Глава 8

      Джойс была немного удивлена, когда, открыв заднюю дверь, обнаружила Спайка с другой стороны. Тихое постукивание, которое предупредило ее о его присутствии, показалось ей необычным. Она думала, что он больше подходит для работы у парадной двери, из тех, кто звонит в дверь.       С другой стороны, что она знала? Пока Джайлс не рассказал ей, она даже не подозревала, что Спайк — вампир.       — Привет, Уильям.       — Баффи дома?       Джойс покачала головой. — Нет, мне жаль. Ты только разминулся с ней. Я думаю, она собиралась пойти на Бронзу вместе с остальными. Возможно, ты мог бы застать ее там.       — Нет, все в порядке. — ответил Спайк. Временное перемирие, которого они достигли с блондинкой, сохранялось, но только потому, что она изо всех сил старалась избегать его. Истребительница, казалось, намеревалась продемонстрировать, что вполне может обойтись без его присутствия.       Его чувства были не так уж сильно задеты. Спайку платили за то, чтобы он охранял ее, а не за то, чтобы он был ее другом. И его слово было на вес золота. Не важно, сколько раз Баффи закатывала истерики, он никуда не собирался уходить.       Тем не менее, он подумал, что было бы просто вежливо сообщить ей, что он справился с демонами, о которых Джайлс предупреждал их во время их последней встречи. В противном случае она провела бы большую часть вечера, блуждая по городу и ничего не добившись.       Ну что ж. Он пытался.       — Не хочешь зайти? — Спросила Джойс. — Я могла бы приготовить нам что-нибудь выпить. Чай? Или горячий шоколад?       Спайк заколебался. Ему нравилась Джойс. С ней было гораздо приятнее общаться, чем с большинством людей, с которыми он сталкивался за эти годы. — А маленькие зефирки у вас есть?       — Я могу проверить. — Она широко распахнула дверь в молчаливом приглашении. Спайк нырнул внутрь, собираясь сесть за стойку. — Чем ты занимался сегодня вечером?       Вампир пожал плечами. — Как обычно. Бродил по округе, убивал демонов и все такое.       — Как ты устроился? — Спросила Джойс.       — Хорошо. — Спайк наблюдал, как она готовит им напитки. — А ты сама?       — Прошу прощения?       — Как ты справляешься с тем, что узнала о Баффи и обо всем остальном?       Джойс повела плечами, словно пытаясь сбросить с плеч какую-то огромную ношу.       — Это было нелегко. — тихо призналась она. — Я всегда удивляюсь, когда она уходит… — Она замолчала, не желая озвучивать свои опасения.       — Знаешь, Баффи хороша. — сказал Спайк непринужденным тоном. — И у нее есть я, так что риск для жизни меньше.       — Но почему? — прямо спросила Джойс. — Я имею в виду, я знаю, что Баффи и мистер Джайлс говорили, что у тебя есть душа, но я не понимаю. — Вполголоса она добавила: — Мне никто никогда ничего не объясняет.       Спайк слегка усмехнулся. — Я так понимаю, ты не в курсе. — Он некоторое время наблюдал за ней, не понимая, что полностью утратил бдительность. Джойс встретилась с ним взглядом, и ей показалось, будто она видит душу, о которой все говорили.       Возможно, именно это и привлекло ее в этом вампире. Глаза Ангела были либо отведёнными либо закрытыми. Джойс не смогла разглядеть мужчину, скрывавшегося за ними, и это послужило сигналом опасности, который ее материнский инстинкт не мог проигнорировать. С другой стороны, в Спайке не было фальши. Никого притворства.       Он был открыт, его глубины ждали, чтобы в них окунулись.       — Это так. — ответила Джойс. — Я знаю, Баффи думает, что делает это для моего же блага, но это не мешает мне беспокоиться о ней.       — Ты же ее мама. — заметил Спайк, пожимая плечами. — Конечно, ты волнуешься.       — И ты пытаешься отвлечь меня. — обвинила Джойс. — Почему ты не такой, как остальные?       Спайк вздохнул, обдумывая, как ответить на ее вопрос. — Честно говоря, я и сам не совсем понимаю. Я думаю, душа немного похожа на поводок. Это не позволяет полностью контролировать человека, но в большинстве случаев это удается. Вампир — это зверь, сорвавшийся с поводка. Если ты снова наденешь его, шок как—то повлияет на организм.       — Тебе было очень тяжело?       Никто никогда не задавал этого вопроса. Спайк задумался, знает ли Джойс, что эти слова делают с ним, что они пробуждают внутри. — Да. Это было не просто.       Джойс была матерью, и она знала, когда тема закрыта, когда находила ее. Глаза Спайка затуманились от старых воспоминаний, и ей показалось, что она знает выражение его лица. Это было то, что она иногда видела в зеркале, когда думала о разводе или о каком-то другом событии, которое лучше оставить в прошлом.       Есть правда, которую не рассказывают незнакомцам, и поэтому она больше не задавала вопросов.       — Знаешь. — начала она, задаваясь вопросом, не была ли она немного сумасшедшей, делая такое предложение, — я подумала о том, чтобы посмотреть фильм сегодня вечером. Не хочешь присоединиться ко мне?       Спайк открыл рот, чтобы сказать «нет», но затем снова закрыл его. Впервые за долгое время он почувствовал себя в безопасности и расслабился. Он был в компании красивой, любезной женщины. Не было причин торопиться. — Звучит заманчиво, миссис Саммерс. Спасибо.       — Зови меня Джойс. — ответила она, наслаждаясь мыслью о том, что у нее будет компания на этот вечер. Даже если это будет компания вампира.

