Судьба

***

      Возвращение домой было долгим и молчаливым. Несмотря на общую усталость после длительной миссии, привалы были короткими и полными напряжения. Переговаривались временные сокомандники редко и чаще всего на отвлечённые темы. Об исходе миссии негласным решением не упоминали.       — У тебя здесь царапина. — Соку рукой показывала на свою шею, изображая порез.       Шикамару прикоснулся к недавно полученному ранению, прикрыл устало глаза.       — Пустяки, — отвёл взгляд и продолжил собирать свои пожитки в походный рюкзак.       — Я могу вылечить. — Внезапная доброта этой девушки снова его обескуражила.       — Спасибо, но не нужно. Будет… моим наказанием.       Девушка решила его ответ не уточнять. Вместо этого порылась в своём рюкзаке, достала бинт и антисептик.       — Дай хоть обработаю, — буркнула смущённо. Шикамару пустил смешок, но помощь её принял.       Их взаимодействия теперь отдавали неловкостью, чувством вины и выполненного долга. И как-то в разговоре Ро заикнулся, что, возможно, его решение убить Генго было всё же поспешным. И им всем нужно было довериться их капитану.       Шикамару хмыкнул, а после лишь ответил:       — Ты не мог знать наверняка, какое решение было бы правильным. Так же, как и не мог знать этого я. Но наша жизнь всегда состоит из выбора. И из того, что за ним последует. Поэтому, принимая определённое решение, тебе всегда придётся столкнуться с последствиями. Хочешь ты того или нет.       — Даже если так… — протянул с усталостью Ро, — меня одолевают мысли о том, смог бы я что-то тогда изменить.       Шикамару в ответ промолчал. Ему не хотелось разглагольствовать на эту тему, объясняя, что похожие мысли терзали и его голову. В подобных разговорах он просто не видел смысла. Важнее было нынешнее и то, что он может сделать прямо сейчас.       Поэтому по прибытии в Коноху Шикамару в подробностях рассказал Шестому об исходе миссии.       — Я провалил задание, — сказал с горечью в голосе. Какаши поднял на него взгляд, отрывая глаза от свитка с отчётом.       — М-м? Ты так думаешь?       — Да. Ведь, хоть мы и уничтожили Генго, даймё в итоге отказался заключать с нами союз.       Шикамару вспомнил, как правитель страны Тишины в ярости чуть ли не в лицо кинул свиток с печатью Шестого, отказываясь подписывать договор о сотрудничестве. А самых шиноби Листа назвал не иначе как дикарями. Ро и Соку удивились подобной характеристике, а Нара лишь угрюмо опустил плечи.       Видать, его поведение наедине с даймё сыграло в его решении ключевую роль.       Дипломат из Шикамару вышел так себе.       Но сам Шестой, видимо, был не сильно расстроен. Вместо этого с интересом спросил:       — Что ты думаешь? Нужен ли нам этот союз?       Нара задумался на секунду, а после уверенно ответил:       — Я так не считаю, Хокаге-сама. Страна Тишины сейчас в убытке, их даймё погряз в коррупции, везде царит беззаконие. Думаю, выгода для нас от этого союза была бы ничтожной.       — Но..? — с понимающей улыбкой продолжил Шестой его мысли.       — Но мне бы не хотелось оставлять всё просто так.       В памяти всплыло лицо Юкине, что так напоминал Шикамару его солнечного друга.       — Больше всего от подобной политики страдает народ страны Тишины. Они не заслуживают тех мучений, что им приходится переживать.       Какаши внимательно слушал своего советника и его мысли по поводу ситуации. И в конце его монолога сказал:       — Ты же понимаешь, что мы не можем вмешиваться во внутреннюю политику других стран?       — Да, понимаю, Хокаге-сама. Всё, что мы можем сейчас…       — Надавить на даймё в надежде, что его взгляды изменятся, — закончил за него Какаши. Нара кивнул.       — Не только. Я, если вы не против, хотел бы отправиться в страну Тишины уже официально. Как представитель деревни Листа. Но… с миротворческой миссией.       — Хочешь заняться благотворительностью? — Шестой в удивлении приподнял бровь.       — Да, — твёрдо ответил Нара. — Что-то вроде того. Страна Огня сейчас процветает, и это хорошо. Но также это и возможность помочь менее развитым странам достичь благополучия. И принести в их жизнь долгожданный мир.       Какаши снова вздохнул. Поразмышлял пару минут, барабаня пальцами по столу и с интересом осматривая своего советника. Только сейчас Хатаке заметил, насколько тот вырос. Но мысль не додумал, отвечая:       — Ты же понимаешь, что это ещё одна из твоих многочисленных обязанностей? Справишься?       И Шикамару незамедлительно ответил:       — Конечно, Хокаге-сама. Сделаю для этого всё возможное.       Уже опосля, развалившись на очередной крыше неброского здания и играя с огоньком в маленькой зажигалке, Шикамару задумается о своих последних словах.        Почему так решительно взвалил на себя очередную ответственность, почему вызвался помочь тем, на которых ему как шиноби должно быть всё равно.       Снова вспомнил Юкине. Нахмурился и, прикрывая глаза, ощущая кожей лёгкие порывы осеннего ветра, наконец успокоил своё сердце.       Он не смог спасти одного, но вытащит всех остальных. Ведь именно это вкладывал в него Асума. Об этом он говорил с отцом. Важность молодого поколения. Защита короля. Ведь именно это поколение способно изменить мир. Способно достичь того, чего они не смогли. И всё, что им нужно, — это поддержка в нужный момент. И Шикамару готов быть этой поддержкой. Сейчас и всегда.

