Часть 44: Цена Удовольствия

Святой Меча — это тот, кто по всему миру славится как сильнейший мечник. Сама эта линия была создана Рейдом Астрея, человеком, которого она в некотором смысле могла бы назвать своим учителем. Безусловно, его влияние всё ещё можно было почувствовать и осознать. Райнхард ван Астрея не был Святым Меча. Он был символом героизма, отстаивания ценностей и защиты своей страны. Само его существование было сдерживающим фактором против войны, но для неё это не был Святой Меча. Святой Меча был Небесным Мечом. Святой Меча был самым подавляющим, самым нечеловеческим, САМЫМ. Он владел мечом, все мечи жаждали оказаться в руках этого человека; он был самим мечом. Райнхард ван Астрея не держал в руке меча. У него не было оружия, и он не источал той же всепоглощающей мощи. Он не был Небесным Мечом, он не был Святым Меча! Всё это, всё это, всё это... «ВСЁ НЕ ТАК!» — закричала она на него, пытаясь вырвать Меч Любви из его хватки. Райнхард по-прежнему держал острие Меча Силы, не давая ей сдвинуть оружие ни на сантиметр. «Ты… ты… ты — не он! Ты — не Рейд! Ты — не Рейд Астрея!» «Я — не он», — подтвердил Райнхард. — «Я — нынешний Святой Меча, Райнхард ван Астрея. Хотя, похоже, этот титул беспокоит тебя так же сильно, как и меня». «Как ты смеешь…» — она задрожала, сдерживая себя. «Ты…» «Я попрошу вас сдаться», — сообщил Райнхард. — «Сделайте это, и я больше не позволю причинить вам вреда». «Райн!» — прошипела Адельхейд, и монстр, что охотился на монстров оглянулся на неё через плечо. «Ты не должен! Если она останется в живых, всё станет только хуже! Убей её!» «Адельхейд», — моргнул Райнхард. — «Ты в порядке? Ты не сказала мне, что уходишь». «Тебя здесь вообще не должно было быть!» — в ярости воскликнула Адельхейд, сжимая кулаки и шипя. — «Это должен был быть мой выход, но, разумеется, ты снова здесь. Вечно нужно быть рядом со своей старшей сестрой, да, Райн?!» «Я лишь исполняю свой долг, как и ты». Зубы Адельхейд издали слышимый скрежет, когда она стиснула челюсти. «Хм», — Уолс с мычанием почесал затылок. — «Что ж, это прискорбно. Есть причина, почему я никогда не встречался ни с кем из вас, Астрея, после Рейда». «Я прошу вас обоих сдаться». Она рванулась вперёд и метнула руку к груди Райнхарда, пока тот смотрел на Уолса. Это была возможность, которой она была рада; если она съест Святого Меча, то…

 

-10 823 Здоровья!

 

Нога взметнулась вверх, и нога Райнхарда с силой врезалась в её тело. Пробив её неестественную прочность, его стопа прорвалась сквозь её Метод Потока и вонзилась прямо в живот. Воздух вырвался из её лёгких, кровь хлынула из губ, и агония пронзила её тело.

[Здоровье: ( @ @&(/())!&#(]

«Га-кхак?!» — она прижала руку ко рту, с силой вгоняя Фулу в свои лёгкие и болезненно расширяя диафрагму. «Кха!» «Райнхард!» — закричала Адельхейд, и Святой Меча двинулся. «Четырёхкрат...!» — крикнул Уолс, выставив руку вперёд, но мана так и не сдвинулась ради него. Сама природа Райнхарда диктовала, что вся мана подчиняется ему; никакая магия, используемая через врата, никогда так и не родится в его присутствии. Райнхард отпустил её Меч Любви и бросился на Уолса. Эльф отпрыгнул в сторону, и Райнхард немедленно последовал за ним. Две размытые фигуры заметались по комнате с умопомрачительной скоростью, игра в кошки-мышки, которая закончится за считанные мгновения. Мгновения, которые она использовала. Она поднялась на ноги и бросилась к Адельхейд, желая либо съесть её, либо взять в заложники против Райнхарда. Если они сделают такое, никто больше никогда не встанет на её сторону. Но если она проиграет здесь, её жизнь будет кончена.

 

-3 227 Здоровья!

