Глава 148. Преемник

Глава 148. Преемник

      Дэмиан после разговора с братом связался со своей охраной и уже через десять минут ехал домой к Ане. Как всегда, дорога занимала больше времени, чем требовалось, из-за того, что приходилось петлять по городу, путая следы. С каждой минутой Дэмиан всё больше нервничал и желал поскорее оказаться в пункте назначения. Ему не терпелось увидеть Аню, поговорить с ней, обнять, вдохнуть её сладкий запах с оттенком малины и, самое главное, – узнать, что между ними всё по-прежнему, и успокоиться. Как бы он ни хотел ехать быстрее, это было невозможно и только лишь спустя час, он появился у Аниного дома. Дверь ему открыл удивлённый мистер Форджер. Он махнул охране, и они, оставив подопечного, уехали.       – Какой сюрприз, – сказал Лойд, пожимая Дэмиану руку. – По лицу вижу, что что-то случилось. Заходи быстрее.       – Добрый день. Аня уже дома? – ответил Дэмиан.       Лойд слегка нахмурил брови и внимательно посмотрел на парня. Ему хватило пары секунд оценить, что гость был взволнован, его что-то тревожило. Дэмиан избегал прямого взгляда, он суетливо смотрел то на одно, то на другое, ни на чём не задерживаясь. Руки неосознанно теребили край манжета. Он переминался с ноги на ногу, нерешительно топчась на месте.       – Нет, – покачал головой Лойд. – Ещё не вернулась из школы.       Услышав ответ Лойда, Дэмиан озадачился и закусил губу. Он приуныл и задумался. Лойд подозрительно прищурился, однако расспрашивать не стал, видя, что Дэмиан сейчас не был расположен откровенничать.       – Не стой на пороге, проходи, – как можно мягче сказал Лойд и жестом указал на гостиную.       Сникший Дэмиан с благодарностью кивнул. На мгновение его лицо посветлело. ***       Аня появилась лишь спустя час, едва она вошла домой, как услышала:       – Анечка, наконец-то! У меня срочное дело, я уйду часа на два, – поговорил Лойд, при этом спешно собираясь.       – Что-то случилось?       – Да так, надо проверить одну информацию по новому делу, – уклончиво ответил Лойд, придирчиво осмотрел, в каком настроении пришла дочь, убедился, что она тоже была подавлена, как Дэмиан, и ушёл.       Аня перестала пытаться удержать бесстрастное лицо, сразу сникла, стала печальной, плечи её опустились, в движениях появилась заторможенность, словно у неё закончился заряд бодрости. Девушка медленно поплелась наверх в свою комнату. Она вошла и сразу же нахмурилась: на стуле возле письменного стола сидел Дэмиан. Аня фыркнула, подошла к креслу, бросила на него портфель и, не глядя на Дэмиана, мрачно произнесла:       – Дверь там.       Она заметила краем глаза, как Дэмиан поднялся и пошёл к двери, что осталась за её спиной.       Щёлк.       Аня глубоко выдохнула. Зачем он только приходил?       И тут сильные руки крепко обняли её, а к спине прижался Дэмиан.       – Ты же не думала, что молча я уйду? – спросил он, опаляя дыханием её ухо.       – Что ты сделал? – спросила Аня. Она точно слышала щелчок дверного замка.       Дэмиан довольно хмыкнул.       – Дверь запер. Не хочу, чтобы нас прервали.       – Папа ушёл, – подсказала Аня.       – Так даже лучше. Аня, повернись ко мне, – с надеждой попросил Дэмиан.       Но Аня и не подумала подчиниться. Тогда Дэмиан обошёл её и встал перед ней. Аня повернула голову в сторону, не желая на него смотреть.       – Даже не посмотришь на меня?       Она молчала. Обида всё ещё жгла душу.       – Прости, – мягко произнёс Дэмиан. – Я не знаю, что на меня нашло. Занесло. Дурацкая привычка с тобой ругаться до посинения и не выбирать при этом выражений.       Он поднял руку и осторожно отвёл прядь волос за ухо. Ему вдруг стало жизненно необходимо прикоснуться к Ане, ощутить её тепло.       – Ты правда считаешь меня недостойной руководить студсоветом?       Аня подняла на него глаза, полные невыплаканных слёз. Дэмиан почувствовал, как сжалось его сердце. Он понял, что Аня задержалась в школе, потому что плакала в укромном уголке. Плакала из-за него. От этого ему стало больно. Как он посмел обидеть её по-настоящему?       – Что за глупости? Я люблю тебя. Ты – моя жизнь. Как я могу считать тебя недостойной? Тем более какого-то там школьного студсовета, – без запинки ответил Дэмиан.       – Тогда почему ты так противишься тому, чтобы я возглавила студсовет?       