Глава 150. Платье

Глава 150. Платье

      Все приглашенные следили за танцем Деметриуса Десмонда и Бэкки Блэкбелл. Пара так легко и изящно кружилась в вальсе, словно они делали это каждый день.       Сами же король и королева вечера пока не сказали друг другу ни слова. Бэкки старалась не смотреть в глаза Деметриусу, но чувствовала, как его пальцы на обнажённой спине обжигали кожу огнём.       Деметриус думал над тем, что они не разговаривали с момента ссоры в отеле, случившейся почти полгода назад. Он и сейчас не хотел разговаривать. Зачем? Опять поссорятся.       “Нам просто не о чем разговаривать. Единственное, что у нас было общего – желание видеть Аню и Дэмиана вместе. Но это уже давно не актуально”, – решил он.       Его взгляд непроизвольно прошёлся по заколкам с синими камнями, по блестящим каштановым волосам, лежащим на оголённых плечах волнистым водопадом, по аккуратному ушку с серьгой в комплект к заколкам, по изящной шее и очертил линию декольте. Сердце, едва сбавившее ритм, снова застучало, как барабанная установка, пульс подскочил, гоняя кровь по венам, стало жарко, тесно в костюме, особенно в области паха.       “Вот же чёрт! Почему я так на неё отреагировал? Да, красивая. Особенно, когда молчит. Но она ведь совершенно не в моём вкусе. Так почему?” – запаниковал Деметриус. Он отвёл взгляд от выреза платья, из-под которого виднелась часть аппетитной, упругой, манящей груди со светлой, нежной кожей, на которой отлично бы выделялся след от засоса, оставленный им... “Это что ещё за мысль?! Откуда она взялась?!” – нервно одёрнул себя Деметриус, едва не сбившись с шага.       Бэкки вздрогнула и посмотрела на него.       “Всё же сбился с шага”, – решил он, глядя в прекрасные карие глаза, немного напуганные, немного любопытные. Бэкки моргнула и отвела взгляд. На её щеках появились тени от длинных, густых ресниц. А его взгляд словно прилип к ней, изучая каждую чёрточку лица.       Дальше молчать было просто неприлично.       – Ты сегодня великолепно выглядишь, – тихо сказал Деметриус, кружа партнёршу в танце. Его взгляд ещё раз пробежался по краю декольте и зацепился за золотой значок парящего орла. – Аня и тебя втянула в свою секту? – спросил он.       – Прости, что? – Бэкки подняла на него удивлённый взгляд.       – Платье от «Арно», – пояснил Деметриус.       – Платье и платье, – равнодушно ответила Бэкки. – Не первое от них.       Бэкки не стала ему рассказывать, что изначально оно предназначалось Ане, и после бала его нужно будет отдать. Это личная информация.       – Слишком вызывающее для этого мероприятия, – признался Деметриус.       Он видел, как парни смотрели на Бэкки, как их глаза беззастенчиво и оценивающе шарили по её груди, бёдрам, ногам. И в ответ в его душе зародилось странное чувство. Оно раздирало изнутри, хотело вырваться наружу, наорать, набросится на всех и велеть закрыть глаза, чтобы не пялились. Перед ними всего лишь красивая девушка в смелом, шикарном платье. Зачем же так раздевать её глазами?       – Тебе-то какое дело? Ханжа, что ли? – огрызнулась Бэкки, возвращая его из мыслей, в которых он, как храбрый рыцарь, защищал честь дамы.       – А тебе самой нравится такое внимание? Да каждый второй, если не первый, уже раздел тебя глазами и мысленно трахнул! – с раздражением проворчал Деметриус и неприязненно скривил губы.       Бэкки почувствовала, как его прикосновения стали жёстче. Он немного резче, чем было нужно, сделал поворот, на мгновение прижимая её к себе чуть крепче. И тут же, словно спохватившись, ослабил хватку. В такт повороту сердце Бэкки также резко подпрыгнуло и неровно забилось.       – Грубиян! – обиделась она. Его слова навели на интересную мысль: – Если каждый первый, то значит, в их числе и ты? Это неожиданно, – поддела Бэкки.       