Глава 4

Воскресенье протекало лениво у всей школы. Обитатели замка будто перешли в режим энергосбережения и сохраняли силы перед последней учебной неделей, которая будет полна тестов и контрольных: воистину адские семь дней как для студентов, так и преподавателей. Единственным мероприятием, заставившем замок ожить в воскресный полдень — матч по квиддичу. Финальная игра года обещала быть жаркой. На стадионе должны были встретиться вечные соперники: Гриффиндор и Слизерин. Пускай в учебном плане профессорам удалось внушить детям, что конфликтовать из-за принадлежности к разным факультетам — удел слабых и бестолковых, но вот удержать в рамках спортивные противостояния они были не в силах. Поэтому предстоящий матч ожидал вылиться в грандиозную битву. Гермиона пришла на профессорскую трибуну одной из первых. Как никак ее подопечные уже разминались на летном поле и ожидали от своего декана поддержки. Потом к ней присоединилась Помона и Минерва. Женщины сели рядом и обменялись вежливыми пожеланиями победы. Одним из последних на матч заявился директор. Он был в хорошем расположении духа: почти неприкрыто улыбался, волосы собрал в хвост, на щеках и носу виднелся морозный румянец. Гермиона грешным делом подумала, что он наверняка спешил из подтрибунного помещения, где давал пакостные советы своему родному факультету и науськивал молодежь на хитрую игру. Он пробрался мимо коллег и замер рядом с Гермионой. — Позволите? — Грейнджер сдвинулась вправо, и Северус сел между ней и Минервой. — За кого болеете, директор? — спросила она. — Думал, что это очевидно, мисс Грейнджер. — Он потер ладони друг об друга, согревая. — А я-то всегда считала, что у директора не должно быть любимчиков. — Я вас разочаровал? Какая жалость. Нет мне прощения. Гермиона едва удержала себя от того, чтобы показать Снейпу язык и тем самым выразить все, что она о нем думает. В основном, конечно, мысли в ее голове были любовного характера, но Северусу знать об этом не обязательно. Поэтому Грейнджер ограничилась хмыком. — Еще не поздно исправить оплошность, господин директор. Предлагаю пари. Минерва рядом встрепенулась, наклонилась вперед и взглянула на Грейнджер. — Я с вами. Давно не делала ставки. И в этом ты виноват, Северус Снейп! Пятнадцать галеонов на победу гриффиндора. — Поддерживаю, — откликнулась Гермиона. Снейп притворно закатил глаза. — Женщины, вы с ума посходили? — Сегодня финальный матч года, Северус. Оно того стоит. Или ты боишься продуть? — Еще чего. Ладно, я принимаю вашу ставку, дамы. Но если выиграют слизеринцы, то вы, мисс Грейнджер, останетесь у меня в должниках. Идет? — он всем телом повернулся к ней и хитро ухмыльнулся. Ох, и не к добру это было. — Какие-то расплывчатые условия, директор. Мало ли что будет у вас на уме, когда вы попросите вернуть должок. И вообще, почему только я буду должна. Минерва тоже делает ставку. — С нее мне нечего взять, — просто ответил Северус. — Тем более, мисс Грейнджер, вам совершенно не о чем переживать. Я джентльмен. Если бы у меня на уме были какие-то пошлости, о которых вы именно сейчас подумали, то я бы уже давно воспользовался ситуацией. Подходящие для этого моменты, как вы знаете, между нами были. Гермиона возмущенно вздохнула. Мерзавец! — Так себе оправдание, — недовольно проговорила она и цокнула языком, заметив любопытный взгляд МакГонагалл, которой не терпелось вставить свои пять сикелей в разговор. — Ладно, пускай будет по вашему. Слизеринцам все равно не победить. У гриффиндора прекрасный ловец. Последние четыре матча закончились досрочно как раз пойманным снитчем. — Это мы посмотрим, — хитро заметил Северус и перевел все свое внимание на заснеженное поле. Мадам Хуч как раз стояла в центре стадиона и готовилась открыть сундук с мячами. Команды тоже уже летали в воздухе. Раздался свисток, снитч, квоффл и бладжер взмыли вверх. Игра началась. Результат был ужасающий. Двести тридцать два очка против семидесяти четырех. Увы в пользу слизерина. На последней минуте матча ловец зелено-серебристых поймал снитч, вывернувшись на метле в такую акробатическую позу, что почти все на трибунах посчитали сию выходку безнадежными понтами. Однако слизеринец не только показал свои ошеломляющие умения балансировать на несущейся под сорок миль в час метле, но и чудом ухватил юркий снитч, подарив своей команде сто пятьдесят очков. Отголосок этого проигрыша гриффиндорцев слышался еще несколько дней и не в последнюю очередь потому, что Снейп, мандрагора его оглуши, воспользовался ее долгом, полагающемся