Глава 8. Кому достанется мясо?

      Тишина в тренировочном полигоне поместья была почти осязаемой – нарушали её лишь выверенные до миллиметра движения и лёгкий шелест ткани одежды при каждом резком движении рук. Воздух пах смолой свеч и чуть тёплым деревянным лаком; в углу поскрипывало колёсико старого веера. Ладони, покрытые тончайшей плёнкой чакры, рассекали влажный, немного прохладный вечерний воздух с хрустальной точностью: каждый удар, каждый шаг по треугольной схеме отрабатывался сотый, если не тысячный раз.       - Шестнадцать… Тридцать два… Шестьдесят четыре… – прошептала девушка с тёмно-синими волосами, и её голос, едва слышный, звучал как указание, которому должно следовать тело. Двигалась она тихо, почти беззвучно: удар, разворот – и снова в точку. Ладони покалывали от долгой концентрации чакры; ощущение ново и знакомо одновременно – словно мышцы уже знали алгоритм, а сознание продолжает учиться доверять им.       Она остановилась, подперев ладонью колено, и посмотрела на руки. Тонкие, изящные, с сухими подушечками пальцев – и в то же время способные за считанные секунды остановить движение чакры по каналам в теле противника. Три года. Три года – мысль вертелась в голове подобно зацепившейся занозе. Три года усиленных тренировок и тщательного контроля за каждым дыханием. Сперва отец хмурил брови, потом всё сместилось на кивки одобрения; Неджи иногда молчал, но глаза неизбежно выдавали нечто тёплое во время наблюдения за её прогрессом.       Поиски силы просто ради силы? Нет. Просто не быть беспомощным наблюдателем, найти точку опоры. Опору, которой можно сжаться кулаком, даже когда мир может рушиться.       Резкое появление чьего-то присутствия за спиной девушки – так мог входит только кто-то один. Шорох формы загасил последние ноты тишины.       - Леди Хината, – произнёс Неджи. Голос ровный, спокойный, растянулся по всему полигону, как натянутая струна. Соял он в стороне: лёгкая пыль на одежде, следы дороги у ворот, но ничего не выдавало усталости, разве что плечи были чуть напряжены. Взгляд был привычно холодным, но что-то в подбородке, в сжатых губах выдавало одну мысль: миссия была иной, чем обычно.       Хината сменила позу – формальный поклон по этикету, глаза при этом уже не отпускали его лица.       - Неджи… брат, – начала она, голос едва дрожал, – вы вернулись. Миссия… прошла успешно?       Неджи молчал. Пауза затянулась настолько, что девушка почувствовала, как в груди поднимается тихое беспокойство. Смотрел он на неё не так, как обычно, а как будто читал карту, отмечая линии, которые ей ещё предстоит пройти.       - Казекаге был спаён, – произнёс он наконец. – Деревня Песка в безопасности.       Вздох от облегчения вырвался сам по себе; дыхание, которое она, кажется, держала весь вечер, вернулось. Но в голосе кузена прозвучала добавочная доля – чего? Тревоги? Усталости? Уловила она это интуитивно.       - Ты… в порядке? – спросила она, делая шаг вперёд. – Команда Гая…       - Все живы – перебил он, и в его следующей фразе была такая экономия слов и эмоций, что полигон будто бы стал плотнее воздухом. – И… кое-кто ещё.       Хината замерла. Вопрос с губ не сорвался – он застрял, потому что не знал, хочет ли вообще слышать ответ. «Ещё» – это кто? В её голове промелькнули тени: нукенины, пленники, возможно раненные союзники. Но Неджи смотрел на неё иначе, словно мерил не просто факты, а что-то личное, важное именно для неё.       - Он вернулся, – сказал он так, как будто произносил имя тысячи надежд и страхов одновременно. Он не сказал имени, не дал деталей. Два слова, и в них – целая пропасть. Неджи развернулся и ушёл, оставив Хинату одну с её мыслями.       ‘Вы должны увидеть… нет, ещё и решить сами, леди Хината. Вы, как никто другой, можете дать конечный вывод.’ – мысленно обратился к своей кузине Неджи, оставив ей право на то, как поступать с этой информацией, пока она не была раскрыта официально по всей Деревне Листа.       Она не помнила, как добралась до своей комнаты. Движения шли на автомате: сняла тренировочную форму, надела привычную домашнюю одежду, села на татами у низкого столика, зажгла свечу. Маленький язычок пламени бросал тёплые, дрожащие тени по стенам; пальцы автоматически коснулись гладкой деревянной поверхности – только тогда она осознала, что сидит неподвижно уже целую вечность.       “Он вернулся.”       Два слова. В них – бесконечность возможностей и столько же опасностей.       Её разум, привыкший анализировать каждую дыру в обороне, включился на полную: кто? куда? зачем? – и цеплялся за варианты. Мог ли Неджи иметь в виду кого-то из ближнего круга? Пленных? Предателей? Но почему «он» – единственное, и непонятная интонация в голосе Неджи.       В памяти всплыла картинка, которую она старательно отталкивала от себя все эти годы – тот дождливый день у ворот, звук шагов по гравию, множественные голоса толпы, лицо, которое она больше никогда не ожидала увидеть живым. Она почувствовала, как в грудной клетке той ненавистной пустоты вдруг что-то дрогнуло – мелкая трещина в ледяной корке.       

Моменты из прошлого.

