Подготовка

      Близился вечер, но времени на усталость попросту не было – Барбара собрала всех желающих служителей церкви и немного членов Ордо Фавониус для подготовки декораций и украшений для сцены и торговых лавок. Барбара сидела на коленях на полу со своими соборными сёстрами и расписывала красками фанерную основу. Никто из них не славился навыками рисования, но каждый хотел внести вклад в общее дело, поэтому старался на полную. Неподалёку на скамейках сидели Эмбер и Грейс и вырезали из бумаги треугольные флажки для гирлянды, надеясь, что внезапно начавшийся дождь не испортит красоту грядущего фестиваля. По всему главному залу собора были раскиданы картонки, доски, фанера и прочие материалы, а рыцари на входе сообщали посетителям, что он сегодня не принимает людей... Изредка скрипела боковая дверь, и оттуда появлялся Далия. Скрестив руки на груди, он проходил между скамейками и окидывал взглядом результаты работы. Вопреки его ожиданиям, дьякон создавал впечатление не строгого руководителя, а нервозного человека, что боялся не уложиться в сроки и уже в кровь искусал нижнюю губу. Все собравшиеся в зале думали об одном – чем таким он занят, что не помогает, а лишь скептически осматривает чужие работы? Одной Барбаре было его чуточку жалко, быть может, из-за их утренней встречи, после которой Далия показался совсем не таким, каким он пытался себя представить. Снова хлопает дверь, и тонкая длинная полоска чëрной ткани с металлической стрелкой на конце исчезает в проëме. Сколько уже раз дьякон так приходил? Барбара тяжело вздохнула и положила мокрую кисть на лист бумаги, чтобы не запачкать пол. Звëздочка Мондштадта поднялась, на удивлëнные взгляды сестëр ответив, что скоро вернётся. Вдохнув и выдохнув, девушка подошла к боковой двери и пару раз постучала, прежде чем распахнуть её – Барбара была обеспокоена поведением Далии и хотела протянуть руку помощи. – Дьякон Да... Пастор собора Святого Барбатоса двинулась вперёд и тут же замерла; её густые ресницы хлопнули при виде в полутьме сидящего за столом парня. Услышав шум, он обернулся; в его гетерохромных глазах сверкнули искорки испуга, но он быстро взял себя в руки и встал из-за стола. В глаза Барбары бросился хрустальный бокал с чем-то тëмно-красным. Вино пьёт или..? Девушка невольно поëжилась. – Чем могу помочь? Пастор нервно сглотнула и покачала головой, уже жалея, что так бесцеремонно вторглась к дьякону, пусть он и занят... Непонятно чем. – Н-ничего, извините... Я просто подумала, что вы чем-то обеспокоены, и решила, что вам, возможно, нужна помощь... Но, если всё хорошо, то я, пожалуй, пойду... Барбара вновь бросила взгляд на бокал на столе, а Далия, проследив за движением её зрачков, почему-то покраснел особо сильно для своей бледной кожи и прикрыл рот сжатой в кулак рукой. – Кхм... Прошу прощения, что заставил беспокоиться, пастор Барбара. Я, пожалуй, пойду помогу остальным. Сказав это, дьякон поспешно двинулся к двери, но Барбара позволила себе дëрнуть его за край кроваво-красного плаща. Парень испуганно обернулся, а девушка слабо улыбнулась. – Всë будет хорошо. Далия пару раз хлопает глазами, розовая и серая радужки благодарно сверкают, а губы искривляются в глупой улыбке. Дьякон тихо шепчет «спасибо» и, всё же, исчезает за деревянной дверью, и до Барбары доносятся лишь звук его шагов и немного нервные голоса сестёр. Девушке поначалу хочется выйти за ним и продолжить работу над декорациями, но какая-то неведомая сила заставила её подойти к столу, быстро оглядеться по сторонам, убедиться, что никого нет и поднять бокал к глазам, рассматривая и улавливая терпкий запах брожëного винограда. Облегчëнно выдохнув, Барбара опустила посуду обратно и со спокойной душой направилась к двери, и лишь горький червячок непонимания, зачем дьякон вообще решил напиться.       