Глава 15. 17 день 2 месяца 299 года от З.Э.

      – …если бы не общественные работы, организованные вами до моего приезда, последствия были бы куда хуже, – заметил Тирион, осматривая картину, открывшуюся перед членами Малого Совета из окон Башни Десницы.       Тайвин был с ним полностью согласен. Всë действительно могло быть куда хуже. Но это не отменяло того, что всë было ужасно.       Дождь, начавшийся три дня назад, перерос в настоящую бурю. Словно само мироздание взбунтовалось по какому-то поводу и обрушило свой гнев на Королевскую Гавань. Вихрь и дождь, смешавшись в безумном танце, создавали косые стены воды, так и мечтавшие снести всë на своëм пути. Там, где им это удавалось, они превращали улицы в запутанную сеть каналов, как если бы на месте Королевской Гавани какой-то безумный архитектор решил возвести Браавос. И со стены Красного Замка эта картина смотрелась впечатляюще жутко – весь Блошиный Конец превратился в заполненный маленькими домиками пруд с кувшинками, в котором потоптался очень большой и злобный ребёнок.       – Зато не воняет, – хмыкнул Клиган. Он, как и все прочие члены Малого Совета, стоял у окна, будто ожидая, что погода улучшится прямо на его глазах, и выглядел жутко уставшим. А поскольку Клиган оставался Клиганом, он был ещё и злым как пëс.       Работы у членов Малого Совета было действительно много, от Пицеля, у которого резко увеличилось количество тех, кому нужно лечение, до Старка, которому в срочном порядке пришлось выносить решения по имущественным спорам между представителями городского патрициата, купцами, главами гильдий и прочими подобными личностями. А ведь были ещё Лансель, который разбирался в том, куда отводить воду из катакомб, Арья Старк и приданный ей в помощь Тирек, искавшие ещё не найденные тайники с Диким Огнём… И работа только начиналась.       Шторм, по примерным оценкам Пицеля, должен был окончиться на следующий день. Последствия только предстояло оценить, но они, как примерно прикинул Тайвин, будут стоить короне суммы с пятью нулями. Блошиный Конец, в котором так и не успели очистить сточные каналы, стал напоминать болото, Грязная улица и Речной путь превратились в одну большую реку, куда стекала вся вода с холма Висеньи и с холма Эйгона, кварталы за Грязными воротами смыло в море вместе с основной массой причалов и рыбацких судëнышек…       – Не воняет, это правда, но в вони Королевской Гавани всегда был элемент муки, рыбы и всего в этом духе, – заметил Тирион на слова Клигана, а потом повернулся к тихо стоявшему в углу Томмену и мягким голосом сказал. – Племянник, одна из правд жизни, которую тебе предстоит усвоить, состоит в том, что очень многое о мире можно узнать по запаху. И знаешь, что вообще не пахнет?       – Ну… мне кажется, что никак может пахнуть только ничего, – ответил ему задумчиво Томмен, и Тирион улыбнулся, что в его исполнении выглядело жутковато, но Томмен, кажется, отвращения не испытал.       – Верно, малыш, только ничто не пахнет никак. В данном случае этим ничто является безделье. Вынужденное, понятное дело. Но чем оно нам грозит, Томмен?       – Эм… – засмущался юный принц, и взгляд его обратился к королю…       “Я по взгляду вижу, что Мирцелла рассказала ему…” – мысленно произнёс Джоффри с лёгким недовольством.       “Зато теперь он меня не боится. А тебя боится.”       “Так и надо, разве нет?”       “Издеваться над единственным братом и наследником – не лучший способ заслужить его верность. Я никогда не издевался над Киваном, и вообще ни над одним из братьев. И уж тем более я никогда не издевался над моей сестрой Дженной. Ты таким похвастаться не можешь.”       – Нет работы у них – нет налогов у нас, Томмен, – объяснил Тайвин. – А казна наша пуста как амбар в конце зимы. Зато что у людей теперь есть, так это время на недовольство нами. Вплоть до бунта.       