 

И всё же, даже когда она бежала вперёд, что-то врезалось в неё и отбросило прочь. Она почувствовала, как её органы корчатся в агонии. Экзистенциальная боль затопила её, и она со стоном перевернулась на ноги, посмотрев вниз, чтобы увидеть, чем её ударили. Уолс. «Б-блять», — прошипел он про себя, будучи пойманным и брошенным Райнхардом прямо в неё, чтобы одним махом остановить их обоих. Она посмотрела вниз и увидела несколько ран, из которых по его животу хлестала багровая кровь. — «Это... это!...» Он поднялся на ноги, и его лицо было полно смирения. Что-то здесь должно было сломаться, и ни один из нас не хотел рухнуть. И всё же, Райнхард шагнул вперёд, подняв руки, словно лезвия гильотины палача. «Ты даже не обнажил этот грёбаный меч...» — прошипел Уолс, его руки сжимались и разжимались, беспомощные без его магии или гарпуна. «Драконий Меч позволяет себя обнажить лишь против тех, кого считает достойным», — Райнхард небрежно шагнул вперёд. Он потянулся к самому мощному оружию в мире. — «Против вас…» Он дёрнул его, и раздался звон. Клинок свободно показался, и ужасающее давление обрушилось на сам мир. Его давление было сильнее, чем у Меча Любви и Клинка Инь вместе взятых, и она почувствовала, как по её спине стекает ужасный, холодный пот. «…Похоже, он считает вас достойными», — Райнхард едва ли звучал удивлённым, и его взгляд поднялся на них двоих. «Рей, моё имя — Уоллес Данчет», — он схватил её руку и прижал к своему телу. «Твоё Полномочие». Она уставилась на него, широко раскрыв глаза: «У-Уолс?...» «Чёрт, на это нет времени. Этот меч уничтожит нас обоих, не говоря уже о капризном ублюдке, который его использует», — прошипел Уолс, его другая рука потянулась вверх и стянула с его лица повязку Дафны; оба его глаза были широко открыты и устремлены на Райнхарда. Он уронил повязку ей в руки. — «Однажды я попрошу её вернуть». «Член племени Злого Глаза», — с интересом произнёс Райнхард, и даже его взгляд скользнул мимо Уолса, чтобы не дать их эффектам достичь его. — «Я не ожидал сегодня оказаться против легендарной Стены Банана». «Старые титулы бесполезны», — Уолс выпрямил спину и хрустнул шеей. — «Особенно когда противостоишь чему-то вроде тебя». «Я — Святой Меча нынешнего поколения, Райнхард ван Астрея». «Я знаю, кто ты, идиот», — Уолс пригнулся. — «Я — единственный и неповторимый Апостол Чревоугодия, Уоллес Данчет». И она мгновенно сбежала, выпрыгнув из здания, даже когда оно всё затряслось. Райнхард будет сдержан, как из-за оставшейся рядом сестры, так и из-за заключённых. Она была уверена, что Уолс достаточно силён, чтобы продержаться в таких условиях. Они , однако, в этом сомневались. Драконий Меч позаботится о том, чтобы этот человек не выжил. «Уже вернулись, да?» — пробормотала она, и голоса в глубине души согласились, хотя это был риторический вопрос. На этот раз они не вмешивались, они знали, что поставлено на карту. Она приземлилась на крышу здания и побежала так быстро, как только могла. Меч Любви скользнул в ножны, он больше не был нужен. Она видела рыцарей на земле, установивших периметр. Она видела, как несколько из них указывали на неё, когда она убегала, но это было бессмысленно. Не осталось никого, кто мог бы её поймать, а тот, кто мог, в данный момент сражался с другим, тем, кто добровольно пожертвовал собой. Она посмотрела на повязку в своей руке, вспоминая безразличие Дафны к поеданию других. Имя в другой её руке оставалось, и она не знала, когда его съесть, не знала, настало ли сейчас нужное время. Далеко позади неё раздался взрыв, великий свет маны, но здание так и не рухнуло. Райнхард не мог использовать свою полную силу, так что у Уолса был шанс. Был. У него был шанс. Так значит, если она не съест его имя, он… он будет в порядке, если она этого не сделает, верно? Съесть что-то у кого-то другого было бы точкой невозврата. Так что Уолс мог бы из этого выпутаться, верно? Если Райнхард сдержит себя, то у Уолса будет шанс выбраться, даже если она ничего не сделает. Драконий Меч Рейд уничтожит его. Несокрушимый, бесконечно острый, а у Уолса не было оружия, чтобы противостоять ему, когда им владеет Святой Меча. Этот человек был самым близким к Небесному Мечу из ныне живущих, так что у Уолса не было ни единого шанса. Съешь его . Они прошептали ей в разум. Он хотел, чтобы ты съела его, чтобы спасла его, чтобы пожертвовала его образом из самого мира, чтобы спасти вас обоих. Если он умрёт сейчас, то Райнхард придёт за тобой, и у тебя не будет второго шанса. Я заставил многих людей заинтересоваться мной во время своих путешествий по этому месту. Вот почему я не могу долго оставаться на одном месте. Это было бы ему на пользу, правда? Он был бы благодарен. Он сказал тебе… сказал мне съесть его. Я не хотела, но я должна была. Я больше боялась потерять свою жизнь, чем съесть кого-то. Использование своего Полномочия, каким бы отвратительным оно ни было, всегда будет приоритетом, в отличии от смерти. Сделай это, если будешь на грани смерти. «У-Уоллес Данчет», — прошептала я, подготавливая имя в своей ладони. Мой язык высунулся и лизнула свою руку. «Лизь».

