Глава 6

В спальне, где пляшущие тени от камина создавали причудливый узор, лорд Герхард Фра сидел в кресле. Пламя с жадностью пожирало поленья, бросая багровые отблески на его безупречное лицо. Тяжелый стакан с виски оставался нетронутым на подлокотнике. Алкоголь не мог принести облегчения древнему вампиру, чьи мысли полностью занимали мрачные предчувствия. — Почему вы не спите? — голос Алисы Кудзё нарушил густую пелену тишины. Она приподнялась на постели. Шелковое одеяло соскользнуло, обнажая бледные плечи, а длинные серебристые волосы рассыпались по подушке. В голубых глазах читалось беспокойство, которое девушка тщетно пыталась скрыть за привычной маской строгой сдержанности. — Подойдите ко мне. Здесь так холодно… — тихо попросила Алиса, упрямо поджав губы, словно ругая себя за эту минутную слабость. Герхард поднялся и медленно приблизился к кровати. Лунный свет, проникавший сквозь неплотно запахнутые шторы, выхватил из полумрака силуэт аристократа, превращая его в подобие античной статуи. Он опустился на край постели и внимательно посмотрел на нее. — Я боюсь, Алиса, — тихо проговорил он, и в его глубоком голосе впервые проскользнула глухая, затаенная тревога. — Боюсь, что однажды всё наше вампирское общество сойдет с ума и исчезнет с лица земли. Что исчезнет мой сын, Анжелико. Лорд бережно притянул её к себе, и в этом движении было столько же скрытой страсти, сколько и подспудного страха. Тлеющая в его душе тоска на мгновение отступила перед её человеческим теплом. — Не бойтесь, всё будет хорошо, — прошептала она. Преодолевая собственную гордость, Алиса обняла его в ответ, стремясь мягкими прикосновениями прогнать эту мрачную тьму. Ее слова звучали как спасительное обещание, как хрупкая надежда, которую он отчаянно жаждал услышать. Герхард ответил на это объятие, вкладывая в поцелуй всю свою скрытую страсть и потаенную тревогу. Он чувствовал, как человеческое тепло согревает его, а мерное дыхание успокаивает мятежную душу. В этот момент лорд забыл обо всем, кроме нее. Только эта нежность имела значение. И он надеялся, что её хватит, чтобы удержать его от бездны отчаяния. — Герхард… это правда? Вы… вампир? Лорд Герхард Фра замер, словно от физического удара. Он не ожидал этого вопроса — только не сейчас, когда так отчаянно нуждался в утешении. Вампир прикрыл глаза, пытаясь собраться с мыслями. Молчание затянулось, становясь тягостным и невыносимым. — Да, Алиса, это правда, — наконец произнес он. Голос лорда звучал глухо и отстраненно. — Я вампир. И мой сын тоже. Алиса резко отпрянула. В ее взгляде, еще мгновение назад полном заботы, теперь смешались ужас и горькое удивление. Она попыталась отстраниться еще дальше, но Герхард не позволил, крепко перехватив ее тонкое запястье своей холодной ладонью. — Ты никуда не уйдешь… ты принадлежишь мне, Алиса. Твоя душа сплетена с моей, — в голосе древнего аристократа вновь прорезались стальные, пугающие нотки абсолютной властности. — Но я ведь обычный человек! — воскликнула Алиса, гордо вздернув подбородок, хотя крупные, обжигающие слезы уже катились по ее щекам. — Как я смогу подарить вам чистокровного вампира, второго наследника вашего рода?! Герхард молчал. Его взгляд, обычно холодный и непроницаемый, сейчас был полон глубокого сожаления. Слова Алисы жалили больнее клыков. Лорд не мог отрицать очевидное: она — смертная, а он — бессмертное существо ночи. Их чувства, казавшиеся всепоглощающими, вдруг предстали хрупким миражом, обреченным развеяться под первыми лучами безжалостной правды. — Я буду любить нашего ребенка так же, как и Анжелико, — негромко, но твердо ответил Герхард. — Поэтому не нужно проливать эти драгоценные слезы. Тебе нечего бояться. Алиса посмотрела на него так, словно видела впервые. Она тщетно пыталась разглядеть за безупречной маской аристократа древнего, могущественного вампира, а затем резко отвернулась, укрываясь с головой под шелковым одеялом, будто прячась от ночного кошмара. — Я никогда не причиню тебе вреда, Алиса, — прошептал он. В его голосе, лишенном прежней властности, теперь сквозило глухое отчаяние. — Я люблю тебя больше жизни, больше самой вечности. Пожалуйста, поверь мне. Дай мне шанс доказать это. — Вы любите свою покойную жену, а не меня! — донесся из-под ткани ее глухой, прерывистый от обиды голос. — Ведь для вас я всего лишь… любовница! Герхард вздрогнул, словно его поразил разряд молнии. Упоминание умершей супруги ледяным призраком ворвалось в комнату, болезненно полоснув по сердцу. Он никогда не говорил с Алисой о прошлом, боясь потревожить тени давно минувших дней, заживо погребенных в склепе памяти.

