38. Тьма

Новость о скоропостижной кончине «Старого Волка» разлетелась мгновенно. В Гонконге глава триад Ли Вэй, получив шифровку, лишь сухо усмехнулся, глядя на залив. - Ямада был фундаментом. Без него Токио превратится в детскую площадку. Мальчишка Куон? Он слишком долго дышал западным воздухом. У него нет хребта. Готовьте людей, пора пересмотреть наши доли в портах Йокогамы. В Сеуле представители «Канпэ» восприняли это как сигнал к атаке. Для них Куон был лишь «дизайнерским сыночком», который не продержится и недели против старых лейтенантов. Смута в Якудза была им на руку. Смерть Акио Ямады прошила клан электрическим разрядом. В ту же ночь особняк превратился в крепость. Куон не спал. Он стоял в кабинете отца - теперь своем кабинете - и смотрел, как за окном медленно гаснут огни Токио. Тьма, которая раньше лишь касалась его плеч, теперь входила в его кровь, становясь густой и осязаемой. Лейтенанты клана собрались в главном зале к рассвету. Старые волки, преданные Акио, сидели с каменными лицами. Для них Куон всё еще был мальчишкой-изгнанником, который вернулся лишь по прихоти старика. - Мы уважаем память твоего отца, Куон-кун, - начал Исикава, самый влиятельный из капитанов, небрежно закуривая. - Но клану нужен твердый лидер, а не тот, кто провел последние месяцы, посыпая голову пеплом. Возможно, совету стоит пересмотреть... Договорить он не успел. Куон, двигаясь со скоростью, которой от него никто не ожидал, преодолел расстояние между ними и прижал голову Исикавы к лакированному столу. В его руке блеснул нож. - Совет? - голос Куона был тихим, лишенным всяких эмоций. - Мой отец мертв. Я - его кровь. Я - его законная тень. И если кто-то из вас думает, что я слабее него, потому что я моложе - попробуйте забрать это у меня. Но знайте: я не буду играть в «воспитание», как Акио. Я просто вырежу ваши семьи до седьмого колена. Он нажал на нож, пуская тонкую струйку крови по щеке Исикавы. В зале воцарилась гробовая тишина. В глазах Куона больше не было той мягкости, за которую его любила Рина. Там была бездна. Он понял: чтобы удержать власть и защитить её, он должен стать монстром страшнее своего отца. Новость о смерти Акио докатилась до окраин Токио, где в небольшом особняке, пропахшим лекарствами и застоявшимся дымом, жил Кенджи, личный демон куона и живое напоминание о том дне, когда он впервые переступил черту. Кенджи сидел в инвалидном кресле перед окном. Когда Юкитеру вошел в квартиру, чтобы официально сообщить о смене власти, Кенджи даже не обернулся. - Глава мертв? - Кенджи хрипло рассмеялся, и этот смех перешел в сухой кашель. - Старик всё-таки подавился собственной желчью. И что теперь? Наш «благородный» Куон надел корону? - Куон теперь Глава клана, - сухо ответил Юкитеру. - Он распорядился увеличить твое содержание и прислать новых врачей. Кенджи резко развернул кресло. Его лицо, когда-то красивое, теперь было изрезано шрамами, оставленные братом. - Врачей? Он хочет подлечить то, что сам разрушил? Передай моему «любимому» брату: пусть засунет свои деньги себе в глотку. Он думает, что, забрав власть, он стал хозяином судьбы. Но он забыл, что я всё еще здесь. Я - его отражение. Я - то, что случается с теми, кто встает у него на пути. Скажи ему, что я поздравляю его с приобретением... Рины. Надеюсь, она будет смотреть на него так же, как я - с желанием увидеть его в гробу. Юкитеру промолчал и вышел. Он знал, что Кенджи - это мина замедленного действия. Обиженный, покалеченный брат, имеющий те же права на кровь Ямада, был идеальным инструментом для тех лейтенантов, которые не захотят преклонить колено перед Куоном. Куон понимал: лейтенанты внутри клана притихли, но они ждали