в качестве приза за выигрыш в пари, сразу же. Стоило Гермионе войти в свой кабинет перед первым уроком, как в глаза бросился белый конверт с именной печатью директора Хогвартса по центру, лежащий на пустом преподавательском столе. — Злорадный засранец, — произнесла Грейнджер себе под нос. Ножом для конвертов она вскрыла послание. Руки отчего-то дрожали. Гермиона вчиталась в строки, написанные убористым почерком. «Вы у меня в долгу. Жду завтра в 19:00 у Запретного леса. Оденьтесь по-магловски торжественно. Не опаздывайте! И не пытайтесь выведать подробности до встречи!» Ни деталей, ни подписи. Если бы не именная печать, то Гермиона решила бы, что над ней просто подшучивает кто-то из коллег. С чего бы Снейпу приглашать ее куда-то в разгар рабочей недели, да еще и требовать прихорошиться? Черт, любопытство съедало буквально изнутри. Грейнджер заглянула в конверт, но внутри кроме записки ничего больше не было. В неизвестность она шагнула ровно без пяти семь следующим вечером. Гермиона нервно оправляла платье на бедрах, шагая на каблуках по мерзлой скользкой дорожке к Запретному лесу. Она жутко нервничала. Ей редко выпадала возможность принарядиться и выйти в свет в таком виде: облегающем черном платье с разрезом на левом бедре, туфлях, с броским вечерним макияжем, клатчем, зажатом в мокрых от тревоги ладонях. Честно говоря, Гермиона с трудом помнила, когда вообще вот так куда-то ходила. Оттого и нервничала до тошноты и головокружения. Когда у ворот замка в свете единственного факела, освещающего темную тропинку вглубь лесной чащи, она заметила высокий силуэт, съеденный недавно ужин настойчиво попросился наружу. Гермиона несколько раз медленно вздохнула и выдохнула. Не хватало еще опозориться перед Северусом. Он точно не оценит если она испачкает его… Боже, безупречный костюм. — Добрый вечер, мисс Грейнджер, — поздоровался Снейп и выпрямился. Гермионе даже показалось, что он на секунду потерял дар речи, учитывая как он вперился в ее фигуру глазами и тяжело сглотнул. Собственно, она тоже едва могла говорить, учитывая идеально белую рубашку и строгий приталенный черный костюм, сидевший на фигуре Северуса так, словно его сшили специально для него. Хотя, скорее всего так и было. — Прекрасно выглядите, — добавил Снейп охрипшим голосом. — Позвольте вернуть комплимент. — Гермиона робко улыбнулась и в который раз поправила платье. — Раскроете секрет, куда мы так вырядились? — А разве для такого, — он окинул взглядом ее наряд, — нужен повод? — Не всегда, — согласилась Грейнджер, — но все же меня скоро доконает любопытство. — Потерпите еще немного. Обещаю, ваши ожидания оправдаются. Снейп благородно предложил ей локоть, за который Гермиона с удовольствием ухватилась, и деликатно накрыл ее холодную кисть своей ладонью. — Вы не против парной аппарации? Она покачала головой. Буквально через пару минут магия выплюнула их в темном закоулке, куда едва доносился гомон вечернего Лондона. Они с Северусом рука об руку вышли на центральную улицу. Гермиона огляделась. Давненько она не бывала здесь, уже успела отвыкнуть от снующих туда сюда людей, спешащих с работы домой, десятков респектабельных бутиков и гула автомобильных клаксонов. Снейп же наоборот выглядел очень органично со столичной неразберихой. Он уверенным шагом вел Гермиону куда-то прямо по улице, ловко уворачивался от неуклюжих прохожих и луж от растаявшего снега. Северус притормозил только перед исполинскими белыми колоннами, подсвечиваемыми приятным желтыми софитами. Возле стеклянных дверей толпились богато одетые люди, в основном статные пары. Гермиона сразу же узнала, куда они пришли. — Лондонский драматический театр, — ахнула она и с неподдельным восхищением посмотрела на величественное здание одного из старейших культурных центров Британии. А еще Гермиона прекрасно знала, сколько стоят билеты на местные постановки. Снейпу точно этот вечер встал в сотни галеонов. — Вам нравится? — спросил Северус и приобнял Гермиону за талию, нежно подталкивая вперед, ко входным дверям. — Очень. — Прекрасно. Тогда пройдем внутрь. Скоро раздастся первый звонок. Оказалось, что Снейп не просто купил билеты на постановку, а забронировал целую ложу исключительно для них двоих. Перед самым началом спектакля они выпили по бокалу шампанского почти без слов и чинно уселись в мягкие кресла ожидая начала. Гермиона рассматривала брошюру о постановке, откуда и узнала, что ближайшие три часа им предстоит лицезреть нетленную классику — шекспировскую «Укрощение строптивой», пока в