Вдруг ей стало весело. Давно у неё ни с кем не было такой забавной дискуссии. В карих глазах появились смешинки, а губы тронула лёгкая дразнящая улыбка.       – Не мни о себе многого! Ты не в моём вкусе! – нервно и слишком поспешно ответил Деметриус. Голос чуть сорвался с ровного тона, а глаза быстро метались, ни на чём не фокусируясь.       – Ты тоже не моя влажная мечта! – уверенно парировала Бэкки.       Деметриус снова сбился с шага. Он с раздражением уставился на партнёршу.       – У тебя язык как помело! Как ты вообще умудряешься нормально с другими разговаривать? – резко спросил он.       – Просто они меня не бесят так, как ты, – высокомерно ответила Бэкки.       Её ответ кольнул в сердце острой иглой, и это ещё больше озадачило и запутало Деметриуса. Ему должно быть всё равно, что она о нём думала. Но отчего-то не было.       – Значит, я тебя бешу? – уточнил он.       – Безусловно. Ты слишком высокомерный, заносчивый, зацикленный на себе нарцисс! – с интонацией всезнайки, как будто ей приходилось объяснять очевидное, сказала Бэкки.       В его душе мгновенно всколыхнулась обида и пришло неуместное желание нравится ей. Но гордость не позволила унизительно оправдываться, что он лишь казался таким, что это только маска, чтобы не подпускать к себе слишком много людей.       – Неправда! И вообще, заткнись! На себя посмотри, вертихвостка! – разозлился Деметриус, обиженный нелестной оценкой его персоны.       – Не дорос меня ещё затыкать! – сказала, как отрезала Бэкки, гордо приподняла подбородок и посмотрела на него прямо, смело и с вызовом.       – Я вообще-то тебя старше! – напомнил он.       Она демонстративно закатила глаза и резко выдохнула.       – Всего на три года, а ведёшь себя как двенадцатилетний! – укоризненно заявила Бэкки.       – Я бы тебя заткнул чем-нибудь и доказал, что я нормальный взрослый! – не думая, как это прозвучало, резким тоном заявил он, поскольку начинал злиться на девушку всё больше.       – Фу! Не! Спасибо! Не надо! А то вдруг занудство через поцелуй передаётся, – Бэкки скривилась так, будто ей под нос сунули прокисшую кашу.       – А причем здесь поцелуй? – не понял Деметриус. Его глаза округлились от удивления, а голос стал выше. – Я вообще кляп имел в виду. Тряпку какую-нибудь…       – Или свой носок… – подсказала она, забавляясь ситуацией.       – Или носок, – согласился Деметриус.       – Точно двенадцатилетний, – хмыкнула Бэкки. – Тогда уж трусы используй. Я вот заткнула бы тебе рот своими, потому что ты мне надоел! – не выбирая выражений, огрызнулась она.       Бэкки утомил этот бессмысленный разговор, но она не могла отказать себе в удовольствии смутить его, вывести из себя всегда спокойного, как робот, парня, увидеть, как горят гневом его глаза и дёргается кадык, почувствовать этот прожигающий взгляд, от которого сердце испуганно замирало. Это была игра. Игра – кто кого быстрее доведёт до бешенства. Бэкки радовалась тому, что сегодня она выигрывала: Деметриуса не слабо перекосило, а щёки покрылись румянцем, в то время как ей было весело. Анализировать этот разговор она будет позже, если вообще захочет о нём вспоминать.       – Пошлячка! Как не стыдно? Хотя о чём это я? Ты и стыд? У тебя его нет! Как и совести! Я устал от тебя! Когда уже этот танец наконец закончится? – сбивчиво забросал её вопросами Деметриус.       – Он закончился пару минут назад, – подсказала она, с дерзкой ухмылкой оценивая его состояние и реакцию.       – Что? – Деметриус резко остановился. – Почему не сказала?       – Я думала, тебе по-приколу было танцевать без музыки. Ты болтал всякое, чепуху нёс, – не скрываясь, веселилась Бэкки, чем ещё больше злила Деметриуса.       – Ты невыносима! Как можно быть такой отбитой? Как девушка ты просто ужасна! – процедил он и с сарказмом добавил: – Спасибо за танец! – а после плотно сжал челюсти, не желая ещё что-нибудь ей сказать.       Он взял её правую руку и поцеловал тыльную сторону ладони, не потому что хотел, а потому, что так было положено. Он всё же воспитанный человек. Бэкки обижено поджала губы, увлажнившиеся глаза посмотрели на него с укоризной. Деметриус понял, что задел её чувства, но извиняться не стал. Сама виновата. Вместо этого он увёл Бэкки из центра зала к друзьям. Юэн посмотрел на него резким, неприятным взглядом, только Деметриуса таким не пронять. Он пренебрежительно хмыкнул и ушёл к своим друзьям, и не слышал, как Юэн спросил:       – Потанцуешь со мной? Или королеве вечера не положено танцевать с простыми смертными? – выпалил Эгебург, прежде чем успел обдумать вопрос. Всё же слова Элеоноры подействовали на него.       – Что за ерунду ты говоришь? Я с удовольствием станцую с тобой! – согласилась Бэкки.       Юэн без раздумий увёл её танцевать. Бэкки выдохнула. С ним ей было легко и спокойно. Никаких волнений, тревог, странных реакций и желания вывести из себя любым способом. Руки Юэна были тёплыми и бережным, словно он прикасался к большой хрупкой драгоценности. Ни в какое сравнение с обжигающей твёрдой хваткой Деметриуса, прикасавшегося к ней так, будто она принадлежала ему. Взгляд Юэна был полон нежности и восхищения и нисколько не похож на хищный, наглый, уверенный взгляд тёмно-зелёных глаз Деметриуса, проникающий в самую душу. Бэкки расслабилась и нежно улыбнулась другу. Отчего-то от этой улыбки Юэн смутился, но всё же несмело улыбнулся в ответ. *       – Довольна? – спросил Деметриус Кристину резким тоном, едва приблизился к ней. – И чего ты только хотела этим добиться?       Кристина растерялась и не ответила. Деметриус закатил глаза, скривил губы и затерялся в толпе, а оттуда уже без лишних свидетелей наблюдал за Бэкки издалека.       Он скрипнул зубами, когда увидел танцующих Юэна и Бэкки.       “Да этот долговязый совсем не подходит ей!”– разозлился он. А внутренний голос ядовито спросил: “А кто ей подходит? Ты?” “Мы опять поссорились, – напомнил Деметриус сам себе, продолжая ревностно следить за каждым движением Бэкки. – Мы и пары дней не продержимся. Глупости всё это. Мы не пара. А реакция – всего лишь биологическая реакция на красивую девушку. Да и я уезжаю”, – уверил он сам себя и в то же время бесновался, видя, как Бэкки мило и очаровательно улыбалась однокласснику и выглядела при этом расслабленной и счастливой. Рядом с ним она такой никогда не была. Осознание этого снова больно укололо в области груди: чем он ей не угодил?       После танца с Юэном Бэкки подошла к девушке со светлыми, почти белыми, длинными волосами. Деметриус узнал её. Это Элиза Бертлен. Ещё одна подруга Ани. Девушки о чём-то шептались и двигались в его сторону. Деметриус не желал снова пересекаться с Бэкки. Если они опять начнут пререкаться, это может непредсказуемо закончиться. Во избежание встречи, Деметриус спрятался за колонну.       – Элизочка, ну пожалуйста! – практически умоляла Бэкки, когда они остановились с другой стороны колонны. Деметриус насторожился и прислушался – такого тона у Бэкки он никогда не слышал. Ему стало любопытно. – Поговори с Вайолет. Я готова купить это платье за любые деньги.       – Бэкки, я понимаю, но платье не продаётся. Это не я решаю, – уверенно отказала Элиза.       – Жаль… – расстроилась Бэкки.       – Бал закончился. Пора уходить, – сказала Элиза. – Идём, переоденешься.       