Глава 11. Книжка.

      Она бежала.       Ноги вязли в густом, неестественно чёрном тумане, что стелился по земле, цеплялся за щиколотки, не давал двигаться быстрее. Впереди, в нескольких десятках метрах, спиной к ней стояли двое. Один – ссутуленный, в знакомой синей рубашке с высоким воротником, с гербом Учиха на спине. Второй – в оранжевом.       - Саске! – крикнула она, но голос прозвучал глухо, будто сквозь вату. – Наруто!       Они не обернулись. А потом Саске поднял руку, и в его ладони запело Чидори – тысяча птиц, готовых сорваться в смертельный полёт. Пронзительный, режущий уши визг. Сакура закричала, бросилась вперёд, но туман держал, душил, не пускал.       Рука Саске вошла в грудь Наруто с влажным, тошнотворным хрустом.       - НЕТ!       Она рванулась, разрывая туман, и всё-таки добежала. Схватила Саске за плечо, отшвырнула в сторону – он отлетел, как пустая кукла, безвольно, неестественно, и растворился во тьме. Наруто покачнулся и стал заваливаться назад. Сакура подхватила его, опустилась на колени, прижимая к себе.       - Наруто, Наруто, держись, я сейчас, я вылечу, я...       Она осеклась.       Лицо, которое смотрело на неё снизу вверх, было не лицом Наруто.       Черты плыли, искажались, словно отражение в воде, потревоженной брошенным камнем. Глаза были не голубыми – белёсыми, пустыми, как у слепой рыбы из глубин. Улыбка растянулась слишком широко, обнажая не зубы – что-то острое, неправильное. И эта тварь, носящая лицо её друга, заговорила его голосом:       - Я старался, Сакура-а-а, – пробормотал он знакомым для неё произношением её имени. – Я так старался. А ты... ты вдруг перехотела его возвращать?       - Нет... нет, я не...       - Всё было зря? – прошелестел голос, и холодная рука сомкнулась на её горле. – Я умер за тебя. За твоё обещание. А ты... ты просто сдалась?       - Прости... – слёзы текли по её щекам, дыхание перехватывало, пальцы холодели. – Прости, прости, прости...       - ЗРЯ!       Вспышка. В его свободной ладони закрутилась сфера – голубая, с алыми прожилками, вращающаяся, гудящая. Расенган. Он поднёс её к самому лицу Сакуры, и она увидела в этом сиянии всё: свою вину, свой страх, свою невысказанную правду. Увидела и зажмурилась...       - ...       Сакура распахнула глаза.       Потолок гостиничного номера. Балки тёмного дерева. Первый утренний свет, сочащийся сквозь бумажные сёдзи, рисующий на полу золотистые квадраты. Сердце колотилось где-то в горле, заглушая все остальные звуки. Она лежала, судорожно вцепившись пальцами в грудь – туда, где во сне зияла рана навылет. Не её рана. Его. И её собственная шея всё ещё помнила холод мёртвой хватки.       - Сон, – выдохнула она. – Это был просто сон. Просто кошмар…       Она заставила себя сесть. Голова кружилась, волосы прилипли к взмокшему лбу. Вода в кувшине на тумбе была прохладной – она плеснула в лицо, потом ещё раз, потом просто прижала мокрые ладони к глазам, пытаясь стереть застывшее перед внутренним взором искажённое лицо.       ‘Просто нервы… от предстоящей встречи. Возможно, придётся встретиться с ним. Вот подсознание и...’       - Соберись, Харуно, – приказала она себе, отбрасывая одеяло и поднимаясь на ноги. Ноги дрожали, но она заставила их стоять ровно. – Ты боевой медик. Ты чуунин. Ты ученица Пятой Хокаге. Хватит расклеиваться!       Она подошла к умывальнику, плеснула в лицо ещё более ледяной водой. Посмотрела на себя в зеркало – бледная, с тёмными кругами под глазами, но взгляд уже твёрдый.       - Соберись, – повторила она тише, и на этот раз голос прозвучал почти убедительно.              Утренний туман клубился над спокойной гладью воды, и деревянный пирс гостиницы уходил в эту молочную белизну, словно мост в никуда. На самом краю, свесив одну ногу, сидел Сай. В руке у него была кисть – тонкая, из беличьего ворса, – а на коленях лежал альбом. Чёрная тушь ложилась на бумагу точными, выверенными штрихами, складываясь в картину, которой он сам пока не мог дать имени.       Сзади раздались мягкие шаги, и на пирс, постукивая тростью, вышел Наруто. Шляпа, как всегда, затеняла глаза, но уголки губ были приподняты в лёгкой ухмылке. Он подошёл, остановился за спиной Сая и чуть склонил голову, разглядывая рисунок.       - Ох ты, – произнёс он с искренним интересом. – А ты хорош. Гораздо лучше тех чернильных зверей, которые на меня тогда напали. Как называется?       - Никак, – ответил Сай, не оборачиваясь. Кисть продолжала скользить по бумаге. – У этого рисунка нет названия.       Наруто хмыкнул и опустился на доски пирса рядом с ним, вытянув ноги и опершись спиной о столбик.       - Странно. Обычно картины получают названия. Это как имена. Без имени оно вроде как... не завершено.       Сай на мгновение замер. Кисть повисла в воздухе, и крошечная капля туши сорвалась с кончика, упав на бумагу. Он не пытался её стереть.       - Я не могу дать названия, – произнёс он, и его голос прозвучал ровно, но с какой-то едва уловимой трещиной посередине. – Ни рисункам. Ни... чему-либо ещё. Сколько бы я ни старался, у меня не получается. Словно внутри нет того, что должно откликаться.       Наруто не стал отпускать шуток. Он смотрел на рисунок – на размытые контуры, на переплетение линий, на пустоту в центре, которую Сай, кажется, даже не пытался заполнить.       - Ничего, – сказал он наконец. – Может, просто время ещё не пришло. Иногда, чтобы дать чему-то имя, нужно сначала понять, что именно ты рисуешь.       Сай ничего не ответил. Он отложил кисть и повернулся к Наруто, разглядывая его с тем же изучающим прищуром, что и всегда.       - Вы говорили, что хотите вернуть Саске. Вчера вы так и не ответили на вопрос, чего вы сами от этого ждёте. Но теперь я хочу спросить о другом: что вы будете делать, если он снова уйдёт?       Наруто перевёл взгляд на туманную гладь воды.       - Снова уйдёт, значит...       - Если он не захочет возвращаться. Если он снова выберет Орочимару. Или месть. Или что-то ещё. Что тогда?       Наруто понял. Он не сразу осознал, что именно насторожило в этих словах, но когда осознал – веер в его руках замер.       