Глава 9. Подготовка.

      Раннее утро ещё не успело полностью распить ночь – первые лучи едва начали золотить верхушки деревьев, и туман лениво клубился между крышами. Воздух был острым и холодным, пах смолой и влажной черепицей; на горизонте слышалось редкое глухое карканье ворона. На крыше резиденции Хокаге он устроился ещё до рассвета: форма АНБУ с оценивающим взглядом профессионала. Всё вокруг – кирпичи, рёбра кровли, скопившиеся капли – считывается как линия времени: куда пойдёт объект, кто пересечёт его путь, кто заметит первым.       ‘Не знает,’ – отметил про себя наблюдатель. ‘Или делает вид’.       Блокнот лежал на коленях. Карандаш двигался быстро, точными штрихами – ни одной лишней секунды. Движения набиты опытом рисования – единственного увлечения. Господин Данзо не одобряет чего-либо из этого.       «Объект: Узумаки Наруто.       Внешний вид: тёмно-зелёное самуэ, чёрное хаори поверх, полосатая шляпа-ведро в тёмно-зелёную и белую полоски, деревянные сандалии. Кажется, гета (как в них он собирается вести карьеру незаметного шиноби?). При себе деревянная трость и складной веер. Одежда нестандартная, не соответствует ни одному известному рангу шиноби.       Поведение: демонстративно расслаблен, часто улыбается. Иногда задумывается чересчур сосредоточено (возможно, это как-то связано с Девятихвостым). Периодически поправляет шляпу – жест, который может быть как привычкой, так и способом скрыть направление взгляда.       Первичные выводы: уровень угрозы не установлен. Требуется дальнейшее наблюдение.»       Объект замер, внезапно. Повернул голову в сторону дерева, где сидел наблюдатель. Тот затаил дыхание, сливаясь с ветвями. Пауза. Вздохнул и пошёл дальше.       Наблюдатель выдохнул. Заметил? Сложно сказать. Добавил новую запись, уже более заметным шрифтом, отделяя его от остального отчёта по степени важности:       «Объект, возможно, обладает повышенной сенсорной чувствительностью. Рекомендуется соблюдать дистанцию не менее 150 метров.»       

***

      Солнце уже поднялось высоко и бросало мягкий, тёплый свет по узким улочкам Деревни Листа; воздух был напоён запахами свежего хлеба из булочной на углу и лёгкой смолистостью деревянных лавок. Центральная улица шевелилась лениво: торговцы выносили свои развалы, прохожие неспешно шли по делам, дети громко смеялись, бросая в воздух бумажные самолётики. Но даже в этом мирном шуме выделялась одна фигура – Наруто, который медленно брёл по каменной мостовой, сунув одну руку в карман, а другой – тыкать в землю своей тростью. Полосатая шляпа отбрасывала тень на его лицо: улыбка играла на губах, а походка была спокойна, словно он прогуливался по саду Сейрейтея, а не по родной деревне, которую оставил три года назад.       Он всё время слегка прищуривал глаза, вслушиваясь в шорохи и перебирая мысли вслух.       - Ну и денёк, – пробормотал он сам себе, и его голос, хотя и тихий, доносился достаточно, чтобы привлечь внимание двух прохожих. – Сначала бабуля Цунаде, потом эти старики… Данзо особенно. Чувствую в нём что-то не то.       В голове ответил Курама, его голос как всегда был ленивым:       - Только сейчас понял? Я ещё когда он вошёл, ушами навострил. У этого человека чакра… странная. Словно он не один, а сразу несколько.       - Несколько?       - В прямом смысле. У него на той забинтованной руке – целый букет разных чакр. И все чужие. Такой себе букетик.       - Вот-вот, старик не простой. И его «КОРЕНЬ»… Цунаде говорит, организация официально распущена Третьим, но я чувствую – они всё ещё где-то здесь, – Наруто поправил шляпу, обдумывая всё сказанное. – Надо быть осторожным. Очень осторожным. Он явно что-то замышляет. Такие люди не прощают, когда им мешают.       - Замышляет. Не замышляет. Какая разница? Ты теперь здесь, и если он сунется – разберёшься. Ты же у нас теперь крутой шинигами-полукровка.       - Шинигами, – поправил Наруто. – И дело не в крутости. Просто… чувствую знакомую ауру. Не чакру, нет. Что-то другое. Будто он тоже играет в тёмные игры, о которых никто не знает.       - Ты себя слышишь? – фыркнул лис. – “Тёмные игры”… Сам-то не наигрался в своём Сообществе Душ?       Наруто вздохнул, поправляя шляпу.       - Наигрался. Поэтому и знаю, как это выглядит со стороны.       Разговор с внутренним соседом прервался, когда впереди, из-за угла, показалась знакомая фигура. Высокий воротник, тёмные очки, капюшон, неподвижность статуи – Шино стоял прямо посреди тротуара у огромного дерева, словно кого-то поджидая.       - О, привет, – Наруто помахал головой. – Давно не виделись, Шино. Абураме, ведь?       Шино слегка склонил голову. Сквозь очки невозможно было разглядеть выражение его глаз, но в голосе послышалось лёгкое удивление.       - Ты помнишь моё имя. Не забыл, – констатировал он. Не вопрос, а факт. Хоть от этого факта Шино, кажется, почувствовал некого рода удовлетворение.       - А должен был? – Наруто ухмыльнулся. – Мы же вместе на экзаменах были. Ты ещё с жучьими флотилиями расписываешься? Они в строю?       Шино не спешил с ответом; его глаза, скрытые за тёмными очками, вычисляли что-то невидимое.       - Жуки при мне, – сухо сказал он. – И они отмечают изменения. Твоя чакра стала глубже. Стала более… плотной. И немного чужеродной.       - Ну, за столько лет всякое бывает.       