тоже время Снейп украдкой рассматривал ее саму. Ему не давал покоя вырез на бедре ее платья: откровенно, изысканно, чувственно. Гермиона замечала, как он несколько раз пытался отвлечься на шум рассасывающихся гостей в партере, но тщетно. Она явно интересовала его больше, чем любой в этом театре. Как только погасили свет и подняли занавес, Снейп положил руку на подлокотник и как бы невзначай коснулся оголенного предплечья Гермионы. Она поддержала его порыв и накрыла ладонью его пальцы. В таком невинном единении они просидели до антракта. — Мне показалось или Шекспир все же не ваш любимый драматург? — спросил Северус, когда театр вынырнул из мрака и все вокруг озарил свет лампам. — Вовсе нет. Постановка весьма приближена к исходному тексту. Режиссер не попытался ее осовременить, за что я ему благодарна. Просто, если вдуматься, сам сюжет слегка абсурден, особенно если судить по нынешним меркам. — Гермиона вдруг замолчала и прикусила щеку изнутри. — Простите, я как обычно делюсь мыслями не к месту. Что бы вы ни подумали, мне здесь очень нравится. Спасибо за приглашение. — Мне подарили эти билеты больше полугода назад. Я рад, что они не пропали впустую. Гермиона покачала головой. Вот интересно, он действительно рассчитывал, что эта ложь прокатит? — Знаете, мистер Снейп, нет ничего постыдного в том, чтобы признаться, что вы умеете быть мягким и романтичным человеком. Образ холодного и недоступного мужчины вам не идет. На мой взгляд, разумеется. — А на ваш взгляд, уместно ли пригласить вас после второго акта в ресторан? — спросил Северус, умело скрыв удивление от того, что его фокус с подаренными билетами не прошел. Гермиона не была дурой, догадалась сразу же. И на что он только надеялся?! — Если обещаете вести себя как джентльмен и на остаток вечера забыть, что мы коллеги и обязаны соблюдать субординацию, то да, думаю, весьма уместно. Снейп лукаво улыбнулся и погладил указательным пальцем мягкую кожу кисти Гермионы. За весь первый акт до антракта они так и не разъединили руки. — Мы уже давно перестали соблюдать субординацию, Гермиона. — Он сделал акцент на ее имени и заметил, как Грейнджер вздрогнула. — Уверены, что желаете провести этот вечер со мной не как с директором? — Уверена, Северус, — в тон ему ответила Гермиона. — И да, чтоб вы знали, я бы согласилась пойти с вами в театр и ресторан даже если бы вы пригласили меня напрямую. Не стоило все усложнять и заключать пари. Вы могли бы оказаться в затруднительном положении, если бы мои студенты победили в том матче. — Но удача оказалась на моей стороне. — Снейп самодовольно улыбнулся. — Порой у меня закрадываются сомнения, что прошедшая игра велась чисто. — Она тоже улыбнулась. По правде, ей было все равно, что там придумал Снейп, лишь бы победить в пари, пускай даже подговорил всех гриффиндорцев превратиться с слепых и безруких ради победы в споре и сегодняшнего похода в театр. — Кто знает, — ответил Северус. — Гермиона, только одна просьба, за этот вечер никаких разговоров о войне. Пускай она нас объединяет, но это не то, что я хотел бы вспоминать. — Соглашусь. Не волнуйтесь, у нас есть и другие общие темы. Так что, Северус, я не посмею отказать такому интересному мужчине в желании посидеть после театра в тихом и уютном ресторанчике. Все лучше, чем проверять контрольные учеников. — Как пожелаете. У меня на примете есть подходящее заведение. Как только спектакль закончится, я с удовольствием его вам покажу. Они прекрасно посидели и не менее великолепно поужинали. Северус выбрал утонченный итальянский ресторан в Сохо, где они до поздней ночи объедались пастой и наслаждались дорогим белым вином. В итоговый счет Гермиона даже не заглянула, Снейп не позволил. Он четко заявил, что оплата ужина исключительно его забота, а Грейнджер не посмела возразить. Если Северусу хотелось выказать свою состоятельность, то она не против, зачем лишний раз ущемлять хрупкое мужское эго. Они расстались в коридоре Хогвартса у Большого зала. На мгновение они поймали взгляд друг друга, их окутал момент неподдельного счастья, легкой опьяненности и взаимного восхищения, Северус слегка поддался вперед с нескрываемым намерением поцеловать Грейнджер, но в последний момент, когда до ее губ оставалось несколько сантиметров, остановился, прошептал извинения и сбежал в директорские покои. Грейнджер осталась стоять посреди коридора, не совсем понимая, что произошло. Отказ Северуса болезненно ударил по ее самолюбию. Стало обидно, что он так и не решился сделать этот шаг и подтвердить