      Дождь. Холодный, хлестал по лицам; толпа у ворот сгущалась, голосов – сотни, сумятица и суета. Она не помнила, как оказалась в первых рядах; ноги сами понесли её, и всё было как в тумане. Кто-то кричал: «Команда вернулась!» Миссии заканчивались каждый день, но то, что она увидела, остановило мир.       Какаши-сенсей шёл медленно. Слишком медленно для джонина – но его шаги были осторожны, как будто он нес на спине весь мир. Его плащ был промокший, маска блестела от дождя, плечи согнуты. И на его руках было что-то завернутое — высовывалось нечто оранжевое, которое она знала по каждой складке, по каждой пряди волос. Толпа расступилась, дыхание всех задержалось.       Она побежала, не думая, не слыша, кто держит её за плечи, кто пытается удержать от падения. Грязь и вода плескались под ногами; когда она упала на колени рядом, мир сузился до цвета его одежды и до того тихого, странно спокойного выражения на лице, которого она никогда не видела при жизни.       Руки потянулись к его лицу и замерли в сантиметре – потому что Бьякуган сработал сам по собе, как привычный механизм. Её глаза активировались против её воли, и она увидела то, что обычным глазам не разглядеть.       Там, где должно было быть живое тепло сердца, зияла пустота — чёрная, оплавленная петля, как будто в грудь вошла не просто техника, а сама молния. Края раны не были рваными; они будто бы сплавлены, причудливым образом аккуратны и чужды. Никакого брызга, никакой шумной крови – тишина абсолютной пустоты. Его лицо было спокойно, губы складывались в странную, почти невидимую улыбку, словно в этот момент он увидел что-то, что другим было скрыто.       Неподалёку, на коленях, сидела Сакура, опустошённая, глаза красные, устремлялись просто в землю, словно там всё ещё лежало то самое тело несколько минут назад. В тот миг слёзы у самой Хинаты не пришли; они пришли позже, ночью, когда она одна сидела в своей комнате и позволила своему горю рваться наружу, не боясь посторонних глаз. Тогда же он просто на просто хотела схватить это тело в свои руки, прижаться к нему, почувствовать то тепло, которое сейчас почему-то не излучает лучи энергии одним своим существованием. И всё же шиноби в масках, видимо АНБУ, отвели её от него. Сопротивлений не было, не в том состоянии.       Когда седовласый джонин поднял его и понёс к госпиталю, толпа разошлась. Она стояла, промокшая, со рвущейся внутри пустотой. Наутро она встала и пошла тренироваться – потому что движение было единственным лекарством. Если она могла стать сильнее, быть опорой, защищать, быть полезной – возможно, тогда мир возьмёт меньше. И в этот раз мир забрал… нет, своими силами взял и заставил Солнце потухнуть. Солнце, греющее и обжигающее, угасло в тот миг. Хината поняла в тот миг – в этом мире для неё наступила вечная тьма.       

Возвращение к текущему времени.

      - Мёртвые не возвращаются, – прошептала она себе – словно истину, словно заклинание. Но слова Неджи снова отозвались в голове: «Он вернулся».       Она чувствует, как надежда подкрадывается к берегу её сознания: осторожная, как первым солнцем появившийся росток из-под земли после засухи. Надежда лукава; могла подарить крылья и тут же отбросить их в бездну. Хината знала это не хуже других – надежда делала уязвимой. И всё же – впервые за три года – в её груди появилось не просто привычной боли, а будто тёплый импульс. Не тепло в целом, скорее движение.       Она подошла к окну; за стёклами вечернее небо было чёрно-синее, без звёзд. Где-то далеко ветви сакуры мягко покачивались, и в этом покачивании был весь мир, который ей оставался. Неджи не сказал имя, потому что не хотел преждевременных ожиданий – или потому, что не мог поверить сам. Хината же знала: если есть шанс, она должна увидеть. Завтра. Посмотреть. Издалека, незаметно, как раньше. Бьякуган не обмануть грубой подделкой – её глаза увидят правду. Если это самозванец, пусть будет разоблачён; если нет – она не знает, что сделает, но не сможет стоять в стороне.       Она сложила руки в привычный замок – жест, уходящий корнями в воспитание отца, и почувствовала, как пальцы дрожат. Она собирала волю в кулак – медленно, тихо, как затягивает бинт. Решение родилось без громких слов: завтра Хината пойдёт и увидит, что за «он» вернулся в её мир. Ну… или когда решится.       - Наруто…       