Они ещё не успели обменяться парой фраз, как с противоположной стороны раздался громкий топот, и из-за поворота влетел… нет, не вылетел, а выбежал белый пёс – нет, скорее волк – огромных размеров, на спине которого, развалившись с максимально возможной ленцой восседал Киба.       - Акамару, тормози! Тьфу, дубина! – заорал Киба, пытаясь натянуть поводок, но пёс уже нёсся прямо на Наруто.       Акамару теперь был размером с небольшого пони, и его пасть, широко распахнутая в радостном лае, могла внушить ужас многим.       Блондин даже не шелохнулся, и Акамару, добежав, ткнулся мокром носом в его ладонь и радостно заскулил, виляя хвостом.       - Привет, приятель, – Наруто потрепал пса за ухом. – Вырос-то как. Совсем большой стал. Раньше ведь помещался на голове у хозяина.       Киба сполз со спины Акамару и начал разглядывать перед собой главного виновника торжества, обходя его по кругу.       - Хм… шляпа странная, трость, плащ… – бормотал он. – Точно он? Акамару, ну-ка, проверь.       Псу не требовалось и времени на проверку блондин с ног до головы, чтобы просто радостно гавкнуть, пытаясь лизнуть руку.       - Ладно, пёс не обманет, – хмыкнул Киба и вдруг, резко сократив дистанцию, заехал кулаком Наруто в плечо. Не со зла, не очень сильно, но вполне ощутимо. – Это тебе за три года! За нервотрёпку, за Сакура, за Хинату, за то, что все ходили мрачнее тучи!       Наруто покачнулся, но устоял. Улыбка не сходила с его лица.       - Заслужил, – кивнул он.       Киба ещё секунду смотрел на него, а потом рванул вперёд и сгрёб его в медвежьи объятия.       - Зараза… – прохрипел он куда-то в плечо. – Живой, значит…       - Ага, – Наруто обнял его в ответ. – Живой.       Акамару радостно прыгал вокруг них. Наконец Киба остранился, втер глаза рукавом и хмыкнул.       - Слушай, а ты чего в этом… – он покрутил пальцем, указывая на одежду. – В зелёном? И шляпа эта… Ты теперь монах?       - Торговец, – поправил Наруто. – Скромный, но привлекательный торговец сладостями.       - Чего? – не понял Киба. – Пирожками торгуешь?       - Пока нет, но затея хорошая.       Киба хотел был ещё что-то спросить, но тут сзади послышался шорох. Наруто обернулся, но никого не увидел. Только тень мелькнула за забором.       - Хината? – позвал он.       Тишина.       - Там она, – махнул рукой Киба. – Следит за тобой уже какое-то время. Подойти боится.       - Ясно, – Наруто вздохнул и крикнул чуть громче. – Хината, я знаю, что ты там. Выходи не бойся, не укушу.       Ещё несколько секунд ничего не происходило, а потом из-за забора медленно, словно через силу, показалась фигура в пурпурно-белой ветровке. Хината стояла, вцепившись пальцами в деревянную ограду – доска была старой, шершавой, с заусенцами, которые впивались в кожу. Хината чувствовала, как под ногтями собирается мелкая щепа, но не могла разжать рук.       Смотрела – и не верила. Его лицо было в тени от шляпы, но она знала эти отметины на щеках, знала этот разрез глаз. Только одежда... чужая, незнакомая. И пахло от него не раменом и потом после тренировки. Этим от него всегда пахло, находись бы она ещё дальше. Пахло скорее чем-то горьким, чужим, как лес после дождя.       Это был он. Те же светлые волосы, те же отметины на щеках. Но всё остальное… Шляпа. Странная, полосатая, которая бросала тень на глаза и делала его почти неузнаваемым. Тёмно-зелёное самуэ, плащ, трость в руке. И эта улыбка… знакомая, но какая-то другая. Не та дурашливая, озорная, солнечная, а спокойная, чуть хитрая, словно он знал что-то, чего не знали они.       ‘Это не он’ – шепнул внутренний голос. ‘Это кто-то другой. Кто-то, кто надел его лицо. Настоящий Наруто не стал бы так одеваться. Настоящий Наруто не смотрел бы так… взросло.’       - Хината? – позвал он снова, и голос его был мягким, почти нежным.       Она не выдержала. Рванула прочь, срываясь на бег, не разбирая дороги, лишь бы скрыться, лишь бы не видеть этого… этого призрака, который мучил её три года.       - Хината! – крикнул Киба, но она уже исчезла за поворотом.       Наруто проводил её взглядом. Улыбка на его лице дрогнула, стала чуть грустной. Он поправил шляпу, скрывая глаза.       - Ты, главное, не обижайся, – буркнул Киба. – Она просто… ну ты понимаешь. Три года, всё-таки. Привыкнуть надо.       - Понимаю. Времени у меня теперь полно, – тихо ответил Наруто. Но через секунды привычно лёгкая усмешка вернулась. – Кстати, я от бабули Цунаде только что. Раз уж мы встретились, хотел кому-то из вас присоединиться к нам на миссию. Не хотите?       Киба с Шино переглянулись.       - Мы бы с радостью, – ответил Инузука, почесывая затылок, – но у нас самих миссия на носу. Куренай-сенсей уже получила задание. Завтра утром уходим.       - Жаль, – Наруто пожал плечами. – Ладно, найду кого-нибудь.       - А что за миссия? – полюбопытствовал Шино.       - Мост Тенчи. Информатор Сасори, обещает сведения об Орочимару. Возможно, ловушка. Возможно, нет. Разберёмся.       - Орочимару? – Киба присвистнул. – Серьёзные игры. Поаккуратнее там… и удачи. Если что, зови – подсобим.       - Обязательно.       Они попрощались, и остатки команды Куренай направились дальше по делам, уводя с собой Акамару, который ещё раз лизнул руку Наруто на прощание.       Блондин остался один. Он прошёл ещё немного и остановился у небольшого скверика, глядя на цветущие кусты.       - Задело? – лениво поинтересовался Курама.       - Немного, – признался он. – Но её можно понять. Я для неё… чужой. В этой одежде, с этой шляпой. Не тот Наруто, которого она знала.       - А ты тот?       Вопрос повис в воздухе. Наруто медленно побрёл дальше, погрузившись в свои мысли.       ‘Я… не уверен. Знаешь, Курама… я ведь никогда не умел понимать чувства других до конца, когда всё идёт под откос. Раньше, когда я был просто Наруто – тем самым мальчишкой, который орал на всех и лез в драки – я был тогда более легкомысленным. И всё же я верил, ещё тогда. А потом… смерть и новое начало с пустой памятью. В чём-то тот Наруто и я как Урахара были похожи – обоим казалось, что если мы будем улыбаться, даже когда больно, то и все вокруг будут улыбаться. Наивно…’       Он вспомнил те времена, когда только попал в Сообщество Душ. Тогда он был… мягким? Нет, скорее растерянным. Капитаном его сделали непонятно за что, да и он сам мало горел желанием. И он пытался, правда пытался быть хорошим лидером. Но его лейтенант, Хиёри, в начале так и не хотела принимать его. Кричала, пинала, мутузила. Пришлось потерпеть, чтобы медленно это доверие зарабатывалось. Целых 9 лет.       А потом пришёл Айзен.       И всё рухнуло.       ‘Когда меня сослали в Мир Живых, я думал, что сойду с ума. Сто лет изоляции, без связи с Готеем, пришлось прятать вайзардов ото всех. Без возможности вернуться. Злился, сильно. Потом… потом просто начал планировать. Придумывать, как всё исправить, как победить Айзена, как защитить всех, кто остался.’       Он усмехнулся своим мыслям.       ‘И в этом плане я использовал всех. Господина Куросаки, его друзей, Йоруичи, всех остальных. Конечно, я верил, что это ради их блага, ради победы над ним… Но… разве это оправдание? Они не были пешками. Это живые люди, с чувствами, с надеждами. А я просто шёл к своей цели.’       - Они сами хотели этого, – вмешался Курама. – Ты им помогал, а не приказывал.       ‘Помогал? Или просто использовал как инструменты?’ – Наруто покачал головой. ‘Я до сих пор не знаю. Знаю только, что господин Куросаки… изменил меня. Он всегда делал всё по-своему. Не слушал моих советов, следовал моим планам, но по-своему.’       - Напоминает кое-кого, – ехидно прокомментировал лис.       Наруто проигнорировал это.       ‘Господин Куросаки просто шёл вперёд и крушил всё на своём пути. В итоге именно он и победил Айзена. Я… я лишь подталкивал.’       Курама вздохнул.       - Самокритика – это хорошо, но ты опять начинаешь себя жрать, – проворчал лис. – Хватит! Сколько можно уже? Всё такой же идиот, хоть и прошли сотни лет. Айзен повержен, вайзардов вернули на свои места. Живи уже нормально, без этих сожалений!       ‘Но…’       - Без “но”! – рявкнул Курама. – Сделал, что мог. Ошибся – да. Но ты не сдался. В отличие от многих других. И если Хинате нужно время – дай ей время. Не лезь, не пытайся всё исправить сразу. Просто будь рядом. Будет готова – сама придёт. Верь в это, как ты всегда и делал.       Наруто остановился. Где-то вдалеке запели цикады, и ветер принёс запах листьев. Сомнения всё ещё остались, но словесная взбучка со стороны соседа по разуму заметно встряхнула его.       - Ты… – пробормотал он. – Спасибо.       - Ага, запомни это. Потому что такую чушь я слушал от тебя ещё очень давно, пока ты сам почему-то не забыл. А теперь отстань, я спать хочу.       Наруто рассмеялся вслух, привлекая внимание прохожих, но ему было всё равно.       - Живи нормально, – прошептал он, поправляя шляпу. – Звучит неплохо.       Он посмотрел в небо, такой ясное, такое мирное. После победы над Айзеном он впервые почувствовал… облегчение. Настоящее, глубокое облегчение. Можно наконец перестать секретничать, планировать, перестать просчитывать каждый шаг, перестать видеть в людях только фигуры на шахматной доске. Была и незавершённая Тысячелетняя война с Ванденрейхом, но, кажется, всё там будет хорошо. Они победят, они смогут изменить мир, с ними ведь господин Куросаки, госпожа Кучики и даже Йоруичи с Тессаем. А ему… остаётся только верить в них, потому что ответственность за них он больше не несёт. Ведь теперь у него есть теперь своя ответственность за свой родной мир. С надеждой на то, что этот мир будет надеяться на него в ответ       - Может, теперь получится, – сказал он сам себе и улыбнулся.       Той самой улыбкой, настоящей, которую так любили его друзья. И тут он снова вспомнил о своей миссии.       ‘Что ж, пойду искать Команду Асумы.’       

***

      «Контакт с тремя шиноби, членами команды Куренай.»       Наблюдатель узнал их из досье – Абураме Шино, Инузука Киба, пёс Акамару и Хьюга Хината. Интересно.       Он зафиксировал дистанцию: объект держался открыто, не проявлял агрессии, но и не расслаблялся. Руки всегда были на виду, с тростью. Разговор длился несколько минут. Хьюга держалась в стороне, а когда объект попытался к ней обратиться – скрылась за забором.       «Объект проявил сдержанность. Не последовал за ней. Эмоциональная реакция: лёгкая тень на лице, быстро скрытая улыбкой. Вывод: отношения с Хьюгой требуют отдельного анализа.»       Наблюдатель сделал пометку. В личном деле объекта не указывалось что-либо об отношениях между объектом и наследницей главной ветви. Только то, что оба являются выпускниками одного поколения. Дальнейшие данные отсутствовали.       «Приступаю к проверке на практике.»       

