3. Ещё одна тайна, которая должна стать явной.

      Последняя учебная неделя перед каникулами прошла более-менее спокойно, но единственное, что омрачало её — презрительные взгляды Кэрроу в сторону Сириуса и Беллы, которые он бросал им каждый раз, когда видел их, что было очень подозрительно, а также её подруги, которые так и не заговорили с ней и продолжали игнорировать.       Дни летели один за другим, и наконец наступила пятница. Некоторые ученики уже начинали собирать свои вещи и паковать чемоданы, чтобы на следующее утро сесть на поезд и провести целую неделю вне замка.       Стоя в спальне, Белла в одиночестве перекладывала некоторые вещи в свою сумку. Она решила не брать чемодана, да и зачем? Все необходимое есть у неё дома, а то, чего нет, поместится и в небольшую сумку.       Вдруг в комнату вошла Лили.       — Привет, — поздоровалась соседка.       — Привет-привет, — ответила Изабелла, убирая сумку на пол и садясь на кровать.       В отличие от Блэк, Лили ещё вчера сложила все вещи в чемодан.       — Кстати, — произнесла Белла, — может, прогуляемся в какой-нибудь день?       — Давай, я только за! — обрадованно воскликнула Эванс.       — Тогда спишемся? — я просто пока не знаю, какой день у меня будет свободен. И я совсем не помню твоего адреса… Ещё хуже: я вообще не ориентируюсь в пространстве и не знаю, как до тебя добраться..       Лили взяла кусочек пергамента, перо и села к Белле на кровать со словами “Вот смотри…“ и начала рисовать схему.

***

      До отъезда домой осталось всего несколько часов. Утром, за завтраком, Джеймс задал риторический вопрос:       — А куда это Нюнчик собрался? Он же всегда оставался в Хогвартсе.       Но Белла была погружена в свои мысли. Она вспоминала дом, свою семью, и не участвовала в разговоре. Вот смешок Сириуса, вот предположение Питера, но ей было так все равно на Снегга, что она не хотела слушать и участвовать в обсуждении его жизни.       Почему сестра звала её домой?       Почему не родители?       Что, наконец, случилось?