***

      Баффи считала, что в целом у нее все неплохо получается. Может быть, последние несколько недель она и не была такой веселой и энергичной, но она пыталась вернуться в ритм жизни. Она убивала вампиров, ходила в «Бронзу» со своими друзьями и избегала общения с нежитью. Это было как раз то, что ей было нужно, чтобы вернуть свою жизнь в нормальное русло.       В конце концов, было лето. Предполагалось, что она отдыхает, это была ее работа. Самое время было ей заняться этим.       — Жаль, что Спайк не смог прийти сегодня вечером, — лениво прокомментировала Уиллоу. Она бы танцевала, если бы не играла группа Оза, а Баффи, похоже, не была расположена украшать танцпол. Она ни в коем случае не собиралась изображать из себя третью лишнюю с Ксандером и Корделией.       Баффи вскинула голову при упоминании имени Спайка. — Что ты имеешь в виду? — резко спросила она.       На лице Уиллоу отразился упрек. — Не бери в голову.       — Нет, извини, Уилл. — сказала Баффи, пытаясь смягчить тон. — Просто… я не была уверена, что ты имела в виду. Ты пригласила его сегодня вечером?       Уиллоу покачала головой. — Не совсем. Я только сказала ему на собрании «Скуби», что мы будем здесь. Я подумала, что, может быть, он придет       Это было единственное пятно в целом неплохом лете. Спайк начал являтся на их встречи, втираясь в их компанию. Баффи пыталась забыть о его существовании, а он все время портил ее планы, появляясь на людях. Это действительно было нечестно.       — Он тебе нравится? — недоверчиво спросила Баффи.       Уиллоу пожала плечами. — Почему нет? Он спас наши жизни, и он довольно милый. Ты должна дать ему шанс, Баффи.       — Он вампир, Уил. — напомнила ей Баффи. — В прошлый раз, когда я дала вампиру шанс, все обернулось плохо.       — Я не говорю, что ты должна с ним спать. — Уиллоу поморщилась. — Просто вежливость тебе бы не помешала. У Спайка тут не много друзей.       — Спайк нежить. — Баффи пыталась быть терпеливой, но это становилось все труднее. — У нежити нет друзей. У них есть собутыльники.       — Как скажешь, — ответила Уиллоу, понимая, что проигрывает битву, когда она была в самом разгаре. Даже Ксандер не был таким уж ярым противником Спайка. Джайлс, после долгих расспросов, рассказал им пару историй, которые он слышал, будучи Наблюдателем, и Ксандер позже прямо спросил Спайка, правда ли это.       Вампир пожал плечами. — В то время это не имело большого значения. — настаивал он. — Я все равно уезжал из страны, и я знал несколько обходных путей.       — Но потом ты вернулся! — запротестовал Ксандр, обнаружив изъян в этом аргументе.       Спайк только слегка улыбнулся. — Конечно, но они ведь платили мне, не так ли? Нетрудно быть героем, когда люди выстраиваются в очередь, чтобы дать тебе денег.       Конечно, ему платили рейхсмарками, которые за пределами нацистской Германии не стоили бумаги, на которой их печатали. Так сказал Джайлс. Именно это заставило Совет подумать, что все это были просто небылицы.       Вампир-наемник — это одно, но тот, кто берет ничего не стоящие деньги в обмен на спасение жизни? В это было трудно поверить.       Уиллоу хотелось, чтобы Спайк был чуть более общительным. Он так много видел и делал, что ей хотелось расспросить его обо всем.       Баффи, конечно же, не разделяла ее интереса к истории.       — Я не понимаю, почему он всем так нравится. — пробормотала Баффи. — Вы, ребята, не были так уж впечатлены «Ангелом».       — Ангел был другим. — ответила Уиллоу, зная, что это был не самый лучший ответ. Она могла понять, почему Баффи так трудно было полюбить Спайка. Вампир имел обыкновение подшучивать над ней всякий раз, когда оказывался поблизости. Баффи, конечно же, отвечала колкостью, которая временами поражала Уиллоу.       Рыжая на мгновение задумалась, понимали ли Спайк или Баффи, что напряжение, возникшее между ними, может легко перерасти во что-то другое. Не то чтобы Уиллоу спешила поощрять какие-либо романтические отношения. Она проделала это с Баффи и Ангелом, и посмотрите, чем это обернулось.       Тем не менее, это была интересная мысль, даже если она никогда не упоминала о такой перспективе вслух.       — Я иду патрулировать. — внезапно объявила Баффи, вставая из-за стола. — Увидимся позже.       Уиллоу смотрела ей вслед, гадая, будет ли все когда-нибудь по-прежнему. Ей казалось, что призрак Ангела постоянно присутствует рядом.