***

      - Нет.       Нара даже не поднял головы от кипы свитков, разложенных на назиком столике прямо у входа в лавку с вывеской «Комитет по подготовке к Экзамена на Чуунина». Он сидел, скрестив ноги, и вид имел такой, будто эти свитки лично оскорбили его семью от матери до предков десятого колена, а он вынужден терпеть.       - Я даже не спросил ещё, – заметил Наруто, опираясь на трость и поправляя шляпу. Ухмылка сама собой наползала на лицо.       - Спросишь. А я отвечу – нет. Так быстрее, – Шикамару наконец поднял взгляд, и в его глазах читалась та особенная, вселенская усталость, которая посещает только людей, вынужденных работать с бумагами. – Я слышал, ты ищешь четвёртого в команду. Могу только посочувствовать тому бедолаге, кого ты уговоришь.       - Польщён – Наруто развернул веер и лениво им обмахнулся. – Но я бы рад иметь именно тебя. Твой интеллект, знаешь ли…       Шикамару кивнул на вывеску.       - Видишь это? Я теперь проктор. Прок-тор. Звучит как «инквизитор», но полномочий меньше, а бумаг больше. Экзамен на Чуунина через полтора месяца. Деревня Травы прислала заявку на 6 генинов, Песок – на 9, Водопад – на 4, и это только начало. Мне нужно разместить их всех, проверить анкеты, распределить по полигонам, составить расписание, чтобы они не поубивали друг друга до начала хотя бы Первого Этапа, и то тот письменный! – он потёр переносицу. – И ещё присматривать за Третьим Этапом, где традиционно кто-то пытается кого-то убить уже официально. А такие времена у нас уже прошли.       - Ты стал важной шишкой, – заметил Наруто, и в его голосе прозвенела искренняя гордость за старого друга.       - Я стал заложником собственного мозга, который госпожа Цунаде бессовестно использует как предлог дёргать меня с крыши с обзором на небо и облака, – парировал Шикамару. – Я бы с радостью, как друг. Однако если я пропущу что-либо из этих бумажек, то даже я не смогу дать чёткий прогноз, кто быстрее с меня шкуру спустит – Цунаде или эти деревни.       Наруто вздохнул.       - Ясно. Просто подумал, что с тобой побольше шансов справиться с миссией. Без лишнего шума.       - С тобой без лишнего шума никак не получится, Наруто. Оставили одного с жрицей – гору в вулкан обратил, – съязвил Нара. – Кстати… Ты в курсе, что ты до сих пор генин?       Наруто фыркнул, демонстративно поправив шляпу.       - В курсе. И что?       - А то, что из всего нашего выпуска ты один такой. Даже Чоджи… нет, даже Киба уже чуунин. Даже Ли, – Шикамару отложил свиток и посмотрел на блондина в упор. – Уже и эта мелюзга Конохамару скоро запишется на экзамен. А ты всё ещё генин. Ну не позорище ли?       Блондин притворно надулся.       - Я три года-…       - Не аргумент, – перебил его Шикамару и вздохнул. – Тебе бы тоже записаться. Прямо сейчас. Как раз есть местечко. Я лично прослежу, чтобы тебе попался противник с характером.       - Пф, – Наруто взмахнул веером. – Я свою смерть уже видел, и не раз. Экзамен меня не пугает.       - Зато пугает Пятую, которая должна как-то ещё потом объяснять, по каким таким причинам генин выполняет задания ранга S. И меня тоже.       - Ну, буду вечным генином. Это ведь тоже как некий имидж для меня, разве нет? – поддразнил блондин с лёгкой ухмылкой за веером.       - Ну-ну, – хмыкнул в ответ Шикамару. – Запишись, всё-таки. Меньше мороки. А то сам без предупреждения это сделаю.       - Это угроза?       - Это обещание, – Шикамару снова уткнулся в свитки, но уголок его губ дёрнулся вверх. – Ты просто, как погляжу, поумнел настолько, насколько показалось после той миссии с принцессой-предсказательницей… Катастрофа.       - Чего? – Наруто склонил голову.       - Раньше ты был как табуретка, – пояснил Шикамару, не полнимая взгляда. – Простая, предсказуемая, полезная, интеллектом не блещущая. Теперь… – он сделал паузу, словно прикидывая формулировку. – Ладно… две табуретки. Поставленные друг на друга. Вроде и выше, но мебелью осталось.       Наруто аж поперхнулся воздухом. Веер замер на полпути.       - Я… Ой, да ну тебя! – возмутился он, но в голосе уже слышался смех. – Две табуретки! Я, к твоему сведению, умелый торговец!       - Торговец? – слегка приподнял бровь Шикамару. – И чем торгуешь? Уроками, как правильно поглощать и переваривать рамен из Ичираку?       - Сладостями и всякой бытовой всячиной!       - Ну… Ладно, три табуретки.       - Ты невыносим.       - Зато честен.       Перепалку прервал шум приближающихся шагов – тяжёлых, уверенных, с лёгким шорохом бумажного свёртка. Чоджи направлялся к Шикамару с уверенным взглядом, словно ещё не успел съесть то, что было в свёртке. Шикамару всегда был неуверен.       - Шикамару! Мама твоя просила передать… – начал он, но осёкся, увидев третьего.       Наруто повернулся к нему всё с той же ухмылкой, слегка скрытой веером. Чоджи замер. Палочки для еды, засунутые в воротник, легонько звякнули, когда он резко выпрялся.       - Ты… – выдохнул он.       - Я, – подтвердил блондин.       - Правда живой.       - Живой, – вновь подтвердил Наруто, решив не томить. – Привет, Чоджи. Ты, смотрю, тоже подрос. И палочки всё так же при тебе.       Чоджи моргнул раз, другой, а потом его лицо расплылось в широченной улыбке – той самой, доброй, открытой.       - Наруто! – он шагнул вперёд и, не раздумывая, хлопнул блондина по плечу, да так, что трость чуть не выскользнула из пальцев. – Я знал! Ну, не знал, но верил! В смысле, когда сказали – сразу поверил! Потому что ты не мог просто так взять и не вернуться!       - Осторожнее с плечом, – поморщился Наруто, но улыбка стала только шире. – Оно у меня пока одно. Если это не худшее, что может со мной случиться.       - Мясо, – вдруг выпалил Чоджи, вспомнив о свёртке. – Тебе надо много мяса. Бесплатно. За счёт Шикамару.       - Эй! – возмутился Нара, не поднимая головы. – Почему опять за мой счёт?       - Потому что ты теперь важная шишка, – передразнил Чоджи, присаживаясь рядом на ступеньку и начиная разворачивать свёрток. – Твоя мама передала обед. Сказала, что такими темпами она скоро сама придёт тебя с ложечки кормить. Да так, чтобы тебе было стыдно перед всеми остальными в Комитете.       - Ну что за женщина, – устало пробормотал Шикамару, принимая небольшую коробочку с онигири. – Спасибо. Тебе и ей, пожалуй. А теперь дайте мне три минуты тишины, пока я не запутался в графике спаррингов.       Чоджи уселся поудобнее, достал из собственного кармана небольшой пакетик с мясными шариками и предложил Наруто. Тот не отказался.       - Значит, ты теперь… такой? – Чоджи окинул его взглядом, полным дружелюбного любопытства. – Шляпа, трость, веер… Хината сказала бы, что ты стал интересным. Я просто скажу – ты стал ещё страннее.       - Принимаю как комплимент, – кинул, отправляя в рот мясной шарик.       - Слышал, ты какого-то там подрывника из Акацуки… это… уделал? – Чоджи понизил голос до заговорщического шёпота. – Сильно?       - Убежал он, – пояснил Наруто. – Но руку одну он потерял.       - Круто, – выдохнул Чоджи с искренним восхищением. – Это надо отметить. Как вернёмся с миссии – я угощаю.       - Понял. Значит, и ваша команда занята. Жаль…       - Да кажется все заняты, – заметил Шикамару, откладывая свиток и принимаясь за трапезу. – Наруто, раз уже ты здесь и не идёшь со мной на Мост Тенчи, может, пока время есть, хотя бы поможешь с подготовкой к экзамену?       - Я же генин, – парировал блондин, и в его голосе зазвучала лёгкая ехидца. – Мне по статусу не положено.       - А мне по статусу положено тебя по рекомендовать, – не остался в долгу Шикамару. – И поверь, после того, что ты сделал в Песке и в Стране Демонов, Совет будет только рад выставить тебя против какого-нибудь бедолаги из Водопада. Беспроигрышный вариант, дело с концом.       - Три табуретки, – напомнил Наруто, прищурившись.       - Уже четыре, – поправил Шикамару, даже не улыбнувшись. – Ты быстро учишься.       Чоджи рассмеялся так, что чуть не подавился мясным шариком.       ‘Вот же…’ – подумал Наруто глядя на них. ‘Сидят, едят, подкалывают. Будто и не было трёх лет. Как будто я никуда и не уходил.’       Он поправил шляпу, скрывая глаза, и позволил себе улыбнуться – той самой улыбкой, настоящей, которую прятать за веером не приходится.       Мгновение спустя улыбка чуть дрогнула.       В ту же секунду Шикамару, казалось бы, полностью поглощённый онигири, вдруг замер. Его пальцы едва заметно сжали палочки крепче. Чоджи нахмурился, перестал жевать, и его глаза метнулись к крыше соседнего здания. Они оба почувствовали – что-то идёт не так.       А потом воздух загустел.       С крыши напротив сорвались тени – четыре черно-белых зверя, похожих на помесь тигров и драконов, с разинутыми пастями и белыми пустыми глазами. Летели быстро, бесшумно, целясь прямо в спину блондина.       - Наруто! – крикнул Чоджи, отбрасывая еду и вскакивая.       Шикамару уже вскочил на ноги, выхватывая кунай. Но ни один из них не успел.       Звери врезались в Наруто… И лопнули.       Чернила брызнули во все стороны, заливая ступеньки, но не коснувшись ни Чоджи, ни Шикамару – словно невидимая стена приняла удар на себя. Наруто даже не шелохнулся. Более того, стоял до сих пор спиной к нападавшим. Ничего не предпринял. Всё в той же расслабленной позе, слегка опёршись на трость, и лишь край его хаори колыхнулся от всплеска чёрной жижи, отскакивая обратно на землю.       - Что за... – начал Чоджи, ошарашенно глядя на растекающиеся чернила. Удивление с чудовищ или целом состоянии Наруто? Возможно, всё вместе.       - Шиноби нашей деревни, – тихо сказал Шикамару, и его взгляд стал холодным. – Анбу. Или… Не понимаю, кто это. Без маски. Нужно схватить и допросить.       С крыши сорвалась вторая волна зверей – на этот раз больше, целая стая. Чоджи и Шикамару переглянулись и синхронно начали: один встал на одно колена, собирая в руки печать, второй – увеличивая кулак до гигантских размеров.       Дальнейшее произошло так быстро, что бледный парень на крыше, что атаковал их, сам едва успел осознать.       Он отправил зверей, наметил траекторию отступления – и вдруг почувствовал, что объект исчез из поля зрения. Не ушёл в слепую зону, не скрылся за дымом – просто исчез. И тут же – лёгкое касание к шее. Прохладное. Деревянное.       - Знаешь, – произнёс задумчивый голос слева от него, – я ведь тоже однажды служил в одной организации… Тайные операции. Правда, форма у нас была поприличнее.       Парень замер. Он сидел на корточках на краю крыши, а в полутора метрах от него, с комфортом расположившись на черепице и свесив одну ногу, сидел объект. Та самая трость – теперь ясно видимая, с гладким деревом – упиралась парню прямо в горло. Не давила, но ощущалась так, словно по кадыку провели лезвием.       ‘Скорость… ненормальная. Я не заметил движения. Он не мог переместиться за такое время. Это не техника шиноби… во всяком случае, не обычный Шуншин (Телесное Мерцание).’       - Сиди-сиди, – продолжил Наруто, покручивая веер в свободной руке. – Трость непростая, знаешь ли. Даже сквозь свои… хоть что-то, должен ощущать… опасность.       