***

      Отчитавшись Шестому о миссии и выпросив дополнительные выходные, Шикамару наконец-таки выдохнул. Усталость навалилась с новой силой. Не сказать, что физически миссия далась тяжко. Ну, может, немного. Вопрос был в моральных дилеммах и поисках их решения. Ведь пока Шикамару наслаждался жизнью в мирной деревне и радовался развитию собственной страны, в остальном мире всё было не настолько радужно. И он, хоть и понимал это, старался отгородиться от подобных мыслей. Пока самому не пришлось столкнуться с реальностью. И подобную реальность принять.       Проснувшись опять раньше будильника, Шикамару сонно уставился на стену перед собой. Моргнул несколько раз, пытаясь проснуться. Краем уха услышал чириканье птиц и шелест ветра за окном. Несколько минут он так и смотрел перед собой, осознавая, что уже наступило утро, а после медленно потянулся и скрыл ладонью протяжный зевок.       Спать больше не хотелось, несмотря на наличие выходного. Одевшись, собрав волосы в высокий хвост и ещё раз осмотрев себя в небольшом зеркале, Шикамару спустился вниз. Внизу мать уже накрывала на стол. Когда эта женщина всё это успевала, Нара не понимал. Но и думать об этом не хотелось. Всё-таки ему не хватало немного прочистить голову. Не думать ни о чём.       Поэтому, позавтракав, поболтав немного с матерью и поблагодарив за еду, Шикамару нехотя отправился на полигон. Во время тренировки мысли очищались, на душе становилось легко.       Но, к его сожалению, утренняя разминка своих плодов не дала. Напряжённые мышцы ныли, пот катился по лицу, но голова легче не стала. Нара каждый раз отвлекался, из-за чего не попадал в цель. В конечном итоге тренировка вместо успокоения принесла только раздражение.       Так что, не добившись видимого результата, Шикамару решил заняться любимым занятием — наблюдением за облаками. Может, они помогут хоть немного успокоить его мысли. За этим занятием его и нашёл Чоджи.       — Уже вернулся?       Он подошёл, уселся рядом, возле крупного дерева, открыл упаковку чипсов и протянул её Шикамару.       — Как миссия?       Шикамару тоскливо вздохнул и отвёл взгляд.       — Не спрашивай.       Чоджи удивился, но продолжать разговор не стал. Так и сидели они в уютном молчании, наблюдая за окружавшим их миром. И лишь спустя время Шикамару заговорил сам.       — Знаешь, Чоджи, мне казалось, что я стал хорошим шиноби. Но сейчас… кажется, я до сих пор так и не разобрался в этом мире. Или в себе.       — Хм-м? Ну, это же ведь ты. Может, не сразу, но ты точно во всём разберёшься. Так ведь было всегда, — улыбнулся Акимичи.       Шикамару в удивлении взглянул на друга. Тот так же продолжал смотреть перед собой, напихивая рот чипсами. Нара хмыкнул, откинулся на спину, заводя руки за голову и цепляясь глазами за проплывавшее в небе облако.       — Ты хороший шиноби, Шикамару. Один из лучших, поверь мне, — продолжил свои мысли Чоджи. Шикамару молча его слушал. — Но знаешь, всем людям свойственно ошибаться. Главное — сделать правильные выводы.       — Хех, не думал услышать нечто подобное от тебя, — улыбнулся ему Нара. Чоджи посмотрел на него и пустил смешок.       — У меня было достаточно времени с хорошим примером для подражания.       Шикамару в ответ улыбнулся и прикрыл глаза. Вот так, тихо наслаждаясь мерным движением туч, проводя время в компании лучшего друга, он наконец успокоил свои бренные мысли. Сделал собственные выводы. Научился на собственных ошибках. И поклялся себе их больше не повторять.