В глазах Ани плескалась затаённая обида, а в голосе проступила горечь. Дэмиан уже много раз спрашивал себя об этом, поэтому ответ нашёлся сразу:       – Я волнуюсь за тебя. У тебя и учёба, и работа, и осуществление плана тоже на тебе. Ты всё тащишь на себе. Я боюсь, что ты надорвёшься и заболеешь, или с тобой что-нибудь случится. Я же тогда с ума сойду. Позволь мне хотя бы здесь тебе помочь. Мы же напарники. Или я уже не удел?       – Только поэтому?       – В основном, по этому. Доказать отцу, что я не хуже брата, тоже хочу, но это не главное. Ты важнее.       Аня глубоко с облегчением вздохнула.       – А сразу сказать не мог? – спросила она.       – Так ты упрямая, попробуй тебя переубедить! Ты даже слушать меня не стала. Я приходил несколько раз, но ты всё время была на работе. Сегодня решил дождаться во что бы то ни стало.       Дэмиан со всей своей огромной любовью смотрел на Аню, любовался ею и желал обнять.       – Я сегодня никуда не иду, надо к экзамену готовиться, – ответила Аня.       – Может, вместе будем готовиться?       В его голосе было столько надежды, что Аня не посмела отказать. Да она и сама соскучилась по Дэмиану и по тому, как они вместе делали уроки.       – Можно…       Это слово примирило их, оставляя поединок в упрямстве в прошлом. Оба почувствовали облегчение и тепло, возникающее в душе в те минуты, когда они были вместе.       – Я так по тебе соскучился…       Дэмиан медленно и осторожно приближался к Ане, нерешительно, будто спрашивая разрешения, а имел ли он право на задуманное. Аня немного подалась вперёд, и их губы встретились. Нежное, робкое прикосновение быстро сменилось напористым и жадным со стороны обоих. Аня закинула руки на шею Дэмиану, он обнял её и прижал к себе. Его руки пустились в путешествие, исследуя её изгибы. Анины руки перебрались выше и ерошили его мягкие и непослушные волосы. Все ссоры, недопонимания, недосказанности исчезли, растворились, пропали в одно мгновение.       Они могли целоваться так очень долго. Но Дэмиан почувствовал, как в штанах стало тесно. Если они продолжат, он мог и не сдержаться. С трудом отлипнув от Аниных губ, Дэмиан прикоснулся своим лбом к её лбу, его руки придерживали её за голову немного ниже ушей.       – Я безумно по тебе соскучился… – взволнованно, низким от возбуждения голосом прошептал Дэмиан.       – Я тоже соскучилась, – в тон ему ответила Аня.       – Мы ведь договаривались, что не будем принимать за правду, что произносим в пылу ссор в школе.       – Знаю. Но было больно. Твои нападки были такими настоящими.       – Прости меня. Я не хотел сделать тебе больно. Я виноват. И готов загладить свою вину. Только скажи, как именно. А то я опять что-нибудь не то сделаю.       – Я подумаю.       Аня обняла Дэмиана за талию и прислонилась щекой к груди.       – Дэмиан…       – Да…       Аня немного отстранилась, не отпуская объятий, и заглянула ему в лицо.       – Не проси меня отказаться от участия в выборах… – Дэмиан открыл рот, чтобы ответить, но Аня положила палец ему на губы и продолжила: – Мы на финишной прямой, осталось только голосование. Если я откажусь, это будет выглядеть так, будто я тебе уступила. Не хочу этого. Я много думала о том, что если победишь ты, то именно тебе придётся готовить сцену для финального действия. Это может поставить тебя под удар и вызвать у нашего врага сомнения. Но лучше так, чем проиграть вовсе. У нас двоих больше шансов на победу, чем у одного тупого Бликса! И не важно, кто из нас победит, ловушку для злодея мы всё равно приготовим. Я должна была сказать тебе это раньше, но столько всего навалилось… И я очень обиделась на твоё требование отказаться от участия в выборах.       Аня несмело улыбнулась Дэмиану. Он перехватил её руку, прикрывающую его рот, и поцеловал каждый пальчик.       – Я так распереживался о тебе, что не подумал о том, что вдвоём у нас больше шансов обойти всех. Я не буду больше требовать, чтобы ты сдалась, но обещай мне, что будешь предельно внимательна и осторожна, не лезть на рожон и не геройствовать. Я… Чёрт! Я боюсь за тебя. Если с тобой что-то случится, всё потеряет смысл.       