***

      Здесь пахло так, как должно пахнуть в раю для любого уважающего себя мясоеда Деревни Листа – дымком от углей, шипящим жиром и маринадами, секрет которых передавался из поколения в поколение за всю работу ресторана «Якинику Q». Это было заметно особенно сейчас, в полдень. Ирония, из поколения в поколение построение комбинации Ино-Шика-Чо тоже постоянно не разлучилось друг от друга и это заведение – излюбленное место их времяпровождения вместе с их общем учителем. Полный состав команды Асумы расположился за отдельным столиком в углу, оккупировав целый гриль.       Сарутоби Асума, как обычно, лениво попыхивал сигаретой, наблюдая, как его ученики уничтожают провизию. Ну… точнее как уничтожал большую часть провизии будущий наследник клана Акимичи со своим неизмеримым аппетитом. Наворачивал он уже пятую порцию с такой скоростью, будто мясо в любой момент могло объявить ему войну и сбежать с тарелки. Парень из клана Нара, Шикамару, уже Джонин, сидел развалившись, с отсутствующим взглядом, устремлённым в потолок – классическая поза глубокой задумчивости… или глубокой лени, смотря по обстоятельствам. Молодая девушка в фиолетовом, Яманака Ино, как истинная леди, старалась есть аккуратно.       - Ну и жара, – протянул Асума, стряхивая пепел. – Шикамару, ты просто мебель изображаешь или хоть думаешь о чём-то полезном?       - Думаю, – лениво отозвался тот. – О том, что, если Чоджи съест ещё одну порцию, ресторан разорится, а нас попросят сюда больше не возвращаться.       - Не разорится, – с набитым ртом возразил Чоджи. – Я локомотив местной экономики.       - Ты – локомотив, который скоро рельсы прогнёт, – хмыкнула Ино, подцепляя кусочек мяса палочками.       Атмосфера была привычной, почти домашней. Идиллия, которую разрушил звук резко распахнувшейся двери. В проёме стоял Неджи. Обычно невозмутимый, сейчас он выглядел… странно. Словно только что вернулся с миссии, где случилось нечто, выбивающее даже его из колеи.       - О, Неджи! – оживился вдруг Асума. – Присоединишься? Мясо свежее, хорошее, Чоджи ещё не всё успел слопать.       Чоджи возмущённо фыркнул, но жевать не перестал.       Неджи подошёл к столику. Помолчал пару секунд, собираясь с мыслями. Для человека, который никогда не тратил время на пустые предисловия или светские беседы, эта пауза была красноречивее любых слов.       - Вчера только вернулись с миссии в Песке. Всё прошло успешно, – начал он ровным голосом. – Казекаге спасён.       - Отлично! – удовлетворённо кивнул Асума. – А с чего такая торжественность? Вы там всё-таки нарвались на проблемы?       - Мы нарвались на многое, – Неджи говорил медленно, словно взвешивая каждое слово. – Включая кое-что… неожиданное.       Шикамару лениво повернул голову, заметив, что интонация кузена Хинаты не вяжется с обычным докладом о миссии.       - И что за “неожиданное”? – спросил он.       Неджи посмотрел на него. Потом на остальных. Выдохнул и выдал:       - Наруто… Узумаки Наруто вернулся.       Тишина.       Абсолютная, оглушительная тишина, в которой было слышно лишь как шипит мысо на забытом гриле и как где-то за окном пролетает птица.       Чоджи замер с палочками на полпути ко рту. Кусок мяса, так и не достигнув цели, шлёпнулся обратно в тарелку. Чоджи на это даже внимания не обратил. Смотрел он на Неджи с выражением, словно только что сообщили, что завтра отменяют чакру.       Асума поперхнулся дымом. Сигарета выпала изо рта и приземлилась прямо в соус, но он этого даже не заметил.       Шикамару медленно, очень медленно сел прямо. Его глаза, обычно сонные и равнодушные, сейчас были широко открыты.       Ино же, первой обрела дар речи. И, как всегда, её голос сперва старался быть таким же сдержанным.       - Неджи, сказал бы сразу, что тебя нужно научить шутить… – пробормотала она. – Потому что начал ты с плохим началом, даже если после миссии. Совсем не смешно. Отвратительное начало для твоего чувства юмора.       - Я не шучу, – спокойно ответил Неджи.       - Да как не шутишь?! – воскликнула она. Ино уже трясло. – Он мёртв! Три года уже! Мы все… я… – Она запнулась, сглотнув комок в горле. – Я видела Сакуру тогда. Видела её слёзы! Да я сама плакала! А он просто взял и… Нельзя так! Нельзя воскресать, когда тебя уже похоронили! Это… это нарушение всех правил!       - Ино, успокойся, – Шикамару наконец подал голос. Звучал он хрипло, словно он только что пробежал кросс. – Неджи… ты уверен? Бьякуган…       - Я видел его своими глазами, – твёрдо ответил Хьюга. – Бьякуган не обмануть иллюзией такого уровня. Это был он. Узумаки Наруто.       - Узумаки Наруто? – переспросил Шикамару.       - Да.       - Тело которого принёс Какаши-сенсей?       - Да.       - С дырой в груди, без сердца. И того Наруто, на чьи похороны мы ходили?       - Да. И тем не менее. Живой. Одет странно. С дурацкой шляпой и тростью, но живой.       - Шляпа? Трость? – переспросил Асума, наконец придя в себя и выуживая сигарету из соуса. – Он что, в отшельники подался?       - Он изменился, – чуть заметно усмехнулся за такое долго время Неджи, чего он себе не мог позволить так часто. – Но это точно он. Даже успел подраться с подрывником из Акацуки. Победил, но тот успел сбежать.       Чоджи, всё ещё проронивший ни слова, медленно отложил палочки. Для остальных в команде это был жест, равносильный объявлению конца света. Чоджи НИКОГДА не откладывал палочки, если перед ним стояла еда.       - Он… жив, – пробормотал Чоджи. Голос его звучал сухо. – Три года мы думали… А он просто взял и вернулся.       - Ну, не “просто”, – поправил его Неджи. – У него, судя по всему, была причина.       - Какая к чёрту причину может быть, чтобы три года не подавать вестей? – взорвалась Ино. – Мы… Я… Да я же на его похоронах стояла! Видела этот гроб! Слышала, как госпожа Цунаде речь говорила! А он, значит, путешествовал? Шляпу себе выбирал?       - Ино, – Шикамару потёр переносицу. – Ты орёшь, а толку – ноль. Неджи сказал – он жив. Значит, жив. Вопрос в том, почему и как.       - Правильные вопросы, – одобрил Асума, зажигая новую сигарету. – Неджи, что он говорит? Как объясняет своё возвращение в такой… экстраординарной ситуации?       - Коротко, – Неджи пожал плечами. – Сказал что-то про “возрождение”. И что это долгая история. Судя по всему, не врёт. Но детали вряд ли в ближайшем времени даст.       - Возрождение, – произнёс Асума и хмыкнул. – Ладно, с этим потом разберёмся. Главное – он в деревне сейчас?       - Да. На миссии он уже успел встретится с Какаши, с Сакурой, с остальной моей командой. Госпожа Цунаде в курсе.       Ино вдруг замерла. Её гнев медленно преобразился во что-то другое. В надежду? В недоверие? Она снова села на стул, но теперь в ней ясно читалась растерянность.       - Сакура… она его видела? – тихо спросила она. – И что? Как она?       - Плакала, обнимала. – коротко ответил Неджи. – Потом ударила, по её же словам. Всё как обычно.       Несмотря на трагичность момента, Ино не смогла сдержать слабой улыбки.       - Дура… – прошептала она. – Поверила сразу. А если это не он? Если самозванец? Акацуки? Орочимару?       - Бьякуган, – напомнил Неджи. – Я его проверил. Девятихвостый на месте. Это он. К тому же… Орочимару вряд ли нужно идти на такие изощрённые методы.       - Подделать структуру чакры – практически невозможно, – добавил Шикамару. – Наверно, Орочимару смог бы. Да только смысл? Тем более облачаться в обличие человека, из-за которого шума будет нескончаемый поток. От подозрений никак не отобьётся же.       Чоджи медленно протянул руку и снова взял палочки. Для всей команды это было знаком: мир вновь обрёл равновесие. Апокалипсис откладывается.       - Значит, правда… – пробормотал он и, впервые за разговор, улыбнулся. – Наруто жив. Нужно будет угостить его мясом. Много мяса. Бесплатно.       - За свой счёт собрался его кормить? – удивился Шикамару.       - За счёт Асумы-сенсея, – поправил Чоджи, и Асума поперхнулся снова.       - Эй! Я вообще-то ещё не соглашался!       Но его уже никто не слушал. Ино смотрела в окно, и в её глазах блестели слёзы, которые она отчаянно пыталась сдержать.       - Жив, – прошептала она. – Ну надо же… А мы тут мясо жуём, пока он где-то ходит…       - Пойдём к нему? – предложил Чоджи, откладывая палочки уже осознанно.       - Нет – покачал головой Шикамару. – Неджи сказал – он только вернулся. Дай ему время. Он сам найдёт нас, если захочет. А если не найдёт… – он усмехнулся. – Значит, это не Наруто. Потому что настоящий Наруто не способен пройти мимо бесплатного мяса.       - Тем более рамена, – дополнил Чоджи.       - Тем более рамена.       Асума хмыкнул, поднимаясь.       - Ладно, народ. Миссия выполнена, все живы, даже мёртвые воксресают. День определённо удался. Шикамару, проследи, чтобы Чоджи не съел заведение. Ино… вытри слёзы, а то клиенты подумают, что мясо было не свежее. А я пойду, доложусь Цунаде… хотя она уже в курсе, судя по всему. Тогда просто уточню всё.       Он вышел, оставив учеников переваривать новость. И мясо. В основном мясо.              Закатное солнце окрашивало листву в тёплые золотисто-оранжевые тона, и на небольшой поляне, окружённой густым подлеском, было удивительно тихо. Тренировка закончилась, и Юхи Куренай, опершись спиной о ствол дерева, наблюдала за своими учениками.       Киба, молодой вожак из клана Инузука, сидящий на земле и почёсывающий Акамару за ухом, лениво растягивал слова:       - Слушай, Шино, а ты уверен, что твои жуки не сожрут мои запасы вяленого мяса? А то в прошлый раз…       - Мои жуки питаются исключительно чакрой, – бесстрастно ответил Шино из клана Абураме, сидящий чуть поодаль в своей обычной неподвижной позе. За три года он успел закрыться в своей одежде ещё больше. – Вяленое мясо их не интересует. В отличие от твоих сомнительных кулинарных экспериментов.       - Чего?! – возмутился Киба. – Мои эксперименты – верх кулинарной мысли! Вот Акамару их обожает. Правда, парень?       Пёс лениво тявкнул, явнно не разделяя энтузиазма хозяина.       Хината стояла чуть в стороне, у самого края поляны, и смотрела на закат. Её мысли были далеко. Эту ночь она почти не спала. Слова Неджи врезались в сознание и не отпускали. Она ещё не видела этого человека. Не решилась. Пойти и посмотреть, убедиться… это значило либо получить надежду, либо разбить сердце окончательно.       - Хината, ты чего такая кислая? – крикнул Киба. – Иди к нам, Акамару тебя лизнёт, полегчает!       Она обернулась и выдавила слабую улыбку.       - Всё в порядке, Киба. Просто… задумалась.       - О чём? – поинтересовалась Куренай, открывая один глаз. Наставница всегда чувствовала, когда с её ученицей что-то не так.       Хината открыла рот, чтобы ответить, но её опередили. Из леса, громко топая и ломая ветки, выскочил Конохамару. Мальчишка запыхался, но глаза горели восторгом.       - Куренай-сенсей! Кибо! Шино! Хината! – завопил он, размахивая руками. – Не поверите! Босс вернулся! Босс жив!       Киба дёрнулся так резко, что Акамару взвизгнул.       - Чего?! Босс? Ты про Эбису-сенсея?       - Да нет! – Конохамару подбежал ближе, тяжело дыша. – Наруто! Наруто-босс! Он в деревне! Я его видел вчера! Говорил с ним! Он жив-здоров, только шляпу носит и ходит с тростью, как старик! Он такой крутой!       Тишина. Даже листья перестали шелестеть, словно и сама природа в их поддержку затаила дыхание.       - Малец, – голос Куренай стал тихим и опасным. – С таким не шутят.       - Какие шутки! – Мальчишка даже обиделся. – Я сам с ним обнимался! Он со мной разговаривал на скале Хокаге! Он… он живой! Это подтвердят Сакура и Неджи!       Киба вскочил. Акамару, почуяв настроение хозяина, встал в стойку и зарычал, но не агрессивно, а скорее растерянно.       - Погоди-погоди… – он схватился за голову. – То есть этот придурок, этот оболтус, этот… которого Какаши-сенсей притащил… он всё это время…?       - Я не знаю, где он был, – перебил Конохамару. – Но он вернулся! И он сильный! Очень сильный! И очень крутой!       Киба фыркнул.       - Для тебя всё круто, если это связанно с твоим “Боссом”…       Шино бесшумно поднялся. Солнцезащитные очки скрывали его глаза, но даже сквозь них чувствовалось напряжение.       - Факт воскрешения из мёртвых противоречит известным нам законам природы. Однако, если Конохамару утверждает, что видел его лично, а его сенсорные способности… – он сделал паузу. – Хотя у него их нет. Но эмоциональная окраска голоса говорит о высокой степени уверенности. К тому же показания Хьюги резко повышают шансы достоверности.       - Шино, говори по-человечески! – рявкнул Киба. – Ты веришь или нет?       - Вероятность того, что Конохамару ошибся, крайне мала, – спокойно ответил Шино. – Следовательно, информация требует проверки. Предварительно – да, я склонен верить.       Хината молчала. Она стояла, вцепившись пальцами в край своей кофты так сильно, что костяшки побелели. Конохамару говорил о Наруто. О живом Наруто. О Наруто, который есть рамен и носит дурацкую шляпу. Это было слишком… похоже на правду. И слишком страшно.       - Хината? – Куренай подошла к ней, положила руку на плечо. – Ты как?       - Я… – голос дрогнул. Она сглотнула и заставила себя говорить ровнее. – Я знаю. Неджи сказал мне вчера…       - Что?! – Киба подскочил к ней. – И ты молчала?!       - Я… не была уверена, – тихо ответила она. – Я думала… это может быть ошибка. Или… или самозванец.       - Самозванец? – фыркнул Киба. – Да кому придёт в голову косить под этого придурка?       - Тем, кто хочет проникнуть в деревню, – вмешалась Куренай. – Хината права, такая возможность существует. Но Неджи не стал бы распространять ложную информацию. Его Бьякуган…       - Не обмануть, я знаю, – перебила Хината, в её голосе впервые прорезалась твёрдость. – Но… я должна увидеть сама. Понять сердцем. Бьякуган видит чакру… но не душу.       Киба нахмурился, но потом его лицо расплылось в хищной ухмылке.       - Ладно, даже если это он… – он сжал кулак. – Я ему вмажу. Серьёзно. За эти три года, за нервотрёпку, за то, что Сакура ревела, за то, что все ходили мрачнее тучи… врежу от души!       - А потом? – спросил Шино.       - А потом… – ухмылка Кибы стала шире, но в её глазах мелькнуло что-то тёплое. – Обниму, конечно. Дурак дураком, а свой.       Акамару одобрительно тявкнул.       Куренай покачала головой, но в уголках её губ пряталась улыбка.       - Хорошо. Значит, завтра мы все вместе навестим нашего… воксресшего друга. А пока, – она строго посмотрела на Конохамару, – никому больше не рассказывай. Пусть госпожа Цунаде сама решит, когда объявлять это официально.       - Есть! – отчеканил мальчишка.       Шино бесшумно подошёл к Хинате и встал рядом. Говорил он тихо, только для неё:       - Хината. Твои сомнения ясны. Самозванца мы заставим пожалеть за оскорбление памяти нашего покойного товарища. Но если это действительно он… ты будешь готова?       Она посмотрело на него долгим взглядом. В лавандовых глазах плескалась буря.       - Не знаю, Шино. Я совсем не знаю.       - Это нормально, – ответил он. – Ты сильная. Ты научилась жить без него за эти три года. Справишься. Просто не закрывай себя от надежды… Мои жуки говорят, что страх и надежда часто идут рядом.       Хината впервые за долгое время сквозь слёзы выпустила лёгкую усмешку.       - Твои жуки слишком умные, Шино…       - Знаю.       

