. Гуля надо часто питать кровью. Птенец привязанный к Сиру душевно — хорошее решение в краткосрочной перспективе, лет на тридцать, но в долгосрочной крайне опасное. Тем не менее, лучше ничего я пока придумать не могу. Эх, если бы я могла запрограммировать робота… А ведь я даже с голографическим замком иногда разобраться не могу, могу лишь в Экстранете сидеть. Не пойму, зачем всё так было усложнять, MS-DOS был прекрасен…» — она поймала себя на мысли о отставании от времени. MS-DOS был первой системой на её первом компьютере купленном в 1993 году. Мысли о прошлом сменились на рефлексию — «Я ценю эти книги больше человеческой жизни» — призналась она себя нелегко — «Может не стоит? Я обещала себе не творить не нужного зла. И если с тем небоскрёбом, ещё можно найти жалкие самооправдания, то тут вина сугубо на мне. Но если найти человека, достаточно познавшего страдания, но чистого душой и одновременно — обречённого, возможно мне получится создать Птенца который сможет бороться со Зверем. Правда, найти чистую душу даже без остальных требований чрезвычайно трудно, а со всеми остальными практически невозможно. Даже если я найду бриллиант среди угля, то Обращением превращу в булыжник» — она отстранилась от стопки книг, застыв в раздумьях. В этот момент она была больше похоже на статую, чем на живого человека — «Возможно, я просто сильно завысила планку. Возможно хватит достаточно умного и талантливого человека, чтобы справиться с задачей, но не настолько, чтобы он смог неожиданно предать. Даже в таком случае, если мне удастся найти кандидата за месяц, останется два, чтобы его обучить и не оставить бродить в ночи сиротой. Мало. Я всё же, несу ответственность. С другой стороны, Камарильи и Шабаша возможно и здесь нет, как и везде где я была. Не стоит испытывать судьбу, нужно проверить. В таком случае, задача сильно упрощается, а со сверхсветовой связью я могу давать инструкции дистанционно» — тело алкало крови, но отчётливо голод начал проявляться лишь сейчас, на фоне раздумий — «Хватит. Пойду на охоту, проверю верно ли моё предположение насчёт сна людей и наличие Сородичей. Уверена, меня опять ждёт пустота» На часах 35:23. Первый каинит этого мира вышел на охоту.