Аня с интересом рассматривала Дэмиана, попутно пытаясь прочесть его мысли, но в голове у него была такая путаница, что понять что-то из отрывков видений и мыслей было невозможно. Дэмиан не лгал, он был слишком обеспокоен её благополучием. Аня очень хорошо его знала, чтобы понять, что Дэмиан что-то пытался от неё скрыть. Что-то нехорошее. Вот только и Дэмиан отлично изучил Аню и прочесть его мысли, с огромной скоростью переключающихся с одной на другую не позволил.       “Ладно. Разберёмся потом, – решила Аня. – Всё равно он не сможет долго от меня скрывать свои переживания”.       – Не надо. Не копайся в моих мыслях, пожалуйста. Это переживания и страхи. Тебе не стоит их видеть. Оставь их мне, – строго попросил Дэмиан.       – Извини…       Аня смутилась и опустила взгляд.       – Я… я сделала это машинально…       Дэмиан притянул Аню к себе и погладил по голове, прижав её к груди. Он прикоснулся губами к её макушке.       – Мой самый главный страх – потерять тебя. Иногда он становится иррациональным и неконтролируемым. Всегда помни об этом и береги себя.       – Хорошо…       Аня крепко сжала Дэмиана в объятиях. Ей стало грустно. Ведь она понимала Дэмиана и полностью раздела его страх. Когда кто-то становится для тебя всем, бояться за него совершенно нормально. А они были друг для друга целым миром.       Чтобы развеять чувство грусти, Аня приподняла голову и попросила:       – Поцелуй меня. Я соскучилась по твоим поцелуям.       Дэмиана не нужно было просить дважды. Он, не медля ни секунды, припал к её губам сладостным поцелуем.       Многим позже они сидели в обнимку на кровати, нацеловавшись так, что болели губы. Аня положила голову Дэмиану на плечо и наслаждалась покоем и тишиной, теплотой его рук и ритмом сердца, любимым горько-сладким ароматом шоколада, которым пах его шампунь, и его собственным, тонким, едва ощутимым, но таким родным и опьяняющим запахом. Дэмиан балдел от того же, обнимая Аню. Он радовался, что они помирились. И даже просто сидеть рядом было здорово. Он медленно накручивал на палец прядь её волос.       – Дэми, кажется, я совсем не готова к следующему экзамену… – вдруг пожаловалась Аня, обрывая негу, царившую в комнате.       – Я сяду так, чтобы у нас был один вариант, и буду решать тест медленно, чтобы ты могла прочитать мои мысли и списать, – нашёл выход Дэмиан.       – А если будут одинаковые ошибки? – капризно уточнила Аня.       Они уже так делали. И не раз. Но Аня нарочно допускала одну или две ошибки, чтобы никто не догадался. Подловить их не могли, ведь кроме Ани никто не умел слышать чужие мысли. Но и лишние вопросы и подозрения им ни к чему.       – Тогда, после того, как решу все задания, нарочно сделаю где-нибудь ошибку, – заверил Дэмиан и понял, что действительно готов нарочно занизить себе баллы, чтобы к Ане не придрались.       – Спасибо.       – Я прощён? – с надеждой спросил он, потому что надо было окончательно закрыть этот вопрос, чтобы он больше не мучил их обоих.       – Не так быстро. Посмотрим на результат экзамена.       Аня хихикнула и подняла голову. Дэмиан немного наклонился и поцеловал её, понимая, что это всё уловки, а на самом деле она уже не злилась на него. *       Вечером Йор поднялась наверх, чтобы позвать Аню и Дэмиана ужинать. Её ученик впервые за долгое время остался с ночёвкой. Она без стука открыла дверь в комнату дочери и остановилась на пороге. Она усмехнулась, глядя, как на полу на ковре лежал Дэмиан, а рядом, на его правом плече лежала Аня, прислонившись носом к груди. Они спали. Рядом валялся раскрытый посредине учебник по истории. Йор поумилялась этой картине. Они сейчас выглядели такими расслабленными, спокойными. Она заметила, что они держали друг друга за руки.       “Так и знала, что они помирятся” – подумала она, а вслух сказала:       – Дети, просыпайтесь, ужин готов. ***       После сданного на следующий день экзамена Аня в растерянности смотрела на то, как Энтони Бликс стоял посреди двора в толпе своих друзей и последователей и разглагольствовал о том, что он самоустранился от участия в выборах и свой голос отдаст Ане Форджер, что, по его мнению, она отлично справится с руководством студсовета и сможет привнести в развитие школы неоценимый вклад. Он распинался о том, что всё хорошо обдумал и взвесил своё решение. Толпа вокруг него взволнованно шумела. Энтони убеждал их в правильности своего выбора и просил последовать его примеру и проголосовать за Аню.       – Что это значит? – проскрипел зубами рядом с ней Дэмиан. – С чего такие перемены?       Аня вздрогнула от неожиданности, она не слышала и не видела, когда подошёл Десмонд.       – А мне откуда знать? – взъерепенилась Аня.       Вокруг Бликса толпа становилась всё больше. Тот гордо вещал о том, что абсолютно уверен, что Аня Форджер справится с ролью президента студсовета лучше него, убеждая остальных голосовать за неё.       Пока все глазели на Бликса, Дэмиан дёрнул Аню за руку и потащил подальше от посторонних глаз. Она молча пошла следом, потому что не хотела поднимать шум и привлекать к себе внимание. Она не была готова сейчас стоять рядом с Бликсом и с благодарностью принимать его помощь. Аня действительно не знала, почему Бликс так поступил, она могла лишь смутно догадываться, что что-то изменилось, когда он застал её плачущей.       Дэмиан широкими шагами торопливо шёл в корпус имперских учеников, таща за собой Аню, еле успевающую перебирать ногами. По пути им никто не встретился. Десмонд распахнул дверь в учебный класс на втором этаже, он оказался совершенно пустым. Дэмиан втолкнул в него Аню, зашёл следом и закрыл дверь.       – Что ты делаешь? – запоздало возмутилась Аня.       Дэмиан в один шаг оказался слишком близко. Он взял её голову в ладони и впился в губы требовательным поцелуем. Аня ответила, хоть и злилась на него, но сопротивляться не могла. Она томно вздохнула и приоткрыла рот. Дэмиан тут же этим воспользоваться: его язык скользнул ей в рот. Языки сплелись в страстном сумасшедшем танце. Дэмиан целовал напористо, требовательно, жадно, подчиняя партнёршу своим желаниям. Руки жёстко, грубо исследовали её тело сквозь одежду. Они сжали талию и опустились ниже, сжали ягодицы, придвигая её плотнее к своему разгорячённому телу.       – Ты моя, – на мгновение прервав поцелуй, хрипло от возбуждения сказал Дэмиан и снова впился в губы.       Он рванул бантик под горлом на Аниной форме, открывая себе доступ к нежной коже, и оставил болезненный засос на ключице.       – Моя… – возбуждённо шептал Дэмиан между новыми засосами.       Мозг Ани плавился, отказывался думать, всецело отдаваясь во власть любимого человека. Этот спонтанный выброс страсти возбудил её, разливаясь жаром внизу живота. Ощущения стали острее, каждое прикосновение ярче, резче, значимее. Она закусила нижнюю губу, чтобы не стонать, и глубоко дышала. Во всём теле появилось ноющее ощущение от предвкушения большего, неизведанного, но такого манящего, обещающего райское наслаждение. Ноги стали ватными и отказывались держать её. Она цеплялась за плечи Дэмиана, сминая его пиджак.       – Ты принадлежишь мне… только мне… – бормотал Дэмиан, продолжая целовать Аню короткими прерывистыми поцелуями в шею, скулы, щёки, подбородок. – Послезавтра это всё закончится… нас осталось только двое… Ты проиграешь, и всё снова будет как раньше… Или лучше сразу сдайся…       Аня, до этого пребывавшая в сладостной истоме, млевшая от его рук и губ, резко остыла, она выпрямилась и оттолкнула Дэмиана, и со злостью на него посмотрела. Он в непонимании уставился на неё, не зная, почему она так резко охладела. Оба тяжело дышали и выглядели взъерошенными.       – Опять за своё? – спросила Аня, начиная злиться.       Они ведь договаривались, что больше не будут поднимать тему выборов. Аня не понимала, что заставило его снова об этом заговорить.       – Что у тебя с Бликсом? – вспылил Дэмиан.       – Ничего! А ты – придурок, если думаешь, что между нами что-то может быть! Я даже представить не могу, чтобы меня обнимал и целовал кто-то другой, не ты. Даже от одной мысли такой воротит! – выкрикнула Аня.       Дэмиан озадачился.       – С чего ты вообще об этом думаешь? Я говорил про сговор! Что ты ему пообещала за отказ от борьбы?       Аня замерла на мгновение. Она поняла, что не так поняла Дэмиана. Он ведь не знал, что произошло после дебатов.       – Ничего! – огрызнулась она. – Никому я ничего не обещала! Я не знаю, почему он решил голосовать за меня! И знать не желаю! Я домой! Надо готовиться к следующему экзамену!       