Он не стал говорить этого вслух. Вместо этого он захлопнул веер и слегка постучал им по колену.       - Не получится.       - Что именно? – Сай повернулся к нему, и его улыбка была всё той же – вежливой и пустой.       - То, что ты задумал, – ответил Наруто, глядя на воду. – Я не знаю точно, что это. Но я знаю Саске. И знаю тебя. Ты хорошо обучен, Сай. Ты быстр, хитёр и явно не показываешь всего, на что способен. Но против Саске ты проиграешь.       - Вы так уверены? – Сай чуть склонил голову. – Я изучил его досье. Его техники, его слабости…       - Досье устаревает, – перебил Наруто, и в его голосе прорезалась та самая холодная, аналитическая нотка. – Я ведь тогда, на крыше, показал тебе лишь малую часть того, что умею. И этого хватило, чтобы ты отступил. А теперь представь, на что способен Саске, который тренировался у Орочимару три года. Серьёзно. Ты хорош, я видел твои техники. Чернильные звери – это впечатляет. Но Саске... Саске сейчас, наверное, такой силы, что справиться с ним смогу только я.       Он сделал паузу и хмыкнул собственным мыслям.        ‘Хотя я, возможно, переоцениваю его. Готовлюсь к худшему, потому что привык. Потому что в прошлый раз недооценил – и вот результат.’       - А если я тебя на крыше так легко отпугнул, – добавил он вслух, – то представь, что сделает Саске. У него теперь есть то, ради чего он меня убил. Новые глаза. Мангёке Шаринган. Ты понимаешь, что это значит?       Сай молчал. Если этот бродяга в шляпе – тот, кто заставил его отступить одним лишь присутствием, – предполагает, что кто-то сильнее его, то миссия действительно может оказаться невыполнимой.       - Узумаки… Наруто, вы так уверены, что он сильнее вас? – спросил Сай после долгой паузы.       - Я ни в чём не уверен, – честно ответил Наруто.       Сай молчал. Потом закрыл альбом и отложил его в сторону.       - Вы странный человек, Узумаки. Вы говорите обо мне так, словно я представляю для вас ценность. Но мы знакомы меньше двух дней. И я уже пытался вас атаковать.       - Все мы ошибаемся, – пожал плечами Наруто.       - Это не ошибка. Это приказ.       - Приказы тоже могут быть ошибочными.       Сай снова замолчал, и в этом молчании было что-то новое – не враждебное, не настороженное, а скорее... задумчивое. Словно внутри его пустой книги кто-то невидимый переворачивал страницу за страницей, пытаясь найти между строк то, чего там никогда не было написано.       - Эти узы, о которых вы всё время говорите, – наконец произнёс он. – Дружба. Товарищество. Верность. В Корне нас учили, что это – слабость. Инструменту не нужны узы. Инструменту нужен долг.       - И как, работает? – поинтересовался Наруто.       - До сих пор – да.       - И ты счастлив?       Вопрос повис в воздухе. Сай открыл рот, чтобы ответить – и не смог. Потому что слово «счастлив» не входило в его словарь. Оно было из другого языка. Из языка тех, кого он называл «обычными людьми».       Наруто фыркнул.       Сай вздрогнул от этого звука.       - Я сказал что-то забавное? – спросил он, и на этот раз в его голосе проскользнула лёгкая, едва уловимая нотка... возмущения? Обиды?       - Нет-нет, – Наруто замахал рукой. – Просто... ничего. Не бери в голову.       - Вы смеётесь надо мной.       - Нет. Честно.       - Смеётесь. Я вижу.       - Я улыбаюсь, – поправил Наруто. – Это другое.       - Вы улыбаетесь с той же интонацией, с какой вчера бесили Харуно, – парировал Сай. – После чего она пыталась вас убить. Это не «другое».       Наруто рассмеялся в голос.       - Ладно, ладно, сдаюсь. Просто... – он чуть склонил голову, разглядывая Сая с искренним любопытством, — ты говоришь, что у тебя нет ничего, кроме долга. Что узы тебе чужды. Но при этом ты рисуешь. И рисуешь, надо сказать, отлично. Художник, который не чувствует, не может создавать такое. Мне ли не знать.       Сай прижал альбом к груди, словно защищая.       - Рисование – это просто навык.       - Ага, и названий ты не даёшь, потому что это тоже «просто навык», да? – Наруто подался вперёд и понизил голос. – Слушай, а что это за книжка у тебя в сумке? Та, потрёпанная, самодельная. Не похожа на блокнот для отчётов.       Сай замер. Его рука сама собой дёрнулась к подсумку, но он остановил движение на полпути.       - Это не имеет отношения к миссии.       - Я и не спрашивал про миссию, – заметил Наруто. – Я спросил про книжку.       - Это... личное.       - О, – Наруто откинулся обратно на столбик, и его ухмылка стала совсем уж довольной. – У тебя есть «личное». Надо же. А говорил – только долг.       Сай нахмурился. Впервые за всё время их знакомства его улыбка дрогнула и почти сползла с лица. Он не злился – он был сбит с толку. Этот бродяга в шляпе снова залез туда, куда не должен был лезть, и снова сделал это так, словно имел полное право.       - Вас не касается, что там, – произнёс он.       - Конечно, не касается, – легко согласился Наруто. – Просто... у тебя всё-таки есть что-то, о чём даже Данзо не знает. Верно? Что-то, что ты прячешь. Что-то, чему ты даже не пытался дать название. А пустая книжка бы посвящала себя одним лишь тренировкам во благо деревни всё своё свободное время. Получается… не такая ты пустая, да?       Сай не ответил. Он просто смотрел на Наруто, и в его тёмных глазах, всегда таких пустых, сейчас ворочалось что-то живое – что-то, чему его никогда не учили в Корне.       Шаги за спиной прервали их разговор. Наруто обернулся и увидел Сакуру. Она стояла у начала пирса, уже полностью одетая для миссии, с медицинской сумкой через плечо. На лице – ни следа ночных кошмаров, только лёгкая, почти незаметная тень под глазами.       - Доброе утро, – сказала она, и голос прозвучал ровно. Почти.       - Доброе, – отозвался Наруто, поднимаясь. Он всмотрелся в её лицо, и ухмылка чуть сползла. – Ты в порядке? Выглядишь... немного невыспавшейся.       - Всё нормально, – ответила Сакура, отводя взгляд. – Просто долго не могла уснуть в незнакомом месте. Бывает.       Наруто помолчал, явно не до конца убеждённый, но не стал настаивать. Вместо этого он подхватил трость и отступил в сторону, давая Сакуре пройти.       - Смотри, что наш художник нарисовал, – сказал он, кивая на альбом Сая. – По-моему, впечатляет.       Сакура подошла ближе, заглянула через плечо Сая и на несколько секунд замерла. На бумаге был лес – тот самый, через который они шли вчера, – но странный, словно увиденный чьими-то чужими глазами. Деревья тянулись вверх, переплетаясь кронами, а между ними зияла пустота – не закрашенная, нетронутая, но почему-то самая выразительная часть рисунка.       - Красиво, – сказала она, и в её голосе прозвучала искренность. – Правда красиво. Только... немного одиноко.       Сай медленно поднял на неё глаза.       - Одиноко? – переспросил он.       - Ну да. Как будто чего-то не хватает. Или кого-то.       Сай опустил взгляд на рисунок. Та самая пустота в центре, которую он всегда оставлял, не зная зачем. Теперь у неё появилось слово.       - Одиноко, – повторил он, пробуя на вкус.       - Ладно, – хлопнула в ладоши Сакура, разрывая момент. – Капитан, наверное, уже заждался. Давайте собираться.       - Я готов, – ответил Сай, закрывая альбом.       - Я тоже, – Наруто поправил шляпу и взял трость под мышку. – Кстати, Сакура...       - Что?       - Ты вчера в горячем источнике не простыла? Вода вроде была горячая, но вылетал я из неё довольно быстро. Вдруг сквозняк.       Сакура медленно повернула голову и посмотрела на него взглядом, который обещал мучительную смерть.       - Наруто.       - М?       - Ты правда хочешь начать это утро с перелома?       - Вовсе нет. Просто забота о товарище по команде.       - Забота о товарище по команде была вчера, когда ты перелезал через стену?       - Это был голосовой метод оповещения. Очень эффективный.       - Я тебе сейчас покажу эффективный метод оповещения, – она сжала кулак.       - Всё, молчу, – он поднял руки в знак капитуляции. – Молчу и иду собирать вещи.       Сай смотрел им вслед, и где-то в его голове механически, как всегда, прокручивались определения. «Забота». «Одиноко». «Товарищ». Слова, которые он знал, но не понимал. Слова, которые теперь почему-то хотелось понять.       Он достал альбом, открыл его на незаконченном рисунке и долго смотрел на пустоту в центре. Потом взял кисть – и нерешительно, почти наугад, поставил крошечную точку там, где раньше всегда оставлял белое пятно.       - Надо же, – пробормотал он. – Всего лишь точка. А уже не так одиноко.       Сзади, из-за дерева у пирса, донёсся едва слышный хруст ветки. Ямато стоял, прислонившись спиной к стволу, и медленно убирал флягу с водой обратно в подсумок. Он слышал всё – с того самого момента, как Наруто заговорил о «личном задании». И теперь, глядя на то, как его временная команда медленно, со скрипом, но всё же начинала превращаться из трёх чужаков в нечто иное, он позволил себе лёгкую, почти отеческую улыбку.       - «Ястреб», – прошептал он, обращаясь к пустоте, – кажется, ваш план даёт трещину.       

***

      Вечернее солнце уже клонилось к горизонту, когда Ямато остановился посреди лесной поляны и, без лишних слов, сложил печати.       - Высвобождение Дерева: Шичука (Четырёхколонный дом).       Земля дрогнула. Из неё, подчиняясь воле капитана, начали подниматься толстые балки – сперва фундамент, потом несущие столбы, затем стены и крыша. Деревья росли, переплетались, смыкались, образуя идеально ровные доски и аккуратные пазы. Не прошло и минуты, как посреди поляны стоял полноценный дом в традиционном японском стиле – с верандой, крышей и гордой эмблемой Деревни Скрытого Листа, вырезанной над входом.       Наруто замер с приоткрытым ртом. Его глаза, скрытые шляпой, сияли тем самым блеском, который обычно предшествовал либо гениальному изобретению, либо катастрофе. Либо тому и другому одновременно.       - Потрясающе, – выдохнул он, постукивая тростью по одной из опорных балок. – Абсолютно потрясающе. Это же живая древесина, но при этом структурно выверенная, без единой трещины… А архитектура? Фундамент? Вы сами проектируете, капитан?       - Всё учтено, – коротко ответил Ямато. – Дерево – не просто стихия. Это создание жизни. Оно знает, как расти. Я лишь направляю. Этот дом – лишь стандартная вариация.       - А можно нестандартную? – Наруто уже обходил дом по периметру, заглядывая в каждый угол. – Скажем, двухэтажное здание с торговым залом на первом этаже, жилыми комнатами на втором и небольшой пристройкой для склада? И чтобы фасад был в тёмно-зелёных тонах. И вывеска над входом. «Магазин Урахары». Как вам звучит?       Ямато устало прикрыл глаза.       - Наруто, мы на миссии.       - Я просто заглядываю в будущее! – жизнерадостно отозвался тот. – Вы, капитан, определённо должны будете мне помочь, когда всё это закончится. Архитектор из вас вышел бы отменный.       Сакура, стоявшая рядом с медицинской сумкой, покачала головой.       - Ты даже не шиноби толком, а уже ищешь, кто тебе магазин построит.       - Именно потому что я не шиноби толком, – парировал Наруто. – Я скромный торговец. Мне нужен магазин. Это основа.       - Торговец с тростью, веером и боевым арсеналом? – приподняла бровь Сакура.       - Диверсификация бизнеса, – не моргнув глазом ответил Наруто.       Ямато, проигнорировав этот диалог, развернулся к Сакуре и перешёл на деловой тон:       - Харуно, мне нужна от тебя подробная информация. Всё, что ты запомнила о Сасори: рост, телосложение, манера речи, характерные жесты и всё что угодно, что он успел тогда выдать. Любая деталь. Я собираюсь принять его облик для встречи с информатором.       Пока Сакура кивнула и начала излагать всё, что знала, Наруто с Саем переглянулись. Обсуждение заняло несколько минут – детали внешности, отличительные черты, особенности голоса. Когда Сакура закончила, Ямато удовлетворённо кивнул и собрал всю команду перед входом в дом.       - Теперь слушайте внимательно. План на завтра таков: мы выходим к мосту Тенчи, и я, в облике Сасори, встречаюсь с информатором. Вы трое сидите в засаде. Никаких самостоятельных действий без моего прямого приказа. Информатора оставляем в живых при любых обстоятельствах. Даже если он попытается атаковать меня. Даже если вам покажется, что ситуация выходит из-под контроля. Ваша задача – прикрытие, и ничего больше. Ясно?       - Ясно, – хором ответили все трое.       - Хорошо. Теперь о расстановке. Я работаю в паре с Сакурой. Она ирьенин, её нужно прикрывать в любом случае. Этим займусь я. Наруто и Сай – вторая пара. Действуете вместе. И раз уж мы заговорили о командной работе…       Ямато сделал паузу и обвёл их взглядом, в котором читалось что-то среднее между командирской строгостью и лёгкой мстительностью.       - Завтрашний день будет полностью посвящён тренировкам. Я знаю вас только по личным делам. Бумага может врать. Поэтому я хочу увидеть всё своими глазами: ваши техники, ваши стратегии, ваш стиль боя. И, самое главное, – вашу способность работать в паре. Сай. Наруто. Вы будете действовать против меня.       В воздухе повисла короткая, но выразительная пауза. Сай моргнул. Наруто поправил шляпу, и его ухмылка стала чуть шире.       Внутри его сознания воцарилась тишина – но не спокойная, а та, что бывает перед бурей. А потом раздался голос. Глубокий, рокочущий, полный древнего, почти забытого предвкушения.       - О-о-о… – протянул Курама, и в его тоне слышалось что-то среднее между хищным оскалом и довольным урчанием. – Отпинать человека с чакрой Сенджу Хаширамы? Да ещё и законно? Наруто, скажи мне, что это не сон.       ‘Не сон.’       - Отлично! Наруто, если ты его не отпинаешь, я лично объявлю тебе бойкот на ближайшие сто лет.       ‘Ты же вроде хотел меня похоронить.’       - Хотел. Но перспектива надавать по морде деревянному капитану, пусть даже твоими руками и без моей чакры, искупает многое. Очень многое. Просто поставь его на колени. Я хочу это видеть.       ‘Ты кровожадный.’       - Я хвостатый. Это другое. Поэтому заткнись и готовься к завтрашнему дню.       Наруто хмыкнул вслух, чем заработал подозрительный взгляд от Сакуры.       - Ты чего? – спросила она.       - Ничего, – он постучал тростью по земле. – Просто… кажется, завтра будет интересный день.       Ямато кивнул, восприняв это как согласие.       - Вот и отлично. Тогда всем отдыхать. Завтра на рассвете начинаем.       Следующее утро встретило их прохладным туманом и первыми лучами солнца, пробивавшимися сквозь кроны. Лагерь, если можно так назвать огромный деревянный дом, остался позади, и команда вышла на просторную поляну, которую Ямато заранее присмотрел для тренировки. Роса ещё блестела на траве, воздух был свежим и острым, а где-то вдалеке шумела река.       Ямато вышел в центр поляны, размял плечи и повернулся к своим временным подопечным. Сакура стояла в стороне, готовая в любой момент оказать медицинскую помощь – или просто насладиться зрелищем. Наруто и Сай стояли напротив капитана.       - Правила простые, – объявил Ямато. – Вы вдвоём пытаетесь меня достать. Любыми способами. Я оцениваю вашу слаженность, ваши техники и вашу способность не мешать друг другу. Всё понятно?       - Понятно, капитан, – ответил Сай, доставая свиток и кисть.       - Понятнее некуда, – добавил Наруто, поправляя шляпу и перехватывая трость поудобнее.       Ямато хрустнул шеей и сложил первую печать.       - Тогда начали.       Воздух вокруг него загустел от концентрации чакры.       Наруто переглянулся с Саем. Тот уже начал рисовать на свитке чернильных тигров. Наруто шагнул вперёд. Утреннее солнце блеснуло на набалдашнике его трости.       Бой начался стремительно.       Повинуясь безмолвному приказу, из земли вырвались толстые древесные корни – не меньше десятка, каждый толщиной с человеческую руку. Они устремились к Наруто и Саю, намереваясь спеленать обоих разом.       - Высвобождение Дерева: Дайджурин (Великий лес)!       Сай отреагировал мгновенно: кисть скользнула по свитку, и навстречу деревянным щупальцам сорвались чернильные тигры – четыре хищные тени с разинутыми пастями. Два корня были перехвачены и разорваны в клочья, но остальные продолжали двигаться, переплетаясь и наращивая массу. Наруто, не дожидаясь, пока его достанут, отпрыгнул в сторону, приземлился на соседний валун и тут же снова толкнулся в воздух, уходя от очередного выпада.       - Сай, левый фланг! – крикнул он, перехватывая трость.       - Понял.       Чернильные тигры зашли слева, отвлекая Ямато. Капитан, не оборачиваясь, сложил короткую печать – и из земли поднялся новый древесный столб, принявший его очертания. Деревянный клон шагнул навстречу чернильным зверям, принимая удар на себя, а настоящий Ямато уже разворачивался к Наруто, готовя следующую печать.       Но Наруто не было там, где он ожидал.       Блондин возник справа, на границе периферийного зрения, и на его ладони уже формировалась сфера вращающейся, ревущей голубой чакры. Ямато едва успел сложить ещё печати.       - Высвобождение Дерева: Мокуджо Хеки (Снаряд древесной стены)!       Из земли выросла толстая древесная стена, сомкнувшаяся над ним полукуполом. Расенган врезался в дерево, разрывая щепы, пробивая первый слой, но не доставая до капитана.       - Неплохо, – донёсся из-за стены спокойный голос. – Но недостаточно.       Стена разошлась, и Ямато, уже стоявший на её вершине, выбросил вперёд руку. Из его ладони вырвались новые древесные побеги – тоньше, быстрее, нацеленные Наруто в ноги. Тот попытался уйти в прыжке, но один из побегов всё-таки задел щиколотку, заставляя его приземлиться жёстче, чем планировалось.       - Наруто, не спи! – донеслось со стороны. Сакура стояла на краю поляны, сжав кулаки. – Ты двигаешься как мешок с рисом! Позорище!       - Я разминаюсь! – неловко отозвался он, откатываясь от следующего выпада.       - Разминается он! Сай, давай!       Сай уже заканчивал с деревянным клоном – его чернильные звери разорвали того в щепы, – и без лишних слов отправил новую волну атак на капитана. Ямато пришлось отвлечься. Он развернулся, создавая водяную стену – Высвобождение Воды: Суиджинхеки (Формирование водяной стены), – чтобы погасить инерцию чернильных тигров, и в тот же миг Наруто, воспользовавшись заминкой, сократил дистанцию.       