Бегство

- Нин, Нарочинская уже ушла? - Да, около часа назад. Брагин достает телефон, находя нужный номер в списке контактов. Черт. Скинула. Ну ладно, значит завтра. Олег облокачивается на стойку, барабаня пальцами по лежащему на ней журналу. - Че-то случилось? - Да нет, ничего не случилось. - А чего тогда домой не идешь? - Да… - Брагин взмахивает рукой, - домой… Представляешь, теща… - И представлять не хочу, - прерывает его Нина, - я тебе говорила, ко мне жаловаться не приходи. - Еще подруга называется. - Брагин, я тебе всегда помогу, ты знаешь. И советом и не советом, но твой брак я обсуждать не собираюсь. Все, что хотела - уже сказала. Женился - не ной. Плохо - разведись. Других советов у меня для тебя нет. - Нинк, а может напьемся? - Иди с Куликовым напивайся, я с утра завтра. - Да и я с утра. Кому это когда мешало? - Мне. Всегда. - Мда, тогда пойду домой. Скучная у тебя жизнь, конечно, ты задумайся. - Ага. У тебя зато веселая, советчик. Наверное, они могли бы еще долго так препираться, если бы декорации были более подходящими. - Кстати о веселом, - кивает Нина на стеклянные двери, - вон, мужика везут, фейерверки запускал. - Какие фейерверки? - Брагин оглядывает каталку, - светло же еще, не видно ничего. - Ну вот и ему наверное не видно было, подошел вплотную. Сознание потерял от болевого шока, - фельдшер передает Дубровской бумаги, - вот, руку куда? - трясет он пакетом перед лицом Нины. - Да погоди ты со своей рукой, сейчас я найду кто его возьмет для начала. - Так давай я возьму, - Брагин перекатывается с пятки на носок. - Ты же домой собирался. - Да? - Брагин в притворном удивлении вздергивает брови, - Нинок, ты что-то напутала, я рвусь к работе, аки конь ретивый. Сейчас обратно переоденусь только, операционная какая свободна? - Вторая. - Отличненько, готовьте, а, Нин, - он бросает свой телефон на стойку, - Ленка если будет звонить, скажи что я на операции, ладно? - Ничего не перепутал? Я тебе не личный секретарь. - Ну что тебе, сложно что ли? Выручи друга. - А если не Ленка звонить будет, мне что сказать? Брагин секунду колеблется, потом хватает телефон обратно. - Ладно, смс ей напишу. *** - Мариш, ты? - Я, пап, кто же еще. Сейчас ужинать будем! Марина ставит пакеты с продуктами на пол около холодильника и тянется в карман за вибрирующим телефоном. «Брагин» - высвечивается на экране и она без раздумий нажимает кнопку сброса. Иконка электронной почты мигает двумя непрочитанными сообщениями и Марина открывает первое из них. Оффер. Во втором тоже. Два собеседования и два оффера. Бинго. Остается только выбрать. И надо рассказать отцу. - Пап, я ушла из Склифа. - Тихо произносит Марина, когда с ужином покончено. Отец удивляет ее тем, что не задает лишних вопросов. - И куда? - Есть предложение в ЦИТО, второй вариант - в Бурденко. - Если интересно мое мнение, то иди обратно в ЦИТО, там больше перспектив. В Бурденко тебе ни за что не прыгнуть выше Мартынова. Уж поверь, он там скоро точно зав.нейрохирургии станет. - Да не хочу я никуда прыгать, - фыркает Марина, - просто хочется спокойно поработать. - Тогда тем более возвращайся в ЦИТО. Ну чего, мы ужинать будем? - Мы только что закончили, пап. Ты не наелся? Марина пытается унять дрожь в голосе. Последнее время частота приступов слишком сильно возросла и ничего хорошего это не сулит. - А, да-да-да-да, точно. Ну, как там дела в Склифе? - Все хорошо, пап. Все хорошо. *** Марине особенно некогда подумать о себе в оставшиеся на сегодня часы бодрствования, так что мозг, старательно откладывавший весь день все в подсознательное, отрывается на ней во время сна. Она резко просыпается в три часа утра. К счастью, Нарочинская не помнит что ей снилось. Судя по колотящемуся сердцу - ничего хорошего. «А так хочется уже чего-то хорошего», - с тоской думает она. Сон больше не идет и Марина, проверив отца, устраивается на кресле, глядя в потолок. Куча обрывочных мыслей крутится в голове. Папа. Склиф. Ожидания от новой работы. Главный сюрприз дня - Брагин женился. На Лене. Марина никогда не воспринимала Михалеву всерьез. Да и сейчас она ни на секунду не верит, что Лена «та самая». Но что скрывать, ей больно. И обидно. Но еще и немного смешно. Брагин что, решил, что просто отшить ее недостаточно и решил обезопасить себя скоропалительной женитьбой? Думал, она бегать за ним станет, проходу не давать? Женат Брагин, или нет, это абсолютно не важно, для Марины ничего не меняется. Никогда она не согласилась бы на то, на что охотно идет Лена. Марине даже немного жаль ее, ведь героический хирург Олег Михайлович Брагин - вечно веселый спаситель щенков, детей и дам в беде, не существует нигде, кроме Лениной головы. Интересно, она вообще видит его другие стороны? Марина мотает головой. Нет, ей не должно быть это интересно… Из спальни раздается какой-то шум и Нарочинская дергается, понимая, что задремала. *** - …так уйти, чтобы никто не знал? - Наверное Зименская постаралась, иначе… - Привет, девули, - Брагин кивает Нине и Тане, быстро чмокает жену в подставленную щеку и хватает со стойки журнал, - о чем сплетничаем? - Олежааа, - Лена хватает его за руку и почти повисает на ней, - тут такие новости с утра! - Какие еще новости? - Михалыч, тут… - Нина пытается опередить Лену, но не выходит. - Оказывается, Марина уволилась! Брагин замирает, переводя взгляд на Нину, но по тому, как та опускает голову, делая вид, что крайне заинтересована напольной плиткой, понимает, что это не шутка. - Зачем была такая конспирация, я не понимаю. Вообще никто не знал, - продолжает щебетать Лена, - она просто-напросто из отпуска сегодня не вышла, и оказалось, что написала по собственному еще две недели назад! Ну ты представляешь? - Представляешь, - бурчит Брагин, - Шейнман переманил к себе в отделение? - Да какой Шейнман, я же говорю, уволилась. Теперь-то понятно чего она вчера приезжала - трудовую забрать. - Ясно, - Брагин отталкивается от стойки, - я в ординаторской. - Ой, Олежа, ты же расписаться забыл! Брагин даже не смотрит на Лену, яростно выводя ручкой в журнале свою подпись. - Чего это с ним? - Не выспался может. Лен, ты лучше не трогай его сейчас, а? Михалева с недоумением смотрит на Нину, но тут же ее губы растягиваются в улыбке: - Конечно, он же допоздна вчера оперировал, точно не выспался. Пойду чай сделаю бодрящий. Нина лишь криво улыбается. *** Длинные гудки въедаются в мозг, но Брагин с остервенелым упорством продолжает пытаться дозвониться. Не может быть, чтобы она вот так вот ушла, даже не попрощавшись. Такой спектр абсолютно противоположных эмоций одновременно он, кажется, не испытывал еще никогда в жизни. Комбинации слов для их описания попросту отсутствуют в его лексиконе. Он даже не знает что скажет, если Нарочинская возьмет трубку, но спустя час снова нажимает на кнопку вызова. В голове, конкурируя с гудками, противный голос Шейнмана продолжает повторять: «Упустите ее - будете полными идиотами».