Глава 2. Новый Тёмный Лорд

      Опираясь на скромные догадки Гермионы, её аппарировали в МОСТ – магическое отделение содержания под стражей, или что-то в этом роде. Судя по обстановке и охране, она предположила, что её доставили в учреждение, напоминающее магловские полицейские участки.       Раз она предотвратила войну, они не должны представлять для неё опасность, хотя их недоверчивые взгляды не позволяли расслабиться ни на секунду.       Они просто ещё не знают, кто она и что происходит.       Форма нового Аврората казалась слишком тёмной, но это Гермиону не удивило. Она знала об эффекте бабочки и ожидала определённых изменений.       Серые стены цвета пасмурного дня, незамысловатая мебель в тёмных оттенках, холодный свет – всё здесь навевало ощущение напряжённого ожидания. Мужчина средних лет осыпал её вопросами, но ответы на них она не знала или не хотела давать. Она корила себя за невнимательность: ей надо было продумать план разведки, чтобы не прослыть местной сумасшедшей.       — Мисс, вы не можете дать ответ ни на один из заданных мною вопросов. Я вынужден сообщить о вас Тёмному Лорду, — голос главного аврора дрогнул, выдавая его волнение.       Сердце на мгновение остановилось. Мысли путались, словно кто-то бросил их в хаотичный водоворот.       Что он только что сказал?!       — Тёмному Лорду? — осторожно переспросила Гермиона, будто надеялась, что ослышалась. Уж лучше бы её подвёл слух или она и вовсе навсегда лишилась возможности слышать, чем если бы кто-то произнёс подобное.       — Тёмному Лорду, — мужчина почти усмехнулся, кивнув головой. — Нашему правителю. Вы и этого не знаете?       Во имя Мерлина, пусть это просто кошмар!       На секунду ей показалось, что грудь сдавило железным обручем. Как она могла провалиться? Всё, ради чего она старалась, ради чего пошла на жертвы… Всё было напрасно? Гермиона уставилась в потолок, пытаясь справиться с растущей паникой. Она не избавилась от Волдеморта… Какого чёрта вообще творится?       Люциус умер. Она видела это. По-другому быть просто не могло.       — Вы имеете в виду Лорда Волдеморта? — сумела выдавить она. Голос предательски дрогнул.       Мужчина посмотрел на неё так, словно окончательно убедился в том, что она больная на голову чудачка, существующая на потеху местным, не вызывающая в них никаких эмоций, кроме банальной жалости к своему недугу.       — И вы ещё удивляетесь, что вас сочли подозрительной? — усмехнулся мужчина, по привычке каждые несколько секунд поглядывая на часы. Он что-то бормотал себе под нос, словно считал минуты.       Гермиона приоткрыла было рот, чтобы сказать хоть что-то, но её прервал продолжительный скрип тяжёлых массивных дверей. Аврор резко выпрямился и низко склонился перед кем-то, стоявшим за её спиной.       По коже девушки пробежал холод. Она услышала шаги минимум четырёх человек и ощутила едва уловимый запах тёмной магии.       Это точно не авроры.       — Мой Лорд, — почтительно произнёс мужчина, выпрямляясь.       Гермиона медленно обернулась. Она знала, что находилась в ловушке. Её палочку предусмотрительно изъяли ещё в библиотеке. Девушка стояла, не в силах даже сжать кулаки. Перед её глазами заплясали тёмные пятна.       Страх сковал её тело полностью. Кажется, известие о неминуемой смерти не навело бы на неё такого ужаса, как то зрелище, что сейчас разворачивалось перед глазами.       Драко Люциус Малфой стоял во главе группы мужчин, что были по двое с каждой стороны от него, словно стражи на параде. Все они были облачены в одинаково мрачные чёрные мантии, но светлые волосы Малфоя резко выделялись, контрастируя на их фоне, словно капля серебра в густой тьме. Его аристократическая внешность придавала ему ещё большее превосходство над спутниками.       Он был высок, хорошо сложен, держался с выверенной уверенностью. Лицо серьёзное, почти непроницаемое, но на губах едва заметно играла усмешка поистине змеиного, хищного толка. Гермиона заметила, как его стальные глаза блеснули ровно в тот момент, когда их взгляды встретились. Этот мимолётный всполох показался ей почти животным, как у хищника, выследившего жертву.       