И это было немалой угрозой. В прошлой жизни голодный бунт привёл к множеству смертей, которых можно было бы избежать, и в этой жизни Тайвин не намерен был допускать такого в принципе.       Благо, в этот раз в Малом Совете было куда больше деятельных людей. И все хорошие новости были связаны именно с ними и их решениями. Почти все главные улицы, вроде Зерновой или Мучной, оказались в относительном порядке, поскольку “сиротские отряды”, так и не распущенные после и без них успешного нахождения Арьи Старк, успели прочистить сточные каналы, да и вывод населения из подтапливаемых частей города, организованный Клиганом и его Золотыми Плащами, помог избежать больших жертв. Тирион же, поняв, что происходит, моментально приказал имевшимся в столице Красным Плащам и его личной Гвардии Горцев (как он обозвал этих дикарей после того, как они оделись в более-менее приличное снаряжение из запасов Золотых Плащей) организовать перевоз продовольствия из купеческих и гильдейских складов в Красный Замок, Великую Септу Бейлора и Драконье Логово, ставшее в условиях начавшегося потопа временным штабом Золотых Плащей. Как оказалось, восточные казармы отремонтировать не успели, и стекающая с холма Рейнис вода их сначала затопила, а потом и вовсе разрушила, благо Клиган еще раньше вывез всю документацию в Красный Замок, как часть дела Слинта.       Только теперь королю, как всë ещё исполняющему обязанности Мастера над Монетой, придётся договариваться с городским патрициатом. Потому что приближенные к короне купцы, гильдмастера и прочие представители городского управления, несмотря на спасение их запасов продовольствия, были, мягко говоря, не очень довольны. Зерно, овощи, мясо и прочее требовалось хранить в специальных помещениях – в амбарах, где сушилось зерно, в ледниках, где хранилась свежая пища…       – Я пока отложил указы о реквизиции зерна, поскольку в таком случае нам негде будет его хранить, – произнес лорд Старк, перебиравший свод законов Джейхейриса в поисках прецедентов. – Многие амбары на Мучной улице подтоплены, место для зерна на складах Великой Септы не бесконечно, а Драконье Логово до сих пор не очищено от Дикого Огня.       – Используйте труд тех людей, что прячутся там от потопа, – сказал Тайвин, подумавший про себя, что эта проблема меньшая из имеющихся. – Объясните им, что если они не помогут вынести оттуда пиромантово зелье, то скоро мы отправим туда зерно и они будут есть кашу с подливой из Дикого Огня.       – Пусть лорд Тирион поговорит с ними, – высказался Пицель, ходивший в маске, напоминавшей вороний клюв, из-за лорда Росби, чье самочувствие резко ухудшилось и которого Пицель пытался поставить на ноги, не очень успешно, впрочем. – У десницы настоящий дар красноречия, и общаться с простым людом он умеет.       – Там надо просто не быть козлом, – ответил Тирион, с явным намёком посмотрев на короля – боялся возвращения прежнего Джоффри, конечно же. – Козлов простой люд любит только на обед. С простым людом надо говорить уверенно, но без лишних угроз.       – Именно поэтому ты, дядя, будешь говорить с ними. Мне же предстоит обсуждать вопрос продовольствия с городской знатью и купцами.       – Не в одиночку, разумеется? – скепсисом Тириона можно было отравить сотню Джоффри, и хотя Тайвин знал, что Тирион не имел отношения к организации “Пурпурной” свадьбы, в этот момент он, будь он собой прежним, заподозрил бы неладное.       Сейчас, конечно, Тайвин знал, что Тирион просто так переживает за близких ему людей, родственников и прочих, о ком положено заботиться по зову долга.       – Со мной будет Пицель и половина Королевской Гвардии. Если ты заботишься о моей безопасности. Надеюсь ведь о безопасности?       Тирион хотел было что-то сказать, но умолк. Тайвин называл такой приëм "Дать человеку шанс провалиться."