Девушки ушли. Деметриус заинтересованно проследил за ними, чтобы узнать, в какую дверь они вошли. Его задумка показалась ему ненужной, сумбурной и слегка сумасшедшей. Однако желание доказать и самому себе, и нахальной девушке, весь вечер занимавшей против воли все его мысли, что для него не существовало преград, пересилило зерно рациональности. К тому же, чтобы там Бэкки не думала, зачатки совести и стыда у него имелись. Он стоял неподалёку от двери, но так, чтобы его никто не заметил. Бэкки вышла из кладовки уже в другом платье, светло-голубого цвета и намного скромнее. Деметриус подождал, пока она скрылась за углом, и вошёл в помещение.       Элиза упаковывала синее платье, в котором блистала Бэкки, в чехол. Она увидела Деметриуса и замерла, в испуге таращась.       – Мистер Десмонд… что вам нужно? – нерешительно спросила она.       – Сколько стоит платье? – спросил Деметриус, сразу переходя к делу.       Он кивнул на платье в руках у девушки, хотя конкретики и не требовалось. Она сразу поняла, о чём речь.       – Простите, оно не продаётся, – мягко отказала Элиза.       Деметриус криво усмехнулся, давая понять, что его нисколько не остановил отказ.       – Бросьте, мисс Бертлен. Это всего лишь вещь. А у каждой вещи есть своя цена. Во сколько вы оцените эту? – деловито спросил он.       Элиза растерялась. Она озадаченно посмотрела на платье и ненадолго задумалась.       – Не знаю… где-то сто тысяч далков.       – Идёт, – без запинки ответил Деметриус.       Элизе показалось, что она ослышалась.       – Простите? – переспросила она.       – Я хочу купить его, – повторил Деметриус спокойно, без тени раздражения. – Цена меня устраивает.       Он вёл деловые переговоры, и эмоции тут были излишни. Деметриус был настроен решительно. Раз он решил купить это платье – никто не встанет у него на пути.       – Я же сказала, что не могу его продать, – повторила Элиза.       – А кто может? – вежливо уточнил он. – Бэкки хочет это платье. Значит, она его получит. С кем мне уладить этот вопрос?       Элиза замерла, уставившись на него. Насколько она знала, старший брат Дэмиана – Деметриус – и Бэкки не были ни друзьями, ни возлюбленными. Его стремление показалось девушке иррациональным.       – Зачем вам это? – нахмурилась Элиза.       Она вкладывала душу, создавая новый шедевр, часами, днями и порой неделями трудилась над одним платьем, пока оно не становилось идеальным, чтобы занять центральное место в новой коллекции. Для неё эти платья не были расходным материалом.       – Я обидел девушку. Должен извиниться, – признался Деметриус.       Выглядел он спокойно, уверенно, но на собеседницу не давил своим авторитетом, не принуждал сделать так, как ему было нужно. Как будто шестое чувство ему подсказывало, что с мисс Бертлен такой номер не пройдёт. Если он начнёт принуждать её продать платье – станет только хуже. Здесь нужен другой подход, более мягкий, гибкий. Элегантный, как любил повторять его любимый учитель.       – Да вы романтик, мистер Десмонд! – с восхищением воскликнула Элиза, чем умудрилась смутить его. – Но найдите что-нибудь другое, – без тени злорадства посоветовала она.       – Бэкки хочет это платье, – заявил он так, будто и сам бы рад найти что-то другое, но приходиться торговаться именно за эту вещь.       Её мягкая, добрая улыбка осветила милое личико. А спина и шея перестали быть такими напряжёнными.       – Это Бэкки вас подослала? – уточнила Элиза, чувствуя подвох в его внезапном интересе.       – Нет. – Деметриус покачал головой. – Ей вообще не следует знать об этом. Всего лишь хочу извиниться.       Брови Элизы подскочили вверх. Кто же так извиняется? Но, как известно, у богатых свои причуды.       – Всего лишь… – эхом повторила она и на мгновение задумалась, внимательно изучая Деметриуса: “Всего лишь… перед малознакомой девушкой так не извиняются. Платье – слишком личный, интимный подарок. Вам это, должно быть, хорошо известно, мистер Десмонд!” – Элиза вспомнила, как Деметриус и Бэкки танцевали, каким заинтересованным был его взгляд, пусть и ненадолго, он быстро взял себя в руки. И всё поняла: “Да тут явно намного больше, чем вы сами осознаёте. Что же, сделаю исключение. Посмотрим, что из этого выйдет”.       