Каждая черта его лица, каждый жест и взгляд казались продуманными, несущими в себе скрытую угрозу. И пусть он выглядел не старше двадцати, в его взгляде было что-то зловещее, неестественно холодное, как ледяная глыба, от которой веяло смертью. В уголках глаз и в лёгкой дрожи губ сквозила жестокость, словно он с нетерпением ждал того момента, когда сможет её проявить.       Девушке на секунду показалось, что, если бы прямо сейчас в неё кинули «Аваду», это было бы не так страшно, как осознание того, кем он стал, но самым страшным было осознание того, что, скорее всего, она была главной тому причиной.       — Приветствую вас, мой господин, — всё ещё кланялся в пол главный аврор.       Ничего не говоря, аристократ одним жестом руки приказал своим людям оставаться на месте.       Драко Малфой двинулся вперёд. Его движения были плавными, словно он – смертельный василиск. Гермиона могла поклясться, что если бы он мог, то непременно зашипел бы, как змея, готовая к броску. Он возвышался над ней, изучая её взглядом. Холодным, пронизывающим, будто не верившим в происходящее.       Её худшие догадки подтвердились. Волдеморта больше не было, он так и не вернулся. Не осталось и Пожирателей смерти, никто больше не носил тёмную метку. Но место Тёмного Лорда занял другой правитель – Лорд Драко Люциус Малфой.       И он узнал её. Узнал сразу. Иначе не всматривался бы так пристально в её лицо, не задержал бы этот долгий, изучающий взгляд. Иначе на его губах не скользнула бы эта тонкая, зловещая усмешка – насмешливая и жестокая.       Во взгляде серых глаз сплетались холод и безжалостность. Это было что-то дикое, животное – неистовая жажда разорвать жертву, завладеть её страхом. Эти глаза не оставляли сомнений в том, что от них не укрыться, не сбежать.       Он всем своим видом показывал, что ждал этого всю жизнь, а она понимала, что он находится в победном положении и её смерть неизбежна.       Но отчаиваться времени не было.       Кончик палочки из боярышника кольнул её в область сердца. Малфой смотрел прямо ей в глаза, сжимая дерево своими длинными пальцами, и угрожающе усмехался. В его глазах полыхала жестокая радость – ледяная, хищная, как у охотника, чья жертва угодила в ловушку.       Вдруг он обнажил клыки, и девушке стало неистово страшно. За все годы войны она, кажется, никогда ещё не видела столь устрашающей улыбки. Эта усмешка была хуже, чем простая словесная угроза, ведь в ней чувствовалась невыразимая уверенность, словно он уже предвкушал момент, когда её жизнь оборвётся.       Она скривилась от неприятного ощущения, когда он надавил сильнее. Остриё палочки жгло кожу, словно калёное железо, и это пламя разливалось по груди, поднимаясь к горлу. Страх и тревога бешено пульсировали в месте соприкосновения его палочки и её тела, словно он не просто прижимал дерево к коже, а хотел вонзить его глубоко внутрь.       Дыхание девушки сбилось, участилось до предела. Сердце билось так быстро и сильно, что ей казалось, будто пройдёт ещё одна секунда, и оно либо вырвется из груди, либо разорвётся на части. Пальцы дрожали, ладони вспотели, а мозг, обезумевший от страха, всё же пытался найти выход.       В комнате было холодно, воздух будто застыл. Где-то за спиной скрипнули ставни окна, и этот едва слышный звук прозвучал в её ушах, словно раскат грома.       Мгновенно среагировав, ведьма толкнула аврора на Малфоя и рванулась в сторону окна. Едва она сделала шаг, в её ногу впилось заклятие. Бедро прострелила острая боль, словно внутрь вонзили раскалённый клинок. Девушка пошатнулась, едва удержав равновесие, и теперь могла лишь волочить свою повреждённую ногу.       Здесь должен был быть второй выход!       Как бы абсурдно ни было пытаться бежать из Аврората, страх оказался сильнее здравого смысла. Она свернула в ближайший коридор, держась за стену, словно это могло надолго удержать её от падения.       Позади раздались шаги. Спокойные. Неторопливые. За ней шёл всего один человек. Но эти звуки раздавались так отчётливо, будто преследователь шёл прямо за её спиной.       Грейнджер, казалось, почти чувствовала его дыхание на своей шее, но даже несмотря на всё это, она продолжала бежать.       Надежда на спасение казалась глупой и нелепой, но она всё же жила в ней.       