***

      В тронном зале было весьма многолюдно. Очень многие из присутствовавших здесь людей были придворными и имели различные должности, кто-то настоящие, а кто-то исключительно формальные. Например, глава городской гильдии красильщиков был ещё и официальным королевским поставщиком тканей – был, потому что после расследования дел Бейлиша предыдущий глава городской гильдии красильщиков этой должности лишился, а заодно и отправился в темницы Красного Замка вслед за своим покровителем…       Городской патрициат Королевской Гавани не обладал, строго говоря, каким-то особым статусом. Это были такие же горожане, как и прочие. Просто в их мире всë решали деньги. Кто богаче, тот и патриций. Но Тайвин имел дело с этими людьми ещё в бытность десницей Эйриса и знал – если кто-то из их круга попадал на выгодную должность, а потом её лишался, то они пытались добиться такого же назначения. Вот и сейчас они наверняка бы захотели того же – выдвинуть “своего” главу Золотых Плащей, “своих” людей в канцелярию Мастера над Монетой…       Король восседал на Железном Троне и смотрел с огромной высоты на собравшихся. Тайвин старался держаться так, как он держался много лет на том же месте, верша суд и устанавливая справедливость. В конце концов, не об этом ли он мечтал когда-то, в молодости – самому стать королём, вершить правосудие от собственного имени… Жизнь расставила всë по своим местам, но сделала это так, будто её звали “Тирион” и у неё был особо пьяный день.       “Почему они вообще что-то требуют, дедушка?”       “Потому что в данном случае они имеют право, внук. Продовольствие – их собственность, охраняемая короной.”       “Настоящее право – это сила!”       “А законы – это сила, застывшая во времени. И чем дольше закон действует, тем больше в нём силы. Каждый король, поддерживающий закон, вкладывает в него силу. Надо не нарушать закон – надо знать, как и когда использовать накопленную силу законов. Закон можно отбросить только тогда, когда на кону нечто большее – вся честь твоего дома, например. Или простое выживание. Скажи, Джоффри, эти люди покушаются на честь короля, требуя выполнения королевского закона?”       “...нет, дедушка.”       “Значит, нам надо использовать силу закона так, чтобы он поддерживал наши решения.”       – Король Джоффри Баратеон, первый его имени, король андалов, ройнаров и Первых людей, владыка Семи Королевств и защитник державы, рассмотрел ваше прошение о продовольственном вопросе и готов огласить свою волю, – объявил Пицель, и даже шепотки в зале прекратились.       Король прокашлялся и начал говорить, спокойно и уверенно.       – Ситуация с продовольствием не имеет прецедентов в истории Королевской Гавани. Ни во время Танца Драконов, ни во время восстаний Чëрного Пламени, ни даже во время того, как мой отец стал королём, мы не испытывали нужды в сборе всего городского продовольствия в столь малом количестве мест. Королевские амбары и склады Великой Септы не вместят всë продовольствие города, а терять его в преддверии долгой зимы я намерен не больше вашего. Потому моим волевым решением с сегодняшнего дня создаëтся банк, в котором будет храниться две трети всего зерна горожан. Банк Зерна будет располагаться на месте бывшего Драконьего Логова, а также в Великой Септе и Красном Замке. Горожане будут сдавать туда зерно и продовольствие и получать расписки о наличии у них доли в Банке, измеряемой по весу и качеству сданного продовольствия. Скоропортящиеся продукты горожане сдавать не обязаны. В ближайшее время в Драконьем Логове необходимо будет улучшить его хранилища так, чтобы там можно было хранить хотя бы часть зерна. Руководитель этого банка будет избираться пайщиками банка из своего числа, носить титул Хранителя Зерна и входить в Малый Совет. Главное, что может делать Банк и его члены – регулировать городские цены на продовольствие и направлять его туда, где в этом есть острейшая нужда. В связи с основанием Банка, король первым внесёт свои запасы в банк и станет первым пайщиком. От вас я ожидаю того же.              Патрициат после этой речи молчал. А потом загомонил.       – Ваше величество, это посягательство на наши права! – возопил один крупный купец из Долины, а по совместительству владелец самого большого числа амбаров в городе.       – Напротив, это расширение ваших прав, у важнейших людей города появится человек, представляющий их интересы в Малом Совете.       – Но у нас заберут наше зерно! – это был уже другой купец, судя по акценту – штормовик.       – Его никто у вас не забирает, вы не лишаетесь своей собственности и продолжаете его закупать. Сколько зерна вы потеряли во время шторма?       – А если корона его потеряет? – ещё один купец, из Простора, и недавно ещё один из крупнейших поставщиков зерна, а ныне застрявший в Королевской Гавани из-за блокады со стороны Ренли. – И как мы его продавать будем?       – Продажа через банк, по ценам, определённым банком, а само зерно будет застраховано деньгами в казне.       – Да нет денег в казне! – крикнул кто-то из толпы. И крикнувшего поддержали…       – При лорде Бейлише всегда были, а сейчас никаких денег нет!       – Королевский двор перестал закупать наши ткани! Только продаëт!       – Сорваны все контракты, ваше величество!       – Где продления контрактов?!       – Мы посылали двадцать прошений на освобождение лорда Бейлиша, и ни одно не было рассмотрено!       – И Слинт, где Слинт?       – О чём можно говорить с королëм, который сажает вернейших советников?       – Почему вы выгнали сира Барристана Отважного?!       – И взяли на его место Пса?!       Возмущение грозило перерасти в бурю. Королевская гвардия и Красные Плащи уже потянулись к мечам…       “Я могу им объяснить.”       Вот этого Тайвин не то чтобы не ожидал… скорее он был удивлён слову, которое выбрал Джоффри.       “Правда, внук? Именно объяснить?”       “Да, дайте им сказать, прошу!”       “Ну хорошо. Но я слежу.”       – Селми я выгнал, потому что из всех рыцарей Королевской Гвардии именно он был главным, и он был с моим отцом на охоте до последнего, и знаете, что он сделал?       Патриции, вдруг наперебой перестав возмущаться, уставились на короля в недоумении…       – Ничего! Он просто стоял и смотрел, как вдрызг пьяный король убивает себя об кабана! – взревел Джоффри на весь зал, и хотя голос его ломался, а лицо было перекошено так неказисто, что казалось, будто он съел целый лимон, патриции притихли. – Он даже не попытался его остановить, хотя по словам оруженосцев короля мой отец выпил вина вдвое больше обычного. Скажите, вы бы стали оставлять на работе телохранителя, который стоит на месте, пока вас режут в переулке бандиты?! И кстати, ваш любимый Бейлиш ни слова не сказал в защиту сира Барристана, даже больше – он так пошутил над ним, что весь двор и все прочие рыцари Королевской Гвардии смеялись над прославленным рыцарем! Я знаю, чего стóит сир Барристан, и сначала предлагал ему почётную отставку, но он её отверг, бросил мне в лицо моë предложение – а дальше весь двор накинулся на него, как стервятники. Конечно, это ведь не им я предлагал замок, а ему…       Где-то в толпе патрициев даже раздались робкие смешки. Но в целом толпа молчала.       Тайвин в этот момент подумал, что Джоффри, оказывается, головой не только есть умеет.       “Во всяком случае, ты их успокоил.”       “Я сказал то, что думаю.”       “Негативных последствий у решения уволить Селми, как ты заметил, внук, всë-таки было больше.”       “Я знаю. Вмятое внутрь черепа лицо… отца… будет сниться мне в кошмарах.”       “Тогда ты понимаешь, что править здесь – моя работа.”       “Да, дедушка. Простите.”       “...но, во всяком случае, ты не безнадёжен.”       – И да, лорд Клиган не Королевский Гвардеец, указа об этом не существует и существовать не могло, ведь он не помазанный рыцарь, – сказал уже Тайвин, спокойным как Утëс Кастерли голосом. – Я пока никого не взял на это место, как и на место моего скоропостижно скончавшегося дяди. Если у вас есть кандидатуры, я рад их выслушать.       Эти слова, кажется, окончательно выбили воздух из патрициев, и они замолчали.       – Но лорд Бейлиш… – попробовал было возмутиться кто-то…       – …украл деньги у казны и Железного Банка. И именно из-за него мы вынуждены экономить буквально на всëм. И Слинт вместе с предателем лордом Ренли Баратеоном украли столько, что мне приходится в срочном порядке перевооружать Золотых Плащей. Я ничего не делаю просто так, и все мои решения на посту временного Мастера над Монетой обоснованы тем, что я работаю над исправлением того, что натворил ставленник прежнего десницы. И по закону большая часть из вас должна сейчас сесть в тюрьму за участие в его схемах, но я великодушен и я даю вам шанс. Шанс поучаствовать в решении насущных проблем. Шанс показать, что вы готовы быть полезны трону и стране, что вам можно доверять важные задачи. Я даю вам возможность влиять на решения короля и Малого Совета, а вы её отвергаете и требуете вернуть всë как было. А вам точно нужно то, что я вам предлагаю?       Патриции замолчали. Они явно были в растерянности.       – Надвигается очень долгая зима, господа, – взял слово Пицель. – И нам нужно регулировать хлеботорговлю. Предложение короля о банке продовольствия остаётся в силе как единственное, способное решить текущую нашу проблему и при этом создать задел под будущее. Ведь зима, как говорят Старки, близко, и в этом своём предсказании они неизбежно правы.