Деметриус видел оценивающий взгляд и задумчивость Элизы и не торопил её. Всего одно неловкое слово, и ему самому придётся искать таинственную Вайолет д’Арно, чтобы лично просить продать платье. А ему некогда было заниматься подобным.       – Хорошо, – неожиданно прозвучало в тишине. Элиза порылась в своей сумочке и вытащила небольшой чёрный прямоугольник с надписями, сделанными серебристыми буквами. – Вот, держите. Это визитка исполнительного директора модного дома. Свяжитесь с ней и обсудите, что вам нужно. Не забудьте сказать, что визитку дала вам я, это важно. Деметриус широко улыбнулся.       – Благодарю, – с небольшим поклоном головы ответил он. – Будьте любезны, платье красиво упакуйте и доставьте мне завтра в кабинет студсовета не позднее обеда. К этому времени вопрос с оплатой я улажу.       Элиза слегка кивнула, всё ещё внимательно его рассматривая.       – Всего доброго, – попрощался Деметриус и собрался уходить.       – Мистер Десмонд… – несмело окликнула его Элиза. Деметриус обернулся. Она чуть смущённо предложила: – А не желаете получать эскизы эксклюзивных моделей платьев, чтобы самому в следующий раз выбрать, что понравится… Их немного, обычно Вайолет делает два-три таких…       Он на мгновение опешил. Она решила, что они с Бэкки… вместе? Элиза смотрела на него с невинной полуулыбкой и вызовом в глазах.       – Но я уезжаю… – разочарованно протянул он.       – На Марс или на Луну? – с хитрецой в глазах спросила она.       – Э-э-э, нет…       – Тогда это не проблема: почтовая служба работает.       Он задумался на минуту: “Она сейчас предложила мне на постоянной основе покупать эксклюзивные платья? Стать кем-то вроде вип-клиента? Они ведь не продают такие вещи? Или это исключение? Ну у этой девушки и хватка! Не захотела упускать такого “кита”? С другой стороны, эксклюзивные предложения на дороге не валяются!”       – А ваша начальница не будет против?       – Я уговорю мадемуазель д’Арно. Эта сделка будет выгодна обеим сторонам.       – Что ж. Тогда я согласен, – ответил Деметриус. – До завтра, мисс Бертлен.       – До свидания, мистер Десмонд.       Он ушёл, тихо прикрыв за собой дверь. Элиза какое время молча смотрела на неё.       “А если и Дэмиану предложить выкупать платья, которые я шью для выходов Ани? Думаю, он не откажется. Всё равно они потом используются только как экспонаты. А модному дому такой доход лишним не будет. Правда, придётся работать над двумя разными эксклюзивными моделями, но если начну заранее, то успею сделать обе!” – пришла к выводу Элиза. Она хитро улыбнулась, глядя на чехол с платьем. ***       На следующий день Элиза с большой красивой коробкой вошла в кабинет студсовета. Деметриус писал для Ани рекомендации, которые ей пригодятся на посту президента студсовета. Он оторвался от своего занятия и поздоровался:       – Доброе утро, мисс Бертлен.       – Доброе, – шумно выдохнула она, сгружая свой багаж на соседний стол. – Обращайтесь ко мне или “мадемуазель Бертлен”, или по имени – Элиза. Я принесла ваш заказ: платье, туфли и украшения. Поверить не могу, что вы затребовали и их тоже.       – Мадам д’Арно оказалась очень понимающей женщиной, – победно усмехнулся Деметриус. – Мы с ней приятно поговорили. И раз вы просите, тогда отбросим фамильярности, Элиза. Можете называть меня по имени – Деметриус.       – Как-то это…       – Да брось! – он быстро перешёл на более дружеский тон. – Ты не знаешь, где Аня? Мне нужно передать ей дела. Я не хочу целый день писать ей поэмы, поясняя, что и как.       Мадемуазель Бертлен кивнула, принимая новые правила общения.       – На работе, – недовольно процедила Элиза, цокнув языком.       Деметриус удивлённо на неё посмотрел.       – На какой такой работе?       – Она же полиции помогает с расследованиями.       Элиза не знала точно, где работала Аня. Подруга лишь поверхностно ей рассказала, что устроилась на подработку в полицию.       – А то без неё не разберутся! Вот ведь неугомонная! С ней можно как-то связаться? Если позвоню я, это будет не очень хорошо…       – Я попробую. Если получиться, передам, что ты её разыскиваешь, – пообещала Элиза.       – Спасибо. Вот. – он протянул ей два небольших листа бумаги. – Это чек за наряд и мой адрес в Лондоне, куда можно будет прислать образцы или как там называются модели платьев.       Элиза забрала их и любопытством посмотрела на Деметриуса.       – Она ведь тебе нравится. Бэкки, – она не спрашивала, а объявила это как данность.       – Она меня раздражает. Бесит, – ответил Деметриус, моментально потеряв расслабленность.       – Иногда с этого всё и начинается… Есть один парень, который меня тоже очень сильно бесит, – доверительно поделилась она.       – И он тебе нравится? – с интересом спросил Деметриус      . Он был бы рад разобраться в своём отношении к Бэкки. Неопределенность была хуже.       – Я ещё не решила. Но ведь злость, раздражение – тоже эмоции. А это намного больше, чем равнодушие, – заметила Элиза.       – Тут ты права. Но я уезжаю учиться, – упрямо заявил он.       – Не на Луну же. Ты всегда сможешь приехать, если захочешь, – как само собой разумеющееся сказала она.       Он задумался. Элиза опять была права.       – Я пойду, у меня дел очень много. Удачной поездки и лёгкой учебы, – пожелала мадемуазель Бертлен.       – Спасибо. И тебе удачи. С твоей загруженностью пригодиться.       – Merci, – ответила она и выпорхнула из кабинета.       “Нравится, да?” – задумался Деметриус, неотрывно глядя на коробку с платьем. ***       Тем же вечером в особняк семьи Блэкбелл доставили посылку. Бэкки удивилась: кто бы мог прислать ей такой подарок? Коробку с фирменным знаком парящего орла на крышке она открыла у себя в комнате и ахнула. Это было платье, которое она надевала на бал. Поверх него лежал красивый запечатанный конверт из дорогой тиснёной бумаги. Бэкки вскрыла его и достала письмо. Лист едва уловимо пахнул древесным ароматом. Его поверхность была с лёгкой шероховатостью, как у старинной бумаги ручной работы. Тёплый кремовый оттенок согревал взгляд, и казалось, что письмо хранило в себе тепло руки, которая его написала. Бумага была плотной, с едва заметным орнаментом по краям. Бэкки развернула сложенный пополам лист и вчиталась в послание, написанное пером и чернилами аккуратным каллиграфическим почерком.       “Я повёл себя очень грубо. Мне не следовало себя так с тобой разговаривать. Прости меня, пожалуйста. Прими в качестве извинения это платье. Надеюсь, оно хоть немного изменит твоё негативное мнение обо мне.       Пожалуйста, не отказывайся, уговорить продать его было нелегко.       С искренними извинениями, Риус.”       Бэкки ахнула, прижимая ладонь к открывшему рту. Сердце забилось испуганной птицей, щёки покрылись румянцем, а в глазах появилось мечтательное выражение.       – Что на него нашло?       Она отложила письмо и взяла в руки платье. От него исходил слабый запах парфюма Деметриуса.       – Видимо, приелся, пока мы танцевали, – решила Бэкки.       Она поднесла платье к лицу и вдохнула. Воспоминания об их танце резкими, яркими вспышками вспыхнули в её голове. А на спине появились ощущения от его руки.       Бэкки отложила платье и упала на кровать лицом вниз. Она не плакала, не истерила, а просто лежала и понемногу осознала свои чувства.       – Кажется, я влюбилась в того, в кого нельзя влюбляться, – простонала она.