Увидев табличку «Кладовая», она распахнула дверь и скользнула внутрь. Запах пыли и сырости ударил в нос. Её окутал плотный сумрак. Боль из ноги отдавалась в таз, девушка пыталась уменьшить её невербальными заклинаниями, вжимаясь в стену.       Пожалуйста… Пожалуйста…       В коридоре послышались шаги. Они замедлились. Остановились.       Девушка затаила дыхание.       Дверная ручка медленно дёрнулась вниз.        Тёмный Лорд стоял в дверном проёме и зло ухмылялся. Тусклый свет, просочившийся из коридора, очерчивал его силуэт, делая его ещё более зловещим. Металлический блеск на светлых волосах придавал ему пугающее сходство с клинком из гоблинской стали – изящен в форме и беспощаден в действии.       Он медленно двинулся вперёд, почти скользил по полу, и Гермиона, видя безумие в его глазах, отчаянно прижимала свое тело к бетонной стене.       — Что тебе от меня нужно? — голос сорвался, став хриплым и незнакомым.       Он не ответил.       Холодные пальцы обвили её горло, заставляя подняться на ноги. Его хватка была жестокой, но изящной, будто бы он продумывал каждое движение. Он стоял так близко, что она чувствовала его дыхание на своей коже. Оно было ледяным и зловещим. Серые глаза не отрывались от её лица, пожирая каждую его деталь. Он смотрел в её карие глаза, отражающие в своих радужках страх, и наслаждался им.       — Наконец-то мы встретились, — произнёс он почти с блаженным восторгом. — Неужели боишься меня, Грейнджер?       В его улыбке действительно можно было разглядеть проблеск радости, нечто похожее на ликование… но глаза…       О, Мерлин, его глаза… В них бушевали злость, ненависть и нечто куда более страшное – бездушное, холодное отвращение, которое не оставляло шансов на пощаду.       — А ты в точности такая же, как и в ночь нашей последней встречи, — лицо Малфоя почти врезалось в лицо Грейнджер, когда его серые глаза вновь пытливо исследовали карие.       Ещё секунда, и он переломит ей шею…       Кожа будто отмирала под его пальцами, оставляя после себя фантомные боли. Девушка с усилием заставляла себя не зажмуриться, не выдать свой и без того очевидный страх.       — Я не понимаю, о чём ты… — голос прозвучал хрипло, но она попыталась вложить в него максимум невинности, хотя сама не верила, что это может сработать.       Густые тёмные брови Малфоя едва заметно приподнялись.       — «Я не хочу причинить тебе вред. Позволь мне уйти, хорошо?» — вкрадчиво произносил он каждое слово. — «Я ничего тебе не сделаю, только не кричи… пожалуйста. Мне нужна всего одна минута.» — он рассмеялся низким, почти безумным смехом, её глаза расширились, — Всего минута, правда, Грейнджер?       Пальцы аристократа медленно разжались, скользнув от её шеи к подбородку, небрежно приподняв его.       Она зажмурила веки, с выдохом запрокидывая голову назад.       Не сработало… Чего и следовало ожидать.       Окклюменция заглушила панику, оставив лишь холодное отчаяние.       — Как ты узнал меня? — спросила она, проведя ладонью по волосам. В горле стоял ком.       Вытащив палочку, одним изящным движением Малфой создал стул и сел в нескольких метрах от неё. Девушка всё ещё стояла в оцепенении, но, открыв глаза, посмотрела на него больше с ненавистью, чем со страхом. Даже его поза выдавала власть и жестокость.       Несмотря на темноту помещения, она могла рассмотреть нового Тёмного Лорда во всей его красе: точёная фигура, чёрная рубашка, идеально сидящие брюки, мантия с элементами из драконьей кожи, туфли, в которых можно было увидеть своё отражение.       Он поджёг сигарету беспалочковой магией, откинулся на спинку стула и закурил. Гермиона внимательно следила за его плавными движениями, не позволяя себе даже моргнуть.       Двое мужчин, облачённых в тёмные одежды, вошли в комнату и молча встали по краям от своего хозяина.       Выдыхая дым, аристократ медленно прокрутил сигарету между пальцев и перевёл взгляд на девушку.       — Я блефовал, Грейнджер, — усмехнулся он, лениво осматривая её с ног до головы.       Девушка поражённо вскинула брови. Вероятно, он просто решил поиздеваться над ней, заставить поверить в то, что она сама себя выдала. Впрочем, у него получилось… Она осознала, что слишком быстро сдалась, и была разочарована собой.       