***

      Один удар. Второй удар. Один удар. Второй удар. Верхний справа, верхний слева, средний справа, средний слева, нижний справа, средний слева. Слева верхний, справа средний, слева нижний…       Тяжело дышалось королю. Трудно давалась тренировка с мечом и соломенным чучелом. Тело короля, хилое и изнеженное, медленно нарастало мышцами, хотя и очень быстро усваивало технически правильные движения мечом – не зря Джоффри был хорошим танцором. Тайвину от этого было не легче, но злость на проклятых торгашей, всë-таки принявших учреждение Банка на условиях короля, хотелось на чëм-то выместить…       Тренировку, как обычно, проводил сир Престон Гринфилд, временно исполняющий обязанности мастера над оружием Красного Замка. Сир Арон Сантагар после смерти Вариса был в числе тех, за чей побег из Королевской Гавани сняли с должности лорда Слинта. И за отсутствием других подходящих кандидатов должность занял Гринфилд. Но поскольку у рыцаря Королевской Гвардии были и иные обязанности, оставлять его на этой должности надолго Тайвин не собирался. Он собирался передать её представителю одного из лояльных короне южных домов.       Проводили тренировку в одном из помещений Твердыни Мейегора, а точнее – в бальном зале королевы. Вдовствующей королеве он был, по понятным причинам, уже не нужен, а новой королеве…       Санса Старк в сопровождении Мирцеллы, сира Мендона Мура и парочки Алых Плащей смотрела на тренировку.       “Шепчутся и хихикают.”       “Запоминай движения и не обращай внимания, внук.”       И Тайвин продолжил удары. Один, второй, третий, один, второй, третий…       – Не так яростно, ваше величество, – тихо заметил сир Престон. – Тело не скажет вам спасибо, а вы сейчас нужны нам в здоровом теле.       Гринфилд был прав, конечно.       – Тебя следовало… прозвать… Осторожный…       – Я сочту это за похвалу, ваше величество.       – Не для… королевского… гвардейца…       – Я не претендую на достоинства сира Барристана Отважного, ваше величество. Особенно в свете последних событий.       – Достойные… бывают… и у врага…       – А у нас есть достойные?       – Вот ты… их и разыщешь… лорд-командующий…       Гринфилд вдруг умолк. Тайвин прекратил удары и посмотрел на сира Престона внимательно.       – Что, скажешь, что недостоин такой чести?       – Нет, ваше величество. Это не вопрос чести. Это вопрос способностей.       – А что, лорд-командующий должен быть правителем сродни королю? Нет, он должен быть прежде всего благоразумным и ответственным управляющим. Знать как расставлять посты, как следить за окружением. В конце концов, вы стража, а не лучшие рыцари Семи Королевств. Последний погибший король погиб отнюдь не потому, что на него напал особо опасный воин – он погиб потому, что охрана не сочла нужным вмешиваться в то, во что была обязана вмешаться.       Сир Престон тихо кивнул. Его молчание говорило за него.       – Отлично, лорд-командующий Гринфилд. С этого дня вы входите в Малый Совет. Будьте в нëм голосом разума, деятельным и ответственным – и моя награда не заставит себя ждать.       – Королевскому Гвардейцу не нужны награды, ваше величество.       – Все почему-то забывают, что Королевские Гвардейцы тоже люди. Один прошлый король забыл, например, думая, что честь и исполнение приказов выше личного. И один его королевский гвардеец ему напомнил об исключениях. Мечом. Я не забываю об этом.       Сир Престон сглотнул и кивнул с почтением.       И именно в этот момент к королю подошла леди Санса. Сегодня она была в ультрамариновом платье, украшенном мирийским кружевом по краям, как морская вода украшена пеной. Это платье шло леди. Очень, очень шло, тут Тайвин даже не лукавил и не убеждал самого себя в этом.       – Мой король, я… хотела бы попросить вас отложить нашу свадьбу в связи с последними событиями.       Тайвин очень внимательно посмотрел на свою невесту. Девочка явно нервничала: лицо еë было бледно, губы чуть-чуть дрожали, а глаза были как у того бедного оленёнка, которого когда-то принёс Томмен и которого замучил Джоффри.       