Часы пролетели незаметно – за длинными соборными окнами всë темнело и темнело, пока, наконец, не наступила беспросветная тьма. Все добровольцы и Далия вместе с ними трудились, не покладая рук, и к ночи сотни фанерных декораций, бумажных флажков разного цвета, лент и верёвок усеивали пол храма. Зевающие от усталости сëстры расходились по домам, и в зале оставалась пара-тройка человек – сам Далия, Барбара и Эмбер. Дьякон нервно переводил взгляд с одной девушки на другую и словно не решался что-то сказать. Наконец, он сдался и поднялся с пола. – Эмбер, сестра Барбара... Голос Далии звучал чересчур спокойно для человека, который недавно осушил, быть может, и не один бокал вина. – Уже очень поздно, и мне не хотелось бы задерживать вас дальше, к тому же, практически всю работу над украшениями мы уже закончили. Не могу смотреть, как вы боретесь с желанием упасть и заснуть, поэтому и хочу отправить вас домой, чтобы на завтрашний день мы снова собрались все вместе, но уже бодрые и снова полные сил. Поверьте, лучше начать работу рано утром, чем сидеть допоздна. – Поняла-поняла! Скаут Ордо Фавониус вскочила с пола и помахала оставшимся священнослужителям рукой. Далия резко сделал шаг вперёд и вытянул к ней руку. – Вас проводить? – Нет-нет, не нужно! Проводите лучше еë. Эмбер махнула рукой в сторону Барбары, и, прежде чем они оба успели что-то возразить, выскочила из собора. Далия и Барбара резко переглянулись и хлопнули глазами. – Ну, тогда... Девушка ничего не ответила, но и возражать не стала – поднялась и направилась к двери с мыслями, что «проводы» могут пойти им обоим на пользу – Барбара знала, что дьякон в обычное время почти ни с кем не общается, а сама она никогда не прочь завести новые знакомства. Так что, может быть, они смогут подружиться... Далия вышел за ней следом. Они молча спускались по лестнице, и пастор краем глаза уловила, что парень крутит головой по сторонам. Заметив её взгляд, тот остановился, слабо улыбнувшись: – Прекрасная ночь, правда? Барбара кивнула, переводя взгляд на статую Святого Барбатоса, в свете Луны возвышающуюся над соборной площадью; еë огромные каменные крылья казались почти белыми. – Правда... Редко такие бывают. Девушка опустила глаза куда-то вниз, поëжившись от внезапного прохладного ветра. На удивление расслабленный и очарованный погодой Далия спустился чуть ниже. – Такие ночи будут ещё долго – в меру светлые и немножко прохладные. Люблю это время года. Барбара удивлённо покосилась на сопровождающего, не понимая, почему он вдруг решил поговорить погоде, пусть и была рада его выслушать – всегда хорошо узнать что-то новое о возможном друге. Снова подул ветер, и девушке пришлось обнять себя руками – как бы не была красива ночь, становилось всë холоднее и сильнее клонило в сон. Дьякон заметил это и подошёл ближе, осторожно беря Барбару под руку. – Кажется, Анемо Архонт гордится тобой, сестра Барбара! Сейчас, в предверии Луди Гарпастум, хорошая погода – настоящий дар. Мы не зря трудимся, Святой Барбатос всë увидит и поможет нам провести незабываемый фестиваль! Девушка слабо улыбнулась, принимая чужую руку – может, Далия и говорит не совсем понятные вещи, но их объединяет минимум одно – вера. Прошло несколько минут, прежде чем они спустились и покинули площадь. Усталость Барбары всё росла, но до дома оставалось немного – рукой подать. Совсем скоро придётся прощаться, чтобы утром увидеться вновь. – Какие у нас планы на завтра? – Пастор зевнула и повернула голову в сторону Далии. – Конечно, установим всë, что сегодня подготовили, сестра Барбара! Пообщаемся с жителями Спрингвейла, вы можете порепетировать песни, и, конечно, будем отдыхать. На свежем воздухе это особо полезно, вообще, главное не нагружать себя, чтобы потом не пришлось реабилитироваться вместо праздника. Хотя, вы знаете это лучше, чем я. От его тона веяло энтузиазмом и создавалось впечатление, что дьякон готов прямо сейчас сорваться с места и побежать в Спрингвейл, и вообще, это не он пару часов назад опустошал бокал вина и о чём-то загонялся... Такой разносторонний человек, трудно сходу определить его характер – серьёзный, жестокий или немного шутливый? Барбара замерла у входа, опустив руку на дверную ручку. Сегодняшний день был донельзя продуктивным, и она рада слышать, что завтрашний будет не менее – её радовало, что её деятельность принесёт пользу и радость окружающим, однако, девушка не стала озвучивать свои мысли. – До завтра. Розовый и серый глаза удивлённо сверкнули, но Далия не стал ничего возражать и лишь пожал плечами, выдав ответное: – До завтра, Барбара! Без титула и без привычного «сестра»... Уже считает другом? Он развернулся, и серебряная стрела сверкнула в свете Луны. Оказалось неясно, куда он направляется – в собор, домой или куда-то ещё – в отличие от дьякона девушка не знала адресов почти никого из священнослужителей. Ей оставалось лишь надеяться, что с ним всё будет хорошо и он сам не переусердствует... Барбара тихо рассмеялась, входя в темноту дома. «И как у него ещё остаются силы над чем-то думать ночью? Да и зачем было напиваться...»