Ей нужно было что-нибудь придумать… нужно было рискнуть и объяснить ему всё. По крайней мере, она должна была попытаться…       — Ты должен меня выслушать! — сорвалось с её губ, голос чуть дрогнул. Она шагнула вперёд, но тут же отступила назад, когда заметила, как аристократ нахмурился.       — Говори, — выдохнул он дым в сторону, словно давал ей милостыню.       Она должна собраться, взять себя в руки. Она всё ещё не успела оправиться от произошедшего в прошлом, поэтому едва осознавала происходящее.       — Я не могла поступить иначе, — её голос дрогнул сильнее, но она заставила себя продолжить. — Твой отец… в будущем он стал бы ужасным человеком. Вместе с Волдемортом они могли поработить полмира. Я пришла из будущего, в котором всё катилось к апокалипсису. Ты бы и сам… ты бы разочаровался в нём, ведь…       Она не успела договорить. Драко рассмеялся. Глухо, с каким-то надломом, словно услышал особо грязную шутку.       — Смешно, Грейнджер, — ухмыльнулся он, стряхивая пепел на пол. — Ты пришла из будущего, чтобы рассказать мне сказку про моего отца?       Прочистив горло, она продолжила:       — Даже несмотря на то, что тебе, очевидно, больно… ведь это твой отец… ты, вероятно, понимаешь меня. Я знаю это. К тому же… я сделала всё быстро.       Последнее предложение вырвалось само собой, и Гермиона тут же пожалела о нём. Ей показалось, что слова зазвенели в воздухе, словно осколки стекла. Это было жалкое оправдание, лучше бы она промолчала.       — Быстро? — Драко хмыкнул и в очередной раз стряхнул пепел. — Я видел. — Он усмехнулся и, не глядя, отшвырнул сигарету на пол. — Быстро… — повторил он, словно пробуя это слово на вкус. — Ты смогла сделать это лишь на третий раз, когда он уже захлёбывался собственной кровью.       Он говорил почти без эмоций, и это пугало больше, чем если бы он кричал.       — Одна жизнь… взамен на десятки тысяч. Я клянусь, он не был бы таким хорошим, каким тебе казался. Было принято решение сделать это как можно раньше, чтобы…       Она замолчала, заметив, как его губы снова скривились в хищной, опасной усмешке.       — Разденься. — Властный, ледяной голос заставил девушку вздрогнуть.       Это ощущалось ударом в висок. Ей даже показалось, что это слово не было произнесено, и всё это было лишь игрой её больного воображения.       — Что? — почти прошептала она, едва веря своим ушам.       — Я приказал тебе раздеться, — на красивом лице с правильными чертами заиграла отвратительная ухмылка.       — Малфой, мы же говорим…       Она замерла, когда он кивнул одному из своих людей. Мужчина в чёрном одеянии быстро подошёл к ней. Девушка попыталась оттолкнуть его, когда его руки легли на её рубашку. Ткань с треском разорвалась, пуговицы разлетелись в стороны.       — Что ты делаешь? — с ужасом выкрикнула Гермиона.       Аристократ лениво кивнул головой, отдавая невербальный приказ своим подчинённым, слегка наклоняясь к ней с азартом в глазах. Девушку дёрнули за руку, заставив упасть коленями на холодный пол.       Он склонил голову набок и улыбнулся, доставая новую сигарету.       — Зачем ты всё это делаешь? — тихо спросила она.       — Чтобы ты видела, что всем абсолютно наплевать на тебя и твои слова. Сейчас все будут делать лишь то, что прикажу я, и всё будет так, как я хочу, — он приподнялся со стула, подойдя ближе к стоящей на коленях девушке, возвышаясь над ней. — Может, мне приказать раздеть тебя полностью? — стальной взгляд скользил по ведьме, он наслаждался осознанием того, что она находилась в его власти.       Окклюменционные стены рухнули, страх нахлынул новой волной. Малфой грозно возвышался над ней. Холодок прошёлся по побледневшей коже лица девушки, вызывая табун мурашек. Но больше всего пугал его взгляд, который словно лезвием проходился по её плечам, ключицам и груди.       Рука подчинённого Малфоя потянулась к лямке чёрного бюстгальтера девушки, но поднятая ладонь его правителя дала понять, что пока ещё не требуется действий.       Гермиона сдержалась от облегчённого вздоха и попыталась прикрыться. Малфой подошёл совсем вплотную к ней и поднял её за подбородок двумя пальцами. Она замерла, будучи вынужденной смотреть ему в глаза.       — Доставьте её в мой особняк. У меня на эту грязнокровку особые планы, — леденящий душу стальной голос, ужасающий сознание короткий приказ.