***

Райнхард замер, его глаза расширились от внезапного появления перед ним молодого на вид человека. Ничто не говорило ему, что он вообще существует. Никакая Божественная Защита не предупредила его, что он здесь, никакой инстинкт не подсказал ему, что этот человек приближается. Насколько Райнхард знал, этот человек не существовал за мгновение до этого. Это был всего лишь миг. Один-единственный, робкий миг, когда Райнхард был удивлён. Этот молодой человек подскользнул к нему, кровь хлестала из его отсутствующей руки и зияющей дыры в торсе, и открыл глаза. Райнхард изумился узору в них. И внезапно всё погрузилось во тьму.

***

«…Восхитительно». Вкус всех видов. Вкус, который был пикантным. Вкус, который был сладким. Вкусный, вкусный, вкусный вкус. Плоть, способная на мощные атаки. Врата, которые могли творить изумительную магию и чудеса. «Восхитительно. Восхитительно. Восхитительно!» — смех сорвался с моих губ, столько тепла разлилось по моему животу. Оно взорвалось яркими волнами удовольствия и смысла. Жизнь мучений, жизнь радости и веселья, ярости и горя, здесь было так, так много всего. Тело, прошедшее через такое, на вкус было чистым экстазом. «Так вот оно, вот оно, вот оно! А-а-ах~! Мы поняли! Мы же поняли, не так ли!» — я смеялась, и смеялась, и, смеясь, я смеялась в чистом, детском восторге. «Так вот в чём дело! Мы поняли! Мы всё поняли, братья! Чего мы вообще боялись?! Это просто такой вкус?! Такой глубокий, такой чистый, такой вкусный, так, так, та-а-ак мно~го! А-ха-ха, цу! А-ха-ха-ха!» Я вскочила на другое здание, столько силы наполнило мои конечности. Это было тело Уолса? Он действительно был настолько впечатляющим, что его имя даровало мне столько силы? Прыгая со здания на здание, чувствуя, как ветер развевает мои волосы, это было так приятно. «Это Чревоугодие! Пиршество Чревоугодия, цу!» Какое чудесное чувство. Если еда могла помочь мне пройти через этот ад, если моя тревога и боль могли быть стёрты простым поглощением имени, то…! «Воспоминания…» — прошептала я. Каковы они на вкус? Каковы они на ощупь? Если имя было настолько приятным, что заставляло моё тело так дрожать, то что насчёт воспоминаний? Оба одновременно? «Что если. То одно. Оба одновременно. Всё сразу». Воспоминания затопили меня, и я могла лишь радостно смеяться про себя. Это было мягко, спокойно и приятно на слух, но у любого, кто это слышал, по спине пробегали мурашки. Если имя Уолса было таким восхитительным… если Уоллес Данчет был таким вкусным, то что насчёт его воспоминаний? Других игроков? Райнхарда? «Хочу. Ведь так?» — спросила я, и они согласились со мной. Они резонировали со мной так искренне, что я не могла не улыбнуться. В нос ударил запах, с которым я была близко знакома. «А?» — я мгновенно остановилась, моя инерция исчезла в тот момент, когда я этого захотела. Я посмотрела вниз, с любопытством, с недоумением, с голодом. «Эй, эй, а что ты вообще здесь делаешь?» Я спрыгнула с крыши, следуя за запахом, как ищейка. Я скользила по переулкам, проскальзывала сквозь тени и телепортировалась через улицы. «Вот ты где~!» Там была маленькая девочка с волосами синего цвета. Та, которую я знала, та, которую я узнала, и та… Она была у неё, не так ли? Она упоминала об этом. Она упоминала об этом однажды. Что Луис была в ней. Что у неё была копия