Часть 20

Анна бесцельно слонялась по дому. Пробовала вышивать и бросила, дрожали руки. Каждую секунду проверяла телефон в надежде на сообщение или звонок, но он молчал. Варвара хоть спасалась готовкой, и то, день не задался. Что-то сгорело, что-то сбежало. Григорий ругался. Господи, что же так долго?! Услышала, как на территорию въехали машины и бросилась к окну. Заворчала и зашумела посудой Варвара. Из внедорожника выбрался Александр Христофорович и помог выйти жене. Тут же притянул одной рукой к себе, второй достал букет цветов. Владимир выгружал из свой машины пакеты из супермаркета. Пара вошла в дом. - Тётя Надя! - Анна бросилась к ней и обняла. Ощутила, что женщина холодная. - Тихо, девочка, тихо. Я дома, всё хорошо, сейчас и Володя зайдет. Тихо, тихо. Корф зашуршал покупками. Надежда Николаевна стянула пальто, поставила цветы в вазу и поднялась к себе. Бенкендорф отстранился от стены, возле которой стоял, занёс вазу в комнату супруги. Нашёл её в ванной комнате под душем. Тело под струями кипятка. Быстро стянул с себя свитер и принялся растирать мочалкой женскую спину. Замотал в широкое теплое пушистое банное полотенце и занёс в спальню. Сам переодел, несмотря на её возражения, и укрыл одеялом так, что торчали только нос и глаза. Переоделся в сухое сам и устроился рядом. Целовал её висок. - Саня... Прости... - вцепилась в его руку. - Перестань. Это я должен просить прощения. - негромко. - Прости, что сбежала. - Хорошо, что бо́льшей глупости не сделала. Жаль, что меня в операционную не пустят, а так я от тебя больше не отойду. Тебя опасно одну оставлять. - Саша... - повернулась так, чтобы видеть любимого мужчину. - Я... - Я всё вчера услышал. Я люблю тебя, родная. - улыбнулся. В Надиных глазах видел только стыд и любовь. - Тебе надо отдохнуть. Поспи, я рядом. Я с тобой. - Ты из-за меня перенервничал, я не хотела. Молча гладил пальцами её лицо. Перенервничал за́ неё, это было мягко сказано. У него едва не остановилось сердце, и это не фигура речи, когда он не смог найти её. Понимал, ей надо принять новую реальность, но было страшно, как бы чего не сделала на эмоциях. Она-то спокойная, но сама ситуация. Когда пришлось публично признаться в унижении. За развод не волновался, его бывшая структура умела бесследно уничтожать и не такое. - Спи, Надюша. Я рядом. - поцеловал. - Я с тобой, твой сын с невесткой рядом. Потом и внуки. Мы вместе, всё хорошо. Надежда Николаевна крепко обняла его и не отпускала. Для него это было самым сложным испытанием. Забрался к ней под одеяло. Его футболка улетела на пол, её ночная сорочка была в ногах. В конце концов её нужно было согреть. *** Новую для себя реальность принимал и Корф. Сидел в библиотеке и смотрел в одну точку. А если бы Долгорукая её застрелила?! Прикрыл глаза. Ему лет десять, может девять, да, ещё до Ани. Родители, те, кого он считал родителями, подарили ему первый фотоаппарат. Плёночный Кодак, Господи, даже вспоминать смешно. Пленка на двенадцать, двадцать четыре или тридцать шесть кадров. Относил в ларёк, через день-два забирал фотографии. Можно было дозаказать необходимое количество той или иной фотки. Первую плёнку перевёл на всё, что видел. Родителей, тётю, дворовых друзей, котов, собак. А потом увидел рекламу модельного агентства по телевизору и решил стать великим фотографом. А пока надо учиться, взял в модели Надю. Собственную мать. Встал, принялся искать фотоальбомы, но нужного не нашёл. Тихо вошла Анна и замерла возле двери. Протянул к ней руку, и она скользнула ему на колени. Перебирала его волосы: - Как ты? - Нормально. - спрятал лицо у неё на груди. - Спасибо, что ты со мной. - А с кем я должна быть? Я замужем, значит, с тобой и должна быть. Молчали. Первый шок прошёл, осталось принять. Себя. Свой возраст. Друг друга в новом статусе. *** Владимир постучал и просунул голову в спальню матери: - Не разбудил? Можно. - Конечно, иди ко мне. - листала фотографии. - Помнишь? С небольших станиц на него смотрела та сама фотосессия. - Я их сегодня искал. Я ведь себя тогда самым крутым фотографом ощущал. - У тебя действительно неплохие кадры получились. - Ты мне льстишь, я был совсем малявкой, что я умел? Анна и Александр Христофорович, взволнованные их долгим отсутствием, встретились у заветной двери и тихонько приоткрыли щёлочку. На диване по диагонали лежали рядом Надежда Николаевна и Владимир, держались за руки. Смеялись и перебивали друг друга воспоминаниями: - Ма, а помнишь, в зоопарке я испугался ушей слона? - А помнишь, как пришёл со школы в губной помаде? Девочки решили на тебе изучить всю палитру? Прикрыли дверь, посмотрели друг на друга и синхронно выдохнули.