свои намерения прямым действием. Всего один поцелуй, как завершение прекрасного вечера. Разве она многого просит? Взмолившись Мерлину, Гермиона запретила себе расстраиваться. Этот вечер и так прошел лучше, чем она могла рассчитывать даже в самых смелых мечтах. Возможно, Северусу просто нужно чуть больше времени, чтобы принять свои чувства к ней, а возможно для поцелуя ему нужно быть трезвым, а не опьяненным несколькими бутылками вина. Твердо настроившись не плакать, Грейнджер потерла глаза, развернулась на месте и неспешно пошла в свои покои. Следующей ночью уже после отбоя Гермиона слонялась по коридорам Хогвартса. Это был один из тех моментов, когда она не могла ни на секунду сомкнуть глаза из-за настигающих ее кошмаров. Прогулки по замку обычно помогали. — Грейнджер, притормозите! Это был Снейп. Он тоже часто слонялся по Хогвартсу в ночное время, только вот Гермиона никогда не решалась спросить почему. Что-то ей подсказывало, что директор сам страдал бессонницей похлеще ее самой. — Вы опять сажали елки? — спросила она совершенно бесцветным голосом. Северус поравнялся с ней и прищурился. — У вас все хорошо, Гермиона? — Хуже, чем обычно, но в целом нормально. — Бессоница? — понимающе уточнил он. Грейнджер в ответ кивнула. — Илли! — позвал Снейп и в следующее мгновение перед ним материализовался школьный домовик. — Принеси мне флакон зелья с прикроватной тумбы. Эльф с поклоном исчез и тут же вернулся с поручением. — Спасибо. — Северус повернулся к Гермионе. — Вот, держите. — Он протянул флакон. — Моя личная разработка. Помогает от неприятных снов и не вызывает привыкания. — Я не уверена, что стоит глушить… — Грейнджер вздохнула и обняла себя руками. — Понимаете, прошлое же навечно останется со мной. Ни одно зелье не заставит забыть… — Вы правы, но изводить себя тоже не имеет смысла. Одно дело помнить, а другое — продолжать мучаться. Нет ничего плохого в том, чтобы желать хотя бы одну ночь провести без пугающих картин прошлого. Снейп вложил флакон Гермионе в руку и поджал губы, когда она грустно посмотрела сквозь стекло на темную жидкость. — Спасибо, — тихо произнесла она. — Всегда пожалуйста. Они неспешно двинулись в сторону зачарованных лестниц. — Как вы с утра себя чувствовали, Северус, — решила перевести тему Гермиона и даже попыталась улыбнуться. — Отвратительно. — Он скривился, вспоминая ужасный вкус на языке, когда проснулся посреди ночи от жуткой жажды. — У меня было роскошное похмелье. — Понимаю. Я почувствовала себя человеком, только когда доползла до Помфри и вымолила у нее бутылочку антипохмельного. Забавно, а ведь вчера мне не казалось, что мы выпили много. — Это потому что вино было вкусным и дорогим, но даже с такими напитками нужно соблюдать меру. — Он фыркнул. — Если хотите, сварю вам свежий состав, спрячете на случай непредвиденных гулянок. — А у нас с вами планируется повторение прошлого вечера? — с ноткой веселья спросила Гермиона, при этом в ладони она до сих пор крепко сжимала флакон с зельем от кошмаров. — Все может быть, — обтекаемо ответил Снейп. Они поднялись на третий этаж, где как раз находились покои Грейнджер. — Спокойной ночи, Гермиона. — Спокойной ночи, Северус. И вот он опять посмотрел на нее тем самым тёплым, нежным и вожделенным взглядом, который, к сожалению, не сулил ничего хорошо. Вместо каких-либо действий — точнее поцелуев, о которых Гермиона уже даже устала мечтать, — Северус чопорно поклонился и ушел, вновь оставляя ее неудовлетворенной и расстроенной. Плюхнувшись на кровать в своих покоях, Грейнджер еще какое-то время думала о том, почему Снейп не позволяет себе перейти грань в их отношениях и наконец претворить в жизнь то, о чем они оба думают уже не первую неделю, а потом без лишних размышлений откупорила пробку у флакона с зельем для сна без сновидений, двумя глотками осушила содержимое и почти сразу же уснула. Весь следующий день она носилась по замку в прекрасном настроении. Вот что сон животворящий делает с человеком, уставшим от кошмаров и ненужных дум. Уроки пролетели стремительно и не доставили ни единой проблемы, студенты будто чувствовали настрой Грейнджер и не пытались испортить профессору настроение. После занятий, Гермиона перехватила бутерброд в Большом зале, залпом выпила чашку чая и под вопросительный взгляд Минервы сбежала на Косую аллею, где ее уже ожидали Гарри и Джинни. Вместе с ними она уже нормально поужинала и прогулялась по магазинам, прикупив подарки для коллег в честь Рождества. Они разошлись только поздним вечером, когда Молли