***

      В доме Яманака Ино было шумно. Собрались ребята с их потока, решив провести вечер вместе. Толпа разделилась на группы: в одном краю комнаты находились мальчики (самым громким из них, конечно же, был Наруто; ну и Киба, возможно), в другой девушки обсуждали свежие сплетни. Даже Хината, что нечасто заходила на подобные посиделки, со временем раскрепостилась и даже пускала невинные шутки. Иногда компания пересекалась разговорами, но в общем все занимались своим.       Шикамару и Чоджи с ними не было. Яманака сначала расстроилась, но после переключила всё своё внимание на Сая, обрадовав этим последнего. И только когда ребята начали расходиться, весёлые и слегка пьяные, Ино на кухню затянула Сакура. Там полусонными солдатиками валялись Наруто с Хинатой, Тен-Тен вместе с Рок ли, а в углу комочком сложился Сай. И только Харуно всё ещё бодро стояла на своих ногах. А в глазах светился невиданный доселе блеск.       Сакура усадила Ино на стул и принялась тормошить всех остальных. Яманака полусонным голосом уточнила, какого вообще происходит, на что получила кислый ответ: «Узнаешь».       Из скопища дремавших тел очнулись лишь Тен-Тен и Наруто с Хинатой. Сай мирно посапывал в углу, обнимая большую подушку и вызывая умиление у своей девушки. Ино с улыбкой за ним наблюдала, когда Сакура таки усадила ровно Наруто и принялась полушёпотом рассказывать новый секрет. И вот тут Яманака окончательно проснулась.       После Ино ещё долго будет дуться на Харуно за скрытность и за то, что та первой узнала столь важную информацию. Но желание действовать затмит все обиды, и девушки, задорно смеясь и подмигивая друг другу, начнут придумывать собственный план.       Темари нравится Шикамару.       Это раз.       И она ему, возможно, тоже.       — Не возможно, а наверняка, — поправила Ино подругу.       — С чего ты это взяла? — спросила в удивлении Сакура.       — Да потому что знаю его! Он до последнего будет отрицать, но она ему не безразлична. Зуб даю!       — И что будем делать? — Сакура обвела взглядом их маленький совет. На вопрос хмыкнула Тен-Тен, отвечая:       — А разве нужно что-то делать? Вам не кажется, что они сами разберутся? Без нашей помощи? — Перспектива вмешиваться в личную жизнь других её, видимо, не радовала.       — Но… — тут же возмутилась Сакура. Тен-Тен лишь вздохнула, поднялась с насиженного места и решила закончить разговор:       — Я бы на твоём месте, Сакура, подумала, прежде чем раскрывать чужие чувства другим. Возможно, Темари было бы это не слишком приятно.       Сакура тут же стыдливо покраснела и спрятала лицо в волосах. Ино поддерживающе положила ладонь ей на спину. Хината молчала, а Наруто всё-таки уснул, аккуратно уложив свою голову на её плече.       — Сакура-сан, наверное, хотела, как лучше, — заступилась за девушку нынешняя Узумаки. Тен-Тен хмыкнула и нетвёрдым шагом пошла к выходу.       Харуно совсем поникла, почувствовав огромный груз вины. И дальнейшее обсуждение исчезло как-то само собой. А Ино ещё долго потом думала, чем действительно может помочь своему лучшему другу. Ведь, в отличие от той же Тен-Тен, Яманака хорошо понимала стремление своей подруги. Сакура действительно хотела как лучше. И пыталась помочь всем на свете. Даже если люди эту помощь со всей силой отвергали.       Но было в том вечере ещё кое-что, что изменило поток следующих событий.       Наруто, оказывается, совсем не спал.       Так что он был одним из первых, что пожаловал к угрюмому советнику Хокаге почти что на рассвете. Нара тогда усиленно пытался уснуть, но сон никак не шёл, а одни мысли сменили другие. Теперь, закрыв наконец-таки тему с провалившейся миссией, Шикамару начал думать о кое-ком другом. И Наруто (что действительно удивило юного Нара) был тем, кто привёл эти мысли во что-то цельное.       Узумаки вытащил его с кровати и сразу же повёл в Ичираку, несмотря на его возмущения. И уже после, когда они прогуливались пробудившейся деревней, Наруто без предисловий начал:       — Итак… тебе нравится Темари, — утвердительно сказал он, серьёзно взглянув на друга.       Шикамару остолбенел. Стал посреди дороги, руки в карманах, взгляд расфокусирован. Он бы и стоял так весь день, если бы не Наруто, с волнением щёлкавший пальцами перед его лицом.       — Эй… эй. — Узумаки впервые видел подобную реакцию, ведь обычно юного гения в ступор ввести трудно.       Спустя пару таких мгновений Шикамару пришёл в себя.       — Чего? — недовольно ответил. — С чего ты вдруг о ней заговорил?       Узумаки потёр задумчиво подбородок, подумывая над ответом.       Не скажет же он, что в полудрёме слышал обсуждение девочек и подумал, что всё не иначе, как ему снится?       Пока Наруто думал над убедительным ответом, Шикамару, окончательно очнувшись, прошёл мимо в надежде, что разговор Узумаки продолжать не будет. Но надежды эти были тщетны.       Они молча дошли до небольшой поляны, где днём ранее Шикамару разговаривал с Чоджи, наблюдая за облаками. Узумаки попытал счастье ещё раз, снова спрашивая:       — Она выходит замуж. Ты знал? — Нара цокнул. Развернулся к Узумаки, недовольным голосом отвечая:       — Её дело. Нас это не должно волновать.       — Но тебя волнует? — с улыбкой продолжил Наруто.       — Наруто… — Шикамару начал понемногу закипать. Ведь только он разобрался с одними сомнениями, голову заполонили другие. — К чему весь этот разговор?       Устало опустил плечи. Узумаки, подождав несколько секунд, подошёл и с силой встряхнул друга.       — Да к тому, что я впервые вижу, чтобы ты сдавался! — повысил голос. Нара в раздражении посмотрел на него. — Если она тебе небезразлична, то сделай что-нибудь! Не позволяй судьбе решать за тебя!       — Судьба, да..? — с горечью ответил Шикамару. — Кто тебе сказал, что я когда-нибудь собирался ей противостоять?       Наруто отпустил его плечи и в неверии уставился на друга. Шикамару продолжил:       — Я не могу решать за других их судьбу. Не могу воспротивиться их решениям. Чужая жизнь — чужая ответственность. Не моя. Я думал, ты также это всё прекрасно понимаешь. Мы выросли, Наруто. Импульсивные решения остались в прошлом. Есть только выбор и его последствия.       — И ты… — печальным голосом спросил Наруто, — так всё оставишь? Даже не попытаешься сопротивляться?       — Да, — твёрдым голосом ответил Нара. — Ведь Темари взрослый человек. Она сама решила свою судьбу. Мне лишь остаётся её решение принять.       Наруто в неверии уставился на друга. Сейчас казалось, что любые речи будут бесполезны, как бы он ни старался. Поэтому всё, что он сказал ему напоследок:       — Если быть взрослым — значит отказаться от своего счастья, то я предпочту никогда не взрослеть.       — У тебя не получится, Наруто. Ведь мы уже давно выросли. Хотел ты того или нет.

***

      В подобной атмосфере прошла целая неделя. А потом ещё одна. Шикамару вернулся к работе, занимая себя делом, не считая дни до знаменуемого события. Иногда он замечал на себе долгий взгляд Шестого, но не хотел его никак трактовать. Хокаге о слишком многом мог думать сразу, вызывая не иначе как сочувствие. Но на его предложение съездить в Суну Нара ответил отказом, мысленно отмечая, что если Наруто в курсе его сложных отношений с песчаной принцессой, то Шестой уж наверняка. А если Шестой, то и Сакура, а если Сакура… в общем, круг замкнулся. Осталось ожидать яростных криков Ино и желания выпихнуть его из деревни с напутствием без Темари не возвращаться.       Бесят.       И чего им не всё равно?       «Потому что волнуются о тебе. Потому что ты многим друг», — ответило подсознание.       Но внезапно для самого Шикамару от него все отстали, видимо, решив, что так лучше. Шестой в разговорах старался не упоминать деревню Песка, Наруто об их разговоре вроде как забыл, а Сакура… кажется, она старалась ему вообще на глаза не попадаться. Что было уже странно. Ну и ладно.       Кинул взгляд на календарь. Если он правильно помнил, до свадьбы Темари осталось пять дней.       «Три дня нужно, чтобы добраться до Суны».       Господи, и почему он опять об этом думает? Он же не собирается срывать её свадьбу, действительно!       Всё, успокойся. Темари сама так решила. Не хотела бы — отказалась бы.       «Ага, как же. Ты, что ли, её не знаешь?»       Подавил отчаянный вздох, заслужив ещё один долгий взгляд Шестого. Они работали молча, болтая только о делах и передавая документы из рук в руки. Но спустя пару тяжких вздохов своего советника, Какаши всё же решился кое-что сказать:       — Знаешь, я не хочу давать тебе глупых советов, — тихо он начал. Шикамару поднял на него взгляд. — Но за свою жизнь я сделал много того, из-за чего потом сожалел. Боясь столкнуться с последствиями и сложностями, я часто принимал не те решения. И знаешь, иногда бездействие — это не лучший выход. Это лишь причина, страх неизбежного. Так что постарайся сделать всё, чтобы потом не жалеть. Так тебе будет гораздо легче жить.       