знака извне. В мире якудза слабость нового лидера проверяется не словами, а цифрами и территорией. Когда Триада в Гонконге в одностороннем порядке заблокировала груз электроники и медикаментов в порту Йокогамы, требуя пересмотра доли с 20% до 40%, клан замер. Это был вызов. Если Куон согласится - он станет марионеткой. Если начнет войну - лейтенанты используют хаос, чтобы сместить его. Куон выбрал третий путь. Путь стратега, который слишком долго изучал бизнес, чтобы действовать только грубой силой. Он не отправил киллеров. Он отправил Юкитеру в Шанхай к конкурентам, а сам заказал частный рейс в Гонконг. Но не для встречи с Ли Вэем. Гонконг встретил Куона влажной жарой и неоновым маревом. Встреча была назначена на нейтральной территории - в закрытом клубе на 50-м этаже небоскреба. Ли Вэй, старый лис с перстнями на каждом пальце, сидел за столом, окруженный десятком вооруженных бойцов. Куон пришел один. В простом черном костюме, без оружия, с ноутбуком в руках. - Куон-кун, - Ли Вэй вальяжно откинулся в кресле. - Ты проделал долгий путь, чтобы сказать «да». Твой отец был упрям, но он понимал ценность дружбы. - Мой отец мертв, Ли Вэй-сан, - Куон сел напротив, не дожидаясь приглашения. - И дружба с вами обходилась ему слишком дорого. Я здесь не для того, чтобы торговаться. Я здесь, чтобы закрыть ваш счет. Бойцы Триады синхронно положили руки на кобуры. Ли Вэй рассмеялся. - Ты смел. Но смелость без силы - это глупость. Твои порты заблокированы. Твои лейтенанты шепчутся за твоей спиной. Ты никто без нашего транзита. Куон развернул ноутбук экраном к Ли Вэю. - Пока мы летели, мои люди в Шанхае передали все коды доступа к вашим подставным счетам в Макао. Тем самым, через которые вы отмываете деньги для закупки опиатов в Золотом треугольнике. Ли Вэй побледнел. Его улыбка сползла, обнажив гнилые зубы. - Ты блефуешь. - Проверьте телефон, - спокойно ответил Куон. - В эту секунду ваши счета заморожены не полицией, а хакерами, которые работают на меня. А «Крысы» уже вырезают ваших людей на складах в Коулуне. У вас есть два варианта. Первый: вы разблокируете Йокогаму и снижаете мою долю до 15% в качестве компенсации за беспокойство. Второй: через час Триада перестанет существовать как финансовая структура, а вы не доживете до рассвета, потому что ваши собственные люди разорвут вас за потерю денег. Ли Вэй смотрел на Куона, и в его глазах отразился первобытный ужас. Он увидел перед собой не «дизайнерского сыночка», а холодного, расчетливого и абсолютно беспощадного монстра. - 15%? - прохрипел Ли Вэй. - Ты сумасшедший. - 10%, - поправил Куон, закрывая ноутбук. - С каждой минутой цена падает. Через десять минут порты были открыты. Куон покинул клуб, даже не допив предложенный чай. Это была победа без единого выстрела, которая эхом разнеслась по всему криминальному миру Азии. Вернувшись в Токио, Куон собрал лейтенантов. На этот раз он не кричал. Он просто положил на стол подписанный контракт с Гонконгом. - Ли Вэй передает вам привет, - произнес Куон, обводя зал ледяным взглядом. - Наша прибыль вырастет на треть к концу месяца. Исикава, ты отвечаешь за логистику. Если хоть один контейнер задержится - ты лично поедешь в Гонконг объясняться с Триадой. Лейтенанты склонились в глубоком поклоне. Это было не просто уважение - это был страх перед новым правителем криминального мира. Вечером Куон приказал Юкитеру привести ее к спальню. Юкитеру не могло не радовать, что Куон наконец в безопасности. Он желал искреннего счастья своему боссу, но его не покидало странное чувство настороженности. Казалось, Куона поглощает тьма, все сильнее и сильнее. Но Юкитеру твердо решил, что будет на его стороне несмотря ни на