прислала им патронус с просьбой вернуться в Нору и помочь ей с неугомонным Джеймсом, который испытывал нервы бабули на прочность безудержным плачем последние пару часов. Попрощавшись с друзьями и передав привет всей семье Уизли, Гермиона схватила подарочные пакеты и аппарировала к Хогвартсу. Вихрь магии выплюнул ее у высоких кованых ворот. С покупками наперевес Грейнджер неспешно засеменила к замку, стараясь держать равновесие и не поскользнутся на мерзлой тропинке. Подойдя ближе к Хогвартсу она заметила у дверей в лучах света факелов директора. Он вальяжно прислонился к холодному камню замка и, вот ведь шутка, курил. — Не поздновато для прогулок? — праздно полюбопытствовал он и, оттолкнувшись от стены, принял тяжелые пакеты из рук Грейнджер. — Оставьте, я подышу свежим воздухом с вами пару минут, — пыхтя, проговорила Гермиона и вытерла тыльной стороной руки взмокший лоб. — Свежим? — Северус усмехнулся и поставил пакеты на пол. — Не замечал за вами проблем со зрением. — Я как воспитанный человек пропустила тот факт, что вы курите, посчитав неуместным стыдить вас за это. Так что да, свежим! — Как пожелаете. — Снейп сделал затяжку и выдохнул дым в другую сторону от Грейнджер. — Кто вас задержал? — Гарри и Джинни. Мы не сможем встретиться на Рождество, поэтому решили посидеть в кафе сегодня, раз уж у всех выдался более-менее свободный вечер. — Слышал, Поттеры обзавелись потомством, — как бы невзначай заметил Северус. — О да. В июне у них родился сын. Назвали Джеймсом. — Как оригинально. — Снейп закатил глаза и опять сделал затяжку. — У вас выдался тяжелый день, Северус? — Он непонимающе нахмурился. — Впервые вижу вас с сигаретой. — Давайте не будем об этом, Гермиона. Я не часто курю, но бывают дни, когда я не могу отказать себе в сигарете. — Справедливо. — Грейнджер зябко поежилась. — Что у вас там, — перевел тему Снейп и кивнул на подарочные пакеты. — Сюрприз. Не покажу, даже не просите. — А мне так хотелось взглянуть, — ехидно протянул он. — Правда? Тогда у меня есть к вам предложение. — Очередное пари? Аккуратнее, Гермиона, как показывает практика, вам не очень везет в спорах. — Северус самодовольно улыбнулся. — Увы. Все гораздо прозаичнее. Завтра в шесть встретимся у Запретного леса. Захватите с собой корзинку и по возможности хорошее настроение. — Пытаетесь задеть меня моим же оружием? — Мне удалось вас заинтриговать, Северус, я по вашим глазам это вижу. Просто доверьтесь. Я же смогла довериться вам, когда вы пригласили меня в театр, оставив лишь записку на столе. Снейп недовольно хмыкнул, выкинул сигарету и подхватил тяжелые пакеты. — Так и быть. Завтра в шесть. Пойдемте. Провожу вас до комнат, а то расшибетесь еще на лестнице, а мне потом ищи вам замену на уроках. Гермиона не стала возражать и говорить, что пакеты можно донести и при помощи магии, уж в замке точно никто не удивится тому, как профессор нумерологии левитирует за собой с десяток подарочных наборов. Признаться, ей нравилось, как Северус столь нехитрым методом оказывал ей знаки внимания. Поэтому в тихой радости она следовала за директором, который нес цветастые пакеты на третий этаж Хогвартса с видом, будто бы только что голыми руками победил льва. Открыв дверь своих покоев, Грейнджер указала на шкаф, возле которого и попросила Снейпа оставить свою ношу. Он покорно поставил все пакеты, отряхнул руки и огляделся. — Спасибо за помощь, Северус, — сказала она, скидывая с плеч пальто. Снейп в ответ кивнул. — Увидимся. Постарайтесь не проспать. — Кто бы говорил, — парировал он. — Из нас двоих именно у вас, Гермиона, есть привычка пренебрегать временем. До завтра. И Северус оказался прав. К разочарованию Гермионы, она проспала. То ли зелье до сих пор блокировало кошмары, то ли ее мозг решил, что откликаться на зов будильника удел глупых, но факт на лицо — с кровати Грейнджер вскочила за пять минут до обозначенного для встречи со Снейпом времени. Одевшись на скорую руку, Гермиона выбежала из замка и понеслась в предрассветной полутьме к границам замка. Конечно, Северус уже стоял у тропинки, ведущей в Запретный лес, и задумчиво ковырял носком ботинка снег. Грейнджер ускорилась. Снейп вскинул голову и будто в замедленной съемке увидел, как Гермиона извиняюще машет руками, а в следующую секунду поскальзывается и неуклюже летит навзничь. В несколько размашистых шагов Северус оказывается рядом с ней. — Грейнджер! — рявкает он. — Вас не учили смотреть под ноги? Гермиона виновато поджимает губы и старается сдержать рвущийся наружу смех. — Я