Луис, верно? Я приземлилась рядом с ней, и она вздрогнула от удивления. Она повернула голову, и моя рука прижалась к её торсу. «Чт...?» «Мейли Портрут». Одно имя спасло меня. Значит, второе спасёт Луис, верно? Она была у неё. Если я заберу Луис у неё, то смогу вернуть её в ту фальшивую оболочку в Волакии. Тогда моя сестра вернётся. У меня снова будет моя сестра, и всё наладится. «Рей...?» «Я верну её», — пообещала я, глядя на выражение ужаса на её лице. Почему она так на меня смотрела? Я ведь не была монстром. — «Лизь». Глаза Мейли затуманились, и я поймала её бездушное тело. Я была нежной, я была доброй, так что она меня простит. Воспоминания, имя, всё это затопило меня. «О-ох…» — простонала я, чувствуя, как моя голова пульсирует от тяжести существования, которое было глубже, богаче, чем то, чем оно себя заявляло. Она была здесь, потому что Эмилия и остальные были в Волакии. Она была здесь, чтобы доставить Святого Меча к Сторожевой Башне. Массовая телепортация? Как такое вообще возможно на такое расстоянии? Эмилия и остальные были гораздо ближе к Субару, чем я предполагала. Ну и что? Мы не были врагами. ...Сестра. Я замерла, услышав голос, который, как я думала, был потерян для меня навсегда. Самое время, цу. — Призрачный образ Луис широко улыбнулся, скрестив руки на груди. — Съесть её вот так, не слишком ли ты жесто~ка? Ты ей нравилась. Она тебе доверяла. «Я знаю», — я посмотрела на пустое тело Мейли. — «Я разбужу её, как только верну тебя в твоё тело». А что, если её воспоминания не вернутся? «Если я смогла сделать это с тобой, смогу и с ней. Никакого вреда. Она и сама не хочет, чтобы ты была у неё в голове, так что она меня за это поблагодарит», — я нежно погладила Мейли по спине. — «Это возможность». Ну-у~, мы согласны. — Луис пожала плечами. — Это возможность. Рада, что ты это понимаешь, сестра, но ты уверена, что стоило её есть? Чревоугодие — это те, с кем ты ешь. Она бы ела с тобой, знаешь ли~. «Хорошо, что Чревоугодие — это не те, с кем ты ешь, сестра», — я взвалила тело Мейли на плечо и снова запрыгнула на крыши. — «Чревоугодие — это когда ты… когда… ты…» ...Используй свой Перк, — приказала Луис. — Отключи Объединённое Затмение. Оно влияет на твой разум, цу. Отбрось его. «Что?» — я медленно моргнула. «О чём ты…» Твой разум разрушается. Стресс не давал ему повлиять на тебя в присутствии Святого Меча, цу. Ты исчезнешь. «Нет, это неправда», — я отрицательно покачала головой, остановившись на крыше. — «Я в порядке». Эй, тогда. Сестра, скажи нам. Сестра, ты должна нам сообщить. Дай нам знать, напомни нам… — Луис наклонилась вперёд. — Как тебя зовут? «…Что?» — я моргнула. «Моё имя? Меня зовут...» Наступила тишина. «...меня зовут». Я обернулась в поисках Луис, но её там не было. Я — Гений из Аколи, Рамберт Доркелл. Я — Хищный Зверь, Бели Хайнелга. Я — Прыгун, Доркелл. Я — Ветряной Самурай, Тосу Фуриду. Я — Король Кулаков, Нейджи Локхарт. Я — это я. Мы — это мы. Нет. Первое имя. Какое оно было? Изначальное. То, что командовало остальными. То самое. Я — Укротительница Зверодемонов, Мейли Портрут. Я — Стена Банана, Уоллес Данчет. Ты — сестра Луис Арнеб. — Воспоминание о моей сестре напомнило мне. — И сестра Лея Батенкайтоса и Роя Альфарда. Ещё раз, кто это был? Ты что, дура? — сухо спросила Луис. — Перестань быть ту~пой, сестра.