***

      Сириус практически всегда оставался на каникулах в Хогвартсе, но сейчас это было исключением. Джеймс пригласил его к себе, и Блэк, не раздумывая, согласился.       Поэтому, оказавшись на платформе 9¾, Белла, Сириус, Джеймс, Питер и Римус попрощались, и каждый пошёл к своей семье. Белла мельком увидела, как мама и папа Джеймса радостно поздоровались с Сириусом; а её уже ждали родители и старшая сестра.       Высокий человек с ярко выраженными, выделяющимися скулами, среднего роста женщина с тёмными волосами, такими же, как и у её мужа, молодая девушка, внешне являющаяся точной копией родителей, и два абсолютно идентичных человека четырнадцатилети лет. Ну здравствуй, семья.       Белле не особенно понравилось, что единственным членом семьи, который радовался встрече с Изабеллой — была только сестра, в то время как родители продолжали держать холодное выражение лица, а братья смотрели на нее с равнодушием.       — Ты наконец-то вернулась домой, — сестра положила ей руку на плечо. И правда: они не виделись с августа, ведь рождественские каникулы Изабелла провела в замке со своими друзьями.       — Ты выглядишь слишком измождённо, — сказала мама.       — И ты ещё сильнее похудела, — заметил отец.       Беллу не очень обрадовали слова родителей. Они относились ко многим вещам слишком серьёзно. Ко многим, но не ко всем.       Она встала напротив отца, после чего спокойным голосом ответила:       — Это трудный год, я немного вымоталась.       Врать был совершенно бесполезно, поэтому Изабелла просто добавила:       — Я часто прогуливала обед, чтобы было больше времени на домашнюю работу, поэтому похудела. Я чувствую себя хорошо, не стоит беспокоится.       После непродолжительной беседы они вышли с платформы, и, оказавшись вскоре на улице, отправились домой, проходя по тёмной улице, по которой семенило множество прохожих.       Жили они совсем рядом со станцией метро, через которую волшебники попадают на платформу, где находится красивый красный паровоз “Хогвартс-экспресс”.       Семейство за считанные минуты оказалось на своей улице.       Папа Беллы — Ригель Блэк — позаимствовал идею скрытия дома от маглов, решив использовать то же заклинание, что использовали, когда прятали дом, где ныне живут Орион и Вальбурга Блэк.       После произнесения заклинания два четырёхэтажных дома, плотно примыкающих друг к другу, расступились — но это не мог увидеть ни один магл — и взору Блэков предстал ещё один дом.       Именно в этом доме Белла провела свое детство. Оказавшись в холле, она сняла верхнюю одежду и провела рукой по перилам лестницы на второй этаж. Как же давно её здесь не было! Иногда она скучала по этому месту, но, вспомнив, какие травмирующие события здесь происходили, тут же меняла свое мнение.       Поднявшись на третий этаж и открыв дверь, она оказалась в своей комнате, которая была довольно просторной; в углу стояла кровать с кучей подушек, покрывалами и одеялами; так же имелись книжная полка, стол для учебы, шкаф с одеждой и полки с разными украшениями и побрякушками, которые Белле дарили на всякие праздники. Комната практически не менялась на протяжении многих лет, разве что на полке с каждым годом становилось все больше и больше книг: либо прошлогодние учебники, либо просто какая-то литература (магловские книги она никогда не читала и боялась покупать, зная отношение семьи к людям нечистой крови).       Разобрав часть вещей из своей сумки, она решила спуститься вниз, так как почувствовала голод. Завтрак был девять часов назад.       Спустившись на первый этаж, она прошла в столовую. Посередине стоял большой круглый стол и красивые стулья с высокими спинками. В камине потрескивали угли. Мать пила чай, а отец читал “Ежедневный пророк”. Близнецов не было. Наверное, сидели у себя в комнатах.       Оба её родителя работают в министерстве: отец большую часть своего времени проводит в отделе тайн, поэтому он нечасто бывает дома. А мама, по его рекомендации, не так давно тоже устроилась в министерство и по счастливой случайности сейчас занимает должность секретаря в Визенгамоте.       Мама молча поставила перед младшей дочерью тарелку с куриным супом. Белла так же молча начала есть, лишь кивнув маме, выражая благодарность.       Говорили они всегда редко, поэтому сейчас царила тишина. Единственное, что немного разбавляло ее, это тихие часы на стене и звуки камина.       Отец не считал нужным начинать непринуждённый разговор, а мама, видимо, была слишком погружена в свои мысли, поэтому тоже молчала, поглядывая на огонь в камине.       Раньше, несколько лет назад, они общались намного чаще. Но после одного неприятного случая, произошедшего, когда Белла была на третьем курсе, родители словно отгородились от неё и перестали разговаривать. Сначала Белле было больно, ведь ей хотелось, чтоб все было как раньше. Но она знала, что как раньше не будет никогда. И смирилась.       Спустя пару минут спустилась старшая сестра Изабеллы — Кассиопея.       Несмотря на то, что Белла и Кассиопея родные сестры с разницей в три года, их внешности — полные противоположности. Кэс высокая, у неё чёрные волнистые волосы, янтарные глаза. В характерах у них тоже есть различия, например то, что старшая сестра окончила слизерин и всегда добивалась того, чего хотела, в отличие от младшей.       Белла считала старшую сестру примером для себя и очень завидовала ей на протяжении многих лет, пока не достигла четырнадцатилетнего возраста.       Касси оценивающим взглядом пробежалась по сестрёнке и негромко произнесла, прервав тишину:       — Белле стоит больше кушать. Она выглядит слишком худой.       — Я помню, вы мне уже говорили, — кивнула та.       Мама спустя долгое время молчания наконец сказала:       — Кассиопея уже знает, что мы открыли всем вам банковские счета и будем каждый год класть туда определённую сумму. Это на случай, если в будущем произойдёт какая-то неприятная ситуация и у вас не будет денег.       — Спасибо, — сухо ответила Белла.       — Не стоит, — спокойно ответил отец, не отрывая взгляда от газеты: — это наша мера предосторожности. Мало ли что произойдет, если война все-таки начнется. Там пока не так много денег, поэтому старайся не тратить крупные суммы на всякую ерунду. Ты можешь брать их, когда тебе нужно, но тебе надо знать меру. Открылась дверь кухни, и два высоких шатена с волнистыми волосами сели за стол. А это младшие братья — Альтаир и Поллукс. Они учатся на 4 курсе на Слизерине вместе с младшим братом Сириуса: Регулусом. Два проказника, абсолютно идентичные, в детстве много шалили, пользуясь тем, что никто не может отличить их от друга, но вскоре их пыл поугас, и сейчас это два спокойных подростка. Белла всё же научилась различать их по мимике: улыбка Поллукса казалась более искренней и живой, тогда как у Альтаира она выглядела более сдержанной.       