не специально. Кто ж знал, что тут снег. — Сильно ударились? — праздно уточняет Снейп, но Гермиона успела заметить, как взволнованно он оглядел ее фигуру. — Ерунда. — Аккуратно поднимайтесь. — Он подал ей руку и потянул на себя. Не совладав с координацией Гермиона вновь ступает на лед и едва ли опять не валится на снег. Северус поймал ее и притянул к себе. — Спасибо. — Вот ответьте, Грейнджер, мне вас всю дорогу до вашей секретной точки в Запретном лесу на себе тащить? — А можете? — нахально спросила она, наслаждаясь теплом, крепким телом, к которому ее прижимали, и приятным ароматом хвои, свойственным исключительно Снейпу. Не успела она сказать, что пошутила, как Северус рывком крутанул ее за плечи, отстраняя от себя, и тут же поднял на руки. — Я покажу вам, что могу, а что нет. Куда идти? — К оврагу кентавров. — Гермиона указала куда-то прямо и поймала поднявшуюся в воздух при помощи невербальной магии Снейпа плетеную корзинку. Северус поспешно направился в указанном направлении, всем своим видом показывая, что ему совершенно не тяжело идти по заметенной снегом тропе вглубь холодного зимнего леса с девушкой на руках. Гермиона тем временем уткнулась Снейпу в шею и довольно вдыхала приятный аромат его тела, слегка сомневаясь в реальности происходящего. — Сюда? — спросил Северус и остановился напротив белоснежной поляны. Гермиона кивнула и ступила на снег. — Ну и что мы здесь забыли на рассвете? — Это просто романтично, — пошутила Грейнджер и легкомысленно покрутилась на месте, словно они действительно пришли к лес только из-за красивой обстановки вокруг. Северусу юмор явно оказался чужд, он нахмурился, сложил руки на груди и взглядом пытался расплавить снег на поляне. — Ладно, господин директор, проверим вашу наблюдательность. Что видите? Снейп скептично хмыкнул, хмуро ступил вперед и присмотрелся к окружающей природе. Кругом был просто дикий лес. Ни тебе следов животных или кентавров, ни поваленных деревьев, ни клочков мха только снег, будто мелкими волнами лежащий на поляне. Волнами? — Зимние снегирьки? — неверяще спросил Северус и обернулся на Гермиону. — Они здесь с роду не росли. — Неправда. — Грейнджер помахала корзинкой, обошла Снейпа и присела возле первой «волны». Аккуратно сдув снег, она оголила белые плотные листья растения. — Они были здесь всегда. Впервые я нашла их здесь еще на четвертом курсе, снегирьки росли точечно возле сосен и всего по паре бутонов. Тогда же я вычитала об их свойствах, узнала, насколько они редки в дикой природе и как много требуется усилий, чтобы вырастить их в теплицах. — И решили восстановить популяцию? Как на вас похоже. — Северус тоже присел рядом с Гермионой. — Это имело сугубо практическую ценность. Снегирьки важны в приготовлении противоожогового зелья. Модификация состава с ними усиливает эффект заживления и ускоряет восстановление дермы в несколько раз по сравнению с другими версиями. — Вы правы, но вы знаете, почему они стали столь редки в дикой природе? — Увы. — Гермиона подняла взгляд и посмотрела прямо в глаза Снейпу. Он сидел на корточках совсем рядом, достаточно было слегка вытянуть руку и коснуться его лица. — Раньше снегирьки использовали для украшения дома перед Рождеством семей с новорожденными и молодожены. Считалось, что венок из этого растения служит оберегом для неокрепшего духа ребенка и юной семьи. Сейчас же эта традиция утратила свою значимость, придерживаться ее дорого и сложно. Не достаточно найти нужное количество цветков для венка, жена или мать еще должна уметь сплести оберег. Нынче девушки банально не справятся в этой задачей. — Я бы справилась. Моя мама в детстве научила меня плести венки из одуванчиков. Летом у нас весь стол на кухне мог быть завален ими. Северус не отрываясь смотрел в глаза Гермионе, которая засмотрелась на нежный листок снегирька, спрятанный от декабрьского мороза в лунке из снега. — Вы были бы прекрасной женой и матерью, Гермиона, — тихо произнес Снейп. — Да, наверное, но только с подходящим мужчиной, — столь же тихо ответила она, посмотрев на Снейпа. Тот тяжело сглотнул и опустил взгляд. — Соберем часть распустившихся бутонов. Думаю, противоожоговая мазь пригодится в Больничном крыле. Гермиона молча поддержала идею. Больше они с Северусом этим утром не разговаривали. Оба до самого вечера пребывали в странной задумчивости. В поисках уединения и уюта после ужина в Большом зале Грейнджер сбежала в библиотеку. За последнюю неделю у нее впервые появилось желание погрузиться в какую-нибудь книгу и спокойно