А незнакомец действительно ощущал. Его лицо оставалось спокойным, но глубоко внутри, под слоями тренировок по контролю эмоциями, зашевелилось нечто, похожее на инстинкт самосохранения. Он не боялся смерти – с детства учили, что смерть для их организации – лишь инструмент. Но это… это было иначе. Эта трость словно давила не на горло, а на саму душу.       - Любопытная техника, – Наруто склонил голову, рассматривая чернильную кляксу на его свитке. – Чернила, принимающие форму живых существ. Ты ведь не просто рисуешь – ты вкладываешь в них что-то ещё. Эмоции? Волю? Нет, скорее… пустоту. Так даже удобнее. Нечему сопротивляться, нечему бунтовать. Идеальное послушание.       Молчание.       - Ничего не скажешь? Ну, правильно. Я бы тоже молчал на твоём месте. Но, знаешь, – Наруто наклонился чуть ближе, и его голос стал тише, – когда долго молчишь, забываешь, как говорить. А потом забываешь, кто ты. И однажды просыпаешься, понимаешь: ты – просто пустая книжка с нарисованной обложкой. Как эти зверьки.       ‘Он анализирует меня. Не мои техники – меня. В досье этого не было.’       - «КОРЕНЬ», да? – продолжал блондин. – Данзо прислал? Молчи-молчи, не жду ответа. Просто передай ему: если захочет со мной поговорить – пусть приходит лично. Я не кусаюсь. Обычно.       Он убрал трость. Движение было лёгким, почти небрежным, и в ту же секунду парень рванулся в сторону, разрывая дистанцию. Никаких лишних слов, прощальных жестов – только вспышка скорости, и он исчез, растворившись в чернилах, которые потом и сами испарились в воздухе.       Наруто проводил его взглядом и вздохнул.       - Ни здравствуйте, ни до свидания, – пробормотал он, поднимаясь и отряхивая хаори.        Снизу уже доносились встревоженные голоса. Шикамару и Чоджи расправились с парой чернильных тварей. Вернее, дали им лопнуть о тени и увеличенный кулак. А теперь озирались в поисках противника.       - Где он?! – крикнул Чоджи.       - Был тут, – Наруто спрыгнул с крыши и приземлился рядом, поправляя шляпу. – Уже ушёл. Торопился, бедняжка.       - Ты его… допросил? – Шикамару подозрительно сощурился.       - Поговорили по душам, – уклончиво ответил блондин и тут же добавил: - Он от Данзо. За мной следил. Теперь, думаю, отстанет на какое-то время.       Чоджи нахмурился.       - Данзо… это же плохо, да?       - Сложно… и морока, – поправил Шикамару. – Но раз Наруто цел, значит, пока обошлось.       - Цел, цел, – заверил блондин и хотел было добавить что-то ещё, но тут со стороны главной улицы раздался быстрый перестук сандалий и знакомый женский голос:       - Я слышала шум! Что тут у вас?!       Все трое обернулись. Из-за угла выбежала Ино – запыхавшаяся, с растрёпанной чёлкой, с кунаем в руке. Её глаза, ярко-голубые и цепкие, мигом просканировали всю местность, потом глаза обежали всю компанию, остановились на блондине – и вспыхнули.       - О-о-о, – пропела она, мгновенно переключившись с тревоги на совершенно иной регистр. – А кто это тут у нас? Загадочный воскресший герой собственной персоной! А я-то думала, Сакура приукрасила, как обычно, но нет… – она плавным движением поправила волосы и улыбнулась – той самой, от которой у половины деревни подкашивались колени. – Действительно… шляпа, трость, плащ. Загадочно. Привлекательно. Прямо как в романах, которые читает моя мама.       Наруто, не растерявшись, прикрыл лицо веером и чуть склонил головую       - Ох ты-ох ты, – протянул он, и в его голосе зазвучала та самая, почти неуловимая, кокетливая интонация, которую он когда-то отточил на клиентах своего магазинчика. – Сама Яманака Ино? Смотрю, цветочный бизнес процветает – вы цветёте вместе с ним.       Ино чуть не поперхнулась. Явно не ждала, что объект её лёгкого флирта ответит тем же.       - А ты остренький на язычок, – сделала шаг ближе, прищурившись. – Сакура говорила, что ты изменился, но не говорила, что стал таким... – она обвела его фигуру взглядом, – …интригующим.       - Я всего лишь скромный торговец, – Наруто легонько помахал веером, и глаза его лукаво блеснули из-под шляпы. – А скромность, как известно, – лучшая приправа к интриге.       - Скромность? – Ино хихикнула, и в её смехе было что-то опасно-кошачье. – С такой шляпой и тростью? Скромность – преступление против здравого смысла. Ты, наверное, сейчас думаешь: «Какая милая девушка, как бы её не обидеть.», а сам строишь планы, как бы половчее улизнуть.       - Я никогда не обижаю милых девушек – невинно ответил Наруто, продолжая прятать половину лица за веером. – Тем более тех, кто так тонко чувствует стиль.       Чоджи, наблюдая эту сцену, тихонько шепнул Шикамару:       - Мне кажется, или они флиртуют?       - Не кажется, – так же тихо ответил Шикамару, не сводя с них взгляда. – И, если честно, я не уверен, кто из них опаснее.       - Ну что ты, – Ино уже почти вплотную подошла к блондину, – такой загадочный, такой… – она сделала паузу, словно пробуя на вкус, – …милашка.       Наруто замахал веером так, что бумага едва не запела.       - Вы смущаете меня, госпожа. Я не настолько интересен, чтобы ради меня тратить время такой красавица.       - И мы продолжаем играть скромника, – Ино коснулась пальцем своего подбородка. – Это даже мило. Скажи, а под шляпой у тебя всё те же вечно растрёпанные волосы? Дай угадаю: они по-прежнему торчат во все стороны и пахнут раменом?       - Хуже, – прошелестел блондин из-за веера. – Чаем и загадками.       - Ох, божечки… Обожаю загадки.       - Ино, уймись. Ты выглядишь как кошка перед миской с молоком, – попытался утихомирить товарища по команде Шикамару.       - Молчи, лентяй.       Ино сделал ещё один шаг и уже протянула руку, чтобы кокетливо поправить край его плаща, но замерла на полуслове.       Потому что за её спиной раздался голос – тихий, мягкий, но почему-то заставивший даже Шикамару поперхнуться.       - Ино.       Яманака обернулась и увидела Сакуру. Та стояла в десяти шагах, и на её лице сияла улыбка – сладостно-опасная, как нож для торта, которым можно отрезать кусочек бисквита, а можно случайно перепилить тарелку.       - Сакура! – Ино мигом изобразила беззаботность. – А я как раз хвалила твой вкус. Ты была права, он действительно милый. Даже очень.       - Угу, вижу, – Сакура сделала плавный шаг вперёд, и Ино сделала шаг назад, мгновенно превратившись из хищницы в нашкодившую кошку. – И поэтому ты стоишь вплотную к моему… к нашему товарищу по команде, называешь его «милашкой» и тянешь к нему свои загребущие руки?       - Я не тянула! – пискнула Ино, но её предательским покрасневшие щёки говорили об обратном. – И он правда милашка.       - Он – дурашка, – Сакура улыбнулась ещё шире, и от этой улыбки, казалось, даже цикады замолкли. – Знаешь, что я тебе скажу? Этот… дурашка, – она выделила слово голосом, – принадлежит Команде 7. И мы своих не отдаём. Правда, Наруто?       Наруто, который всё это время наблюдал за происходящим с выражением вежливого любопытства, медленно сложил веер.       - Я… – начал он.       - Не надо, – перебила Сакура, и её тон не предполагал возражений. – Ты – молчишь. Ты, – она ткнула пальцем в Ино, – отходишь. На три шага. Минимум. А ты, – теперь палец упёрся в грудь Наруто, – идёшь со мной. Готовиться к миссии. Хватит прохлаждаться, а то тебя тут отвлекают.       - Но мы только что обедали, – робко заметил Чоджи, который всё ещё держал в руке недоеденный мясной шарик.       - Это не обед, это привал, – отрезала Сакура, схватила Наруто за локоть и решительно потащила за собой. Тот, впрочем, не сопротивлялся, лишь пожал плечами. Бросив на Ино извиняющийся взгляд поверх веера.       Ино, всё ещё пунцовая, пробормотала:       - Жадина… – но в её голосе не было злости – скорее, смущение с долей восхищения.       - Собственница, – поправил Шикамару, и Чоджи согласно кивнул.              Сакура тащила его несколько кварталов, прежде чем сбавить шаг. Наруто молча шагал рядом, поправляя шляпу, и ждал.       Наконец она остановилась и развернулась к нему.       - Ты! – начала она. – Ты вообще понимаешь, что она делала?       - Флиртовала, – спокойно ответил Наруто.       - Именно! – Сакура ткнула его пальцем в грудь. – А ты?! Стоял, веером махал, скромный ты наш торговец! Да ты ей подыгрывал!       - Я всегда вежлив с дамами, – он примирительно развёл руками.       - Вот именно! – она схватилась за голову. – Наруто, Ино – она… она хищница, понимаешь? Она не встречалась ни с кем серьёзно, но это не значит, что она попытается… ну, ты понял.       - Попытается что? – невинно поинтересовался блондин.       Сакура зарычала.       - Съесть тебя! С потрохами! Она же глаз на тебя положила ещё тогда, в кафе, даже нормально не рассмотрев! «Привлекательный», «интригующий»… Я ей устрою «интригующего»!       - Ревнуешь? – спросил Наруто, и в его голосе не было ни насмешки, ни поддразнивания – просто лёгкое, тёплое любопытство.       Сакура мгновенно умолкла. Её щёки вспыхнули.       - Я… нет! То есть да! То есть… – она сжала кулаки и выдохнула. – Ты мой товарищ. Я не хочу, чтобы какая-то… чтобы кто-то… – она запнулась и опустила взгляд. – Просто будь осторожен, ладно? Она хорошая, правда. Но…       - Я понимаю, – мягко сказал Наруто, и в его голосе вдруг прорезалась та самая, взрослая нотка, которую Сакура слышала очень редко. – Не волнуйся. Съесть себя не позволю.       Сакура подняла глаза. Он улыбался – легко, спокойно, и эта улыбка была не той, что десять минут назад, когда он флиртовал с Ино. Эта была настоящей.       - Дурак, – прошептала она, но уже без злости. – Пошли. Надо обсудить детали миссии.       Они пошли рядом, и некоторое время молчали.       ‘Интересно…’ – думал Наруто, глядя на небо. ‘Когда я был здесь в последнее время, я ничего не понимал в таких вещах. Девушки, чувства, намёки… Слеп, как крот в пустыне. А теперь…’       Он вспомнил магазинчик Урахары, долгие вечера за чаем с Йоруичи, подколы с Тессаем, редких посетительниц, которые захаживали не столько за товаром, сколько за разговором, хотя там и были и прсото домохозяйки за бытовухой. Он никогда не был бабником, как Дзирайя, но определённую… гибкость в общении с противоположным полом он за столетия приобрёл. Урахара был извращенцем в своём роде – не тем, что подглядывает, а тем, что слишком много понимает и этим играет. Смерть и возрождение смягчили эту черту: память простодушного мальчишки, который просто хотел быть Хокаге, словно разбавила расчётливый цинизм учёного. Теперь он был где-то посередине – достаточно проницателен, чтобы заметить игру Ино, и достаточно тактичен, чтобы не смущать её прямым отказом. И достаточно… тёплый, чтобы оценить, как Сакура пытается его защитить.       ‘Господин Куросаки тоже так делал.’ – мелькнула мысль. ‘Защищал своих. Просто потому, что они – свои. Не из долго или приказа.’       - Сакура, – позвал он.       - Что?       - Спасибо.       Она взглянула на него искоса, но ничего не ответила – только фыркнула и чуть ускорила шаг, пряча улыбку. И он понял, что она поняла.       ‘Да.’ – подумал он, поправляя шляпу. ‘Я дома, определённо.’       