Несмотря на то, что с Сансой была Мирцелла, девочка всë ещё боялась. Не Джоффри, а именно Тайвина. Неудивительно, она дочь помешанного на чести Неда Старка, уж он-то вбил в головы своих детей, какое лорд Тайвин Ланнистер чудовище.       “Каково быть самым страшным монстром в этом теле, дедушка?”       “Я обоснованно страшный. Не тебе меня судить.”       – Сир Мендон, уведите мою сестру в её покои. Со мной останется лорд-командующий Гринфилд.       Мур если и удивился новому статусу своего брата по оружию, то вида не подал, только кивнул и увёл Мирцеллу, которая лишь ободряюще посмотрела на Сансу.       И вот, в бальном зале остались только король, его невеста и лорд-командующий. Леди Санса нервно посмотрела на короля, но Тайвин предпочёл это проигнорировать.       – Назовите мне достаточно достойных причин, и я подумаю над вашим предложением, – сказал Тайвин так мягко, как мог. Санса тихо выдохнула, но всё равно не перестала бояться.       – Причин много, ваше величество. Смерть Верховного Септона, разрушения в столице, невозможность оплатить торжество, достойное королевской свадьбы…       Тут девочка, конечно, лукавила, но Тайвин признавал, что свадьбу в духе той, какая была у Джоффри в его прошлой жизни, корона не потянет. Не потому, что Тайвин такой жадный, просто тогда торжество оплатили Тиреллы. А теперь они не были ни друзьями, ни домом невесты…       Возможно, стоило отбросить приличия и разорвать помолвку с Сансой Старк, чтобы снова получить Простор, но Тайвин прекрасно помнил из той, прошлой жизни, кто убил Джоффри.       Тиреллы не Старки. Это Старки имеют огромную власть на Севере, скреплëнную сотнями лет браков, клятв и обещаний. Но главным было, и этот урок Тайвин усвоил и применил отлично, уважение к Старкам, беспрекословный авторитет их слова в этих суровых краях. Север если и вступал в войну на Юге, то как единая сила. Даже Болтоны предали Старков только тогда, когда поражение Старков стало слишком уж очевидным.       А могущество Тиреллов было следствием напряжённого труда Королевы Шипов по превращению Простора из кучи грызущихся домов в единое королевство. Из всех домов Простора только Хайтауэры с вассалами держались в стороне, но и они открыто не противостояли Тиреллам, что уже было значительным достижением для бывших стюардов Гарденеров и ставленников драконьих владык. А именно ставленниками и являлись Тиреллы. Наместниками. Не более того.       Тайвин если что и понял про Тиреллов, так это то, что они умеют терпеть, но теперь, почувствовав вкус власти, будут цепляться за неë до последнего. А значит единственное, что держит их в противниках Железного Трона – Ренли и его притязания. Не будет Ренли – не будет вариантов для Тиреллов. Реалистичных, во всяком случае       – Дейенерис Таргариен и её драконы оставались далëкой, хотя и не такой уж нереальной перспективой. Но до того Тайвин планировал опутать Семь Королевств такой сетью союзов, что даже лучший моряк этот узел не развяжет.       – Насчёт денег вы правы, разумеется. Казна не потянет условные семьдесят семь блюд – точнее сказать, этим блюдам попросту неоткуда взяться в основательно затопленном городе. А ещё корона не потянет тысячу гостей, раздачу милостыни, бардов, шутов и прочие развлечения для пришедших на свадьбу гостей. Без этого, конечно, свадьба не будет считаться королевской, несмотря на статус молодожёнов.       Денег вообще мало на что было. На самое необходимое если только. Тайвин не питал иллюзий – корона сейчас была не то чтобы как без рук, но нескольких пальцев лишилась однозначно. Шторм сорвал все планы по сбору отряда для набега на север Простора, а также мероприятия по реформированию аппарата Мастера над Монетой по причине подтопления или уничтожения множества зданий, от таможни до монетных дворов. Только документы оттуда были спасены, потому что, как и документы по делу Слинта, хранились в Красном Замке, прямо рядом с покоями короля.       