***

      В тот же день, любопытство Ино завело её так далеко, что она смогла выдернуть свою лучшую подругу из госпиталя деревни.       - Ино! Да отпусти ты! Я сама могу идти! – возмущалась Харуно, пытаясь высвободиться из цепкой хватки подруги.       - Ни за что! – отрезала Яманака, усаживая за столик у окна кафе. – Ты теперь от меня не скроешься. Рассказывай всё!       Он заказала две чашки чая и пирожные, хотя Сакура и не думала притрагиваться к еде. Ино подпёрла подбородок руками и уставилась на подругу своими ярко-голубыми глазами.       - Ну? Давай, колись. Как ты поверила, что это он? Я имею в виду… мы же все видели… – она запнулась. – Ну, ты понимаешь.       Сакура вздохнула. Пальцы сами собой сжали кружку.       - Он извинился, – сказала она тихо.       - Что?       - Извинился, Ино. За то обещание. Помнишь? – Сакура подняла глаза, и в них мелькнула та самая боль, которую Ино видела три года назад. – Он обещал вернуть Саске. И не смог. Умер из-за этого. А теперь вернулся и… извинился.       Ино моргнула. Потом ещё раз.       - Погоди. То есть… он вернулся с того света… и первым делом извинился за то, что не выполнил обещание, данное тебе?       - Да.       - Это… Только… только такой болван мог до такого додуматься! – выпалила Ино и вдруг расхохоталась. Смех был нервный, срывающийся, но искренний. – Честное слово, Сакура! Нет бы сказать “Это я! Скучали?” или извиниться за три года неведения. Нет! Только Наруто способен на такую идиотскую, невозможную, дурацкую… милоту!       Сакура слабо улыбнулась.       - Он действительно… не изменился. В чём-то.       - В чём? – Ино подалась вперёд.       - Ну… – Сакура задумалась. – Он стал сильнее. Намного сильнее. Я видела только немного, но этого было достаточно. Он использует какие-то техники, которых я никогда не видела, даже у госпожи Цунаде. И он… умнее стал. Чуть-чуть. Совсем немного. Иногда он говорит такие вещи… как будто не он это говорит. А потом снова идёт дурачиться.       - Так он всё ещё тот же придурок? – уточнила Ино.       - Тот же, – кивнула Сакура. – Только теперь с тростью и в дурацкой шляпе.       - С тростью?! – фыркнула Ино. – Наруто, который носился по всей деревне и С ТРОСТЬЮ? Точно наш Наруто?       - Наш-наш.       Ино немного успокоилась.       - А шляпа, наверно, ему идёт, – неожиданно заметила Ино. – Под весь этот его новый образ. Такой… загадочный торговец. Или отшельник. Даже привлекательно, если подумать.       Сакура поперхнулась чаем.       - Чего?!       - Ну а что? – Ино кокетливо поправила волосы. – Блондин, глаза голубые, улыбка широкая. Раньше был мелким и нелепым, в оранжевом, фу, а теперь подрос, плечи расправил… и шляпа придаёт шарма. Я бы даже присмотрелась, если бы он не был таким… ну, ты понимаешь.       - Ино! – Сакура покраснела до корней волос. – Он тебе не игрушка!       - Ой, да ладно тебе, – Яманака хитро прищурилась. – Я же просто оцениваю. А ты чего так реагируешь? Ревнуешь?       - Я не ревную! – взорвалась Сакура. – Просто… просто он мой товарищ! И никакой он не привлекательный! Он… ну… просто… ОН ЖЕ НАРУТО! И если ты будешь к нему приставать или, не дай бог, обижать, я… я тебя по стенке размажу! Госпожа Цунаде учила меня не только лечить!       Ино расхохоталась в голос. Несколько посетителей обернулись, но ей было всё равно.       - Ой, мамочки, не могу! Сакура, да ты прям как старшая сестра, которая защищает младшего братика от злой девчонки! Это так мило!       - Да заткнись ты! – Сакура запустила с неё салфеткой, но Ино ловко увернулась.       - Или как собственница!       - Я СКАЗАЛА – ЗАТКНИСЬ!       - Ладно-ладно, не кипятись, – примирительно подняла руки Яманака. – Я поняла. Твоё сокровище никто не тронет. Шляпа ему идёт, хотя бы?       Сакура фыркнула, но всё же ответила:       - Шляпа… дурацкая. Но ему… да, идёт.       - А сам он?       - Что – сам?       - Привлекательный? – Ино подалась вперёд, как охотница, почуявшая добычу.       - Ино!       - Молчу-молчу! – но глаза её блестели. – Так, значит, привлекательный. Поняла.       Сакура закрыла лицо руками. Её уши горели так, что могли бы заменить лампу.       - Ненавижу тебя, – прошептала она.       - Я тебя тоже обожаю, – мурлыкнула Ино, отпивая чай. Тон её значительно смягчился. – И знаешь… Если это правда он, если он вернулся… я рада. За тебя. За него. За всех нас. Тот день, три года назад… это было ужасно. Я не была с ним близка, как вы, но… – она запнулась. – Его смерть была как нарушение всех правил. Такие, как он, не должны умирать. Они должны бесить всех до старости, а потом умереть от того, что им надавали по башке слишком много раз.       Сакура улыбнулась сквозь поступившие слёзы.       - Дурак, – прошептала она. – Надел шляпу и думает, что теперь крутой.       - А он крутой? – прищурилась Ино.       - Крутой, – нехотя признала Сакура. – Очень крутой. Только всё равно дурак.       Они помолчали, думая о своём. Потом Ино вдруг подалась вперёд с заговорщицким видом.       - Слушай, а познакомишь? Хочу посмотреть на этого “привлекательного не-красавца” своими глазами. И оценить шляпу.       - Ино! – снова вспыхнула Сакура.       - Ладно, ладно! – засмеялась та. – Но знай: если он действительно такой, как ты говоришь – я первая начну за ним охотиться.       - ХВАТИТ! – Сакура посмотрела на подругу таким взглядом, что Ино мгновенно поняла: шутки кончились. – Попробуй только.       