Аня рассердилась на Дэмиана. Он так был уверен в том, что победит. И столько раз заставлял её сдаться. Но сдаваться не в её правилах. И ему об этом известно. Он обещал больше так не делать. И нарушил обещание. Обида кислотой разъедала душу. Аня не стала слушать оправдания Дэмиана. Она развернулась и убежала, но в этот раз, опасаясь, что Дэмиан снова придёт мириться, а она не устроит перед ним, отправилась не домой, а на работу. Подготовиться можно и там, заодно узнает, как идёт подготовка кульминации нового расследования, одного из самых важных за которые они с дядей Юрием брались. *       Дэмиан скрипнул зубами и от досады ударил кулаком по парте. Вот чего он не смог держать язык за зубами? А всё потому, что мозг напрочь отключился и не думал ни о чём другом, кроме того, что надо утвердить на Аню свои права. То, как распинался Бликс, как он рассказывал об Ане, с каким энтузиазмом и воодушевлением, как при этом горели его глаза, очень не понравилось Дэмиану. Это насторожило. Внутренний ревнивый зверь увидел в нём соперника и потребовал тут же пометить территорию.       Дэмиан несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, пытаясь успокоиться. Как же ему надоело прятаться! Он так яростно желал, чтобы каждая собака знала, что Аня принадлежит ему, что от этого кровь закипала в венах. Чтобы ни один болван не смел на неё заглядываться! Ей-богу, хоть на лбу у неё пиши: “Собственность Дэмиана Десмонда. Кто прикоснётся – убью без раздумий!” Жаль, что так сделать нельзя даже в шутку. Аня за такую выходку согнёт его в бараний рог и скажет, что так и было. Безусловно, Дэмиан был уверен в Ане, в её чувствах и преданности, но ничего не мог поделать со своей жгучей ревностью. Он всегда её ревновал. Ко всем. Понимал, что это не всегда обосновано, но был не в силах противостоять этому чувству. Всё, что мог – сдерживаться. Вот только в последнее время подавлять это безумное, дикое, необузданное чувство становилось всё труднее.       Десмонд успокоился и отправился в кабинет студсовета. Узнав, что Бликс там ещё не появлялся, Дэмиан решил дождаться его в коридоре. Бликс должен был прийти и официально оформить отказ от участия. А упустить возможность узнать причину столь радикальных изменений Десмонд не мог.       Вскоре пришёл Энтони.       Дэмиан перегородил ему дорогу и смотрел так, что от оппонента уже должна была остаться лишь горстка пепла. Бликс вскинул голову, самоуверенно впечатал прямой взгляд в Дэмиана и скрестил руки на груди.       – Чего тебе? – с вызовом спросил Бликс.       – Почему ты решил сдаться в пользу Форджер? – с угрозой спросил Дэмиан.       Энтони растянул губы в снисходительной улыбке и вальяжно заявил:       – Не твое дело!       Дэмиан свёл боровик переносице, мгновенно ощутив, что собеседник его раздражал всем: и своей манерой держаться, словно он обнаглевший кот, утащивший шницель с тарелки хозяина, и глумливой ухмылкой, и вызывающим взглядом.       – Моё! – прорычал Дэмиан. – Это мои выборы и моя… – он запнулся, едва не сболтнув “девушка”, но быстро исправился: – игрушка.       Бликс ещё шире, ещё наглее улыбнулся, как будто он знал то, что не знал Дэмиан.       – Строптивая у тебя игрушка, – неторопливо, с нарочитой вальяжностью сказал Энтони. – И красивая очень. Её губы так и манят, да?       Дэмиан не выдержал такой дерзости и схватил его за лацканы пиджака.       – Нарываешься? – прошипел Десмонд, притягивая Энтони к себе ближе.       Дэмиан едва сдерживался, чтобы не избить наглеца, посмевшего облизываться в сторону Ани.       Энтони позабавило, как быстро разозлился Десмонд: его брови сошлись у переносицы, губы напряжённо сжались, во взгляде появилась жажда убийства. Вот только Энтони не испугался. Они в школе, посередине коридора, что Десмонд ему может сделать?       – Давай. Ударь. Ты ведь это можешь, – небрежно сказал Бликс.       Дэмиан скрипнул зубами и отпустил его пиджак, но не сдвинулся с места, продолжая взглядом сверлить оппонента.       – У тебя ведь есть девушка. Так зачем тебе Форджер? Так нравится её мучить? – спокойным тоном, медленно, чуть растягивая гласные, спросил Энтони, поправляя при этом воротник и манжеты.       – Какое тебе до неё дело? – прорычал Дэмиан, терпение у него стремительно заканчивалось.       Энтони злорадно ухмыльнулся и предложил:       – А давай так. Ты очень жаждешь должность президента студсовета. Я буду агитировать голосовать за тебя, а ты мне за это отдашь свою игрушку?       