Шикамару в ответ промолчал. Позже, валяясь на очередной крыше, обдумывая слова Шестого, Нара осознал, что на самом-то деле решение своё давно уж принял. Но, как это обычно с ним бывало, откладывал его до конца.       И поэтому, окончательно убедившись в своих мыслях и готовности столкнуться с последствиями, он решил навестить Наруто.       — А? Шикамару? — Тот был рад и удивлён. — Что-то случилось?       — Мне нужно в Суну.       — А? — в неверии уставился на него Узумаки. — Зачем?       Нара отчаянно вздохнул. И подарила ему судьба таких глупых друзей.       — Узнаешь. Ты со мной?       Наруто, видимо, вспомнив основную причину предстоящего визита в деревню Песка, посветлел, закивал часто головой и полетел быстро собираться. В прихожей появилась Хината.       — Привет, — поздоровался Шикамару.       — З-здравствуй, Шикамару-кун. Как дела?       Нара улыбнулся, кивая внутрь квартиры.       — Будут лучше, если этот идиот пойдёт со мной.       Хината в замешательстве осмотрела Шикамару, но свои выводы решила оставить при себе. Лишь в конце сказав:       — Берегите себя.       Узумаки развернулся, широко улыбнулся, махнув ей на прощанье, и твёрдым шагом пошёл вслед за Шикамару.       Позже, стоя напротив стола Хокаге и объясняя ситуацию, Шикамару впервые почувствует невиданную доселе эмоцию.       Волнение. И предвкушение.       — Дипломатическая миссия.       Хокаге удивлённо приподнял бровь. Шикамару продолжил:       — Вы ведь никого ещё не отправили?       Шестой посмотрел очередным долгим взглядом на советника, а после вздохнул и молча достал свиток с миссией. И лишь в конце спросил:       — Могу я узнать причины, по которым ты решил взять эту миссию?       Наруто стоял поодаль, заговорщицки улыбаясь. Нара спрятал свиток, кинул взгляд на Хокаге и серьёзным тоном ответил:       — Личные.       Увидел секундное удивление на лице Шестого, а после одобрительную улыбку. Хмыкнул, слегка смущаясь.       — Наруто пойдёт со мной. Хорошо, Хокаге-сама?       Тот кивнул.       — Удачи, Шикамару.       И, когда за ними закрылась дверь, улыбнулся ещё шире. Морщинки выступили в уголках глаз, маска слегка натянулась. Посмотрел в окно: там потихоньку осыпаются пожелтевшие листья. Сам Шестой же решит снова навестить одну юную барышню, обрадовав её новостями. Всё-таки она в последнее время угрюма. И Хокаге это быстро исправит.

***

      Шикамару мчался, постоянно подгоняя Наруто, сбивая пыль на дороге и чертыхаясь в уме. У них осталось совсем мало времени. Он прикинул, сколько нужно, чтобы в быстром темпе добраться до Суны, но помимо этого требовалось подготовить убедительную речь для Казекаге. И вот с этим у Шикамару были проблемы.       Нет, решение выступить против этой абсурдной свадьбы было принято им давно и бесповоротно. Других вариантов он даже не допускал. Вот только основными аргументами для него до сих пор были несправедливость и поспешность решения старейшин Песка. По крайней мере в этом Нара себя убеждал. Вплоть до сегодня.       Наруто бежал рядом, чувствуя его напряжение. Его немногословные реплики были сухими и деловыми, словно он боялся нарушить хрупкое равновесие в душе друга. И Шикамару был ему за это искренне благодарен. Он предпочитал хранить свои истинные чувства в тайне, тщательно выстраивая логические цепочки и запрещая себе погружаться в хаос новых, неожиданных эмоций. Помимо внутреннего возмущения, в его сердце зарождалось нечто иное: робкое предвкушение встречи, волнующая неизвестность предстоящей авантюры и дерзкие, почти безумные мысли о будущем. Даже его рациональный ум подсказывал: после этого дня все изменится. Своим поступком он добровольно взвалит на себя огромную ответственность, и на этот раз речь шла не только о политических отношениях между Песком и Листом, но и о жизни одной сильной и независимой женщины. Темари.       С тяжёлым вздохом Шикамару вынужден был признать очевидное: она ему нравится. Нет, нравилась — это слишком слабое описание. Сейчас это чувство представляло собой странную смесь раздражения от незнакомых ощущений и трепетного волнения перед необходимостью их принять. Раньше он не придавал значения нюансам их общения. Но как только возникла малейшая угроза её потери, его душу сковал ледяной страх.       