почитать. Однако, ее тишину и покой внезапно нарушили. Директор появился будто из ниоткуда, уселся напротив нее, бесцеремонно выхватил книгу и демонстративно ее захлопнул, привлекая все внимание Грейнджер к себе. — Эй, что вы делаете! — возмутилась Гермиона. К своему стыду она даже не заметила, когда Снейп успел ворваться в ее личное пространство и выдернуть из весьма увлекательного детективного романа. — Не кричите, — шикнул на нее Северус. — Мадам Пинс этого не одобряет. — Тогда будьте любезны аккуратнее обращаться с книгой и со мной. — Она забрала у него из рук книгу и положила перед собой. Снейп натянуто виновато улыбнулся и шепотом произнес: — Я к вам с предложением. — Руки и сердца я надеюсь? — издевательски поинтересовалась Грейнджер, чем не шуточно загнала Северуса в ступор. Он от удивления раскрыл рот и несколько раз растеряно моргнул, пока, видимо, не пришел к какому-то выводу у себя в голове. — Пока нет, — ответил он. Уж такого поворота событий Гермиона никак не ожидала. — Пока? — Грейнджер, неужели не терпится за меня замуж выскочить? — Северус самодовольно осклабился и слегка наклонил голову вбок, насмешливо следя, как Гермиона краснеет. — Вообще-то нет. Прежде, чем выйти за вас, нам нужно получше друг друга узнать. — Вот как? — А вы думали? Не все так просто, Северус. — С вами всегда было непросто, — игриво парировал он и сложил руки перед собой. — Вернемся к началу. Я к вам с предложением. Составите мне компанию на рождественском балу? Из всех преподавателей вы лучшая кандидатура, как и я для вас. — Ха, — Гермиона засмеялась, довольно заметив недоумение на лице Снейпа. Он явно рассчитывал на ее легкое согласие. — Вставайте в очередь, господин директор. Меня уже пригласил профессор Хейгер. И это даже не было ложью. Молодой преподаватель магловедения давно оказывал Гермионе знаки внимания. Не то, что бы она их от него жаждала, но факт остается фактом — коллега спохватился о предстоящем торжестве гораздо раньше директора. Северус же теперь сидел напротив Грейнджер с очевидным раздражением на лице, он быстро сжал кулаки и разжал, находясь с ответом: — Мистер Хейгер едва ли умеет завязывать самостоятельно шнурки, не то что танцевать. Он вам не пара. — А вы пара? — Кажется, я уже доказал, что могу вести в танце. В тот раз вам понравилось… наше взаимодействие. — И что же вы предлагаете, Северус? — Она продолжала улыбаться, искренне наслаждаясь разговором. — Я должна отказать молодому, симпатичному профессору магловедения и согласиться пойти на бал с вами только потому, что именно вам больше не с кем пойти? — Да, — без колебаний согласился Снейп. — Уверяю, профессор Хейгер не расстроится, а если попытается возразить вашему решению, я объясню ему вашу позицию. Гермиона прыснула со смеху и довольно подперла кулаком щеку, неотрывно глядя на самоуверенного директора. — Мне нужно подумать. — Как скажете. Северус поднялся и взмахом руки раскрыл книгу Гермионы на нужной странице там, где она остановилась. — Северус, — окликнула она его, — перестаньте бояться мадам Пинс. Вспомните, что вы директор, а не студент. Девушки, знаете, любят бесстрашных мужчин. Он прищурился и тут же вновь применил невербальную магию с громким хлопком закрывая книгу Грейнджер и отправляя ее в полет до нужного стеллажа. Пока Северус шел до дверей библиотеки, чтобы сбежать к себе в кабинет и проанализировать, действительно ли Гермиона может предпочесть его обществу компанию мистера Хейгера, его настигал звонкий смех Грейнджер. Гермиона опять гуляла по коридорам ночного Хогвартса, только на этот раз ее не мучила бессонница. Спокойствия ее лишило нетерпение и думы о предложении Северуса. Он напрочь избавил ее от обыденного спокойствия своей уверенностью в том, что Гермиона просто обязана составить ему пару на рождественском балу. Весь день она думала, как отказать Хейгеру и когда придумала, то сломя голову побежала исполнять. Молодой коллега был совершенно разбит ее отказом, а вот сама Грейнджер отчего-то ощутила некий триумф, мол, смотрите, я пойду на бал с директором, потому что он так решил и сдвинуть его с этой идеи я не смогла. Еще несколько раз извинившись перед мистером Хейгером, Гермиона ускакала к себе в покои, где несколько часов пыталась проверять домашние работы учеников, а потом не выдержала, схватила купленную в одном из бутиков Лондона вещицу, которую очень хотела подарить одному неприступному мужчине, и пошла искать неумолимого и самоуверенного Северуса Снейпа, чтобы осчастливить его своим решением. Он нашелся