Ладонь с Расенганом вошла в грудь капитана.       В последний момент тело Ямато с хрустом обратилось деревом. Ещё один клон совместно с техникой замены. Наруто едва успел обернуться, как настоящий капитан вырос за его спиной, уже складывая печать, чтобы завершить бой. Древесные побеги рванулись из земли, намереваясь захлестнуть блондина.       - Высвобождение Дерева: Мокусатсу Шибари (Удушающий захват)!       И тогда Сай, оказавшийся точно на одной линии с Ямато, произнёс:       - Сейчас.       Чернильный лев – последний из тех, что он прятал в рукаве, – врезался капитану в бок. Удар не был смертельным, даже не был особенно сильным, но он заставил Ямато пошатнуться. Печать развеялась. Древесные путы дрогнули и упали на землю безжизненными жгутами.       А в следующую секунду Расенган Наруто, сорвавшийся с места с ускорением, которого он ещё не показывал, остановился в миллиметре от груди капитана. Вращающаяся сфера гудела, разгоняя воздух, трепала ткань формы – но не касалась тела.       - Готово, – произнёс Наруто, развеивая технику.       Ямато несколько секунд смотрел на него – на то, как спокойно он развеял чакру, как небрежно поправил шляпу, съехавшую набок. Потом перевёл взгляд на Сая, который уже собирал остатки чернил обратно в свиток.       - Засчитано, – объявил капитан, отряхивая форму от древесной трухи. В его голосе не было ни досады, ни разочарования – скорее, задумчивость. – Хорошая координация. Сай, ты отлично работал на отвлечение и поддержку. Наруто…       Он сделал паузу.       - Ты двигаешься не так, как написано в твоём личном деле. Совсем не так.       - Долгая история, капитан, – улыбнулся Наруто.       - Я уже понял.       Ямато отошёл к краю поляны, чтобы отдышаться и обдумать увиденное. Он не мог отделаться от мысли, что за всем этим что-то кроется. Наруто был быстр – гораздо быстрее, чем показывал. Его реакции были отточены. Его тайминг был выверен почти идеально. И при этом…       ‘Он подстроился под условия,’ – понял Ямато. ‘Я требовал командной работы. Он дал мне командную работу. Но если бы потребовал поединка один на один…’       Он оборвал мысль, решив, что обязательно проверит эту теорию позже. Сейчас важнее было другое: команда начинала работать как команда.       Сакура, наблюдавшая за боем со стороны, думала примерно о том же, но с совсем другой интонацией. ‘Вялый,’ – крутилось у неё в голове. ‘Ну ладно, тогда, в Стране Демонов, он ничего не делал, пока мы с Неджи и Ли не пришли. Я думала – хитрость. Думала – он проверял что-то. А теперь? Он опять двигался как сонная муха, пока Сай не создал ему момент. Это... позорище какое-то. Или он опять что-то задумал? Или он просто... не хочет светить свои настоящие способности? Даже перед капитаном?’       Она вспомнила, как он шутя уходил от её расспросов о прошлых трёх годах.       ‘Ладно,’ – решила она, скрестив руки на груди. ‘Рано или поздно ты у меня расколешься, Наруто.’       Ямато повернулся к команде.       - Перерыв пятнадцать минут. Потом отработка парных связок в режиме «засада-прикрытие». Сакура, на тебе медицинский осмотр. И да, Наруто…       - Да, капитан?       - В следующий раз, когда захочешь поддаться, просто скажи. Я подберу противника по твоему уровню.       Наруто на мгновение замер, а потом рассмеялся – легко, искренне, прикрывая рот веером.       - Договорились, капитан.              Внутри деревянного дома, созданного техникой Ямато, царил полумрак и приятный запах свежей древесины. Сквозь бумажные сёдзи пробивались последние лучи закатного солнца, расчерчивая татами золотыми полосами. Наруто сидел, прислонившись спиной к опорному столбу, и лениво обмахивался веером. Рядом, скрестив ноги, расположился Сай. Его альбом лежал на коленях, но кисть пока оставалась без движения.       - Должен признать, Сай, – нарушил молчание Наруто – в той схватке ты действовал отлично. Чернильные тигры, лев – всё по делу. И координация со мной была вполне на уровне. Ещё немного, и я начну думать, что ты не безнадёжен.       - Это комплимент? – уточнил Сай.       - Это наблюдение.       Сай чуть склонил голову, обдумывая услышанное. Потом вдруг произнёс – тише, чем обычно, и с какой-то новой, непривычной интонацией:       - Вы напоминаете мне кое-кого.       Наруто приподнял бровь, но промолчал, давая возможность договорить.       - У меня был… – Сай осёкся, подбирая слово, – брат. Не по крови. По Корню. Его звали Шин. Он… тоже был сильным. И тоже смотрел на вещи не так, как все остальные. Шумный. Как вы.       - Был? – тихо переспросил Наруто.       - Мёртв.       Повисла пауза. Сай смотрел на свои руки, лежащие поверх альбома, и его лицо, как всегда, ничего не выражало. Но голос – голос прозвучал иначе. Словно кто-то внутри него пытался что-то сказать, но не мог подобрать слов.       - Я не знаю, что чувствую при этом, – продолжил он. – В Корне нас учили, что смерть товарища – это просто потеря инструмента. Но... это было не так. Я не чувствовал потери инструмента. Я просто перестал рисовать ту книгу.       Наруто перевёл взгляд на альбом. Тот самый, потрёпанный, самодельный, который Сай прятал в подсумке и о котором не знал даже Данзо.       - Она связана с ним? – спросил он. – С Шином?       Сай медленно кивнул.       - Я рисовал её, пока мы были вместе. Страница за страницей. Он натолкнул меня на то, чтобы я просто продолжал рисовать. Он оценил. А потом… его не стало. И я не смог закончить. Последняя страница до сих пор не дорисована. Я не могу вспомнить, что хотел там завершить.       Длительной молчание прервал вновь блондин.       - Хочешь знать, что я думаю? – спросил Наруто.       Сай поднял на него глаза.       - Ты сам только что ответил на свой вопрос. Ты сказал, что не знаешь, что чувствуешь. Но у тебя есть личная вещь. Связанная с человеком. Ты хранишь её, ты к ней возвращаешься, ты пытался её закончить, но не смог, потому что его не стало. Это и есть чувства, Сай. Не слова, не мимика, не заученные реакции. Поступки. То, что ты делаешь, когда никто не приказывает. Вот что такое узы.       