Наблюдая за ней, общаясь, видя её улыбку, вызванную его невинными шутками, Шикамару почему-то наивно полагал, что так будет всегда. Что эта женщина, не пытающаяся подогнать его под общепринятые стандарты, просто будет рядом. Одним своим присутствием успокоит его вечно беспокойное сердце, утихомирит его бурные мысли. О большем он и не смел мечтать.       Но вот он бежит, задыхаясь, и безмолвно взывает ко всем богам, чтобы событие, нарушившее его внутренний покой, исчезло само собой. Растворилось, как дымка его неясных мыслей, как волнение, сдавившее его грудь.       «Ты ведь тоже это чувствуешь, верно? Должна же ведь, не зря мы с тобой настолько похожи».       Боги, даже сейчас… общаться с ней, будто бы она рядом, и как давно это вошло у него в привычку?       — Шикамару… — Крепкая рука Наруто легла ему на плечо. Нара резко остановился, едва не потеряв равновесие. Наруто впервые за всё их путешествие посмотрел на него с серьёзным выражением лица, крепко сжимая его плечо: — Успокойся. Лишняя спешка сейчас ни к чему.       Нара цокнул языком, сделал глубокий вдох и на выдохе пробормотал:       — Знаю. Просто…       — Тебе не всё равно? Разве когда-то было иначе? — понимающе улыбнулся Наруто. И Шикамару снова ощутил благодарность к своему другу. Тот, оказывается, всё же научился понимать его. Или же Нара только сейчас это осознал.       — Пойдём.       Наруто обошёл его и направился вглубь небольшой деревушки, которую Шикамару до этого момента словно не замечал.       — Небольшой привал, — с мягкой улыбкой сказал Наруто, поворачиваясь к нему. Нара ещё раз вздохнул, но предложение принял.       Вместе они пообедали в скромной забегаловке, стараясь говорить на отвлечённые темы. Иногда Наруто всё же пытался подколоть Шикамару, но, встретившись с его задумчивым взглядом, тут же умолкал и старался поддержать, как мог.       Придя немного в себя, Нара снова погрузился в размышления о том, что он скажет Гааре и как это будет выглядеть. Наруто же пообещал, что все уладит, и посоветовал ему меньше нервничать.       Бесполезно. Его природное хладнокровие дало трещину, и причиной тому был всего лишь один человек. Девушка, что занимала все его мысли. Что всегда была рядом, будто дополнение к его собственной сущности. Женщина, что своей улыбкой освещала все потаённые уголки его души. Что своим голосом вселяла в его душу крохи надежды. Что проникла в его сердце, под кожу, поселилась во всех его снах. Теперь она была не просто проблемой, а осознанием его новых чувств. Такой нужной и трепетной… любви.       — Кхах… — Нара закашлялся, словно эта мысль застряла у него в горле. Логическая цепочка привела его к неожиданному, но неоспоримому выводу. Наруто обеспокоенно взглянул на друга, но тот поднял руку в успокаивающем жесте.       — Всё в порядке? — всё же спросил Узумаки.       — Да. Я просто… — Внезапное осознание заставило его горько усмехнуться. — Дурак я, вот что.       Шикамару иронично рассмеялся, мысленно коря себя за свою слепоту. Всё оказалось до смешного просто. Темари нравилась ему не просто как товарищ. Возможно, раньше он подсознательно отгонял эти мысли, заполняя голову другими заботами. Но когда в мире воцарилось относительное спокойствие и появилось время для собственных переживаний, ростки его тёплых чувств наконец пробились. Даже тогда, на собрании, желая Темари счастья, он разозлился вовсе не случайно.       Шикамару ревновал.       От этих мыслей хотелось одновременно смеяться и плакать. Горько, тяжело, до конца не признавая своих чувств. Нара всегда считал, что его жизнь будет серой и незаметной, что он не станет стремиться что-то в ней менять. Но вот в чём заключается ирония судьбы: прямо сейчас он сам добровольно решил её изменить.       Прогуливаясь чуть позже по тихой деревенской улочке, Нара снова признался самому себе.       Он влюбился в Темари. Мысль отдавала безумием, но иначе своё волнение и трепет от предстоящей встречи он объяснить не мог. Подобные чувства не получалось осмыслить логически, и поэтому это состояние завело Шикамару в тупик. Хотелось, чтобы кто-то объяснил, что делать дальше и как разобрать сложную головоломку. Нара ведь прежде всего был шиноби. Никогда ранее он не думал, что станет заложником подобных чувств, втайне надеясь, что они обойдут его стороной. Мыслительный процесс занял всё оставшееся время.       Наруто с беспокойством наблюдал за погрузившимся в глубокое молчание другом. Тот полностью ушёл в себя, иногда лишь рассеянно отвечая на его вопросы.       — Эй, Наруто, — внезапно спросил он. — Как ты понял, что влюбился в Хинату?       Тот от неожиданного вопроса неловко икнул, замялся и покраснел.       — Ну, это… — он в замешательстве почесал затылок. Но спустя мгновение всё же ответил: — Когда она улыбнулась, я почувствовал себя самым счастливым человеком на земле. И я во многом видел в ней себя. Она стала моим лучиком солнца в этой кромешной тьме.       Узумаки тепло улыбнулся, вспоминая что-то своё. Шикамару с удивлением посмотрел на него, хмыкнул и продолжил свой путь к выходу из деревни.       — Вот как. И ты счастлив теперь? Ты не боялся этих чувств?       — Счастлив ли? — Узумаки задумался на долю секунды, но тут же ответил: — Знаешь, когда она рядом, все горести покидают меня. Я забываю о своём прошлом, а вижу в ней лишь светлое будущее. И мне всегда хочется крепко держать её за руку.       Ослепительная улыбка Наруто удивила юного Нара. Но ещё больше его удивили собственные рассуждения. Шикамару поймал себя на мысли, что тоже самое чувствует и к Темари. С ней ему всегда было легко и даже в моменты непонимания они всегда казались единым целым. Нара осознал, что с Темари они похожи гораздо больше, чем он думал. Вернее, не совсем так. Иногда, несмотря на внешнюю разницу в характерах и поведении, Шикамару ловил себя на мысли, что он и Темари были словно двумя сторонами одной медали. В их разговорах, во взглядах читались глубокое взаимопонимание и поддержка. Неудивительно, что она могла закончить его мысль или угадать следующую. И поэтому Шикамару знал, что она чувствует. Даже если она пыталась что-то скрыть, Темари была слишком близким ему человеком.       — Я искренне рад за тебя, Наруто, — ответил он другу.       — Хех, скажешь ещё. Мы с Хинатой и на твоей свадьбе погуляем! — яркая улыбка Узумаки тут же согрела душу Шикамару.       — Свадьба, говоришь? — Нара в ответ слабо улыбнулся, принимая эту мысль как нечто неизбежное. — Мне бы хоть поговорить с этой женщиной для начала.       — Во-от! Вот это уже другой разговор! Ты успокоился? — Наруто с задорным взглядом посмотрел на него. Шикамару поднял голову, взглядом скользнул по медленно плывущим в небе облакам и медленно прикрыл глаза.       — Да. Теперь я уверен в себе. Спасибо, Наруто.       — Для этого ведь и нужны друзья?       Шикамару ответил ему тёплой, едва заметной улыбкой.       «Что же, своенравная женщина. Ты ведь хотела, чтобы я был решительнее? После не жалуйся».       Наруто в замешательстве наблюдал за внезапно вспыхнувшими эмоциями на лице друга. Но всё, что ему оставалось, — одобрительно улыбнуться, догнать его и устремить взгляд вперёд. В новый мир, наполненный новыми, волнующими чувствами.

***

      Темари уставшим взглядом осматривала новое кимоно. Оно было одним из последних и с указания её лёгкой руки стало окончательным вариантом свадебного. С каждым приближающимся днём Темари всё больше мрачнела. Настроение было ни к чёрту. На днях должен был приехать её дорогой жених, его свита и даже сам Цучикаге. Как оказалось, советник — один из близких друзей Каге.       Ну прелестно. Отказаться теперь уж точно не получится.       «Замечательные у тебя мысли, Темари. За три дня до свадьбы-то».       Хмыкнула и бросила ещё один взгляд на причудливый наряд. В нём она будет выглядеть красиво, наверное. Всем на зависть. Хотя… только глупым разве что завидовать её судьбе.       «Судьба, значит… Разве не я сама её определила?»       — Темари, ты тут? — Гаара аккуратно открыл дверь в её комнату. Темари сидела на кровати в окружении свадебных подарков и тупо смотрела перед собой.       Завидев брата, она очнулась, перевела на него затуманенный взгляд.       — Что-то хотел?       Гаара подошёл ближе, бросил взгляд на кровать. Темари тут же засуетилась, убирая дорогие шёлковые ткани, освобождая для брата место. Тот присел и внимательно посмотрел на неё.       — Я хотел… — неловко он начал. Подобные разговоры для Казекаге были достаточно тяжёлыми. — ...спросить тебя в последний раз. Ты… — Темари удивлённо посмотрела на него, — уверена? Не хочешь мне о чём-нибудь рассказать?       Девушка опустила голову вниз, пряча глаза. Потеребила край кофты, взглядом цепляясь за края одеяния Каге. Осматривая ещё раз фигуру брата, Темари отметила для себя неочевидные на первый взгляд вещи: Гаара устал. Обязанности Казекаге были тяжёлыми для его юного возраста, и, несмотря на раннее взросление, Гаара всё ещё оставался ребёнком. По крайней мере, в её глазах. Как она могла доставлять ему ещё больше проблем?       — Так ведь… — неуверенно начала, — будет лучше, верно?       — Лучше для кого? — с лёгким раздражением в голосе спросил Казекаге.       Темари промолчала. Гаара, осознав, что не добьётся внятного ответа, оставил её наедине. А Темари, наблюдая за мерным движением ветра за окном, сама не заметила своих слёз. Тонких, лёгких — они обжигали щёки, падали на дорогие одеяния, впитываясь в них.       И вот, в знаменуемый день смотрит на всё то же кимоно и молча ждёт, когда её начнут готовить. Служанки ещё не прибыли, да и свита почему-то задерживалась, но Темари это мало волновало.       Цвет кимоно въедался в глаза. Пробирался сквозь сетчатку, казалось, добираясь до самого мозга. Пёстрая ткань вызывала раздражение и невольный приступ тошноты. Больше не было мыслей, что Темари будет в нём красива. Появились другие эмоции: злость, отчаяние и… неудержимый гнев. Темари впивалась глазами в дорогую ткань, надеясь сжечь её взглядом.       Не получалось.       Кимоно всё так же прекрасно висело, своим видом напоминая о неизбежности судьбы.       Хоть судьбы ли? Разве нельзя самому её выбирать?       «Ты гораздо сильнее меня. Ты можешь принимать тяжёлые решения, не боясь последствий. Это то, что я уважаю в тебе, Темари».       «Неправда, Шикамару. Разве сейчас я достойна твоего уважения?»       Мысли путались в голове, и лишь краем глаза Темари заметила свой подсумок, из которого острым концом выглядывал кунай.       Идея появилась в голове сама по себе.

***

      Гаара потемневшим взглядом осматривал прибывших союзников. И хоть Наруто он был искренне рад видеть, о Шикамару такого сказать было нельзя.       Для начала, они прибыли с миссией-пустышкой. Буквально свиток, что передал Шикамару Гааре был не иначе как насмешкой Шестого. В нём пожелания всего хорошего и просьба позаботиться о Шикамару на случай, если тот в Коноху не вернётся. С чего вдруг, Гаара не понял. Хотя понял, видимо, кое-кто другой.       — Так с чем вы пожаловали? — переспросил. Наруто широким шагом подошёл, наклонился, рассказывая не иначе как тайну вселенского масштаба, и громким шёпотом начал:       — По о-очень важному делу, Казекаге-сама.       Гаара удивлённо посмотрел на друга. Шикамару тем временем сделал глубокий вдох и твёрдым голосом начал:       — Я прошу вас отменить свадьбу Темари-сан.       Каге в непонимании уставился на него.       — С чего вдруг такие заявления, Шикамару? Есть причины?       Нара вдруг замялся, отвёл взгляд и начал слегка заикаться.       — П-причины… ну…       Помог ему внезапно Наруто. Хотя помощью это было назвать трудно. Он подошёл, положил руку на плечо Нары и серьёзным тоном начал:       — Наш советник влюблён в вашу принцессу. Вот так, — довольно кивнул себе.       Шикамару пожелал провалиться под землю. Резким движением скинул руку Наруто со своего плеча, покраснел до ушей и перевёл взгляд с Наруто на Гаару. Тот долгим взглядом его осматривал.       — Это… правда? — в голосе сквозила неуверенность, и Шикамару не оставалось ничего, как признаться:       — Да.       Посмотрел серьёзным взглядом в глаза Казекаге. Тот лишь хмыкнул, откинулся на спинку кресла и задумчиво спросил:       — Почему так поздно? Исходя из письма Шестого, я ждал вас раньше.       «А?» — уставился на него Шикамару. Наруто, похоже, был в таком же замешательстве.       Гаара объяснил:       — Шестой предложил нам выгодную сделку — заключить брак со страной Огня. Условия договора гораздо лучше, чем со страной Земли. Но, кто именно будет представлять Лист в этом браке, Хокаге не указал. Вы… не знали?       Шикамару пытался осознать только что услышанное. Наруто, похоже, был в таком же шоке.       — Темари… знает? — спросил спустя время Нара.       — Хотел дождаться подтверждения от Конохи, — выдохнул устало Гаара. Наруто тут же посветлел, кидаясь с объятиями на Шикамару, но их прервал забежавший испуганный Канкуро.       — Гаара! — крикнул он, краем глаза замечая присутствующих. — Там Темари! Она..!       Дальше Шикамару не слушал. До уха лишь долетели обрывки фраз о расположении её комнаты и что в её руках Канкуро видел кунай. Нара со всей скоростью умчался в указанном направлении, сбивая проходящих мимо людей на своём пути и пугаясь в своих мыслях:       «Глупая! Боже, какая же ты глупая! Что же ты натворила?!»       Наруто бежал следом.