 

[Активировать Сердце Разума?]

 

Да. Луис активировала его за меня.

 

[Перк: Сердце Разума был активирован.]

 

[Вы отделили Полномочие Чревоугодия от своей души.]

 

[Вас тошнит.]

 

Я упала на четвереньки, и рвота хлынула из моих губ. Яд. Яд. Яд. Мои руки дрожали от яда. Мой желудок пытался исторгнуть его, но никакой яд не выходил. Моё сердце грохотало в груди, и я чувствовала, как моя кровь пульсирует по всему телу. Она несла яд. Она проникала в мой мозг, и моё зрение поплыло. «Г-гах…» — захныкала я, кашляя и отплёвываясь, кровь вперемешку с рвотой стекала по моему лицу. Из глаз текли слёзы. Повязка порвалась, когда я сорвала её с глаз, и ткань, брошенная мной, исчезла за краем крыши. Я чувствовала себя ужасно. Я чувствовала себя ужасно. Вытащите этот яд из меня. Мне плохо. Кто-то сел рядом со мной, и я невольно вздрогнула. Твоё имя — Рей Алараф. Как и тогда, она подтвердила мою личность. Она нежно положила руку мне на спину, и я жалобно заскулила. Ты помнишь, сестра? Твоё имя — Рей Алараф, так что сосредоточься на этом. Съеденные не имеют над тобой власти, так что расслабься. «Ты не настоящая», — прошептала я, слабо сглотнув. — «Каким образом ты здесь? Ты была в Мейли, так что… так что… она была на вкус такой…» — мой желудок заурчал, требуя ещё. Было почти больно признавать это, — «…такой вкусной». Мх. — Луис пожала плечами. — Настоящая, не настоящая. Тебе ведь нужно нас видеть прямо сейчас, ве~рно? Младшие сёстры должны полагаться на своих старших сестёр, не так ли? Даже если ты плачешь, ты можешь опереться на нас. Хотя, — её нос сморщился. — Ты сейчас в довольно отвратительном состоянии. Прости, но на самом деле нет, не могла бы ты, может быть, сесть вон там? Она указала на место в нескольких футах от себя, и я не могла не рассмеяться над своим собственным ужасным состоянием. «Я скучала по тебе». Что ж, а мы по тебе — не очень. Я всхлипнула. Я сидела здесь с воспоминанием о своей сестре, но всё равно хотела забиться в какую-нибудь дыру и умереть.