Дэмиан был в ярости от такого предложения. Он уже не смог сдерживаться и, снова схватив Бликса за лацканы пиджака, впечатал того спиной в стену. Послышался глухой удар.       – Не приближайся к ней! – голос Дэмиана стал угрожающим.       Неожиданно в коридоре появился Деметриус, выскочивший из кабинета.       – Что происходит? Бликс, иди, оформляй заявление!       Дэмиан был вынужден отпустить его. Энтони ретировался. Дэмиан не слышал, что спросил у него брат, он пулей вылетел на улицу и разыскал таящихся в тенях телохранителей.       – Усилить охрану Ани! – жёстко приказал он. – Чёртова Бликса и близко к ней не подпускать!       – Кого? – в недоумении спросил Кактус.       – Моего соперника на пост президента! Он на Аню виды имеет! – пояснил Дэмиан.       – Камикадзе, – прокомментировал Болиголов и покрутил пальцем у виска, показывая своё отношение к такому недалекому умом человеку.       Оба телохранителя, приняв новый приказ, растворились в тенях. ***       Перед последним экзаменом прошло голосование: ученики старшей и средней школы выбирали следующего президента студсовета. Претендентов осталось только двое: Аня Форджер и Дэмиан Десмонд. Объявить результаты должны были после экзаменов на общем балу по случаю окончания семестра. Однако объявления не последовало, поскольку студсовет ещё не посчитал голоса. Что было странным, ведь раньше такого не случалось.       Традиционно, в конце года должен был состояться ещё один бал. Бал для избранных. Бал имперских учеников. Только после него начинались летние каникулы.       Именно в этот день Деметриус вызвал к себе в кабинет Аню и Дэмиана. Они сидели напротив него. В кабинете было тихо, все молчали, чувствовалось напряжение. Замершие, сосредоточенные члены нынешнего студсовета истуканами сидели за своими столами и ждали, когда президент начнёт говорить. Деметриус не спешил объявить о причине, по которой вызвал кандидатов, накаляя обстановку до предела, испытывая Аню и Дэмиана неизвестностью. Они понимали, что дело, по которому им было велено явиться, касалось выбора преемника, и молча ждали вердикта президента студсовета.       Деметриус сложил пальцы домиком, сидел и молчал в смятении.       – Вы понимаете, по какому вопросу я вас вызвал? – ровным голосом, без тени волнения спросил он.       Аня и Дэмиан кивнули и единогласно сказали: “Да”.       – За всю пятисотлетнюю историю школа впервые столкнулась с таким, – загадочно начал он. – У обоих кандидатов поровну голосов. Студсовет трижды пересчитал голоса. Пересчитал ещё я лично. Мы искали ответ в Уставе, советовались с ученическим советом, как в таком случае поступить. И нашли решение: я, как действующий президент, не голосовал во время выборов, и теперь обязан отдать свой голос в пользу одного из кандидатов. Чтобы никто не подумал, что я предвзят по отношению к тебе, брат, я голосую за Аню.       С последними словами Деметриус снял и передал значок президента студсовета Ане.       – Поздравляю с назначением. Я верю, что ты отлично справишься, – заключил Деметриус.       Аня неверяще посмотрела на него и приняла значок двумя руками, как хрупкую драгоценность.       Дэмиан удивлённо похлопал глазами, а затем нахмурился, разозлился и вспылил.       – Но я твой брат! Я Десмонд! Я не могу проиграть! – разбушевался он, вскакивая на ноги. От резкого движения стул, на котором он сидел, опрокинулся. – Никогда ещё во главе учеников в «Эдеме» не стояла девушка! Я не могу проиграть этой выскочке!       Остальные члены студсовета вели себя тихо, как будто их не было, но при этом внимательно следили за разворачивающихся действием.       Дэмиан злился, кричал и махал руками.       – Она же никто! Она обычная простолюдинка!       Он смотрел на брата и не видел, как глаза Ани наполнились слезами. Она взглянула на часы и с нетерпением посмотрела на Деметриуса.       Пока Дэмиан бушевал, мысленно обратился к Ане: “Аня, милая, прости, так надо. Я должен сказать это. Если я просто спокойно уступлю – будет подозрительно. Это просто игра. Не верь моим словам. Помни: я тебя люблю. Для меня ты – самое ценное в жизни! Должность президента для меня пустяк, по сравнению с тобой. Ты важнее всего. Но и уступить без последнего боя я не могу. Ты же сама это знаешь. Поговорим позже, сегодня вечером на балу”.       