***

      Это было глупо. Баффи знала, что это глупо, но ничего не могла с собой поделать.       Сны никак не помогали. Они не оставляли ее в покое, и она боялась, что они прекратятся, так же сильно, как и того, что они продолжатся. Встречи с Ангелом каждую ночь усиливали боль, но она не хотела забывать его.       Она не хотела терять свою последнюю связь с ним.       Могилы, которую она могла бы посетить, не было, поэтому она отправилась в особняк. Его монолитная громада казалась неуместной в таком городе, как Саннидейл, — слишком большой, слишком современный и слишком архаичный одновременно. Возможно, через несколько месяцев или лет люди заговорят о том, что здесь водятся привидения. Подростки будут уговаривать друг друга приходить сюда после наступления темноты.       Однако пока это место было в полном распоряжении Баффи.       От праха Ангела не осталось и следа. Она не настолько ясно соображала, чтобы собрать их самой. Она лениво подумала, не сделал ли это Спайк по какой-то причине, известной только ему.       Она опустилась на пол и снова прокрутила в голове ту драку. Сколько бы раз она ни думала об этом, сколько бы раз ни перебирала детали, Баффи не могла заставить себя поверить, что могла бы поступить по-другому.       Она ненавидела себя за это так же сильно, как и за то, что не спасла Ангела. Баффи хотела обвинить себя; она хотела указать на определенный момент времени и сказать: «Вот. Вот что я могла бы сделать по-другому».       Однако она была слишком хорошим воином для этого. Баффи старалась изо всех сил, но этого было недостаточно.       Ее пугала мысль о том, что это может повториться.       Проведя рукой по щекам, чтобы стереть следы слез, Баффи встала, собираясь уходить. Приходить сюда больше не было смысла. Лучше бы она потратила время на охоту за оставшимися в Саннидейле демонами и вампирами.       Если Баффи очень повезет, она наткнется на Спайка и сумеет спровоцировать его на драку. Спарринг с ним был бы как раз тем, что ей нужно, чтобы прочистить мозги.