***

«Райн? Эй, Райн?!» Что-то трясло его из стороны в сторону, и Райнхард моргнул. После минутного раздумья он решил ничего не говорить о том, что увидел. Его Божественная Защита Кошмаров значительно ослабила эффект, но он всё же был. Член племени Злого Глаза, достаточно сильный, чтобы использовать свои глаза на Райнхарде, был весьма проблемным противником. А тот, кто может телепортироваться без какого-либо предупреждения, — ещё более тревожным. Рядом с ним была его сестра, с удивительной силой трясшая его из стороны в сторону. Её запястья были покрыты свежими шрамами, и волна недовольства пронзила его. Её Божественная Защита Кровотечения была полезным инструментом, но видеть, как она использует её таким образом, всегда заставляло его чувствовать вину. Несмотря на это, на её лице было выражение, которого он давно не видел. Беспокойство. Её глаза были прищурены, но складка на лбу и губах была почти столь же ностальгической, словно увидеть Бабушку в третий раз. Её едкий гнев и ненависть всё ещё звенели у него в голове, но Райнхард не подавал виду. «Я в порядке, Адель», — заверил её Райнхард, но выражение её лица не изменилось. Она ему не верила, и это было ещё более тревожно, чем неизвестная участь человека из племени Злого Глаза. Он положил руку ей на плечо: «Серьёзно. Я в порядке. Спасибо за беспокойство, сестра». «Райн, ты не неуязвим», — тихо прошипела Адельхейд, и он замер. Он никогда не ожидал услышать от неё такое; что же заставило её так беспокоиться о нём? «Правильный трюк, верная последовательность событий, и ты уже не выкарабкаешься». «Я приму твоё предупреждение к сведению», — пообещал он. Она бросила на него странный взгляд, который даже его Божественная Защита Эмпатии не могла до конца понять. Она позволяла Райнхарду чувствовать то, что чувствовали другие, а его собственное понимание заполняло пробелы. Гнев, разочарование, зависть, беспокойство, неуверенность, глубокая ненависть. Прошло уже некоторое время с тех пор, как к ненависти, которую она испытывала к нему, примешивалось беспокойство. Он привык к этому; его семья редко меняла свои чувства к нему. «Однако, я бы хотел, чтобы ты мне сказала», — продолжил Райнхард, когда показалось, что она собирается развернуться и уйти. Она бросила на него взгляд, свой фирменный хмурый взгляд, и он вздохнул. — «Адель, пожалуйста, говори мне, когда происходит нечто столь важное. Я был в другой комнате, не составило бы никакого труда сообщить мне об этом нападении. Если бы у нас не было Божественной Защиты Бисекции, я бы никогда не узнал, что ты в опасности». «О, чтобы ты мог прийти и защитить меня?» — Адельхейд не выглядела довольной. Райнхард тоже знал, что это не так. Он с трудом мог вспомнить звон её смеха или изгиб её губ, когда она улыбалась. «Ты бы умерла, если бы я не пришёл». — они оба это знали, так почему же она так злилась из-за этого? «Ну и пусть!» — Адельхейд отмахнулась от него и сунула руки в карманы своего рыцарского плаща. Она пнула один из камней, усеивавших пол после ожесточённых боёв, развернувшихся в комнате. — «Это был бы не первый член семьи, которого ты убил!» Райнхард почувствовал, как острая боль пронзила его сердце, но не показал этого. Адельхейд ещё секунду смотрела на него, прежде чем, о чудо, выражение её лица смягчилось до простого недовольства. Она сделала долгий выдох, и его сестра пробормотала: «Я просто хотела хоть на этот раз побыть героем». Райнхард склонил голову, его глаза расширились. Он не знал, что на это сказать. «Все знают о тебе, знаешь ли», — ей не нужно было ничего ему объяснять. Обычно она уходила, не говоря ни слова, но что-то заставило её стать более разговорчивой, чем обычно. — «Святой Меча, который затмевает всех прошлых Святых Меча. Я не собираюсь делать вид, что когда-нибудь смогу догнать тебя в чём-либо. Я просто, блядь… сестра Райнхарда ван Астрея». Мне жаль, что моё существование возлагает на тебя такое бремя — не сказал Райнхард. Ей бы это не понравилось, и они достаточно хорошо знали друг друга, чтобы понимать, что от его честности она разозлится ещё больше. «Этот ублюдок Уолс», — она покачала головой, бормоча имя, которого Райнхард не знал. — «Когда я увидела, как он проскользнул мимо твоей защиты... я подумала, может быть, вот оно. Может быть, мой дерьмовый, тупой, раздражающий, грёбаный, режущий слух одним своим именем брат наконец-то...» — её взгляд на мгновение оторвался от него. — «Это был первый раз, когда я видела, как ты оступился. Даже такой великий человек, как ты, может оступиться». Из неё вырвался смешок. «Знать это — своего рода катарсис». «Сестра...» — тихо произнёс Райнхард. — «...Кто такой Уолс?» Голова Адельхейд резко дёрнулась вверх, её глаза расширились. «А?»

***

Побочное Задание Завершено!

 

Разрушение Башни.

 

Цель: Проникнуть в Тюремную Башню и сбежать.

 

Награды: 100 000 Опыта, Имя Меча Любви, +25 к Силе, Ловкости.

 

Сила: 439 → 464; Ловкость: 468→ 493.

 

Вы повысили свой уровень!

 

Вы повысили свой уровень!

 

Вы повысили свой уровень!

 

Вы повысили свой уровень!

 

Вы повысили свой уровень!

 

Вы повысили свой уровень!

 

Очки характеристик за уровень: 20 → 30

 

Вы повысили свой уровень!

 

Вы повысили свой уровень!

 

Вы повысили свой уровень!

 

Вы повысили свой уровень!

 

Вы повысили свой уровень!

 

Вы повысили свой уровень!

 

Вы повысили свой уровень!

 

Вы повысили свой уровень!

 

Вы повысили свой уровень!

 

Вы повысили свой уровень!

 

Теперь у вас 70-ый уровень.

 

У вас есть 440 свободных очков характеристик для распределения.

 

Сразиться с другим Игроком. (1/1)

 

Использовать Полномочие Чревоугодия и стереть существования из памяти мира. (2/15)

 

Глядя на свою награду, я чувствовала лишь тошноту. Мне плохо.