Зато план с отловом и клеймением преступников стал работать сам собой – те жители, что потеряли дома, по собственной воле ловили мародëров, лишь бы получить миску горячей похлëбки. И это работало с очень многими неочевидными вещами. Тайвин склонен был полагать, что люди в таких ситуациях проявляют пассивность, однако жители Королевской Гавани проявляли энтузиазм там, где, казалось бы, не должны были, начиная от достаточно организованного вывоза продовольствия усилиями гильдий и заканчивая той же ловлей мародёров.       В отношении свадьбы он рассчитывал на то же самое. На то, что люди могут быть достаточно понимающими ситуацию, и их надо к этому пониманию лишь подтолкнуть.       – Скажите, леди Санса, чего жаждет народ в таком бедственном положении?       – Хлеба и жилья, ваше величество.       – Хлеб я им дал, жилья нет. Какое средство может сработать?       – Зрелище.       – Именно. А что требуется нам?       – …полагаю, выбрать правильный момент, когда все три обстоятельства сойдутся в одно.       Тайвин подумал про себя, что девочка не безнадёжна. И что у него в последнее время слишком часто происходит переоценка ценностей – того, кто на самом деле безнадёжен, а кто заслуживает шанса.       Поэтому он подошёл к скамье, где лежала его одежда, достал два письма из скрытого внутреннего карманчика своего дублета и протянул их Сансе. Она, нервно выдохнув, принялась читать…       – В первый день шторма гонцы доставили письма, одно из Близнецов, где находится сейчас армия Робба Старка, а другое – из Дарри, где находится лорд Ланнистер, – принялся объяснять Тайвин. – Ваш брат разделил свою армию на три части. Одну часть, под командованием лорда Болтона, он отправил к Сигарду на соединение с отрядами Фреев, чтобы блокировать возможное наступление железнорожденных. Ещё одну часть он оставил под командованием лорда Рида во Рву Кейлин, в качестве резерва. А третью часть, самую мощную, включающую всю кавалерию и отряд нового Мастера над Монетой, лорда Вимана Мандерли, он возглавил сам и отправился на баржах на юг по Зелëному Зубцу, на соединение с лордом Ланнистером. Думаю, сейчас они уже должны быть у Дарри.       Лицо Сансы просветлело. И Тайвин мог её понять, ведь девочка скоро увидит брата. Ей это было необходимо – с отцом она не общалась, вероятно, от стыда, о сестре пока не знала, а та девочка, что была её лучшей подругой, так и не была найдена в борделях Мизинца, и о судьбе её оставалось только гадать. Сансе Старк было одиноко, несмотря на постоянную компанию Мирцеллы.       – Лорд Ланнистер тоже разделил свои силы. Меньшая часть во главе с сиром Аддамом Марбрандом отправилась захватывать города на северном берегу Крабьего залива, Солеварни и Фитили, чтобы армия Долины не смогла высадиться в них без боя. А большая часть соединяется с Роббом Старком и отправляется к столице. Объединенная армия должна быть в столице через полторы недели.       Санса оторвалась от писем и задумалась над этими словами короля.       – Получается, они могут нам помочь вместе?       – Да, вы правы. Сегодня я отправил гонца обратно. Я описал ситуацию в Королевской Гавани и сообщил о необходимости подвоза продовольствия из Речных Земель в качестве контрибуции за нарушение королевского мира. Ну или свадебного подарка, кому как угодно. Думаю, это задержит объединенную армию на какое-то время – вероятно, они отправятся в Девичий Пруд и реквизируют запасы у лорда Мутона, это отберёт у них ещё примерно неделю. Вот к моменту их прибытия и состоится свадьба. Ланнистеры и Старки вместе спасают столицу от голода… Народ может сколько угодно восторгаться торжествами, но такая свадьба запомнится людям навсегда.       Леди Санса посмотрела на короля задумчиво. Вероятно, ей такие политические манёвры были чужды, как были они чужды её отцу. Но она, во всяком случае, не показывала откровенного отторжения…       Однако и прежней любви, которая, если верить памяти Джоффри, была в её глазах когда-то, там не было. Было что-то иное.       “Напомните, дедушка, почему мы вообще связались с этими проклятыми Старками? Они нас ненавидят, разве вы не видите, как на вас смотрит лорд Старк и его дочери?” – напомнил о себе Джоффри, и Тайвин понял, что он видел в глазах Сансы Старк. Действительно, если относительно Джоффри она испытывала иллюзии, то вот лорд Тайвин, а она знала, что говорит сейчас именно с ним, не вызывал у неё никакого пиетета. Но она была слишком хорошо воспитана, чтобы это показывать, само собой.       “Когда враг склоняет перед тобой колено, протяни ему руку. Когда враг показывает тебе меч – ударь его первым. Только так можно склонить людей на свою сторону. Друзьям и врагам воздавай по делам их, и даже ненавистникам будет лучше с тобой дружить.”       “Ненависть лорда Старка…”       “...не помешала ему принять мои условия. Если бы эти условия не были хороши – разве бы смирился Север с тем, что лорд Старк по сути у нас в заложниках?”       “Они просто ждут момента, чтобы предать нас!”       “Мы не дадим им этого момента.”       – Всë, что от нас требуется – это ближайшие две с половиной недели поддерживать в городе порядок и привести его в приличный вид. В том числе – вашими усилиями, леди. Общайтесь с простым народом, участвуйте в раздаче продовольствия, узнавайте о его нуждах… Но дольше месяца наша свадьба ждать не может – союз наших домов необходимо закрепить браком.       – Но… я ещё не расцвела, мой король, – смущённо ответила леди Санса, опустив свою прелестную голову. Видимо, чтобы Тайвин не увидел её глаза.       – Знаю. Но я держу свои обещания. Я ведь пообещал вашему отцу, что не консумирую брак, пока вы не будете к этому готовы. Физически и духовно. А потому брак будет во многом формальным. Просто поверьте, у остальных претендентов на Железный Трон ситуация ничуть не лучше – Станнис свою жену терпит только из своего чувства долга, а Ренли предпочитает видеть в своей постели сира Лораса.       Эта новость произвела на Сансу воздействие, подобное тому, которое бывает у впервые увидевшего снег дорнийца.       – П-правда? Сир Лорас…       – Да, к разочарованию многих дам, Рыцарь Цветов предпочитает исключительно мужское общество, как и лорд Ренли. Девичьи мечты не всегда выдерживают проверку действительностью, вам ли не знать.       Тайвин ненадолго замолчал, задумавшись. Он не был мастером в подбадривании леди. Не умел, не учился…       И тут его осенила мысль – леди Санса была похожа на его мать. Леди Джейн Марбранд была женщиной великой красоты, блестящих манер и большого благородства. Если уж она нашла в себе силы простить своему непутëвому мужу лорду Титосу измену ей с Эллин Рейн, то как ещё её можно было оценивать? И ведь именно её существование не давало мягкотелому отцу Тайвина окончательно превратиться в слизняка.       В Сансе было что-то похожее. Но ещё скрашенное налëтом наивности, детскости, навеянной воспитанием у септы и отдалённостью от реальных интриг Юга. События падения её отца сняли с её наивности некоторый слой, но, конечно, не всю её, ведь лорд Старк остался жив…       Она была бы отличной женой Томмену. Но что есть, то есть.       – Однако я могу, во всяком случае, попытаться стать для вас сносным вариантом. Я не девичья мечта… но скажите, разве не работа ли это истинной королевы – превращать мужчину на троне в истинного короля?       Санса подняла на короля взгляд, и, кажется, там уже не было ненависти. Скорее… любопытство пополам с уверенностью.       – Не смею требовать большего, ваше величество. Смею лишь надеяться, что ваше слово стоит того, что о вас говорят…       И тут вбежал Лансель.       А это никогда не было к добру.       – Ваше величество, там… прибыли два брата Ночного Дозора. На шлюпке. Без корабля. Просят вашей аудиенции, у них письмо от лорда-командующего.       Тайвин в этот момент подумал, что если шторм потопил ещё и корабль Ночного Дозора с доказательствами возвращения Иных, то все достижения этого дня можно смело выбрасывать в нужник.