***

      Бледный парень опустился на черепицу дальней крыши – беззвучно, как учили. Шум улицы остался где-то внизу, приглушённый расстоянием и ветром. Он выждал десять секунд, сканируя окружение: ни движения, ни чужой чакры, ни того странного, почти неосязаемого давления, которое он ощутил рядом с объектом. Чисто. Только тогда он позволил себе выдохнуть – ровно, без эмоций, но на долю секунды медленнее обычного.       Блокнот лёг на колено. Карандаш замер над страницей.       «Объект: Узумаки Наруто. Дополнительная запись №2.»       Он помедлил. Слова, сказанные объектом, всё ещё звучали в голове – не как угроза, не как информация, а как что-то иное, чему он не мог подобрать определения. Он отогнал эту мысль и начал писать – быстро, чёткими штрихами, без единой лишней буквы.       «Физические параметры: скорость перемещения значительно превосходит ожидаемую. Визуальный контакт утерян за время менее 0.5 секунды. Предположительно – не Шуншин; признаки стандартной техники мгновенного перемещения отсутствовали. Объект оказался вне поля зрения без колебаний воздуха, без звука шагов, без остаточного следа чакры. Требуется пересмотр классификации сенсорных возможностей.»       Он вспомнил, как трость коснулась его горла. Холод дерева. Нет, не просто холод – давление. Оно не было физическим. Оно ощущалось глубже, под кожей, где-то на границе между телом и тем, что Корень учил не замечать.       «Трость объекта: предположительно, инструмент двойного назначения. Внешне – деревянная, с металлическим наконечником. При контакте с шеей наблюдателя зафиксирован эффект, не соответствующий простому физическому давлению. Эффект субъективно описывается как «угроза, направленная непосредственно в духовную основу». Возможно, технология, аналогичная печатям подавления чакры, но действующая на более тонком уровне. Рекомендуется избегать прямого контакта.» Карандаш скрипнул. Он позволил себе паузу – ровно на один вдох. В голове снова всплыли слова: «Когда долго молчишь, забываешь, как говорить. А потом забываешь, кто ты. И однажды просыпаешься, понимаешь: ты – просто пустая книжка с нарисованной обложкой.»       Он не знал, почему запомнил именно эту фразу. Она не несла тактической ценности. Не указывала на слабости, не раскрывала планов. Она была… бесполезной. И тем не менее она застряла в сознании, как заноза, которую невозможно вытащить.       Заставил себя продолжать писать.       «Психологический профиль: объект демонстрирует высокий уровень эмпатического анализа. В ходе контакта без предварительных данных точно идентифицировал принадлежность наблюдателя к Корню, а также предположил связь с господином Данзо. Использовал вербальное воздействие, направленное на дестабилизацию эмоционального состояния. Степень эффективности воздействия – средняя (наблюдатель зафиксировал кратковременную реакцию, подавленную в течение 1.2 секунды). Вывод: объект владеет навыками психологического давления, нехарактерными для его прежнего досье.»       Он остановился. Слова «нехарактерными для его прежнего досье» были клинически точны, но недостаточны. Прежнее досье описывало генина со слабой успеваемостью, импульсивного, предсказуемого. То, что он увидел сегодня, не соответствовало ни одному пункту того старого файла. Он перевернул страницу и начал новую запись – отдельную, для личного анализа.       «Гипотеза: объект не является Узумаки Наруто в том виде, в каком он был зафиксирован три года назад. Возможные объяснения:       1. Длительное пребывание вне деревни привело к радикальной трансформации личности и способностей.       2. Объект является иной личностью, использующей тело или облик Узумаки Наруто. Однако наличие Девятихвостого по заверениям господина Данзо делают этот вариант маловероятным.       3. Объект подвергся внешнему воздействию, изменившему его на фундаментальном уровне (версия не подтверждена, требует дополнительных данных).       Наблюдатель склоняется к версии №1 с оговоркой, что изменения выходят за рамки стандартных.»       Карандаш снова замер. Сай моргнул. В груди, где-то глубоко, шевельнулось что-то, чему он не знал названия. Это не было страхом – страх ему удалили много лет назад, вместе с прочими ненужными чувствами. Это было… узнавание? Нет, неправильное слово. Скорее – резонанс. Как если бы кто-то ударил в колокол, который он считал навсегда онемевшим, и тот отозвался слабым, едва слышным гулом.       «Пустая книжка.».       Он снова увидел свои руки – бледные, с аккуратными пальцами, держащими карандаш. Руки, которые рисовали зверей. Руки, которые никогда не держали ничего по-настоящему живого.       Сай закрыл блокнот. Резким, отточенным движением убрал его в подсумок.       - Не имеет значения, – произнёс он вслух, без интонации, как зачитывал приказ.       Он встал. Ветер шевельнул край его формы, и на мгновение тень от капюшона легла на лицо, скрыв выражение глаз. Затем он исчез – так же бесшумно, как появился, оставив после себя лишь холодную черепицу и эхо чужих слов, которые, вопреки всем тренировкам, никак не желали затихать.