После ужина сестры вместе поднялись наверх, но Кэс решила пригласить Беллу к себе, видимо, хотела объяснить то, о чём говорила в письме.       Кассиопея присела на край кровати, пригласив туда же младшую сестру:       — Присаживайся.       — Ого, к чему такие проявления манер? — удивилась Белла.       Кассиопея решила ничего на это не отвечать, и лишь произнесла:       — Нам нужно поговорить наедине, — после произнесенного заклинания она решила обосновать свои действия, — теперь все по ту сторону двери не будут слышать нашего разговора.       — Таак… — протянула Белла, — о чем ты хочешь поговорить?       Кассиопея колебалась. Казалось, она хочет рассказать, но в то же время не может.       — Ты не должна рассказывать об этом нашим родителям.       Руки Кассиопеи были сжаты в кулаки. Она нервничала сильнее обычного.       — Ты же знаешь, что я на протяжении нескольких лет встречаюсь с Сэмом. Он маглорожденный, — неуверенно начала она.       — Знаю. И?       Она нервно взглянула на младшую сестру и чуть грустнее продолжалась:       — Мы встречаемся уже больше четырех лет. Мы достаточно молоды, но… мы очень давно хотели быть вместе.       Кассиопея дрожащей рукой взмахнула своей волшебной палочкой, произнеся “Агуаменти!“, после чего на столике перед ней появился стакан воды; она сделала небольшой глоток.       — Одна из проблем состоит в том, что родители уже нашли мне мужа и хотят в скором времени устроить нам свадьбу. Они узнали про Сэма и очень недовольны. Ведь он не чистокровный и даже не полукровка.       — Недовольны? — переспросила Белла.       — Ладно, вру. Отец был в ярости. Мать тоже. Но они быстро успокоились, зная, что я никуда не сбегу и мне придётся просто разорвать отношения с ним.       Нервно пригладив кудрявые волосы, она продолжила:       — Я не знаю, как долго еще можно скрывать свою с ним связь. Родители давят на меня, говоря, что, хоть я и молода, но должна выйти замуж, чтобы продолжить нашу чистокровную… нашу дурацкую линию.       — Если это одна из проблем, то в чем состоят остальные? — Белла поняла только то, что Кэс не хочет выходить замуж за нелюбимого человека. Но что, если за этим скрывается что-то ещё?       — Дело в том, что я беременна.       Если бы челюсть Беллы могла упасть, она бы это сделала. Глаза широко распахнуты, рот слегка приоткрыт.       Кассиопея, тем временем, добавила:       — Я была совершенно уверена, что контрацептивное зелье не подведет. Но я ошиблась.       — А.. Кто в курсе? И какой срок? — спросила Белла. Она была смущена, сама не понимая, почему.       — Пока знаете только ты и Сэм. Он ужасно расстроился. Нет, конечно, он не против. Он устроился на работу, чтобы потом мог обеспечивать нас троих, но он понимает, что новость о ребёнке будет концом моих отношений с семьёй. Мы подозреваем, что срок уже около двух месяцев. Меня и Сэма убьют за то, что мы позорим династию Блэков своими отношениями. И они порвут нас на куски за то, что я забеременела без брака. Мало того, что наш ребенок — полукровка, к которым так нетерпимо относятся все Блэки, так мы еще и не поженились…       Она откинулась на подушку.       — Отец будет крайне недоволен. Он… он будет в бешенстве, — испуганно сказала Белла.       Кассиопея с нервным смехом добавила:       — Если он в ярости от наших отношений, то беременность только подольет масла в огонь.       — И что вы будете делать? У вас есть план?       — План есть, но ненадёжный. Сэм предложил съехаться в тайне ото всех. Сбежать из дома куда-то очень далеко и не показываться на люди.       Белле план не понравился, но он был как будто единственным выходом в этой сложной ситуации.       — Мне придется отказаться от обучения в больнице святого Мунго. Но хорошо, что я проучилась уже почти год, и, наверное, смогу взять что-то типа академического отпуска и приступить к учёбе через пару лет, когда ситуация поутихнет. Я уверена, что родители, когда об этом узнают, заберут все деньги с моего счета, поэтому мне нужно это сделать после того, как они проверят, сколько там, но до того, как они захотят все забрать. Ты единственная из всех Блэков, кому я могу об этом рассказать, поэтому… береги это в тайне, пожалуйста. Я думаю, что смогу сепарироваться от семьи летом, как раз после того, как ты приедешь на каникулы.       Кэс была на взводе, ей было очень тяжело контролировать свои эмоции.       — Я тебя не подведу, — Изабелла обняла сестру. — Всё будет хорошо.       Белла, как только зашла в свою комнату, взяла со стола небольшую коробочку, и, вытащив оттуда колоду карт, села на стул.       — Как давно я не заглядывала в будущее…       Прошлым летом Белла зашла в одну из комнат на четвёртом этаже, служившей чем-то наподобие склада. Там она нашла множество интересных и полезных вещей. Некоторые предметы, которые хранились в этой комнате, казались даже опасными для использования, но были достаточно занимательными и вызывали любопытство. Одним из этих предметов являлась колода старых потрепанных карт. Белла сразу догадалась: таро. Она не могла предположить, кому именно они принадлежали, но со стопроцентной вероятностью могла сказать: это был представитель рода Блэков.       Она забрала карты себе и начала практиковать гадание. Ей не хотелось, чтобы кто-то из соседок по комнате об этом знал, поэтому она редко доставала их, но ещё одной причиной было мнение многих волшебников о том, что гадание — это неточная наука, да и преподаватель прорицаний считал Беллу неспособной и лишенной этого дара.       Отбрасывая из головы все лишнее, она сосредоточилась только на своём вопросе. Кассиопея. Родители. Беременность. Как они отреагируют?       Голова опустела, и не осталось ничего кроме мыслей о своей семьи. Руки плавно тасовали колоду.       Триплет вытянутых карт на столе ошарашил Беллу. Впрочем, она этого ожидала, но не думала, что все будет так радикально…       На первой карте изображена башня, пораженная молнией. Это карта, которую так не любит юная Блэк.       Вторая карта имела значение огромной боли: на картинке показано проткнутое мечами сердце.       На третьей карте изображена фигура, лежащая лицом вниз, спину которой пронзают десять мечей, что указывает на полное и окончательное поражение.       Это конец?       Она собрала карты обратно в коробочку, пытаясь успокоить себя. В действительности, ее опасения подтвердились. Родители отреагируют крайне бурно, как и ожидалось.       — Это… это ничего не значит. Всего лишь гадание. И уж точно не факт, что это сбудется, — нервно взлохматила свои волосы. — Я просто напророчила плохую карту, только и всего. Это никоим образом не может коснуться Кассиопеи.