***

Зимний лес встретил Алису колкой тишиной. Деревья, укутанные в снежные саваны, казались безмолвными свидетелями ее терзаний. Каждый хруст наста под ногами отзывался эхом в голове, напоминая об откровениях лорда Фра. Не зная, как жить дальше, она решилась на побег, оставив в его кабинете прощальное письмо. «Мне нужно бежать как можно дальше!» — с отчаянием подумала Алиса Кудзё, плотнее запахиваясь в теплую зимнюю шубу. Она остановилась у замерзшего ручья, всматриваясь в свое тусклое отражение в ледяной глади. Кто она теперь? Всего лишь любовница вампира. Жизнь, казавшаяся простой и понятной еще несколько месяцев назад, в одно мгновение превратилась в запутанный клубок тайн и опасностей. А перспектива родить полукровку — ребенка, навеки скованного миром тьмы, — пугала ее до глубины души. Внезапно хрупкую тишину нарушил резкий хруст веток. «Волки?» — пронеслось в мыслях. Алиса застыла от ужаса, не в силах шевельнуться. Бежать бессмысленно — хищники все равно догонят. Сердце бешено колотилось в груди, готовое вырваться наружу. Но вместо зверя из-за заснеженных кустов выбежал трехлетний Анжелико. — Что ты здесь делаешь? — удивленно спросила Алиса, мгновенно взяв себя в руки. — Твой отец будет в ярости! — Пожалуйста, не уходи! — воскликнул мальчик. Слезы ручьем потекли по его щекам, а маленькие ручки крепко обхватили ее ноги, словно он боялся, что она исчезнет прямо сейчас. Алиса присела на корточки, бережно стирала слезы с его румяного личика. В больших багровых глазах ребенка отражалась искренняя мольба. Ее сердце дрогнуло, готовое растаять от жалости. Неужели этот маленький ангел — порождение вампирской тьмы? — Анжелико, милый, я не должна здесь оставаться, — мягко проговорила она, пытаясь высвободиться из его цепких объятий. — Нет! — закричал он, еще сильнее вцепившись в мех шубы. — Лорд Герхард… он очень любит тебя, — прошептала Алиса, с трудом сдерживая собственные слезы. — У вас есть отец. Вы должны быть с ним. — Но мне нужна мама! — настаивал Анжелико, упрямо качая головой. — Пожалуйста, останься… Алиса порывисто прижала мальчика к себе. В этот момент она поняла, что не сможет уйти — не сможет предать его чистую детскую надежду. Ей по-прежнему было страшно перед будущим, но привычная гордость и внешняя холодность наконец уступили место искренней, глубокой привязанности. Теперь она точно знала, что останется здесь и станет для Анжелико настоящей мамой. — Хорошо, — прошептала она, целуя его в макушку. — Я останусь. В душе девушки затеплился новый смысл жизни. Возможно, любовь действительно способна преодолеть любую пропасть — даже ту, что разделяет людей и вампиров. Взяв Анжелико за руку, Алиса повернула обратно, в сторону поместья лорда Фра.