***

      Спайк тихонько насвистывал, мелодия была настолько тихой, что ее почти невозможно было разобрать. Внимательный слушатель, окажись он достаточно близко, мог бы распознать песню Ramones «Do You Wanna Dance?»       Хотя поблизости никого не было. На самом деле, Спайку так больше нравилось. По крайней мере, в этом он обычно пытался убедить себя. Когда-то, давным-давно, он думал иначе.       Вампир на собственном горьком опыте убедился, что даже кровные узы не спасают от предательства.       Иногда, на протяжении многих лет, у него возникали шансы на дружбу, но они длились недолго. Он был бессмертен, и у него не было желания общаться с себе подобными. Демоны, как правило, недолюбливали вампиров. Они считали их гражданами второго сорта, и душа Спайка ставила его на низшую ступень в их иерархии.       Спайк был изгоем — его не жаловали демоны, другие вампиры относились к нему с неприязнью, а люди смотрели на него со страхом и благоговением.       И все же, впервые с тех пор, как на него наложили проклятие, Спайк не чувствовал этого напряжения.       — Почему у тебя такое хорошее настроение?       Недовольный тон отвлек его от приятных мыслей, и, оглянувшись, он увидел, что Баффи пристально смотрит на него. — Сегодня прекрасный вечер. Почему я не должен быть доволен? — При ближайшем рассмотрении он заметил на ее щеках едва заметные следы слез. Спайк мог понять, почему она так расстроилась, увидев счастье другого человека.       Очевидно, блондинка была в таком настроении, что не собиралась отпускать его. — Так где же ты был? Перекрасил город в красный цвет?       — Вообще-то, я был с твоей мамой, — довольно бодро ответил Спайк. Похоже, она хотела подраться сегодня вечером. Спайк чувствовал себя достаточно хорошо, чтобы угодить ей.       Она нахмурилась. — Что ты делал с моей мамой?       — Пошел навестить тебя, но тебя там не было. — сказал Спайк, глядя в сторону и притворяясь рассеянным. — Я подумал, что должен сообщить тебе, что разобрался с теми демонами, о которых говорил твой Наблюдатель.       Баффи ничуть не смягчилась. — Это были мои демоны! — запротестовала она.       Спайк приподнял бровь, слегка наклонив голову. — Значит, ты поставила на них свое имя?       — Джайлс рассказал мне о демонах, Спайк. Моя работа заключалась в том, чтобы изгонять их. — Баффи была серьезно раздражена в этот момент, хотя и не смогла бы точно определить причину. Не то чтобы она не ценила помощь. Дело было даже не в том, что вампир взял дело в свои руки.       По правде говоря, это был всего лишь Спайк.       — Я думал, что избавлю тебя от лишних хлопот. — сказал блондин, зная, что его наглый тон только еще больше разозлит ее. — Даю тебе шанс найти парня, который немного снимет это напряжение.       У него не было возможности закончить эту мысль, потому что Баффи тут же набросилась на него. По выражению ее лица — наполовину ярости, наполовину ликования — Спайк понял, что ему удалось дать ей именно то, в чем она нуждалась.       Вампир, в свою очередь, снова должен был сразиться с Истребительницей. Он должен был убедиться, что это станет постоянной традицией.       Конечно, если Баффи действительно осуществит свою угрозу заколоть его, у него никогда не будет такого шанса.       Истребительнице каким-то образом удалось обойти его защиту, и они оба упали на землю. В итоге она оседлала его за талию, приставив кол к его сердцу. — Значит, ты собираешься это сделать?       Спайк ждал, внимательно наблюдая за ней, гадая, выполнит ли она свою невысказанную угрозу. Если ему придется сдаться, он предпочел бы, чтобы это случилось с ней. Она была достойным противником, даже если предполагалось, что они будут на одной стороне.       — Нет. — Баффи не была уверена, почему она не заколола его. Она могла бы это сделать, а потом просто притворилась удивленной его исчезновением.       Это просто казалось неправильным.       Она медленно поднялась и протянула ему руку. — Хочешь попробовать еще раз?       Баффи удивленно посмотрела на него. — Что?       — Тебе ведь не доводилось тренироваться на настоящем вампире, верно? — Ответил Спайк. — Почему бы тебе не потренироваться со мной? Это помогло бы нам обоим.       — Не сегодня, Спайк. — ответила Баффи, поворачивая к дому. — Я устала.       — Ну, конечно, не сегодня. — По тону Спайка она поняла, что он снова считает ее глупой. Он часто так говорил. — Я просто имел в виду будущее.       Баффи набросилась на него. — Почему ты просто не свалишь? — спросила она. — Просто оставь меня в покое, черт возьми! Ты же знаешь, что я не хочу, чтобы ты был здесь. Почему для тебя так важно, чтобы я выжила?       Сострадание в его глазах невозможно было спутать ни с чем другим. Баффи не понимала этого, и это злило ее. Ангел, даже когда играл загадочного парня, не смотрел на нее так.       — Ты думаешь, что ты единственная, кто любил и терял? — тихо спросил Спайк. — Я знаю, ты, вероятно, возненавидишь меня за эти слова, но ты ещё очень молода, Баффи. Ты не думаешь, что переживешь это, потому что раньше не испытывала подобного.       — Ты не знаешь, о чем говоришь. — обвинила она его.       — Разве нет? — спросил Спайк. — За сто с лишним лет я любил ровно трех женщин. Все три мертвы. Думаю, это дает мне кое-какие знания по этому вопросу.       Баффи прищурилась. Она не хотела ему верить. Она не хотела, чтобы его слова проникли в суть дела. — Какие три женщины? Друзилла?       — Ну да. — Спайк долго смотрел на нее, его глаза внезапно затуманились. Баффи не могла понять выражение его лица. — Моя мама и девушка по имени Сесиль.       У Баффи возникло мимолетное желание подразнить его за то, что он включил свою маму в список любви, но что-то удержало ее. — Что с ними случилось?       — Это не имеет значения. — резко сказал Спайк. У него не было намерений когда-либо рассказывать Истребительнице о своей матери или Сесили.       Она хотела возразить, но затем покачала головой, словно избавляясь от вопросов. -Сколько времени у тебя это заняло?       — Что именно?       — Сколько времени тебе потребовалось, чтобы забыть Друзиллу?       Спайк был поражен этим вопросом, хотя и предполагал, что ему, вероятно, не следовало этого делать. — Я не знаю. Она…после того что она сделала со мной, я больше не мог ее любить.       Это были самые откровенные слова, которые он когда-либо говорил ей, и Баффи внезапно поняла, почему он может нравиться другим. В такие моменты, как этот, это было не так уж и сложно.       — Я понимаю.       В этот момент началось нечто удивительное, хотя ни один из них не отдавал себе в этом отчета. Все, что они знали, это то, что это было правильно.