***

      

На следующий день после миссии в Стране Демонов.

      - Действительно ли нам стоит ему верить, госпожа Цунаде? – уточнила у Пятой Хокаге её помощница Шизуне.       Непрерывные посиделки за столом в офисе Хокаге уже стояли комом в горле у женщины средних лет, поэтому смена обстановки офиса на балкон пришлась ей по вкусу. На вопрос своей помощницы она лишь задумалась на пару секунд и взглянула на деревню. Со временем ей стало ясно, почему её покойному учителю это нравилось так делать. Она сделала глубокий вдох.       - Возможно… Имя Орочимару могло быть использовано в качестве приманки. А на мосту Тенчи уже ждать будет не агент, а сами Акацуки.       Сакура, имеющая опыт по общению с Цунаде, осознавала многие риски данной миссии. Однако…       - Возможно, так оно может и произойти… Однако это вряд ли можно назвать ловушкой, этот Сасори уже умирал. У него были какие-то свои взгляды на этот мир, страстным приверженцем их группировки его вряд ли можно назвать. Но я лишь говорю, как думаю… – она вздохнула и продолжила. – Поэтому если это всё же ловушка – мы будем драться.       Цунаде повернулась к своим двум самым доверенным лицам. Опёрлась руками о перила балкона и задумалась.       - Драться – полезно для набора опыта, однако Какаши пробудет в госпитале ещё какое-то время. За вами присматривать он вряд ли сможет в этот раз. До встречи ещё 4 дня… Надо собрать новую команду.       - Отправлять туда Наруто – опасно, – вмешалась Шизуне с лёгкой тревогой. Цунаде и Сакура отвели свои взгляды в стороны, явно согласные с таким утверждением, но не желающие как-либо ему следовать. – Можете отправить мою команду, разницу совершенно не будет!       - Нет, разница будет… – перебила её Цунаде. – Сакура и Наруто хотят вернуть своего товарища и эта миссия – большой шанс. Они верят в то, что смогут этос делать. Не только информация о Орочимару будет добыта, но и есть возможность вернуть нашего шиноби обратно. А Сакура и Наруто – единственные, кто могут это сделать… во всяком случае те, кого он может выслушать.       Шизуне не возразила.       - Всё понятно…       Цунаде вздохнула и слабо улыбнулась.       - Ну… раз ты теперь всё услышал… – начала она и посмотрела вверх. – Ты понимаешь, что нужно сделать, Наруто?       Сакура мигом взглянула на крышу с ошеломлённым взглядом. Блондин шляпе стоял на ендове крыши вверх ногами, словно пригвоздили деревянные сланцы к поверхности. Одной рукой он придерживал шляпу к своей голове, другой же – неопределённым ритмом стучал по ендове тростью.       - Не получу ничего за незаметное вторжение в вашу зону во время всяких интимных женских разговоров, госпожа Цунаде? – с ухмылкой спросил он её в ответ.       Цунаде фыркнула.       - Не бойся, на балконе мы такое не обсуждаем. Иначе живого места бы от тебя уже давно не осталось.       Наруто рассмеялся, ослабил хватку на шляпе и, сунув руку в карман, достал оттуда веер. Отсутствие каких-либо действий со стороны шляпы, обязанной упасть по всем понятиям гравитации, лишь смутило Сакуру. ‘Я даже спрашивать не стану… Он просто невозможен.’       - Так-так, ну тогда я что-нибудь с этим сделаю. Возможно среди всех наших есть желающие.       - Это не обязательно, Наруто. Я сама найду замену.       Их разговор отвлекли тихие шаги, их звук двигался прямо в их сторону.       - Госпожа Цунаде, – проговорила некая пожилая женщина в прищуренными глазами. По виду её одежды блондин понял, что это как-то относится к делам Совета Деревни, о котором он хоть немного, но слышал. – Мы хотим с тобой поговорить.       Она подняла голову и взглянула на блондина.       - Твоё присутствие, кстати, тоже обязательно… – в немного грубой форме обратилась она к нему и ушла обратно внутрь здания Хокаге.       Цунаде раздражённо вздохнула, оттолкнула себя от перил и прошла мимо Сакуры и Шизуне.       - Пошли, Наруто… Надеюсь, что тебя там на части не разберут.              Два дивана стояли друг напротив друга. Один был занят уже знакомой им старушкой, включая мужчину такого же пожилого возраста. Второй же заняли Хокаге и блондин. У блонлина сложилось впечатление, что смотрят члены Совета куда угодно, но не на них. Мужчина в очках смотрел вниз, словно на пустое пространство, на ковёр между диванами. Что же касается женщины – по её прищуренным глазам было трудно узнать, куда её взгляд направлен. ‘Да уж… Третьему всю жизнь приходилось с ними идти навстречу…’ – подумал Наруто.       Члены совета молчали ещё какое-то время, пока мужчина не обратился к Хокаге.       - Принцесса Цунаде, мальчик рядом с тобой… Кто он?       Цунаде была немного озадачена столь странным вопросом.       - Вас ведь уведомили, что в деревню пришёл живой Узумаки Наруто и он-…       - Мы знаем то, какую информацию распространили по верхушке Деревни, Цунаде, – перебил он неё и продолжил. – Важнее то, насколько объективна данная информация. Я понимаю, что когда-то этот мальчик имел для вас некое значение… И видимо некий самозванец вскружил вам голову, а мы ведь настаивали на воздержании от выпивки.       Теперь он перевёл взгляд на блондина.       - Мы признательны за благополучное выполнение двух высокоранговых миссий. Но ставьте как факт то, что ваша полезность не идентифицирует вас как нашего покойного Джинчуурики. Его тело было исследовано и не было подтверждено как какая-то иллюзия.       Добавила за него уже пожилая женщина Кохару.       - Поэтому, мы ставим перед вами выбор… Сознавайтесь во лжи добровольно, наказание за ложь будет смягчено и вы будете приняты как простой шиноби, или докажите свою личность как Узумаки Наруто. Во втором случае ваша неудача уже не даст вам милосердия. Будьте аккуратны в своих выборах, кем бы вы себя ни называли…       Кулаки Цунаде сжались ещё сильнее.       - Господин Хомура! Я как Хокаге подтверждаю его личность как Узумаки Наруто! Это могу подтвердить и Хатаке, и-…       - Достаточно… – перебил её блондин. Он улыбнулся. – Так-так… Доказательства нужны, хорошо.       Он слегка задумался.       - Три года назад, 19 января мною был украден запечатанный свиток с запретными техниками, с содержащейся там Техникой Множественного Теневого Клонирования. В результате был выявлен предатель в лице Мизуки, а насчёт меня просто решили замять дело. Всё было проведено Третьим, вам то это должно быть известно.       Хомура никак не изменился в лице, лишь кивнул. Мало.       - Продолжай…       Он встал с дивана и потянул края своей тёмно-зелёной формы немного в стороны, обнажая живот с довольно знакомым символами и узорами чёрного цвета. Лица старейшин не поменялись от слова никак, но блондин успел почувствовать их всего лишь на мгновение участившееся дыхание.       - Печать Восьми Триграмм… – пробормотала Кохару. – Подлинная, нечего сказать.       Ухмылка Наруто стала шире и он заправил свою форму обратно. Сел обратно рядом с уже облегчённой Цунаде. ‘Спасибо, Курама, что показал суть печати… Успел сделать пустой аналог.’       Лис фыркнул и проигнорировал слова благодарности, возвращаясь обратно ко сну.       - Молодец… – прошептала она ему с лёгкой гордостью на душе.       - В таком случае… – начал Хомура, но его тут же перебил звук открывшейся в их комнату двери.       Зашёл внутрь не менее знатный по форме мужчин похожего возраста, но уже забинтованный в некоторых местах, что явно подчёркивал его авторитет по военному делу.       - И ты тоже решил принять участие, Данзо? – спросила Цунаде, её настроение мигом переменилось с облегчение на желание кого-то ударить, причём со всей дури.       Данзо молча подошёл к сидящим напротив них старейшинам.       - Проверка была провалена? – холодно спросил их Данзо.       Кохару покачала головой.       - Нет, настоящий… Мы сами ещё не до конца понимаем, что происходит. Но… мы можем быть уверены, что угрозу деревне он не несёт.       Забинтованный старик поднял единственную бровь.       - Правда, что ли? А у меня возник ещё один вопрос… – сказал строже и стукнул тростью об пол. Повернулся к блондину. – Раз ты и вправду Узумаки Наруто, то это лишь усугубляет твою ситуацию. Ты покинул деревню на три года, инсценировал свою смерть и вернулся с успешным выполнением миссии, которую тебе не назначали… Какие-то оправдания прилагаются в этот раз, мальчишка?       Напряжение нарастало, по крайней мере для Цунаде, что уже находила мало шансов для выпутывания блондина из этой ситуации. Наруто достал веер и прикрыл ухмылку.       - Ну-ну… Каюсь, без предупреждения покинув Деревню Листа ушёл на долгий путь обретения силы, чтобы переворачивать любые происшествия, пока сама деревня этому препятствовала. Не было бы признательно с вашей стороны, что спустя столько времени я уже со всеми силами вернулся в деревню, в которой меня с самого рождения с презрением проводят взглядом? Особенно тогда, когда через это испытание меня поставил сам Третий лично, но возможно и вы сами приложили руку в этом. Не вернулся ли я домой, чтобы дать Деревне то, что ценится вами больше всего – защита?       Размахнул веером и направил его концом на Данзо.       - Готовы ли вы избавляться от меня каким-либо образом, не беря в счёт мою сущность Джинчуурики и моей способностью сдерживать любые вспышки? Потому что могу заверить вас, господин Данзо, я достиг такого мастерства, что риск возникновения угрозы от меня со зверем внутри – нулевой.       Старик в бинтах нахмурился и спустя пару мгновений ответил:       - У меня глаза расположены по всей деревне и за её пределами. Не думай, что сможешь найти слепые зоны там, где ты нанесёшь удар. До того времени я могу лишь рассчитывать на то, что твои действия будут направлены на пользу нашей деревни.       Блондин усмехнулся и поправил шляпу.       - Приму за данность… Всё ли было сказано или нужно что-то ещё выслушать?       Хомура кашлянул пару раз для привлечения внимания и продолжил за троих.       - Раз разрешилась первая диллема, переходим ко второй. Узумаки Наруто, отправлять тебя на миссии, имеющие какое-либо отношение к Акацуки – должно быть исключено. Было бы желательно оградить тебя двумя лучшими шиноби нашей деревни. Для более эффективного присмотра стоит сформировать команду из четырёх человек… И это касается также миссий. Чем меньше ты будешь покидать деревню – тем лучше.       В этот раз Цунаде не сдержалась.       - Может ещё и под домашний арест посадите?! – возразила она. – Акацуки уже приходили за ним, независимо от того, сколько раз он покидал деревню. Пока Наруто в движении – Акацуки труднее его поймать! Я всё ещё могу согласиться с командой из четырёх шиноби, но всё остальное – ничего не принесёт.       Данзо нахмурился. Видно, что человек он такой, что хочет иметь контроль над ситуацией полностью. Компромиссы – шаг скорее отчаянный, но не менее унизительный.       - В таком случае, в качестве компромисса, я предлагаю добавить в команду кого-то из моих доверенных лиц. И одного уже по вашему усмотрению, принцесса Цунаде… – терпеливо ответил он.       Наруто сложил веер, приняв внимание на себя.       - Чудно! С позволения госпожи Цунаде так и сделаю. Найду где-нибудь такого человека.       Ещё несколько минут прошли, Цунаде с блондином покинули из, оставив троицу старейшин наедине.       - Хм… назойливое дитя, – хмыкнула Кохару.       - Сдаётся мне, что я где-то видел человека в подобной одежде, – отметил Хомура.       Данзо промолчал, но лишь в мыслях пронеслось у него: ‘Ты не сможешь выйти из моей хватки, паразит… Рано или поздно всё станет так, как всё и должно произойти – в мою победу, тогда и Лис станет моим.’       