у главных дверей замка. Опять стоял, оперевшись на каменную кладку, курил и пустым взглядом смотрел куда-то в пространство. Гермиона тихонечко подкралась к нему сзади и провела ладонями по плечам. Снейп вздрогнул и обернулся. — Черт возьми, Грейнджер! — воскликнул он и едва ли не выронил сигарету из пальцев. — Теряете хватку. Раньше к вам невозможно было подойти незамеченной. — Я задумался, — пробурчал Снейп. — Надеюсь, обо мне? — Ага, — с намеком на улыбку ответил он. Гермиона обошла его и встала рядом так, чтобы видеть его лицо. — Много работы перед праздниками? Вы выглядите уставшим, Северус. — Не больше, чем обычно. Справляюсь потихоньку. Просто порой неуместные мысли лезут в голову. Собственно, не мне вам рассказывать об этом. Сами прекрасно понимаете, как иногда бывает… — Понимаю, — согласилась Гермиона и спрятала руки в карманы теплой мантии. Они помолчали. — Почему вы согласились стать директором? — вдруг спросила она. — Многих эта новость шокировала, особенно после вашего первого опыта директорства. Северус горько усмехнулся, выкинул окурок, оглядел Грейнджер, невербально накинул на нее согревающие чары, от которых та вздрогнула, а потом благодарно улыбнулась, и прикурил еще одну сигарету. Эта дурная привычка за последние недели плотно вошла в его жизнь, раньше он не позволял себе так много курить. — Минерва долго упрашивала занять этот пост, — спустя пару минут ответил Снейп. — Вы же знаете, ей невозможно отказать. — О да, я здесь тоже благодаря ей. Ну и вам, конечно. Всегда мечтала поработать под вашим началом, — перевела все в шутку Грейнджер. Она понимала, что Северус вряд ли станет делиться с ней откровенными мыслями, тем более что причины, по которым он согласился стать директором в Хогвартсе, скорее всего тесно связаны с их общим прошлым, а о нем они договорились пока не говорить. — Льстите? — Чуть-чуть, — игриво призналась она. — Тогда ладно, — в тон ответил он, с трудом скрывая довольную улыбку и затягиваясь сигаретой. Как же ему нравилось общаться с Грейнджер. Она очень чутко его понимала и всегда знала границы, через которые не стоит переступать, по крайней мере поспешно. — Так зачем вы меня искали? — Не спалось, — соврала Гермиона. — Подумала, что вы тоже бродите где-то рядом и решила составить вам компанию. Вдвоем веселее. И да, я даже прихватила с собой подарок. Все равно планировала отдать завтра. Она достала кожаную прямоугольную тонкую коробку и протянула ее Снейпу. Он принял ее с какой-то долей опаски и недоверия. Гермиона даже мысленно обиделась на такую его реакцию. Ну действительно, чего он так испугался, не бомбу же она ему дала. — Смелее, господин директор. Ничего противозаконного там нет. Он кивнул и открыл коробку. Внутри на бархатной подложке лежала темно-фиолетовая бабочка. — Зачем? — как-то неуверенно спросил он. — Вы вчера пригласили меня на бал, забыли? — Нет. — Северус сглотнул. — Вы сказали, что подумаете. Это ваш ответ? — Он пощупал шелковую ткань бабочки и посмотрел на Гермиону. — Это всего лишь бабочка, господин директор. Она будет отлично сочетаться с моим платьем. — Гермиона сделал шаг к Снейпу, приподнялась на носочки и коснулась его прохладной шершавой от дневной щетины щеки. — Мне нравится ваш парфюм, Северус. Постарайтесь, чтобы в день бала от вас пахло им, а не сигаретами. Окажите честь даме. Спокойной ночи. Грейнджер так и оставила его стоять на декабрьском морозе, совершенно ошарашенного от такого стремительного поворота судьбы. Столь изящно никто и никогда не соглашался составить ему пару на балу. Не то, что бы у Северуса было много партнерш, к которым он вообще решался подойти, но все равно. Гермиона смогла его поразить. Он держал в руках раскрытую коробку с галстуком-бабочкой и задумчиво рассматривал ткань. Темно-фиолетовый цвет, почти черный. Северус запоздало понял, что ни к одному из его костюмов этот аксессуар не подойдет, а значит придется заказать себе новый выходной наряд. Он просто обязан соответствовать Гермионе. Пополнять гардероб он пришел к мадам Малкин. У нее всегда был большой выбор тканей, и к платью Гермионы она точно могла бы подобрать что-то соответствующее. Так и вышло. Проторчав в примерочной под строгим оценивающим взглядом портной почти три с половиной часа — дольше никто и никогда не рассматривал его тело в одном нижнем белье за всю жизнь — Северус покинул магазин с чувством выполненного долга и легкой нервозностью от того, как воспримет его новый костюм Гермиона. До рождественского бала оставалось всего пара дней.