Сай долго молчал. Потом его губы снова тронула та самая заученная, вежливая улыбка.       - Вы странный человек, Узумаки.       - Я в курсе.       - Нет, я имею в виду – по-настоящему странный. Вы говорите вещи, которые противоречат всему, чему меня учили. Но они почему-то... не кажутся неправильными.       - Потому что они и не неправильные, – Наруто пожал плечами. – Кстати, об улыбке.       Сай чуть нахмурился.       - Твоя улыбка, – пояснил Наруто. – Она фальшивая. Ты носишь её как маску. И я понимаю зачем – в Корне наверняка учили, что эмоции надо скрывать. Да и как расположение к себе. Но, знаешь... – он сделал паузу и посмотрел куда-то в пространство, словно разглядывая нечто далёкое, давно ушедшее, – я знал одного человека, который улыбался точно так же. Постоянно. В любой ситуации. Он втёрся в доверие к тем, кто угрожал всем нам, а потом, в самый нужный момент, нанёс удар. Не удалось. И умер. Умер, так и не рассказав никому, что он на самом деле чувствовал.       Сай слушал очень внимательно.       - Его звали Ичимару Гин, – произнёс Наруто, и на мгновение его голос лишился привычной игривости. – Скользкий тип. Я ему не доверял. Но то, что он сделал... ради одного-единственного человека... это было достойно уважения. Просто он так и не научился говорить правду без улыбки. А когда попытался – было уже поздно.       Он повернулся к Саю и неожиданно широко улыбнулся – той самой, настоящей, которую Сакура всегда называла «лисьей».       - Так что не носи маску постоянно. Иногда полезно показать, что ты злишься. Или грустишь. Или радуешься. Люди, которым ты доверяешь, поймут. А остальные... ну, остальные могут и потерпеть.       Сай несколько секунд переваривал сказанное. А потом вдруг спросил:       - Вы сами постоянно улыбаетесь. Даже когда это излишне. Например, когда Харуно пытается вас ударить. Или когда капитан Ямато угрожает запереть вас в клетке. Почему?       Наруто поперхнулся воздухом и замахал веером.       - Это другое!       - Вы уверены?       - Абсолютно!       - Мне кажется, вы сейчас используете ту же тактику уклонения, что и тогда, когда я спросил вас о Саске.       Наруто прищурился.       - А ты становишься слишком проницательным, Сай-кун. Это раздражает.       - Я учусь у вас.       - Учись у кого-нибудь другого!       - У капитана Ямато я учусь дисциплине. У Харуно – правилась оказания первой помощи. У вас я учусь…       - Чему?       Сай задумался.       - Не знаю, как это назвать. Возможно, именно этому. Давать названия.       Они замолчали, и в этом молчании было что-то почти уютное. Деревянный дом мягко поскрипывал, оседая. Где-то за стеной Ямато проверял снаряжение. А со стороны входа послышались шаги.       Сакура остановилась у порога, держа в руках поднос с тремя чашками.       - Я принесла чай, – объявила она, переводя взгляд с Наруто на Сая и обратно.       - О жизни, – лаконично ответил Наруто.       - О том, как давать названия, – одновременно с ним сказал Сай.       Сакура моргнула, переваривая ответ. Потом покачала головой и вошла внутрь, расставляя чашки.       - Ты, – она ткнула пальцем в Наруто, – слишком много времени проводишь с ним. Я начинаю ревновать.       - К кому? – уточнил Наруто.       - К вам обоим. Вы явно обсуждаете что-то, чего я не понимаю. Но чай всё равно пейте.       Она вспомнила их разговор вчерашним утром, когда они шли позади Ямато и Сая, растянувшись по лесной тропе после ночёвки в гостинице. Тогда она спросила прямо:       «Что с этим Саем? Он как замороженный. Ты заметил?»       И Наруто, поправив шляпу, ответил не сразу.       «Пустой человек, – сказал он. – Его с детства учили стирать себя. Ни чувств, ни имени, ни желаний. Только долг. Как книжка, из которой вырвали все страницы, оставив одну обложку.»       «И ты решил её заполнить?» – спросила она. Он тогда усмехнулся, но ничего не ответил.       Теперь она видела результат. Сай всё ещё был странным, всё ещё говорил неестественно и улыбался невпопад. Но что-то в нём уже изменилось. Сакура заметила это ещё во время боя – как он прислушивался к командам Наруто, как переглядывался с ним, как после тренировки не ушёл вновь в себя, а остался сидеть рядом. Наруто не просто разговаривал с ним. Он давал ему то, чего у Сая никогда не было – пример. Пример того, как можно быть человеком.       ‘Идиот,’ – подумала она, но в этой мысли не было ни грамма злости. ‘Вечно ты так. Вечно лезешь туда, куда никто не полез бы. И почему-то у тебя получается.’       Сай, тем временем, сделал глоток и вдруг произнёс:       - Харуно, вы добавили в чай что-то лекарственное.       - Ромашку и немного корня имбиря, – подтвердила она. – От мышечной усталости. А что, не нравится?       - Нет, – ответил Сай, и в его голосе прозвучало лёгкое удивление, словно он сам не ожидал такого ответа. – Вкус... приятный. Спасибо.       Сакура переглянулась с Наруто. Тот одобрительно кивнул ей из-под шляпы, и она почему-то почувствовала, как внутри разливается тепло – не от чая, а от чего-то другого.       Снаружи, прислонившись спиной к стволу ближайшего дерева, Ямато допивал остатки воды из фляги и беззвучно улыбался. Он слышал весь разговор – от первого слова о брате до последней фразы о чае.       ‘Надо же,’ – подумал он, убирая флягу в подсумок. ‘Человека Корня разговорить – это почти невозможно. Их десятилетиями учат молчать. А этот парень... он просто сел рядом, задал пару вопросов – и вот, пожалуйста. Сай уже почти что считает его другом, хоть сам этого пока не понимает.’       Он оттолкнулся от дерева и запрокинул голову, глядя на звёзды, проступающие в темнеющем небе.       ‘В этом его сила. Не в техниках. Не в Девятихвостом. Узумаки Наруто умеет объединять людей. Даже тех, кого объединить, казалось бы, невозможно. Даже тех, кого всю жизнь учили быть в одиночку.’       Он вспомнил досье. Вспомнил слова Цунаде: «Присмотри за ним. Он может быть опасен. Но может быть и полезен. Я пока не разобралась.» И теперь Ямато начинал понимать, что второго в этом уравнении куда больше, чем первого.       