***

      Спустя пару каникулярных дней Белле пришло письмо. “Привет, Иза. Как твои каникулы? Я слышала, ты не очень хотела ехать домой, но решила не задавать лишних вопросов, а сейчас меня это заинтересовало. Как ты? Все хорошо? Мы вчера с Северусом ходили на речку и увидели первые цветы, представляешь? Как тебе идея приехать ко мне в пятницу и остаться до конца недели? тогда мы могли бы вместе поехать в Лондон и сесть на поезд. Я предложила родителям, они совсем не против, даже рады!! Надеюсь, и твои согласятся. Напиши сразу же, как прочитаешь. Лили. “       Письмо вызвало широкую улыбку на лице и разливающуюся теплоту в душе.       — Ладно. Попробую уговорить маму. Отец вряд ли согласится, поэтому лучше все обсудить с ней.       Она сразу же спустилась вниз. Отец уже был на работе, у мамы сегодня был выходной.       — Вижу, что тебе нужно что-то спросить, Изабелла, — сказала она, не успев дочь открыть рот, — чего ты хочешь? — резкий, недовольный вопрос, будто окатили ведром ледяной воды. Холодно. Она ожидала простого равнодушия, но не этого.       Она без слов протянула письмо подруги.       По выражению лица матери сразу было понятно, что она уже была чем-то недовольна, ещё до прихода Белла в комнату, поэтому письмо только усугубило ситуацию. Минуту женщина внимательно перечитывала строки письма, после чего спросила:       — От подруги?       Расспросы никак не входили в планы Беллы, и вся радость вмиг улетучилась. Лили Эванс — маглорожденная волшебница, и родители не знают, что Белла дружит с такими.       — Д-да…       — Почему я о ней ничего не знала?       — Потому что я не так часто с ней общалась, но мы живём в одной комнате.       — Кто ее родители? — этот вопрос был ожидаем.       — Она полукровка, — соврала Изабелла. Не впервые в жизни она соврала родителям.       — Ладно. Но если я узнаю, что ты общаешься с грязнокровками… Твой статус и родовая честь важнее случайного общения.       — Я поняла. Так можно..?       — Иди, — безэмоционально ответила мать.       — Спасибо.       Белла побежала собираться, не забыв написать ответ Лили.