Но вслух он кричал совсем другое:       – Ты не можешь так со мной поступить! Ты не можешь отдать мою должность ей! Она же глупая, бестолковая девчонка! Как она вообще умудрилась набрать половину голосов?       Аня сглотнула подступивший к горлу ком, взволнованно бросила взгляд на Дэмиана, сжала в руке значок президента и посмотрела на Деметриуса полными слёз глазами.       – Спасибо за доверие. Можешь расписать, как вести дела?       Деметриус не сразу понял, почему она об этом просила, но, видя навернувшиеся на глаза слёзы, кивнул, глядя на Аню.       Дэмиан всё распинался, ругался и не видел, что происходило вокруг.       – У меня ещё есть дела, я пойду. Тороплюсь, – тихо сказала Аня.       Деметриус кивнул, решив, что она спешила поплакать в одиночестве после слов Дэмиана. Услышать от своего парня такие слова было больно. Он всегда задавался вопросами: почему Аня выбрала Дэмиана и как она вообще терпела его невыносимый характер?       Аня тихо вышла.       – Да успокойся ты уже! – повысил голос Деметриус, теряя терпение. – Я имел полное право так поступить, потому что считаю, что Аня отлично справится! Что на тебя нашло? На тебя так новолуние подействовало?       Дэмиан мгновенно остолбенел.       – Что? – севшим голосом, едва ли не писком спросил он, на его лице появился испуг. – Новол-л-луние?       Деметриус видел, как побледнел, а затем посерел брат. Дэмиан обернулся и осмотрел кабинет. Ани не было.       – Где она? – запаниковал он.       – Ушла две минуты назад, – спокойно ответил Деметриус, не понимая, что сейчас происходит: минуту назад Дэмиан орал как невменяемый, а теперь в ужасе.       – Твою мать! – рявкнул Дэмиан на весь кабинет.       Десмонд-младший как ужаленный вылетел из кабинета студсовета и помчался за Аней.       Он сбежал вниз, увидел, что она уже у самого забора, и рванул следом.       – Аня, подожди! – кричал он, но ветер уносил его слова в другую сторону.       Дэмиан видел, как Аня села в чёрный, блестящий, тонированный, дорогой автомобиль. Он бежал из всех сил, но не смог ни догнать его, ни рассмотреть номер.       Аня заметила Дэмиана, когда села в машину. Он был перепуган, волосы взъерошены, мантия сползла набекрень.       “Потом разберёмся!” – решила она и отвернулась от окна.       – Я рад, что вы, юная мисс, решили помочь мне в этой нелегкой миссии, – раздался рядом елейный голос.       – Ну что вы, начальник, – она как можно невиннее улыбнулась, пряча свои настоящие чувства. – Я польщена, что могу вам чем-то помочь.       Его рука как бы невзначай приобняла её. Аня смутилась и отодвинулась, делая вид, что не заметила плотоядный блеск в глазах мужчины.       “Чёртово новолуние! Что на самом деле задумал этот боров? Переводчик ему нужен, как же! Надеюсь, аппаратура Фрэнки не подведёт”, – подумала мисс Форджер, старательно пряча отвращение и выставляя напоказ восхищенную малолетнюю дурочку, но при этом старалась не переигрывать, чтобы не выдать себя, ведь идиотов в тайную полицию не брали.       Тем временем автомобиль быстро набирал скорость, уезжая в неизвестном направлении. ***       Дэмиан не догнал Аню. Он помчался к охране, и они увезли его домой к Форджерам.       – Здравствуйте, Аня дома? – с порога спросил он, вваливаясь в дом.       Лойд выскочил из кухни, попутно вытирая руки об фартук, он окинул гостя взглядом и сразу отметил переполошённый вид парня.       – Нет. Она на работе. Чёртов Юрий опять затеял что-то грандиозное! Ани не будет долго! Возможно до конца каникул.       Дэмиан ещё больше побледнел.       Лойд подхватил его, чтобы не упал, и усадил на диван в гостиной.       – Что случилось? – заволновался Форджер.       – Вы же знаете, что мы оба баллотировались в президенты школьного студсовета? – слабым голосом спросил Дэмиан.       Лойд кивнул. Он помогал дочери как мог. Он знал, что из-за выборов Аня и Дэмиан ссорились, но, в конце концов помирились. А сейчас Дэмиан сидел перед ним бледный, напуганный, его руки мелко дрожали, а взгляд был потерянным.       Дэмиан глубоко выдохнул, собрался с мыслями и честно рассказал, что случилось в кабинете студсовета, не забыв рассказать о причинах. Лойд молча, внимательно слушал.       – Мне надо с ней увидеться, рассказать правду. Чёрт! Я совсем забыл про новолуние! Я так привык что-то объяснять Ане, не произнося это вслух, что даже не подумал о необходимости предупредить её. Чёрт! Да я даже не рассматривал такой исход выборов! Решение брата выбило меня из равновесия! Я должен увидеть Аню! – подытожил он.       – Я не могу с этим помочь. Но Аня умная девочка. Она, наверное, поняла, что это всё спектакль. Конечно, надо было её предупредить, но что сделано, то сделано, – утешил Лойд.       – Мы действительно поссорились из-за этих чёртовых выборов! Впервые с тех пор, как стали друзьями в конце третьего класса. Я не знаю, что делать… – посыпал голову пеплом Дэмиан. Лойл покачал головой. Он утешающе похлопал Дэмиана по плечу.       – Готовиться к сражению. Аня же сказала, для чего ей нужно кресло президента студсовета, – сдержанно посоветовал Лойд.       Дэмиан кивнул, соглашаясь с доводами.       – Я ей много раз предлагал стать вице-президентом. У неё были бы все полномочия делать всё, что нужно, но при этом она не была бы настолько загружена работой.       – Ты знаешь, какая она упрямая. Если вобьёт что себе в голову...       – Знаю! Я не хотел, чтобы она была президентом студсовета! Не хотел, чтобы она весь удар принимала на себя! Она не должна меня защищать! Надо менять план! – в отчаянии завопил Дэмиан.       – Анин план будет выполнен! – безапелляционно заявил Лойд.       Лойд взглянул на Дэмиана повнимательнее, похоже, он не знал, какую грандиозную подготовку к этому плану затеяла Аня. Лойд и сам не знал деталей, только в общих чертах, и рассказывать не собирался. Если Дэмиан узнает, он помчится защищать свою принцессу и сорвёт Ане всю операцию. Лойд и сам сегодня был как на иголках. Утешало только то, что Юрий будет рядом с Аней, он не позволит, чтобы с ней что-то случилось. Иначе Йор из него паштет сделает! А ещё там Мгла и много других агентов ВАЙЗ, тайно следящих за обстановкой и готовых рискнуть в случае необходимости. А его, самого Сумрака, не пустили. Он, видите ли, заинтересованное лицо! Конечно. Ведь это его дочь рискует жизнью!       – Да пойми же, она там погибнет! – закричал Дэмиан, в его голосе была истерика. Он чуть тише сказал: – Мне сон приснился: Аня на том мероприятии в белом платье, перепачканном кровью.       Слова Дэмиана не добавляли спокойствия. Лойд из последних сил держал маску рассудительного человека, а внутри паниковал. Желудок снова свело болью от мысли, что Аня сейчас где-то там здорово рисковала собой. Лойд выдохнул и коснулся плеча Дэмиана.       – Это всего лишь сон. Просто плохой сон. Ты переволновался. Вот тебе и приснилась ерунда. Пойдём, я заварю тебе чаю с мятой. Тебе надо успокоиться, – сказал он и мысленно продолжил: – “И мне тоже”.       “Мои сны не просто сны. Они вещие,– с горечью подумал Дэмиан. – Но Лойд об этом не знает”.       – Ты сказал, что Аня на работе! – вдруг встрепенулся Дэмиан. – Опять затевается что-то грандиозное? Я должен быть там! Где она? – он вскочил и заметался по комнате. – Я должен её подстраховать.       Лойд помрачнел. Дэмиана нельзя было отпускать, он мог всё испортить, и наверняка так и будет. Его самого сдерживало то, что дома болел Алекс, а Йор ещё не пришла с работы. Иначе бы наплевал на запрет начальства и ломанулся следить лично. Но даже когда придёт Йор, ему нельзя будет показывать своего волнения. Если она заподозрит, что Аня вовсе не отчёты заполняла – всем мало не покажется. А Дэмиан в таком состоянии мог сболтнуть лишнего.       – Тебе туда нельзя. Они очень долго готовили операцию, ты можешь её сорвать. Пойдём лучше чаю выпьем, – вместо ответа сказал Лойд.       – Какой чай?! Там Аня! – заорал Дэмиан.       – Тише! Алекса разбудишь. У него температура.       Дэмиан смутился своего выпада.       – Пойдём на кухню, – настойчиво повторил Лойд.       Форджер посмотрел на совсем раскисшего Дэмиана. В таком состоянии он его не видел даже после лаборатории.       “Да, не слабо же тебя приплющило”, – подумал Лойд и пошёл на кухню. Дэмиан последовал за ним.       – Сумрак, – убитым голосом позвал он. – Чай не поможет. Плесни мне чего-нибудь покрепче.       – Йор мне за это по голове настучит, – ответил Лойд, тем временем открывая бар и для вида выбирая то, что сегодня им с Дэмианом поможет сохранить тонну нервов. – Но сначала чай.       Удручённый терзавшими его мыслями Десмонд не заметил, что Лойд ловко подмешал ему в чай быстродействующее снотворное, из-за которого он проспит до утра.