***

      Утро у моста Тенчи выдалось пасмурным. Тяжёлые, свинцовые тучи низко нависали над ущельем, скрадывая свет, а с реки поднимался густой туман, делавший очертания каменных опор размытыми и призрачными. Команда заняла позицию за скалистым выступом метрах в ста от моста. Ямато опустился на одно колено, вглядываясь в туман, а Сай, достав свиток и кисть, уже заканчивал приготовления.       - Искусство Ниндзя: Чоджу Гига (Рисунок имитации животных высшего класса).       С рисунка сорвались крошечные чернильные мыши – десятка три, не больше фаланги пальца каждая. Они бесшумно заструились по земле и понеслись к мосту, рассредоточиваясь по всей его длине. Сай прикрыл глаза, сосредотачиваясь на поступающей от них информации. Спустя минуту он поднял голову:       - Мост пуст. Никаких ловушек, никакой чакры. Если Акацуки здесь, то они умеют прятаться от моих сенсоров, но это маловероятно.       - Хорошо, – коротко кивнул Ямато. – Тогда начинаем.       Он достал из подсумка свёрнутое изображение – зарисовку из досье Деревни Песка: сгорбленная фигура в плаще с капюшоном, скрывающая лицо, горбатая спина, под которой прячется марионеточное тело. Ямато внимательно изучил рисунок и сложил печати.       - Высвобождение Дерева: Хенге (Трансформация)!       Древесные корни окутали его, окутав окружение дымкой, и через несколько секунд перед командой стоял уже не капитан Ямато, а точна копия Сасори в его марионетке Хируко – сгорбленная, неестественная, с псевдо-металлическим хвостом, волочащим по земле. Всё-таки трансформация была целиком из дерева.       - Голос, – напомнила Сакура, начиная описывать его во всех деталях.       Ямато прослушал несколько секунд, а затем, прокашлявшись, произнёс низким, скрипучим старческим голосом:       - Проверка. Проверка.       Сакура вздрогнула. Звучало пугающе похоже.       - Сойдёт, – сказала она. – Но постарайтесь не говорить слишком много.       - Постараюсь, – проскрипел «Сасори» и, развернувшись, зашагал к мосту. – Ждите сигнала. Без приказа не вмешиваться.       Наруто поправил шляпу и привалился спиной к скале.       - Ну-с, представление начинается.              «Сасори» замер в центре моста. Время тянулось медленно. Туман колыхался, то скрывая опоры, то открывая их вновь. Прошло пять минут, десять, пятнадцать. Сакура уже начала нервно постукивать пальцем по камню, когда из тумана на другом конце моста показалась фигура.       Невысокий, в тёмном плаще, с пепельно-серыми волосами, собранными в хвост. Круглые очки поблёскивали в рассеянном свете. Он шёл спокойно, почти расслабленно, и на его губах играла вежливая, ничего не выражающая улыбка.       Сакура чуть подалась вперёд, вглядываясь, и её брови поползли вверх.       - Это же...       - Кабуто, – закончил за неё Наруто, и в его голосе прозвучала та особая, почти ностальгическая нотка, с какой вспоминают старых, не очень приятных знакомых. – Якуши Кабуто. Правая рука Орочимару. Шпион, медик, мастер маскировки. Были времена...       - Ты его знаешь? – удивился Сай.       - Пересекались, – уклончиво ответил Наруто. – На экзамене на Чуунина. Он тогда прикидывался добрым старшим товарищем. Очень убедительно, надо сказать.       Кабуто тем временем остановился в центре моста, напротив Ямато-Хируко, и слегка поклонился – вежливо, почти подобострастно.       - Лорд Сасори, – произнёс он достаточно громко, чтобы эхо разнесло его голос над ущельем. – Прошу прощения за задержку. Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы ускользнуть от Орочимару. Ваше шпионское ниндзюцу всё ещё действует, но он становится подозрительным. Я рисковал жизнью, чтобы прийти сюда.       - Информация, – коротко потребовал Ямато скрипучим голосом Хируко. – Где Орочимару? Где Учиха Саске?       Кабуто развёл руками, изображая искреннюю готовность сотрудничать. Сасори не любил ждать.       - У Орочимару есть секретное убежище недалеко от этого моста. Я могу показать точное местоположение на карте. Что касается Саске... он всё ещё с ним. Тренируется. Растёт. Орочимару возлагает на него большие надежды.       Он сделал паузу и чуть склонил голову к плечу.       - Но прежде чем я продолжу, господин... вы принесли его? Отдайте как можно скорее. Мне нельзя здесь находится.       Ямато внутренне напрягся. Предмет? Он не знал ни о каком предмете. Сакура в своих показаниях ничего такого не упоминала. Это могло быть проверкой. Или ловушкой. Продолжать шараду становилось опасно.       Терять уже было нечего и в этот момент Ямато выбросил вперёд деревянную руку, целясь захватить шпиона. Кунай блеснул в его ладони.       Но всё пошло куда хаотичнее. Из ниоткуда – словно он всё это время был здесь, растворённый в тенях – появился человек. Длинные чёрные волосы, мертвенно-бледная кожа, змеиные зрачки, горящие холодным золотом. Орочимару. Он возник прямо за спиной Кабуто и, не говоря ни слова, выбросил вперёд руку. Из рукава хлынули змеи – десятки гадюк с разинутыми пастями.       - Кабуто-о-о, – протянул он, и его голос, шипящий и вкрадчивый, отразился от скал. – Ты покинул убежище без моего разрешения. Разве я не говорил тебе, что такие вещи меня... расстраивают? Ке-ке-ке...       Кабуто, почуяв опасность раньше, чем змеи достигли его, отпрыгнул в сторону, приземляясь рядом с Хируко.       - Лорд Сасори! – выдохнул он. – Я с вами!       Ямато, в облике Хируко, замер.       ‘Плохо,’ – пронеслось у него в голове. ‘Орочимару здесь. Он слишком силён для меня в одиночку. Я мог бы попытаться сражаться вместе с Кабуто, но тогда он сразу поймёт, что я не Сасори – я не использую марионеток. Я мог бы подать сигнал ребятам, но Кабуто в панике сбежит, и мы потеряем информатора... Проклятье.’       Кабуто тем временем, словно прочитав мысли своего «лорда», принял решение. Чакра вспыхнула вокруг его ладони, формируя скальпель – голубоватое, пульсирующее лезвие медицинской техники.       - Простите, лорд Орочимару, – произнёс он, и в его голосе проскользнула странная интонация – то ли издёвка, то ли извинение, – но боюсь, я выбрал сторону.       Скальпель рассёк воздух. Но целясь в Орочимару, он в последний миг изменил траекторию – резкий, почти неестественный разворот, и лезвие вонзилось не в змеиного Санина, а в грудь «Хируко».       Древесина треснула. Марионетка развалилась пополам, и из неё, отбросив в сторону обломки, выпрыгнул Ямато – уже в своём истинном облике. Правая рука его была рассечена, кровь капала на каменные плиты моста, но лицо оставалось сосредоточенным.       Орочимару не стал ждать. Его руки выбросились вперёд, и из рукавов снова хлынули змеи – на этот раз десятки, сотни, сплетаясь в клубок чешуйчатых тел, которые устремились к Ямато.       - Сеней Джашу (Змеиная рука, скрытая в тени)! – прошипел он.       Ямато отпрыгнул, но недостаточно быстро – змеи всё же задели его раненую руку, и в следующую секунду он исчез, оставив на своём месте деревянную колоду, которую змеи разорвали в клочья.       Орочимару на мгновение замер. Его змеиные глаза расширились, а потом сузились снова, и на бледном лице проступила хищная, понимающая ухмылка.       - Стихия Дерева... – протянул он, и в его голосе смешались удивление и жадный интерес. – А ты, значит, тот самый... Эксперимент. Выжил всё-таки. Ке-ке-ке... Надо же. Я думал, все образцы погибли вместе с лабораторией. А ты, оказывается, не только выжил, но и вырос. Какая прелесть.       Ямато выпрямился, несмотря на раненую руку, и посмотрел на Орочимару с чистой, незамутнённой ненавистью.       - Мразь.       - Ке-ке-ке... – Орочимару даже не обиделся. – Ты так похож на него. На Первого. Но это мы обсудим позже       Кабуто, всё ещё держа скальпель чакры наизготовку, бросил взгляд на своего господина:       - Это не Сасори, я полагаю?       - О, нет, – Орочимару облизнул губы. – Это гораздо интереснее. Я расскажу тебе позже, друг мой. А пока... – он повернулся в сторону Ямато и повёл рукой, указывая куда-то за скалы. – Почему бы тебе не позвать своих маленьких друзей, которые прячутся там, за камнями? Я знаю, что они там. Выходите, выходите, не стесняйтесь. Среди шиноби Скрытого Листа не принято подслушивать.       Ямато колебался лишь секунду. Затем свистнул.       Из-за скалы вышли трое. Первой – Сакура, сжав кулаки и готовая в любой момент активировать свою чудовищную силу. За ней – Сай, с альбомом наизготовку, и наконец Наруто, который неспешно, в своей обычной манере, вышел на свет, опираясь на трость и поправляя шляпу.       Кабуто первым решил отметить всех.       - Харуно, – протянул он, скользнув взглядом по розоволосой куноичи. – Некий новичок… – кивок в сторону Сая, – и… – Он осёкся, вглядываясь в лицо под шляпой. – Узумаки… Наруто? Ты же… ты был мёртв.       - Был, – легко согласился Наруто, подходя ближе. – Но, знаешь ли, смерть – штука непостоянная. Привет, Кабуто. Давно не виделись.        Кабуто моргнул, пытаясь переварить информацию. Орочимару же стоял неподвижно. Его зрачки расширились, сузились, снова расширились, и на бледном лице зазмеилась улыбка – не холодно-вежливая, а широкая, хищная, полная ещё более голодного интереса.       - Ке-ке-ке… – тихий, булькающий смех вырвался из его горла. – А вот это действительно сюрприз. Узумаки Наруто… или мне следует называть тебя иначе?       Наруто замер. Его пальцы чуть крепче сжали трость.       - Не понимаю, о чём ты, – произнёс он, но в голосе уже не было той беззаботной лёгкости. Что-то холодное кольнуло в груди.       Он шагнул ближе, и его взгляд, холодный и изучающий, прошёлся по фигуре Наруто – по тёмно-зелёному самуэ, по тёмному хаори, по шляпе.       - Выглядишь ты иначе, – прошипел он. – Лицо другое. Но одежду... одежду я узнаю. Некое Хенге? Или что-то более... изощрённое?       Наруто молчал.       Орочимару склонил голову к плечу, разглядывая его с тем же выражением, с каким разглядывают редкий, драгоценный образец.       - Надо же… – протянул он почти ласково. – Джинчуурики Девятихвостого. И одновременно… тот самый человек, полгода назад. Очень. Странный. Человек. – Он сделал паузу и, не сводя с Наруто немигающего взгляда, закончил, растягивая имя на языке: – У-ра-ха-ра Киске. Верно?       В воздухе повисла звенящая тишина. Сакура и Ямато переглянулись, ничего не понимая. Сай замер с кистью на полпути к свитку.       А внутри Наруто, на задворках его сознания, взревел голос – глубокий, полный ярости и растерянности:       - Что?! Наруто! Откуда этот змеиный ублюдок знает?! Полгода?! Что ты успел натворить за это время, пока я спал?! Объясни немедленно!       Наруто медленно поправил шляпу. Внешне он оставался всё тем же расслабленным, чуть насмешливым бродягой, но внутри у него всё похолодело.       ‘Я не знаю, Курама…’       Орочимару, заметив его секундное замешательство, снова рассмеялся – на этот раз тише, интимнее, словно делился секретом, известным только им двоим.       - Ке-ке-ке... вижу, ты удивлён. Это хорошо. Удивление – первый шаг к познанию. А у меня к тебе, Урахара, накопилось очень много вопросов.