что. Юкитеру спустился вниз за Риной. - Куон хочет тебя видеть. Полагаю, что теперь можно выдохнуть с облегчением, как бы ужасно это не звучало. - Наверное, - ответила Рина, неохотно. Ее мысли были где то далеко. Когда она поднималась по лестнице она столкнулась с Акихиро. - Надеюсь это того стоило?, - тихо спросил он. Она знала, что он догадался. А еще она была уверена, что он будет действовать в интересах Куона, и не выдаст его секрет. - Наверное, - Акихиро смотрел в ее глаза, и не узнавал девушку стоящую перед ним. Ее искрящиеся глаза, стали пронзительно холодными, а от доброй улыбки, которой она одаривала его в больнице, несмотря на обстоятельства, не осталось и следа. Рина зашла в комнату Куона. Он подошел к ней, хотел коснуться её лица, стереть след усталости, но его рука замерла в воздухе. Куон понимал, прошлое не так легко забыть, и Рина скорее всего, все еще его ненавидит. - Всё кончено, Рина, - произнес он, и его голос дрогнул. - Его больше нет. Ты свободна. Больше никто не заставит тебя ползать на коленях. Ты можешь уйти... или ты можешь остаться здесь, со мной. Как моя женщина. Если ты всё еще любишь меня так, как обещала тогда, в деревне. Я укрепил свои позиции в клане, и теперь никто не посмеет встать у меня на пути. - Я рада, что мой подарок тебе понравился, - Рина медленно подняла глаза. На её губах заиграла слабая, почти призрачная улыбка, от которой у Куона по спине пробежал холодок. - О чем ты говоришь? - Я убила Акио... Я подобрала ингредиенты для его ужина так, чтобы его сердце просто не выдержало. Я освободила себя от него, - Куон не мог поверить своим ушам, - Но моя главная месть предназначалась тебе после смерти Ито. Ты всегда говорил о мести своему отцу, как мечтаешь увидеть его на коленях и перерезать горло. Теперь ты никогда не сможешь осуществить свою мечту. Ты никогда не победишь его, потому что он умер, считая себя победителем, а тебя — своим верным наследником. Куон замер. Рина уничтожила его врага и его самого одним ударом. Она превратила его триумф в пепел. В нем боролись два чувства: неистовая любовь к этой женщине, и жгучая ненависть за то, что она его лишила. Его триумф был отравлен. Он годами выстраивал план, как он лично растопчет империю отца, как увидит мольбу в его глазах, как заберет власть силой, оставив старика ни с чем. Но Акио ушел легко, просто закрыв глаза после ужина, оставив Куона с бесполезной яростью в груди. - Ты... — он схватил её за плечи, пальцы впились в её плоть. - Ты убила его. Ты признаешься мне в этом сейчас? - Теперь ты знаешь. Я все еще люблю тебя, Куон, но и я ненавижу тебя. - Я пытался тебя защитить от Ито, - Куон сорвался на крик, - он собирался пожертвовать тобой ради справедливости, в которую так верил. Чтобы поймать Акио, и получить лавры. Ты бы стала строчкой в полицейском отчете. - Он был моим другом. Теперь я твоя главная угроза, уберешь меня с дороги? Отдашь меня клану, чтобы сохранить трон? - Ты думала, что освободила нас? - он хрипло рассмеялся, и этот смех был полон отчаяния и боли. - Нет, Рина. Ты - моя. Ты просто сменила одного хозяина на другого. Теперь твоя жизнь принадлежит клану Ямада. И лично мне. Юкитеру! Свяжи ее и запри внизу, никто не смеет с ней разговаривать, продовольствия по минимуму. Когда Юкитеру уводил её, Рина не сопротивлялась. Она обернулась в дверях, глядя на Куона, который выглядил как истинный император тьмы. - Ты стал им, Куон, - тихо сказала она. - Ты стал Акио. Дверь закрылась за ней. - Нет, - прошептал он, - Я стал гораздо хуже. Он остался в кабинете один, сжимая кулаки. Он ненавидел её за то, что она сделала, и любил её за то, что она была единственной, кто понимал его истинную суть.