Офис Хокаге.

      - Я уж думала, что с пришествием него мы уже вряд ли как-то сможем от них отвязаться, – пробормотала Цунаде и, сев в уже привычное ей кресло, облегчённо выдохнула. – Хотя и это не меньше меня… удручает.       - Этого раньше я не видел, – начал Наруто и взглянул на неё. – Кто этот Данзо?       В ответ на столь явное любопытство женщина вздохнула ещё раз, уже раздражённо.       - Заноза, что прижилась к деревне со стороны тени. Один из друзей старика Третьего, совместно со всеми остальными пнями из Совета. Тот его отстранил от каких-либо дел в круге старейшин деревни, распустил и личную организацию особо обученных АНБУ – «КОРЕНЬ»… Ну… Официально.       Наруто поправил шляпу.       - Надо же, будучи никем до сих пор может затыкать старейшин? Буду с ним аккуратней… – небольшая пауза. – Я так полагаю, его эта организация настолько эффективна, что вряд ли кто-то мог бы заметить их существование.       Цунаде кивнула.       - Хоть и был распущен, но даётся мне, что он что-то замышляет. И мне это не нравится, – буркнула она. – Пока что каких-либо подтверждений я не могу найти, поэтому я вряд ли смогу публично его упразднить. Я хоть и Хокаге, но он и старейшины в том числе совместно со стариком Третьим обладают широким авторитетом и влиянием не только у простых граждан, так и сами лидеры кланов их уважают.       - Ну… раз приносят пользу деревне – пусть на своих местах и остаются, – закончил её мысль блондин, сложил свой веер и вздохнул. – Всё же в ситуации с миссией Акацуки меня мало беспокоят. Может быть ловушка, но уже и не со стороны организации.       Хокаге нахмурилась.       - Думаешь, что Орочимару мог что-то понять…?       - Не думаю, – пожал плечами Наруто и продолжил. – Скорее нахожу весомым рассмотреть и другие исходы миссии. Будет ли достаточно команды из 5 человек в этой ситуации?       В ответ пошла небольшая молчаливая пауза. Цунаде хмыкнула.       - А ты веришь, что не способен справиться в таком случае? С учётом наличия моей ученицы, доверенного лица Данзо и кого-то ещё включительно?       Лёгкое замешательство мигом сменилось на очередную усмешку.       - Ловишь на слове… Ладно, попытаюсь найти кого-нибудь, – ответил он, демонстративно поправил шляпу и направился к двери.       - Даже если не найдёшь – у меня есть уже кандидат, – с лёгкой улыбкой отозвалась она.       Он улыбнулся в ответ. Той самой, привычной и знакомой улыбкой Наруто.       - Приму к сведению.